АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9634/18 

Екатеринбург

18 января 2022 г.

Дело № А50-509/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 11 января 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 18 января 2022 г. 

          Арбитражный суд Уральского округа в составе:

    председательствующего Савицкой К.А., 

          судей Оденцовой Ю.А., Артемьевой Н.А., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Лопаевой Е.А., рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания), кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «СТД-Энергия» (далее – общество «СТД-Энергия»), акционерного общества «Уральский турбинный завод» (далее – общество «Уральский турбинный завод»), конкурсного управляющего акционерным обществом «Искра - Энергетика» (далее – общество «Искра – Энергетика», должник) ФИО1, общества с ограниченной ответственностью Группа компаний «Промтех» (далее – общество ГК «Промтех»), общества с ограниченной ответственностью «Газпромнефть-Хантос» (далее – общество «Газпромнефть-Хантос») на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2021 по делу № А50509/2018 Арбитражного суда Пермского края.

  Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

         В судебном заседании в режиме веб-конференции (онлайн-заседание) приняли участие:

ФИО2 лично (паспорт);

  представитель общества ГК «Промтех» – ФИО3 (доверенность от 28.12.2021);

  представитель общества «Газпромнефть-Хантос» – ФИО4 (доверенность от 01.09.2021 № Д-51).

         В судебном заседании суда округа приняли участие:

         конкурсный управляющий ФИО1 (паспорт, определение Арбитражного суда Пермского края от 13.08.2021);

         представители общества «Газпромнефть-Хантос» - ФИО5 (доверенность от 26.05.2021 № Д-124), ФИО6 (доверенность от 24.12.2021 № Д-264);

         представитель общества «Уральский турбинный завод» - ФИО7, адвокат (доверенность от 26.11.2021 № 79-18/27);

представитель публичного акционерного общества «Научно-Производственное объединение «Искра» (далее – общество НПО «Искра») – ФИО8 (доверенность от 20.12.2021 № 12).

  Определением Арбитражного суда Пермского края от 17.01.2018 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Электрические машины» о признании общества «Искра-Энергетика» несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу о банкротстве. 

  Определением арбитражного суда от 15.06.2018 в отношении должника введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО9. 

  Решением арбитражного суда от 21.11.2018 общество «Искра-Энергетика» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО9 

  На рассмотрение арбитражного суда 19.11.2019 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО9 о признании недействительными сделок по перечислению денежных средств в пользу общества НПО «Искра» в общей сумме 537 929 681 руб. 24 коп. и применении последствий их недействительности в виде взыскания с общества НПО «Искра» в конкурсную массу должника денежных средств в указанной сумме. 

  В дальнейшем конкурсный управляющий заявил об уточнении заявленных требований, отказавшись от требования о признании недействительными платежей на сумму 410 298 руб. 98 коп., совершенных по платежному поручению от 21.09.2011 № 3001, просил признать недействительными платежи в сумме 338 877 140 руб. 91 коп. 

  Определением арбитражного суда от 26.08.2020, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2020, заявление конкурсного управляющего удовлетворено, признаны недействительными перечисления, совершенные обществом «Искра-Энергетика» в пользу общества НПО «Искра» в общем размере 336 771 943 руб. 03 коп., применены последствия недействительности сделки. 

  Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 21.01.2021 определение суда первой инстанции от 26.08.2020 и постановление апелляционного суда от 23.10.2020 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пермского края. 

  Определением Арбитражного суда Пермского края от 19.07.2021 признаны недействительными перечисления, совершенные должником в пользу общества НПО «Искра», в сумме: 

– 648 930 руб. 97 коп. по договору от 01.01.2011 № 680-14/11 (по платежным поручениям от 11.01.2017 № 22, от 06.02.2017 № 229, от 20.03.2017 № 597, от 27.03.2017 № 639, от 20.04.2017 № 798, от 15.06.2017 № 1198, от 05.07.2017 № 1335, от 11.07.2017 № 1471, от 11.07.2017 № 1472); 

– 705 155 руб. 31 коп. по договору от 11.01.2011 № 680-1/11 (по платежным поручениям от 11.01.2017 № 21, от 06.02.2017 № 228, от 20.03.2017 № 598, от 27.03.2017 № 640, от 20.04.2017 № 797, от 30.06.2017 № 1297, от 05.07.2017 № 1334); 

– 123 476 660 руб. 14 коп. по договору от 25.09.2014 № 903-73/14 (по платежным поручениям от 07.03.2017 № 485, от 30.03.2017 № 625); 

–184 596 697 руб. 03 коп. по договору от 10.12.2013 № 903-20/13 (по платежным поручениям от 06.02.2017 № 230, от 21.04.2017 № 830, от 28.04.2017 № 849); 

  - 27 324 845 руб. 98 коп. по лицензионному договору от 26.05.2015            № РД0173850 (по платежным поручениям от 28.06.2017 № 1280, от 11.07.2017 №1462); 

–акт зачета от 07.02.2017 № 2 в сумме 19 653 руб. 60 коп. по договору от 01.01.2011 № 680-14/11, всего на сумму 336 771 943 руб. 03 коп. 

  В порядке применения последствий недействительности сделок с общества НПО «Искра» в пользу должника взыскано 336 752 289 руб. 43 коп., восстановлена задолженность общества «Искра-Энергетика» перед обществом НПО «Искра» на сумму 648 930 руб. 97 коп. по договору от 01.01.2011 № 680-14/11, на сумму 705 155 руб. 31 коп. по договору от 11.01.2011 № 680-1/11; на сумму 123 476 660 руб. 14 коп. по договору от 25.09.2014 № 903-73/14, на сумму 184 596 697 руб. 03 коп. по договору от 10.12.2013 № 903-20/13,  на сумму 27 324 845 руб. 98 коп. по лицензионному договору от 26.05.2015 № РД 0173850 и взаимная задолженность общества «Искра-Энергетика» и общества НПО «Искра» по акту зачета от 07.02.2017 № 2 в сумме 19 653 руб. 60 коп. по договору от 01.01.2011 № 680-14/11. Требования общества НПО «Искра» в сумме 19 653 руб. 60 коп. (зачет от 07.02.2017 № 2 по договору от 01.01.2011 № 680-14/11) признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в третью очередь реестра требований кредиторов должника. Выделено в отдельное производство и приостановлено рассмотрение требования общества НПО «Искра» в сумме 336 752 289 руб. 43 коп. до вступления в законную силу судебного акта по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительными сделок на сумму 336 752 289 руб. 43 коп.

  Определением арбитражного суда от 13.08.2021 ФИО9 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего должником, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

 Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2021 определение суда первой инстанции от 19.07.2021 отменено в части удовлетворенных требований, в удовлетворении данной части требований отказано.

 Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции от 13.10.2021, общества «СТД-Энергия», «Уральский турбинный завод», ГК «Промтех», «Газпромнефть-Хантос» и конкурсный управляющий ФИО1 обратились в Арбитражный суд Уральского округа с кассационными жалобами, в которых просят указанный судебный акт отменить, определение суда первой инстанции от 19.07.2021 оставить в силе. 

         В кассационных жалобах общества «СТД-Энергия», «Уральский турбинный завод» указывают на то, что вывод апелляционного суда об отсутствии у должника признаков банкротства в спорный период опровергается вступившими в законную силу судебными актами по делу № А50-509/2018, а также документами за 2015–2018 годы, которые были представлены совету директоров и собранию акционеров общества «Искра-Энергетика». Заявители жалоб считают, что спорные перечисления должны анализироваться (могут анализироваться) в качестве одной взаимосвязанной сделки (совокупности сделок), поскольку общей целью совершения перечислений являлось причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами и затруднение оспаривания сделки, в отношении которой имеются основания для оспаривания, предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также создание видимости законности отчуждения денежных средств (на перечисление денежных средств по мировым соглашениям) и, как следствие, затруднение применения последствий недействительности такой сделки. Общества «СТД-Энергия», «Уральский турбинный завод» отмечают, что все перечисления были совершены в течение непродолжительного периода времени (с 01.01.2017 по 30.07.2017); перечисления осуществлялись в отсутствие убедительного экономического обоснования; при наличии признаков аффилированности участников сделок, в результате совершения которых происходила консолидация всего или существенной части отчужденного по сделкам имущества/перечисленных денежных средств в собственности одного лица. По мнению заявителей жалоб, суд апелляционной инстанции, исходя из разъяснений, изложенных в пунктах 5–7, 9, 9.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», отменяя определение суда, должен был дать правовую квалификацию оспариваемой сделки, поскольку, если исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств суд придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец, то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитраджног процессуального кодекса РФ суд должен самостоятельно определить действительный характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.  

         В кассационной жалобе общество ГК «Промтех» обращает внимание на то что, оценивая добросовестность должника и ответчика при совершении оспариваемых платежей, суд апелляционной инстанции не учел положения статьи 99 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 35, 55 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статьи 9 Закона о банкротстве, обязывающих должника и контролирующих его лиц при возникновении неплатежеспособности должника инициировать его банкротство; вывод апелляционного суда об отсутствии признаков злоупотребления в действиях сторон при совершении оспариваемых платежей не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Заявитель жалобы отмечает, что факт совершения должником отдельных платежей иным кредиторам (помимо ответчика – акционера) не имеет правового значения для дела и не является основанием для отказа в иске – указанные кредиторы не являлись аффилированными по отношению к должнику, в отличии от общества НПО «Искра»,  и не были осведомлены об объективном банкротстве должника; ответчик не доказал, что на момент совершения оспариваемых платежей у должника отсутствовала задолженность перед внешними кредиторами либо того, что должник осуществлял погашение задолженности перед внешними и внутренними кредиторами в равных долях. Общество ГК «Промтех» полагает, что если бы ответчик не принял оспариваемые платежи и они были бы направлены на погашение долгов перед внешними кредиторами должника, то спорной суммы хватило бы для полного погашения задолженности перед внешними кредиторами, при этом платежеспособность должника была бы восстановлена. Заявитель жалобы указывает на то, что оспариваемые платежи могут быть признаны недействительными применительно к положениям пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве; апелляционным судом не учтены разъяснения, изложенные в пункте 30 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018. 

Общество «Газпромнефть-Хантос» в кассационной жалобе указывает на то, что в период с 2014 по 2017 годы должник обладал признаками неплатежеспособности; в разумный срок с момента возникновения признаков банкротства в 2014 году должник в установленном законом порядке, не обратился в арбитражный суд с заявлением о признании себя банкротом; у контролирующих должника лиц отсутствовал экономически обоснованный план по выходу из финансового кризиса, позволяющий не обращаться в суд с соответствующим заявлением о признании должника банкротом; в период с 11.01.2017 по 11.07.2017, когда у должника имелись признаки банкротства, последний перечислил обществу НПО «Искра» денежные средства на сумму более 300 000 000 руб. с оказанием предпочтения по отношению к другим кредиторам.

  В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО1 ссылается на то, что на момент совершения спорных платежей общество «Искра-Энергетика» и общество НПО «Искра» являлись заинтересованными по отношению друг к другу лицами, поскольку ответчик является акционером должника с долей участия 45,05 %; наличие у должника признаков неплатежеспособности в период 2014– 2017 годы установлено судами в рамках иных обособленных споров, рассмотренных в деле о банкротстве общества «Искра-Энергетика», в частности при оспаривании конкурсным управляющим выплаты дивидендов в пользу акционеров, в том числе в пользу общества НПО «Искра». При этом ввиду заинтересованности ответчика по отношению к должнику осведомленность общества НПО «Искра» о наличии у должника признаков неплатежеспособности в период совершения оспариваемых сделок презюмируется. 

   По мнению заявителя жалобы, материалами настоящего обособленного спора подтверждается, что должником и его акционером – обществом НПО «Искра» осуществлялись согласованные действия, направленные на обеспечение погашения просроченной задолженности перед последним (как контрагентом), а также на пополнение его оборотных средств и преимущественное (по отношению к иным независимым кредиторам) погашение задолженности; длительное неисполнение обществом «Искра–Энергетика» обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве имело своей целью избежать оспаривания совершенных должником сделок как сделок с предпочтением, поскольку в условиях аффилированности между должником и его мажоритарным акционером применяется опровержимая презумпция осведомленности заинтересованного лица о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества, тем самым упрощая (для истца) процедуру доказывания оснований недействительности сделки. При этом должником в спорный период перед акционером погашено более 98 % задолженности, которая имела длительные просрочки на момент ее закрытия, у должника имелись иные независимые кредиторы, включенные в реестр требования кредиторов на настоящий момент по тем же обязательствам, что существовали на момент совершения спорных платежей, что свидетельствует о том, что заинтересованное лицо получило преимущественное удовлетворение своих требований, поскольку если бы должник не прекращал обязательства перед заинтересованным лицом, то требование последнего подлежало бы удовлетворению в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве, то есть заинтересованное лицо могло бы предъявить требования в рамках дела о банкротстве и стать конкурсным кредитором должника, при этом требование подлежало бы удовлетворению в порядке установленной очередности и в равной пропорции с требованиями остальных кредиторов той же очереди (а в рассматриваемом случае требования заинтересованного лица как минимум подлежали бы субординации). 

         Конкурсный управляющий отмечает, что общество «Искра-Энергетика» гасило вышеуказанную задолженность перед аффилированным кредитором (обществом НПО «Искра») добровольно, а не в рамках исполнения мирового соглашения, поскольку  по состоянию па дату платежей (21.04.2017), мировое соглашение по делу № А50-29868/2016 между сторонами отсутствовало, решение суда о взыскании задолженности не являлось вступившим в законную силу (не истек срок обжалования), платежи были совершены до наступления сроков оплаты, в последствии предусмотренные мировым соглашением. 

Заявитель жалобы полагает, что в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора установлены факты перечисления должником в условиях неплатежеспособности денежных средств аффилированному лицу, в результате чего был причинен ущерб кредиторам, лишившимся возможности удовлетворения своих требований, что, в свою очередь, является обстоятельством, достаточным для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда, и свидетельствует о наличии состава подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; помимо этого, вывод суда апелляционной инстанции о том, что квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки, не соответствует правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), поскольку возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом. Какие-либо иные правовые основания для оспаривания действий по изъятию капиталозамещающего финансирования, в том числе указанные в Законе о банкротстве, в данном случае применению не подлежат.

         В отзывах на кассационные жалобы ФИО2 и общество НПО «Искра» просят постановление суда апелляционной инстанции от 13.10.2021 оставить без изменения, в удовлетворении кассационных жалоб отказать, отмечая, что  обстоятельства дела установлены апелляционным судом полно и всесторонне, спор разрешен при полном исследовании имеющихся в материалах дела доказательств и с правильным применением норм материального и процессуального права.

Общество «Газпромнефть-Хантос» и конкурсный управляющий ФИО1 представили возражения на вышеуказанные отзывы, в которых выражают несогласие с доводами третьего лица и кредитора.

  Законность обжалуемого судебного акта проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

  Как установлено судами и следует из материалов дела, решением арбитражного суда от 21.11.2018 общество «Искра–Энергетика» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО9 

  В ходе исполнения обязанностей конкурсным управляющим выявлен факт перечисления обществом «Искра–Энергетика» на расчетный счет общества НПО «Искра» денежных средств в общей сумме 338 466 841 руб. 93 коп. 

  В подтверждение перечисления данных денежных средств на расчетный счет общества НПО «Искра» в материалы дела представлены соответствующие платежные поручения.

  Полагая, что указанные сделки являются недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку совершены с предпочтением в пользу аффилированного по отношению к должнику лица в период его неплатежеспособности с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, конкурсный управляющий обратился в суд с соответствующим заявлением.

         Проанализировав финансовые показатели деятельности должника и их изменение в период, предшествующий и после совершения спорных сделок, в том числе на момент осведомленности общества НПО «Искра» о деятельности подконтрольного ему общества, оценив действия (бездействия) акционера в отношении общества «Искра–Энергетика» в период и после истребования задолженности и их влияние на должника, исходя из того, что процент удовлетворения требования аффилированного кредитора составил 99,5 % от всей имеющейся перед ним задолженности, при этом будучи лицом, контролировавшим деятельность должника общество НПО «Искра»,  не предпринимало меры, направленные на стабилизацию деятельности должника, заявив отказ от выдачи поручительства, совершая действия по изъятию денежных средств должника на условиях займа и выплату дивидендов, что привело к невозможности исполнения прибыльных контрактов, заключенных с должником, которые в итоге были переведены на общество НПО «Искра», невозможности исполнения обязательств по мировому соглашению с обществом «Газпромнефть-Хантос», а также перед другими кредиторами, а в итоге к банкротству должника, суд первой инстанции пришел к выводу, что оспариваемые сделки выходят за пределы дефектов подозрительных сделок в соответствии со статьей 61.2 Закона о банкротстве, совершены при явном злоупотреблении правом, в связи с чем признал платежи в пользу общества НПО «Искра» в общей сумме 336 771 943 руб. 03 коп. недействительными (ничтожными) на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При этом суд первой инстанции не усмотрел оснований для применения к спорным платежам положений статьи 61.4 Закона о банкротстве, за исключением авансового платежа в сумме 1 694 898 руб. 90 коп.  

  Суд апелляционной инстанции, пересмотрев дело, отменил определение суда первой инстанции в части удовлетворенных требований, в удовлетворении данной части требований отказал, при этом исходил из следующего.

  В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

  Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума от 23.12.2010 № 63), в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ) под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во  исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти. В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданскоправовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т. п.).

 Судом апелляционной инстанции установлено, что оспариваемые платежи совершены в период с сентября 2016 года по 11.07.2017, заявление о признании должника банкротом принято судом к производству 17.01.2018, в связи с чем они не могут быть оспорены по основаниям, предусмотренным статьей 61.3 Закона о банкротстве, так как не попадают под квалификацию подозрительных сделок должника по предпочтительному удовлетворению требования отдельного кредитора.

  Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9.1 постановления Пленума от 23.12.2010 № 63, если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за три года, но не позднее чем за шесть месяцев до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при доказанности всех предусмотренных им обстоятельств (с учетом пунктов 5 –7 постановления).

  В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

  Неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки и для определения наличия оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве подлежат сопоставлению цена оспариваемой сделки с ценами аналогичных сделок, совершавшихся должником или иными участниками оборота. 

  В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

  Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. 

  Судом апелляционной инстанции отмечено, что в рассматриваемом случае, исходя из сроков совершения оспариваемых сделок (более 6 месяцев до возбуждения дела о банкротстве) и даты принятия заявления о признании должника банкротом –17.01.2018, подлежат применению положения статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

  При разграничении пунктов 1 и 2 статьи 61.2 закона о банкротстве необходимо учитывать следующее: если подозрительная сделка совершена в течение одного года до принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 9 постановления Пленума от 23.12.2010 № 63). 

  Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо доказать, что оспариваемая сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) или после принятия указанного заявления, а также факт неравноценности встречного исполнения обязательств по спорной сделке. 

  Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как разъяснено в пунктах 5, 7 постановления Пленума от 23.12.2020 № 63, предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, и в силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. 

  В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

         Исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции установил, что обязательства должника перед обществом НПО «Искра», во исполнение которых произведены спорные перечисления денежных средств, являлись реальными, неравноценный характер встречного предоставления по оспариваемым сделкам не установлен и, соответственно, наличие оснований для их признания недействительными на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Кроме того, на момент совершения спорных платежей должник и кредитор являлись заинтересованными по отношению друг к другу лицами, поскольку последний является акционером общества «Искра-Энергетика» с долей участия 45,05 %, при этом наличие у должника признаков неплатежеспособности в период 2014 – 2017 г.г. было установлено судами в рамках иных обособленных споров, рассмотренных в деле о банкротстве общества «Искра-Энергетика», в частности при оспаривании конкурным управляющим выплаты дивидендов в пользу акционеров, в том числе в пользу общества НПО «Искра». Вввиду заинтересованности ответчика по отношению к должнику осведомленность общества НПО «Искра» о наличии у должника признаков неплатежеспособности в период совершения оспариваемых сделок презюмируется.

  Вместе с тем совершение сделки в пользу заинтересованного (аффилированного) лица, направленной на прекращение обязательств должника в ситуации неплатежеспособности последнего образуют самостоятельный состав недействительности сделки, предусмотренный статьей 61.3 Закона о банкротстве.

  Оказание предпочтения отдельному кредитору само по себе еще не свидетельствует о причинении конкурсной массе (иным кредиторам) вреда. В противном случае специальный состав недействительности, предусмотренный статьей 61.3 Закона о банкротстве, был бы лишен смысла, будучи полностью поглощенным положениями статьи 61.2 данного Закона, что очевидно не соответствует целям законодательного регулирования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2021 № 305ЭС19-17221(2)).

  В рассматриваемом случае, как верно отмечено судом апелляционной инстанции, вопреки позиции конкурсного управляющего, заинтересованность сторон, осуществление платежей в пользу общества НПО «Искра» со значительной просрочкой, наличие неисполненных обязательств перед другими кредиторами, истребование ответчиком оплат по спорным обязательствам в период устойчивой неплатежеспособности должника, в ожидании решения судебного спора с обществом «Газпромнефть-Хантос» в отношении задолженности, которая признавалась как приоритетная, влекущая невозможность для должника осуществления стабильной деятельности, погашение спорными перечислениями в пользу заинтересованного лица задолженности в сумме более 336 000 000 руб., что составляет 99,5 % суммы имеющейся задолженности, являются обстоятельствами, относящиеся к условиям применения статьи 61.3 Закона о банкротстве, на что обращено внимание в постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 21.01.2021 по настоящему обособленному спору.

         Применительно к рассматриваемому спору значимым является выяснение вопроса о причинении совершенной сделкой вреда имущественным правам кредиторов, то есть уменьшение стоимости или размера имущества должника, а также иные последствия, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам общества за счет его имущества.

  Учитывая то, что должник получил от общества НПО «Искра» равноценное встречное предоставление в счет оспариваемых платежей, что заявителями не оспаривается, апелляционный суд заключил, что в результате совершения сделок ни уменьшение имущества должника, ни увеличения размера имущественных требований к должнику не произошло.

  Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. 

  Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

  Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 названного Кодекса). 

  При этом к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию. 

  По смыслу приведенных норм права и разъяснений для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки, их сознательное, целенаправленное поведение на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в абзаце четвертом  пункта 4 постановления Пленума от 23.12.2020 № 63 разъяснил, что наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В данных разъяснениях идет речь о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

         Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ все представленные в материалы дела доказательства исходя из конкретных обстоятельств дела, суд апелляционной инстанции определил, что конкурсным управляющим не доказана совокупность обстоятельств, необходимых для признания спорных платежей недействительными, по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве, ни наличие умысла у сторон, соглашения на заведомо недобросовестное осуществление своих прав, сговора между ними на совершение сделки с единственной целью причинить вред кредиторам должника.

         Напротив, материалами дела подтверждается, что перечисления денежных средств производились во исполнение реально существующих обязательств должника перед кредитором, образовавшихся в процессе хозяйственной деятельности общества «Искра–Энергетика». Исходя из данных бухгалтерского баланса должника за 2016 год, каждый совершенный в пользу ответчика платеж в отдельности и все платежи в совокупности не превышали 20 % балансовой стоимости активов должника; практически все платежи производились в пользу кредитора в первой половине 2017 года, последние оспоренные конкурсным управляющим перечисления совершены 11.07.2017; согласно пояснениям конкурсного управляющего и представленным в материалы дела сведениям в спорный период исполнение производилось не только в пользу общества НПО «Искра», но и иным кредиторам должника. По состоянию на 01.01.2017 сумма кредиторской задолженности с различными сроками возникновения начиная с 2012 года составляла 1 765 998 246 руб. 80 коп. и была отражена в бухгалтерской отчетности должника за 2016 год, за период с 01.01.2017 по 30.07.2017 должник выплатил своим кредиторам суммарно 1 481 750 161 руб. 38 коп. Помимо этого, в указанный период должник продолжал осуществлять производственно-хозяйственную деятельность, не имел задолженности по заработной плате и платежам в бюджет, у должника имелись действующие контракты и формировался портфель новых заказов. Кроме того, как в период совершения спорных сделок, так и после их совершения должник заключил контракты на сумму порядка 9,5 млрд руб. Совокупность указанных обстоятельств, свидетельствует об отсутствии у сторон в период совершения сделок по исполнению реальных обязательств перед ответчиком намерения причинить вред имущественным правам иных кредиторов должника.

          При этом суд апелляционной инстанции посчитал недостаточно доказанным то обстоятельство, что именно в результате совершения спорных перечислений общество «Искра–Энергетика» стало отвечать признакам объективного банкротства, поскольку сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства). В частности, даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства и, соответственно, само по себе не порождает у руководителя предприятия обязанности по подаче заявления должника. Уменьшение чистых активов общества следует рассматривать как признак ухудшающегося финансового состояния общества, требующего принятия соответствующих мер. Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Судом апелляционной инстанции  установлено, что задолженность общества «Искра–Энергетика» с момента вынесения 02.09.2016 постановления Арбитражного суда Западно-Сибирского округа и до разрешения Верховным Судом Российской Федерации кассационной жалобы общества «Газпромнефть-Хантос», то есть в период осуществления расчетов с ответчиком, задолженность должника перед указанным кредитором являлась спорной. Кроме того, определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 14.07.2017 по делу № А75-11917/2014 приняты обеспечительные меры в виде наложения ареста на денежные средства должника в пределах суммы 337 574 999 руб. 06 коп., которые были сняты только в октябре 2017 года, что очевидно, не могло не сказаться на текущей деятельности общества «Искра-Энергетика».

  Причинами отклонения заявок должника банками, помимо необходимости предоставления поручительства обоих акционеров, включая поручительство акционеров как физически лиц, также являлись плохое финансовое состояние, наличие неурегулированных судебных разбирательств, включая судебное разбирательство с обществом «Газпромнефть - Хантос», мировое соглашение по которому было утверждено только 28.03.2018, а также отсутствие твердых залогов (земля, недвижимость, депозиты на сопоставимую сумму).

В то же время наличие признака неплатежеспособности является только одним из условий для признания сделки недействительной по пункту 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Необходимо также доказать, что оспариваемой сделкой стороны имели намерения причинить и причинили вред кредиторам должника.

  Кроме того, апелляционной суд не усмотрел, что в период совершения спорных перечислений с учетом финансового состояния должника и состава его активов имелись основания полагать заведомую невозможность должника производить расчеты с кредиторами, поскольку согласно бухгалтерскому балансу должника, отчету о финансовых результатах за 2016 года, размер оборотных и внеоборотных активов общества составлял 3 106 029 000 руб. при кредиторской задолженности 2 604 107 000 руб., которая по сравнению с показателями 2015 года уменьшилась более чем на 700 000 000 руб.; прибыль от продаж по итогам года составила более 830 000 000 руб., чистая прибыль  - 825 940 000 руб., в отличии от убытка 2015 года. 

  Само по себе совершение платежа в адрес аффилированного лица не является признаком злоупотребления правом и не свидетельствует о наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

    В рассматриваемом случае должник производил погашение задолженности, образовавшейся по встречному равноценному предоставлению со стороны ответчика, в том числе за предоставленные услуги, направленные на обеспечение текущей деятельности общества - водоотведения, водоснабжения, электроэнергии, поставку тепловой энергии, при этом не прекращая исполнение обязательств и перед иными кредиторами, сами платежи не повлекли ни уменьшения имущества должника, ни увеличения его обязательств, отсутствуют и доказательства, однозначно свидетельствующие о том, что именно спорные сделки явились причиной последующего банкротства общества.

Как обоснованно указал суд апелляционной  инстанции, доказательства, свидетельствующие о том, что при совершении спорной сделки стороны действовали исключительно с целью причинения вреда третьим лицам и с нарушением пределов осуществления гражданских прав, в материалах дела отсутствуют.

Сам по себе факт аффилированности должника и ответчика не является основанием для признания сделки совершенной при наличии признака злоупотребления правом.

  Обстоятельства, на которые ссылается управляющий в обоснование требований, и возникшие после совершения оспариваемых перечислений могут, свидетельствовать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника при банкротстве последнего, но не для выводов о злоупотреблении правом должником и обществом НПО «Искра» при осуществлении расчетов ввиду недоказанности умысла сторон на причинение вреда имущественным правам кредиторов и наличие такого вреда.

  Таким образом, поскольку из материалов дела не следует, что оспариваемые сделки были совершены без встречного предоставления либо с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и в их результате фактически был причинен вред имущественным правам кредиторов и стороны сделок знали о таких последствиях и желали их наступления, суд апелляционной инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего.

Поскольку злоупотребления правом судом апелляционной инстанции не установлено, доводы заявителей жалоб о необходимости применения апелляционным судом положений ст. 10 Гражданского кодека Российской Федерации судом округа отклоняются.

 Апелляционным судом правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы кассационных жалоб судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом апелляционной инстанции норм права, являлись предметом оценки апелляционного суда и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Доводы, изложенные  кассационных жалобах фактически в своей совокупности не образуют состав сделки недействительной по пункту 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, поскольку в результате оспариваемых платежей  вред кредиторам фактически причинен не был, что исключает признание сделки недействительной по указанным основаниям. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, апелляционным судом установлены, все доказательства исследованы и оценены по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Судом округа не установлено нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

  С учетом изложенного, постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2021 по делу № А50-509/2018 Арбитражного суда Пермского края следует оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями  286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2021 по делу № А50-509/2018 Арбитражного суда Пермского края оставить без изменения, кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «СТД-Энергия», акционерного общества «Уральский турбинный завод», конкурсного управляющего акционерным обществом «Искра - Энергетика» ФИО1, общества с ограниченной ответственностью Группа компаний «Промтех», общества с ограниченной ответственностью «Газпромнефть-Хантос» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий

К.А. Савицкая 

Судьи

Ю.А. Оденцова 

 

Н.А. Артемьева