; № 09АП-67754/2024

Дело № А40-241025/22

г. Москва

10 декабря 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 02 декабря 2024 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 10 декабря 2024 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Д.Г. Вигдорчика,

судей В.В. Лапшиной, Е.Ю. Башлаковой-Николаевой, 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Е.С. Волковым,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ООО «ЖИВЫЕ ДИВАНЫ» и ФИО1 

на определение Арбитражного суда города Москвы от 03.09.2024 по делу № А40- 241025/22, 

об удовлетворении в части заявления конкурсного управляющего ООО «ДОМ УЮТА» о привлечении к субсидиарной ответственности Зеленову Ольгу Игоревну, ООО «Хоум Кутюр», ООО «ДОМ БРОСКО», ФИО1; о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ДОМ УЮТА»; о приостановлении производства по заявлению конкурсного управляющего ООО «ДОМ УЮТА» о привлечении Клементьевой Валерии Леонидовны к субсидиарной ответственности по делу № А40-241025/22-165-506Б в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами, 

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ДОМ УЮТА»,

при участии в   судебном заседании: 

от ФИО7: ФИО2 по дов. от 20.01.2024

от ООО «ЖИВЫЕ ДИВАНЫ»: ФИО3 по дов. от 24.04.2024

от ФИО1: ФИО4 по дов. от 26.10.2023

от а/у ФИО5 : ФИО6 по дов. от 29.11.2024

Иные лица не явились, извещены,

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 30.03.2023 в отношении ООО «ДОМ УЮТА» введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО5, член ААУ «Евразия».

В Арбитражный суд города Москвы 10.11.2023 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7, ООО «Хоум Кутюр», ООО «ДОМ БРОСКО».

В Арбитражный суд г. Москвы 14.08.2023 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1

Определением суда от 11.04.2024 вышеуказанные обособленные споры объединены в одно производство.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 03.09.2024г. суд удовлетворил в части заявление конкурсного управляющего. Привлек ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ДОМ УЮТА». Приостановил производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «ДОМ УЮТА» о привлечении Клементьевой Валерии Леонидовны к субсидиарной ответственности по делу № А40-241025/22-165-506Б в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с указанным определением, ООО «ЖИВЫЕ ДИВАНЫ», ФИО1 поданы апелляционные жалобы. 

ООО «ЖИВЫЕ ДИВАНЫ» просит суд отменить судебный акт суда первой инстанции в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7 В обоснование требований апелляционной жалобы заявитель указывает, что ФИО7, являясь руководителем (учредителем) ООО «ДОМ УЮТА» в период с 29.09.2017 по 05.04.2019, и соответственно, контролирующим должника лицом, своими действиями причинила существенный вред ООО «ЖИВЫЕ ДИВАНЫ», поскольку денежные средства полученные ООО «ДОМ УЮТА» от Покупателей в оплату товара ООО «ЖИВЫЕ ДИВАНЫ» по Агентскому договору №01-11/15 от 01.11.2015 за период с мая 2018 года по 19 января 2019 года в размере 2 485 490, 86 руб., после окончания срока действия Договора, не были перечислены в адрес ООО «ЖИВЫЕ ДИВАНЫ». Кроме того, ООО «ДОМ УЮТА» в период с 20.01.2019 по 31.01.2019, по истечении срока действия Договора осуществляло прием заказов от имени и за счет ООО «ЖИВЫЕ ДИВАНЫ» на сумму 1 846 387, 00 руб., которые также не были перечислены в адрес последнего. Указанные обстоятельства подтверждены решением Арбитражного суда города Москвы от 22.12.2020 по делу №А40-300204/2019, которым удовлетворены требования ООО «ЖИВЫЕ ДИВАНЫ» о взыскании с ООО «ДОМ УЮТА» основанного долга по Договору в размере 2 485 490, 86 руб. и неосновательного обогащения в размере 1 846 387, 00 руб. Таким образом, ФИО7, являясь руководителем (учредителем) ООО «ДОМ УЮТА», не выполнила обязательства последнего, чем причинила ООО «ЖИВЫЕ ДИВАНЫ» существенный вред, на общую сумму в размере 4 331 877, 86 руб. и не намеревалась их выполнять, сложив полномочия генерального директора и учредителя ООО «ДОМ УЮТА» 05.04. 2019. Данное обстоятельство является доказательством ее неправомерных действий допущенных при руководстве ООО «ДОМ УЮТА», которые и послужили в дальнейшем единственной причиной банкротства ООО «ДОМ УЮТА», поскольку у последнего имеется всего лишь один Кредитор в лице ООО «ЖИВЫЕ ДИВАНЫ». По состоянию на 01.01.2019 на расчетных счетах ООО «ДОМ УЮТА» имелись денежные средства в размере 5 873 000, 00 руб., которые позволяли генеральному директору Должника - ФИО7 исполнить текущие обязательства перед Кредитором, однако этого сделано не было.

ФИО1 просит суд отменить судебный акт суда первой инстанции в части привлечения ее к субсидиарной ответственности. В обоснование требований апелляционной жалобы ФИО1 указывает, что Решение от 30.03.2023 г. по настоящему делу о признании ООО «Дом Уюта» банкротом не было направлено в сторону ООО «Дом Уюта», Клементева В.Л., как контролирующее Должника лицо, не может быть привлечена к субсидиарной ответственность в порядке ст. 61.11 ФЗ о банкротстве за неисполнение обязательств, о которых ей не было известно. Передача документации, информации, ценностей Должника конкурсному управляющему была осуществлена в полном объеме до рассмотрения вопроса о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности. Конкурсным управляющим не доказано, и судом не установлено как и в какой мере задержка с передачей документации привела к существенному затруднению проведения процедур банкротства. А удовлетворение требования о привлечении лица к субсидиарной ответственности по 61.11 ФЗ о банкротстве в обстоятельствах, когда документация Должника была управляющим получена до рассмотрения требования о привлечении к субсидиарной ответственности, противоречит разъяснениям, данным Верховным судом в п. 24 ППВС №53 от 21.12.2017 г.

В соответствии с ч. 5 ст. 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Учитывая, что доводы апелляционной жалобы заключаются только в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7 и в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, жалобы рассматриваются в пределах заявленных в них доводов, законность и обоснованность судебного акта проверяется только в обжалуемой части на основании части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Возражений в суде апелляционной инстанции не заявлено.

Лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом о дате и времени рассмотрения в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Повторно исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции по следующим основаниям.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пункта 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу подпункта 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего обстоятельства: требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Указанные нормы презюмируют наличие причинно-следственной связи признания Должника несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц если требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2017 №305-ЭС17-13426, от 10.07.2018 №309-ЭС18-8773, от 13.08.2018 №305-ЭС18-11260).

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности установлены главой Ш.2. Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих  возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий:

Согласно пункту 4 указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

- являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

- имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Судом установлено, что согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ), в отношении ООО «Панацея»:

- в период с 29.09.2017 по 05.04.2019 ФИО7 являлась руководителем (учредителем) ООО "ДОМ УЮТА";

в период с 05.04.2019 по 06.04.2023 ФИО1 являлась генеральным директором, а также с 26.09.2019 по настоящее время является участником должника с размером доли 100%.;

Следовательно, ФИО7 и ФИО1 являются контролирующим должника лицами по смыслу положений пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

В своем заявлении конкурсный управляющий указывал, что ФИО7 и ФИО1 будучи контролирующим должника лицами не исполнили обязанность по передаче документов финансово-хозяйственной деятельности должника и имущества должника, что привело к невозможности формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов.

Согласно статье 61.11 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ), положения подпункта 2 пункта 2 названной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения подпункта 4 пункта 2 названной статьи применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами.

В силу пункта 1 статьи 61.13 Закона о банкротстве, в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника-унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором) или иными контролирующими должника лицами, гражданином-должником положений названного Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве, с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника.

Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности, руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно решению Арбитражного суда города Москвы от 30.03.2023 суд обязал руководителя должника в трёхдневный срок с даты утверждения конкурсного управляющего передать конкурсному управляющему должника имеющиеся у него бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности должника.

Судом установлено, что в период с 05.04.2019 по 06.04.2023 ФИО1 являлась генеральным директором, а также с 26.09.2019 по настоящее время является участником должника с размером доли 100%.

Суд первой инстанции указал, что доказательств того, что документация и имущество должника находятся в распоряжении ФИО7 которая была руководителем должника в период с 29.09.2017 по 05.04.2019, в материалы дела не предоставлено.

В связи с чем, суд пришел к выводу, что именно на ФИО1 лежала обязанность по передаче документов финансово-хозяйственной деятельности должника и имущества должника, конкурсному управляющему должника.

Конкурсный управляющий указывал, что документы, отражающие финансово-хозяйственную деятельность Должника, конкурсному управляющему не переданы.

Конкурсный управляющий указывает, что отсутствие полного объема документации препятствует осуществлению обязанностей конкурсного управляющего в деле о банкротстве в части формирования конкурсной массы, не позволит выявить имущество должника, подлежащее реализации и, как следствие, нарушает законные интересы кредиторов.

Неисполнение ФИО1 обязанности по передаче первичных бухгалтерских документов и отсутствие документации должника лишило конкурсного управляющего возможности располагать полной информацией о деятельности должника и совершенных им сделках, что повлекло невозможность проведения мероприятий, в частности, по истребованию имущества должника у третьих лиц, оспариванию сделок должника, предъявлению к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником (дебиторам должника), требований о ее взыскании и, как следствие, невозможность удовлетворения за счет пополнения конкурсной массы требований кредиторов должника.

ФИО1 в апелляционной жалобе ссылается на исполнения обязанности по передаче дел конкурсному управляющему, как основание для ее освобождения от ответственности.

Между тем как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции данная обязанность не была исполнена в полном объеме. В данном случае состоялась частичная передача дел, которые не раскрывают необходимый объем информации для проведения финансового анализа деятельности должника за последние три года до возбуждения процедуры банкротства.

Суд первой инстанции исходил из факта неправомерного сокрытия КДЛ документов отражающих финансовую деятельность должника, в связи с чем на законных основаниях привлек ликвидатора к субсидиарной ответственности.

При этом ликвидатором ФИО8 не представлено доказательств того, что документы должника в указанном объеме ей были переданы бывшим руководителем ФИО9, либо были изъяты в ходе проведения финансовых проверок, в том числе связанных с ликвидацией данного предприятия.

Доказательств обратного не представлено в материалы дела.

Ответственность руководителя должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности достоверной информации, наступления в результате названного бездействия, в том числе, выразившегося в непередаче документации конкурсному управляющему, последствия в виде невозможности формирования конкурсной массы или ее формирование в объеме, недостаточном для удовлетворения требований кредиторов.

Субсидиарная ответственность по обязательствам должника, возлагаемая Законом о банкротстве на руководителя, является следствием неисполнения обязанности предоставить в установленных случаях и в определенный срок бухгалтерскую документацию.

Неисполнение названной обязанности препятствует исполнению арбитражным управляющим возложенных на него полномочий по проведению мероприятий процедур, применяемых в деле о банкротстве, направленных, прежде всего на формирование конкурсной массы, за счет которой удовлетворяются требования кредиторов несостоятельного должника.

Ответственность, предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17 Федерального закона от 21.11.1996 №129-ФЗ "О бухгалтерском учете", пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ "О бухгалтерском учете") и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей с целью защиты прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, об исполнении обязательств, о возврате имущества из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Поскольку наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника презюмируется и является обязательным требованием закона, поэтому пункт 3.2 статьи 64 и пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязывают именно единоличный исполнительный орган передавать названные документы арбитражному управляющему, а при неисполнении названной обязанности - представлять доказательства причин, объективно препятствовавших передаче документации.

Невыполнение требования закона о предоставлении арбитражному управляющему первичных бухгалтерских документов или отчетности означает их отсутствие.

Ответственность, установленная федеральным законодателем за неисполнение обязанности по передаче документации должника конкурсному управляющему, является гражданско-правовой, при ее применении учитываются общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

Таким образом, в связи с не передачей документации Должника у управляющего отсутствовала возможность взыскать дебиторскую задолженность для наполнения конкурсной массы, что привело к затягиванию процедуры банкротства в отношении ООО «ДОМ УЮТА» и непогашению кредиторской задолженности банкрота.

В этой связи суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что ФИО1 будучи контролирующим должника лицом, не исполнила обязанность по передаче управляющему бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей. Следовательно, ФИО1 обоснованно привлечена к субсидиарной ответственности на основании подпунктов 2,4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Кроме того, ФИО1 в апелляционной жалобе приводит довод о том, что ей не было известно о том, что судом первой инстанции 30.03.2023 было принято решение о признании ООО «ДОМ УЮТА» несостоятельным (банкротом), и поэтому она не может быть привлечена к субсидиарной ответственности.

Данный довод также является несостоятельным, поскольку в решении суда первой инстанции от 30.03.2023 указано, что лица, не явившиеся в судебное заседание, извещены надлежащим образом, и поэтому дело рассматривается в их отсутствии.

Согласно пункту 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывают гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат (пункт 67). Статья 165.1 ПК РФ подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное (пункт 68).

Более того, суд апелляционной инстанции отмечает, что на момент принятия заявления о несостоятельности (банкротстве) должника, ФИО1 являлась генеральным директором, а именно в период с 05.04.2019 по 06.04.2023  (определение о принятии к производству заявления от 22.11.2022 по настоящему делу).

Учитывая изложенное, апелляционная жалоба ФИО1 удовлетворению не подлежит.

Конкурсный управляющий в своем заявлении также указывал на существенный вред причиненный ФИО7 имущественным правам кредитора в результате совершения ею сделки должника.

Конкурсный управляющий указывал, что между ООО «ЖИВЫЕ ДИВАНЫ» (Принципал) и 000 «ДОМ УЮТА» (Агент) был заключен агентский договор №01-11/15 от 01.11.2015 (далее по тексту - Договор) согласно которому агент принял на себя обязательство за вознаграждение от имени и за счет Принципала совершать юридические и иные действия, направленные на реализацию товара в порядке розничной торговли покупателям на торговых площадях Агента, расположенных по адресу: 

<

...>, корп.

Согласно пункту 2.2 Договора с целью реализации поручения Принципала Агент вправе от имени Принципала заключать с Покупателями Договоры купли-продажи Товара, принимать оплату по заключенным Договорам купли-продажи. Пунктом 3.1.4 Договора предусмотрено, что Агент обязан своевременно перечислять причитающиеся Принципалу денежные средства, полученные в ходе исполнения Договора в порядке, предусмотренном п. 6.1 Договора.

Согласно пункта 6.1.1 Договора при получении Агентом от Покупателя окончательной суммы расчета по Договору купли-продажи, денежные средства, подлежащие передаче Принципалу, передаются Агентом в течение 10 рабочих дней со дня поступления полной оплаты (100 %) от Покупателя в сумме, уменьшенной на сумму агентского вознаграждения

Конкурсный управляющий указывал, что в рамках указанного агентского договора в период с мая 2018 по 19.01.2019 (включительно) Должником были заключены Договоры купли-продажи с покупателями. ООО «ЖИВЫЕ ДИВАНЫ» осуществляет передачу товаров только при условии 100% их оплаты покупателями. Приобретенные по договорам купли-продажи товары были переданы покупателям по актам сдачи-приемки мебели. Однако Должник не перечислил ООО «ЖИВЫЕ ДИВАНЫ» денежные средства, принятые от покупателей в оплату товаров ООО «ЖИВЫЕ ДИВАНЫ» по договорам купли-продажи. В период с мая 2018 по 19.01.2019 включительно общая сумма принятых Должником денежных средств составляет 3 404 782 руб. Сумма, подлежащая выплате ООО «ЖИВЫЕ ДИВАНЫ» за вычетом агентского вознаграждения, составляет 2 485 490,86 руб.

В январе 2019 по инициативе ООО «ЖИВЫЕ ДИВАНЫ» указанный агентский договор был расторгнут денежные средства Принципалу не возращены. При этом у Агента на расчетных счета по состоянию на 01.01.2019 имелись денежные средства в размере - 5873 тыс. рублей, которые позволяли действующему Генеральному директору ООО "ДОМ УЮТА" ФИО7 исполнить текущие обязательства перед ООО «ЖИВЫЕ ДИВАНЫ», однако этого сделано не было.

По мнению конкурсного управляющего доказательством неправомерных действий ФИО7 при руководстве Должником, является то, что с 05.04.2019 ФИО7 сняла с себя полномочия руководителя и вышла из состава органов управления должника.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Таким образом, при обращении с требованием о привлечении руководителя должника, его учредителя к субсидиарной ответственности заявитель должен доказать, что своими действиями (указаниями) ответчик довел должника до банкротства, то есть до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам.

Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ, следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда (статьи 65 АПК РФ).

В пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 №6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

В силу норм пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Таким образом, бремя доказывания добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления  должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Суд первой инстанции указал, в нарушение положение статьи 65 АПК РФ конкурсным кредитором не доказано, что совершение бывшим руководителем должника указанной выше сделки явилось объективной причиной банкротства должника или существенно ухудшило его финансовое состояние.

Ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ.

Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя.

При недоказанности любого из этих элементов в удовлетворении заявления должно быть отказано.

Суд отметил, что материалы дела не содержат доказательств вины ФИО7 при исполнении ей обязанностей генерального директора должника, наличия причинно-следственной связи между ее указаниями или иными действиями и возникновением причин, повлекших несостоятельность (банкротство) должника, а также причинно-следственной связи между действиями указанного лица и последующим банкротством должника.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу о недоказанности всей совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности, установленной специальными нормами законодательства о банкротстве.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции обращает внимание на следующее.

ФИО7 указывала, что платежи контрагентам при руководстве Должником осуществлялись вплоть до передачи контроля над фирмой ФИО1 ООО «Дом Уюта» платило в сторону ООО «Живые Диваны» по агентскому договору, в сторону ООО «Олдей» по договору аренды (460 000 руб. в месяц), ООО «Оливия» по договору на почтово-секретарское обслуживание и аренду (50 000 рублей в месяц), ООО «Аркада» по договору аренды (525 000 рублей в месяц), и другим организациям. Доказательство этого были предоставлены суду.

Как правильно указал суд первой инстанции, для привлечения лица к субсидиарной ответственности требуется наличие причинно-следственной связи между действиями такого лица и банкротством организации. В рамках деятельности ООО «Дом Уюта» действия ФИО7, пока та осуществляла руководство фирмой, были правомерны. Причинно-следственной связи между действиями ФИО7 и банкротством ООО «Дом Уюта» не имеется.

В целях исполнения агентского договора ООО «Дом Уюта» и были заключены вышеупомянутые договоры аренды, предметом которых были торговые площади в многофункциональном торговом центре «Армада», расположенном по адресу 

<

...>. На торговых площадях размещались товары ООО «Живые Диваны», продажу которых осуществляло ООО «Дом Уюта», исполняя обязанности агента.

В период нахождения ФИО7 в должности руководителя ООО «Дом Уюта» надлежащим образом исполняло обязательства перед своими контрагентами, о чем также свидетельствует отсутствие в реестре требований кредиторов требований иных кредиторов, помимо ООО «Живые Диваны».

Суд апелляционной инстанции также учитывает пояснения ФИО7 о том, что последняя в рамках настоящего спора обращала внимание на исполнение ООО «Дом Уюта» обязательств перед ООО «Живые Диваны» на сумму 890 121,01 руб. Доказательства получения ООО «Живые Диваны» приобщены ФИО7 к материалам настоящего дела с дополнительной позицией к заседанию 16.07.2024 г. (л.д. 1-29 том 2).

Данные обстоятельства дополнительно свидетельствуют о добросовестном поведении ФИО7 в рамках осуществления руководства над ООО «Дом Уюта».

Суд апелляционной инстанции также учитывает, как разъяснено в пункте 20 Постановления N 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ. Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В соответствии с положениями ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Под причинно-следственной связью понимается объективно существующая связь между явлениями, при которой одно явление (причина) предшествует во времени другому (следствию) и с необходимостью порождает его.

Причинная связь между фактом причинения вреда (убытков) и действием (бездействием) причинителя вреда должна быть прямой (непосредственной).

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Исходя из вышеуказанных норм права, для наступления ответственности за причинение вреда необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств: факт причинения убытков, противоправность действий ответчика или факт нарушения ответчиком договорных обязательств, наличие причинной связи между понесенными убытками и неправомерными действиями ответчика, документально подтвержденный размер убытков.

Вместе с тем, учитывая указанные выше обстоятельства, а именно исполнение обязательств перед контрагентами, в т.ч. исполнение обязательств перед ООО «Живые Диваны» на сумму 890 121,01 руб., суд апелляционной инстанции не усматривает противоправных действий ФИО7 В данном случае также не усматривается причинно следственная связь, наличие обязательств перед кредитором в отсутствие неправомерных действий, на такие обстоятельства не указывают.

Доводы о переводе ФИО7 бизнеса на другие подконтрольные ей компании соответствующими доказательствами не подтверждены (ст. 65 АПК РФ).

При таких обстоятельствах, выводы, содержащиеся в судебном акте в обжалуемой части, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 03.09.2024 по делу № А40- 241025/22 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ООО «ЖИВЫЕ ДИВАНЫ» и ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:                                          Д.Г. Вигдорчик 

Судьи:                                                                                  В.В. Лапшина 

                                                                                              Е.Ю. Башлакова-Николаева 

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.