СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Томск Дело № А45-3478/2021  

Резолютивная часть постановления суда объявлена 14 марта 2023 г.  Постановление суда изготовлено в полном объеме 21 марта 2023 г.  

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Сбитнева А.Ю., судей: Иванова О.А.,  ФИО1 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Гальчук М.М. с  использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в судебном заседании апелляционную  жалобу общества с ограниченной ответственностью «СТС-Лизинг» (07АП-468/22(2)) на  определение от 09.01.2023 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А453478/2021 (судья Стрункин А.Д.) о несостоятельности (банкротстве) общества с  ограниченной ответственностью «СТС-Лизинг» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>,  адрес – 633102, 

<

...>),  

принятое по заявлению ФИО3 о включении требования в  размере 57 021 793 рубля 01 копеек в реестр требований кредиторов должника,  

при участии в судебном заседании: 

от ООО «СТС-Лизинг» – ФИО2 по доверенности от 01.02.2021;  от иных лиц – не явились;  

У С Т А Н О В И Л:

в деле о несостоятельности (банкротстве) должника – общества с ограниченной  ответственностью (ООО) «СТС-Лизинг» в Арбитражный суд Новосибирской области  

13.08.2021 обратился ФИО3 с заявлением о включении требования  в реестр требований кредиторов должника.  

Определением от 10.12.2021 Арбитражного суда Новосибирской области,  оставленным без изменения постановлением от 01.03.2022 Седьмого арбитражного  апелляционного суда, требование ФИО3 в размере 57 021 793 руб. 01 коп.  включено в реестр требований кредиторов должника с отнесением в третью очередь  удовлетворения.  

Указанные судебные акты отменены постановлением от 29.06.2022 Арбитражного  суда Западно-Сибирского округа, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в  Арбитражный суд Новосибирской области.  

Направляя спор на новое рассмотрение, судом округа указано следующее: 

- судами не исключено наличие у ФИО3 признаков заинтересованности по  формальным основаниям, установленным статьёй 19 Закона о банкротстве, и положения  контролирующего должника лица;  

- не дана оценка возражениям должника о том, что для определённого решением  контролирующих должника лиц характера его обычной хозяйственной деятельности  должник не был наделён этими лицами необходимыми собственными средствами при  формировании уставного капитала или впоследствии, а постоянная нуждаемость в  оборотных средствах восполнялась исключительно в форме процентных займов,  прекращение выдачи которых обусловило и невозможность продолжения лизинговой  деятельности;  

- судами не дана оценка доводам о том, что в отсутствие оборотных средств  состояние лизинговой компании можно характеризовать как имущественный кризис, не  оценена при таких обстоятельствах внутренняя структура активов и пассивов должника  независимо от результатов финансово-хозяйственной деятельности по итогам года,  причинам необходимости постоянных новых заимствований на фоне прибыльности  деятельности должника (не установлены направления расходования прибыли, влияние на  финансовую независимость должника новаций процентов по предыдущим (не спорным)  договорам займов в новые займы).  

По итогам повторного рассмотрения определением от 09.01.2023 Арбитражного  суда Новосибирской области требование ФИО3 в размере 57 021 793 руб. 01 коп.,  из них: 36 395 000 руб. основной долг, 20 566 793,01 руб. проценты, 60 000 руб. расходы  

по уплате государственной пошлины, включены в реестр требований кредиторов  должника – ООО «СТС-Лизинг», с отнесением в третью очередь удовлетворения.  

С судебным актом не согласился должник, обратившийся в Седьмой арбитражный  апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить определение суда первой  инстанции, понизив очередность требования до ликвидационной квоты.  

В обоснование доводов жалобы апеллянт указывает, что судом первой инстанции  не учтено, что ФИО3 является контролирующим должника лицом, он заведомо  зная о финансовом положении должника, о его зависимости от займов и крупной  задолженности перед ООО «ЧЭЗ», также контролируемом ФИО3, совершил  действия, приведшие к банкротству должника. Целью выбранной модели финансирования  должника чрез договоры займа \является перераспределение рисков на случай  банкротства. Кроме этого, должник заявил о несогласии с расчётом заявленных  процентов, указывая на недобросовестность их начисления.  

Доводы апелляционной жалобы поддержаны представителем должника в судебном  заседании.  

ФИО3 представлен в порядке статьи 262 АПК РФ отзыв на  апелляционную жалобу, в котором просит оставить определение суда без изменения, а  апелляционную жалобу - без удовлетворения. Заявитель по требованию указывает, что  активы должника в 2018-2020 гг. превышали суммы обязательств, стоимости имущества  было достаточно для удовлетворения всех денежных обязательств должника. Между тем,  должник имел признаки банкротства до обращения ФИО3 с требованием о  возврате задолженности по договорам займа, а именно по уплате обязательных платежей  за период с 25.03.2020 (НДС по итогам 2020 года). Заявитель полагает, что судом  правомерно отклонен довод о даче обязательных указаний должнику.  

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, личное участие и явку  своих представителей в судебное заседание не обеспечили, извещены надлежащим  образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично  путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в  информационно-телекоммуникационной сети Интернет, в связи с чем, суд апелляционной  инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу  при существующей явке.  

При рассмотрении жалобы суд апелляционной инстанции руководствуется  разъяснениями пункта 27 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020  

 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при  рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», согласно которому,  если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции  начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не  вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки  соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК  РФ.  

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее,  проверив в соответствии со статьей 268 АПК РФ законность и обоснованность  определения Арбитражного суда Новосибирской области, суд апелляционной инстанции  приходит выводу о наличии оснований для его отмены в обжалуемой части по  следующим основаниям.  

Из материалов дела следует, что между ФИО3 и ООО «СТС-Лизинг»  были заключены договоры займа от 19.06.2017, от 20.09.2017 № 20, от 26.02.2018 № 27, от  27.03.2018 № 30, от 11.04.2018 № 32, от 25.04.2018 № 33.  

По указанным договорам, ФИО3 предоставил Должнику займы, заемщик  свои обязательства по возврату займов в полном объеме не исполнил, что послужило  основанием для обращения с иском в суд.  

Решением Обского городского суда Новосибирской области от 02.10.2020 г. по  делу № 2-447/2020 исковые требования удовлетворены, с Должника в пользу  ФИО3 взыскана задолженность в сумме 37 514 500 руб., а также расходы по  уплате государственной пошлины в размере 60 000 руб.  

Указывая на возбуждение дела о банкротстве и наличие задолженности, кредитор  обратился в арбитражный суд с настоящим требованием.  

Признавая обоснованным требование ФИО3, суд первой инстанции  исходил из наличия вступившего в законную силу судебного акта о взыскании с должника  задолженности в пользу заявителя, отсутствия доказательств того, что ФИО3  контролировал деятельность должника, а договоры займа не имеют признаков  корпоративного финансирования должника, в связи с чем оснований для субординации  требований не усматривается.  

Не соглашаясь с данными выводами, судебная коллегия апелляционной инстанции  исходит из следующего.  

Обоснованность требования подтверждается вступившим в законную силу  решением Обского городского суда Новосибирской области, в соответствии с которым, с  должника в пользу кредитора взыскана задолженность в сумме 37 514 500 руб. по  договорам займа суда общей юрисдикции, которое в порядке пункта 24 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых  процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» не  пересматривалось.  

Согласно правовой позиции, содержащейся в определении Верховного Суда РФ от  06.06.2019 № 307-ЭС19-1984, подтверждённое вступившим в законную силу судебным  актом требование кредитора, по общему правилу, предоставляет ему возможность  инициировать процедуру несостоятельности должника, а также в упрощённом порядке (с  точки зрения процесса доказывания) добиться включения в реестр требований  кредиторов.  

Вместе с тем само по себе наличие вступившего в законную силу судебного акта,  подтверждающего сумму долга, не освобождает арбитражный суд, рассматривающий  дело о банкротстве, от обязанности определить очерёдность удовлетворения данного  требования (пункт 10 статьи 16 Закона о банкротстве).  

Соответствующая правовая позиция отражена в определении Судебной коллегии  по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 01.11.2019 № 307-ЭС19-10177(2,3).  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 3, 3.1, 3.2, 3.3 Обзора  судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах  банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц,  утверждённого Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020 (далее – Обзор от  29.01.2020), лицо, которое пытается вернуть общество, пребывающее в состоянии  имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством  предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное  финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, либо путём  предоставления контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение,  отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи,  подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа, то есть  избравшее модель поведения, отличную от предписанной законом, принимает на себя все  связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на  

случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других  кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ).  

При банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не  может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после  погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но  приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по  правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (далее -  очерёдность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).  

Вместе с тем, указанный случай (компенсационное финансирование) является не  единственным основанием для понижения очерёдности удовлетворения требований  контролирующих должника лиц.  

Так, в соответствии с пунктом 9 Обзора от 29.01.2020 очерёдность удовлетворения  требования контролирующего должника лица о возврате займа, предоставленного в  начальный период осуществления должником предпринимательской деятельности, может  быть понижена, если не установлено иных целей выбора такой модели финансирования,  кроме как перераспределение риска на случай банкротства.  

Из материалов дела (эл. документы 20.09.2021 11:26) следует, что ФИО3  является одним из участников (учредителей) ООО «СТС-Лизинг» (20 % доли в уставном  капитале), а 30% доли в уставном капитале ООО «СТС-Лизинг» принадлежат зависимым  от него лицам – 20 % супруге ФИО4, и 10 % сыну ФИО3  

Доля в размере 30 % принадлежит ФИО5, не являющейся  заинтересованным лицом по отношению к ФИО6, а также к Камышанам, которым  принадлежит 10 % (6,6 % ФИО7, 1,7 % ФИО7, 1,7 % ФИО7).  

20.02.2020 10 % доли в уставном капитале перешли к ООО «СТС-Лизинг»  вследствие выхода участника общества ФИО8 из состава учредителей.  

Поскольку 10 % доли в уставном капитале ООО «СТС-Лизинг» с февраля 2020 г.  не были распределены, то ФИО3 с супругой и сыном фактическим владели  большинством долей.  

Таким образом, в указанный период ФИО3 имел возможность определять  действия должника, в том числе, путём принятия решений общим собранием участников  ООО «СТС-Лизинг», в связи с чем ФИО3 является заинтересованным лицом по  отношению к должнику, а также лицом, контролирующим деятельность должника, по  формальным основаниям, установленным статьями 19, 61.10 Закона о банкротстве.  

Также из материалов дела следует, что при создании ООО «СТС-Лизинг» его  уставный капитал составил 500 000 руб. При этом, организация создавалась для ведения  лизинговой деятельности: предоставления в лизинг автомобилей, оборудования,  недвижимости.  

Очевидно, что у учредителей не было какой-либо неопределённости относительно  рынка, стоимости автомобилей, масштабов деятельности созданного ими нового  участника гражданского оборота. Следовательно, на начальном этапе им было заведомо  известно, что общество не имеет возможности вести нормальную предпринимательскую  деятельность по предоставлению в лизинг дорогостоящего имущества, такого как  автомобили, спецтехника, оборудование, ввиду очевидного несоответствия полученного  им имущества в виде уставного капитала в размере 500 000 руб. в соотношении с объемом  планируемых мероприятий.  

Таким образом, следует согласиться с утверждением должника, что участники  ООО «СТС-Лизинг» отказались от предусмотренных законом механизмов капитализации  через взносы в уставный капитал (статья 15 Закона «Об обществах с ограниченной  ответственностью») или вклады в имущество (статья 27 Закона «Об обществах с  ограниченной ответственностью») и воспользовались размером уставного капитала, не  выполняющим гарантирующую функцию.  

Любой разумный участник оборота, приступая к реализации проекта в сфере  предоставления в лизинг дорогостоящего имущества, изначально определяет перечень  необходимого имущества, размер первоначального финансирования за счет которого  осуществляется текущая деятельность до момента начала получения денежных средств в  качестве прибыли.  

Денежные средства, передаваемые ФИО3 ООО «СТС-Лизинг» по  договорам займа, расходовались на деятельность компании.  

Так, например, 15.02.2018 ООО «СТС-Лизинг» заключил договор купли-продажи  оборудования № 3.7 стоимостью 6 000 000 рублей со сроком оплаты в течение 10 рабочих  дней с момента передачи оборудования, и 26.02.2018 ФИО3 финансирует ООО  «СТС-Лизинг» на 6 000 000 рублей (110 000 долларов США, договор займа № 27 от  26.02.2018г., платёжное поручение от 26.02.2018).  

Также 19.06.2017 был заключен договор купли-продажи двух КАМАЗов, в этот же  день по договору займа от 19.06.2017 ООО «СТС-Лизинг» получило финансирование от  

ФИО3 в размере 5 000 000 руб., а 30.06.2017 ООО «СТС-Лизинг» осуществило  оплату в сумме 4 183 000 рублей по договору купли-продажи за два КАМАЗа.  

ФИО3 финансировал ООО «СТС-Лизинг» в целях приобретения  автомобилей и оборудования для дальнейшей передачи их в лизинг и получения прибыли.  

Также денежные средства, оформленные между ООО «СТС-Лизинг» и  ФИО3 договорами займа, фактически шли на финансирование деятельности  должника, в частности, на закупку оборудования для последующей передачи в лизинг  ООО «ЧЭЗ» (ИНН5410077260), в котором 76 % доли уставного капитала также  принадлежит ФИО3, а также материалов для последующей поставки ООО «ЧЭЗ».  

Так, например, с ООО «ЧЭЗ» был заключен договор финансовой аренды (лизинга)   № ОБ-7.1, передано оборудование стоимостью 16 580 300,85 рублей (в том числе НДС  2 529 198,44 руб.).  

По указанному договору ООО «СТС-Лизинг» должно было получить за 5 лет  лизинга 37 305 676,91 руб., однако от ООО «ЧЭЗ» лизинговых платежей не поступало, в  связи с чем ООО «СТС-Лизинг» было вынуждено обратиться в суд.  

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 19.04.2021 в связи с  досрочным расторжением договора лизинга с ООО «ЧЭЗ» в пользу ООО «СТС-Лизинг»  взыскано 8 106 300,86 руб. задолженности по лизинговым платежам и 2 087 957, 22 руб. –  пени.  

Задолженность до настоящего времени не погашена, оборудование возвращено  ООО «СТС-Лизинг», но при этом оно фактически не используется, так как закупалось  конкретно для специфической деятельности электродного завода ООО «ЧЭЗ».  

Очевидно, что данная сделка контролировалась ФИО3, так как он  является лицом, контролирующим деятельность и ООО «СТС-Лизинг», и ООО «ЧЭЗ».  

Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с утверждением  должника о том, что ФИО3 перераспределял риск утраты крупного вклада на  случай неуспешности коммерческого проекта, повлекшей банкротство, однако в ситуации  прибыльности все преимущества относились бы на это контролирующее лицо. Избранная  контролирующим лицом процедура финансирования уже в момент её выбора приводила к  очевидному дисбалансу прав должника (его учредителей, контролирующего лица) и прав  независимых кредиторов.  

При этом, действия ФИО3 по обращению в суд с иском о взыскании суммы  задолженности, а также наложению мер обеспечения в виде ареста денежных средств  

ООО «СТС-Лизинг», привели к невозможности ведения лизинговой деятельности. Так,  ООО «СТС-Лизинг» не обладало достаточными финансами для погашения задолженности  в полном объёме, а ввиду ареста денежных средств не могло продолжать деятельность по  финансовой аренде.  

Кроме того, о влиянии ФИО3 свидетельствуют полученные директором  ООО «СТС-Лизинг» в апреле 2020 г. письма, подтверждающие, что ФИО3 давал  поручения, в частности, письмо от 10.04.2020 о ведении переговоров только в  присутствии ФИО3 и письмо от 06.04.2020 о финансовой ревизии (эл. документ  20.09.2021 11:26).  

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что  материалами дела подтверждается наличие у ФИО3 признаков контролирующего  должника лица, что выражается в наличии формального контроля над более половиной  голосов в общем собрании общества (пункт 2 части 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве),  что позволяло ему определять действия должника по совершению сделок, в том числе с  контролируемыми им самим обществом «ЧЭЗ».  

Впоследствии, нарастив значительный объем дебиторской задолженности по  предоставленным займам, ФИО3 формально действуя в пределах процессуальных  возможностей практически парализовал деятельность должника путем обращения в суд с  требованием о взыскании долга с принятием обеспечительных мер, что привело к кризису  должника и последующему банкротству.  

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что в  рассматриваемом случае, учитывая описанное ранее нетипичное поведение учредителей  должника, в том числе ФИО3, при создании общества «СТС-Лизинг», совершение  и исполнение сделок под контролем ФИО3, суд приходит к выводу о  докапитализации должника за счет заемных средств вместо предусмотренных законом  корпоративных процедур и в силу положений пункта 9 Обзора влекущее субординацию  данного требования.  

С учетом изложенного, у суда первой инстанции отсутствовали основания для  включения требования ФИО3 в реестр требований кредиторов должника в третью  очередь удовлетворения.  

С учетом изложенного, апелляционная жалоба общества «СТС-Лизинг» признается  обоснованной, в связи с чем определение Арбитражного суда Новосибирской области от  09.01.2023 по настоящему делу подлежит изменению в соответствии с пунктами 3 и 4  

части 1 статьи 270 АПК РФ с изложением резолютивной части определения суда в иной  редакции.  

Согласно статье 333.21 Налогового кодекса РФ при подаче апелляционной жалобы  по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.  

Руководствуясь пунктом 2 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции  

П О С Т А Н О В И Л:

определение от 09.01.2023 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А453478/2021 изменить, изложив резолютивную часть в следующей редакции:  

«Требование ФИО3 в размере 57 021 793 руб. 01 коп., из  них: 36 395 000 руб. основной долг, 20 566 793 руб. 01 коп. проценты, 60 000 руб. расходы  по уплате государственной пошлины, признать обоснованными, подлежащими  удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты  должника - общества с ограниченной ответственностью «СТС-Лизинг».»  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в  Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со  дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через  Арбитражный суд Новосибирской области.  

Председательствующий А.Ю. Сбитнев  

Судьи О.А. Иванов 

 ФИО1