﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6365/19 

Екатеринбург

12 марта 2020 г.

 

Дело № А71-16965/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 04 марта 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 марта 2020 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Оденцовой Ю. А., Кудиновой Ю. В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Викон-Ижора» (далее – общество «Викон-Ижора») в лице конкурсного управляющего Акулова Евгения Евгеньевича                      на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда                          от 18.12.2019 о прекращении производства по делу № А71-16965/2018 Арбитражного суда Удмуртской Республики  о признании несостоятельным (банкротом) Чернова Александра Ивановича (ИНН 7841318517).

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания               на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие: Чернов Александр Иванович (далее – должник), а также его представитель Коровкина Е.А. (по устному ходатайству должника).

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 15.10.2018 принято к производству заявление общества «Викон-Ижора» о признании несостоятельным (банкротом) Чернова А.И., возбуждено дело о банкротстве.

К участию в рассмотрении настоящего дела в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены акционерное общество «ГУТА-Страхование» (далее – общество «ГУТА-Страхование»), Союз «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада» (далее – Союз «СРО Северо-Запада»).

Определением суда от 02.04.2019 в отношении Чернова А.И. введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена Платова Татьяна Витальевна.

Финансовый управляющий должника Платова Т.В. 29.07.2019 обратилась в арбитражный суд с ходатайством о введении в отношении должника процедуры реализации имущества.

Решением суда от 12.08.2019 Чернов А.И. признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена Платова Т.В.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда                 от 18.12.2019 решение суда первой инстанции от 12.08.2019 отменено, в признании Чернова А.И. несостоятельным (банкротом) отказано, производство по делу прекращено.

Общество «Викон-Ижора», не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции от 18.12.2019, обратилось в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить, решение суда первой инстанции от 12.08.2019 оставить в силе, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам.

Кассатор указывает, что суд апелляционной инстанции приобщил дополнительные документы, не указав, какие объективные обстоятельства препятствовали должнику представить данные документы в суд первой инстанции.

Кассатор считает, что выводы апелляционного суда о взыскании с Чернова А.И. как конкурсного управляющего убытков не как с физического лица, а как с специального субъекта (с одновременным указанием на возможность получения денег со страховой организации), являются ошибочными: у Чернова А.И. отсутствует статус специального субъекта, так как 28.12.2015 он был исключен из саморегулируемой организации, исполнительный лист от 30.05.2017 выдан на физическое лицо Чернова А.И.

Кассатор обращает внимание, что общество «Викон-Ижора» имеет право самостоятельно определять порядок получения денег по взысканным убыткам, то есть имеет право на подачу заявления о признании Чернова банкротом, сам по себе факт принятия судебного акта о взыскании со страховой суммы страхового возмещения - не прекращает гражданско-правовой ответственности Чернова А.И.     

Законность обжалуемого судебного акта проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе.

Как следует из материалов электронного дела и общедоступной информации, размещенной в картотеке арбитражных дел в отношении дела     № А56-57416/2011 Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области о банкротстве общества «Викон-Ижора», - 20.02.2016 судом принято к производству заявление конкурсного управляющего общества «Викон-Ижора» Акулова Е.Е. о взыскании убытков с арбитражных управляющих Черных Михаила Эдуардовича и Чернова Александра Ивановича в конкурсную массу общества «Викон-Ижора» в размере 4 856 000 руб.

После неоднократных отложений судебных заседаний определением суда от 30.05.2017 по делу № А56-57416/2011 (банкротство общества «Викон-Ижора») с арбитражного управляющего Чернова А.И. в пользу общества «Викон-Ижора» взысканы убытки в сумме 4 796 000 руб. Судебный акт вступил в законную силу 07.09.2017.

На основании вступившего в законную силу определения суда от 30.05.2017 обществу «Викон-Ижора» 22.06.2018 выдан исполнительный лист серии ФС №023129732, предъявленный конкурсным управляющим Акуловым для принудительного исполнения в службу судебных приставов-исполнителей Первомайского РОСП г. Ижевска Управления ФССП по Удмуртской Республике.

После возбуждения исполнительного производства Чернов А.И. обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о приостановлении или прекращении исполнительного производства. По мнению Чернова, взысканные с него определением от 30.05.2017 убытки должны погашаться из страховых сумм страхования ответственности арбитражного управляющего и компенсационного фонда саморегулируемой организации арбитражных управляющих (далее по тексту – СРО), если сумм страховки недостаточно.

По результатам рассмотрения указанного заявления Арбитражным судом Удмуртской Республики вынесено определение от 31.10.2018 по делу №А71-15904/2018, которым в удовлетворении требований Чернова Александра Ивановича отказано.

Также Чернов А.П. 04.09.2018 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (в дело о банкротстве общества «Викон-Ижора») с ходатайством об отзыве исполнительного листа от 22.06.2018 серии ФС №023129732 или приостановлении его действия, ссылаясь на то, что оснований для его исполнения ответчиком не имеется, поскольку в период исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника ответственность Чернова была застрахована ООО «БАЛТ-Страхование», ЗАО «ГУТА-Страхование», а также Черновым вносились компенсационный и членские взносы в саморегулируемую организацию, которыми должна быть погашена взысканная сумма.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.05.2019 по делу № А56-57416/2011 (банкротство общества «Викон-Ижора») Чернову А.И. отказано  в удовлетворении заявления об отзыве или приостановлении исполнительного листа. 

Определением суда от 04.10.2019 по делу № А56-57416/2011 (банкротство общества «Викон-Ижора») Чернову А.И. отказано  в удовлетворении заявления о пересмотре по новым и вновь открывшимся обстоятельствам определения от 30.05.2017.  Законность и обоснованность принятого по делу определения от 04.10.2019 проверяется в апелляционном порядке, судебное заседание назначено на 07.04.2020.

Также из материалов электронного дела и общедоступной информации, размещенной в картотеке арбитражных дел в отношении дела № А40-135029/18-43-981 следует, что решением суда от 07.12.2018 с  общества «ГУТА-Страхование» в пользу общества «Викон-Ижора» взыскано  3 000 000 руб. страхового возмещения (в связи с причинением обществу убытков вследствие незаконных действий арбитражного управляющего Чернова А.И., подтвержденных определением от 30.05.2017 по делу № А56-57416/2011 (банкротство общества «Викон-Ижора»)). Судебный акт вступил в законную силу 08.04.2019. 

Как следует из материалов настоящего дела и установлено судами, определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 15.10.2018 по заявлению общества «Викон-Ижора» возбуждено дело о банкротстве                Чернова А.И.

К участию в рассмотрении настоящего дела в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество «ГУТА-Страхование», Союз «СРО Северо-Запада».

Определением суда от 02.04.2019 в отношении Чернова А.И. введена процедура реструктуризации, финансовым управляющим утверждена               Платова Т.В.

Определением суда от 03.07.2019 приняты обеспечительные меры на имущество супруги должника Черновой Евгении Петровны (подаренное должником по договорам дарения от 01.04.2017 и 04.08.2017: транспортное средство - марка: MITSUB.OUTLANDER 2.0, гос. рег. знак: С290НА18, VIN: JMBXNCU2W3U004191, год выпуска: 2003 и два объекта недвижимого имущества - объект незавершенный строительством (назначение: незавершенное строительство; инвентарный номер: 11868 (н)), расположенный по адресу: Удмуртская Республика, Завьяловский район, д. Докша,                            ул. Пихтовая, д. 67, кадастровый номер объекта: 18:08074001:0148:11868 (н); земельный участок (категория земель: земли поселений; площадь 2584 кв.м), расположенный по адресу: Удмуртская Республика, Завьяловский район,                   д. Докша, ул. Пихтовая, д. 67, кадастровый номер объекта: 18:08:074001:0148) в виде запрета Росреестру по Удмуртской Республике и  Управлению ГИБДД МВД России по Удмуртской Республике производить регистрационные действия.

Решением суда от 12.08.2019 по настоящему делу о банкротстве должник признан банкротом, введена процедура реализации, финансовым управляющим утверждена Платова Т.В.

После введения процедуры реализации финансовый управляющий обратилась в арбитражный суд с заявлениями об оспаривании сделок должника  - договоров дарения транспортного средства и недвижимого имущества супруге должника (заключенных после инициирования в отношении должника судебного процесса о взыскании убытков и вынесении судебного акта о взыскании с должника убытков).

В реестр требований кредиторов должника включено требование общества «Викон-Ижора» в размере 4 705 661 руб. 71 коп. (определение суда           от 02.04.2019 о введении процедуры реструктуризации). 

Требования иных кредиторов в реестр требований кредиторов должника не включались. Определениями суда от 13.12.2019 Федеральной налоговой службе России отказано во включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 30 918 руб. 44 коп. и  6 036 руб. 51 коп. соответственно, в связи с ее погашением.

Определением суда от 17.12.2019 принято к производству заявление общества «Викон-Ижора» о частичном исключении требования из реестра требований кредиторов должника (в связи с взысканием сумм страхового возмещения и частичного удовлетворения требований заявителя по делу), судебное заседание назначено на 14.01.2020.

Ссылаясь на то, что первое собрание кредиторов должника приняло решение обратиться в арбитражный суд с ходатайством о признании должника банкротом и введении реализации имущества должника, с целью реализации имущества должника для последующего удовлетворения имущественных интересов кредиторов, целесообразно ввести в отношении должника процедуру реализации имущества гражданина, финансовый управляющий должника Платова Т.В. обратилась в арбитражный суд с ходатайством о введении в отношении должника процедуры реализации имущества.

Финансовым управляющим в ходе анализа финансового состояния должника сделаны выводы: о наличии в действиях должника признаков преднамеренного банкротства, об отсутствии оснований для проведения проверки наличия признаков фиктивного банкротства, о неплатежеспособности должника; указано на возможность оспаривания сделок совершенных должником с Черновой Е.П. (договоры дарения от 01.04.2017, от 04.08.2017).

Суд первой инстанции, признавая должника банкротом и вводя процедуру реализации имущества, исходил из того, что план реструктуризации долгов должником не представлен, должник отвечает признакам банкротства, установленным статьей 214 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в связи с чем финансовым управляющим сделан вывод о целесообразности введения в отношении должника процедуры реализации имущества, собранием кредиторов, проведенным 11.07.2019, принято решение ходатайствовать перед арбитражным судом о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, пришел к выводу об отсутствии оснований для признания Чернова А.И. банкротом и прекратил производство по делу, исходя из следующего.

Споры, связанные с профессиональной деятельностью арбитражного управляющего (в том числе о возмещении причиненных им убытков), его отношениями с саморегулируемой организацией арбитражных управляющих, разрешаются арбитражным судом (пункт 12 статьи 20 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 20 Закона о банкротстве арбитражным управляющим признается гражданин Российской Федерации, являющийся членом одной из саморегулируемых организаций арбитражных управляющих.

Арбитражный управляющий является субъектом профессиональной деятельности и осуществляет регулируемую настоящим Федеральным законом профессиональную деятельность, занимаясь частной практикой.

В силу пункта 3 статьи 20 Закона о банкротстве условиями членства в саморегулируемой организации арбитражных управляющих являются также наличие у члена саморегулируемой организации договора обязательного страхования ответственности, отвечающего установленным статьей 21.1 настоящего Федерального закона требованиям, внесение членом саморегулируемой организации установленных ею взносов, в том числе взносов в компенсационный фонд саморегулируемой организации.

На основании статьи 24.1 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан заключить договор обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего за причинение убытков лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением возложенных на арбитражного управляющего обязанностей в деле о банкротстве со страховой организацией, аккредитованной саморегулируемой организацией арбитражных управляющих, на срок не менее чем год с условием его возобновления на тот же срок.

В пункте 4 статьи 24.1 Закона о банкротстве указано, что объектами обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего являются имущественные интересы арбитражного управляющего, не противоречащие законодательству Российской Федерации, связанные с его обязанностью возместить убытки лицам, участвующим в деле о банкротстве, или иным лицам в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

Согласно пункту 5 статьи 24.1 Закона о банкротстве страховым случаем по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего является подтвержденное вступившим в законную силу решением суда наступление ответственности арбитражного управляющего перед участвующими в деле о банкротстве лицами или иными лицами в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 6 настоящей статьи.

Такой судебный акт (о взыскании с арбитражного управляющего убытков) завершает юридический состав страхового случая, делает его полным, так как подтверждает факт наступления ответственности управляющего.

При наступлении страхового случая страховщик производит страховую выплату в размере причиненных лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам убытков, установленных вступившим в законную силу решением суда, но не превышающем размера страховой суммы по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего (пункт 7 статьи 24.1 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 25.1 Закона о банкротстве компенсационный фонд саморегулируемой организации арбитражных управляющих формируется для осуществления компенсационных выплат в связи с возмещением убытков, причиненных лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве. Саморегулируемая организация отвечает за действия арбитражного управляющего, совершенные им в период членства в упомянутой организации.

Из пункта 6 статьи 25.1 Закона о банкротстве также следует, что саморегулируемая организация арбитражных управляющих или национальное объединение саморегулируемых организаций арбитражных управляющих обязаны осуществить компенсационную выплату в течение шестидесяти календарных дней с даты получения соответствующего требования или выдать лицу, обратившемуся с требованием о компенсационной выплате, мотивированный отказ в ее выплате.

Согласно пункту 11 статьи 25.1 Закона о банкротстве размер компенсационной выплаты из компенсационного фонда саморегулируемой организации арбитражных управляющих, членом которой являлся арбитражный управляющий на дату совершения действий или бездействия, повлекших за собой причинение убытков лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением возложенных на арбитражного управляющего обязанностей в деле о банкротстве, не может превышать пятьдесят процентов компенсационного фонда саморегулируемой организации арбитражных управляющих по требованию о компенсационной выплате применительно к одному случаю причинения убытков.

Судом апелляционной инстанции указано, что вступившим в законную силу судебным актом по делу № А56-57416/2011 с должника были взысканы убытки в пользу общества «Викон-Ижора», как с арбитражного управляющего (в период исполнения им обязанностей конкурсный управляющий общества «Викон-Ижора»), имеющего специальный статус, а не с физического лица.

Вступившими в законную силу судебными актами по делу                                       № А40-135029/2018 с общества «ГУТА-Страхование» (в котором осуществлялась страхования ответственность должника) в пользу общества «Викон-Ижора» взыскано 3 000 000 руб. страхового возмещения. Задолженность по страховому возмещению погашена обществом общества «ГУТА-Страхование» платежным поручением от 27.11.2019 № 1479.

В связи с оплатой данной суммы задолженности общество «Викон-Ижора» 06.12.2019 в рамках настоящего дела о банкротстве должника обратилось в арбитражный суд с ходатайством о частичном исключении из реестра требований кредиторов должника требования на сумму 3 000 000 руб.   

В силу пункта 3 статьи 25.1 Закона о банкротстве требование о компенсационной выплате из компенсационного фонда саморегулируемой организации арбитражных управляющих может быть предъявлено к саморегулируемой организации лицом, в пользу которого принято решение о взыскании убытков, только при одновременном наличии следующих условий: недостаточность средств, полученных по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего, для возмещения причиненных им убытков; отказ арбитражного управляющего удовлетворить требование такого лица или неудовлетворение арбитражным управляющим этого требования в течение тридцати рабочих дней с даты предъявления этого требования.

Согласно перечню имущества, составляющего компенсационный фонд Союза «СРО Северо-Запада» на 31.03.2017, балансовая стоимость активов (сумма денежных средств) составляет 37 734 078 руб. 61 коп.

Доказательства, свидетельствующие о невозможности получения обществом «Викон-Ижора» денежных средств в сумме задолженности должника, не покрытой обществом «ГУТА-Страхование», в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 25.1 Закона о банкротстве, из компенсационного фонда Союза «СРО Северо-Запада», членом которой являлся должник, осуществляя деятельность в качестве арбитражного управляющего, не представлены.

Оценив указанные обстоятельства, сославшись на то, что положения Закона о банкротстве предусматривают специальный порядок возмещения убытков с арбитражного управляющего, а также сославшись на  отсутствие требований, заявленных иными кредиторами, помимо общества «Викон-Ижора», суд апелляционной инстанции посчитал, что выводы суда первой инстанции о том, что должник отвечает признакам банкротства, установленным статьей 214 Закона о банкротстве – ошибочен.

На основании указанного суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что в рассматриваемом случае признание Чернова А.И. банкротом является нецелесообразным, не отвечает целям и задачам института банкротства, в связи с чем прекратил производство по делу о банкротстве.

В связи с вынесением судом апелляционной инстанции судебного акта о прекращении производства по делу о банкротстве, определением суда первой инстанции от 09.01.2020 по ходатайству должника отменены обеспечительные меры; определением суда первой инстанции от 20.01.2020  прекращено производство по требованиям финансового управляющего об оспаривании сделок должника.

Между тем, по мнению суда округа, судом апелляционной инстанции не учтено следующее.

Действительно, действующим законодательством предусмотрены такие инструменты обеспечения ответственности арбитражного управляющего как договор страхования ответственности и компенсационный фонд саморегулируемой организации.

Однако обязанность возмещения потерпевшему причиненных убытков лежит в силу  статьи 20.4 Закона о банкротстве на арбитражном управляющем и может быть исполнена в принудительном порядке с момента вступления в законную силу судебного акта о возмещении таких убытков. 

Действующее законодательство не обуславливает возмещение арбитражным управляющим  причиненного  его действиями/бездействием ущерба обязательным обращением потерпевшего за страховой выплатой в страховую организацию, застраховавшую профессиональную ответственность управляющего, либо в саморегулируемую организацию за выплатой из компенсационного фонда.

По смыслу статьи 20 Закона о банкротстве деятельность арбитражного управляющего относится к профессиональной деятельности и  осуществляется на свой риск, взыскание убытков с арбитражного управляющего за ненадлежащее исполнение им возложенных на него обязанностей является мерой ответственности за недобросовестное поведение, в то время как правовая цель формирования компенсационного фонда саморегулируемой организации заключается в создании дополнительной защиты лица, которому причинены убытки, путем обеспечения имущественной ответственности членов саморегулируемой организации.

Таким образом, вопреки выводам суда апелляционной инстанции, назначение компенсационного фонда саморегулируемой организации состоит не в защите интересов арбитражного управляющего, чьими незаконными действиями причинены убытки, а в обеспечении потерпевшему лицу дополнительной гарантии получения причитающегося возмещения.

Выбор способа защиты нарушенного права является прерогативой потерпевшего. 

Соответственно, при наличии у должника формальных признаков банкротства (невозмещение взысканных судебным актом убытков с мая 2017 года, наличие задолженности в размере более 1,5 миллионов (с учетом полученного страхового возмещения) у общества Ижора имеется право самостоятельного выбора способа защиты нарушенного права: в исполнительном производстве или в деле о банкротстве.  Избранный способ защиты в случае удовлетворения требований заявителя должен привести к восстановлению его нарушенных или оспариваемых прав. 

Обосновывая необходимость введения процедуры реализации имущества, заявитель по делу о банкротстве ссылался на отсутствие у должника имущества, позволяющего произвести исполнение в ординарном порядке (в рамках исполнительного производства) и указывал на возможность получения исполнения в рамках дела о банкротстве – с учетом возможности оспаривания в деле о банкротстве сделок должника по безвозмездному отчуждению принадлежащих ему активов в пользу своей супруги.

Отменяя решение суда первой инстанции о признании должника банкротом и введении в отношении должника второй процедуры банкротства (процедуры реализации после процедуры реструктуризации), суд апелляционной инстанции указал на ошибочность выводов суда первой инстанции  о наличии у должника признаков банкротства и нецелесообразность признания Чернова банкротом с учетом предусмотренного законом о банкротстве специального порядка взыскания убытков с арбитражного управляющего. 

Как уже было указано выше, являются необоснованными выводы апелляционного суда о наличии у потерпевшего (от незаконных действий арбитражного управляющего) обязанности принять меры к получению своего возмещения от страховой организации и из средств компенсационного фонда СРО – как обязательное условие, предваряющее право потерпевшего требовать возмещения убытков от непосредственного причинителя – арбитражного управляющего. 

Также признаются необоснованными и выводы апелляционного суда об отсутствии у должника Чернова А.И. признаков банкротства по следующим основаниям. 

При проверке обоснованности заявления кредитора о признании должника банкротом и решении вопроса о введении процедуры банкротства гражданина арбитражный суд проверяет: наличие у должника признаков банкротства (п. 2 ст. 33, п. 2 ст. 213.3 Закона о банкротстве); обоснованность требований заявителя; факт удовлетворения (неудовлетворения) должником требований заявителя на дату заседания арбитражного суда, неспособность гражданина удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей (ст. 214 Закона о банкротстве).

Под неплатежеспособностью гражданина для целей введения процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, согласно п. 3 ст. 213.6 Закона о банкротстве понимается неспособность гражданина удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей. 

Пунктом 3 ст. 213.6 Закона о банкротстве предусмотрены опровержимые презумпции неплатежеспособности гражданина: 

гражданин прекратил расчеты с кредиторами, то есть перестал исполнять денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей, срок исполнения которых наступил;

более чем десять процентов совокупного размера денежных обязательств и (или) обязанности по уплате обязательных платежей, которые имеются у гражданина и срок исполнения которых наступил, не исполнены им в течение более чем одного месяца со дня, когда такие обязательства и (или) обязанность должны быть исполнены;

размер задолженности гражданина превышает стоимость его имущества, в том числе права требования;

наличие постановления об окончании исполнительного производства в связи с тем, что у гражданина отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание.

Социально-реабилитационный характер института банкротства гражданина направлен на исключение возможности так называемого случайного банкротства, когда несостоятельным может быть признан гражданин, испытывающий временные финансовые трудности. 

В связи с этим по смыслу нормы п. 3 ст. 213.6 Закона о банкротстве бремя доказывания совокупности условий, составляющих одну из презумпций, лежит на лице, обратившемся с заявлением о признании гражданина банкротом. Бремя опровержения данных презумпций и доказывания того, что должник является платежеспособным и неоплата указанной заявителем задолженности вызвана кратковременными финансовыми трудностями, лежит на гражданине - должнике. 

В частности, абзацем 7 п. 3 ст. 213.6 Закона о банкротстве предусмотрено, что  гражданин не может быть признан неплатежеспособным, если имеются достаточные основания полагать, что с учетом планируемых поступлений денежных средств, в том числе доходов от деятельности гражданина и погашения задолженности перед ним, гражданин в течение непродолжительного времени сможет исполнить в полном объеме денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей, срок исполнения которых наступил.

Законоположения, закрепляющие сложный юридический состав основания для введения по заявлению кредитора в отношении гражданина одной из процедур банкротства (формальные признаки банкротства, неплатежеспособность и непогашенность задолженности на момент судебного заседания) рассчитаны на модель добросовестного поведения должника в хозяйственном обороте. 

Наличие непогашенной (в том числе и после страховой выплаты) задолженности (более 1,5 миллионов рублей) участниками дела не оспаривается. Каких-либо доводов о наличии у должника имущества, достаточного для погашения в разумный срок имеющейся задолженности – ни должником, ни иными лицами не приводились. Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о какой-либо недобросовестности заявителя (общества «Викон-Ижора», пытающееся с 2017 года получить возмещение убытков, причиненных Черновым необоснованным списанием еще в октябре 2013 года с расчетного счета общества «Викон-Ижора» денежных средств) – судом апелляционной инстанции не установлено.

При этом суд округа полагает необходимым отметить, что само по себе перечисление СРО денег из компенсационного фонда не освобождает арбитражного управляющего от обязанности исполнить вступивший в законную силу судебный акт о возмещении причиненных им убытков, так как в случае осуществления выплаты из средств компенсационного фонда саморегулируемой организации в пользу потерпевшего его место в обязательстве из причинения вреда (на сумму произведенной выплаты) занимает саморегулируемая организация применительно к правилам пункта 1 статьи 387 ГК РФ (данный подход изложен в Определение Верховного Суда РФ от 12.07.2018 N 305-ЭС18-10791 по делу N А40-150995/2016). 

Соответственно, предоставленные законодательством потерпевшему дополнительные гарантии возмещения убытков - не нивелируют имеющиеся у должника признаки банкротства, так как не изменяют и не уменьшают размер задолженности должника по деликтному обязательству, а только лишь потенциально могут изменить личность потерпевшего (вместо общества «Викон-Ижора» – конкретная СРО). 

При этом суд округа не может не отметить то обстоятельство, что само по себе прекращение апелляционным судом производства по настоящему делу о банкротстве (где уже проведена одна процедура банкротства (реструктуризация), требующая финансовых затрат, и где финансовым управляющим уже предприняты меры к формированию конкурсной массы (поданы заявления об оспаривании сделок должника)) – хотя формально и не будет являться препятствием для возбуждения иного дела о банкротстве (например, по заявлению СРО в случае возмещения ею потерпевшему из компенсационного фонда), но уже затруднит достижение цели банкротства (в связи с возможным истечением трехлетнего периода подозрительности для оспаривания сделок должника по дарению имущества супруге, что затруднит проверку данных сделок в судебном порядке). А целью банкротства, в том числе и потребительского, является не только освобождение от исполнения обязательств, но и соразмерное получение кредиторами удовлетворения своих требований из сформированной конкурсной массы. 

Таким образом, само по себе необращение общества «Викон-Ижора» в Союз «СРО Северо-Запада» за получением денежных средств из компенсационного фонда (в сумме задолженности должника, не покрытой обществом «ГУТА-Страхование»), не препятствует рассмотрению настоящего дела о банкротстве по существу и принятию судебного акта по результатам проверки обоснованности заявления общества  «Викон-Ижора» о признании Чернова А.И. банкротом.

При таких обстоятельствах суд округа полагает необходимым в соответствии с  пунктом 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2019 отменить, решение Арбитражного суда Удмуртской Республики  от 12.08.2019 оставить в силе.  

При этом приведенный в кассационной жалобе довод о неправомерном приобщении апелляционным судом к материалам дела дополнительных доказательств, судом округа отклоняется.

Принятие дополнительных доказательств судом апелляционной инстанции не может служить основанием для отмены постановления суда апелляционной инстанции. Вместе с тем, непринятие судом апелляционной инстанции новых доказательств при наличии к тому оснований, предусмотренных в части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, может в силу части 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являться основанием для отмены постановления суда апелляционной инстанции, если это привело или могло привести к вынесению неправильного постановления (абзац 5 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции». Применение части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должно осуществляться судом апелляционной инстанции в каждом конкретном случае и с учетом того, насколько новые доводы (доказательства) могут повлиять на результат рассмотрения дела.

Таким образом, разрешение вопроса о принятии, а также оценка дополнительных доказательств находится в пределах усмотрения суда апелляционной инстанции.

Руководствуясь статьями 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2019 о прекращении производства по делу № А71-16965/2018 Арбитражного суда Удмуртской Республики  отменить.

Решение Арбитражного суда Удмуртской Республики  от 12.08.2019 по делу № А71-16965/2018 оставить в силе.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               О.Н. Новикова 

 

Судьи                                                                            Ю.А. Оденцова 

 

                                                                                             Ю.В. Кудинова