ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

24.09.2019

Дело № А41-26907/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 18.09.2019 

Полный текст постановления изготовлен  24.09.2019

Арбитражный суд Московского округа 

в составе:

председательствующего-судьи ФИО1,

судей Каменецкого Д.В., Мысака Н.Я.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО2 – ФИО2, лично, паспорт; ФИО3, по доверенности от 04 мая 2019 года;

от ЗАО «Богучанский Алюминиевый Завод» - ФИО4, по доверенности от 31.12.2017;

от конкурсного управляющего ООО «Кемберлит» - ФИО5, лично, паспорт;

рассмотрев 18.09.2019 в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 

на определение от 19 апреля 2019 года

Арбитражного суда Московской области,

принятое судьей  Корниенко В.А.,

на постановление от 08 июля 2019 года

Десятого арбитражного апелляционного суда,

принятое судьями Катькиной Н.Н., Гараевой Н.Я., Муриной В.А.,

по заявлению ЗАО «Богучанский Алюминиевый Завод» о признании недействительной сделкой договор купли-продажи от 31.12.2015, заключенный между АО «Кемберлит» и ФИО2, и применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) АО «Кемберлит»,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Московской области от 16 августа 2017 года в отношении акционерного общества "Кемберлит" (АО «Кемберлит»)  введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО6. 

Решением Арбитражного суда Московской области от 20 марта 2018 года АО "Кемберлит" признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим общества утвержден ФИО6

Определением Арбитражного суда Московской области от 23 мая 2018 года ФИО6 освобожден от исполнения возложенных на него в настоящем деле обязанностей, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5.

Закрытое акционерное общество "Богучанский Алюминиевый Завод" (ЗАО "БоАЗ") в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Кемберлит» (АО «Кемберлит») обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 31.12.15 автомобиля, заключенного между акционерным обществом (АО) "Кемберлит" и ФИО2, а также о применении последствий недействительности сделки в виде истребования у ФИО2 в конкурсную массу должника автомобиля марки Mersedes-BENZ G 500 (VIN 

<

***>, мощность двигателя 388 л.с., 2014 г. выпуска) (т. 1, л.д. 2 - 3).

Определением Арбитражного суда Московской области от 19 апреля 2019 года, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 08 июля 2019 года, признан недействительной сделкой договор купли-продажи от 31.12.15, заключенный между АО "Кемберлит" и ФИО2, при этом применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу АО "Кемберлит" денежных средств в размере 5 700 000 рублей (т. 2, л.д. 141 - 144).

Не согласившись с вышеуказанными судебными актами, ФИО2 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции от 19.04.2019 и постановление суда апелляционной инстанции от 08.07.2019 отменить и направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

12 сентября 2019 года и 16 сентября 2019 года в адрес суда поступили отзывы конкурсного управляющего должника и кредитора ЗАО "БоАЗ" на кассационную жалобу, которые приобщены материалам дела в порядке ст. 279 АПК РФ.

В судебном заседании представитель ЗАО "БоАЗ" подал письменное ходатайство о прекращении производства по кассационной жалобе ФИО2 в связи с пропуском срока на подачу кассационной жалобы.

ФИО2 в судебном заседании подано письменное ходатайство о восстановлении срока на подачу кассационной жалобы в связи с тем, что публикация постановления суда апелляционной инстанции произведена только 09 июля 2019 года, при этом заявитель обратился в суд 09 августа 2019 года, то есть с незначительным пропуском срока на обжалование.

Суд округа, рассмотрев доводы заявленных ходатайств, заслушав лиц, участвующих в деле, полагает, что ходатайство ФИО2 подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по ходатайству лица, обратившегося с кассационной жалобой, пропущенный срок подачи кассационной жалобы может быть восстановлен арбитражным судом кассационной инстанции при условии, что ходатайство подано не позднее шести месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного акта и арбитражный суд кассационной инстанции признает причины пропуска срока уважительными. 

В пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках» содержится правовая позиция, согласно которой при решении вопроса о восстановлении пропущенного срока подачи жалобы арбитражному суду следует оценивать обоснованность доводов лица, настаивающего на таком восстановлении, в целях предотвращения злоупотреблений при обжаловании судебных актов и учитывать, что необоснованное восстановление пропущенного процессуального срока может привести к нарушению принципа правовой определенности и соответствующих процессуальных гарантий.

При решении вопроса о восстановлении процессуального срока судам следует соблюдать баланс между принципом правовой определенности и правом на справедливое судебное разбирательство, предполагающим вынесение законного и обоснованного судебного решения, с тем, чтобы восстановление пропущенного срока могло иметь место лишь в течение ограниченного разумными пределами периода и при наличии существенных объективных обстоятельств, не позволивших заинтересованному лицу, добивающемуся его восстановления, защитить свои права.

В данном случае суд округа учитывает, что публикация постановления суда апелляционной инстанции произведена только 09 июля 2019 года, при этом заявитель обратился в суд 09 августа 2019 года, то есть с незначительным пропуском срока на обжалование.

В связи с вышеизложенным суд удовлетворяет ходатайство ФИО2 о восстановлении срока на подачу кассационной жалобы.

Суды установили, что 31.12.15 АО "Кемберлит" (Продавец) и ФИО2 (Покупатель) заключили договор купли-продажи, по условиям которого Продавец обязался передать в собственность Покупателю, а Покупатель - принять и оплатить автомобиль марки Mersedes-BENZ G 500, VIN 

<

***>, мощность двигателя 388 л.с., 2014 г. выпуска, гос. номер 

<

***> стоимостью 5 700 000 рублей.

Согласно пункту 2.1 договора Покупатель уплачивает Продавцу стоимость автомобиля путем перечисления на расчетный счет или внесением наличными средствами в кассу.

В соответствии с представленной ГУ МВД России по Московской области информацией переход права собственности на названный автомобиль к ФИО2 зарегистрирован 15.01.16.

ЗАО «БоАЗ» в обоснование заявленных требований указало, что вышеуказанная сделка является недействительной на основании п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве, поскольку заключена в период неплатежеспособности должника, при этом в результате ее совершения было безвозмездно выведено имущество должника, что причинило вред имущественным правам кредиторов АО «Кемберлит».

Суды, удовлетворяя заявленные требования, указали, что в материалы дела представлено две различные по своему содержанию копии оспариваемого договора, одна из которых была получена конкурсным управляющим от бывшего руководителя должника, а вторая - от государственного органа, осуществившего регистрацию смены собственника автомобиля.

Поскольку на регистрацию в Госавтоинспекцию был представлен договор от 31.12.15 купли-продажи спорного автомобиля, содержащий условие об обязанности ФИО2 выплатить АО "Кемберлит" 5 700 000 рублей в счет приобретаемого имущества, суды пришли к выводу, что действительная воля сторон была направлена на отчуждение спорного имущества путем продажи, а не в счет погашения задолженности по договору займа.

Поскольку в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательств уплаты ФИО2 денежных средств в сумме 5 700 000 рублей за приобретенный автомобиль не представлено, суд признал сделку недействительной на основании п. 2 ст. 61.2. Закона  о банкротстве.

Заявитель кассационной жалобы, оспаривая принятые судебные акты, сослался на то, что на основании заключенного сторонами спора договора займа от 09 июня 2014 года ответчик внес в кассу должника 5 700 000 руб., что подтверждается приходным кассовым ордером №33 от 09 июня 2014 года, которые, в свою очередь, в размере 5 600 000 руб. были внесены должником в Банк по ордеру №10 от 09 июня 2014 года, а оставшиеся 100 000 руб. – направлены на хозяйственные нужды общества.

Впоследствии сторонами спора с целью обеспечения обязательств АО «Кемберлит» по возврату займа заключен договор залога автомобиля, являющегося предметом оспариваемой сделки.

В дальнейшем сторонами заключено еще два договора займа на сумму 1 000 000 руб. – от 10 февраля 2015 года и на сумму 340 000 руб. – от 04 февраля 2015 года, при этом общество в счет возврата займов перечислило ответчику  1 500 000 руб.

Ввиду отсутствия денежных средств у должника стороны заключили оспариваемую сделку по купле-продаже автомобиля с указанием, что транспортное средств передается в счет гашения задолженности по договору займа от 09 июня 2014 года.

В связи с вышеизложенным ответчик полагает, что выводы судов о безвозмездности сделки не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, при этом, как указал заявитель,  расхождение в текстах договоров, представленных конкурсным управляющим и государственным органом, осуществившим регистрацию смены собственника автомобиля, связано с тем, что представленный договор по форме и содержанию не устроил представителя ГИБДД, в связи с чем был исправлен ФИО2 самостоятельно.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы своей кассационной жалобы.

Представители конкурсного управляющего должника и ЗАО «БоАЗ» возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав представителей участвующих в деле лиц, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

В силу статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Суды указали, что производство по настоящему делу было возбуждено определением Арбитражного суда Московской области от 13 апреля 2017 года, оспариваемый договор заключен 31.12.15, в связи с чем оспариваемая сделка подпадает под период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суды установили, что на дату совершения оспариваемой сделки АО "Кемберлит" имело неисполненные обязательства перед контрагентами, включенные впоследствии в реестр требований кредиторов, что подтверждено  вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Красноярского края от 19 июля 2016 года по делу N А33-11731/2015, которым с АО "Кемберлит" в пользу ЗАО "БоАЗ" было взыскано 24 579 070 рублей 38 копеек убытков.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 г. N 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Суды пришли к выводу, что о наличии у АО "Кемберлит" неисполненных обязательств перед третьими лицами ФИО2 не мог не знать, поскольку единственный акционер должника ФИО7 в суде первой инстанции пояснил, что он знаком с ФИО2 и с 1997 года имеет с ним тесные приятельские отношения.

Суды установили, что в материалы дела представлено две различные по своему содержанию копии оспариваемого договора, одна из которых была получена конкурсным управляющим от бывшего руководителя должника, а вторая - от государственного органа, осуществившего регистрацию смены собственника автомобиля.

Представленный бывшим руководителем должника экземпляр договора от 31.12.15 содержит следующие условия:

в пункте 1.1 указано, что Продавец обязуется передать товар в собственность Покупателю, а Покупатель обязуется принять товар: автомобиль MERCEDES BENZ G 500, идентификационный номер (VlN) 

<

***>, N двигателя N 27396330477034, N рамы 

<

***>, мощность двигателя 388 л. с, 2014 года изготовления, бензиновый, черного цвета страна изготовитель Австрия, гос. номер 

<

***> в счет погашения задолженности по договору займа от 09 июня 2014 года в размере 5 540 000 рублей, при этом в пункте 2.1 указано, что "Продавец обязуется передать товар, указанный в п. 1.1, находящийся в залоге у покупателя (Договор залога 01/10-2014 от 15.10.2014 г., зарегистрированный нотариусом Братского нотариального округа Иркутской области ФИО8 28 января 2015 года, регистрационный номер 2015-000-257865-644 в реестре уведомлений о залоге движимого имущества единой информационной системы нотариата)".

Однако в договоре, представленном на регистрацию перехода права собственности в ГИБДД, данные пункты содержат следующие положения:

в пункте 1.1 указано, что Продавец обязуется передать товар в собственность покупателю, а покупатель обязуется принять товар: автомобиль MERCEDES BENZ G 500, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, N двигателя N 27396330477034, N рамы 

<

***>, мощность двигателя 388 л. с, 2014 года изготовления, бензиновый, черного цвета страна изготовитель Австрия, гос. номер 

<

***> стоимостью 5 700 000 рублей, при этом в пункте 2.1. договора установлено, что покупатель уплачивает продавцу стоимость автомобиля путем перечисления на расчетный счет или внесением наличными средствами в кассу.

Согласно пункту 4 Постановления Правительства Российской Федерации N 938 от 12.08.94 "О государственной регистрации автомототранспортных средств и других видов самоходной техники на территории Российской Федерации" регистрация транспортных средств, принадлежащих юридическим или физическим лицам, изменение регистрационных данных, связанное с заменой номерных агрегатов транспортных средств, производятся на основании паспортов транспортных средств, паспортов самоходных машин и других видов техники или электронных паспортов транспортных средств со статусом "действующий", оформленных в системе электронных паспортов транспортных средств (электронных паспортов шасси транспортных средств), а также заключенных в установленном порядке договоров или иных документов, удостоверяющих право собственности на транспортные средства и подтверждающих возможность допуска их к эксплуатации на территории Российской Федерации.

Поскольку, как правильно указали суды, на регистрацию в Госавтоинспекцию был представлен договор от 31.12.15 купли-продажи спорного автомобиля, содержащий условие об обязанности ФИО2 выплатить АО "Кемберлит" 5 700 000 рублей в счет приобретаемого имущества, действительная воля сторон была направлена на отчуждение спорного имущества путем продажи, а не в счет погашения задолженности по договору займа.

Кроме того, суды указали, что в подтверждение доводов ФИО2 об оплате спорного автомобиля путем внесения наличных денежных средств в кассу АО "Кемберлит" не были представлены подлинные приходные кассовые ордера, квитанции к ним, кассовые книги, выписки со счета должника, подтверждающие поступление денежных средств по договорам займа.

Ссылка заявителя кассационной жалобы на то, что спорный автомобиль находится в залоге у ответчика, о чем внесены соответствующие сведения в реестр, также не препятствует признанию сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2.1 договора от 31.12.15 Покупатель уплачивает продавцу стоимость автомобиля (5 700 000 рублей) путем перечисления на расчетный счет или внесением наличными средствами в кассу.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательств уплаты ФИО2 денежных средств в сумме 5 700 000 рублей АО "Кемберлит" за приобретенный автомобиль не представлено.

В связи с вышеизложенным суды пришли к правильному выводу о доказанности факта причинения вреда имущественным правам кредиторов должника путем безвозмездного отчуждения имущества, которое подлежало включению в конкурсную массу, в связи с чем обоснованно признали сделку недействительной на основании п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве.

В силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве закреплено, что в случае признания сделки в соответствии с настоящей главой недействительной все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по такой сделке подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Поскольку суды установили, что спорный автомобиль в настоящее время в собственности ФИО2 не находится, они обоснованно в соответствии с положениями ст. 61.6. Закон о банкротстве в качестве применения последствий недействительности сделки взыскали с ФИО2 в конкурсную массу АО "Кемберлит" 5 700 000 рублей стоимости спорного автомобиля, определенной сторонами в договоре купли-продажи от 31.12.15.

Все доводы заявителя кассационной жалобы применительно к фактическим обстоятельствам дела сводятся, прежде всего, к переоценке имеющихся в деле доказательств, что находится за пределами полномочий суда кассационной инстанции.

При разрешении спора суды выяснили все обстоятельства, имеющие значение для дела, при этом выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено, нормы материального права применены судами верно, в связи с чем кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 19 апреля 2019 года и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 08 июля 2019 года по делу № А41-26907/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий-судьяС.А. Закутская 

Судьи:Д.В. Каменецкий 

                                                                                                   Н.Я. Мысак