АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КУРСКОЙ  ОБЛАСТИ

г. Курск, ул. К. Маркса, д. 25

http://www.kursk.arbitr.ru

 

Именем  Российской  Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А35-4455/2019

22 декабря 2020 года

г. Курск

Резолютивная часть решения объявлена 17.12.2020.

Полный текст решения изготовлен 22.12.2020. 

Арбитражный суд Курской области в составе судьи Левашова А.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании дело по заявлению

индивидуального предпринимателя ФИО2 

о признании недействительным Решения Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Курску № 19-28/5 от 05.02.2019 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения», 

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО3, индивидуальный предприниматель ФИО4, общество с ограниченной ответственностью «Качко». 

В судебном заседании приняли участие представители: 

от заявителя: ФИО5 – по доверенности от 21.05.2019, ФИО6 – по доверенности от 22.03.2016, ФИО7 – по доверенности от 15.06.2019; 

от налогового органа: ФИО8 – по доверенности от 24.12.2019; 

от ФИО3: не явились; 

от индивидуального предпринимателя ФИО4: не явились; 

от ООО «Качко»: ФИО5 – по доверенности от 20.01.2020. 

Выслушав доводы представителей сторон, третьего лица, изучив материалы дела, суд

У С Т А Н О В И Л:

индивидуальный предприниматель ФИО2 обратился в Арбитражный суд Курской области с заявлением о признании недействительным решения Инспекции Федеральной налоговой службы по   г. Курску № 19-28/5 от 05.02.2019 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения».

В судебном заседании представители индивидуального предпринимателя ФИО2 поддержали заявленные требования, сославшись на недоказанность налоговым органом создания заявителем схемы дробления бизнеса с целью получения необоснованной налоговой выгоды, а также на недоказанность подконтрольности индивидуальному предпринимателю ФИО2 индивидуальных предпринимателей ФИО3 и ФИО4

В судебном заседании представитель Инспекции ФНС России по             г. Курску не согласился с требованиями заявителя, считает Решение инспекции законным и обоснованным, указав, на получение налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды в связи с дроблением единого бизнеса путем создания взаимозависимого юридического лица ООО «Качко» и подконтрольных ему индивидуальных предпринимателей ФИО3 и ФИО4 с целью применения специальных налоговых режимов (упрощенной системы налогообложения и единого налога на вмененный доход) для вывода части выручки из-под обложения налогами по общей системе.

В судебном заседании представитель ООО «Качко» указал, что Общество не согласно с выводами налогового органа, положенными в Решении в основу предположения о создании Общества только с целью получения заявителем необоснованной налоговой выгоды; сослался на то, что налоговым органом не исследовались показатели хозяйственной деятельности Общества с момента его создания в 2004 году до начала проверяемого периода, в то время как в момент создания Общества заявитель занимался исключительно розничной торговлей, применяя специальный налоговый режим – ЕНВД, а в ассортименте заявителя уже в то время существенный объем занимала готовая продукция рыбопереработки, которая приобреталась у третьих лиц для дальнейшей перепродажи. Вместе с тем, сезонность спроса на продукцию обусловливала наличие существенных перебоев в поставках, а невозможность создания в короткий срок собственного производства приводила к необходимости поиска сторонних переработчиков сырья заявителя на давальческих условиях (ООО «Белгородрыба» и ИП ФИО9). ООО «Качко» было создано с целью обеспечения бесперебойных поставок продукции, которые допускали прежние партнеры. Развитие Общества происходило обособленно от хозяйственной деятельности заявителя: самостоятельно и с привлечением третьих лиц разрабатывались технические условия для выработки продукции, подыскивались производственные помещения, закупалось технологическое оборудование, нанимался соответствующий персонал. Руководством хозяйственной деятельности занимался начальник цеха ФИО10 Заявитель как учредитель Общества принимал лишь управленческие решения согласно уставу Общества.

Представитель третьего лица - ФИО3 в судебное заседание не явился, в ранее представленном в суд письменном отзыве ФИО3 указал, что не может согласиться с доводами, приведенными налоговым органом в оспариваемом Решении поскольку, являясь работником заявителя, хоть и находился в формальной зависимости от последнего, осуществлял предпринимательскую деятельность отличную от основного вида деятельности ИП ФИО2, используя собственное оборудование, имел свой штат работников, которым выплачивал заработную плату со своего расчетного счета, имел свою клиентскую базу, а также использовал доходы, полученные от предпринимательской деятельности, по собственному усмотрению; в 2014 году принял решение прекратить данную деятельность.

Представитель третьего лица - ИП ФИО4 в судебное заседание не явился, в ранее представленном в суд письменном отзыве ИП ФИО4 указал, что не может согласиться с доводами, приведенными налоговым органом в оспариваемом Решении поскольку, являясь работником заявителя, хоть и находился в формальной зависимости от последнего, осуществляет предпринимательскую деятельность отличную от основного вида деятельности ИП ФИО2, используя собственное оборудование, полученное от ФИО3 после прекращения им деятельности в качестве индивидуального предпринимателя; имеет свой штат работников, клиентскую базу, использует доходы, полученные от предпринимательской деятельности, по собственному усмотрению.

Как видно из материалов дела, ФИО2 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 01.08.1995, внесен в Единый государственный реестр индивидуальных предпринимателей за основным государственным регистрационным номером 304463321500100, ИНН 

<

***>, состоит на налоговом учете в Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Курску.

Инспекция Федеральной налоговой службы по г. Курску расположена по адресу: 305007, 

<

...>, зарегистрирована в качестве юридического лица 27.12.2004, основной государственный регистрационный номер 

<

***>, ИНН 

<

***>. 

На основании Решения заместителя начальника Инспекции ФНС России по г. Курску № 21-22/261/262 от 22.12.2017 инспекцией проведена выездная налоговая проверка индивидуального предпринимателя ФИО2 по вопросам правильности исчисления, полноты и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налога на добавленную стоимость, налога на доходы физических лиц, единого налога на вмененный доход для отдельных видов деятельности, земельного налога за период с 01.01.2014 по 31.12.2016.

При проведении проверки налоговым органом была установлена неполная уплата индивидуальным предпринимателем ФИО2 налога на добавленную стоимость, налога на доходы физических лиц, что было отражено в Акте налоговой проверки № 19-27/2/213 от 24.07.2018.

07.12.2018 Инспекцией было принято решение № 19-28/23 о проведении дополнительных мероприятий налогового контроля.

Рассмотрев материалы выездной налоговой проверки, начальник Инспекции ФНС России по г. Курску вынес Решение № 19-28/5 от 05.02.2019 о привлечении индивидуального предпринимателя ФИО2 к ответственности за совершение налогового правонарушения, в соответствии с которым ему были доначислены: налог на добавленную стоимость в размере 14840763,61 руб., налог на доходы физических лиц в размере 8792776,23 руб.; начислены пени: в размере 5072567,55 руб. за несвоевременную уплату налога на добавленную стоимость; в размере 2309230,20 руб. за несвоевременную уплату налога на доходы физических лиц. 

Кроме того, указанным Решением индивидуальный предприниматель ФИО2 был привлечен к налоговой ответственности по п. 1 ст. 122 НК РФ в виде штрафа в размере 455717,54 руб. за неуплату налога на доходы физических лиц; в размере 822772,50 руб. за неуплату налога на добавленную стоимость.

Размер штрафа был определен налоговым органом с учетом трехлетнего срока давности привлечения, установленного ст. 113 НК РФ; кроме того, размер штрафа был снижен налоговым органом в два раза в связи с наличием смягчающих обстоятельств. 

Не согласившись с указанным Решением налогового органа, индивидуальный предприниматель ФИО2 обратился в Управление ФНС по Курской области с апелляционной жалобой.

Решением № 135 от 13.05.2019 Управление ФНС России по Курской области апелляционная жалоба индивидуального предпринимателя ФИО2 была оставлена без удовлетворения.  

Полагая, что Решение инспекции не соответствует налоговому законодательству и нарушает его права, индивидуальный предприниматель ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просит признать недействительным Решение № 19-28/5 от 05.02.2019 Инспекции ФНС России по г. Курску.

Суд считает, что заявленные требования подлежат удовлетворению, по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 23 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) налогоплательщики обязаны вести в установленном порядке учет своих доходов (расходов) и объектов налогообложения, исчислять и уплачивать в установленные сроки, законно установленные налоги, представлять в налоговый орган по месту учета налоговые декларации и расчеты в установленном порядке.

Согласно статье 52 НК РФ налогоплательщик самостоятельно исчисляет сумму налога, подлежащую уплате за налоговый период, исходя из налоговой базы, налоговой ставки и налоговых льгот.

Налогоплательщики, осуществляющие наряду с предпринимательской деятельностью, подлежащей налогообложению единым налогом на вмененный доход, иные виды предпринимательской деятельности, исчисляют и уплачивают налоги и сборы в отношении данных видов деятельности в соответствии с иными режимами налогообложения, предусмотренными Налоговым кодексом Российской Федерации.

Как видно из материалов дела, в проверяемом периоде индивидуальный предприниматель ФИО2, применяя общую систему налогообложения, осуществлял оптовую торговлю свежемороженой рыбой и рыбной продукцией, мясными полуфабрикатами, в связи с чем, в силу статей 143, 207 НК РФ, предприниматель являлся плательщиком налога на добавленную стоимость и налога на доходы физических лиц.

В подпункте 1 пункта 1 статьи 146 НК РФ установлено, что объектом налогообложения, по налогу на добавленную стоимость признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации. 

В соответствии со ст. 153 НК РФ налоговая база при реализации товаров (работ, услуг) определяется налогоплательщиком в зависимости от особенностей реализации произведенных им или приобретенных на стороне; товаров (работ, услуг).

Пунктом 1 ст. 154 НК РФ установлено, что при получении налогоплательщиком оплаты, частичной оплаты в счет предстоящих поставок товаров (выполнения работ, оказания услуг) налоговая база определяется исходя из суммы полученной оплаты с учетом налога.               В налоговую базу не включается оплата, частичная оплата, полученная налогоплательщиком в счет предстоящих поставок товаров (выполнения работ, оказания услуг):

Статьей 166 НК РФ предусмотрен общий порядок исчисления налога, согласно которому сумма налога при определении налоговой базы в соответствии со статьями 154 - 159 и 162 НК РФ исчисляется как соответствующая налоговой ставке процентная доля налоговой базы, а при раздельном учете - как сумма налога, полученная в результате сложения сумм налогов, исчисляемых отдельно как соответствующие налоговым ставкам процентные доли соответствующих налоговых баз (пункт 1 статьи 166 НК РФ.

Порядок исчисления и уплаты налога на добавленную стоимость, установленный нормами гл. 21 НК РФ фактически основан на специальном документообороте, порядок ведения которого определен Правилами ведения журналов учёта полученных и выставленных счетов-фактур, книг покупок и книг продаж при расчетах по налогу на добавленную стоимость.

При реализации товаров (работ, услуг) выставляются соответствующие счета-фактуры не позднее пяти дней, считая со дня отгрузки товара (выполнения работ, оказания услуг) или со дня передачи имущественных прав. Эта норма закреплена в п. 3 ст. 168 НК РФ.

Пунктом 1 статьи 171 НК РФ налогоплательщику предоставлено право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в порядке, предусмотренном статьей 166 НК РФ, на установленные данной статьей налоговые вычеты. 

Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации в таможенных режимах выпуска для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через таможенную границу Российской Федерации без таможенного контроля и таможенного оформления, в отношении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 НК РФ, за исключением товаров, предусмотренных п. 2 ст. 170 НК РФ; товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

На основании статьи 172 НК РФ вычетам подлежат, если иное не установлено настоящей статьей, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей и при наличии соответствующих первичных документов.

Основанием для уменьшения подлежащих уплате сумм налога на установленные налоговые вычеты являются, в соответствии со статьей 169 НК РФ, счета-фактуры, выставленные поставщиками при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), расчетные документы и первичные учетные документы, в которых соответствующая сумма налога выделена отдельной строкой.

Согласно пункту 1 статьи 169 НК РФ счета-фактуры являются документами, служащими основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету или возмещению в порядке, предусмотренном главой 21 НК РФ.

К оформлению счетов-фактур налоговым законодательством предъявляется ряд требований, они должны содержать реквизиты, определенные статьей 169 НК РФ, в том числе, подписи руководителя и главного бухгалтера организации или иного уполномоченного лица.

Из изложенных правовых норм следует, что при применении налоговых вычетов налогоплательщик должен доказать факты приобретения товаров (работ, услуг) в целях осуществления операций, являющихся объектами налогообложения по соответствующим налогам и принятия к учету данных товаров (работ, услуг); у налогоплательщика должны иметься надлежащим образом оформленные первичные учетные документы на приобретение товаров (работ, услуг) и счета-фактуры, соответствующие требованиям       ст. 169 НК РФ. Данные документы должны соответствовать установленным законодательством требованиям и достоверно свидетельствовать об обстоятельствах, с которыми законодательством о налогах и сборах связано право налогоплательщика на применение налоговых вычетов.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении № 53 от 12.10.2006 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» разъяснил, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Действия налогоплательщиков, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, предполагаются экономически оправданными. Оценивая обоснованность заявленной налогоплательщиком выгоды, следует исходить из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. Предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой и бухгалтерской отчетности, достоверны.

Индивидуальные предприниматели самостоятельно исчисляют и уплачивают налог на доходы физических лиц с доходов от предпринимательской деятельности (пп. 1 п. 1, п. 2 ст. 227 НК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 209, п. 1, п. 2 ст. 227 НК РФ объектом обложения по налогу на доходы физических лиц признается доход, полученный налогоплательщиками - физическими лицами, являющимися налоговыми резидентами Российской Федерации, от источников в Российской Федерации и (или) от источников за пределами Российской Федерации, в том числе, от оптовой торговли.

Согласно статье 210 НК РФ при определении налоговой базы по налогу на доходы физических лиц учитываются все доходы налогоплательщика, полученные им как в денежной, так и в натуральной формах, или право на распоряжение которыми у него возникло, а также доходы в виде материальной выгоды. Налоговая база определяется как денежное выражение таких доходов, подлежащих налогообложению, уменьшенных на сумму налоговых вычетов, предусмотренных статьями 218 - 221 НК РФ.

Сумма налога при определении налоговой базы в соответствии с пунктом 3 статьи 210 НК РФ исчисляется как соответствующая налоговой ставке, установленной пунктом 4 статьи 224 НК РФ процентная доля налоговой базы.

Пунктом 1 статьи 221 НК РФ установлено, что индивидуальные предприниматели имеют право на получение профессиональных налоговых вычетов в сумме фактически произведенных ими и документально подтвержденных расходов, непосредственно связанных с извлечением доходов. При этом состав указанных расходов, принимаемых к вычету, определяется налогоплательщиком самостоятельно в порядке, аналогичном порядку определения расходов для целей налогообложения, установленному главой 25 НК РФ «Налог на прибыль организаций».

Условие «непосредственной связи с извлечением доходов» означает, что списание материальных расходов возможно в том налоговом периоде, в котором был получен доход от реализации товаров, работ, услуг.

Данный принцип учтен в п. 22 Порядка учета доходов и расходов и хозяйственных операций для индивидуальных предпринимателей, утвержденного Приказом Минфина России и МНС России от 13.08.2002       № 86н/БГ-3-04/430, в котором определены особенности учета материальных расходов, осуществленных при изготовлении товаров (выполнении работ, оказании услуг), предусматривающем списание расходов на затраты в части реализованных товаров, выполненных работ и оказанных услуг.

В соответствии с п. 1 ст. 252 главы 25 НК РФ расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществленные налогоплательщиком. Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме. Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации.

То есть, условием для включения понесенных расходов в состав расходов в целях налогообложения является возможность на основании имеющихся документов сделать однозначный вывод о том, что расходы на приобретение товаров (работ, услуг) фактически понесены, и эти расходы произведены налогоплательщиком для осуществления им предпринимательской деятельности, направленной на получение дохода.

Наряду с общей системой налогообложения налогоплательщик имеет право применять специальный режим налогообложения в виде уплаты единого налога на вмененный доход для отдельных видов деятельности.

В соответствии с пп. 6 и 7 п. 2 ст. 346.26 НК РФ система налогообложения в виде ЕНВД может применяться, в частности, в отношении предпринимательской деятельности в виде розничной торговли. При этом в отношении оптовой торговли ЕНВД не применяется. В отношении оптовой торговли товарами организация может применять, либо общую систему налогообложения, либо упрощенную систему налогообложения.

Применение упрощенной системы налогообложения организациями и индивидуальными предпринимателями предусматривает освобождение их от обязанности по уплате ряда налогов, перечисленных в ст. 346.11 НК РФ, в тои числе имущественного налога.

В силу п. 8 ст. 346.18 НК РФ налогоплательщики, переведенные по отдельным видам деятельности на уплату ЕНВД, ведут раздельный учет доходов и расходов по разным специальным налоговым режимам. Согласно п. 7 ст. 346.26 НК РФ налогоплательщики, осуществляющие, наряду с предпринимательской деятельностью, подлежащей налогообложению единым налогом, иные виды предпринимательской деятельности, обязаны вести раздельный учет имущества, обязательств и хозяйственных операций в отношении предпринимательской деятельности, подлежащей налого-обложению единым налогом, к предпринимательской деятельности, в отношении которой налогоплательщики уплачивают налоги в соответствии с иным режимом налогообложения.

К розничной торговле относится предпринимательская деятельность, связанная с торговлей товарами на основе договоров розничной купли-продажи (ст. 346.27 НК РФ). Однако реализация продукции собственного производства к розничной торговле не относится, в силу ограничения, установленного в абз. 12 ст. 346.27 НК РФ.

Согласно письму МНС России от 11.06.2003 № СА-6-22/657                    «О разъяснении отдельных вопросов применения глав 26.2 и 26.3 Налогового кодекса Российской Федерации» предпринимательская деятельность в сфере розничной торговли связана с предоставлением услуг и работами по продаже (перепродаже без видоизменения) новых и бывших в употреблений товаров, приобретенных продавцом для дальнейшей реализации в целях осуществления своей деятельности либо полученных иным незапрещенным действующим, законодательством способом. Деятельность в сфере производства готовой продукции является самостоятельным видом предпринимательской деятельности, направленным на извлечение доходов от реализации изготовленной продукции как через розничную, так и через оптовую торговую сеть.

Реализация в розницу товаров собственного производства под ЕНВД не подпадает.

По результатам выездной налоговой проверки Инспекцией был сделан вывод об осуществлении индивидуальным предпринимателем ФИО2 взаимосогласованной предпринимательской деятельности, направленной на минимизацию налоговых обязательств путем вовлечения в схему ведения бизнеса взаимозависимого лица - ООО «Качко», применяющего специальный режим налогообложения – упрощенную систему налогообложения, а также экономически и юридически подконтрольных лиц - индивидуальных предпринимателей ФИО3, ФИО4, применяющих специальные системы налогообложения – единый налог на вмененный доход для отдельных видов деятельности. 

Как видно из оспариваемого Решения налогового органа, в ходе выездной налоговой проверки инспекцией был проведен анализ финансово-хозяйственных отношений ИП ФИО2 в рамках заключенных договоров: 

с обществом с ограниченной ответственностью «Качко»: договор купли-продажи № 03/0101 от 01.01.2009; договор поставки № 01/1001 от 10.01.2009; договор аренды транспортного средства с экипажем от 09.01.2014; договор аренды нежилого помещениях с приложением дополнительных соглашений    № 1 от 16.06.2010; договор о переработке давальческого сырья № 1 от 01.12.2010; договор поставки № 01/0101 от 01.01.2016;

с индивидуальным предпринимателем ФИО3 - договор поставки от 10.01.2012 № 01/1001, по условиям которого индивидуальный предприниматель ФИО2 обязуется поставить в адрес индивидуального предпринимателя ФИО3 товар (взаимоотношения были до 01.11.2014);

с индивидуальным предпринимателем ФИО4 - договор поставки от 01.11.2014 № 01/0111, по условиям которого индивидуальный предприниматель ФИО2 обязуется поставить в адрес индивидуального предпринимателя ФИО4 товар.

Налоговый орган по результатам проведенного анализа финансово-хозяйственных отношений ИП Качко Е.В. сделал вывод о создании последним схемы дробления бизнеса с взаимозависимым лицом - ООО «Качко», а также с экономически и юридически подконтрольными лицами - индивидуальным предпринимателем Баскаковым В.Л., а затем с индивидуальным предпринимателем Вытовтовым С.В.

Как видно из материалов дела, ООО «Качко» зарегистрировано в качестве юридического лица 01.12.2004, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, юридический адрес: 305001, 

<

...>, применяет упрощенную систему налогообложения с объектом налогообложения доходы-расходы; единственным учредителем и руководителем с момента регистрации организации является ФИО2; основной вид деятельности организации - переработка и консервирование рыбы, ракообразных и моллюсков.

ООО «Качко» имеет в собственности здание и земельный участок по адресу: 305527, Курская обл., Курский р-н, д. Ворошнево; здание и земельный участок по адресу: 305018, 

<

...>; грузовой автомобиль марки ГАЗ-33021. Среднесписочная численность организации составила: в 2014 году - 33 человека, в 2015 году - 31 человек, в 2016 году - 27 человек.

Налоговые декларации ООО «Качко» предоставляет в ИФНС России по г. Курску по телекоммуникационным каналам связи с использованием ЭЦП через ООО «СБИС ЭО», в 2014 году сумма полученных доходов за налоговый период составила 53553017 руб.; сумма расходов за налоговый период составила 49914172 руб.; налоговая база составила 3638845 руб.; сумма налога к уплате составила 545827 руб.;

в 2015 году сумма полученных доходов за налоговый период составила 68485378 руб., Сумма расходов за налоговый период составила 63728212 руб.; налоговая база составила 4757166 руб.; сумма налога к уплате составила 713575 руб.;

в 2016 году сумма полученных доходов за налоговый период составила 73178559 руб.; сумма расходов за налоговый период составила 64974160 руб.; сумма полученного убытка составила 1716081 руб.; налоговая база составила 6488318 руб.; сумма налога к уплате составила 973248 руб.

Согласно анализу движения денежных средств по расчетным счетам ООО «Качко», открытых в ПАО «ВТБ» и ПАО «Сбербанк» за 2014 - 2016 годы основными покупателями продукции, изготовленной ООО «Качко» являлись: ИП ФИО4, перечисления в адрес ООО «Качко» составили 103893245,50 руб. за товары; ИП ФИО3, перечисления в адрес ООО «Качко» составили 29023629,15 руб. за товары; ИП ФИО2, перечисления в адрес ООО «Качко» составили 53462183,43 руб. за услуги по переработке давальческого сырья, за товары, за аренду помещений, транспортного средства и в качестве предоставления займа. Покупателями рыбной продукции ООО «Качко» также являлись и множество иных индивидуальных предпринимателей и организаций. Списывались денежные средства на закупку рыбы, оборудование для ее переработки, специи, упаковку, за транспортные услуги, ветеринарные услуги. Расходные операции организации связаны с перечислением в адрес ИП ФИО2 за товар.

ФИО3 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 08.12.2011, ИНН 

<

***>, ОГРНИП 31146323420019 (с 15.04.2015 прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя); не является руководителем и учредителем каких-либо организаций; среднесписочная численность сотрудников ИП ФИО3 в 2014 г. составляла 11 человек, с момента постановки на налоговый учет являлся плательщиком ЕНВД (розничная торговля, осуществляемая в объектах стационарной торговой сети, а также в объектах нестационарной торговой сети, площадь торгового места в которых превышает 5 кв.м. по адресам: 

<

...>; 

<

...>); основной вид деятельности - торговля розничная преимущественно пищевыми продуктами, включая напитки и табачные изделия в неспециализированных магазинах. ИП ФИО3.В.Л. уплатил в бюджет ЕНВД в размере: 1 квартал 2014 г. - 22130 руб., 2 квартал 2014 г. - 22130 руб., 3 квартал 2014 г. - 22130 руб., 4 квартал 2014 г. - 7377 руб.

Согласно анализу движения денежных средств по расчетному счету ИП ФИО3, открытому в ПАО «ВТБ», основными поставщиками рыбной продукции являлись ООО «Качко» и ИП ФИО2; денежные средства поступали на расчетный счет с назначением платежа «торговая выручка» лично от индивидуального предпринимателя ФИО3; списывались денежные средства на закупку рыбной продукций, мясных полуфабрикатов, за транспортные услуги, аренду помещений, коммунальные услуги. Расходные операции организации связаны с перечислением в адрес ООО «Качко», ИП ФИО2 за товар.

ФИО4 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 19.09.2014; ИНН 463200,801926, ОГРНИП 314463226200080, не является руководителем и учредителем каких-либо организаций; среднесписочная численность сотрудников составила: в 2014 г. - 3 человека, в 2015 г. - 17 человек, в 2016 г. - 18 человек; с момента постановки на налоговый учет являлся плательщиком ЕНВД (розничная торговля, осуществляемая в объектах стационарной торговой сети, а также в объектах нестационарной торговой сети, площадь торгового места в которых превышает 5 кв.м. по адресам: 

<

...>; 

<

...>); основной вид деятельности - торговля розничная преимущественно пищевыми продуктами, включая напитки и табачные изделия в неспециализированных магазинах; ИП ФИО4 уплачивал в бюджет ЕНВД в размере: 4 квартал 2014 г. - 14753 руб., 1 квартал 2015 г. - 23798 руб., 2 квартал 2015 г. - 23798 руб., 3 квартал 2015 г. - 23798 руб.,         4 квартал 2015 г. - 23798 руб., 1 квартал 2016 г. - 23798 руб., 2 квартал 2016 г. - 23798 руб., 3 квартал 2016 г. - 23798 руб., 4 квартал 2016 г. - 23798 руб.

Согласно анализу движения денежных средств по расчетному счету ИП ФИО4, открытому в ПАО «ВТБ», основными поставщиками рыбной продукции являлись ООО «Качко» и ИП ФИО2; денежные средства поступали на расчетный счет с назначением платежа «торговая выручка» лично от индивидуального предпринимателя ФИО4; списывались денежные средства на закупку рыбной продукций, мясных полуфабрикатов, за транспортные услуги, аренду помещений, коммунальные услуги. Расходные операции организации связаны с перечислением в адрес ООО «Качко», ИП ФИО2 за товар.

Как видно из материалов дела, ИП ФИО2 осуществляет оптовую торговлю преимущественно рыбной продукцией, свежемороженой рыбой и мясными полуфабрикатами, применяя при этом общий режим налогообложения. Часть рыбы передавалась на переработку в ООО «Качко» по договорам о переработке давальческого сырья. В свою, очередь ООО «Качко» также осуществляет самостоятельную оптовую торговлю рыбной продукцией собственного производства, свежемороженой рыбой и мясными полуфабрикатами. Основными покупателями ООО «Качко» являлись: сначала ИП ФИО4, затем ИП ФИО3, которые реализовывали приобретенную продукцию в розницу. Основным поставщиком свежемороженой рыбы ИП ФИО4 и ИП ФИО3 являлся ИП ФИО2

Основанием для начисления налогов послужил вывод налогового органа о создании индивидуальным предпринимателем ФИО2 схемы ведения бизнеса с целью реализации продукции собственного производства в розницу и применения системы налогообложения в виде единого налога на вмененный доход для отдельных видов деятельности в обход нормы, закрепленной в абзаце 12 статьи 346.27 НК РФ, в связи с чем индивидуальный предприниматель ФИО2 распределил обязанности одного производственного процесса между взаимозависимым лицом -      ООО «Качко» и подконтрольными лицами - индивидуальными предпринимателями ФИО3 и ФИО4

Вынося оспариваемое Решение, инспекция поставила под сомнение то обстоятельство, что дальнейшая реализация товара индивидуальными предпринимателями являлась их самостоятельной деятельностью.

Так, инспекция указывает, что индивидуальные предприниматели занимались реализацией только продукции, произведенной ООО «Качко» и рыбы, поставленной индивидуальным предпринимателем ФИО2, поэтому все денежные средства, полученные предпринимателями, преимущественно перечислялись на счета ООО «Качко» и индивидуального предпринимателя ФИО2

Налоговый орган ссылается: 

на прямую или косвенную взаимозависимость (аффелированность) участников схемы, где ФИО2, осуществляя самостоятельную предпринимательскую деятельность, является одновременно руководителем и учредителем ООО «Качко»; косвенная взаимозависимость ИП ФИО2 с ИП ФИО3 и ИП ФИО4 вызвана служебной подконтрольностью (ФИО4 совмещает занятие индивидуальной предпринимательской деятельностью с работой у ИП ФИО2 в должности кладовщика; ФИО3 работает у ИП ФИО2 в должности менеджера на полставки, в ООО «Качко» - в должности финансового директора, до 2015 года являлся индивидуальным предпринимателем); 

на совпадение адресов ведения предпринимательской деятельности; 

на то, что оборудование, использовавшееся в предпринимательской деятельности ИП ФИО4 и ИП ФИО3, ранее принадлежало ИП ФИО2; 

на то, что бухгалтером у ИП ФИО3 и у ИП ФИО4 являлась ФИО11, которая по совместительству работает в ООО «Качко» также бухгалтером; 

на то, что главным бухгалтером ИП ФИО2 в проверяемом периоде был ФИО6, являвшийся уполномоченным представителем ИП ФИО3, ИП ФИО4, ООО «Качко»; 

на то, что индивидуальные предприниматели самостоятельно не распоряжались полученной торговой выручкой; денежные средства преимущественно перечислялись с расчетных счетов индивидуальных предпринимателей на счета ООО «Качко» и ИП ФИО2;

на перераспределение персонала между ООО «Качко», ИП ФИО2, ИП ФИО4, ИП ФИО3; 

на совпадение IP-адресов, с использованием которых осуществлялись операции по расчетным счетам ООО «Качко», ИП ФИО3, ИП ФИО4, ИП ФИО2; 

на то, что все вовлеченные в схему лица являлись абонентами ООО «Компания Тензор», при этом ИП ФИО2, ИП ФИО3, ИП ФИО4 являлись дополнительными абонентами ООО «Качко»;

на использование ИП ФИО2 в ходе ведения деятельности товарного знака «Селедкино», принадлежащего ООО «Качко».   

Таким образом, по мнению налогового органа, ИП ФИО2, создав фиктивный документооборот, путем согласованных действий с ООО «Качко», ИП ФИО3 и ИП ФИО4, имитировал хозяйственную деятельность, фактически осуществляя производство и реализацию товаров как одно целое предприятие, что позволило распределить полученную выручку между всеми участниками схемы в целях минимизации налоговых обязательств по налогу на добавленную стоимость и налогу на доходы физических лиц.

Налоговым органом в целях определения размера налоговых обязательств ИП ФИО2 при исчислении налога на добавленную стоимость были учтены суммы выручки ИП ФИО3 и ИП ФИО4 от продажи товара в 2014, 2015, 2016 годах на основании данных выписок из расчетных счетов ИП ФИО3 и ИП ФИО4

Поскольку ИП ФИО3 и ИП ФИО4 не являлись плательщиками НДС, Инспекцией налоговые ставки были определены исходя из доли НДС в стоимости приобретенного товара у ИП ФИО2 и иных поставщиков.

Инспекцией было установлено, что НДС с выручки, полученной ИП ФИО3 и ИП ФИО4, составляет 29046551,93 руб.

Инспекцией были определены налоговые обязательства с учетом имеющихся у налогоплательщика документов, подтверждающих налоговые вычеты.

При исчислении НДС Инспекцией был учтен НДС, уплаченный ИП ФИО2 при реализации товаров в адрес ИП ФИО3, ИП ФИО4 и ООО «Качко», а также НДС по приобретенному товару ИП ФИО3, ИП ФИО4 и ООО «Качко» у иных контрагентов самостоятельно. При объединении налоговых обязательств всех участников налоговый орган во избежание двойного начисления НДС не учитывал реализацию товара ООО «Качко» в адрес ИП ФИО3 и ИП ФИО4, полагая, что производство и реализацию готовой продукции фактически осуществлял ИП ФИО2 самостоятельно.

Сумма НДС по приобретенному товару у ИП ФИО2 составила 11762791,84 руб.  

В результате сравнения расчетов данных налогов, Инспекция определила, что сумма неисчисленного ИП ФИО2 в бюджет налога на добавленную стоимость составила 14840763,61 руб. (из них: сумма НДС с торговой выручки ИП ФИО3 за 2014, 2015, 2016 годы составила 8258823,07 руб., с торговой выручки ИП ФИО4 - 20787728,86 руб., всего: 29046551,93 руб.; сумма НДС с реализации ИП Качко в адрес участников схемы составила 11762791,84 руб.; налоговый вычет по НДС по приобретённому товару у иных контрагентов самостоятельно составил 2442996,68 руб.) 

Кроме того, Инспекция пришла к выводу о неуплате ИП ФИО2 налога на доходы физических лиц в сумме 8792776,33 руб., исчисленного с выручки, полученной индивидуальными предпринимателями ФИО3, ФИО4, ООО «Качко». При объединении налоговых обязательств всех участников налоговый орган во избежание двойного начисления налогом не учитывал реализацию товара ООО «Качко» в адрес ИП ФИО3 и ИП ФИО4, полагая, что производство и реализацию готовой продукции фактически осуществлял ИП ФИО2 самостоятельно.

Таким образом, по мнению налогового органа, совокупность выявленных им при проведении проверки фактов свидетельствует о том, что действия ИП ФИО2, ООО «Качко» и индивидуальных предпринимателей при создании схемы дробления бизнеса были направлены исключительно на реализацию продукции собственного производства в розницу посредством распределения обязанностей одного производственного процесса между взаимозависимыми и подконтрольными лицами для применения системы налогообложения в виде единого налога на вмененный доход для отдельных видов деятельности с целью незаконной минимизации налогообложения ИП ФИО2

Вместе с тем, вывод о необоснованности налоговой выгоды должен быть основан на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены исключительно на создание благоприятных налоговых последствий.

Недобросовестное дробление бизнеса имеет место, если видимость действий нескольких лиц прикрывает фактическую деятельность одного налогоплательщика, что возможно в том случае, если лица, прикрывающие деятельность налогоплательщика, не являются самостоятельными хозяйствующими субъектами.

Дробление бизнеса само по себе не опровергает добросовестность налогоплательщика, а ведение бизнеса несколькими лицами не является правонарушением. 

Президиум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 4 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением глав 26.2 и 26.5 Налогового кодекса Российской Федерации в отношении субъектов малого и среднего предпринимательства от 04.07.2018 разъяснил, что сам по себе факт взаимозависимости налогоплательщика и его контрагентов не является основанием для консолидации их доходов и для вывода об утрате права на применение упрощенной системы налогообложения данными лицами, если каждый из налогоплательщиков осуществляет самостоятельную хозяйственную деятельность.

При оценке обоснованности налоговой выгоды судом могут учитываться такие обстоятельства, как: особенности корпоративной структуры (история создания взаимозависимых лиц, причины их реорганизации и др.), практика принятия управленческих решений внутри группы взаимозависимых лиц, использование общих трудовых и производственных ресурсов, особенности гражданско-правовых отношений внутри группы.

Взаимозависимость хозяйствующего субъекта и его контрагентов - оптовых покупателей, каждый из которых имел свой штат работников, клиентскую базу, а их деятельность осуществлялась раздельно по соответствующим сегментам рынка (оптовые продажи сельскохозяйственным производителям, мобильная торговля среди розничных покупателей, продажи через интернет-сайт) не может являться основанием для консолидации их доходов и, соответственно, не дает достаточных оснований для вывода об утрате права на применение упрощенной системы налогообложения обществом и его контрагентами, поскольку каждый из участников группы компаний осуществляет самостоятельную хозяйственную деятельность и несет свою часть налогового бремени, относящегося к этой деятельности.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их взаимосвязи и совокупности, суд приходит к выводу о том, что налоговым органом не доказано создание налогоплательщиком схемы дробления бизнеса в целях получения необоснованной налоговой выгоды, а приведенные доводы налогового органа в обоснование правомерности доначисления налога на прибыль и налога на добавленную стоимость, судом отклоняются. 

В данном случае суд также руководствуется правовой позицией, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации, согласно которой в силу принципа свободы экономической деятельности налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность. 

Гражданское законодательство допускает совместную деятельность хозяйствующих субъектов в целях получения прибыли от осуществления предпринимательской деятельности. Совместная деятельность хозяйствующих субъектов сама по себе не свидетельствует о получении налоговой выгоды.

При этом Конституционным Судом Российской Федерации в определениях от 04.06.2007 № 320-О-П и № 366-О-П указано, что Налоговое законодательство не использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности. В силу принципа свободы экономической деятельности (часть 1 статьи 8 Конституции Российской Федерации) налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность.

По смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 24.02.2004 № 3-П, судебный контроль также не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

Также налоговым органом не учтена правовая позиция, изложенная в абз. 2 п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53, согласно которой возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой, полученной налогоплательщиком путем совершения других предусмотренных или не запрещенных законом операций, не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

Таким образом, суд не может согласиться с выводами налогового органа исходя из следующего. 

ООО «Качко» зарегистрировано в качестве юридического лица 01.12.2004, единственным учредителем, а также руководителем ООО «Качко» является ФИО2

В связи с этим налоговый орган пришел к выводу о прямой взаимозависимости участников схемы, где ФИО2, осуществляя самостоятельную предпринимательскую деятельность, является одновременно руководителем ООО «Качко».

Вместе с тем, как указал ИП ФИО2 в пояснении от 17.08.2018, он, являясь индивидуальным предпринимателем, находящимся на общей системе налогообложения, имеет фирму ООО «Качко», цель создания которой – производство рыбных продуктов. Деление бизнеса вызвано тем, что у организации имеется производственный цех, который нецелесообразно было оформлять на индивидуального предпринимателя, поскольку данное производство подходит под упрощенную систему налогообложения. 

ООО «Качко» было создано в 2004 году, для производства приобретены объекты недвижимости, оборудование, был подобран персонал, осуществлена разработка собственных технических условий выпуска пищевой продукции, произведена регистрация товарного знака «Селедкино», в связи с предполагаемой фондоемкостью производства, на этапе создания общества было принято решение о целесообразности применения упрощенной системы налогообложения, то есть юридическое лицо является самостоятельным хозяйственным субъектом, зарегистрированным в установленном законом порядке, владеющим на праве собственности имуществом, необходимым для осуществления производственной деятельности.

Как указал представитель ООО «Качко» в отзыве на заявление, после создания Общества его дальнейшее развитие происходило обособленно от хозяйственной деятельности ИП ФИО2 Обществом самостоятельно и с привлечением третьих лиц разрабатывались технические условия для выработки продукции, подыскивались производственные помещения, закупалось технологическое оборудование, нанимался соответствующий персонал (начальник цеха, мастер цеха, операторы рыбокоптильных камер, обработчики рыбы и другие), заключались договоры с поставщиками, создавался и регистрировался товарный знак, принимались решения о товарном ассортименте и другое. Руководством хозяйственной деятельности занимался начальник цеха ФИО10, при этом ФИО2, являясь учредителем и руководителем Общества, непосредственно принимал лишь управленческие решения, находящиеся в его компетенции согласно Уставу Общества.

Общество осуществляло переработку рыбного сырья, поставляемого индивидуальным предпринимателем ФИО2 на основании Договора о переработке давальческого сырья № 1 от 01.12.2010. За оказанные услуги в проверяемый период заказчиком перечислено в адрес исполнителя 43,6 млн. руб. Расценки услуг, установленные договором, соответствуют рыночным.

Также Общество приобретало по рыночным ценам у ИП ФИО2 свежемороженую рыбу для собственных нужд по Договору поставки             № 05/0101 от 01.01.2016. В проверяемый период у ИП ФИО2 было приобретено 276,7 тонн, что составило менее 20% от общего объема сырья, приобретенного и переработанного Обществом для собственных нужд.

Кроме того, по Договору поставки № 01/0101 от 01.01.2016 ИП ФИО2 сам приобрел у Общества 31,2 тонны сырья для его дальнейшей переработки. Торговая наценка Общества по указанным операциям составила в среднем 20%.

Материалами налоговой проверки было установлено, что ООО «Качко» занимаясь переработкой рыбной продукции, реализовывало ее третьим лицам, в том числе и индивидуальным предпринимателям ФИО3 и ФИО4 При этом, доля в общем объеме выпущенной готовой продукции ИП ФИО3 составляла 4,7% (241,6 тонн из общего объема производства в 5135 тонн в проверяемый период), ИП ФИО4 - 14,7% (757,1 тонн из общего объема производства в 5135 тонн в проверяемый период), в то время как доля ИП ФИО2 превысила 4000 тонн продукции из общего объема производства в 5135 тонн в проверяемый период, которая затем реализовывалась ИП ФИО2 оптом. Поскольку в розничную продажу поступала незначительная часть продукции, то вывод налогового органа о том, что ИП ФИО2 была создана схема дробления бизнеса для возможности реализации товара в розницу, является несостоятельным. 

Следовательно, довод налогового органа о том, что дробление бизнеса позволило ИП ФИО2 обойти ограничения, установленные в норме абзаца 12 статьи 346.27 НК РФ, является необоснованным.

Как видно из материалов дела, ИП ФИО2 производством продукции не занимался, осуществляя предпринимательскую деятельность по реализации рыбной продукции, он передавал часть сырья на переработку в ООО «Качко» на сновании договоров о переработке давальческого сырья, и впоследствии реализуя переработанную продукцию оптовым покупателям.

Это согласуется с позицией Министерства Финансов РФ, изложенной в письме от 28.11.2018 № 03-11-11/85983, согласно которому индивидуальный предприниматель, осуществляющий розничную реализацию товаров, изготовленных по заказу третьей стороной в рамках договоров подряда, при этом предоставляет только сырье (материалы, запасные части, комплектующие изделия) и непосредственно не участвует в производственном процессе, не признается изготовителем указанных товаров, а осуществляемую им деятельность следует рассматривать в качестве предпринимательской деятельности в сфере розничной торговли товарами, изготовленными третьими лицами.

То есть, если бы ИП ФИО2 самостоятельно занимался розничной торговлей, то им также применялся бы специальный налоговый режим - ЕНВД, что не повлекло бы увеличение налоговых обязательств в сравнение с налоговыми обязательствами ИП ФИО3 и ИП ФИО4 

В связи с тем, что действующее законодательство не ограничивает право граждан за создание юридических лиц, то решения учредителей и руководителей о создании юридических лиц и участии в них в качестве руководителей не являются нарушением закона. Создание юридических лиц, подпадающих под применение льготного режима налогообложения, не может рассматриваться как нарушение закона, недобросовестное поведение. Закон передает совершение этих действий на усмотрение участников гражданского оборота, предоставляя им право выбора в установленных рамках.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 09.04.2013 № 15570/12 разъяснил, что само по себе учреждение налогоплательщиком нового хозяйствующего субъекта не говорит о формальном разделении бизнеса, целью которого является получение необоснованной налоговой выгоды. 

Так, согласно положениям статей 23, 48, 49 Гражданского кодекса Российской Федерации указанное общество является самостоятельным субъектом предпринимательской деятельности и участником гражданского оборота в силу его государственной регистрации в качестве юридического лица; обладает самостоятельной правоспособностью, может иметь обособленное имущество и отвечать им по своим обязательствам, а также от своего имени приобретать и осуществлять гражданские права и нести гражданские обязанности, быть истцом и ответчиком в суде.

Таким образом, действующим законодательством Российской Федерации не запрещено осуществлять предпринимательскую деятельность в нескольких организационных формах.

Судом установлено, что взаимозависимость ИП ФИО2 и ООО «Качко» не повлекла за собой получение заявителем необоснованной налоговой выгоды.

В связи с чем также является неубедительной ссылка налогового органа на то, что ИП ФИО2 на сайте в Интернете позиционирует себя как «Компания ИП ФИО2» - производитель продукции под торговой маркой «Селедкино».

Ссылка налогового органа на то, что в ходе обследования помещения - места осуществления деятельности индивидуального предпринимателя ФИО4 были обнаружены прайс-листы продукции под торговой маркой «Селедкино» не может быть принята судом в качестве доказательства подконтрольности индивидуального предпринимателя ФИО4 индивидуальному предпринимателю ФИО2 по следующим основаниям.

На сайте торговой марки «Селедкино» (https://seledkino.ru/) в информационной сети «Интернет» отсутствуют любые упоминания об ИП ФИО4 и ИП ФИО3

Каких-либо доказательств того, что товарный знак «Селедкино» в своей деятельности использовали ИП ФИО3 и ИП ФИО4 в материалы дела не предоставлено.

Довод налогового органа о подконтрольности ИП ФИО4 и ИП ФИО3 со ссылкой на то, что они являлись основными покупателями ИП ФИО2, также не принимается судом.

Так, материалами проверки установлено, что покупателями ИП ФИО2 выступали не только ИП ФИО4, ИП ФИО3, но у него имелись и другие приобретатели товара. При этом доля в общем объеме реализации товаров в адрес ИП ФИО4 в процентном выражении составляет 4% (599,3 тонн из общего товарооборота), в адрес ИП ФИО3 - 2,1% (316 тонн из общего товарооборота), иным покупателям – более 90% (13711,4 тонн из общего товарооборота).

Кроме того, поскольку ИП ФИО2 осуществлял оптовую торговлю, а ИП ФИО3 и ИП ФИО4 осуществляли реализацию продукции в розницу, то направления их деятельности разные, что свидетельствует о самостоятельности каждого из хозяйствующих субъектов.

Статья 2 ГК РФ определяет, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Как указал ИП ФИО2, ранее он осуществлял розничную торговлю, но его отказ от розничной торговли был обусловлен постоянно снижающимся объемом розничного товарооборота (упал ниже 10%), потребностью отвлечения на это значительных материальных, трудовых, и прочих ресурсов, наличием риска имущественного взыскания по договорам розничной купли-продажи.

ИП ФИО3 и ИП ФИО4 смогли осуществлять торговлю с торговых точек, пользовавшихся интересом у розничных покупателей. При этом, как у ИП ФИО3, так и у ИП ФИО4 имелись также и иные поставщики продукции, кроме ИП ФИО2 и ООО «Качко».

Довод налогового органа о том, что корешки ветеринарных свидетельств свидетельствуют о том, что ООО «Качко» поставляло продукцию только в адрес ИП ФИО2, признается судом необоснованным. Отказ ИП ФИО4 от оплаты услуг ветеринарно-санитарной экспертизы продукции ООО «Качко» может говорить лишь о нарушении им ветеринарного законодательства и не может подтверждать факт отсутствия реализаций ООО «Качко» продукции в его адрес. При проведении проверки налоговому органу были предоставлены сведения, из которых можно было сделать вывод о реальных объемах произведенной ООО «Качко» продукции, в том числе реализованной впоследствии ИП ФИО4

Основным источником дохода каждого предпринимателя являлись поступления от собственной коммерческой деятельности.

Инспекцией в материалы дела не представлены доказательства финансирования контрагентами друг друга, изъятия доходов, пользования ИП ФИО2 выручкой ИП ФИО3 и ИП ФИО4 или объединения доходов и их совместного использования, равно как и несения расходов друг за друга.

Так, между контрагентами не совершались транзитные операции по передаче имущества или по перечислению денежных средств, каждый субъект осуществлял самостоятельный контроль за расходованием принадлежащих ему денежных средств.

Довод налогового органа о том, что индивидуальные предприниматели ФИО3 и ФИО4 лично не распоряжались денежными средствами не принимается судом. Как видно из протокола допроса ФИО4 от 17.08.2018 № 19-10/7402, он иногда работал без кассы, вносил на расчетный счет не всю выручку, та выручка, которая не инкассирована, забиралась им лично и находилась в его распоряжении. Доказательств того, что индивидуальные предприниматели свой личный доход перечисляли ИП ФИО2 в материалы дела не представлено. 

Доказательств доступа индивидуального предпринимателя ФИО2 к расчетным счетам индивидуальных предпринимателей ФИО4 и ФИО3 или пользование кассовыми аппаратами предпринимателей налоговым органом не представлено.

Каждый из контрагентов ИП ФИО2 имел средства и ресурсы, необходимые и достаточные для ведения деятельности. Коммерческий процесс каждого из хозяйствующих субъектов являлся самостоятельным и обособленным. 

Из материалов дела видно, что индивидуальные предприниматели самостоятельно осуществляли деятельность по торговле продукцией, приобретенной у ИП ФИО2, ООО «Качко» и иных поставщиков, самостоятельно определяли конечных потребителей продукции. У ИП ФИО2 отсутствовали отношения с конечными покупателями товара - контрагентами ИП ФИО3 и ИП ФИО4 Покупатели расчеты за продукцию производили только с индивидуальными предпринимателями ФИО3 и ФИО4, а не с ИП ФИО2 и ООО «Качко». 

Предприниматели самостоятельно вели налоговый и бухгалтерский учет. Тот факт, что при проведении осмотра помещения, занимаемого                  ИП ФИО4, которое расположено по адресу: 

<

...>, в сейфе была обнаружена печать ООО «Качко», считавшаяся утерянной, само по себе не может служить бесспорным доказательством подконтрольности индивидуальных предпринимателей заявителю.

Кроме того, в ходе анализа изъятой программы «1С Бухгалтерия» также не было выявлено признаков подконтрольности индивидуальных предпринимателей ФИО3 и ФИО4 индивидуальному предпринимателю ФИО2

В своей деятельности предприниматели использовали свои трудовые ресурсы.

Не признаются судом обоснованными доводы налогового органа о формальном перераспределении между ИП ФИО2, ООО «Качко», ИП ФИО3, ИП ФИО4 персонала без изменения их должностных обязанностей. 

Согласно протоколам допроса работников, они подтвердили заключение трудовых договоров с ООО «Качко», ИП ФИО3, ИП ФИО4 по собственной инициативе. 

Доказательств того, что заработная плата работникам выплачивалась с расчетного счета ИП ФИО2, налоговым органом не представлено. 

Ссылка налогового органа на данные протоколов опроса, согласно которым ИП ФИО4 и ИП ФИО3 не помнили по именам своих работников, возраста бухгалтера, а также своей выручки, не является доказательством фиктивного ведения индивидуальными предпринимателями документооборота, так как со времени проверяемого периода и до момента их опроса в 2018 году прошло более трех лет.

Кроме того, выполнение трудовых функций по совместительству не может служить безусловным доказательством создания схемы необоснованного дробления бизнеса.

Инспекцией не представлено доказательств оказания влияния указанных отношений на результаты финансово-хозяйственной деятельности, выразившиеся в занижении налоговой базы по налогу на добавленную стоимость и налогу на доходы физических лиц.

В рассматриваемом случае налоговым органом не приведено безусловных и достаточных доказательств того, что наличие между ИП ФИО2, ФИО2 как руководителя ООО «Качко», ИП ФИО4 и ИП ФИО3 отношений взаимозависимости оказывало влияние на осуществление ими финансово-хозяйственной деятельности. Само по себе наличие соответствующей возможности не может являться основанием для выводов о направленности действий самостоятельных участников хозяйственной деятельности исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды.

В связи с изложенным суд полагает, что довод инспекции о том, что фактически управление деятельностью участников схемы осуществлялось одним лицом - ИП ФИО2, является бездоказательным.

Ссылка налогового органа на то, что ФИО6 (главный бухгалтер ИП ФИО2) являлся ответственным лицом по согласованию вопросов и разногласий в процессе работы (инкассированию выручки) и исполнения между банком и клиентами (ИП ФИО4 и ИП ФИО3) обязательств по договорам, не подтверждает факт контроля деятельности предпринимателей. 

Доказательства того, что ФИО6 фактически осуществлял инкассирование выручки индивидуальных предпринимателей, в материалах дела отсутствуют. 

Так, согласно ответу Банка ВТБ (ПАО) от 23.08.2018 № 14450/422500,                      денежные средства на расчетный счет ИП ФИО4 поступали от ИП ФИО4 через службу инкассации банка в соответствии с договорами, что подтверждается копиями договоров на инкассацию, заключенных Банком с ИП ФИО4 от 27.10.2014 № ДИПН-14012-725790, а также РОИ (РОСИНКАС) ЦБ РФ с ИП ФИО4 от 19.12.2014 № 14-127-ИК. 

ФИО6 в договорах указан только как контактное лицо.

Согласно ответу Банка ВТБ (ПАО) от 23.08.2018 № 14452/422500 денежные средства на расчетный счет ИП ФИО3 поступали от ИП ИП ФИО3 через службу инкассации банка в соответствии с договором, что подтверждается копией договора на инкассацию, заключенного Банком с ИП ФИО3 от 27.12.2011 № 061 ИК.

ФИО6 в договоре указан только как контактное лицо.

ФИО6 (представитель ИП ФИО2) в судебном заседании указал, что узнал о данных фактах только из Решения налогового органа.

Утверждая, что индивидуальные предприниматели ФИО4 и ФИО3 были подконтрольными ИП ФИО2, инспекция не приводит доказательств наличия конкретных фактов контроля со стороны ИП ФИО2 или ФИО6 в отношениях с предпринимателями, а именно: каким образом и когда ИП ФИО2 или ФИО6 управляли деятельностью ИП ФИО4 и ИП ФИО3, давали указания их сотрудникам. 

Довод налогового органа о том, что индивидуальные предприниматели использовали в предпринимательской деятельности имущество ИП ФИО2 не признается судом документально подтвержденным.

Мероприятиями налогового контроля не установлено, что предпринимателями для цели осуществления хозяйственной деятельности использовалось именно имущество ИП ФИО2 Доказательств того, что индивидуальные предприниматели получили оборудование безвозмездно и без договора от ИП ФИО2, материалы налоговой проверки не содержат, налоговый орган ссылается только на показания ФИО3 в ходе проверки.

Вместе с тем, как указал ФИО3 в письменном отзыве, представленном в суд, морозильные камеры и иное оборудование, необходимое для осуществления предпринимательской деятельности было им приобретено у ООО «Реал-Холод» за свой счет. Подтверждающие документы на камеру и морозильное оборудование не сохранились в связи с истечением сроков гарантийных обязательств поставщика, сроков хранения первичных документов и отсутствием необходимости их хранения в связи с применявшимся режимом налогообложения.

Указанное оборудование никогда не принадлежало ИП ФИО2 и не использовалось им при осуществлении предпринимательской деятельности.

После принятия решения о прекращении деятельности ФИО3 передал указанное оборудование ИП ФИО4, поскольку отсутствовала необходимость в его дальнейшем использовании.

Какое конкретно оборудование, ранее принадлежащее ИП ФИО2, использовалось ИП ФИО3 и ИП ФИО4 в предпринимательской деятельности, налоговым органом не установлено, доказательств использования оборудования – не представлено.

Судом отклоняется и довод налогового органа об идентичности             IP адресов ИП ФИО2 и индивидуальных предпринимателей ФИО4 и ФИО3

Так, в представленном в материалы дела ответе ФГБУ «Юго-Западный государственный университет» от 10.06.2019 № 20-35/1511 на адвокатский запрос специалисту от 05.06.2019, указано, что IP адрес не уникален, IP адрес соединения узла с сетью Интернет может совпадать у весьма значительного числа устройств связи, если интернет-соединения были сделаны в разное время. IP адреса бывают двух видов: I - статический адрес, постоянный, неизменяемый, то есть он не может быть присвоен другому устройству. IP адрес - динамический адрес, который назначается автоматически при подключении устройства к сети и используется в течение ограниченного промежутка времени. 

Таким образом, совпадение IP адресов не свидетельствует о подконтрольности, согласованности действий заявителя и его контрагентов в целях получения необоснованной налоговой выгоды.

Кроме того, как видно из письма ПАО «Ростелеком» от 04.07.2018, представленного в материалы проверки, не пересекались и телефонные номера абонентов: ИП ФИО2 и его контрагентов. 

В результате исследования полученных в ходе проведения проверки документов не прослеживаются признаки ведения финансово-хозяйственной деятельности обществом и индивидуальными предпринимателями как одним хозяйствующим субъектом.

Таким образом, налоговым органом в суд не представлены доказательства экономической и юридической подконтрольности индивидуальных предпринимателей ФИО3 и ФИО4 индивидуальному предпринимателю ФИО2

В рамках мероприятий налогового контроля налоговыми органами должны устанавливаться факты снижения налогоплательщиками своих налоговых обязательств путем создания искусственной ситуации, при которой видимость действий нескольких лиц прикрывает фактическую деятельность одного налогоплательщика - «дробление бизнеса».

Из письма ФНС России от 31.10.2017 № ЕД-4-9/22123@ следует, что с учетом того, что необоснованная налоговая выгода имеет место только при наличии уменьшения налоговых обязательств налогоплательщика, то в случае, если налоговый орган не рассчитал и не доказал конкретные потери бюджета, возникшие в результате «дробления бизнеса», хозяйствующий субъект не может быть привлечен к налоговой ответственности.

Согласно пункту 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.06.1999 № 42 при рассмотрении споров о размере налогооблагаемого дохода на налоговом органе лежит бремя доказывания факта и размера дополнительно вмененного налогоплательщику дохода, а на налогоплательщике - факта и размера понесенных расходов.

Оспариваемое решение инспекции не содержит обоснованного расчета потерь бюджета, возникших в результате деятельности проверяемого предпринимателя.

Так, из материалов дела видно, что ИП ФИО2, осуществляя деятельность по оптовой торговле рыбной продукции, получал от нее доход, с которого уплачивал в бюджет налоги, соответствующие общему режиму налогообложения.

Проводя доначисление налогов заявителю, ИФНС РФ по городу Курску объединила налоговые обязательства ИП ФИО2, ООО «Качко», ИП ФИО3, ИП ФИО4

Определяя размер налоговых обязательств ИП ФИО2, инспекция, не имея возможности точного определения налоговой базы налогоплательщика по НДС и НДФЛ, применила расчетный метод, используя только сведения с расчетных счетов ИП ФИО2, ООО «Качко», ИП ФИО3, ИП ФИО4, допустив приблизительное определение сумм налогов, исходя из совокупности доходов от оптовой реализации и розничной реализации продукции налогоплательщиками, что противоречит принципу определения сумм налогов расчетным путем, закрепленному в пп. 7 п. 1      ст. 31 НК РФ и недопустимости произвольных оснований расчета налогов.

Налоговый орган произвел доначисление НДС и НДФЛ без учета всех экономических показателей деятельности ООО «Качко», ИП ФИО3, ИП ФИО4, поскольку ИП ФИО3, ИП ФИО4 и ООО «Качко» приобретали реализуемую впоследствии продукцию не только у ИП ФИО2, но и у других поставщиков. 

В связи с чем, при исчислении НДФЛ инспекцией не полностью были учтены расходы ИП ФИО3, ИП ФИО4 и ООО «Качко». При расчете НДС инспекция применила налоговые вычеты в отношении только части поставщиков, которые ответили на запросы налогового органа.

При использованном налоговым органом методе определения дохода (выручки) проверяемого налогоплательщика, как составляющих объекта налогообложения по налогу на доходы физических лиц и НДС, однозначные и бесспорные доказательства их объема Инспекцией не представлены.

Следовательно, ИФНС РФ по городу Курску не предоставила обоснованный и достоверный расчет потерь бюджета в результате использования выбранной ИП ФИО2 схемы построения хозяйственной деятельности.

Вместе с тем, в материалы дела в соответствии со ст.ст. 64, 71, 89 АПК РФ заявителем представлено специальное экономическое исследование от 15.07.2020 № 01/2020-СЭИ, полученное в установленном законом порядке (пп. 4 п. 3 ст. 6 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»), проведенное по аналогии назначения и методики проведения судебной бухгалтерской (налоговой) экспертизы в соответствии с нормами Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», статьями 55.1, 64 - 68, 71, 86, 87.1 АПК РФ экспертом-экономистом ФИО12, имеющей высшее экономическое образование по специальности «бухгалтерский учет, контроль и анализ хозяйственной деятельности», имеющей свидетельство на право производства судебно-экономических экспертиз серии СЭ № 117, выданное Аттестационной экспертно-квалификационной комиссией Федеральной Службы Налоговой Полиции России 30.06.1998.

В специальном экономическом исследовании № 01/2020-СЭИ от 15.07.2020 сделан расчет налоговой нагрузки ИП ФИО2, ООО «Качко», ИП ФИО3, ИП ФИО4 с допущением того, что в спорный налоговый период ими применялся общий режим налогообложения, рассчитана общая налоговая нагрузка указанных субъектов, допустив, что они фактически являлись единым хозяйствующий субъектом (индивидуальным предпринимателем на общем режиме налогообложения), поскольку в рамках проведенных мероприятий налогового контроля ИФНС РФ по городу Курску не исследовался вопрос о том, какая налоговая нагрузка была бы у ИП ФИО2, ООО «Качко», ИП ФИО3, ИП ФИО4, если рассматривать указанных лиц как единый хозяйствующий субъект с общей системой налогообложения.

Специальное экономическое исследование проводилось по вопросам определения вероятной суммы налогов отдельно у ООО «Качко», ИП ФИО3, ИП ФИО4 за период 2014 - 2016 г.г. при условии общей системы налогообложения; и определения совокупной вероятной величины НДС и НДФЛ за 2014 - 2016 г.г. ИП ФИО2, ООО «Качко», ИП ФИО3 и ИП ФИО4

По результатам проведенного анализа специалист пришел к выводу о том, что совокупная вероятная величина налога на добавленную стоимость и налога на доходы физических лиц по ИП ФИО2, ИП ФИО3, ИП ФИО4 и ООО «Качко» при возможном условии применения ими, как самостоятельно хозяйствующими субъектами, в период с 01.01.2014 по 31.12.2016 общей системы налогообложения, с учётом фактически уплаченных сумм налогов, увеличилась бы только на 278262 руб. 

Так, за проверяемый период общая сумма фактически уплаченных налогов всеми хозяйствующими субъектами составила 49954654 руб. Фактически было уплачено ИП ФИО2 налогов на сумму 47429711 руб., из них: налог на доходы физических лиц (как налогового агента) составил 5164078 руб., налог на доходы физических лиц – 19019245 руб., налог на добавленную стоимость – 23246388 руб. Единого налога на вмененный доход для отдельных видов деятельности и налога, уплачиваемого в связи с применением упрощенной системы налогообложения за проверяемый период фактически было уплачено на сумму 2524943 руб., из них: ИП ФИО3 - 87157 руб., ИП ФИО4 - 205136 руб., ООО «Качко» - 2232650 руб. 

То есть, в случае применения общей системы налогообложения было бы уплачено налогов больше лишь на 278262 руб., чем фактически уплачено налогов ИП ФИО2, ООО «Качко», ИП ФИО3 и ИП ФИО4 (49954654 руб.), что опровергает утверждение налогового органа о том, что между хозяйствующими субъектами существовала схема дробления бизнеса, направленная исключительно на получение ИП ФИО2 необоснованной налоговой выгоды.

Налоговым органом не оспариваются ни суммы, ни способ расчета, примененный экспертом в специальном экономическом исследовании. При этом, ссылка Инспекции на то, что первичные документы контрагентов, которые были использованы экспертом при расчете, у налогового органа отсутствовали, не признается судом обоснованной, поскольку налоговый орган, проводя проверку ИП ФИО2, имел возможность исследовать данные документы, запросив их у соответствующих лиц.

Довод Инспекции о том, что специальное экономическое исследование № 01/2020-СЭИ от 15.07.2020 не может рассматриваться судом в качестве относимого и допустимого доказательства, не признается судом обоснованным по следующим основаниям. 

В соответствии со статьей 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном АПК РФ и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы. Перечень и виды письменных доказательств не являются исчерпывающим.

В пункте 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» содержатся разъяснения, согласно которым заключения эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 АПК РФ.

Кроме того, право адвоката привлекать на договорной основе специалистов для разъяснения вопросов, связанных с оказанием юридической помощи, закреплено пп. 4 п. 3 ст. 6 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации».

Таким образом, предоставленное в материалы дела заключение специалиста получено в установленном законом порядке и подлежало проверке и оценке по общим правилам наравне с другими доказательствами.

Из п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» следует, что оценивая обоснованность заявленной налогоплательщиком выгоды, следует исходить из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. Предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, достоверны.

Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предприниматель-ской или иной экономической деятельности (п. 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53).

Бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих о необоснованности налоговой выгоды, возлагается на налоговый орган.

С учетом презумпции добросовестности налогоплательщика выводы налогового органа о необоснованности налоговой выгоды должны быть основаны на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены исключительно на создание благоприятных налоговых последствий.

Суд считает, что в ходе судебного разбирательства налоговым органом не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что выбранная ИП ФИО2 структура хозяйственной деятельности не имела разумной деловой цели, а была направлена на уменьшение его налоговых обязательств с целью получения необоснованной налоговой выгоды.

В связи с изложенным, заявленные требования индивидуального предпринимателя ФИО2 подлежат удовлетворению.

Удовлетворяя заявленные требования, суд исходит из доказанности того обстоятельства, что ИП ФИО2, его контрагентами (ООО «Качко»,       ИП ФИО3, ИП ФИО4) в проверяемом периоде осуществлялась самостоятельная предпринимательская деятельность каждым, их взаимодействие было направлено на достижение хозяйственных целей, обусловленных реальной экономической выгодой, а выводы инспекции о формальном характере осуществления коммерческой деятельности, а также согласованной направленности взаимодействия сторон на получение необоснованной налоговой выгоды носят предположительный характер и не подкреплены соответствующими доказательствами.

Доказательств того, что фактически доходы от реализации продукции (торговая наценка), полученные контрагентами, поступали в распоряжение ИП ФИО2 и контролировались индивидуальным предпринимателем, налоговым органом не представлено.

Суд считает, что несостоятельные выводы налогового органа повлекли неправомерное доначисление индивидуальному предпринимателю ФИО2 налога на добавленную стоимость в сумме 14840763,61 руб., налога на доходы физических лиц в сумме 8792776,23 руб. 

По смыслу п. 1 ст. 75 НК РФ пени подлежат уплате налогоплательщиком только в случае образования у него недоимки (данные правила распространяются также и на налоговых агентов). Соответственно, при отсутствии задолженности по уплате налога, пени взысканию не подлежат.

Статьей 109 НК РФ установлено, что лицо не может быть привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения при отсутствии события налогового правонарушения.

Данные обстоятельства являются основанием для признания полностью недействительным Решения Инспекции Федеральной налоговой службы по  г. Курску № 19-28/5 от 05.02.2019 о привлечении индивидуального предпринимателя ФИО2 к ответственности за совершение налогового правонарушения.

На основании ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение заявления подлежат отнесению на Инспекцию ФНС России по г. Курску.

Руководствуясь статьями 17, 27 - 35, 65, 71, 110, 111, 123, 156, 167 - 170, 175 - 177, 180, 181, 197 - 201, 318 - 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

признать недействительным, как несоответствующее Налоговому кодексу Российской Федерации, Решение Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Курску № 19-28/5 от 05.02.2019 о привлечении индивидуального предпринимателя ФИО2 к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Обязать Инспекцию Федеральной налоговой службы по г. Курску устранить допущенные нарушения прав и законных интересов индивидуального предпринимателя ФИО2.

Взыскать с Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Курску (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 304463321500100, ИНН 

<

***>) судебные расходы в размере 300 руб. по государственной пошлине, уплаченной за рассмотрение заявления.

Решение может быть обжаловано в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия, в Арбитражный суд Центрального округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, через арбитражный суд Курской области.

Судья                                                                                           А.А. Левашов