СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-9638/2017(15,16)-АК

Дело № А50-23475/2016

22 августа 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 августа 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено  22 августа 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Мартемьянова  В. И., 

судей  Герасименко Т.С., Плаховой  Т.Ю. 

при ведении протокола судебного заседания секретарем  ФИО1  

при участии:

от конкурсного управляющего – ФИО2 , паспорт, доверенность от 11.01.2022, 

от ответчика ФИО3 - ФИО4, паспорт, доверенность от 30.06.2020, от Банка ВТБ (ПАО) - ФИО5, паспорт, доверенность от 15.09.2021,

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда ,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные  жалобы  конкурсного управляющего ФИО6, ответчика ФИО3 

на определение  Арбитражный суд Пермского края от 08 июня 2022 года 

по делу № А50-23475/2016,

по заявлению  конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц и о взыскании убытков,

в рамках дела по заявлению Публичного акционерного общества коммерческого банка «Уральский финансовый дом» (ПАО АКБ «Урал ФД») (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>; 614990, 

<

...>) о признании общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление №34» (ОГРН 

<

***>, ИНН 5904137664;614087, 

<

...>) несостоятельным (банкротом),

установил:

Решением Арбитражного суда Пермского края от 18.09.2017 ООО «СМУ № 34»признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

              В рамках дела о банкротстве ООО «СМУ №34» конкурсный управляющий ФИО6 03.07.2019 обратился в суд с заявлением о взыскании убытков с ФИО3 в размере 242 350 151,18 рублей, которое определением суда от 17.07.2019 принято к производству, судебное заседание назначено на 14.08.2019.

             Конкурсным управляющим заявлено ходатайство о привлечении соответчиков и уточнении заявленных требований. Просит взыскать солидарно с ФИО3, ФИО7 и ФИО8 в пользу должника убытки в размере 217 986 342,86 руб. (л.д. 284-286, т.1).

             Помимо этого, конкурсный управляющий ФИО6 21.05.2020 обратился в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 в размере 1 923 387 444,16 рублей, которое определением суда от 28.05.2020 принято к производству и назначено к рассмотрению на 23.06.2020.

             Определением суда от 31.08.2020 суд объединил в одно производство для совместного рассмотрения заявление конкурсного управляющего ФИО6 о взыскании солидарно убытков с ФИО3, ФИО7, ФИО8 с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3 и ФИО9

             05.11.2020 от конкурсного управляющего поступило уточненное заявление, в котором просит привлечь к субсидиарной ответственности ФИО3 на сумму 1 711 880 387,79 руб. по п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве; солидарно ФИО7 и ФИО8 на сумму 1 888 407 676,83 руб. по основаниям п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве и ФИО9 в размере 1 888 407 676,83 руб. на основании п. 4 ст. 10 (ст. 61.11) Закона о банкротстве (л.д. 38-42, т.4).

             Кроме того заявлено уточнение о взыскании убытков с контролирующих должника лиц, в котором конкурсный управляющий просит также взыскать солидарно с ФИО3, ФИО8 в пользу ООО «Строительно-монтажное управление №34» убытки в размере 6 510 000,00 рублей (л.д. 62-64, т.4).

             Определением Арбитражного  суда  Пермского края от 08 июня 2022 года в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих ООО «СМУ № 34» лиц отказано.

             Заявление конкурсного управляющего ООО «СМУ № 34» ФИО6 о взыскании убытков удовлетворено частично.

             Взыскано солидарно с ФИО3 и ФИО7 в пользу ООО «СМУ № 34» убытков  в размере 

6 196 971,47 рублей. В удовлетворении заявления в остальной части отказано.

          Не  согласившись с определением , конкурсный  управляющий должника и ответчик ФИО3 обратились  с  апелляционными  жалобами.

          Конкурсный  управляющий  должника в своей  апелляционной жалобе просит  определение отменить  в  части  отказа  в  удовлетворении требований:

            привлечь ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СМУ № 34» на сумму 1 662 773 255,24 руб. на основании п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве;

         привлечь солидарно ФИО7, ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СМУ № 34» в размере 1 711 286 186,45 рублей на основании п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве;

          взыскать солидарно  с ФИО3, ФИО7,  ФИО8 в пользу Общества с ограниченной «Строительно-монтажного управления № 34» убытки в размере 169 282 265, 22 руб. 

   Данный  заявитель  ссылается  на  то,  что у  ООО «СМУ № 34» имеются корпоративные связи как с ООО «Магнит-Инвест», так и с ОАО АКБ «Экопромбанк». ООО «СМУ № 34» и ООО «Магнит-Инвест» зарегистрированы по одному адресу (

<

...>).

            Таким образом, суду доказан факт совершения спорной сделки с заинтересованным лицом, соответственно, ООО «СМУ № 34» не могло не знать о том, что должник обладает признаками неплатежеспособности. Также суд полагает , что при должной осмотрительности и добросовестности заинтересованное и взаимозависимое по отношению к должнику лицо (ООО «СМУ № 34»), приобретая спорные квартиры по цене, ниже цены их первоначального приобретения, не могло не знать о причинении указанными действиями вреда имущественным правам кредиторов должника, более того, ответчик (ООО «СМУ № 34) не мог не знать об обременении указанных квартир ипотекой в пользу АО «Экопромбанк», о приобретении должником квартир полностью на кредитные средства банка, следовательно, не могло не знать о кредитной нагрузке должника в виде тела кредита и процентов по нему, соответственно, не могло не предполагать, что отчуждение должником квартир по цене, ниже цены приобретения экономически не оправданно и не выгодно для должника.

             Руководитель Должника, заключая спорные купли-продажи квартир действовал недобросовестно, проявил грубую неосторожность.

              Выводы  суда  об  отсутствии оснований для  привлечения  к  субсидиарной   ответственности за  неподачу  заявления  о  признании  должника банкротом  являются  ошибочными . 

              По результатам финансово-хозяйственной деятельности за 1 кв. 2014 г. ООО «СМУ № 34» имело убыток в размере 7 224 000,00 руб. Финансовые показатели в указанном периоде по сравнению с данными на 01.12.2013 г. резко ухудшились. Собственные средства уменьшились с 48 321 тыс. руб. до 41 097 тыс. руб., текущие обязательства Должника увеличились с 477 090 тыс. руб. до 523 262 тыс. руб., валовая выручка уменьшилось с 1 106 815 тыс. до 273 109 тыс.

            С начала 2014 г. изменилась бизнес-модель финансово-хозяйственной деятельности Должника, что было связано с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам.

           Если до конца 2013 года работы по содержанию федеральных, региональных и муниципальных дорог проводились Должником самостоятельности с частичным привлечение субподрядных организаций, то начиная с 2014 г. все работы по государственным и муниципальным контрактам на содержание автомобильных дорог, городских улиц Должником проводились только с привлечением субподрядных организаций.

           Основными субподрядными организациями являлись: ОАО «Пермавтодор», ООО « ДорТехИнжиниринг»

          Численность работников Должника по трудовому договору составляла:

2013 год - 115 сотрудников;

2014 год - 5 сотрудников;

2015 год - 7 сотрудников;

2016 год - 6 сотрудников.

           Таким образом, начиная с января 2014 года,  Должник выполняет только функции генерального подрядчика, отказываясь от доходов в виде выручки, полученной по договору подряда. Выручка по государственным и муниципальным контрактам практически в полном объеме перечислялась субподрядным организациям, поскольку все работы по государственным и муниципальным контрактам выполняли субподрядные организации иждивением Субподрядчика - из его материалов, его силами и средствами. То есть с января 2014 г. основным источником выручки Должника являлись доходы от услуг генподряда, размер которых составлял в среднем 8 % от стоимости выполненных работ по договору субподряда за месяц.

             С учетом вышеуказанных обстоятельств выводы суда первой инстанции о том, что у Должника имелись крупные государственные и муниципальные контракты, вследствие чего у руководителя имелись разумные ожидания поступления денежных средств, не основаны на фактических обстоятельствах дела.

Суд первой инстанции не исследовал в полном объеме доказательства, подтверждающие, что у Должника задолго до даты подачи заявления о банкротстве Должника имелись просроченные обязательства, которые не были исполнены в последствие и требования по которым были включены в реестр требований кредиторов Должника.

            Кроме того, судом не был исследован вопрос о роли ФИО8, как выгодоприобретателя и фактического руководителя группы компаний, в которую входил Должник.

            ФИО3  в  своей  апелляционной  жалобе  просит отменить  определение арбитражного суда Пермского края от 08.06.2022 года по делу №А50- 23475/2016 в части удовлетворения заявления конкурсного управляющего ООО «СМУ №34» ФИО6 о солидарном взыскании убытков с ФИО3 и ФИО7 в пользу ООО «СМУ №34» в сумме 6 196 971,47 рублей , разрешить вопрос по существу путем отказа в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

             Мотивируя  доводы  апелляционной жалобы  данный  заявитель ссылается  на  то,  что судом  ошибочно  не  применен срок  давности, заключая договор доверительного управления, ООО «СМУ №34» не лишало себя недвижимого имущества, а лишь передавало его в доверительное управление.

              Заключив договор доверительного управления, общество сняло с себя как минимум бремя содержания объекта недвижимости, который достался в счет погашения долга.

Конкурсный управляющий после исключения ООО «ЕвОкс Груп» из реестра юридических лиц не предпринимал юридических действий по взысканию задолженности с участника общества и руководителя.

             Судом не дана оценка аргументам ФИО3 об отсутствии актов оказанных услуг, первичных бухгалтерских документов, выводы сделаны лишь на основании выписки по счету, которая не является первичным учетным документом.  Неправильно взят период начисления доходов и расходов.

     В  судебном  заседании заявители  апелляционных  жалоб  на  их  удовлетворении настаивают . 

     Банк  ВТБ  в  письменном  отзыве доводы  апелляционной жалобы конкурсного управляющего поддерживает.   

     По  ходатайству конкурсного управляющего к материалам дела  при  отсутствии  возражений иных  лиц  приобщен  отзыв  на апелляционную  жалобу  ответчика (приложены  доказательства направления по  почте). 

      В  удовлетворении ходатайства ответчика ФИО3, ФИО10 о  приобщении к  материалам  дела  отзывов (приложенного к отзыву ФИО10 доказательства) судом  апелляционной инстанции отказано,  поскольку  не  представлены  доказательства их  направления  в  адрес  иных  лиц,  участвующих  в  обособленном  споре.     Также  отказано  в приобщении к материалам  дела дополнительных письменных  объяснений ФИО3 в связи  с поступлением отзыва  ФИО10, поскольку  они  представлены  лишь  в  судебное  заседание ,  никому  из  лиц,  участвующих в  деле,  не направлены.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст.71 АПК РФ,  арбитражный апелляционный суд пришел  к  следующим  выводам. 

         Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц 

учредителями должника являлись:

        с 31.07.2012 - ООО «Консалтинг-Эксперт» (99% доли) и ФИО7 (1% доли);

        с 30.09.2015 (договор 18.09.2015) - ООО «Консалтинг-Эксперт» (50% доли) и ФИО11 (50% доли);

       с 04.02.2016 (договор 28.01.2016) - ООО «Консалтинг-Эксперт» (50% доли) и ФИО12 Магомед-Салах Саид-Магомедович (50% доли);

      руководителем ООО «СМУ № 34» с 22.11.2013 по 22.09.2016 являлся ФИО3, с 22.09.2016 и по дату введения конкурсного производства (18.09.2017) являлся ФИО9.

       Согласно отчету конкурсного управляющего от 24.02.2022, в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов третьей очереди на общую сумму 2 050 584 152,44 руб., удовлетворены требования в сумме 41 840 894,23 руб.

       Ссылаясь на неисполнение ФИО3 обязанности по подаче заявления в суд о признании общества несостоятельным (банкротом), которая,  как  он  считает,  должна была быть исполнена не позднее 01.05.2014, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере требований, возникших после 01.05.2014 на сумму 1 711 413 103,24 руб. по основаниям п. 2 ст. 10 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

       Отказывая  в  удовлетворении требований  в  данной  части ,  суд  первой  инстанции пришел  к  выводу  о  том,  что ФИО3 действовал в соответствии с условиями сложившейся финансово-хозяйственной деятельности группы взаимозависимых предприятий, признаки объективного банкротства возникли  у группы  предприятий, в  которую входил  должник, с июня 2016 года,  в то время  как заявление  о  признании  должника  банкротом было  фактически подано 11.10.2016 г.

       Как указывалось ранее, согласно сведениям из ЕРГЮЛ руководителем ООО «СМУ № 34» с 22.11.2013 по 22.09.2016 являлся ФИО3

      Учитывая вышеизложенное, ФИО3 является субъектом  субсидиарной  ответственности .

        В силу п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве (в соответствующей редакции) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 ст. 9 настоящего Федерального закона.

        В соответствии с п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве обязанность обратиться с заявлением должника в арбитражный суд возлагается на руководителя, в период исполнения обязанностей которого возникли обстоятельства, когда удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

       Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст. 9 Закона).

         Невыполнение руководителем требований Закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них .

        Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

      Исходя из этого, законодатель в п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

     Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, что влечет заведомую невозможность удовлетворения требований кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

        Применяя изложенные положения статей 9 и 10 Закона о банкротстве, нужно учитывать также и правовую позицию, изложенную в определении Верховного Суда РФ от 20.07.2017 N 309-ЭС17-1801. Данная позиция заключается в том, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник стал неспособен в полном объёме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

       В обоснование доводов о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности за необращение в суд с заявлением о признании ООО «СМУ № 34» банкротом конкурсный управляющий ФИО6 ссылается на наличие у должника признаков объективного банкротства по итогам 2013 года. Указывает при этом, что валюта баланса предприятия на 01.01.2014 составляла 525 440 тыс.руб, а должником заключались договоры поручительства по обеспечению обязательств третьих лиц (ОАО «Пермдорстрой», ФИО8) на сумму 2 293 621 889 руб., следовательно у должника на указанную дату было недостаточно активов, чтобы рассчитаться по всем обязательствам (в случае просрочки исполнения основными заемщиками). Кроме того, указывает, что на 01.01.2014 должник имел просроченные обязательства, требования по указанным неисполненным обязательствам включены в последующем в реестр требований кредиторов.

          Однако в  результате  исследования  обстоятельств обособленного спора , суд  первой инстанции  пришел  к  выводу  о  том,  что  на начало 2014 года должник не обладал признаками неплатежеспособности,  поскольку         проведенный временным управляющим должника анализ финансово-хозяйственной деятельности показал, что совокупные активы предприятия (общая сумма активов) с 31.12.2013 по 01.10.2016 увеличились с 525 440 тыс. руб. до 777 678 тыс. руб., т.е. на 252 238 тыс. руб. или на 48%. Внеоборотные активы за анализируемый период увеличились с 8 143 тыс. руб. до 44 529 тыс. руб., т.е. на 36 386 тыс.руб. или в 5,4 раза за счёт приобретения основных средств. Оборотные активы по состоянию на 31.12.2013 составили 517 297 тыс. руб. За анализируемый период оборотные активы увеличились на 215 852 тыс. руб. или на 41,73% и на 01.10.2016 г. составили 733 149 тыс. руб. Увеличение произошло за счет увеличения запасов и возрастания стоимости краткосрочных финансовых вложений.

       Также из анализа финансового состояния должника следует, что по итогам 2013 года предприятие получило чистую прибыль - 5 496 тыс.руб., по итогам 2014 г. - 3 019 тыс.руб., по итогам 2015 г. - 6 539 тыс.руб.

       Следовательно, по итогам работы в 2013, 2014, 2015 общество не было убыточным, исполнялись муниципальные и государственные контракты, не было задолженности по выплате заработной платы и обязательных платежей в бюджет.

       По итогу работы за 2014 год в организации был проведен аудит, по результатам которого ООО «Инжиниринг бизнеса» составило аудиторское заключение от 22.05.2015, в соответствии с которым установлена достоверность бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «СМУ № 34» (л.д. 38-39, т.3).

      В анализируемом периоде (2013-2016 гг.) должник осуществлял производственно - хозяйственную деятельность (услуги, связанные с содержанием и ремонтом дорог и улиц; реализация товаров; аренда техники и др.), выручка по основным видам деятельности составляла    за 2013 г. - 937 979 тыс.руб., за 2014 - 1 192 272 тыс.руб., за 2015 г. - 1 185 870 тыс. руб., за 9 мес. 2016 г. - 520 715 тыс.руб.

     Согласно представленному перечню договоров подряда ООО «СМУ №34» за период 2013-2016 гг., должником в 2016 г. и до введения конкурсного производства исполнялись договоры, муниципальные и государственные контракты, выручка по которым в 2016 году составила 588 246 881,15 руб. (л.д. 81-85, т.4).

        Согласно бухгалтерскому балансу на 31.12.2015 (сдан в налоговую инспекцию руководителем ФИО3) активы должника составили 344 914 тыс.руб., в том числе: основные средства - 1 970 тыс.руб., доходные вложения в материальные ценности - 23 826 тыс.руб., финансовые вложения - 40 тыс.руб., отложенные налоговые активы - 155 тыс.руб., запасы - 82 811 тыс.руб., дебиторская задолженность - 81 251 тыс.руб., финансовые вложения - 62 777 тыс.руб., денежные средства - 351 тыс.руб., прочие оборотные активы - 81 274 тыс.руб.; кредиторская задолженность составляла - 106 722 тыс.руб., краткосрочные заемные средства - 123 106 тыс.руб., долгосрочные займы - 56 131 тыс.руб.; нераспределенная прибыть - 33 312 тыс.руб., чистая прибыль - 6 539 тыс.руб. (л.д. 60-69, т.3).

        Бухгалтерский баланс за 2015 год  также был положительным.

        ФИО3 был уволен с должности директора 22.09.2016 г.

        Оснований для обращения в суд по итогам финансовых показателей 2015 года, т.е. с 01.05.2016 у руководителя ФИО3 не имелось.

       Динамика показателей бухгалтерской отчетности должника свидетельствует о том, что после даты, определенной конкурсным управляющим должника в качестве момента наличия у должника признака объективного банкротства (01.05.2014), финансовые показатели деятельности должника последовательно улучшались, должник имел стабильную прибыль от производственной деятельности.

       Из анализа финансового состояния должника, следует, что должник входил в группу предприятий «ЮКОН». Дело о банкротстве ОАО «Пермдорстрой» № А50-27709/2015 возбуждено 14.12.2015. Далее, в отношении всей группы предприятий с конца 2015 года - начала 2016 года были возбуждены дела о банкротстве.

       Одной из основных причин возникновения финансовых проблем указанной группы явилось неисполнение обязательств ОАО «Пермдорстрой», который являлся одним из крупнейших в Пермском крае предприятием дорожностроительной отрасли. В одну группу с ОАО «Пердорстрой» входили другие предприятия группы «ЮКОН»: ОАО «Пермавтодор», ООО «Стройдормаш», ООО «СМУ № 34». Существо производственной деятельности ОАО «Пермдорстрой» состояло в следующем. При заключении крупного контракта на выполнение дорожно-строительных работ, должник получал банковские кредиты под гарантии финансирования со стороны заказчиков. На кредитные денежные средства приобреталось оборудование и дорожная техника, необходимая для выполнения контрактов. Часть денежных средств направлялась в другие предприятия группы, которые также участвовали в производственной деятельности по выполнению контрактов. Указанные предприятия также приобретали необходимое оборудование, которое становилось предметом залога в обеспечение обязательств перед банком. По итогам выполнения контрактов заказчики производили окончательный расчет, за счет которого производились расчеты с банками и формировалась плановая прибыль. Такая схема работы использовалась предприятием на протяжении нескольких лет.

         Вплоть до введения процедуры банкротства в отношении ОАО «Пермдорстрой» (наблюдение - 15.06.2016, конкурсное производство - 26.01.2017) у должника имелся ряд крупных заключенных контрактов, в том числе государственных и муниципальных, у руководителя должника имелись разумные ожидания поступления денежных средств от выполнения указанных контрактов.

          Доводы  , приведенные конкурсным  управляющим факт  вхождения  должника в группу  предприятий «ЮКОН» не  опровергают ,  так же  как и  то  обстоятельство ,  что хозяйственная  деятельность должника прекратилась  в связи  с банкротством предприятий  указанной  группы. 

         Вопреки  доводам  конкурсного управляющего наличие кредиторской задолженности,  начиная  с  2015  г., в том  числе  перед  кредиторами  включенными  в  реестр,  само по себе не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации. Кроме того наличие кредиторской задолженности не является безусловным основанием полагать, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, поскольку структура активов и пассивов баланса находилась в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

          Доказательств наступления  у  должника новых  обязательств перед  кредиторами,  начиная с  июня 2016  по  дату прекращения  ФИО3 полномочий  руководителя  не представлено.  

         С  учетом  установленных судом  первой  инстанции обстоятельств,  принимая  во  внимание ту  дату  ,  в  которую  заявитель  по  делу  о банкротстве обратился с  заявлением  о  признании  должника  банкротом,  основания  для  привлечения к указанной субсидиарной  ответственности ФИО3 отсутствуют. 

         Конкурсный управляющий  ссылается  на  то, что судом не был исследован вопрос о роли ФИО8, как выгодоприобретателя и фактического руководителя группы компаний, в которую входил Должник,  а следовательно , о  наличии  оснований  для  привлечения  его  к  субсидиарной  ответственности за  совершение действий,  приведших  к  банкротству  должника.  

         ФИО8  действительно  являлся контролирующим должника лицом в силу корпоративных связей - ООО «СМУ № 34» было подконтрольно ЗАО «ЮКОН Груп», ООО «СМУ № 34» входило в состав группы ЗАО «ЮКОН Груп», учредителем которого является ФИО8

          В соответствии с п. 4 ст. 10 старой редакции Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

           Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

          причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

          документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах , предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

          требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

           Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

           Положения абзаца пятого настоящего пункта применяются в отношении лица, являвшегося единоличным исполнительным органом должника в период совершения должником или его единоличным исполнительным органом соответствующего правонарушения.

          Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

          Таким образом, причиной банкротства должны быть именно недобросовестные и явно неразумные действия ответчика, которые со всей очевидностью для любого участника гражданского оборота повлекут за собой нарушение прав кредиторов общества. 

          В отношении сделки должника – договора поручительства от 03.09.2013 по обязательствам ФИО8, судом не установлено, что именно указанный договор являлся объективной причиной банкротства ООО «СМУ № 34». 

         Наличия в рассмотренном деле обстоятельств ,  позволяющих констатировать , что банкротство должника  явилось следствием  неправомерных действий  ФИО8  судом не установлено.  Как указано выше, должник  входил в группу  предприятий  «ЮКОН», банкротство должника обусловлено  объективными  причинами , связанными с банкротством иных предприятий группы.

          Ссылок  на  конкретные  действия ФИО8, которые  привели  к  банкротству должника в  апелляционной  жалобе не приведено.  

          Учитывая, что привлечение к  субсидиарной  ответственности является 

экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, инициирование судебного разбирательства предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств обоснованности требований конкурсного управляющего. Таких  доказательств в  отношении ФИО8 в  данном  случае  не представлено. 

          Также конкурсным управляющим ФИО6 (с учетом принятых судом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ) заявлено о солидарном взыскании убытков с ФИО3, ФИО7 и ФИО8 в пользу должника в размере 169 282 265,22 руб. за совершение сделок по купле-продаже объектов недвижимости по адресу: 

<

...>.

        Отказывая  в  удовлетворении требований  в данной  части, суд  первой  инстанции пришел  к  выводу  о  том,  что на дату совершения сделок (2014-2015 гг.) должник не обладал признаками неплатежеспособности, а совершение указанных сделок являлось обычным предпринимательским риском для должника.         При этом, сам факт признания недействительной сделки купли-продажи квартир между ООО «Магнит-Инвест» и ООО «СМУ № 34», установленный определением Арбитражного суда Пермского края от 24.01.2018 по делу №А50-5666/2016, не имеет значения для безусловного взыскания убытков с руководителя и учредителей должника, поскольку сделка признана порочной как несоответствующая интересам (невыгодной) только для ООО «Магнит-Инвест» и его кредиторов, как заключенная по цене ниже на 55 803 056,05 руб., но не признана невыгодной для ООО «СМУ № 34». Наоборот, должник в результате сделки получил прибыль.

         Суд  апелляционной инстанции соглашается  с выводом  суда  первой  инстанции об  отсутствии оснований  для  удовлетворения требований  в  данной   части   в силу  следующего .   

         В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) .

          По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", правовой позиции, отраженной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.04.2011 N 15201/10, и положений статьи 65 АПК РФ если при обращении в арбитражный суд с требованием о взыскании убытков с единоличного исполнительного органа общества истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства; в случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным, бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

       Действия ФИО3  по совершению ООО «СМУ № 34» крупной сделки на заключение с банком договора об открытии кредитной линии и предоставлении кредита договоров о выдаче банковской гарантии, а также на совершение крупной сделки должника о передаче в залог недвижимого имущества, приобретаемого на основании договора купли-продажи недвижимого имущества от 06.08.2014, были одобрены учредителями, что подтверждается протоколом внеочередного общего собрания участников № 02 от 05.08.2014 , протоколом внеочередного общего собрания участников № 5 от 05.08.2014.

        Полученный по сделке актив в  виде квартир , очевидно для учредителей и директора являлся ликвидным имуществом. В этой ситуации, подписывая договор, одобренный учредителями должника, директор ФИО3 полагал, что получение кредита, заключения сделок с объектами недвижимости были направлены на получение прибыли от продажи квартир.

        Со стороны ФИО3 в материалы дела была представлена справка ООО «КапиталОценка» от 27.01.2022, средняя стоимость за 1 кв. м. жилых помещений, расположенных по адресу: 

<

...> по состоянию на 01.08.2014 составила 58 000 руб. Квартиры приобретены должником по цене 55 000 руб. за 1 кв.м. Указанная сделка было невыгодна для ООО «Магнит-Инвест» и совершена по цене ниже на 55 803 056,05 руб., чем причинен ущерб ООО «Магнит-Инвест», но выгодна для ООО «СМУ № 34».

        Таким образом, на момент приобретения ООО «СМУ №34» в 2014 году квартир, стоимость одного  квадратного метра находилась ниже рыночной стоимости, что позволяло получить прибыль от продажи квартир. Со стороны должника 20 квартир из 32 были проданы, в банк было возвращено 138 595 922,36 руб. в счет погашения основного долга и процентов.

         Залог на спорные квартиры был установлен определением Арбитражного суда Пермского края по делу № А50-17399/2014 от 29.10.2015, т.е. после заключения должником сделки от 06.04.2014. До момента наложения запрета на регистрационные действия в связи с принятием постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.09.2015 в отношении спорных квартир, должник получил прибыль в сумме 21 623 330 руб. от реализации 20 квартир. 

          На дату совершения сделок (2014-2015 гг.) должник не обладал признаками неплатежеспособности, а совершение указанных сделок являлось обычным предпринимательским риском для должника.

         Доводы  заявителя  об  аффилированности сторон сделки были  предметом  исследования судом  первой  инстанции и правомерно  отклонены,  поскольку           

вступившим в законную  силу определением Арбитражного суда Пермского края от 24.01.2018 по делу №А50-5666/2016 сделка признана порочной как несоответствующая интересам (невыгодной) только для ООО «Магнит-Инвест», но не признана невыгодной для ООО «СМУ № 34».

         За совершение указанной сделки во вред ООО «МагнитИнвест» и его кредиторам ФИО8 уже привлечен в рамках дела № А50-5666/2016 определениями от 30.05.2018, 28.06.2020 к субсидиарной ответственности в размере 364 714 272 руб. , что исключает повторную ответственность ФИО8, как лица, контролирующего группу предприятий, в которую входили, в том числе, ООО «МагнитИнвест» и ООО «СМУ №34» .

        Убедительных  оснований  для  иной  оценки  обстоятельств  совершения  сделки  в  апелляционной жалобе  не приведено . 

        Заявляя о  взыскании убытков в размере 6 510 000 руб. солидарно с ФИО3, ФИО7 и ФИО8 конкурсный управляющий указывает заключение сделки по передаче принадлежащего ООО «СМУ № 34» недвижимого имущества в доверительное управление по договору доверительного управления имуществом от 03.12.2015 № 86/15-РЭС с ООО «ЕвОкс Групп» .

        Частично удовлетворяя данные требования ,  суд  первой инстанции правомерно исходил из следующего   

        03.12.2015 между ООО «СМУ № 34» и ООО «ЕвОкс Групп» заключен договор доверительного управления имуществом от 03.12.2015 №86/15-РЭС, по условиям которого должник передает ООО «ЕвОкс Групп» в доверительное управление и пользование принадлежащее должнику недвижимое имущество, а ООО «ЕвОкс Групп» обязуется осуществлять управление этим имуществом в интересах должника. Под недвижимым имуществом в п.1.1.1 и 1.1.2. понимается:

        - нежилое помещение, назначение: нежилое, общей площадью 1128,2 кв.м, этаж подвал,1,4,5, номера на поэтажном плане подвал: 1-11, 1эт.:1-21, 4эт.:1-26, 5эт.:1-23, расположенное по адресу: Пермский край, г. Пермь, Свердловский район, ул. Героев Хасана, д. 7а, кадастровый номер 59:01:4410272:1079;

         -нежилое помещение, назначение: нежилое, общей площадью 571 кв.м, этаж 2,3, номера на поэтажном плане 2эт: 1-23, Зэт: 1-24, расположенное по адресу: Пермский край, г. Пермь, Свердловский район, ул. Героев Хасана, д. 7а, кадастровый номер 59:01:4410272:1090.

         Согласно п. 3.1 договора доверительного управления, передача помещений является возмездной, доверительный управляющий ежемесячно перечисляет должнику денежные сумму в размере 10 000,00 руб., остальные доходы от доверительного управления, являются оплатой услуг Доверительного управляющего по управлению переданным в доверительное управление имуществом.

        Договор доверительного управления недвижимым имуществом от 03.12.2015 №8б/15-РЭС зарегистрирован в Управлении Росреестра по Пермскому краю 30.12.2015. Имущество передано ООО «ЕвОкс Групп» по акту приема-передачи имущества в доверительное управление от 03.12.2015.

        На момент передачи недвижимого имущества в доверительное управление имущество находилось в ипотеке (ПАО АКБ «Урал ФД») на основании следующих договоров ипотеки (залога недвижимости) (последующая ипотека): №02/Н-Ю-1642-КР от 15.05.2015; №03/Н-Ю-2020-КЛЗ от 20.05.2016; №03/Н-Ю-2215-КЛЗ от 20.05.2016; №02/Н- Ю-2406-КЛЗ от 18.03.2016.

        Договор доверительного управления действовал в период с декабря 2015 г. по сентябрь 2017 г., т.е. в течение 21 месяца.

        Решением Арбитражного суда Пермского края от 10.09.2018 по делу №А50- 22153/2018 с ООО «ЕвОкс Групп» в пользу ООО «СМУ № 34» взыскана задолженность по договору доверительного управления недвижимым имуществом № 86/15-РЭС от 03.12.2015 в размере 210 000 руб. за период с декабря 2015 года по сентябрь 2017 года.

        На основании указанного судебного акта 15.11.2018 Отделом судебных приставов по Свердловскому району г.Перми УФССП России по Пермскому краю было возбуждено исполнительное производство № 153546/18/59007-ИП.

29.08.2019 исполнительное производство № 153546/18/59007-ИП было окончено в связи с тем, что невозможно установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в кредитных организациях, исполнительный лист был возвращен ООО «СМУ № 34». Задолженность ООО «ЕвОкс Г рупп» не была погашена в полном объеме.

           Определением Арбитражного суда 28.12.2018 по делу № А50-23475/2016 договор доверительного управления недвижимым имуществом от 03.12.2015 №86/15-РЭС был признан недействительным в силу п.1.ст.61.2 Закона о банкротстве в связи с неравноценным встречным исполнением, применены последствия недействительности сделки, а именно, с ООО «ЕвОкс Групп» в пользу ООО «СМУ № 34» взысканы денежные средства в размере 6 300 000, 00 руб .

          При вынесении судебного акта суд исходил из средней ежемесячной стоимости арендной платы в 2015 г. в размере 300 000 руб. Доказательства уплаты ежемесячного вознаграждениям в сумме 10 000 руб. от ООО «ЕвОкс Групп» не представлено.

          На основании указанного судебного акта 07.05.2019 Межрайонным отделом судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств, розыску должников и их имущества УФССП России по Пермскому краю было возбуждено исполнительное производство №71392/19/59046-И П.

          В ходе исполнительного производства у ООО «ЕвОкс Груп» не было выявлено какого-либо имущества для удовлетворения требований ООО «СМУ №34», задолженность не была погашена.

          05.08.2019 решением регистрирующего органа ООО «ЕвОкс Групп» было исключено из Единого государственного реестра юридических лиц как недействующее юридическое лицо.

         В связи с неполучением удовлетворения от основного должника - ООО «ЕвОкс Групп» задолженности по судебным актам, конкурсный управляющий просит взыскать убытки в размере 6 510 000 руб., возникшие в связи с заключением сделки по передаче недвижимого имущества должника в доверительное управление, с ответчиков ФИО3, ФИО7, ФИО11 ФИО8 солидарно .

          Удовлетворяя  требования в данной  части ,  суд  первой  инстанции  правомерно  исходил из  того,  что директор ООО «СМУ № 34» ФИО3, заключая сделку по передаче в доверительное управление ООО «ЕвОкс Групп» недвижимого имущества, которое являлось одним из основных ликвидных активов должника, знал о том, что на момент заключения указанная сделка, очевидно, не отвечает интересам ООО «СМУ № 34», поскольку сделка совершена по цене 10 000 руб. в месяц.

           Ранее, в апреле 2015 г. директором ФИО3 были заключены договоры аренды на следующих условиях: так, например, согласно договору аренды имущества №23/15-РЭС от 01.04.2015, заключенному между ООО «СМУ № 34» и ООО «ПарусСервисПермь», постоянная часть арендной платы составляла 63 400 руб. за 126,8 кв. м в месяц. Следовательно , арендная плата за 1 кв. м. в 2015 г. была установлена в размере 497,00 руб. Таким образом, расчет стоимости арендной платы в 2015 г. за месяц: 497 руб. (цена за 1 кв. м) х 1 699, 2 (общая площадь имущества по договору доверительного управления) = 844 502, 40 руб. за месяц. Стоимость арендной платы в 2015 г. за офисное помещение, общей площадью 1 669,2 кв.м., расположенное по адресу 

<

...>, могла составлять примерно 844 502,40 руб. в месяц.

          Также директором ФИО3 01.04.2015 был заключен договор аренды недвижимого имущества №44/15-РЭС от 01.04.2015 с ООО «Оазис». Согласно п. 3.1. договора постоянная часть арендной платы за 240,9 кв.м. (цокольный этаж) составляет 132 495,00 руб., в том числе НДС 18 % в месяц. Следовательно, арендная плата за 1 кв. м. цокольного этажа в 2015 г. была установлена в размере 550,00 руб. Следовательно, расчет стоимости арендной платы помещений цокольного этажа в 2015 г. за месяц могла составлять: 550 руб. (цена за 1 кв. м) х 1128,2 кв.м. (площадь имущества цокольного этажа по договору доверительного управления) = 620 510,00 руб. за месяц. Таким образом, стоимость арендной платы в 2015 г. за офисное помещение общей площадью 1128, 2 кв.м. (цокольный этаж), расположенное по адресу 

<

...>, могла составить  620 510, 00 руб. в месяц.

         Вместе с тем, ФИО3 в декабре 2015 г. расторгает указанные договоры аренды и заключает с заинтересованным лицом ООО «ЕвОкс Групп» договор доверительного управления с суммой возмещения по сделке в размере 10 000 руб. в месяц, что свидетельствует о недобросовестности действий руководителя должника.

         Исходя их запрошенных судом выписок с расчетных счетов ООО «ЕвОкс Групп» и субарендатора ИП ФИО13, в результате недействительной сделки должник недополучил арендную плату от использования нежилых помещений в сумме 6 196 971,47 руб. (общая выручка 8 172 579,20 руб. -1 975 607,73 руб. коммунальные платежи и охрана) (расчет, л.д. 151, т.8).

          Доводы  ФИО3 о том, что ООО «Евокс Групп» несло коммунальные и эксплуатационные расходы, услуги охраны, учтены конкурсным управляющим при расчете недополученной выручки; письмо ООО «ЕвОкс Групп» от 25.10.2017 в адрес конкурсного управляющего по затратам, которые непосредственно относятся к обслуживанию имущества должника за 2016-2017 гг. принято во внимание.

          Иные затраты,  как указал суд  первой  инстанции,  ни ФИО3, ни ИП ФИО13 и ФИО10 документально не подтверждены и не обоснованы.

         Доводы  ФИО3 об истечении срока исковой давности в отношении требований о взыскании убытков с контролирующих должника лиц в связи с заключением сделки с ООО «ЕвОкс Труп» по передаче в доверительно управление офисных помещений являются несостоятельными в силу следующего.

В соответствии с пунктом 10 Пленума Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении.

Конкурсный управляющий получил реальную возможность узнать о причинения убытков конкурсной массе Должника не ранее 21.08.2019 г., когда    было   вынесено Постановление судебного пристава-исполнителя МОСП по ИОИП РД и ИИ УФССП по Пермскому краю,  которым  исполнительное производство № 71392/19/59046- ИП от 07.05.2019 г. в отношении ООО «ЕвОкс Труп» было прекращено в  связи с исключением ООО «ЕвОкс Труп» из ЕГРЮЛ. Ранее указанной даты конкурсный управляющий Должника рассматривал имущество ООО «ЕвОкс Труп» в качестве реального источника для погашения задолженности и пополнения конкурсной массы Должника.

       Доводы апеллянта о том, что офисные помещения как объект недвижимости не представляли ценности для Должника не соответствуют действительности, поскольку указанный объект недвижимости являлся объектом залога по обязательствам Должника перед банком АКБ «Урал ФД», способствовал получению Должником кредитного финансирования с учетом наличия в активах Должника ликвидного недвижимого имущества.

До передачи в доверительное управление офисных помещений в декабре 2015 году Должник активно сдавал в аренду офисные помещения в период с апреля по июль 2015 г. и получал прибыль от этой деятельности.

Так, в соответствии с расчетом выручки от сдачи в аренду офисных помещений за период апрель - июль 2015 г. и подтверждающими первичными бухгалтерскими документами, представленными конкурсным управляющим ООО «СМУ № 34» в материалы дела, выручка ( выручка = доходы от аренды - (минус) НДС и затраты на коммунальные платежи) от сдачи в аренду офисных помещений за указанный период составила 763 838,88 руб. То есть, фактически Должник за этот период получил доход в размере 763 838,88 руб. даже с учетом того, что имелась задолженность по арендной плате (задолженность ООО «Оазис» в размере 237 403,23 рублей.) С учетом размера налога на имущество в 3 кв. 2015 г. в сумме 226 714,00 руб., ООО «СМУ № 34» очевидно имело чистый доход от деятельности по сдаче в аренду офисных помещений в 2015 г.

Экономически обоснованных причин отказываться от сдачи в аренду ликвидного актива и передать в доверительное управление этот актив третьему лицу без равноценного встречного исполнения, у контролирующих Должника лиц не было, иное Ответчиками не доказано.

Доводы о том, что конкурсным управляющим не были предприняты действия по взысканию с учредителей ООО «ЕвОкс Труп» долга после исключения организации из ЕГРЮЛ не имеют правового значения для разрешения настоящего обособленного спора. Кроме того, в ходе судебного разбирательства было установлено, что единственный участник ООО «ЕвОкс Труп» ФИО10 25.08.2021 г. признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества банкрота.

      Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не учел отсутствие актов оказанных услуг, первичных бухгалтерских документов при расчете убытков несостоятельны в силу следующего.

В обоснование своих доводов апеллянт приводит нормы Федерального закона о бухгалтерском учете, который устанавливает единых требований к бухгалтерскому учету, в том числе бухгалтерской (финансовой) отчетности, а также создание правового механизма регулирования бухгалтерского учета в организациях .

Вместе с тем, предметом обособленного спора являются не порядок отражения в бухгалтерском учете Должника или его контрагента фактов хозяйственной деятельности, которые могут быть подтверждены только первичными учетными документами, а факт наличия убытков в деятельности Должника. Факт наличия таких убытков подтвержден банковскими выписками по счетам ООО «ЕвОкс Труп», ИП ФИО13, которые были запрошены судом. Стороны не заявляли о фальсификации указанных доказательств. В соответствии с указанными выписками имеет место факт поступления денежных средств на счета ООО «ЕвОкс Еруп», ИП ФИО13 от арендаторов офисных помещений, что, в свою очередь, подтверждает факт дохода от сдачи помещений в аренду. Также указанными выписками подтверждается факт списания денежных средств со счетов ООО «ЕвОкс Груп», ИП ФИО13 в пользу энергоснабжающих организаций, других поставщиков коммунальных услуг, что, в свою очередь, подтверждает факт расхода на оплату коммунальных платежей. Суд первой инстанции обоснованно принял во внимание указанные сведения из банковских выписок с учетом положений ст. 64 АПК РФ.

Период начисления доходов и расходов ООО «ЕвОкс Груп», ИП ФИО13 соответствует периоду фактического пользования имуществом по Договору доверительного управления недвижимым имуществом от 03 декабря 2015 г. , т.е. за период с декабря 2015 г. по январь 2018 г.

Таким  образом , в обжалуемой ФИО3 части,  судебный  акт также соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. 

       Учитывая, что апеллянты  в жалобах не ссылаются на доказательства которые бы опровергали выводы суда первой инстанции , апелляционный суд приходит к выводу о том, что дело рассмотрено судом первой инстанции полно и всесторонне, нормы материального и процессуального права не нарушены, выводы суда о применении норм права соответствуют установленным по делу обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

       При указанных обстоятельствах оснований для отмены обжалуемого определения , предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ не имеется. Нарушений судом первой инстанции при  вынесении определения  от 08.06.2022 г. норм материального и(или) процессуального права апелляционным судом не установлено. В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.  

 В  соответствии  со  ст. 110  АПК РФ госпошлина по  апелляционным  жалобам по  данному  спору  не взыскивается. 

Руководствуясь статьями 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 08 июня 2022 года по делу № А50-23475/2016 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

 

В.И. Мартемьянов 

 

Судьи

 

Т.С. Герасименко 

 

 

Т.Ю. Плахова