ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

09.10.2019

Дело № А40-35599/2015

Резолютивная часть постановления объявлена  02.10.2019

Полный текст постановления изготовлен  09.10.2019

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Холодковой Ю.Е.,

судей Голобородько В.Я., Михайловой Л.В.

при участии в судебном заседании:

не явились, извещены

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 29.05.2019,

вынесенное судьей Н.Л. Бубновой,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 31.07.2019,

принятое судьями А.Н. Григорьевым, В.С. Гариповым, И.М. Клеандровым

об отказе ФИО1 во включении в реестр требований кредиторов должника 

 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Виброинжстрой»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 16.11.2015 общество с ограниченной ответственностью «Виброинжстрой» (далее - ООО «Виброинжстрой», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

14.07.2017 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 18 018 807 руб. 00 коп.

Определением от 30.10.2017 г. суд оставил без рассмотрения заявление ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов ООО «Виброинжстрой». 

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2017 г. определение Арбитражного суда г. Москвы от 30.10.2017 г. отменено в части оставления без рассмотрения требования кредитора ФИО1 в размере 2 970 450 руб., вопрос направлен на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении с учетом изменений в порядке ст. 49 АПК РФ, Арбитражный суд г. Москвы рассмотрел требования ФИО1 о включении задолженности в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 1 800 000 руб. - займ, 576 045 руб. - проценты по займу.

Определением арбитражного суда г. Москвы от 30.07.2018 г., оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2018 г. в удовлетворении заявленного требования отказано.

Постановлением арбитражного суда Московского округа от 11.12.2018 г. определение арбитражного суда города Москвы от 30.07.2018 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2018 года по делу № А40-35599/15 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 31.07.2019 определение Арбитражного суда г. Москвы от 29.05.2019 г. во включении требования ФИО1 в размере 1 800 000 руб. - займ, 576 045 руб. - проценты по займу, отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела, неправильным применением норм материального права и нарушением норм процессуального права.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Отзывов на кассационную жалобу не поступило.

Участвующие в деле лица, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм процессуального права, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Как установлено судами, согласно выписке из единого государственного реестра юридических лиц с 13.08.2012 ФИО1 является участником ООО «Виброинжстрой» с размером доли в уставном капитале - 45,04 %, номинальной стоимостью 3 000 000 руб. В обоснование требования ФИО1 ссылается на договор займа № 01/13-04 от 04.03.2013, заключенный между кредитором и должником, согласно которому заимодавец передает заемщику денежные средства в размере 1 800 000 руб., а заемщик обязуется возвратить сумму займа, а также начисленные проценты. В подтверждение наличия задолженности кредитором представлены договор займа N 01/13-04 от 04.03.2013, заявление физического лица на перевод денежных средств в размере 1 800 000 руб. По условиям договора займа заемщик обязался оплатить заимодавцу проценты в размере 15,3 % годовых по окончании срока действия договора при возврате суммы займа. При этом срок действия договора либо срок возврата суммы займа договором займа не предусмотрен. В пункте 2.2. договора займа лишь указано, что договор заключен на срок до 30 января (без указания конкретного года), т.е. в день истечения указанного срока сумма займа должна быть возвращена заемщиком заимодавцу, в этот же день должны быть завершены выплаты процентов на сумму займа. С заявлением о включении требования в реестр требований кредиторов должника ФИО1 обратился лишь 14.07.2017, то есть спустя четыре с половиной года с момента заключения договора займа. Доказательств того, что ФИО1 ранее требовал от ООО «Виброинжстрой» возврата заемных средств и уплаты процентов за пользование займом, судами не установлено. В свою очередь, ООО «Виброинжстрой» также не предпринимало никаких мер к возврату заемных средств.

Суды пришли к выводу, что договор займа № 01/13-04 от 04.03.2013 является прикрывающей (мнимой) сделкой, а требование ФИО1 основано на корпоративных отношениях между ним и ООО «Виброинжстрой» по финансированию уставной деятельности последнего и не является денежным требованием в смысле этого понятия как оно определено в Законе о банкротстве.

Кроме того, исполняя указания суда кассационной инстанции и проверяя заявление конкурсного управляющего о пропуске срока исковой давности, суды учли положения о сроке действия договора, которые указаны в разделе 2 договора без указания года возврата и не может быть – 30.01.2013, так как сам договор заключен позже указанной даты – 04.03.2013.

Согласно ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если приведенные правила не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 810 ГК РФ в случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления займодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором. 

При указанных обстоятельствах суды пришли к выводу о необходимости отклонения довода конкурсного управляющего о пропуске срока исковой давности.

Суд кассационной инстанции считает выводы судов обоснованными.

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - Постановление N 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. 

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности, поскольку может иметь место злонамеренное соглашение должника и конкретного кредитора с целью причинения вреда имущественным правам иных кредиторов либо с целью ведения контролируемого банкротства. 

Таким образом, в деле о банкротстве включение задолженности в реестр требований кредиторов должника возможно только в случае установления действительного наличия обязательства у должника перед кредитором, которое подтверждено соответствующими доказательствами. 

При рассмотрении обоснованности требований кредиторов подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником. 

В отношении указанных требований, при первоначальном их рассмотрении конкурсным управляющим заявлено ходатайство о пропуске срока исковой давности, которое было удовлетворено. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, предусмотренном договором займа. 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС 16-20056(6), наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий как кредитора, заявившего о включении своих требований в реестр, так и должника. 

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством. 

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. 

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. 

В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. 

В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника. 

Согласно правовой позиции ВС РФ, изложенной в Определении № 305-ЭС/16-20992 (3) от 07.06.2018 по делу №А41-77824/2015, если степень аффилированное между кредитором, заявляющим требование, и должником является существенной, такой кредитор обязан опровергнуть обоснованные доводы заинтересованных лиц о признаках недобросовестности в их действиях по отношению, в первую очередь, к независимым кредиторам должника.

Проверка таких требований осуществляется судом более тщательно. 

При таких условиях, с учетом конкретных обстоятельств дела, суд вправе переквалифицировать отношения по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного. 

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора взаимоотношений. 

В случае если фактически заключение договора займа было обусловлено внутрикорпоративными правоотношениями общества, данные отношения следует расценивать, как действия, совершенные в рамках правоотношений между участником и обществом по управлению последним, следовательно, они не могут расцениваться как отношения сторон в процессе исполнения обязательств по гражданско-правовой сделке, и, как следствие, не подпадают под понятие денежного обязательства, предусмотренного закона «О несостоятельности (банкротстве)». 

При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает, что суды обоснованно применили приведенные выше правовые позиции Верховного суда РФ и обоснованно отказали ФИО1 в удовлетворении заявленных требований.

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем, оснований для иной оценки выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемых актов, нарушений судами норм процессуального права судами, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено. Судами первой и апелляционной инстанций были установлены все существенные для дела обстоятельства, изучены все доказательства по делу, и им дана надлежащая правовая оценка. Выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу. Нормы материального права применены правильно.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Учитывая изложенное, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 29.05.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 31.07.2019 по делу № А40-35599/2015 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Председательствующий-судьяЮ.Е. Холодкова 

Судьи:В.Я. Голобородько

 

Л.В. Михайлова