АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4444/20 

Екатеринбург

08 апреля 2022 г.

Дело № А60-22505/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 04 апреля 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 08 апреля 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е.А.,

судей Оденцовой Ю.А., Новиковой О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания до перерыва помощником судьи Песковой Ю.В., после перерыва помощником судьи Кукушкиной Н.С. рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание), кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 10.08.2021 по делу № А60-22505/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2021 по тому же делу.

В судебном заседании 30.03.2022 в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв до 04.04.2022, после окончания которого, судебное заседание продолжено, состав суда не изменился. 

В судебном заседании до и после перерыва приняли участие:

представитель конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Гранит-XXI век» (далее – общество «Гранит-XXI век», должник) ФИО2 - ФИО3 (доверенность от 02.03.2018 № 59АА2674234);

ФИО1 лично и его представитель ФИО4 (доверенность от 29.11.2021 № 66АА6861965); 

представитель общества с ограниченной ответственностью «Мега-строй» (далее – общество «Мега-строй»)- ФИО5 (доверенность от 11.05.2021);

представитель ФИО6 – ФИО7 (доверенность от 18.08.2021 № 66АА6682688);

представитель общества с ограниченной ответственностью «ГК «Радуга» - ФИО7 (доверенность от 11.01.2021);

представитель общества с ограниченной ответственностью «АВК-Альянс» (далее – общество «АВК-Альянс») - ФИО7 (доверенность от 13.11.2019);

представитель общества с ограниченной ответственностью «Эссет Менеджмент» (далее – общество «Эссет Менеджмент») - ФИО7 (доверенность от 01.11.2019).

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.04.2019 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества «Гранит – ХХI век».

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.08.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО2

В арбитражный суд 20.04.2021 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 о признании сделки должника с ФИО1 недействительной, применении последствий недействительности, а именно управляющий просил признать недействительной сделку между должником и ФИО1 по зачету встречных однородных требований от 29.09.2017 на сумму 107 376 469 руб. 95 коп.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.08.2021 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично; признана недействительной сделка по зачету встречных однородных требований по заявлению ФИО1 от 29.09.2017 на сумму 104 313 648 руб. 42 коп., применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 в пользу конкурсной массы общества «Гранит-XXI век» денежных средств в сумме 104 313 648 руб. 42 коп. и восстановления задолженности общества «Гранит-XXI век» перед ФИО1 на сумму 104 313 648 руб. 42 коп.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2021 определение суда первой инстанции от 10.08.2021 в части применения последствий недействительности сделки изменено, применены последствия недействительности сделки в виде восстановления права требования общества «Гранит-XXI век» к ФИО1 в сумме 104 313 648 руб. 42 коп., восстановлено право требования ФИО1 к обществу «Гранит-XXI век» в сумме 104 313 648 руб. 42 коп.

ФИО1, ссылаясь на несоответствие выводов суда апелляционной инстанции фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение норм права, обратился в суд округа с кассационной жалобой.

По мнению заявителя кассационной жалобы, судами сделаны ошибочные выводы о неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемой сделки, считает, что задолженность должника перед кредиторами, в частности перед открытым акционерным обществом «Газпромбанк» (далее - общество «Газпромбанк»), не свидетельствует о наличии у должника признаков несостоятельности, отмечая, что контролирующими должника лицами производилось финансирование общества, осуществлялось погашение задолженности перед кредиторами, а поводом возбуждения дела о банкротстве послужил корпоративный конфликт в обществе. Наряду с изложенным, ФИО1 ссылается на то, что наличие признаков платежеспособности и достаточности имущества на конец 2016 года подтверждено заключением судебной экспертизы по делу № А60-18996/2017, согласно которой чистые активы общества с учетом рыночной стоимости принадлежащих обществу на праве собственности объектов недвижимого имущества (без учета налога на добавленную стоимость) по состоянию на 30.09.2016 составляет более 1 млрд. руб.

ФИО1 полагает несостоятельными выводы судов о его заинтересованности по отношению к должнику, поскольку он не является участником должника с 09.12.2016, с 17.03.2017 также перестал осуществлять полномочия генерального директора должника, следовательно, он не является лицом, которое может определять действия общества, в связи с чем на момент совершения сделки не мог знать о признаках несостоятельности.

Более того, податель жалобы считает недоказанным наличие цели причинения вреда правам кредиторов должника, имевшимся на момент совершения оспариваемой сделки, при этом указывает на то, что на этот момент не имелось независимых кредиторов, чьим интересам мог быть причинен вред оспариваемой сделкой зачета, единственными на сентябрь 2017 года кредиторами должника с наступившим сроком исполнения обязательств были ФИО8 и общество «Эссет Менеджмент»; зачет требований осуществлен в целях прекращения обязательств общества по выплате действительной стоимости доли ФИО1 и ФИО1 перед обществом по оплате задолженности, взысканной судебным актом  суда общей юрисдикции.  

В дополнении к кассационной жалобе ФИО1 указывает, что в результате проведения торгов по продаже имущества должника в конкурсную массу поступили денежные средства, в размере достаточном для расчетов со всеми кредиторами должника,  что, по его мнению, свидетельствует об отсутствии причинения оспариваемой сделкой вреда кредиторам должника. 

Помимо прочего, кассатор ссылается на определение суда первой инстанции от 23.12.2020 и постановление апелляционного суда от 19.03.2021 по данному делу о банкротстве, которыми отказано во включении в реестр кредиторов требования ФИО8 в связи с истечением срока для предъявления исполнительного листа к исполнению, в связи с чем полагает, что оспариваемой сделкой не мог быть причинен вред кредитору ФИО8 по требованиям, установленным судебным решением на момент совершения оспариваемой сделки.

В отзыве на кассационную жалобу общество «Мега-строй» просит в удовлетворении кассационной жалобы отказать, обжалуемые судебные акты оставить без изменения. 

Дополнение к отзыву на кассационную жалобу общества «Мега-строй, а также пояснения общества «АВК-Альянс», поступившие в суд округа 04.04.2022, и, как пояснили присутствующие в судебном заседании представители иных лиц, полученные ими за несколько часов до начала судебного разбирательства, к материалам дела не приобщены и во внимание не приняты в связи с отсутствием доказательств их  заблаговременного направления другим лицам, участвующим в деле, и заблаговременного получения его иными лицами, участвующими в деле (часть 2 статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Поскольку представленные документы поданы в суд округа в электронном виде, отсутствуют основания для и возврата на бумажном носителе.

В силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Судами установлено и из материалов дела следует, что решением Верх-Исетского районного суда города Екатеринбурга от 26.01.2016 по делу № 2-3/2016 с ФИО1 в пользу общества «АВК-Альянс» взыскано 136 158 737 руб. задолженности, а также госпошлина 60 000 руб., всего 136 218 737 руб.

Судебным приставом-исполнителем 14.09.2016 в отношении ФИО1 возбуждено исполнительное производство № 25645/16/66062-ИП.

Между обществом «АВК-Альянс» и обществом «Гранит-XXI век» 29.06.2017 заключен договор уступки прав требования к ФИО1 в сумме 106 190 497 руб. 49 коп.

В дальнейшем, определением Верх-Исетского районного суда города Екатеринбурга от 02.10.2017 по делу № 2-3/2016 произведена замена взыскателя - общества «АВК-Альянс» на общество «Гранит-XXI век», на основании которого постановлением судебного пристава-исполнителя от 09.02.2018 произведена замена взыскателя по исполнительному производству №25645/16/66062-ИП с общества «АВК-Альянс» на его правопреемника - общество «Гранит-XXI век».

Одновременно с этим, ФИО1 09.12.2016 было подано заявление о выходе из состава участников общества «Гранит-XXI век», в связи с чем, у общества возникла обязанность по выплате ФИО1 действительной стоимости его доли.

В связи с неисполнением обществом «Гранит-XXI век» обязанности по выплате стоимости доли вышедшего участника, ФИО1 обратился в арбитражный суд с соответствующим иском, который принят к производству суда 28.04.2017 (дело № А60-18996/2017).

Далее, 29.09.2017 ФИО1 в адрес общества «Гранит-XXI век» направлено заявление о зачете требований к нему (в том числе  в сумме 104313648 руб. 42 коп. – остаток взысканной судом общей юрисдикции задолженности на 29.09.2017) требованиями к обществу «Гранит-XXI век» по выплате действительной стоимости доли в сумме 107 376 469 руб. 95 коп.

Затем, 09.02.2018 судебным приставом-исполнителем были вынесены постановление о зачете суммы в счет погашения задолженности по исполнительному производству и постановление об окончании исполнительного производства № 25645/16/66062-ИП в связи с фактическим исполнением ФИО1 требований, содержащихся в исполнительном документе. При принятии решения об окончании исполнительного производства № 25645/16/66062-ИП судебный пристав-исполнитель в качестве доказательств оплаты задолженности учитывал проведенный по заявлению ФИО1 зачет.

В последующем, в рамках дела Арбитражного суда Свердловской области №А60-18996/2017 было удовлетворено исковое заявление ФИО1 о взыскании с общества «Гранит-XXI век» в пользу ФИО1 действительной стоимости доли в уставном капитале общества «Гранит-XXI век» вышедшего участника.

Так, решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.10.2018 требования ФИО1 были удовлетворены в полном объеме. Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2018 решение Арбитражного суда Свердловской области от 14.10.2018 изменено в части удовлетворения искового требования о взыскании процентов, в пользу ФИО1 с общества «Гранит-XXI век» взыскано 398 849 783 руб. 86 коп., в том числе: действительная стоимость доли в уставном капитале в сумме 364 636 400 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 01.07.2017 по 07.09.2018 в сумме 34 213 383 руб. 86 коп., а также в возмещение судебных расходов в сумме 545 496 руб., в том числе: по уплате государственной пошлины в сумме 194 820 руб. и по оплате экспертизы в сумме 360 676 руб.; в удовлетворении исковых требований в остальной части отказано.

Полагая, что зачет на основании заявления от 29.09.2017 произведен с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов общества «Гранит-XXI век», конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил признать данную сделку по зачету взаимных требований недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Рассмотрев заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности конкурсным управляющим совокупности условий, необходимых для признания сделки недействительной по заявленным основаниям, и удовлетворил заявленные требования.

Суд установил, что оспариваемая сделка совершена в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, на момент совершения сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, впоследствии включенными в реестр требований кредиторов (признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению в очередности перед ликвидационной квотой), ФИО1 являлся участником общества «Гранит-XXI век», заключив, что само по себе формальное прекращение прямых корпоративных связей с обществом «Гранит-XXI век» не свидетельствует о том, что ФИО1 при совершении сделки зачета перестал быть заинтересованным по отношению к должнику лицом, и, следовательно, был осведомлен о цели совершения сделки. 

Применительно к обстоятельствам данного спора, суд пришел к выводу, что спорный зачет был совершен с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, поскольку направлен на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника и на момент его совершения должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Суд апелляционной инстанции счел обоснованными выводы суда первой инстанции в части наличия оснований для признания сделки недействительной. 

При этом, суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда в части применения последствий недействительности сделки, изменив определение суда в названной части и с учетом правовой природы оспоренной сделки (зачет встречных требований) и сути двусторонней реституции, пришел к выводу о восстановлении права требования общества «Гранит-XXI век» к ФИО1 в сумме 104 313 648 руб. 42 коп., а также восстановления права требования ФИО1 к обществу «Гранит-XXI век» в сумме 104 313 648 руб. 42 коп.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, заслушав в судебном заседании пояснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, проверив правомерность выводов судов первой и апелляционной инстанций, суд округа полагает, что судами обеих инстанций не учтено следующее. 

В силу статьи 407 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным данным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором; прекращение обязательства по требованию одной из сторон допускается только в случаях, предусмотренных законом или договором.

В соответствии со статьей 410 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо при наличии условий, указанных в абзацах 2 - 5 названной статьи.

Таким образом, совершенная должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов сделка может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в случае ее совершения в пределах трехгодичного периода подозрительности и доказанности оспаривающим ее лицом соответствующих критериев подозрительности (сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки).

При этом, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что согласно абзацу 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В случае недоказанности хотя бы одного из указанных выше обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»; далее – постановление № 63).

Требование арбитражного управляющего о признании в рамках дела о банкротстве подозрительной сделки недействительной направлено на защиту интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника. При разрешении такого требования имущественные интересы сообщества кредиторов несостоятельного лица противопоставляются интересам контрагента (выгодоприобретателя) по сделке. Соответственно, право на конкурсное оспаривание в материальном смысле возникает только тогда, когда сделкой нарушается баланс интересов названного сообщества кредиторов и контрагента (выгодоприобретателя), последний получает то, на что справедливо рассчитывали первые.

Иск о признании подозрительной сделки недействительной направлен на защиту прав кредиторов, понесших от данной сделки имущественные потери, независимо от того, кем этот иск подан - арбитражным управляющим или одним из кредиторов. В ситуации, когда должник заключает договор в интересах связанной с ним группы лиц, права членов этой группы не подлежат защите с использованием механизма, установленного статьей 61.2 Закона о банкротстве.   

Таким образом, целью конкурсного оспаривания является защита прав и интересов конкурсных кредиторов должника.

В тоже время при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (абзац 5 пункта 6 постановления № 63).

При этом необходимо отметить, то исходя из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, наличие либо отсутствие признаков неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемых сделок при оспаривании сделки на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не носит решающего значения для рассмотрения требований об оспаривании сделки по указанному основанию.

В рассматриваемом споре, суды, признавая сделку недействительной,  сочли, что оспариваемая сделка совершена в период неплатежеспособности должника, должник с 19.12.2014 фактически самостоятельно не исполнял свои обязательства перед обществом «Газпромбанк», за него обязательства осуществляли иные лица (поручители), сделка совершена с заинтересованным по отношению к должнику лицом с целью причинения вреда кредиторам.

Суды указали, что между обществом «Газпромбанк» и обществом «Гранит-XXI век» (заемщик) заключено соглашение от 13.03.2013 № 2613-069-К об открытии кредитной линии. На основании данного соглашения банком 07.05.2013 выдан кредит в сумме 466 300 000 руб. сроком погашения до 20.02.2020 (платежами в сумме 19 430 000 руб. согласно графику и последним платежом в сумме 19 410 000 руб. - 20.02.2020).

Указанное обязательство со стороны общества «Гранит-XXI век» не исполнялось, с декабря 2014 года обязательства перед обществом «Газпромбанк» исполняли поручители.

В тоже время в ходе рассмотрения обособленного спора ФИО1 не отрицал свою осведомленность об отсутствии у должника достаточного количества денежных средств для исполнения своих обязательств с самого начала получения кредитных денежных средств, однако указывал, что до декабря 2014, в обществе предпринималась иная форма финансирования путем предоставления заемных денежных средств от участников или зависимых от них лиц, при этом ответчик полагал, что гашение задолженности перед обществом «Газпромбанк» с 2015 года  также за счет поручителей – участников должника, не свидетельствует  о наличии у должника признаков банкротства, а говорит о том, что контролирующие должника  лица финансировали должника, погашая его долги  и  не продавая его имущество, достаточное для погашения долга перед указанным кредитором, не желая банкротства общества.

Кроме того, ответчик указывал, что в данном случае  сам должник, учитывая достигнутые договоренности,  через своих участников  используя механизм корпоративного финансирования, исполнял кредитные обязательства перед данным кредитором, при этом обязательства перед иными  независимыми кредиторами  должник исполнял самостоятельно, за счет собственных средств и на момент совершения оспариваемой сделки у должника отсутствовали независимые кредиторы, что, по его мнению, также свидетельствует об отсутствии признаков неплатежеспособности.

При этом, как отмечал ответчик, дело о банкротстве общества  было возбуждено по заявлению контролирующего должника лица только 29.04.2019 с целью разрешения корпоративного конфликта  с помощью процедуры банкротства, в то время как оспариваемая сделка совершена 29.09.2017.

Помимо этого, ФИО1 ссылался также на то, что факт платежеспособности  общества  и достаточности его имущества на конец 2016 г., по его мнению, подтверждается заключением судебной экспертизы, проведенной в рамках рассмотрения дела № А60-18996/2017 о взыскании с общества в пользу ФИО1 действительной стоимости доли вышедшего (09.12.2016) участника.  

Однако, данные доводы ФИО1 судами полно и всесторонне не исследованы, не получили должной правовой оценки, что привело к преждевременным  выводам о наличии у должника на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности, равно как и о наличии неисполненных обязательств перед независимыми кредиторами. 

Вместе с тем указанное обстоятельство имеет для настоящего спора существенное значение, так как входит в предмет доказывания при установлении цели и факта причинения вреда кредиторам, поскольку при отсутствии независимых кредиторов как таковых намерение причинить им вред у должника возникнуть не может. 

Также судами  не дано оценки с учетом совокупности всех имеющихся доказательств и обстоятельств дела о банкротстве,  доводам ФИО1 о том, что единственными кредиторами должника на сентябрь 2017 г. с наступившим сроком исполнения обязательств были ФИО8 и общество «Эссет Менеджмент», которые не являлись  независимыми кредиторами и сознательно (в том числе через своих аффилированных лиц) создали возможность проведения оспариваемого зачета. 

ФИО1 ссылался на то, что если бы не было передачи прав (требований) к ФИО1 от общества «АВК-Альянс» к должнику, совершенной после возбуждения дела о выплате действительной стоимости доли, то не могло бы быть и оспариваемого зачета.

В силу статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации зачет представляет собой одно из оснований прекращения обязательства.

Правовая природа прекращения обязательства в форме зачета встречного однородного требования представляет собой волевой акт, сделку, направленную на установление, изменение или прекращение гражданских прав и взаимных обязанностей. Прекращение обязательства влечет освобождение должника от дальнейшего исполнения требований кредитора.

Ответчик указывал на то, что проанализировав предшествующие и  сопутствующие  заключению оспариваемой сделки обстоятельства можно увидеть, что у ФИО1 и должника на момент заключения сделки  отсутствовала цель причинения вреда кредиторам, являющимся на момент совершения сделки и в последующем лицами, контролирующими должника, и отсутствие причинение вреда имущественным правам кредиторов.

В частности, ФИО1 указывал, что 28.04.2017 было принято к производству арбитражного суда исковое заявление ФИО1 к обществу «Гранит-XXI век» о взыскании действительной стоимости доли (дело № А60-18996/2017).

В дальнейшем, 29.06.2017 общество «АВК-Альянс» уступает обществу «Гранит-XXI век» требования к ФИО1 на сумму 106 190 497 руб. При этом, единственным мотивом и целью совершения данной сделки между должником и контролирующими должника лицами была передача требований к ФИО1 для создания возможности проведения зачета к требованиям ФИО1 по выплате действительной стоимости доли, при этом какой – либо иной цели совершения данной сделки ни должником, ни  обществом «АВК-Альянс» не преследовалось и суду не названо.

Далее, как отмечал кассатор,  18.07.2017 в ходе судебного заседания по делу № А60-18996/2017 общество «Гранит-XXI век» не возражало, а даже признавало в качестве суммы, подлежащей выплате ФИО1, сумму в размере 112 502 432 руб.

Затем, 12.09.2017 ФИО1 получил от общества «АВК-Альянс» уведомление об уступке общества «Гранит- XXI век» требования выплаты задолженности, возникшей на основании решения Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 26.01.2016 по делу  № 2-3/2016.

В последующем, 29.09.2017 ФИО1 направил в адрес общества «Гранит-XXI век» заявление о зачете требований к нему (в том числе задолженность по возмещению долга перед обществом «АВК-Альянс»  в сумме 104 313 648 руб. 42 коп - остаток задолженности на 29.09.2017) требованиями к обществу «Гранит-XXI век» по выплате действительной стоимости доли в сумме 107 376 469 руб. 95 коп. нарочным (получено 29.09.2017) и экспресс-почтой (получено 02.10.2017). 

Определением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга 02.10.2017 по делу № 2-3/2016 общество «АВК-Альянс» было заменено на правопреемника общество «Гранит-XXI век». Общество «АВК-Альянс» заявило о замене себя правопреемником – общества «Гранит-XXI век». А общество «Гранит-XXI век» просило суд о замене, представив суду заявление ФИО1 о зачете (определение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 02.10.2017), что, по мнению ФИО1, свидетельствует о признании им данных действий ФИО1 и согласии с зачетом.

Постановлением судебного пристава-исполнителя по исполнительному производству от 09.02.2018 № 25645/16/66062-ИП была произведена замена общества «АВК-Альянс» на правопреемника общество «Гранит-XXI век» и окончено исполнительное производство № 25645/16/66062-ИП.

После вынесения 08.10.2018 решения Арбитражного суда Свердловской области по делу № А60-18996/2017 о взыскании с общества «Гранит-XXI век» в пользу ФИО1 365 млн. руб. в счет выплаты действительной стоимости доли обществом «Гранит-XXI век», обществами с ограниченной ответственностью «ЦМТЕ» и «АВК-Альянс» был инициирован судебный процесс о признании сделки зачета недействительной по общегражданским основаниям (дело № А60-56564/2018), по результатам которого было отказано в удовлетворении требований. Указанное решение было обжаловано истцами в суд апелляционной инстанции, однако, в суде апелляционной инстанции истцы отказались от исковых требований в связи с чем производство по делу было прекращено.  

По мнению ФИО1, именно указанная совокупность обстоятельств,  свидетельствовала об отсутствии у оспариваемой сделки цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов, однако суды обозначенные доводы и обстоятельства не проанализировали и правовой оценки им не дали, не установили против интересов каких именно кредиторов в таком случае была направлена оспариваемая сделка, чьим интересам она была противопоставлена.

Кроме того, в ходе рассмотрения данного обособленного спора установлено, что  обязательство ФИО1 перед должником, положенное в основу оспариваемого зачета, основано на решении Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга, вынесенного в рамках дела № 2-3/2016, при вынесении которого было установлено, что между обществом «АВК-Альянс» и обществом «Гранит- XXI век»  в ноябре 2013 г. – сентябре 2014 г.  заключались договоры займа на сумму 136 158 737 руб.

Впоследствии, между обществом «АВК-Альянс» и ФИО1 осуществлена уступка прав (требования) к обществу «Гранит- XXI век» на вышеуказанную сумму. Оплата по договорам  уступки ФИО1 не была произведена, поскольку он полагал, что договоры уступки по сути являются оплатой по агентскому договору от 25.02.2013, заключенному между ним и закрытым акционерным обществом «Радуга».

При рассмотрении данного дела суд констатировал, что договоры уступки прав требования не являются безвозмедными, взыскал в пользу общества «АВК-Альянс» с  ФИО1 задолженность по договорам уступки в указанном размере. В последующем, данное требование и  было уступлено общества «АВК-Альянс» должнику. 

Суду пояснено, что Указанное обязательство ФИО1 и было противопоставлено  обязательству должника по выплате ФИО1 действительной стоимости доли в рамках оспариваемого зачета.

При  этом судами не проанализирована правовая природа требований указанных требований, положенных в основу оспариваемого зачета, основания их возникновения с учетом совокупности фактических обстоятельств корпоративного конфликта, возникшего в данном обществе, расчетов, осуществлявшихся в рамках сложившихся между должником и  аффилированными с ним лицами правоотношениях  и их влияние на расчеты между должником, ФИО1  и иными аффилированными лицами (в том числе причины получения займов должником, их направленность,  мотивы последующей уступки права их требования от должника именно ФИО1, отношения связанные с оплатой этих займов), не установили,  произошло ли в данном случае уменьшение имущества должника, в результате которого причинен вред имущественным правам кредиторов, кроме того, судами также не проанализировано и не установлено что произошло с обязательствами должника в результате зачета. 

При этом в соответствии с разъяснениями, содержащимся в пункте 7 Постановления № 63, презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми.

 Суды пришли к выводу о том, что оспариваемая сделка совершена с заинтересованным лицом, однако сам по себе факт совершения сделки с заинтересованным лицом не является безусловным основанием для признания договора недействительным, если материалами дела не будет доказана совокупность обстоятельств, являющихся основанием для признания оспариваемой сделки недействительной в соответствии с положениями пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

   При оспаривании сделки зачета по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, могли бы быть установлены основания для ее оспаривания в соответствии с положениями статьи 61.3 Закона о банкротстве как сделки, совершенной с предпочтением,  однако в данном случае учитывая момент совершения сделки (29.09.2017) и  период возбуждения дела  о банкротстве должника (29.04.2019), она не подпадает под периоды предпочтительности, установленные положениями статьи 61.3 Закона о банкротстве. 

 В тоже время при решении вопроса о том, должен ли кредитор знать о несостоятельности должника, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. 

По общему правилу предполагается (презюмируется), что заинтересованное (аффилированное) лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное (пункт 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

       В данном случае сделка оспорена конкурсным управляющим по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, следовательно, должно быть доказано причинение вреда и осведомленность другой стороны сделки о наличии признаков неплатежеспособности должника, направленности сделки на причинение вреда имущественным правам кредиторов. 

      Суды, рассматривая спор, указав на наличие признаков  неплатжеспособности должника и совершение сделки с заинтересованным лицом, не исследовали полно и всесторонне  доводы ФИО1, опровергавшего факт его осведомленности о наличии у должника признаков неплатежеспособсности  и  направленности сделки на причинение какого – либо вреда имущественным правам  кредиторов, не дали им правовой оценки. 

         В тоже время без установления и проверки совокупности обозначенных выше обстоятельств, доводов, приведенных ФИО1, выводы судов о доказанности наличия у оспариваемой сделки цели причинения вреда  имущественным правам конкурсных кредиторов нельзя признать в достаточной степени обоснованными и мотивированными, ввиду чего вывод о наличии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной является преждевременным.

В соответствии с частью 3 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принимаемые арбитражным судом судебные акты должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

При таких обстоятельствах следует признать, что судами не в полном объеме исследованы доводы и возражения сторон, не установлена вся совокупность обстоятельств, подлежащих доказыванию при рассмотрении заявления о признании сделки недействительной. Суд округа полагает, что при рассмотрении настоящего спора суды не обеспечили полноту исследования всех доводов и возражений сторон и представленных в их обоснование доказательств в целях установления имеющих существенное значение для его разрешения обстоятельств. Изложенное позволяет сделать вывод о принятии судебных актов по неисследованным и неполным материалам дела, что могло привести к принятию неправильного судебного акта. 

С учетом допущенных судами нарушений норм права следует признать, что суд первой инстанции принял определение по неисследованным и неполным материалам дела, без исследования всей совокупности обстоятельств, подлежащей исследования при рассмотрении спора о признании сделки недействительной. Суд апелляционной инстанции, допущенные судом первой инстанции нарушения, не устранил. При таких обстоятельствах определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции подлежат отмене на основании части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Поскольку приведенные обстоятельства подлежат судебному исследованию и оценке, что невозможно в арбитражном суде округа в силу законодательно ограниченных пределов рассмотрения дела, установленных в статьях 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные акты подлежат отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При новом рассмотрении обособленного спора суду надлежит устранить отмеченные в мотивировочной части настоящего постановления недостатки, в том числе определить круг подлежащих исследованию и установлению фактических обстоятельств, надлежащим образом исследовать и оценить весь комплекс имеющихся в деле доказательств в их взаимосвязи и совокупности, полно и всесторонне оценить приведенные участвующими в споре лицами в обоснование своих требований и возражений доводы и пояснения, надлежащим образом и в полном объеме установить все фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения настоящего спора, и принять законное, обоснованное и мотивированное решение в соответствии требованиями действующего материального и процессуального законодательства. 

Руководствуясь статьями 286–290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение  Арбитражного суда Свердловской области от 10.08.2021 по делу № А60-22505/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2021 по тому же делу отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий           Е.А. Павлова 

Судьи           Ю.А. Оденцова 

                                                                                             О.Н. Новикова