ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-85633/17

22 июня 2021 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 июня 2021 года

Полный текст постановления изготовлен 22 июня 2021 года

 

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего судьи – Мысака Н.Я., 

судей: Зеньковой Е.Л., Холодковой Ю.Е.,

при участии в заседании: 

от конкурсного управляющего ООО «СФ МЭРЛИН» - не явился, извещен

от ФИО1 – ФИО2 – дов. от 22.07.2020г.

от ФИО3 – ФИО4 – дов. от  15.01.2021г.

рассмотрев 16 июня 2021 года в судебном заседании кассационную жалобу  конкурсного управляющего ООО «СФ МЭРЛИН»,

на определение от 05 ноября 2020 года

Арбитражного суда города Москвы,

постановление от 12 февраля 2021 года

Девятого арбитражного апелляционного суда

по заявлению конкурсного управляющего должника - ФИО5 о  привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СФ  МЭРЛИН» ФИО6, ФИО3, ФИО1 

по делу о признании несостоятельным (банкротом) ООО «СФ МЭРЛИН»

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 30.11.2017 ООО «СФ МЭРЛИН» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.11.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2021, ФИО6 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СФ МЭРЛИН», производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «СФ МЭРЛИН» ФИО5 в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО6 приостановлено до окончания расчетов с кредиторами, в удовлетворении остальной части заявления отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий ООО «СФ МЭРЛИН» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит  определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО3, принять новый судебный акт о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО3

В обоснование кассационной жалобы ее заявитель ссылается на нарушение судами норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, утверждая, что судами неверно распределено бремя доказывания при рассмотрении обоснованности требований к бывшему главному бухгалтеру ФИО1 и соучредителю должника (20%);  судами не дана надлежащая оценка недобросовестности действий бывшего заместителя генерального директора и соучредителя (20%) ФИО3; выводы судов об отсутствии извлечения прибыли ФИО1 и ФИО3 от незаконных действий опровергаются представленными в материалы дела доказательствами

Надлежащим образом извещенный о месте и времени судебного разбирательства конкурсный управляющий ООО «СФ МЭРЛИН» явку своих представителей в суд кассационной инстанции не обеспечил, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие представителей этого лица.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ информация о рассмотрении настоящей кассационной жалобы размещена на общедоступных сайтах Арбитражного суда Московского округа http://www.fasmo.arbitr.ru  и   http://kad.arbitr.ru в сети "Интернет".

От ФИО7, ФИО3 поступили отзывы на кассационную жалобу, которые приобщены к материалам дела в судебном заседании суда кассационной инстанции.

От конкурсного управляющего ООО «СФ МЭРЛИН» поступило ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в отсутствие его представителя.

В силу части 1 статьи 286 АПК РФ уд кассационной инстанции проверяет законность решения, постановления, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Представители ФИО7, ФИО3 в судебном заседании суда кассационной инстанции в отношении удовлетворения кассационной жалобы возражали.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения представителя ФИО7, ФИО3, проверив в порядке статей 286, 287, 288 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления в обжалуемой части по доводам кассационной жалобы, поскольку они основаны на неправильном толковании заявителем норм материального права и направлены на переоценку исследованных судами доказательств, что, в силу норм статьи 286 и части 2 статьи 287 АПК РФ, не входит в полномочия суда.

Как установили суды, в реестр требований кредиторов должника включены требования кредитора, задолженность перед которыми образовалась в период, предшествующий заключению оспариваемого Договора (неисполненные перед кредитором ООО «СТК Групп» обязательства в сумме 3 219 557 руб. 90 коп. возникли 14.08.2014). Обязательства перед кредитором ООО «СТК Групп» не исполнены по настоящее время, что свидетельствует о неспособности Должника удовлетворить требования кредиторов и его соответствии признакам банкротства, установленным ст. 3 Закона о банкротстве. Задолженность в совокупности превышает размер, установленный п. 2 ст. 6 Закона о банкротстве. Указанная задолженность включена в реестр требований кредиторов и обязанность по её уплате не исполнена должником до настоящего времени.

Соответственно, привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника подлежат лица, контролирующие должника в период с 14.08.2011 до признания должника банкротом.

Согласно выпискам из ЕГРЮЛ от 11.01.2016 и расширенной выписке от 25.07.2018 в период с 06.07.2009 по 15.12.2017 (отстранение в связи с банкротством организации) руководителем должника и владельцем 60% доли в уставном капитале должника являлся ФИО6 Согласно табелю учета рабочего времени от 30.06.2015 остальные участники должника с долями по 20% также являлись работниками должника. ФИО3 являлся заместителем генерального директора. ФИО1 являлась главным бухгалтером должника.

Конкурсный управляющий, обращаясь с заявлением о привлечении лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СФ МЭРЛИН», ссылался на тот факт, что в предбанкротный период были совершены вредоносные сделки, выручка по сделкам составила 491 238 руб. 79 коп. при рыночной цене отчужденного имущества 7 278 000 руб.

Вдобавок, после признания ООО «СФ МЭРЛИН» банкротом и введения в отношении общества процедуры конкурсного производства руководителем должника не были переданы материальные и иные ценности должника, что осложнило для конкурсного управляющего сбор конкурсной массы.

Также, решением № 1531 от 20.08. должник привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения на сумму 37 137 184 руб., в том числе 27 343 558 руб. недоимки, 7 671 758 руб. пени и 2 121 868 руб. штрафа.

Вынесение вышеуказанного решения свидетельствует об искажении налоговой и бухгалтерской отчетности должника, следствием чего является презумпция вины контролирующих должника лиц.

Таким образом, конкурсный управляющий указал на нарушение ответчиками положений ст.ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Учитывая, что заявление конкурсным управляющим подано в суд 12.05.2020, суды обоснованно при рассмотрении настоящего спора применили положения о субсидиарной ответственности в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях", поскольку заявления о привлечении к субсидиарной ответственности поданы после 01.07.2017.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Согласно п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Согласно п. 4 ст. 10 Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Таким образом, нормы ст. 10 в указанной части корреспондируют ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Ответственность, предусмотренная ст. 10, 61.11 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, соответственно, для ее применения должна быть установлена вся совокупность гражданского правонарушения, включая виновность действий ответчика.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.06.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Из смысла приведенных правовых норм и разъяснений высших судов следует, что необходимыми условиями для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, являются наличие причинно-следственной связи между использованием данными лицами своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями (бездействием) должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство), при обязательном наличии вины этих лиц в банкротстве должника.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СФ МЭРЛИН» частично, исходил из отсутствия доказательств того, что ФИО3 и ФИО1 являются выгодоприобретателями по сделкам.

Кроме того, суд первой инстанции также указал, что материалами дела не подтверждается возложение на ФИО3 как заместителя руководителя обязанностей по ведению бухгалтерского учета и хранение документации, а также отсутствуют доказательства того, что у ФИО1, которая являлась главным бухгалтером должника до 03.10.2016, обладала документацией должника спустя указанное время.

К тому же, суд первой инстанции посчитал, что материалы дела не содержат доказательств того, что ФИО1 была скрыта документация должника.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО3 не являлся контролирующим должника лицом, сама по себе должность заместителя генерального директора данное обстоятельство не подтверждает, 20 % доля участия в обществе в порядке ст. 61.10 Закона о банкротстве также не свидетельствует об указанных обстоятельствах.

Доказательств извлечения прибыли ФИО1 и ФИО3 как участниками общества также не представлено.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что ФИО8 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности ввиду совершения вредоносных сделок, а также сокрытия имущества должника. В отношении иных ответчиков суд наличия виновных действий (бездействия) не обнаружил.

Выводы суда первой инстанции поддержал суд апелляционной инстанции, отклонив доводы апелляционной жалобы о наличии оснований для привлечения ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, поскольку их действия не отвечают критериям недобросовестности и неразумности.

Как установил суд, совершенные сделки не являлись для должника крупными и не одобрялись участниками должника, в связи с чем ФИО3 и ФИО1 не принимали решения и не давали одобрения об их заключении.

Суды правомерно исходили из того, что  заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО3, не содержат каких-либо заслуживающих внимание доводов и оснований для привлечения указанных лиц к ответственности.

Решением уполномоченного органа по результатам выездной налоговой проверки в отношении указанных ответчиков также каких-либо обстоятельств не установлено и выводов не сделано. 

 Судебная коллегия суда кассационной инстанции считает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем оснований для иной оценки выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется.

В соответствии с частью 3 статьи 288 АПК РФ нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения, постановления. Таких нарушений судами не допущено.

Доводы кассационной жалобы, повторяющие доводы апелляционной жалобы,  подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Кроме того, все доводы кассационной жалобы приводились при рассмотрении дела в суде первой и апелляционной инстанции и им была дана надлежащая оценка.

Таким образом, доводы кассационной жалобы о несогласии с принятыми судебными актами подлежат отклонению, поскольку иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

При этом, суд кассационной инстанции отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 АПК РФ суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрении, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем оснований для иной оценки выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 АПК РФ, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Оснований, предусмотренных статьей 288 АПК РФ, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 05 ноября 2020 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 12 февраля 2021 года по делу № А40-85633/17 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

 

Председательствующий судья                                          Н.Я. Мысак

Судьи:                                                                                    Е.Л. Зенькова          

                           Ю.Е. Холодкова