СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-14095/2018(22,23)-АК

Дело № А50-27084/2017

16 февраля 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 февраля 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 февраля 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Герасименко Т.С., 

судей                              Мартемьянова В.И., Чепурченко О.Н.,, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

конкурсный управляющий ФИО2, паспорт,

от ОАО «Комплексный расчетный центр-Прикамье»: ФИО3, паспорт, доверенность от 13.12.2021,

от ФИО4: ФИО5, паспорт, доверенность от 22.12.2021, 

от ООО «Виэль Трэвел Компани»: ФИО5, паспорт, доверенность от 13.04.2021

в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы кредиторов ФИО4 и  ООО «Виэль Трэвел Компани», конкурсного управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 18 октября 2021 года

о результатах рассмотрения заявлений ФИО4 и ООО «Виэль Трэвел Компани» о признании действий конкурсного управляющего ненадлежащими и взыскании убытков,

вынесенное в рамках дела № А50-27084/2017

о признании ООО «Пермский коммунальный союз» несостоятельным (банкротом) (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: НП «Сибирская гильдия антикризисных управляющих», ФИО6 ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ИП ФИО11, ФИО12,

установил:

решением Арбитражного суда Пермского края от 07.05.2018 (резолютивная часть от 27.04.2018) ООО «Пермский коммунальный союз» признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО2 из числа членов НП «Сибирская гильдия антикризисных управляющих».

22.03.2021 от ФИО4 поступило заявление о признании ненадлежащими (незаконными) действий конкурсного управляющего ФИО2, выразившиеся в:

- необоснованном заключении договора аренды рабочего места с ПО «Ссудо-сберегательный союз» от 16.09.2019 и оплате арендной платы за счет средств должника,

- необоснованном заключении договора аренды транспортного средства с ИП ФИО11 и оплате арендной платы за счет средств должника,

- необоснованном привлечении бухгалтера ФИО10 по договорам оказания услуг и оплате услуг за счет средств должника,

- необоснованной оплате за счет средств должника услуг юриста ФИО8 по договору от 15.11.2008 в размере, превышающем 75 000 руб.,

- незаконном и необоснованном заключении мирового соглашения с ФИО7, выплате 1 250 000 руб. из конкурсной массы,

- незаконном перечислении ФИО13 задатка в сумме 29 100 руб.,

- превышении лимита расходов на оплату привлеченных лиц для обеспечения исполнения возложенных на арбитражного управляющего обязанностей на сумму 337 819,84 руб.,

- необоснованном расходовании денежных средств должника в качестве возмещения текущих расходов в сумме 85 429,72 руб.

Также просит взыскать с конкурсного управляющего убытки в размере             1 605 262 рубля. Заявление было принято к производству и назначено к рассмотрению на 11.05.2021. 

Суд привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, НП «Сибирская гильдия антикризисных управляющих», ФИО6 ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ИП ФИО11, ФИО12 в порядке ст.51 АПК РФ. 

27.04.2021 от представителя ИП ФИО14 поступило ходатайство о прекращении производства по заявлению, полагает, что заявитель жалобы ФИО4 не является лицом, участвующим в деле о банкротстве. 

От ООО «ВИЭЛЬ ТРЕВЕЛ КОМПАНИ» 11.05.2021 поступило ходатайство о вступлении в дело качестве соистца по жалобе. 

Протокольным определением от 11.05.2021 в ходатайстве о прекращении производства по заявлению было отказано, ходатайство ООО «ВИЭЛЬ ТРЕВЕЛ КОМПАНИ» о вступлении в дело в качестве соистца удовлетворено. 

04.06.2021 от финансового управляющего ФИО2 поступило ходатайство об увеличении размера расходов на оплату лиц, привлеченных арбитражным управляющим, рассмотрение вопроса об обоснованности заявления было назначено к совместному рассмотрению с жалобой ФИО4 на арбитражного управляющего.

В судебном заседании конкурсный управляющий приобщил письменное заявление об уточнении заявления, просил изменить просительную часть ходатайства об увеличении лимитов для привлечения лиц, изменить п.2 ходатайства, увеличить размер лимита на оплату услуг лиц, привлеченных конкурсным управляющим, на 42000 рублей.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 18.10.2021 (резолютивная часть от 14.09.2021) признаны несоответствующими закону действия конкурсного управляющего ФИО2 по заключению договора  аренды транспортного средства с ИП ФИО11 на сумму, превышающую 9500 рублей, по возврату задатка ФИО13 С ФИО2 в пользу ООО «Пермский коммунальный союз» взысканы необоснованные расходы в сумме 26232,28 рублей. Признано обоснованным привлечение для обеспечения деятельности конкурсного управляющего ФИО2 специалистов ФИО10, ФИО8, ПО «Ссудо-сберегательный союз». В удовлетворении жалобы и заявления в оставшейся части отказано.

Не согласившись с указанным определением суда, кредиторы ФИО4 и ООО «Виэль Трэвел Компани» обжаловали его в апелляционном порядке, просят судебный акт отменить, жалобу на действия конкурсного управляющего удовлетворить в полном объеме, взыскать с конкурсного управляющего денежные средства в размере 1 605 262 руб.

Кредиторы полагают неправомерными действия конкурсного управляющего по аренде рабочего места и внесению арендной платы за счет должника. Отмечают, что суд в нарушение п. 5 ст. 20.7 Закона о банкротстве, п. 2, 4 Постановления Пленума ВАС РФ № 91 от 17.12.2009г. не исследовал объективную необходимость аренды помещения (наличие либо отсутствие существенного объема документов для хранения и т.д.), факт использования конкурсным управляющим арендуемого за счет Должника помещения в качестве своего рабочего места безотносительно конкретной процедуры банкротства. Указывают, что конкурсный управляющий ФИО2 была утверждена в настоящей процедуре банкротства 07.05.2018г. (резолютивная часть объявлена 27.04.2018г.), в период с 07.05.2018г. и до 16.09.2019г. (т.е. на протяжении более 1 года) какие-либо договоры аренды помещения конкурсным управляющий заключены не были, в отчетах конкурсного управляющего отсутствовали, однако,16.09.2019г. конкурсный управляющий ФИО2 от имени и за счет Должника заключила договор аренды рабочего места с ПО «Ссудо-сберегательный союз», распространив срок  действия договора на прошлые периоды (с 27.04.2018г. по дату окончания конкурсного производства). Кредиторы обращают внимание на то, что фактически рабочее место представляется по адресу: 

<

...> (данное помещение принадлежит на праве собственности ПО «Ссудо-Сберегательный союз», которое находится в процедуре банкротства и конкурсным управляющим там также выступает ФИО2,  и используется самой ФИО2 в качестве основного рабочего места вне какой-либо из процедур банкротства). Также данное место используется ФИО2 во всех находящихся у нее в производстве делах о банкротстве. Указывают, что суд первой инстанции в мотивировочной части указанные выше доказательства, представленные Заявителями, не учел, не исследовал, не отразил, мотивы их отклонения не описал, ограничившись лишь указанием на единственное сообщение ЕФРСБ от 17.05.2021г., представленное конкурсным управляющим (что является нарушением ч. 4,ч. 7 ст. 71 АПК РФ). Полагают, что в материалах дела отсутствуют, конкурсным управляющим не представлены, а судом не установлены доказательства использования соответствующего помещения, офисной мебели, оргтехники для исполнения конкурсным управляющим своих обязанностей именно в настоящем деле о банкротстве, также отсутствуют сведения и документы, которые бы подтверждали объективную необходимость аренды помещения - имущество у Должника отсутствует, объем документов крайне незначительный (что подтверждается актом приема- передачи документов), Должник не ведет деятельность с конца 2015г., работники уволены еще в 2018г. Считают, что заключение договора аренды фактически не направлено на достижение целей процедуры банкротства, не связано и не обусловлено выполнением каких-либо обязанностей и мероприятий в рамках настоящего дела, какая-либо необходимость в аренде рабочего места отсутствовала. Кроме того, указывают, что расходы на аренду не являются обязательными и превысили лимиты расходов. Также кредиторы считают необоснованным заключение конкурсным управляющим договоров оказания услуг с ФИО10 Указывают, что суд не учел и уклонился от анализа и исследования доводов Заявителей об отсутствии существенного объема и сложности вменяемой работы, о существе и содержании работы в рамках настоящей процедуры банкротства, которую конкурсный управляющий за счет Должника возложил на привлеченное лицо. Отмечают, что в период осуществления конкурсным управляющим своих обязанностей производственная деятельность Должника не осуществлялась уже на протяжении 2,5 лет, имущество у Должника отсутствовало, удовлетворение требований кредиторов не производилось, Должник имел крайне малый штат работников (в количестве 4 человек, который были уволены еще в 2018г.). В связи с чем считают, что каких-либо специальных познаний и временных и трудовых затрат для осуществления тех действий, для которых была привлечена ФИО10, не требовалось. Также Заявители дополнительно указывают на превышение конкурсным управляющим лимита расходов на привлеченных лиц, расходы на оплату услуг ФИО10 входили в содержание превышения таких лимитов. Обращают внимание на то, что для непосредственно сдачи бухгалтерской отчетности посредством электронного документооборота конкурсный управляющий привлекал иное лицо - ООО ПК «Налоги и право» за отдельную плату. Полагают, что фактически, оформляя акты сдачи оказанных услуг с ФИО10, конкурсный управляющий дублировал услуги, выполненные физически совершенно иным лицом. ФИО10 никакого доступа к электронному документообороту для сдачи отчетности в налоговый орган не имела, сдачу документов не осуществляла. Кроме того, кредиторы не согласны с привлечением конкурсным управляющим и оплатой  услуг юриста ФИО8 в сумме, превышающей 75 000 руб. Отмечают, что за счет Должника была произведена оплата услуг ФИО8 на сумму 95 000 руб. Однако, определением Арбитражного суда Пермского края от 01.03.2020г. по настоящему делу судом сделаны выводы о том, что обоснованная, разумная и соразмерная стоимость услуг ФИО8 по договору от 15.11.2018г. составляет только 75 000 рублей (т.е. на 20 000 рублей меньше произведенной конкурсным управляющим за счет Должника оплаты). Заявители полагают, что оплаченные и не возвращенные денежные средства в сумме возникшей разницы между фактической оплатой и установленной судом соразмерной цены - 20 000 рублей - подлежали возврату в конкурсную массу Должника. Также оспаривают выводы суда в части отказа в признании незаконными противоправными действий конкурсного управляющего по заключению мирового соглашения с ФИО7 Полагают, что выводы суда об отсутствии доказательств сговора конкурсного управляющего с ФИО6, отсутствия какого-либо причинения вреда Должнику и кредиторам противоречат материалам настоящего дела, не основаны на них. Отмечают, что суд не проверил, не проанализировал, а в мотивировочной части обжалуемого судебного акта не отразил соответствующую оценку представленных в материалы настоящего дела документов из дела № 2-6744/2018 (далее № 2-4001/2020). Указывают на наличие в действия ФИО2 злоупотребления своими правами, Отмечают, что в рамках дела № 2-6744/2018 конкурсным управляющим ФИО2 от имени Должника на представление интересов (в том числе, с правом заключения мирового соглашения) была выдана доверенность на ФИО6 Указанное лицо (ФИО6)., в свою очередь, на протяжении производства по настоящему делу о банкротстве является постоянным уполномоченным представителем конкурсного кредитора и заявителя по делу о банкротстве ФИО14 Считают, что мировое соглашение было необходимо ФИО6, который действовал по прямому уполномочиванию конкурсного управляющего, выраженного в доверенности, для последующего получения из конкурсной массы указанной суммы в целях наживы и обогащения за счет Должника. Из указанной суммы для выплаты ФИО7 предполагалось только 450 000 рублей (которые были изначально согласованы с ФИО7 и отражены в собственных процессуальных документах последней). Сразу же после утверждения мирового соглашения, незамедлительно (через неделю, не дожидаясь вступления судебного акта в законную силу) в отношении указанной суммы был заключен договор уступки от 05.06.2019г. в пользу ФИО9 При этом судом установлено, конкурсным управляющим и ФИО6 подтверждено и признано, что ФИО9 является родственницей последнего, проживает и имеет регистрацию с ним в одном жилом помещении. По мнению апеллянтов, конкурсный управляющий, в силу ст. 20.3, 20.4 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», зная о готовности ФИО7 снижать размер требований и получать иную сумму денежных средств (450 000 рублей против 1 250 000 рублей), должен был заключить мировое соглашение на указанную сумму, исключив тем самым возможность списания денежных средств Должника в большем размере и обеспечив максимально возможное удовлетворение требований кредиторов. Кредиторы считают незаконным превышение лимита расходов конкурсным управляющим. Отмечают, что предельный лимит расходов на оплату услуг привлеченных лиц установлен в размере 308 210 руб., при этом  конкурсным управляющим допущено превышение лимитов на сумму 337 819,84 рублей. Указывают, что суд первой инстанции не проверял и не оценивал данные действия исходя из обстоятельств соблюдения и несоблюдения конкурсным управляющим лимита расходов на такое привлечение, фактически суд увеличил конкурсному управляющему предельный размер лимита расходов на прошлые периоды, что недопустимо. Отмечают, что конкурсный управляющий ФИО2 в нарушение норм материального права с надлежащим ходатайством в суд не обращалась. 

Конкурсный управляющий обжаловала определение суда в части признания незаконными действиями конкурсного управляющего ФИО2 по заключению договора  аренды транспортного средства с ИП ФИО11 и взысканию с нее необоснованных расходов в сумме  26 232,28 руб. 

Конкурсный управляющий ссылается на то, что принимала участие в судебных заседаниях Арбитражного суда Уральского округа по делу №А50-27084/2017. Отмечает, что поскольку конкурсный управляющий проживает в г. Перми, то очевидно, что она должна была понести транспортные расходы для участия в судебных заседаниях Арбитражного суда Уральского округа, который находится в г. Екатеринбурге. Указывает, что судебные заседания были назначены на 31.10.2019 в 09:50, 25.11.2019 в 10:50, 04.12.2019 в 09:50,  в связи с чем, ФИО2 и ее представитель (02.12.2019) выезжали в г.Екатеринбург заранее и останавливалась в гостиницах для нормального сна перед судебными заседаниями и своевременным прибытием ко времени судебного заседания. Фактически расходная часть составила сумму 35 732,28 руб.  Указывает, что суд первой инстанции проигнорировал тот факт, что выбор способа и средств передвижения является правом стороны спора с учетом его разумности. Полагает,  что среднерыночная цена на билеты, в данном случае не обоснована, с учетом того, что в ОАО «РЖД» используется система динамического ценообразования; согласно данным интернет-сайта ОАО «РЖД», основной принцип данной системы заключается в следующем: чем выше спрос и меньше мест, тем выше цена на билеты, при том, что стоимость проезда зависит не только от расстояния и популярности маршрута, но и от таких факторов, как: категория поезда; время года, день недели, время отправления и прибытия; количество предложенных мест в поезде, дата совершения покупки билета (количество дней до отправления поезда) и т.д. Отмечает, что процессуальным законодательством предусмотрено возмещение понесенных участвующими в деле лицами именно в фактическом размере (при возможности их снижения только по установленным в законе основанием, и - в частности - ввиду их чрезмерности/неразумности), т.е. процессуальными нормами не предусмотрен расчет по средним ценам, при отсутствии, при этом, со стороны истцов доказательств (в т.ч. с учетом вышеизложенного), что заявленные расходы заведомо завышены и их несение нарушает баланс интересов стороны в результате получения одной из них (конкурсным управляющим и его представителями) материальных благ в объеме, явно не соответствующем обычно имеющим место быть в аналогичных случаях (снятие гостиницы (номеров) класса люкс, покупка авиабилетов (а равно как и ж/д билетов) класса «бизнес» (возможность (наличие в продаже) покупки билетов иного (более низкого) уровня), аренда автотранспорта премиального уровня и т.п.). В связи с чем полагает понесенные ею расходы обоснованными.

От ООО «Страховая компания «Арсеналъ» поступил отзыв на апелляционную жалобу кредитора об отказе в ее удовлетворении.

От иных лиц, письменные отзывы на жалобу не поступили.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.01.2022 рассмотрение апелляционных жалоб на определение Арбитражного суда Свердловской области от 18.10.2021 по делу № А50-27084/2017 отложено на 09.02.2022. Рассмотрение данного дела начато в составе суда: председательствующий  Герасименко Т.С., судьи Мартемьянов В.И.,  Плахова Т.Ю. 

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 08.02.2022  произведена замена судьи Плаховой Т.Ю. на судью Чухманцева М.А.,  сформирован состав суда для рассмотрения апелляционных жалоб на определение Арбитражного суда Свердловской области от 18.10.2021 по делу № А50-27084/2017: председательствующий судья Герасименко Т.С., судьи Мартемьянов В.И., Чухманцев М.А.  

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2022 произведена замена судьи Чухманцева М.А. на судью Чепурченко О.Н.,  сформирован состав суда для рассмотрения апелляционных жалоб на определение Арбитражного суда Свердловской области от 18.10.2021 по делу № А50-27084/2017: председательствующий судья Герасименко Т.С., судьи Мартемьянов В.И., Чепурченко О.Н.  

До судебного заседания от ФИО2 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу кредитора об отказе в их удовлетворении.

В судебном заседании конкурсный управляющий доводы своей апелляционной жалобы поддержал, против доводов жалобы кредиторов возражал.

Представители ФИО4 и ООО «Виэль Трэвел Компани» поддержали доводы своей жалобы, в удовлетворении жалобы конкурсного управляющего просил отказать.

Представитель ОАО  «Комплексный расчетный центр-Прикамье» поддержал доводы жалобы кредитора, в удовлетворении жалобы конкурсного управляющего просил отказать.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, в судебное заседание представителей не направили, в силу ст.ст. 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, решением суда от 07.05.2018 (резолютивная часть от 27.04.2018) ООО «Пермский коммунальный союз» признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО2 из числа членов НП «Сибирская гильдия антикризисных управляющих».

ФИО4, воспользовавшись своим правом обратился в арбитражный суд с заявлением о признании ненадлежащими (незаконными) действий конкурсного управляющего ФИО2, выразившиеся в: необоснованном заключении договора аренды рабочего места с ПО «Ссудо-сберегательный союз» от 16.09.2019 и оплате арендной платы за счет средств должника;  необоснованном заключении договора аренды транспортного средства с ИП ФИО11 и оплате арендной платы за счет средств должника; необоснованном привлечении бухгалтера ФИО10 по договорам оказания услуг и оплате услуг за счет средств должника;  необоснованной оплате за счет средств должника услуг юриста ФИО8 по договору от 15.11.2008 в размере, превышающем 75 000 руб.;  незаконном и необоснованном заключении мирового соглашения с ФИО7, выплате 1 250 000 руб. из конкурсной массы;  незаконном перечислении ФИО13 задатка в сумме 29 100 руб.; превышении лимита расходов на оплату привлеченных лиц для обеспечения исполнения возложенных на арбитражного управляющего обязанностей на сумму 337 819,84 руб.; необоснованном расходовании денежных средств должника в качестве возмещения текущих расходов в сумме 85 429,72 руб. Также просит взыскать с конкурсного управляющего убытков в размере 1 605 262 рубля, которое было принято к производству и назначено к рассмотрению на 11.05.2021. 

В свою очередь конкурсный управляющий ФИО2 обратилась с требованием об увеличении размера лимита на оплату услуг лиц, привлеченных конкурсным управляющим, на 42000 рублей (с учетом принятого судом уточнения в порядке ст. 49 АПК РФ).

Арбитражный суд первой инстанции, признал несоответствующими закону действия конкурсного управляющего ФИО2 по заключению договора  аренды транспортного средства с ИП ФИО11 на сумму, превышающую 9500 рублей, по возврату задатка ФИО13 С ФИО2 в пользу ООО «Пермский коммунальный союз» взыскал необоснованные расходы в сумме 26232,28 рублей. Признал обоснованным привлечение для обеспечения деятельности конкурсного управляющего ФИО2 специалистов ФИО10, ФИО8, ПО «Ссудо-сберегательный союз». В удовлетворении жалобы и заявления в оставшейся части отказал.

Суд апелляционной инстанции, исследовав имеющиеся в деле доказательства в их совокупности в порядке ст.71 АПК РФ, обсудив доводы жалоб, отзывов, заслушав лиц, участвующих в деле, проанализировав нормы материального и процессуального права, пришел к следующим выводам.

Согласно п. 1 ст. 60 Федерального закона от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) лицам, участвующим в деле о банкротстве, в целях защиты нарушенных прав и законных интересов предоставлено право на подачу жалобы в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей.

В соответствии с п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Принцип разумности в отношении арбитражного управляющего означает соответствие его действий определённым стандартам, установленным, помимо законодательства о банкротстве, правилами профессиональной деятельности арбитражного управляющего, утверждаемыми постановлениями Правительства Российской Федерации, либо стандартам, выработанным правоприменительной практикой в процессе реализации законодательства о банкротстве.

Добросовестность действий арбитражного управляющего выражается в отсутствии умысла причинить вред кредиторам, должнику и обществу.

В соответствии со ст. 20.4 Закона о банкротстве должник, кредиторы, третьи лица вправе потребовать от арбитражного управляющего, утвержденного арбитражным судом, возмещения убытков, причиненных при исполнении возложенных на него обязанностей.

В абзаце 3 п. 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная указанной статьей, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам ст. 15 ГК РФ.

В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которое лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт противоправного поведения причинителя ущерба, наличие причинной связи между поведением причинителя и возникшими убытками, размер убытков и меры, предпринятые для их уменьшения. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

Как было указано выше, кредитор полагает необоснованным заключение договора аренды рабочего места с ПО «Ссудо-сберегательный союз» от 16.09.2019 и оплате арендной платы за счет средств должника.

Судом первой инстанции установлено, что согласно отчету конкурсного управляющего о своей деятельности, 16.09.2019 конкурсный управляющий ФИО2 от имени Должника заключила договор аренды рабочего места с ПО «Ссудо-сберегательный союз». Срок действия договора - с 27.04.2018 по дату окончания конкурсного производства, стоимость арендной платы - 3 000 рублей в месяц.

Фактически, рабочее место представляется по адресу: 

<

...>.

Согласно данным отчета от 09.07.2020 общая сумма арендной платы составила 78 000 рублей, из которых фактически за счет средств Должника оплачено 48 000 рублей, задолженность составляет 30 000 рублей.

Апеллянт указывает, что данное помещение является непосредственным рабочим местом арбитражного управляющего ФИО2, используется ею вне рамок какой-то конкретной процедуры, данное помещение одновременно используется ФИО2 в качестве рабочего места во всех процедурах банкротства, находящихся в ее производстве. Указанные обстоятельства, по мнению заявителя жалобы, подтверждаются сообщениями ЕФРСБ в рамках дел банкротстве ООО «Автомобили.Механизмы.Лизинг», ООО «Авантаж+», ФИО15.

Вопреки доводам жалобы судом первой инстанции установлено, что в соответствии с сообщением на сайте ЕФРСБ №6665693 от 17.05.2021 местом хранения документов, проведения собраний, ознакомления с документами ООО «Автомобили.Механизмы.Лизинг» является: 

<

...>; в отношении ООО «ТСМ» (сообщение №3788094 от 23.05.2019): 

<

...>.

Из пояснений арбитражного управляющего усматривается, что в спорном помещении арендуется рабочее место и место для хранения документов, размер аренды в сумме 3000 рублей в месяц является арендной платы именно за рабочее место в рамках данной процедуры банкротства.

Конкурсный управляющий указывает, что ООО «ПКС» по состоянию на дату введения в отношении него процедуры конкурсного производства не имело в собственности помещений, пригодных для осуществления обязанностей, возложенных на конкурсного управляющего и проведения собраний кредиторов, равно как не имело оргтехники, средств связи, канцелярских товаров, доступа к информационным базам данных, программным продуктам для ведения бухгалтерского учета и обработки документов. При этом, с 01.07.2016 ФИО4 сам сдавал ООО «ПКС» свое личное помещение 138,4 кв.м., находящееся по адресу: 

<

...>. Согласно п.5.1 договора размер арендной платы был определен в сумме 45 668 рублей в месяц из расчета 395 рублей за один квадратный метр. И

Данные пояснения  апеллянтами не опровергнуты (ст. 65 АПК РФ).

Суд апелляционной инстанции отмечает, что Закон о банкротстве не возлагает на конкурсного управляющего обязанность самостоятельно и за свои счет нести расходы, связанные с эксплуатацией в целях конкурсного производства офисного помещения, компьютеров, оргтехники, доступа к средствам связи (в том числе сети Интернет), предоставлять услуги по хранению документов. 

Согласно статье 20.3. Закона о банкротстве, арбитражный управляющий вправе привлекать для обеспечения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве на договорной основе иных лиц с оплатой их деятельности за счет средств должника. 

В силу частей 1, 3 статьи 6 Закона о бухгалтерском учете экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет. Бухгалтерский учет ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации. Ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

При таких обстоятельствах доводы апеллянтов об отсутствии необходимости в аренде рабочего места ввиду отсутствия деятельности общества, сотрудников и каких-либо документов для хранения подлежат отклонению.

Оспаривая действия конкурсного управляющего по аренде рабочего места, апеллянты не представляют контррасчет арендной платы, предусмотренной договором аренды рабочего места от 16.09.2019, не обосновывают процент ее завышения, не доказывают ее несоответствие рыночным условиям, не указывают, где и за какой объем денежных средств должны были храниться документы ООО «ПКС», проводиться собрания кредиторов ООО «ПКС»,  как ФИО2 могла обеспечивать возможность лицам, участвующим в деле о банкротстве, знакомиться с документами перед собраниями кредиторов. Доказательств чрезмерности размера арендной платы не представлено (ст. 65 АПК РФ).

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание и то, что спорный договор аренды рабочего места заключен 16.09.2019, все расходы по данному договору отражались в отчетах конкурсного управляющего, проводились собрания кредиторов, при этом апеллянты до марта 2021 года каких-либо возражений относительно неправомерности заключения договора и несения расходов не заявляли.

Доводы о том, что конкурсный управляющий использует это же рабочее место в конкурсных производствах иных должников, не свидетельствует о завышении размера арендной платы и неправомерности аренды рабочего места.

С учетом того, что договор аренды заключен в связи с отсутствием у должника помещений, для обеспечения возможности выполнения конкурсным управляющим должника и привлеченными им лицами мероприятий, предусмотренных процедурой конкурсного производства и хранения документов должника, отсутствия доказательств завышения стоимости арендной платы, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для признания данных действий конкурсного управляющего незаконными.

Соответствующие доводы апелляционной жалобы об обратном подлежат отклонению на основании вышеизложенного.

Заявители жалоб указывают также на неправомерность действий конкурсного управляющего по привлечению специалистов.

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в статьях 20.3, 129 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий конкурсного управляющего незаконными.

В пункте 4 Постановления от 17.12.2009 года N 91 "О порядке погашения расходов по делу о банкротстве" Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации разъяснил, что при рассмотрении вопроса об обоснованности привлечения привлеченного лица следует учитывать, в том числе, направлено ли такое привлечение на достижение целей процедур банкротства и выполнение возложенных на арбитражного управляющего обязанностей, насколько велик объем работы, подлежащей выполнению арбитражным управляющим, возможно ли выполнение арбитражным управляющим самостоятельно тех функций, для которых привлекается привлеченное лицо, необходимы ли для выполнения таких функций специальные познания, имеющиеся у привлеченного лица, или достаточно познаний, имеющихся у управляющего, обладает ли привлеченное лицо необходимой квалификацией.

Сам факт наличия у арбитражного управляющего специальной профессиональной подготовки не лишает его права прибегать к помощи специалистов той же квалификации, если это продиктовано соображениями пользы кредиторов и должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 10 Постановления от 23.07.2009 N 60 "О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 N 296-ФЗ О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 5 статьи 20.3 Закона о банкротстве не содержит запрета на передачу арбитражным управляющим третьим лицам полномочий, принадлежащих ему как лицу, осуществляющему полномочия органов управления должника.

Данная норма лишь ограничивает арбитражного управляющего в возможности передачи третьим лицам исключительных полномочий, предоставленных ему Законом как специальному участнику процедур банкротства и связанных, прежде всего, с принятием соответствующих решений, касающихся проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждено, что конкурсным управляющим ФИО2 от имени и за счет Должника были заключены следующие договоры с ФИО10: договор от 17.09.2018 на оказание услуг по сдаче бухгалтерской отчетности; договор от 17.09.2018 на оказание услуг по взаиморасчетам с сотрудниками; договор от 05.04.2019 на оказание услуг по составлению заключения о наличии/отсутствии признаков преднамеренного банкротства.

Согласно отчету конкурсного управляющего, стоимость услуг бухгалтера по состоянию 09.07.2020 составила:

-          по договору от 17.09.2018 (сдача бухгалтерской отчетности) 61 000 рублей, из которых фактически оплачено за счет Должника 37 000 рублей, задолженность составляет 24 000 рублей;

-          по договору от 17.09.2018 (взаиморасчеты с сотрудниками) 40 000 рублей, оплачено полностью;

- по договору от 05.04.2019 - 6 000 рублей, оплачены в полном объеме.

В подтверждение оказания услуг представлены следующие акты: Акт выполненных работ по ФИО16 на сумму 10 000,00 руб., Акт выполненных работ по ФИО17 Тна сумму 10 000,00 руб., Акт выполненных работ по ФИО18  на сумму 10 000,00 руб., Акт выполненных работ по ФИО7 на сумму 10 000,00 руб.;  Акт выполненных работ по подготовке и сдаче бухгалтерской и налоговой отчетности за 2 и 3 кварталы 2018 года на сумму 12 000,00 руб., Акт выполненных работ по подготовке и сдаче бухгалтерской и налоговой отчетности за 4 квартал 2018 года на сумму  6 000,00 руб.,  Акт выполненных работ по подготовке и сдаче годовой бухгалтерской и налоговой отчетности за 2018 года на сумму  6 000,00 руб.,  Акт выполненных работ по подготовке и сдаче бухгалтерской и налоговой отчетности за 1 квартал 2019 на сумму 6 000,00 руб., Акт выполненных работ по подготовке и сдаче бухгалтерской и налоговой отчетности за 2 квартал 2019 на сумму 7 000,00 руб., Акт выполненных работ по подготовке и сдаче бухгалтерской и налоговой отчетности за 3 квартал 2019 на сумму 6 000,00 руб., Акт выполненных работ по подготовке и сдаче бухгалтерской и налоговой отчетности за 4 квартал 2019 на сумму 6 000,00 руб., Акт выполненных работ по подготовке и сдаче годовой бухгалтерской и налоговой отчетности за 2019 на сумму 6 000,00 руб., Акт выполненных работ по подготовке и сдаче бухгалтерской и налоговой отчетности за 1 квартал 2020на сумму 6 000,00 руб., Акт выполненных работ по подготовке и сдаче бухгалтерской и налоговой отчетности за 2 квартал 2020 на сумму 6 000,00 руб., Акт выполненных работ по подготовке и сдаче бухгалтерской и налоговой отчетности за 3 квартал 2020 на сумму 6 000,00 руб., Акт от 05.04.19 по перепроверке расчетов показателей и коэффициентов в финансовом анализе, составленном временным управляющим Дроздовой на сумму 6 000,00 руб. Итого: 79 000,00 руб.

Апеллянты считают, что необходимости в привлечении бухгалтера не было, поскольку специалистом был осуществлен небольшой объем работ, которые конкурсный управляющий мог выполнить самостоятельно.

Между тем, следует учесть, что в данном случае привлеченным лицом исключительные полномочия конкурсного управляющего не передавались, и оснований считать, что его привлечение с установленным размером вознаграждения не отвечало задачам и целям конкурсного производства, не имеется.

В силу п. 3 ст. 6 ФЗ «О бухгалтерском учете» бухгалтерский учет ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации. 

Таким образом, необходимость ведения бухгалтерского учета прямо предусмотрена законом.

Согласно п. 3 ст. 7 ФЗ «О бухгалтерском учете», руководитель экономического субъекта обязан возложить ведение бухгалтерского учета на главного бухгалтера или иное должностное лицо этого субъекта либо заключить договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, если иное не предусмотрено настоящей частью. Руководитель кредитной организации обязан возложить ведение бухгалтерского учета на главного бухгалтера. Руководитель экономического субъекта, который в соответствии с законом вправе применять упрощенные способы ведения бухгалтерского учета, включая упрощенную бухгалтерскую (финансовую) отчетность, а также руководитель субъекта среднего предпринимательства, за исключением экономических субъектов, указанных в части 5 статьи 6 Закон о бухучете, может принять ведение бухгалтерского учета на себя.  

То есть, самостоятельно вести бухгалтерский учет могут только руководители экономических субъектов, прямо указанных в последнем предложении пункта 3 статьи 7 Закона о бухучете. Конкурсный управляющий к указанным экономическим субъектам не относится.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что вопреки доводам жалобы, Закон о банкротстве не возлагает обязанность по ведению учета, составлению налоговой и бухгалтерской отчетности непосредственно на конкурсного управляющего, тем более что необходимость ведения учета (в том числе формирование отчетности) в автоматизированной системе требуют наличия специальных знаний в узкой области. Законодательством Российской Федерации регламентированы сроки совершения определенных действий, получения необходимых документов, порядок внесения сведений, представления документов, а нарушения в данной сфере могли повлечь штрафные санкции как непосредственно в отношении самого управляющего, так и в отношении должника. Введение процедуры конкурсного производства не освобождает общество-должника от исполнения обязанности по ведению учета доходов (расходов), ведению бухгалтерского учета и, соответственно, обязанности по подаче налоговых деклараций. 

Сам по себе факт наличия у арбитражного управляющего соответствующей квалификации в соответствии с Единой программой подготовки арбитражных управляющих, утвержденной Приказом Минэкономразвития от 10.12.2009 N 517, не лишает права конкурсного управляющего привлекать для обеспечения возложенных на него обязанностей на договорной основе иных лиц с оплатой их деятельности за счет средств должника. 

Заявителем не представлено доказательств того, что арбитражный управляющий, заключая договор с бухгалтером ФИО10, действовала недобросовестно и неразумно, а стоимость услуг ФИО10 является необоснованной. Также не доказано, что ФИО10 оказывала должнику аналогичные услуги что и  ООО ПК «Налоги и право» (ст. 65 АПК РФ).

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что привлечение специалиста для ведения бухгалтерского учета, сдачи финансовой и иной отчетности является обоснованным.

Иного из материалов дела не следует, апелляционному суду не доказано.

Доводы жалобы об обратном суд апелляционной инстанции отклоняет на основании вышеизложенного.

Также судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждено, что  15.11.2018 между ООО «ПКС» и ФИО8 заключен договор об оказании юридического сопровождения на возмездной основе.

Целью заключения договора являлся возврат дивидендов в размере                      3 306 399,24 руб. в конкурсную массу ООО «ПКС», выплаченных при наличии у ООО «ПКС» признаков неплатежеспособности. 

03.12.2018 конкурсный управляющий должника ФИО2 представила в Арбитражный суд Пермского края заявление о признании недействительной сделки:  по перечислению денежных средств в размере 1 800 986,58 руб., произведенному в адрес ОАО «Комплексный расчетный центр - Прикамье» (далее – ОАО «КРЦ-Прикамье») 30.06.2016 по платежному поручению № 156 с назначением платежа: выплата части нераспределенной чистой прибыли;  по перечислению денежных средств в размере 1 505 412,66 руб., произведенному в адрес ООО «Финансовые технологии» (далее – ООО «ФТ») 30.06.2016 по платежному поручению № 154 с назначением платежа: выплата части нераспределенной чистой прибыли. Также просила применить последствия недействительности сделки в виде взыскания: с ОАО «КРЦ - Прикамье» в пользу ООО «ПКС» денежных средств в размере 1 800 986,58 руб.,  с ООО «ФТ» в пользу ООО «ПКС» денежных средств в размере 1 505 412,66 руб.

Определением Арбитражный суд Пермского края (резолютивная часть от 27.06.2019) заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Признаны недействительными (ничтожными) сделки по перечислению денежных средств по платежному поручению №156 от 30.06.2016 в сумме 1800986,58 рублей ОАО «КРЦ - Прикамье», по платежному поручению №154 в сумме 1505412,66 рублей ООО «ФТ». Этим же определением применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ОАО «КРЦ - Прикамье» в пользу ООО «ПКС» 1800986,58 рублей и взыскания с ООО «ФТ» в пользу ООО «ПКС» 1505412,66 рублей.

Определение суда было обжаловано в апелляционном и кассационном порядке.

В дальнейшем конкурсным управляющим заявлено требование о возмещении судебных расходов.

В рамках данного обособленного спора суду представлены акты выполненных работ, исходя из которых, стоимость работ составила 95 000 рублей, денежные средства перечислены ФИО8

Таким образом, расходы были понесены в размере 95 000 руб., которые были предъявлены к возмещению по указанному обособленному спору.

Оценивая размер предъявленных расходов, суд учел, что сумма ущерба от противоправной сделки по отношению к каждому ответчику была различна, как и различно было процессуальное участие представителей ответчиков при рассмотрении спора, что, по мнению суда, исключает солидарного взыскания судебных расходов с ответчиков. Отметил сложность спора о признании недействительными сделок по уплате дивидендов, объем возражений ответчиков, длительность спора, что не могло не сказаться на размере вознаграждения исполнителя. Учитывая данные обстоятельства, определением от 01.03.2020 суд признал разумным размер судебных расходов с ОАО «КРЦ-Прикамье» в сумме 30000 рублей, с ООО «Финансовые технологии» 45000 рублей, в указанной сумме судебные расходы взысканы с ответчиков, в оставшейся части в удовлетворении заявления отказано.

По мнению заявителей жалобы, оплата услуг ФИО8 на сумму, превышающую 75 000 руб., в связи с вышеизложенными обстоятельствами является неправомерной, сумма в размере 20 000 руб. подлежит возврату в конкурсную массу.

Оснований согласиться с данными доводами апеллянтов у суда апелляционной инстанции не имеется. При этом апелляционный суд учитывает, что, как было указано выше, от действий ФИО8 по оспариванию сделок в конкурсную массу должника поступило 3 306 399,24 руб. Дело рассматривалось около года. С учетом  суммы заявленных требований, предусмотренный договором размер оплаты услуг юриста в 95 000 руб. не является существенным или завышенным. Кроме того, 75 000 руб. возмещены должнику ответчиками.

То обстоятельство, что судом в определении от 01.03.2020 уменьшен размер подлежащих взысканию с ответчиков в пользу должника суммы судебных расходов на представителя, не свидетельствует о недобросовестности конкурсного управляющего при установлении цены договора. Как верно отмечено судом первой инстанции, уменьшение размера судебных расходов в данном случае рассматривалось применительно к ответчикам, а не применительно к экономическому эффекту для должника от деятельности представителя.

Таким образом, оснований для удовлетворения жалобы кредитора в данной части также не имелось, в связи с чем, в удовлетворении требований в указанной части отказано правомерно.

Судом первой инстанции установлено, что согласно отчету конкурсного управляющего о своей деятельности, от имени должника конкурсным управляющим с ИП ФИО11 были заключены следующие договоры аренды транспортного средства с экипажем: от 29.10.2019 с размером оплаты 5 000 руб., 22.11.2019 с размером оплаты 5 000 руб., от 02.12.2019 с размером оплаты 5 000 руб. 

Со счета Должника были списаны денежные средства по указанным выше договорам в общей сумме 15 000 рублей в следующие даты: 29.10.2019, 03.12.2019, 03.12.2019.

Кроме того, конкурсным управляющим на соответствующие поездки был оплачен бензин в суммах 3 090, 41 руб., 4 600 руб., 4 500 руб., и услуги гостиницы в суммах 2 465 руб., 4 600 руб., 4 500 руб.

Конкурсный управляющий отмечает, что названные выше расходы в общей сумме 35 732,28 руб.  были понесены в связи с участием конкурсного управляющего и его представителя в судебных заседаниях Арбитражного суда Уральского округа по делу №А50-27084/2017. Указывает, что судебные заседания были назначены на 31.10.2019 в 09:50, 25.11.2019 в 10:50, 04.12.2019 в 09:50,  в связи с чем, ФИО2 и ее представитель (02.12.2019) выезжали из г.Перми в г.Екатеринбург заранее и останавливалась в гостиницах для нормального сна перед судебными заседаниями и своевременным прибытием ко времени судебного заседания. Полагает,  что среднерыночная цена на билеты, в данном случае не обоснована. Отмечает, что процессуальным законодательством предусмотрено возмещение понесенных участвующими в деле лицами расходов  именно в фактическом размере.

Судом первой инстанции также установлено, что по договору от 29.10.2019 осуществлялась поездка в г.Екатеринбург на рассмотрение кассационной жалобы 31.10.2019 (сумма сделки 1770918,60 рублей); по договору от 22.11.2019 осуществлялась поездка в г.Екатеринбург на рассмотрение кассационной жалобы 25.11.2019 (сумма сделки 1800986 рублей и 1505412 рублей); по договору от 02.12.2019 осуществлялась поездка в г.Екатеринбург на рассмотрение кассационной жалобы 04.12.2019 (сумма сделки 1770918,60 рублей). Суду представлены первичные документы, подтверждающие наличие судебных заседаний в указанные даты.

Из жалобы заявителя в суд первой инстанции следует, что его претензии к управляющему сводятся к тому, что поездка в г.Екатеринбург могла быть более экономичной при использовании поезда и общественного транспорта  Кредитор указывал, что согласно расписанию поездов на даты судебных заседаний, конкурсный управляющий объективно мог осуществить поездку в г.Екатеринбург на поезде маршрута Москва-Абакан. Стоимость билета в вагоне–купе с возможностью отдыха  и сна составляет 1 505 руб. в одну сторону, в обе стороны – 3 010 руб., что объективно меньше стоимости аренды транспорта и оплаты топлива – около 8 000 руб., также это бы исключило необходимость бронирования гостиничных номеров.  Суду представлены соответствующие расчеты, из которых усматривается, что общий расход на указанные поездки составил бы около 9500 рублей (9030 рублей на проезд поездом, не более 470 рублей на проезд общественным транспортом до здания суда).

Как было указано выше, расход управляющего на указанные поездки составил 35732,28 рублей (15000 рублей оплата услуги автомобиля с экипажем, 20732,28 рублей оплата гостиницы, бензина).

Судом первой инстанции отмечено, что ранее, в рамках настоящего дела о банкротстве конкурсный управляющий ФИО2 уже представляла договор аренды с ИП ФИО11 в качестве основания для взыскания судебных расходов в рамках обособленного спора по заявлению АО «КРЦ-Прикамья» о признании действий конкурсного управляющего ненадлежащими, при этом не смогла представить какие-либо объективные документы, свидетельствующие о невозможности поездки в г. Екатеринбург железнодорожным транспортом либо посредством автобусного сообщения (что явно и, безусловно, экономичнее). Более того, представителем АО «КРЦ-Прикамье» вообще были поставлены под сомнение законность и действительность арендных отношений, поскольку заявляемое конкурсным управляющим транспортное средство отсутствовало, а сам конкурсный управляющий обеспечил участие в судебном заседании в суде кассационной инстанции посредством собственного транспортного средства. Соответствующие обстоятельства отражены в определении Арбитражного суда Пермского края от 15.02.2021 по делу № А50-27084/2017.

Доказательств того, что аренда транспортного средства с экипажем была экономически целесообразна, с учетом несения расходов на бензин и гостиницу, конкурсным управляющим не представлено. Как и не представлено доказательств необходимости участия в суде кассационной инстанции, как самого конкурсного управляющего, так и его представителя (ст. 65 АПК РФ).

Учитывая вышеизложенное, суд первой инстанции правомерно признал действия конкурсного управляющего по заключению и исполнению договора аренды с ИП ФИО11 в сумме, превышающей 9500 рублей,  неразумными и необоснованными, не направленными на достижение целей конкурсного производства, взыскав с конкурсного управляющего в конкурсную массу должника 26 232,28 руб. (35 732,28-9 500).

Доводы управляющего о том, что управляющему должен обеспечиваться, в том числе должный комфорт для участия в судебных заседаниях (в части отдыха после утомительной поездки) правомерно отклонены судом первой инстанции исходя из того, что поскольку целью конкурсного производства является пополнение конкурсной массы, а не ее расходование с учетом комфорта управляющего при осуществлении им своей деятельности. 

Доводы жалобы конкурсного управляющего о том, что понесенные ею расходы, связанные с рассмотрением кассационных жалоб, являются разумными и обоснованными, ничем не подтверждены, опровергаются материалами дела, в связи с чем, признаются арбитражным судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Кроме того заявитель указывает, что конкурсным управляющим превышены лимиты расходов на оплату привлеченных лиц для обеспечения исполнения возложенных на арбитражного управляющего обязанностей на сумму 337 819,84 руб.

Судом первой инстанции установлено, что в соответствии с отчетом конкурсного управляющего от 09.07.2020 конкурсным управляющим в целях обеспечения своей деятельности были привлечены следующие лица:

- ФИО19 по договорам от 17.09.2018, от 17.09.2018 с общей стоимостью услуг в размере 107 000 по состоянию на 09.07.2020;

- ФИО8 по договору от 15.11.2018 с оплатой услуг в размере 95 000 рублей;

- ООО «Управляющая компания «Актив» по договорам от 01.09.2018, от 11.02.2019, от 10.04.2019, от 20.02.2019, от 25.04.2019, от 25.04.2019 с общей стоимостью услуг 287 429,84 рублей;

- ООО «Гроссмейстер» по договорам от 05.06.2018, от 12.08.2019 с общим размером оплаты 40 000 рублей; 

- ИП ФИО11 по договорам аренды от 29.10.2019, от 22.11.2019, от 02.12.2019 с общей суммой оплаты 15 000 рублей;

- Союз «Пермская ТПП» со стоимостью услуг 23 600 рублей;

- ПО «Ссудо-сберегательный союз» по договору аренды рабочего места от 16.09.2019 с размером оплаты по состоянию на 09.07.2020 в сумме 78 000 рублей.

Всего по состоянию на 09.07.2020 оплата услуг указанных выше привлеченных лиц составляет 646 029,84 рублей.

В соответствии со ст. 20.7 Закона о банкротстве привлечение лиц и оплата их услуг в рамках дела о банкротстве ограничена лимитами расходов на таких лиц, которые определяются исходя из баланса активов Должника на последнюю отчетную дату, предшествующую дате введения соответствующей процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

Как следует из материалов настоящего дела, процедура конкурсного производства в отношении Должника открыта 07.05.2018. Следовательно, последней отчетной датой является 31.12.2017.

Согласно документам бухгалтерской отчетности, баланс актива Должника по состоянию 31.12.2017 составлял 7 107 000 рублей.

В силу абз. 5 п. 3 ст. 20.7 Закона о банкротстве лимит расходов Должника составляет более ста восьмидесяти пяти тысяч рублей и трех процентов размера суммы превышения балансовой стоимости активов должника над тремя миллионами рублей.

Следовательно, предельный лимит расходов на оплату услуг привлеченных лиц равен 308 210 рублей.

Расчет: 7 107 000 - 3 000 000 = 4 107 000 (размер превышения над 3 000 000) 4 107 000 * 3/100 = 123 210 рублей (3% от суммы превышения) 185 000 + 123 210 = 308 210 рублей - предельный размер лимита расходов.

Таким образом, в настоящее время конкурсным управляющим ФИО2 допущено превышение лимита расходов на сумму                         337 819,84 рублей.

Заявитель не оспаривает обоснованность привлечения специалистов при расчете лимитов, кроме ИП ФИО11, ФИО8 в сумме, превышающей 75000 рублей, ФИО10, ПО «Ссудо-сберегательный союз», привлечение остальных специалистов презюмируется обоснованным.

В свою очередь конкурсный управляющий заявил требование об обоснованности привлечения данных специалистов и увеличении лимита расходов на них на 42 000 руб.

Заявление  конкурсного управляющего об увеличении лимитов на 42000 рублей было оставлено судом первой инстанции без удовлетворения,  ввиду того, что лимит на указанную сумму уже превышен, установление лимита на ретроспективную дату законом не предусмотрено, за увеличением лимита на оплату услуг привлеченного лица конкурсный управляющий должен обращаться в суд заблаговременно, до несения соответствующих расходов.

Выводы суда первой инстанции в данной части не оспариваются.

Ранее уже была установлена правомерность привлечения  специалистов ФИО10, ПО «Ссудо-сберегательный союз», ФИО8 в полном объеме и ИП ФИО11 в сумме 9 500 руб.

Кроме того, 11.02.2019 был заключен договор возмездного оказания юридических услуг с ООО «Управляющая компания «Актив», предметом которого являлось представление интересов Должника в арбитражном суде по оспариванию сделки. Стоимость услуг составила 70 000 рублей. 

В рамках исполнения указанного договора ООО «УК «Актив» оказало юридические услуги по оспариванию сделки по перечислению денежных средств в сумме 1 770 918,60 18 руб. по платежному поручению №410334 от 28.11.2016 в пользу ООО «Пермская сетевая компания». 

Определением от 29.05.2019 удовлетворено заявление конкурсного управляющего ООО «Пермский коммунальный союз» ФИО2 Признаны недействительными действия ООО «ПКС» по перечислению денежных средств в сумме 1 770 918,60 руб. по платежному поручению №410334 от 28.11.2016 в пользу ООО «Пермская сетевая компания», применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «ПСК» в пользу ООО «ПКС» 1 770 918,60 руб. Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.08.2019 указанное определение оставлено без изменения. Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 11.12.2019 указанные судебные акты были отменены, в удовлетворении заявления отказано. 

10.04.2019 был заключен договор возмездного оказания юридических услуг с ООО «Управляющая компания «Актив», предметом которого являлось представление интересов Должника в арбитражном суде по оспариванию сделки. Предметом данного договора являлись юридические услуги по оспариванию сделки по перечислению денежных средств в сумме 15 257 409,57 руб. по платежному поручению №410334 от 02.11.2016 в пользу ООО «Пермская сетевая компания». Стоимость услуг составила 90 000 рублей.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 03.09.2019 заявление удовлетворено, признаны недействительными действия ООО «ПКС» по перечислению денежных средств в сумме 15 257 409,57 рублей по платежному поручению №410334 от 02.11.2016 в пользу ООО «Пермская сетевая компания». Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Пермская сетевая компания» в пользу ООО «Пермский коммунальный союз» 15257409,57 рублей, а также восстановления задолженности ООО «Пермский коммунальный союз» перед ООО «Пермская сетевая компания» в сумме 15 257 409,57 рублей по решению Арбитражного суда Пермского края от 21.10.2016 по делу №А50-1133/2016. Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2019 определение Арбитражного суда Пермского края от 03.09.2019 отменено. В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «ПКС» о признании недействительной сделкой перечисления денежных средств в пользу ООО «Пермская сетевая компания» в размере 15 257 409,57 руб. отказано. 

01.09.2018 ООО «ПКС» и ООО «УК «Актив» заключен договор об оказании юридических услуг по взысканию с АО «ЭНЕРГОСБЫТ ПЛЮС» денежных средств за утрату имущества, переданного на хранение. Решением Арбитражного суда Пермского края от 18.04.2019 исковые требования ООО «ПКС» удовлетворены в полном объеме. С АО «ЭНЕРГОСБЫТ ПЛЮС» взысканы в пользу ООО «ПКС» убытки в размере 374 298 руб. 44 коп.

23.08.2019 в сроки, установленные п.2 ст.112 АПК РФ представитель ООО «ПКС» обратился в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о взыскании с АО «ЭНЕРГОСБЫТ ПЛЮС» судебных расходов в размере 67 429, 84 руб. 

Определением суда от 25.10.2019 заявление удовлетворено частично. С АО «ЭНЕРГОСБЫТ ПЛЮС» в пользу ООО «ПКС» взыскано 30 000 руб.

Как указывает конкурсный управляющий, за один год работы экономический эффект от действий ООО «УК «Актив» по делу №А50-28709/2018 составил 374 298,44 - 67 429, 84 + 30 000,00 = 336 868, 60 руб.

Таким образом, понесенные конкурсным управляющим расходы были направлены на пополнение конкурсной массы, являлись обоснованными и разумными, конкурсный управляющий полагал, что все сделки будут признаны недействительными и в качестве последствий их недействительности произойдет пополнение конкурсной массы. 

Судом первой инстанции установлено, что общий размер судебных расходов на ООО «Управляющая компания «Актив» составил 197429,84 рубля, возвращено в конкурсную массу 2107787,20 рублей, расходы составили 9,36%, что не превышает средний размер оплаты услуг юриста.

При таких обстоятельствах, выводы суда о том, что привлечение ООО «Управляющая компания «Актив» в процедуре банкротства являлось необходимым и обоснованным, являются правомерными.

В отношении иных привлеченных лиц претензий о необоснованности их привлечения не заявлено.

Согласно абз. 10 п. 3 ст. 20.7 Закона о банкротстве размер оплаты услуг лиц, может быть превышен арбитражным управляющим в случае, если размер данного превышения покрывается размером страховой суммы сверх установленного п. 2 ст. 24.1 Федерального закона минимального размера страховой суммы по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего. 

Деятельность ФИО2 дополнительно застрахована договором дополнительного страхования в АО «Объединенная страховая компания» (АО «АСК») от 13.06.2019, в соответствии с которым (п.2.4) договор страхования устанавливает страховую сумму в размере 20 000 000 рублей. (Том 5 л.д. 89- 90). Соответственно, указанным договором страхования лимит ответственности страховщика (ФИО2) предусмотрен в размере 20 000 000 рублей, что значительно покрывает незначительное превышение допустимого лимита расходов на привлеченных специалистов. В связи с наличием договора дополнительного страхования, размер расходов на привлеченных лиц, которые мог произвести конкурсный управляющий по настоящему делу, увеличился на сумму страховой суммы. 

Суд апелляционной инстанции отмечает, что само по себе превышение лимита расходов на проведение процедуры банкротства не может являться основанием для признания таких расходов необоснованными и взыскания их как убытков. При рассмотрении вопроса о действиях конкурсного управляющего, выраженных в превышении лимита на оплату услуг привлечённых специалистов необходимо исследовать характер оказываемых услуг привлеченными лицами, дать оценку решениям собраний кредиторов должника о привлечении данных лиц, установить, соответствует ли оплата целям конкурсного производства. Превышение лимита расходов в отсутствие доказательств необоснованности и неразумности данных расходов, не свидетельствует о причинении вреда должнику и его кредиторам.

 Заявителем жалобы, в нарушение указанной нормы, а также ст. 65 АПК РФ доказательств необоснованности привлечения вышеуказанных лиц для обеспечения исполнения возложенных на арбитражного управляющего обязанностей, не представлено.

Учитывая изложенное, тот факт, что привлечение лиц являлось обоснованным и необходимым в процедуре банкротства должника, суд первой инстанции правомерно признал, что превышение лимита в данном случае являлось оправданным и не причинило ущерб должнику, в связи с чем оснований для удовлетворения жалобы по данному доводу у суда первой инстанции также не имелось. 

Доводы в части необоснованного наращивания текущих расходов были сняты заявителем, претензий не предъявлено, при этом конкурсным управляющим представлены суду первичные документы в обоснование расходов.

Кроме того, заявитель считает действия конкурсного управляющего по заключению мирового соглашения с ФИО7 неправомерными, ссылаясь на следующие обстоятельства. 

21.11.2018      (более чем через 1 год с даты возникновения заявляемых обстоятельств) ФИО7 обратилась в Свердловский районный суд г.Перми с исковыми требованиями о взыскании невыплаченной заработной платы, других выплат в сумме 1 570 311,21 рублей, морального вреда в размере 50000 рублей. Требования были обоснованы тем, что ФИО7 была трудоустроена в обществе Должника 09.06.2010 в должности экономиста. В период с 26.04.2014 по 16.07.2017 ФИО7 находилась в декретном отпуске по уходу за детьми, из которого вышла 17.07.2017.

Однако, согласно позиции ФИО7, с даты выхода (17.07.2017) по 06.07.2018 (т.е. в течение 1 года) Должником рабочее место предоставлено не было, в связи с чем образовался вынужденный простой. При этом с в отношении Должника было возбуждено настоящее дело о банкротстве (о чем ФИО7, будучи заместителем генерального директора, в силу своей компетенции, служебных обязанностей и полномочий не могла не знать).

В рамках дела первоначально конкурсный управляющий возражала против удовлетворения указанных требований, отмечая фактическое отсутствие какой-либо задолженности, отсутствие деятельности Должника, что следует из судебных актов.

Однако, в последующем, по неизвестным причинам, конкурсный управляющий от первоначальной правовой позиции отказалась, поменяв ее на диаметрально противоположную. Так, конкурсным управляющим предложено заключить мировое соглашение с установлением размера задолженности в сумме 1 250 000 рублей.

В результате таких действий конкурсного управляющего 29.05.2019 было заключено мировое соглашение, на основании которого за счет конкурсной массы Должника в текущем порядке должны были быть перечислены денежные средства в значительном размере - 1 250 000 рублей.

ФИО7 не была намерена получать указанные денежные средства от Должника, поскольку сразу же после утверждения мирового соглашения (через неделю, не дожидаясь вступления судебного акта в законную силу) уступила установленную мировым соглашением задолженность третьему лицу - ФИО9, по договору уступки от 05.06.2019.

В свою очередь, ФИО9 зарегистрирована по адресу, совпадающему с адресом представителя кредитора по настоящему делу о банкротстве ФИО14 - ФИО20 (что порождает объективные сомнения в законности, действительности и добросовестности в целом инициирования указанного судебного спора, а также последующего заключения мирового соглашения).

Фактическое исполнение мирового соглашения на сумму 1 250 000 рублей произведено конкурсным управляющим в адрес ФИО9 в полном объеме в следующие даты - 24.06.2019, 26.06.2019, 04.07.2019, 01.08.2019, 13.08.2019.

В последующем, определением Седьмого кассационного суда от 03.03.2020 указанный выше судебный акт об утверждении мирового соглашения отменен, спор направлен на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении Свердловским районным судом г. Перми были удовлетворены требования в меньшем размере.

Однако, конкурсный управляющий, понимая, что неполное удовлетворение требований ФИО7 порождает риск возникновения у конкурсного управляющего убытков в связи с фактической оплатой за счет Должника денежных средств в большем размере, в судебном заседании Пермского краевого суда по инициативе конкурсного управляющего было представлено мировое соглашение на сумму 1 250 000 рублей. При этом конкурсный управляющий дополнительно отметила суду апелляционной инстанции, что указанная сумма уже фактически выплачена за счет Должника и спор между сторонами отсутствует.

Из жалобы следует, что незаконность действий арбитражного управляющего усматривается в заключении мирового соглашения, в фактическом сговоре с представителем кредитора ФИО14 - ФИО6, чья супруга выкупила задолженность ФИО7 за сумму в два раза дешевле, получив из конкурсной массы денежные средства в сумме 1250000 рублей.

Вместе с тем, судом первой инстанции установлено, что изначально исковые требования ФИО7  составляли 1 570 311,21 руб. включая оплату вынужденного простоя, выплаты в связи с увольнением, компенсацию за неиспользованный отпуск, компенсацию морального вреда.

Конкурсный управляющий отмечает, что в рамках дела №2-4001/20 истец настаивал  на суммах основного долга, указывал на возможность договориться только по суммам компенсаций, выплаты в связи с увольнением истец отказывалась обсуждать, однажды от истца прозвучала сумма в размере 450 000 руб. как расчет средней заработной платы по г.Перми, но в дальнейшем она эту сумму не озвучивала.

Конкурсный управляющий указывает, что мировое соглашение, которое было утверждено 29.05.2019 г. является следствием неизменной позиции истца, который был готов обсуждать снижение суммы, но в рамках сумм компенсации. Суммы невыплаченной заработной платы и  выплат в связи с увольнением он снижать отказывался. Изначально истец хотел выплаты денежных средств в день подписания мирового соглашения наличными денежными средствами. При этом для представления интересов в Свердловском районном суде г. Перми КУ был заключен договор возмездного оказания услуг, который, в связи, с заключением мирового соглашения был расторгнут, денежные средства уплаченные ООО «УК «Актив», были возвращены последним должнику.

Конкурсный управляющий также ссылается на то, что уведомление об уступке поступило должнику 10.06.2019. После кассационной жалобы ОАО «КРЦ-Прикамье», определение было отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Свердловский районный суд г. Перми. Как следует из материалов дела, расчета, представленного истцом, истец настаивал на сумме исковых требований, заявленных первоначально. Решением Свердловского районного суда г. Перми от 20.08.2019 г. исковые требования удовлетворены частично, взыскано 728 370, 80 рублей задолженности по заработной плате, 94916,36 компенсации за неиспользованный отпуск, 297 969,87 рублей в качестве выходного пособия, компенсация морального вреда в размере 5 000 рублей всего 1 126 257,03. При этом суд первой инстанции взял за период простоя срок с 21.11.2017 г. по 26.10.2018 г. Суд первой инстанции, согласившись с наличием факта простоя по вине работодателя почему-то уменьшил период расчет взыскания заработной платы и иных компенсаций на 4 месяца и 4 дня, с 17.07.2017 г. на 21.11.2017 г., тем самым допустил ошибку при расчете суммы, подлежащей взысканию. При этом, отмечает, что 3-е лицо заблуждалось насчет материальных и процессуальных отношениях между сторонами. Так, например, 3- лицо, считало, что сумма задолженности, предъявляемая истцом, уже была выплачена по договору уступки прав, поэтому, по мнению 3-го лица, ФИО7 требует сумму задолженности повторно. Однако это не так, подав кассационную жалобу и отменив, определение суда первой инстанции ОАО «КРЦ-Прикамье» создало ситуацию правовой неопределенности. Права требования, уступленные по договору цессии от 05.06.2019 г., были основаны на мировом соглашении, которое было утверждено определением суда. Отменив определение суда, ОАО «КРЦ-Прикамье» отменило и действие мирового соглашения, и как следствие, договор уступки прав требования. При этом требования истца возникли из трудовых правоотношений, и, учитывая, отсутствие итогового судебного акта, подлежали  рассмотрению по существу. Таким образом, данная позиция была основана на неверном толковании норм гражданского и трудового законодательства. При этом Судебной коллегией по гражданским делам Пермского краевого суда было установлено, что в пользу истца подлежит взысканию 1 319 903,60 руб., мировым соглашением определено к взысканию  1 250 000 рублей, что не нарушает прав и законных интересов других лиц, в том числе ОАО «КРЦ-Прикамье». 

При таких обстоятельствах, доводы кредиторов о том, что ФИО7  хотела заключить мировое соглашение на сумму 450 тыс. руб. своего подтверждения не нашли. Доводы конкурсного управляющего не опровергнуты.

Ссылка кредиторов на наличие злоупотребления правами в действиях конкурсного управляющего также не нашла своего подтверждения.

Утверждение о сговоре управляющего с ФИО6 является предположением заявителя, никаких доказательств того, что ФИО2 получила от ФИО6 какое-либо вознаграждение за заключение мирового соглашения, суду не представлено (ст.65 АПК РФ).

Как верно отмечено судом первой инстанции, третье лицо ФИО9, воспользовалась своим правом на возможность получить прибыль от заключенной сделки, обладая соответствующей информацией по делу. В данном случае именно ФИО7 согласилась на получение денежных средств в меньшем размере, подписав договор уступки прав, а не конкурсный управляющий, участие конкурсного управляющего в данном случае в сделке по уступке суду не доказано (ст.65 АПК РФ). При этом для конкурсной массы эффект от заключенного мирового соглашения очевиден, сумма выплат по мировому соглашению меньше, чем взыскано по судебному акту и заявлено в исковом заявлении.

Таким образом, заявителем не доказано причинение действиями конкурсного управляющего убытков должнику, в связи с чем в удовлетворении требований заявителя в данной части отказано правомерно.

Судом первой инстанции установлено нарушение конкурсным управляющим п. 16 ст. 110 Закона о банкротстве, выразившиеся в возврате ФИО12 задатка в размере 29 100 руб. при отказе победителя торгов от заключения договора купли-продажи, в связи, с чем жалоба заявителя в данной части была удовлетворена. Поскольку задаток был возвращен в конкурсную массу должника, убытки с конкурсного управляющего не взысканы.

Апелляционные жалобы доводов в указанной части не содержат. 

Таким образом, выводы суда первой инстанции соответствуют обстоятельствам настоящего обособленного спора и представленным сторонами доказательствам, нарушений норм процессуального и (или) материального права судом не допущено. 

С учетом изложенных обстоятельств, предусмотренных статьей 270 АПК РФ оснований, способных повлечь отмену определения арбитражного суда не усматривается. В удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать. 

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края  от 18 октября 2021 года по делу № А50-27084/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

 

Т.С. Герасименко 

 

Судьи

 

В.И. Мартемьянов 

 

 

О.Н. Чепурченко