АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000,   http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ Ф09-9332/23 

Екатеринбург

09 февраля 2024 г.

 

Дело № А07-6475/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 05 февраля 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 09 февраля 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Морозова Д.Н.,

судей Кудиновой Ю.В., Новиковой О.Н.,

при ведении протокола помощником судьи Шыырапом Б.А. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью Коммерческий банк «Уральский капитал» на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.04.2023 по делу № А07-6475/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.11.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Уральского округа приняли участие:

ФИО1;

ФИО2, ее представитель по доверенности от 17.01.2022 – ФИО3

В судебном заседании посредством системы веб-конференции принял участие представитель ФИО4 – ФИО5 по доверенности от 03.11.2021.

 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.04.2020 принято к производству суда заявление общества с ограниченной ответственностью Коммерческий банк «Уральский капитал» (далее – банк «Уральский капитал») о признании общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Индюшкин» (далее – общество «ТД «Индюшкин») несостоятельным (банкротом).

Решением суда от 08.10.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО6.

Общество с ограниченной ответственностью «БПК-Трейдинг» (далее – общество «БПК-Трейдинг») обратилось в суд с заявлением о включении требования в размере 1 049 116,44 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными платежей должника в пользу общества «БПК-Трейдинг» по договору поставки мяса птицы от 01.11.2016 № 03-11/2016 в общей сумме 90 473 822,38 руб.

Конкурсный управляющий также обратился с заявлением о признании недействительными платежей должника в пользу общества с ограниченной ответственностью «МТК-регион» (далее – общество «МТК-регион») по договору займа от 09.02.2018 № 09/02-2018 в сумме 800 000 руб.

В арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего о признании недействительными платежей должника в пользу ФИО2 по договору займа от 10.10.2017 № 10/10-17 ТДИ в сумме 743 000 руб.

В последующем в суд также поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО2, ФИО1 (прежняя фамилия – ФИО8) по обязательствам должника. В последующем управляющим заявлено ходатайство о прекращении производства по спору в отношении ответчика ФИО7 и привлечении в качестве соответчика ФИО4

Определением суда от 30.11.2021 к участию в обособленном споре в качестве ответчика привлечена ФИО4; определением суда от 17.01.2022 производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7 прекращено. 

Определением суда от 13.04.2022 производства по рассмотрению заявлений конкурсного управляющего об оспаривании сделок должника с ФИО2, обществами «МТК-регион», «БПК-Трейдинг», о привлечении ФИО2, ФИО1, ФИО4 к субсидиарной ответственности, а также требования общества «БПК-Трейдинг» объединены в одно производство для совместного рассмотрения в порядке статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан 18.04.2023 в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего об оспаривании сделок должника с ФИО2, обществами «МТК-регион», «БПК-Трейдинг» отказано. Требование общества «БПК-Трейдинг» в размере 1 049 116,44 руб. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов общества «ТД «Индюшкин», включенных в реестр требований кредиторов. В удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО2, ФИО1, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.11.2023 определение суда от 18.04.2023 оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, банк «Уральский капитал» обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда от 18.04.2023 и постановление суда от 07.11.2023 отменить, принять новый судебный акт, удовлетворив заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделок должника с ФИО2, обществом «БПК-Трейдинг», о привлечении ФИО2, ФИО1, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В части оспаривания сделок (платежей) должника с обществом «БПК-Трейдинг» в общей сумме 90 473 822,38 руб. кредитор ссылается на меньший размер приобретения продукции по договору, чем последующей его реализации в розничных магазинах, в связи с чем кредитор сделал вывод, что контролирующими должника лицами либо не обеспечена сохранность товара (мяса) (при действительности сделки) либо данный товар фактически не был получен должником. 

Банк «Уральский капитал» также выражает несогласие с отказом в привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности за совершение платежей в пользу общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Башкирский птицеводческий комплекс имени М.Гафури» (далее – общество «ТД «БПК им. М.Гафури») в общей сумме 224 767 900 руб. и непередачу ликвидатором ФИО1 документов и материальных ценностей конкурсному управляющему.

В обоснование доводов кредитор указывает на то, что выводы судов о том, что данной сделкой не причинен вред правам кредиторов, поскольку спорное обязательство в сумме 215 779 449 руб. новировано в заемное и в последующем право требования уже в размере 247 407 397,25 руб. уступлено обществу «БПК-Трейдинг», несостоятельны, поскольку суды не учли действия руководителя должника при отсутствии целесообразности совершения платежей в пользу аффилированного лица (общества «ТД «БПК им. М.Гафури») по договору поставки, последующего новирования долга в заемное обязательство, уступки права требования обществу «БПК-Трейдинг». Ответчиками не раскрыта причина бездействия должника по принудительному взысканию суммы долга. Кроме того, со ссылкой на личности бенефициаров должника, обществ «ТД «БПК им. М.Гафури» и «БПК-Трейдинг» кассатор выражает несогласие с выводами судов об отсутствии заинтересованности сторон оспариваемых сделок.

Вдобавок, сопоставив данные бухгалтерского учета по состоянию на 01.01.2018 и размер сформированной конкурсной массы, кредитор ссылается на несостоятельность выводов судов о том, что все документы должника переданы ликвидатором ФИО1 конкурсному управляющему по акту приема-передачи от 24.05.2021.

В отзывах на кассационную жалобу ответчики ФИО4 и ФИО2 просят оставить оспариваемые судебные акты без изменения, считают их законными и обоснованными; в судебном заседании ФИО1 также просит оставить судебные акты в силе.

Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, общество «ТД «Индюшкин» зарегистрировано 28.08.2013, основным видом деятельности является «торговля розничная мясом и мясными продуктами в специализированных магазинах», учредителем являлась ФИО9. По состоянию на 27.08.2016 участниками общества являлись ФИО9 с долей участия в  уставном капитале 51%, ФИО7 – 25%, общество «ТД «БПК им. М.Гафури» – 24%. С 18.07.2018 по настоящее время единственным участником должника является ФИО2

Решением суда от 08.10.2020 по настоящему делу в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования банка «Уральский капитал» в сумме 366 757 552,06 руб.

Данным судебным актом установлено, что между банком «Уральский капитал» и обществом «ТД «Индюшкин» заключены кредитные договоры (возобновляемой кредитной линии) от 28.12.2016, 30.12.2016, 23.01.2017, 28.03.2017, 18.04.2017, 20.06.2017, 16.10.2017, 15.01.2018 на общую сумму 366 757 552,06 руб. 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 11.11.2019 по делу № А07-30065/2019 в отношении общества «БПК-Трейдинг» введена процедура наблюдения; решением суда от 15.07.2020 по тому же делу оно признано банкротом, открыто конкурсное производство.

Между обществами «ТД «Индюшкин» в лице директора ФИО7 (покупатель) и «БПК-Трейдинг» (поставщик) заключен договор поставки от 01.11.2016 № 03-11/2016. Согласно актам сверок взаимных расчетов между обществами задолженность в пользу кредитора по состоянию на 30.09.2018 составила 736 449,61 руб., с учетом поставленных товаров после указанной даты задолженность общества «ТД «Индюшкин» составила 1 049 116,44 руб.

Ссылаясь на наличие неисполненных обязательств по договору поставки от 01.11.2016, общество «БПК-Трейдинг» в лице конкурсного управляющего обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении требования в реестр требований кредиторов должника.

Возражая против заявленных требований, конкурсный управляющий указал на аффилированность кредитора по отношению к должнику, необоснованность заявленных требований.

Принимая во внимание, что наличие и размер задолженности должника основаны на представленной в материалы дела первичной документации, в том числе актах сверок взаимных расчетов между обществами «ТД «Индюшкин» и «БПК-Трейдинг», подтверждающими поставку продукции покупателю, в отсутствие доказательств оплаты поставленного товара, суды пришли к выводу об обоснованности требования общества «БПК-Трейдинг» в заявленном им размере - 1 049 116,44 руб. Исследовав вопрос о возможности включения требования в реестр требований кредиторов должника и вопрос о порядке его удовлетворения, суды признали требование подлежащим удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов общества «ТД «Индюшкин», включенных в реестр требований кредиторов (пункт 4 статьи 142 Закона о банкротстве). Выводы судов в части признания требования кредитора обоснованным и очередности его удовлетворения кассатором не оспариваются.

В период с 27.04.2017 по 05.10.2018 с расчетного счета должника в пользу «БПК-Трейдинг» осуществлены платежи по договору поставки от 01.11.2016 № 03-11/2016 в сумме 90 473 822,38 руб.

Помимо того, обществом «ТД «Индюшкин» осуществлены платежи:

в период с 07.03.2018 по 10.05.2018 – в пользу ФИО2 по договору займа от 10.10.2017 № 10/10-17 ТДИ в сумме 743 000 руб.;

в период с 20.03.2018 по 26.03.2018 – в пользу общества «МТК-регион» по договору займа от 09.02.2018 № 09/02-2018 в сумме 800 000 руб.

Ссылаясь на то, что платежи в пользу обществ «БПК-Трейдинг», «МТК-регион» и ФИО2 осуществлены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в пользу аффилированных лиц, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании спорных платежей недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), применении последствий недействительности сделок.

В обоснование требований конкурсный управляющий указал на то, что с 01.01.2017 у должника присутствуют признаки неплатежеспособности и он неспособен расплачиваться по кредитным обязательствам за счет собственных доходов от обычной хозяйственной деятельности, поскольку кредитные средства в полном объеме безвозмездно передавались обществу «БПК-Трейдинг», которое является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

Как было сказано ранее, «ТД «БПК им. М.Гафури» являлось одним из участников должника. Участниками и учредителями данного общества выступали и ФИО10 и ФИО11, которые также являются участниками и учредителями общества «БПК-Трейдинг».

Управляющий отмечал, что денежные средства от продажи мяса индейки поступали на расчетный счет должника путем инкассации из точек розничной торговли. Поскольку размер платежей по договору поставки (90 473 822,38 руб.) существенно превышает инкассовые поступления за реализацию мяса птицы через магазины розничной торговли (11 606 000 руб.), в результате сделок причинен вред имущественным правам кредиторов. Соответственно, спорные платежи направлены на вывод денежных средств и, по сути, являются безвозмездным и безвозвратным займом.

Впоследствии денежные средства перечислялись должником в пользу обществ «ТД «БПК им. М.Гафури» и «БПК-Трейдинг», которые, в свою очередь, направляли на расчетный счет общества с ограниченной ответственностью «БПК им. М.Гафури» (основная организация единой группы компаний, в которую входят все вышеуказанные юридические лица).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 25.06.2020 по делу № А07-6297/2020 возбуждено дело о банкротстве общества «ТД «БПК им. М.Гафури». Определением суда от 06.10.2020 в отношении него введена процедура наблюдения. Впоследствии производство по делу прекращено на основании пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве в связи с отсутствием финансирования процедуры банкротства (определение суда от 18.06.2021).

Возражая против заявленных требований, общество «БПК-Трейдинг» указало на необоснованность заявленных требований, отсутствие совокупности критериев для признания сделок недействительными по заявленным основаниям (отсутствие признаков неплатежеспособности должника на момент спорных платежей, отсутствие цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, недоказанность аффилированности ответчика к должнику).

Отказывая в удовлетворении требований о признании сделок должника недействительными, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»). 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Установив реальность правоотношений по договорам займа от 09.02.2018 № 09/02-2018 с обществом «МТК-регион», от 10.10.2017 № 10/10-178 с ФИО2, суды не усмотрели оснований для признания платежей в пользу данных ответчиков недействительными по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Кассационная жалоба не содержит доводов о необоснованности выводов судов в данной части.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения участвующих в деле лиц по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проверяя критерий совершения должником сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны сделки о вредоносной цели должника, суды пришли к выводу о реальности правоотношений между должником и обществом «БПК-Трейдинг» по договору поставки от 01.11.2016 № 3-11/2016 (т. 7, л.д. 10-443).

Принимая во внимание основной вид деятельности должника (реализация мяса птицы через магазины розничной торговли), объяснения бывшего руководителя должника ФИО12 (т. 11, л.д. 5-11), которые согласуются с представленными в материалы дела документами, в том числе обществом «БПК-Трейдинг», суды пришли к выводу, что расчеты по договору поставки с обществом «БПК-Трейдинг» осуществлялись в рамках обычной хозяйственной деятельности общества «ТД «Индюшкин», в связи с чем не усмотрели наличие вреда кредиторам в результате ее совершения. Довод конкурсного управляющего о том, что размер платежей по договору поставки существенно превышает инкассовые поступления от реализации мяса птицы через магазины розничной торговли, отклонен судами, поскольку заявлен без анализа иных расчетных счетов должника и без учета всех поступлений выручки, инкассовых поступлений по всем счетам за оспариваемый период.

При таких обстоятельствах, исходя из реальности правоотношений между ответчиком и должником, то есть получения должником встречного исполнения (товара), констатировав, что вреда имущественным правам кредиторов не причинено, суды не усмотрели оснований для признания платежей в пользу общества «БПК-Трейдинг» в сумме 90 473 822,38 руб. недействительными по заявленному управляющим основанию.

Кроме того, конкурсный управляющий обратился с заявлением о привлечении бывших руководителей должника (генерального директора ФИО2, ликвидатора ФИО1), бывшего главного бухгалтера ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в обоснование которого указал на несвоевременное обращение в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), совершение контролирующими должника лицами необоснованных платежей в пользу аффилированных к должнику лиц, непередачу бывшими директором и ликвидатором должника документации конкурсному управляющему.

Как было сказано ранее, по состоянию на 27.08.2016 учредителями общества являлись ФИО9 с долей участия в  уставном капитале 51%, ФИО7 – 25%, общество «ТД «БПК им. М.Гафури» – 24%.

С 18.07.2018 по настоящее время единственным участником должника является ФИО2

Руководителями должника являлись: в период с 28.02.2013 по 03.08.2014 – ФИО13, с 04.08.2014 по 20.12.2016 – ФИО7, с 20.12.2016 по 26.08.2018 – ФИО2

20.08.2018 единственным участником должника ФИО2 принято решение о ликвидации общества. В период с 27.08.2018 по 09.10.2019 ликвидатором являлась ФИО14, с 10.10.2019 (после смерти ФИО14) ликвидатором назначен ФИО1 (решение участника от 12.09.2019).

ФИО4 была принята на должность главного бухгалтера общества «ТД «Индюшкин» на основании трудового договора от 01.10.2013 № 76/13; названный договор расторгнут 03.05.2018.

В реестр требований кредиторов должника включены требования на общую сумму 367 341 311 руб. (третья очередь, кредиторы первой и второй очередей отсутствуют).

Установив, что в период с 01.01.2017 должник надлежащим исполнял свои обязательства перед всеми кредиторами, а с даты назначения первого ликвидатора задолженность перед кредиторами не образовалась, суды не усмотрели оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании общества «ТД «Индюшкин» несостоятельным. Кассационная жалоба не содержит доводов о необоснованности выводов судов в данной части.

Отказывая в удовлетворении требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за доведение до банкротства, суды исходили из следующего.

Норма пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусматривает возможность привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его долгам в ситуации, когда их виновным поведением вызвана невозможность удовлетворения требований кредиторов.

Исходя из этого судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»; далее – постановление Пленума № 53).

Процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Согласно одной из таких презумпций предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в ситуации, когда имущественным правам кредиторов причинен существенный вред в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, абзац первый пункта 23 постановления Пленума № 53).

Предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим, поэтому контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности (пункт 7 постановления Пленума № 53).

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

В обоснование требований конкурсный управляющий сослался на то, что невозможность погашения требований кредиторов является следствием совершения контролирующими должника лицами необоснованных платежей:

по договору поставки от 01.11.2016 № 03-11/2016 в пользу общества «БПК-Трейдинг» на сумму 90 871 925,12 руб.;

по договору поставки от 02.09.2013 № 02-09-2013 в пользу общества «ТД «БПК им. М.Гафури» за период 2016 по 2018 г. в сумме 224 767 900 руб.;

по договору займа от 10.10.2017 № 10/10-17 в пользу ФИО2 на сумму 743 000 руб.;

по договору займа от 10.10.2017 № 10/10-17 в пользу общества «МТК-регион» на сумму 800 000 руб.;

по договору займа от 30.06.2017 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Мясная торговая компания» (далее – общество «Мясная торговая компания») в сумме 1 400 000 руб.

Так, при исследовании доводов управляющего суды установили, что между обществами «Мясная торговая компания» (заемщик) и «ТД «Индюшкин» (займодавец) был заключен договор займа от 30.06.2017.

Установив, что должник предоставил обществу «Мясная торговая компания» заем на общую сумму 1 400 000 руб., в последующем заемщик во исполнение обязательств в счет полного погашения задолженности по договору займа от 30.06.2017 перечислил на расчетный счет общества «ТД «Индюшкин», находящийся в банке «Уральский капитал», денежные средства 03.07.2017 – 835 000 руб., 21.07.2017 – 46 000 руб., 24.07.2017 – 519 000 руб. (выписка по счету двух обществ), суды пришли к выводу о реальности заемных правоотношений.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения участвующих в деле лиц, принимая во внимание реальность заемных правоотношений с обществами «Мясная торговая компания», «МТК-регион» и ФИО2, суды не усмотрели оснований для признания их недействительными.

Проверяя отношения должника с обществом «ТД «БПК им. М.Гафури» по договору поставки от 02.09.2013 № 02-09-2013, суды установили, что в период 2016 по 2018 гг. с расчетного счета должника на счет «ТД «БПК им. М.Гафури» осуществлены платежи в общей сумме 224 767 900 руб.

Поскольку спорные платежи осуществлены в период с 28.12.2016 по 30.03.2017, то есть за пределами трех лет до возбуждения производства по делу о банкротстве должника (27.04.2020), суды пришли к выводу, что данные сделки не попадают в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом суды установили, что в последующем обязательства общества «ТД «БПК им. М.Гафури» по договору поставки от 02.09.2013 № 02-09-2013 на сумму 215 779 449 руб. были новированы в заемное обязательство по соглашению от 31.03.2017 № 1 о новации долга (т. 7, л.д. 449). Соглашение подписано от имени должника директором ФИО2, от имени общества «ТД «БПК им. М.Гафури» – директором ФИО11; срок возврата займа установлен до 28.04.2017 (пункт 1.2), за пользование займом установлены проценты в размере 25% годовых.

Далее, между обществами «БПК-Трейдинг» и «ТД «Индюшкин» в лице директора ФИО2 заключен договор цессии от 31.10.2017, в соответствии с которым общество «ТД «Индюшкин» уступает обществу «БПК-Трейдинг» право требования к обществу «ТД «БПК им. М.Гафури» по соглашению от 31.03.2017 о новации долга по договору поставки от 03.09.2013 в заемное обязательство в сумме  247 407 397,25 руб. (т. 7, л.д. 450-451). Право требования уступлено обществу «БПК-Трейдинг» по цене 247 407 396,25 руб. (пункт 3.1 договора). На следующий день – 01.11.2017, между обществами «БПК-Трейдинг» и «ТД «Индюшкин» заключено соглашение № 02/11 о новации долга по договору цессии от 31.10.2017 № 11/17 в заемное обязательство в сумме 247 407 396,25 руб. (т. 7, л.д. 453). Срок возврата займа установлен 31.12.2021 (пункт 1.1), предусмотрено начисление процентов за пользование заемными денежными средствами из расчета25 % годовых.

28.02.2018 общества «БПК-Трейдинг» и «ТД «Индюшкин» заключили акт взаимозачета № 103/18 на сумму 20 609 267 руб. взаимных задолженностей по договору поставки от 01.11.2016 № 03-11/2016 и соглашения от 01.11.2017 № 02/11 о новации долга.

Анализируя данную значимую сделку должника с обществом «ТД «БПК им. М.Гафури» (после уступки права – с обществом «БПК-Трейдинг»), суды учли, что общества «БПК им М.Гафури» и «БПК-Трейдинг» входят в группу связанных заемщиков, контролируемых ФИО15 (мажоритарный участник банка «Уральский капитал»), что установлено определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.08.2019 по делу № А07-6555/2018, соответственно, полученные от банка «Уральский капитал» кредитные средства в сумме более 366 млн руб. частично направлены на приобретение продукции (мясо индейки) для хозяйственной деятельности должника (реализации в розничных магазинах), остальная часть направлена в общество «ТД «БПК им. М.Гафури», далее – иным аффилированным лицам, входящим в одну группу компаний, в том числе, по утверждению конкурсного управляющего, обществу «БПК им. М.Гафури». Таким образом, суды пришли к выводу, что такое, по сути, транзитное распределение кредитных средств не находится в причинно-следственной связи между совершением сделок по передаче части заемных денежных средств в пользу входящих в группу лиц юридических лиц и банкротством общества «ТД «Индюшкин», учитывая нахождение иных компаний группы также в процедуре банкротства.

Судами также констатирована недоказанность заявителем наличия у ФИО4 статуса контролирующего должника лица, поскольку не опровергнуты доводы данного ответчика о том, что он не имел права (возможности) давать обязательные для исполнения должником указания либо иным образом определять действия должника; материалами дела не подтвержден факт того, что ФИО4, будучи бухгалтером должника в период с 01.10.2013 по 03.05.2018, определяла направления деятельности последнего, в результате совершения/одобрения ею одной или нескольких сделок общество «ТД «Индюшкин» оказалось в кризисной ситуации.

Далее, отказывая в удовлетворении требования о привлечении бывших директора ФИО2 и ликвидатора ФИО1 к субсидиарной ответственности в связи с непередачей конкурсному управляющему всей документации общества, суды исходили из следующего.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 24 постановления Пленума № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Вступившим в законную силу определением суда от 16.04.2021 удовлетворено заявление конкурсного управляющего об истребовании документов и имущества должника у ликвидатора ФИО1

Между тем, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения участвующих в деле лиц, установив, что ФИО1 и ранее бывшим директором ФИО2 конкурсному управляющему переданы все имеющиеся у них документы по акту от 24.05.2021, принимая во внимание пояснения управляющего о то, что им были направлены необходимые запросы в регистрирующие органы, что означало отсутствие каких-либо затруднений в деятельности арбитражного управляющего при проведении мероприятий конкурсного производства притом, что каких-либо доказательств в пользу иного не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), суды сочли, что презумпция препятствования выполнения процедур банкротства в связи с отсутствием документов опровергнута ответчиками.

При таких обстоятельствах суды пришли к выводу об отсутствии причинно-следственной связи между непередачей ответчиками какой-либо части документации конкурсному управляющему и невозможностью формирования конкурсной массы, а также проведения расчетов с кредиторами, в связи с чем не усмотрели оснований для привлечения к субсидиарной ответственности бывших руководителей в связи с данными обстоятельствами.

С учетом изложенного суды с учетом фактических обстоятельств спора не усмотрели оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности единственного участника и бывшего директора ФИО2, бывшего ликвидатора ФИО1 и бывшего главного бухгалтера ФИО4 по обязательствам общества «ТД «Индюшкин».

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела полагает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют имеющимся в деле доказательствам и положениям действующего законодательства.

Доводы кассатора, изложенные в жалобе, аналогичные доводам (тексту) апелляционной жалобы, судом округа отклоняются, поскольку являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, выводов судов не опровергают, о нарушении судами норм права не свидетельствуют и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом банк «Уральский капитал» фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, и просит еще раз пересмотреть дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты следует оставитьбез изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.04.2023 по делу № А07-6475/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.11.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью Коммерческий банк «Уральский капитал» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                       Д.Н. Морозов 

 

Судьи                                                                                    Ю.В. Кудинова 

 

                                                                                              О.Н. Новикова