ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-283/2025

г. Челябинск

02 апреля 2025 года

Дело № А76-25957/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 01 апреля 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 02 апреля 2025 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Поздняковой Е.А.,

судей Кожевниковой А.Г., Румянцева А.А., при ведении протокола секретарем судебного заседания Ромадановой М.В., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего имуществом общества с ограниченной ответственностью «Лоджик Лэнд» - ФИО1 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 26.11.2024 по делу № А76-25957/2016 об отказе в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

В заседании принял участие представитель ФИО2, действующий в интересах ФИО3 по доверенности от 05.12.2023, ФИО4 по доверенности от 26.02.2024, личность представителя установлена по паспорту.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 21.11.2016 возбуждено дело о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Ресурс» (далее - ООО «Ресурс», должник).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 28.08.2017 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Ресурс» введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО5, член Ассоциации «Краснодарская межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Единство».

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2019 по делу № А76-25957/2016 ООО «Ресурс» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства сроком на 6 месяцев. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего ООО «Ресурс» возложено на временного управляющего ФИО5.

Сведения об открытии в отношении должника конкурсного производства опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 14 от 26.01.2019.

03.09.2021 (вх.№ 95259 от 06.09.2021) исполняющий обязанности конкурсного управляющего ООО «Ресурс» ФИО5 обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением, в котором просит:

- привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Ресурс» ФИО6, ФИО4, ФИО3;

- взыскать солидарно с ФИО6, ФИО4, ФИО3 в пользу ООО «Ресурс» 514 114 939 руб. 01 коп. и 220 000 евро.

21.10.2022 в суд поступило заявление ИП ФИО7, в котором просит привлечь его в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в настоящем обособленном споре.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 26.11.2024 в удовлетворении ходатайства Индивидуального предпринимателя ФИО7, о привлечении к участию в настоящем споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, отказано.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Ресурс» ФИО5, о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО4, ФИО3, ФИО8 по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Ресурс», отказано.

Не согласившись с вынесенным определением суда первой инстанции от 26.11.2024, конкурсный управляющий имуществом ООО «Лоджик Лэнд» - ФИО1 (далее – податель апелляционной жалобы, апеллянт) обратился в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение отменить, указав в жалобе, что наличие задолженности ООО «Ресурс» свидетельствует о том, что общество вело убыточную деятельность и продолжало принимать на себя неисполнимые обязательства. Анализ деятельности должника указан конкурсным управляющим ФИО5 в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности. Одним из оснований ухудшения финансового состояния должника указано отчуждение в 2016 году (в период, когда участниками должника являлись ФИО4 и ФИО3.) значительной части основных средств.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.02.2025 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 01.04.2025.

До начала судебного заседания, посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр» от ФИО3, ФИО4 поступил отзыв на апелляционную жалобу, с доказательством его направления в адрес лиц, участвующих в деле, который в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), приобщен судом к материалам дела.

Представитель ответчиков в судебном заседании возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание представителей не направили. 

В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ дело рассматривалось судом апелляционной инстанции в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле. 

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Исследовав обстоятельства дела, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Поскольку обстоятельства, послужившие основанием для предъявления заявления о привлечении соответчиков к субсидиарной ответственности, имели место в период 2014 - 2016 годах, то настоящий спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных ст. 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона 28.06.2013 года № 134-ФЗ.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Согласно п. 17 Постановления № 53 в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Согласно правовой позицией высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 22 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которой, при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункта 3 статьи 56 ГК РФ), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Под отчуждением значительной части активов должника следует понимать реализацию возведенного Транспортно-Логистического комплекса Южноуральский».

Между тем, судами неоднократно (именно в рамках дела А76-25957/2016) подчеркивался правомерный и добросовестный характер осуществления должником деятельности по возведению и последующему отчуждению комплекса.

Так, отказывая в квалификации договора купли-продажи ТЛК «Южноуральский» ничтожной сделкой, Верховный Суд РФ отметил: Судами установлено, что спорный объект возводился на денежные средства, предоставленные лизинговой компанией должнику в 2014 году. При этом стороны изначально предполагали (дополнительное соглашение от 14.04.2014 № 1 к договору займа от 04.04.2014), что после возведения ТЛК заем будет погашен посредством продажи данного объекта заимодавцу и зачета требований по займу и купле-продаже между собой, что и было сделано впоследствии. Кроме того, стороны изначально предполагали (предварительный договор лизинга от 14.04.2014 № 0531-001-К/2014), что после перехода права собственности на ТЛК в пользу лизинговой компании последняя передаст недвижимость в лизинг обратно должнику, что также было реализовано. Совокупность названных сделок с учетом обстоятельств, установленных судами, выступления лиц, участвующих в данном обособленном споре, судебная коллегия квалифицирует следующим образом. Заемные отношения в действительности таковыми и являлись. Лизинговая компания фактически кредитовала общество «Ресурс», предоставляя ему финансовую возможность создать ТЛК для последующей эксплуатации в целях извлечения прибыли. Продажа должником имущества с последующим одновременным принятием его в пользование по договору лизинга и необходимостью уплаты в течение определенного периода лизинговых платежей в целях обратного выкупа с экономической точки зрения являлась в данном случае составной частью отношений по обеспечению кредита, полученного от покупателя, с временным предоставлением последнему титула собственника для повышения гарантии возврата финансирования и платы за него в виде процентов, что соответствует 6 действующему законодательству (статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.03.2017 по делу № 307-ЭС16-3765 (4, 5) - Определение Верхового Суда РФ от 15.04.2019 года по делу А76-25957/2016 (№309-ЭС18-22030), стр. 5-6.

В определении Арбитражного суда от 11.05.2021 (было оставлено без изменения апелляционной и кассационной инстанциями) отражен результат судебной оценки всего комплекса мероприятий по возведению и последующему отчуждению комплекса (и его правомерный характер).

Как следует из судебных актов по иным обособленным спорам, рассмотренным в рамках дела о банкротстве №А76-25957/2016, и зафиксировано в постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 10.12.2020 № Ф09-5308/18, между обществом «ГТЛК» (заимодавцем) и должником (заемщиком) 01.04.2014 заключен договор целевого займа №Ol-p/з, на сумму 4 761 314 000 руб., под 13% годовых. В последующем 04.04.2014 между должником (заказчиком) и обществом «Энекс» (генподрядчиком) заключен договор № 11 ТЛК, предметом которого являлось выполнение работ по строительству мультимодального Транспортно-логистического комплекса «Южноуральский» (далее - ТЛК). В рамках указанного договора должником было перечислено 4 472 654 515, 25 руб. в счет оплаты выполненных работ. В соответствии с дополнительным соглашением от 14.04.2014 № 1 к договору займа и предварительным договором лизинга от 14.04.2014 № 0531-001-К/2014, общество «ГТЛК» и должник пришли к соглашению об исполнении всех обязательств заемщика из договора займа путем приобретения обществом «ГТЛК» в лизинг для общества «Ресурс» построенного недвижимого имущества ТЛК «Южноуральский». При этом цена недвижимого имущества должна быть согласована сторонами дополнительно, но в размере не менее суммы равной размеру задолженности заемщика по договору займа, включая задолженность по возврату суммы полученного займа и процентов за пользование денежными средствами, а также сумм гарантийного удержания, которые заемщик должен оплатить генеральному подрядчику. Договоры лизинга недвижимости и купли-продажи недвижимости должны были быть заключены не позднее 31.10.2015. 

Между обществом «ГТЛК» (покупатель) и обществом «Ресурс» (продавец и лизингополучатель) 17.12.2015 заключен договор куплипродажи № ДКП 0531-004-К/2015с учетом дополнительного соглашения № 1 от 25.02.2016, а также договор финансовой аренды (лизинга) № ДЛ 0531-004-К/2015. В приложении № 1 приведен график платежей, включающий сведения о платеже в определенный период, сроки уплаты, выкупной стоимости. Имущество передано по актам лизингополучателю 25.02.2016. Государственная регистрация договора финансовой аренды (лизинга) осуществлена 09.03.2016. 

По условиям договора купли-продажи должник произвел отчуждение ТЛК в пользу лизинговой компании (с учетом дополнительного соглашения № 2 от 01.10.2016 к договору купли-продажи от 17.12.2015 № ДКП 0531-004-К/2015 об уменьшении на сумму недостатков в размере 343 387 229,46 руб.) по цене 5 601 502 057,39 руб. По указанному ранее договору лизинга от 17.12.2015 (заключенному в один день с договором купли-продажи) лизинговая компания (лизингодатель) передала должнику (лизингополучателю) ТЛК обратно, но уже в лизинг, с суммой ежемесячных платежей за первый год - 125 млн. руб. 01.10.2016 между должником и лизинговой компанией заключено соглашение о расторжении договора лизинга от 17.12.2015, стороны определили, что на стороне должника лежит завершающая обязанность в размере 465 681 218,43 руб.

Исследовав фактические обстоятельства спора, рассмотрев доводы и возражения лиц, участвующих в деле, оценив представленные в материалы дела документы, проанализировав условия вышеуказанных договоров займа, купли-продажи и лизинга, суды установили, что представленные в материалы дела документы в их совокупности свидетельствуют о том, что фактически заключение ряда сделок направлено на оформление финансирования лизинговой компанией строительства должником ТЛК «Южноуральский». 

Выбор способа оформления правоотношений был связан со спецификой регулирования отношений в сфере лизинга, в соответствии с которыми незастроенный земельный участок не мог быть передан должнику на условиях договора лизинга.

 В сложившейся ситуации сторонами избрана двухступенчатая модель отношений через заключение на первоначальном этапе договора целевого займа № 01-р/з от 04.04.2014, а затем договора финансовой аренды (лизинга) № ДЛ 0531-004- К/2015 от 17.12.2015 с одновременным заключением договора купли-продажи № ДКП 0531-004-К/2015 от 17.12.2015. 

Конечной целью участников сделки было получение логистического комплекса должником и получение платы за пользование предоставленным финансированием со стороны общества «ГТЛК».

 Приобретение объекта лизинговой компанией для последующего предоставления в лизинг должнику, являлось ничем иным как действием, направленным на обеспечение исполнения обязательств по возврату финансирования, через модель договора займа со стороны должника. 

Фактически оформление ряда договоров представляют конструкцию единой сделки - финансирование строительства ТЛК, что отражено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.04.2019 по делу № 309-ЭС18-22030. Как следует из материалов дела, 17.12.2015 между обществом «Ресурс» (продавец, лизингополучатель) и обществом «ГТЛК» (покупатель) заключен договор купли-продажи ТЛК «Южноуральский» (1этап) общей стоимостью 5 944 889 286, 25 руб. (л.д.29-38 т.З). Согласно п.3.2 договора покупатель оплачивает продавцу общую стоимость имущества в следующем порядке: 5 590 123 686,85 руб. в течение 15 рабочих дней после государственной регистрации перехода права собственности на имущество; оплата может осуществляться путем зачета встречных требований покупателя к продавцу о возврате суммы займа и уплате процентов за пользование денежными средствами, вытекающих из договора целевого займа №Ol-p/з от 01.04.2014 (п.3.2.1); 354 765 600,00 руб. - не ранее, чем через 24 месяца с даты ввода последнего из объектов в эксплуатацию, но не позднее 31.12.2017 (п.3.2.2). Порядок передачи имущества согласован сторонами в разделе 4 договора. Передача имущества оформляется актом приема передачи (п.4.1). 

При обнаружении недостатков имущества при его приемке стороны совместно составляют трехсторонний рекламационный акт с указанием выявленных недостатков и срока их устранения; продавец обязан устранить выявленные недостатки имущества в срок не позднее 30 календарных дней с даты составления рекламационного акта (п.4.4). 

Объекты недвижимости, входящие в состав ТЛК «Южноуральский», были переданы продавцом покупателю по актам приема-передачи от 25.02.2016 №№1-18 с недостатками, зафиксированными в актах о недоделках, дефектах (рекламационных актах) (л.д.26-148 т.2). 17.03.2016 (исх.№ 01/18-1103) обществом «ГТЛК» в адрес общества «Ресурс» направлено требование об устранении недостатков, зафиксированных в актах приема-передачи объектов, на сумму 343 387 229,46 руб., письмо ОАО «Ямалгипротранс» № 88-т/15 от 31.12.2015 с расчетом примерной стоимости работ (л.д. 48-58 т.3). 

01.10.2016 обществом «Ресурс» (продавец, лизингополучатель) и обществом «ГТЛК» (покупатель) подписано Дополнительное соглашение № 2 к договору купли - продажи № ДКП 0531-004-К/2015 от 17.12.2015 (л.д. 45-47 т.3). 

Согласно п. 1 Дополнительного соглашения продавец признает и подтверждает, что в процессе приемки имущества, указанного в п. 1.2 договора, покупателем были выявлены недостатки имущества, которые отражены сторонами в двусторонних актах приема - передачи №1,2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17,18 от 25 февраля 2016 г. к договору купли - продажи.

 Стоимость работ по устранению в указанных актах недостатков составляет 343 387 229,46 руб., в том числе НДС 18%, в соответствии с требованием покупателя от 17.03.2016 № 01/18-1103. 

По состоянию на дату подписания настоящего Дополнительного соглашения недостатки имущества, указанные в актах приема-передачи имущества, продавцом не устранены. 

Стороны пришли к соглашению об уменьшении стоимости (цены) имущества, внесли изменения в пункты 3.1, 3.2 договора купли-продажи от 17.12.2015. 

Общая стоимость имущества определена сторонами в размере 5 601 502 057, 39 руб. 

Таким образом, цена продажи имущества была уменьшена сторонами на 343 387 229 руб. 46 коп.

В определении арбитражного суда от от 25.06.2021 г. по делу №А76-25957/2016 также имеются выводы, имеющие значение для разрешения настоящего спора по существу. 

Рассматривая заявление о признании недействительным договора финансовой аренды от 17.12.2015 №ДЛ 0531-004- К/2015 (дата регистрации 09.03.2016) между ПАО «ГТЛК» и ООО «Ресурс», Суд констатировал, что формируя последовательную цепь правоотношений сторон, целью которой являлось возведение ТЛК «Южноуральский» и последующая эксплуатация такового силами ООО «Ресурс», действовавшие в то время органы должника действовали разумно, в условиях, исключающих наличие каких-либо элементов злоупотребления своими правами.

Разрешая заявления конкурсного управляющего Суд первой инстанции пришел к выводу о пропуске срока исковой давности. Указанный вывод не оспорен конкурсным управляющим. При рассмотрении спора в Суде первой инстанции ни конкурсным управляющим, ни кредитором не заявлены контрдоводы в отношении сроков, ходатайство о восстановлении пропущенного срока не заявлено. Между тем, пропуск срока давности является достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Разрешая аналогичный спор, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд признавал правомерным применение годичного срока исковой давности (см. Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14 ноября 2022 г. № 18АП-9999/22 по делу № А47-13857/2021).

Дата наступления объективного банкротства должника заявителем не обоснована, не подтверждена надлежащими доказательствами; в суд не представлен расчет требований, возникших после наступления указанной даты. Предъявляя требование в том числе и к участникам должника, заявитель не приводит правового обоснования возможности привлечения данных лиц по такому основанию, как отсутствие действий по инициированию процедуры несостоятельности юридического лица.

Финансовый анализ должника, сформированный арбитражным управляющим ФИО5 также не содержит ссылки на предполагаемые действия ответчиков, которые могли привести к невозможности удовлетворения всех требований кредиторов.

В таких условиях суд пришел к правильному выводу о том, что конкурсным управляющим (и кредитором) не был доказан в надлежащем порядке факт наличия преднамеренных действий ответчиков, в том числе и направленных на доведение до банкротства Должника, равно как и создание отрицательной диспропорции активов Должника; не доказан и не обоснован факт изначально противоправной цели, преследуемой ответчиками при осуществлении последними деятельности.

Сам по себе факт наступления несостоятельности (банкротства) должника не относится к числу оснований привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности (в силу исключительного характера данного института).

С учетом изложенного, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по приведенным в апелляционной жалобе доводам не имеется.

Доводы и аргументы заявителя были предметом исследования суда первой инстанции, получили надлежащую правовую оценку, повторно проверены судом апелляционной инстанции и признаются несостоятельными, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта, основаны на неверном толковании норм материального права и обстоятельств дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Выводы, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и оснований для его отмены в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 26.11.2024 по делу № А76-25957/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего имуществом общества с ограниченной ответственностью «Лоджик Лэнд» - ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 Председательствующий судьяЕ.А. Позднякова      

 Судьи:А.Г. Кожевникова

 А.А. Румянцев