АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 294-60-00

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. КазаньДело № А65-36630/2019

Дата принятия решения –  11 июня 2020 года.

Дата объявления резолютивной части –  04 июня 2020 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Хамидуллиной Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Акционерного общества «Татэнерго», г. Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), к Приволжскому управлению Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору, г. Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), о признании незаконным и отмене постановления о назначении административного наказания №43-07-2019-4186 от 03.12.2019,

с участием:

от заявителя – ФИО2, представитель по доверенности от 21.05.2019 №119/20-300;

от ответчика – ФИО3, представитель по доверенности от 13.12.2019 №74209/03;

от третьего лица (ФИО4) – не явился, извещен;

УСТАНОВИЛ:

Акционерное общество «Татэнерго», г. Казань (далее – заявитель), обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением к Приволжскому управлению Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору,             г. Казань (далее – ответчик, административный орган), о признании незаконным и отмене постановления о назначении административного наказания №43-07-2019-4186 от 03.12.2019.

В судебном заседании 20.02.2020 в порядке ст.51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, был привлечен ФИО4.

Третье лицо, надлежащим образом извещенное о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явилось.

Представители сторон не возражали против рассмотрения дела в отсутствие третьего лица.

На основании ст.156 АПК РФ суд определил провести судебное заседание в отсутствие третьего лица.

Представитель заявителя в судебном заседании поддержал заявленные требования в полном объеме по основаниям, изложенным в заявлении, озвучил пояснения по делу, представил для приобщения к материалам дела копии страниц журнала (фотоматериалы).

Представленные документы приобщены к материалам дела на основании ст.159 АПК РФ.

Представитель ответчика заявленные требования не признала по основаниям, изложенным в отзыве на заявление, озвучила пояснения по существу спора.

В судебном заседании 28.05.2020 в соответствии со статьей 163 АПК РФ был объявлен перерыв до 14 час. 00 мин. 04.06.2020. Сведения о месте и времени продолжения судебного заседания были размещены на официальном сайте Арбитражного суда Республики Татарстан в сети Интернет по адресу: www.tatarstan.arbitr.ru и на доске объявлений в здании суда.

После перерыва судебное заседание продолжено с участием сторон в отсутствие третьего лица в порядке, предусмотренном ст.156 АПК РФ.

Представитель заявителя поддержал заявленные требования в полном объеме, озвучил пояснения по делу.

Представитель ответчика заявленные требования не признала, озвучила пояснения по делу.

Как следует из материалов дела, Прокуратурой Приволжского района г. Казани с привлечением представителей Приволжского управления Ростехнадзора в период с 18.09.2019 по 19.09.2019 проведена проверка соблюдения законодательства о промышленной безопасности в филиале АО «Татэнерго» Казанская ТЭЦ-1. По результатам проверки комиссией Приволжского управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору установлено, что действиями (бездействием) юридического лица АО «Татэнерго» допущены нарушения требований промышленной безопасности при эксплуатации опасных производственных объектов, а именно:

l. He обеспечена полнота и достоверность сведений, представленных при регистрации АО «Татэнерго» Казанская ТЭЦ-1 (перерегистрации) опасных производственных объектов в государственном реестре опасных производственных объектов, а именно:

- в сведениях, характеризующих опасный производственный объект «Топливное хозяйство Казанской ТЭЦ-1» отсутствует информация об эксплуатируемом технологическом оборудовании;

- технологические трубопроводы масла, маслобаки, эксплуатируемые в турбинном цехе;

- дренажная емкость Е-12;

- при регистрации ОПО неверно указан адрес местонахождения здания Склада масел в таре и главного корпуса ПГУ, входящих в состав опасного производственного объекта «Топливное хозяйство Казанской ТЭЦ-1» АО «Татзнерго», а именно: 

<

...> (Пункт 5 статьи 2 Федерального закона от 21.07.1997 №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», пункты 6, 8 II раздела, пунктов 10, 11,14, 20, пункта 26 IV раздела «требований к регистрации в государственном реестре ОПО и ведению государственного реестра ОПО», утвержденных приказом Федеральной службы но экологическому, технологическому и атомному надзору от 25.11.2016 №495).

2. Не обеспечена безопасная эксплуатация технических устройств, применяемых на опасном производственном объекте «Топливное хозяйство Казанской ТЭЦ- 1 АО «Татэнерго», а именно:

- без продления сроков службы осуществляется эксплуатация технических устройств,

 отработавших нормативный срок службы: насос К2-6м (Пункт 2 статьи 7, пункт 1 статьи 9, пункт 1 статьи 13 Федерального закона от 21.07.1997 №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов»: пункт 6 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила проведения экспертиз промышленной безопасности», утвержденных приказом Ростехнадзора от 14.11.2013 №538).

3. Без разработки документации и положительного заключения экспертизы промышленной безопасности документации, учитывающей требования и предусматривающие мероприятия по обеспечению промышленной безопасности, предупреждению аварий и локализации их последствий с необходимыми обоснованиями и расчетами, выведены из схемы 2 стояка ж/д эстакады на опасном производственном объекте «Топливное хозяйство Казанской ТЭЦ-1» АО «Татэнерго» (Пункт 1 статьи 8, пункт 1 статьи 9, пункт 1 статьи 13 Федерального закона от 21.07.1997 №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов»).

4. Не предусмотрено автоматическое отключение насосов при достижении горючих газов и паров нефтепродуктов 50% объемных от НКГТРП в закрытой насосной опасного производственного объекта «Топливное хозяйство Казанской ТЭЦ 1» АО «Татэнерго» (Пункт 1 статьи 9 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», пункт 2.8.15 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила промышленной безопасности складов нефти и нефтепродуктов», утвержденных приказом Ростехнадзора от 07.11.2016 №461).

5. Частично отсутствуют опознавательные знаки, позволяющие определять место расположения и назначение всех подземных коммуникаций и кабельных трасс на опасном производственном объекте «Топливное хозяйство Казанской ТЭЦ 1» АО «Татэнерго» (Пункт 1 статьи 9 Федерального закона от 21.07.1997 №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», пункт 5.2 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила промышленной безопасности складов нефти и нефтепродуктов», утвержденных приказом Ростехнадзора от 07.11.2016 №461).

6. Не установлен контроль за техническим состоянием зданий и сооружений опасного производственного объекта: «Топливное хозяйство Казанской ТЭЦ-1» АО «Татэнерго», а именно:

- не обеспечен мониторинг состояния основания строительных конструкций и систем инженерно-технического обеспечения:

- нарушена целостность каре (обвалования) резервуарного парка;

- в помещении здания насосной и в пристроях к мазутным резервуарам на стенах следы замачивания атмосферными осадками;

- оголена (частично отсутствует защитный слой бетона) арматура опоры напорного трубопровода в приемную емкость мазута;

- частично отсутствует защитный слой бетона приемной емкости мазута (площадка возле насоса);

- на лестницах технического осмотра емкостей масла частично отсутствуют защитные дуги, лестницы не упираются в бетонное основание (Пункт 1 статьи 9 Федерального закона от 21.07.1997 №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов»; часть 1 статьи 36 Федерального закона от 30.12.2009 №384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений»).

7. В процессе эксплуатации резервуаров мазута, технологических трубопроводов опасного производственного объекта: «Топливное хозяйство Казанской ТЭЦ-1» АО «Татэнерго» не обеспечивается осмотр их технического состояния, техническое обслуживание в соответствии с техническими документами, разработанными и утвержденными эксплуатирующей организацией на основании требований проектной документации, нормативных правовых актов и нормативных документов в области промышленной безопасности (Пункт 1 статьи 9 Федерального закона от 21.07.1997 №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», пункт 2.5.38, 2.7.2 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила промышленной безопасности складов нефти и нефтепродуктов», утвержденных приказом Ростехнадзора от 07.11.2016 №461).

8. Не обеспечена безопасность ведения технологических процессов (маслохозяйство) опасного производственного объекта: «Топливное хозяйство Казанской ТЭЦ-1» АО «Татэнерго»:

- внесены изменения в технологическую схему установки без внесения изменений в проектную документацию и согласования с разработчиком Проекта или с организацией, специализирующейся на проектировании аналогичных объектов;

- осуществляется прием масла в бочках в нарушении проектной документации (Пункт 1 статьи 9 Федерального закона от 21.07.1997 №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов»).

9. Не обеспечена безопасная эксплуатация опасного производственного объекта: «Топливное хозяйство Казанской ТЭЦ-1» АО «Татэнерго», а именно: прожекторные мачты установлены на расстоянии менее 10 м. от резервуаров, в обваловании (Пункт 1 статьи 9 Федерального закона от 21.07.1997 №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», пункт 2.5.34 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила промышленной безопасности окладов нефти и нефтепродуктов», утвержденных приказом Ростехнадзора от 07.11.2016 №461).

По факту выявленных нарушений составлен акт проверки от 07.10.2019.

Постановлением Прокурора Приволжского района от 15.10.2019 в отношении заявителя возбуждено дело об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.9.1 КоАП РФ.

Постановлением ответчика №43-07-2019-4186 от 03.12.2019 заявитель привлечен к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 9.1 КоАП РФ, с назначением административного наказания в виде штрафа в размере 200 000 руб.

Не согласившись с вынесенным постановлением, заявитель обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

В представленном суду отзыве административный орган (ответчик) просил отказать в удовлетворении заявления, указав, в том числе, что назначенный заявителю минимальный административный штраф соответствует характеру совершенного заявителем административного правонарушения, является справедливым и отвечает принципам юридической ответственности, предусмотренной КоАП РФ; у заявителя имелась реальная возможность исполнить свои обязанности и соблюдать требования законодательства, что им в полной мере сделано не было, в связи с чем, вина заявителя в совершении правонарушения установлена.

Исследовав представленные по делу доказательства в их совокупности, заслушав в судебном заседании доводы и пояснения представителей сторон, суд пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 6 статьи 210 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании проверяет законность и обоснованность оспариваемого решения, устанавливает наличие соответствующих полномочий административного органа, принявшего оспариваемое решение, устанавливает, имелись ли законные основания для привлечения к административной ответственности, соблюден ли установленный порядок привлечения к ответственности, не истекли ли сроки давности привлечения к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Таким образом, при рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа арбитражный суд, не связанный с доводами, содержащимися в заявлении, обязан проверить оспариваемое постановление в полном объеме.

В соответствии с пунктом 2 статьи 208 АПК РФ заявление может быть подано в арбитражный суд в течение десяти дней со дня получения копии оспариваемого решения, если иной срок не установлен федеральным законом. В случае пропуска указанного срока он может быть восстановлен судом по ходатайству заявителя.

Из текста оспариваемого Постановления видно, что оно получено представителем заявителя 03.12.2019. Заявление в суд по настоящему делу поступило в суд 13.12.2019 посредством системы «Мой Арбитр» (зарегистрировано канцелярией суда 17.12.2019), то есть в пределах установленного срока.

Частью 7 статьи 210 АПК РФ установлено, что при рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа, суд не связан с доводами, содержащимися в заявлении, и проверяет оспариваемое решение в полном объёме.

В силу ст.26.1 КоАП РФ наличие события административного правонарушения, виновность лица в совершении правонарушения являются обстоятельствами, подлежащими доказыванию по делу об административном правонарушении.

Согласно ч.4 ст.210 АПК РФ по делам об оспаривании решений административных органов о привлечении к административной ответственности обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для привлечения к административной ответственности, возлагается на административный орган, принявший оспариваемое решение.

В соответствии с частью 1 статьи 2.1 КоАП РФ административным правонарушением признаётся противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое КоАП РФ или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

В соответствии с частью 1 статьи 9.1 КоАП РФ нарушение требований промышленной безопасности или условий лицензий на осуществление видов деятельности в области промышленной безопасности опасных производственных объектов влечет наложение административного штрафа на юридических лиц - от двухсот тысяч до трехсот тысяч рублей или административное приостановление деятельности на срок до девяноста суток.

Объектом рассматриваемого правоотношения выступают правоотношения в сфере обеспечения защищенности жизненно важных интересов личности и общества от аварий на опасных производственных объектах и последствий указанных аварий.

Объективная сторона правонарушения состоит в несоблюдении установленных федеральными законами, иными нормативными правовыми актами, а также утвержденными в соответствии с ними нормативными техническими документами условий, запретов, ограничений и других обязательных требований, обеспечивающих промышленную безопасность.

Правовое регулирование отношений, возникающих в процессе деятельности в области промышленной безопасности опасных производственных объектов, осуществляется Федеральным законом от 21.07.1997 №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» (далее – Федеральный закон №116-ФЗ).

Согласно статье 1 Федерального закона №116-ФЗ промышленная безопасность опасных производственных объектов - это состояние защищенности жизненно важных интересов личности и общества от аварий на опасных производственных объектах и последствий указанных аварий.

Согласно п.1, п.3 ст.2 данного Федерального закона опасными производственными объектами являются предприятия или их цехи, участки, площадки, а также иные производственные объекты, указанные в приложении к Федеральному закону №116-ФЗ.

На основании п.1 ст.9 Федерального закона №116-ФЗ организация, эксплуатирующая опасный производственный объект, обязана, в том числе обеспечивать проведение экспертизы промышленной безопасности зданий, сооружений и технических устройств, применяемых на опасном производственном объекте, а также проводить диагностику, испытания, освидетельствование сооружений и технических устройств, применяемых на опасном производственном объекте, в установленные сроки и по предъявляемому в установленном порядке предписанию федерального органа исполнительной власти в области промышленной безопасности, или его территориального органа.

Требования промышленной безопасности - условия, запреты, ограничения и другие обязательные требования, содержащиеся в настоящем Федеральном законе, других федеральных законах, принимаемых в соответствии с ними нормативных правовых актах Президента Российской Федерации, нормативных правовых актах Правительства Российской Федерации, а также федеральных нормах и правилах в области промышленной безопасности (часть 1 статьи 3 Закона №116-ФЗ).

В п.1 оспариваемого постановления административный орган указал, что заявителем нe обеспечена полнота и достоверность сведений, представленных при регистрации АО «Татэнерго» Казанская ТЭЦ-1 (перерегистрации) опасных производственных объектов в государственном реестре опасных производственных объектов, а именно:

- в сведениях, характеризующих опасный производственный объект «Топливное хозяйство Казанской ТЭЦ-1» отсутствует информация об эксплуатируемом технологическом оборудовании:

-  технологические трубопроводы масла, маслобаки, эксплуатируемые в турбинном цехе;

- дренажная емкость Е-12.

Оспаривая постановление о привлечении к административной ответственности, заявитель указал, что к оборудованию маслосистем паровых и газовых турбин, расположенного в пределах главного корпуса электростанции, не установлены требования промышленной безопасности, а, следовательно, данные объекты не являются техническими устройствами, эксплуатируемыми на ОПО и соответственно, не вносятся в сведения, характеризующие ОПО. В обоснование своих доводов заявитель сослался на письмо Ростехнадзора исх.№14-00-07/2364 от 03.12.2018.

Письмом исх.№14-00-07/2364 от 03.12.2018 Федеральная служба по экологическому, технологическому и атомному надзору сообщила заявителю, что требования к эксплуатации оборудования маслоснабжения паровых и газовых турбин электростанций установлены разделом «Тепломеханическое оборудование электростанций и тепловых сетей» Правил технической эксплуатации электрических станций и сетей Российской Федерации, утвержденных приказом Минэнерго России от 19.06.2003 №229 (далее – Правила).

Однако из содержания указанного письма не следует непосредственный вывод о том, что технологические трубопроводы масла, маслобаки, эксплуатируемые в турбинном цехе, а равно дренажные емкости, не являются техническими устройствами, эксплуатируемыми на ОПО и соответственно, не вносятся в сведения, характеризующие ОПО.

Иных доказательств, подтверждающих доводы заявителя об отсутствии оснований для внесения технологических трубопроводов масла, маслобаков, эксплуатируемых в турбинном цехе, а равно дренажных емкостей, в сведения, характеризующие опасный производственный объект «Топливное хозяйство Казанской ТЭЦ-1», в нарушение ст.65 АПК РФ заявителем в материалы дела не представлено.

Согласно п.5 ст.2 Закона №116-ФЗ руководитель организации, эксплуатирующей опасные производственные объекты, несет ответственность за полноту и достоверность сведений, представленных для регистрации в государственном реестре опасных производственных объектов, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

При изложенных обстоятельствах, суд полагает, что заявителем не были соблюдены требования по внесению технологических трубопроводов масла, маслобаков, эксплуатируемых в турбинном цехе, а равно дренажных емкостей, в сведения, характеризующие опасный производственный объект, а, следовательно, выводы ответчика, изложенные в акте проверки и пункте 1 оспариваемого постановления, являются правомерными.

Также в п.1 оспариваемого постановления административный орган указал на то, что при регистрации ОПО неверно указан адрес местонахождения здания Склада масел в таре и главного корпуса ПГУ, входящих в состав опасного производственного объекта «Топливное хозяйство Казанской ТЭЦ-1» АО «Татзнерго», а именно 

<

...>. Ответчик указал, что при регистрации ОПО заявитель не указал фактический адрес здания склада масел главного корпуса ПГУ (ул. Лебедева, д.18), а следовательно, заявитель несет ответственность за правильное и своевременное предоставление сведений.

В обоснование доводов, изложенных в заявлении, заявитель указал, что в отношении здания склада масел в таре адреса мест нахождения технических устройств в составе ОПО не могут быть категорированы в качестве адреса фактического места нахождения объекта, поскольку являются его составляющими; внесение в данный объект изменений в части указания иного адреса, отличного от адреса ОПО «Топливное хозяйство КТЭЦ-1», Тукая, 125, не предусмотрено; в отношении главного корпуса ПГУ заявитель указал, что главный корпус ПГУ в составе ОПО «Топливное хозяйство Казанской ТЭЦ-1» отсутствует, данный объект включен в состав ОПО «Площадка главного корпуса ПГУ-230 МВт Казанской ТЭЦ-1», регистрация данного ОПО проведена Ростехнадзором 09.11.2018 по адресу места нахождения: 

<

...>; требований о включении главного корпуса в состав ОПО «Топливное хозяйство КТЭЦ-1» при процедуре регистрации ОПО, при проведении внеплановых проверок не выдвигалось.

Письмом исх.№11-00-15/8531 от 05.07.2018 Федеральная служба по экологическому, технологическому и атомному надзору сообщила заявителю, что адреса мест нахождения технических устройств, эксплуатируемых в составе опасного производственного объекта, не могут быть категорированы в качестве адреса фактического места нахождения объекта, поскольку являются его составляющими.

Данное обстоятельство ответчиком не опровергнуто.

В связи с изложенным, суд полагает, что нарушения, изложенные в пункте 1 оспариваемого постановления (предоставление недостоверных сведений о фактическом адресе ОПО), не могут вменяться заявителю в вину.

В пункте 2 оспариваемого постановления административный орган указал, что не обеспечена безопасная эксплуатация технических устройств, применяемых на опасном производственном объекте «Топливное хозяйство Казанской ТЭЦ- 1 АО «Татэнерго», а именно:без продления сроков службы осуществляется эксплуатация технических устройств, отработавших нормативный срок службы: насос К2-6м.

Ответчик указал, что в ходе проведения проверки заявитель не предоставил заключение экспертизы промышленной безопасности на насос К2-6м.

Согласно п.6 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила проведения экспертизы промышленной безопасности», утвержденных Приказом Ростехнадзора от 14 ноября 2013 года №538, техническое устройство, применяемое на опасном производственном объекте подлежит экспертизе (если техническим регламентом не установлена иная форма оценки соответствия указанного устройства обязательным требованиям):

до начала применения на опасном производственном объекте;

по истечении срока службы или при превышении количества циклов нагрузки такого технического устройства, установленных его производителем;

при отсутствии в технической документации данных о сроке службы такого технического устройства, если фактический срок его службы превышает двадцать лет;

после проведения работ, связанных с изменением конструкции, заменой материала несущих элементов такого технического устройства, либо восстановительного ремонта после аварии или инцидента на опасном производственном объекте, в результате которых было повреждено такое техническое устройство.

Заявитель указал, что на насос К2-6 не распространяются требования правил промышленной безопасности, на момент проведения проверки и в настоящее время насос не эксплуатируется, так как выведен из эксплуатации приказом Казанской ТЭЦ-1 от 29.12.2018 №Пр.КТЭЦ-1-780.

Письмом исх.№09-00-08/156 от 17.01.2014 Федеральная служба по экологическому, технологическому и атомному надзору сообщила заявителю, что технические устройства, применяемые на опасных производственных объектах, на которые не распространяются требования правил промышленной безопасности (дренажные насосы, насосы откачки замазученных стоков, электроприводы исполнительных механизмов), не подлежат экспертизе промышленной безопасности.

При данных обстоятельствах, суд полагает, что основания для предоставления заявителем ответчику заключения экспертизы промышленной безопасности на выведенный из эксплуатации насос К2-6м отсутствовали, а, следовательно, нарушения, изложенные в пункте 2 оспариваемого постановления, не могут вменяться заявителю в вину.

В пункте 3 оспариваемого постановления указано, что без разработки документации и положительного заключения экспертизы промышленной безопасности документации, учитывающей требования и предусматривающие мероприятия по обеспечению промышленной безопасности, предупреждению аварий и локализации их последствий с необходимыми обоснованиями и расчетами, выведены из схемы 2 стояка ж/д эстакады на опасном производственном объекте «Топливное хозяйство Казанской ТЭЦ-1» АО «Татэнерго».

Пункт 1 статьи 8, пункт 1 статьи 9, пункт 1 статьи 13 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов».

Заявитель указал, что указанные в замечании стояки не предусмотрены первоначальным проектом «Эстакада слива мазута Мазутного хозяйства» 1968 года лист №334.000, на момент проведения проверки не эксплуатировались и были отглушены, кроме того, установка данных стояков на ж/д эстакаде не предусмотрена.

Ответчик указал, что заявитель, как организация, эксплуатирующая ОПО, обязана знать и соблюдать требования законодательства в области промышленной безопасности, не предусмотренное проектом оборудование не должно находиться в ОПО.

Согласно п.1 ст.8 Закона №116-ФЗ техническое перевооружение, капитальный ремонт, консервация и ликвидация опасного производственного объекта осуществляются на основании документации, разработанной в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, с учетом законодательства о градостроительной деятельности. Если техническое перевооружение опасного производственного объекта осуществляется одновременно с его реконструкцией, документация на техническое перевооружение такого объекта входит в состав соответствующей проектной документации. Документация на консервацию и ликвидацию опасного производственного объекта подлежит экспертизе промышленной безопасности. Документация на техническое перевооружение опасного производственного объекта подлежит экспертизе промышленной безопасности в случае, если указанная документация не входит в состав проектной документации такого объекта, подлежащей экспертизе в соответствии с законодательством Российской Федерации о градостроительной деятельности. Не допускаются техническое перевооружение, консервация и ликвидация опасного производственного объекта без положительного заключения экспертизы промышленной безопасности, которое в установленном порядке внесено в реестр заключений экспертизы промышленной безопасности, либо, если документация на техническое перевооружение опасного производственного объекта входит в состав проектной документации такого объекта, без положительного заключения экспертизы проектной документации такого объекта.

Часть 1 статьи 9 Закона №116-ФЗ содержит перечень обязанностей организации, эксплуатирующей опасный производственный объект, обязательных для исполнения, в том числе обязанность организации обеспечивать проведение экспертизы промышленной безопасности зданий, сооружений и технических устройств, применяемых на опасном производственном объекте.

Таким образом, в ходе эксплуатации опасного производственного объекта заявитель обязан руководствоваться требованиями действующего с 1997 года Федерального закона №116-ФЗ и вновь принятых федеральных норм и правил в области промышленной безопасности, в том числе предварительно разрабатывать документацию, получать положительное заключение экспертизы промышленной безопасности документации.

Представленная выдержка из положительного заключения государственной экспертизы, проектная документация, журнал установки и снятия заглушек на трубопроводах, а также фотография с комментариями, что представляют из себя стояки и глушка, не опровергают наличие нарушений, указанных в пункте 3 постановления.

В пункте 4 постановления отражено, что не предусмотрено автоматическое отключение насосов при достижении горючих газов и паров нефтепродуктов 50% объемных от НКГТРП в закрытой насосной опасного производственного объекта «Топливное хозяйство Казанской ТЭЦ 1» АО «Татэнерго». Ответчик указал, что невозможность автоматического отключения насосов свидетельствует об игнорировании заявителем требований законодательства, указывающих на то, что на ОПО должно быть предусмотрено автоматическое отключение.

Оспаривая постановление в данной части, заявитель указал, что автоматика безопасности в мазутонасосной установлена в соответствии с требованиями проекта «Техническое перевооружение ОПО «Топливное хозяйство Казанской ТЭЦ-1», автоматическое отключение насосов при достижении 50% не предусмотрено проектом.

Указанные доводы заявителя отклоняются судом, поскольку согласно п.2.8.15 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила промышленной безопасности складов нефти и нефтепродуктов», утвержденных приказом Ростехнадзора от 07.11.206 №461 (далее – ФНП №461), в помещениях насосных станций следует устанавливать средства автоматического контроля загазованности по НКПРП с подачей сигнала (светового и звукового) у входа в помещение насосной и в операторную при достижении концентрации горючих газов и паров нефтепродуктов 20% объемных от НКПРП.

Расстояние от датчика загазованности до наиболее удаленной точки возможных утечек в группе насосов не должно превышать 4 м. (по горизонтали). В помещении насосной следует устанавливать не менее двух датчиков загазованности.

Места установки и количество датчиков загазованности определяются проектной документацией.

Включение аварийной вентиляции осуществляется при достижении горючих газов и паров нефтепродуктов 50% объемных от НКПРП.

При достижении горючих газов и паров нефтепродуктов 50% объемных от НКПРП следует предусмотреть автоматическое отключение насосных агрегатов для перекачки нефтепродуктов.

Все случаи загазованности должны регистрироваться приборами с автоматической записью и документироваться.

Таким образом, отсутствие в мазутонасосной функции автоматического отключения насосов при достижении 50% (независимо от наличия или отсутствия соответствующей функции в проекте) свидетельствует о несоблюдении заявителем указанных выше требований ФНП №461, а, следовательно, выводы ответчика, изложенные в акте проверки и пункте 4 оспариваемого постановления, являются правомерными.

В пункте 5 постановления отражено, что частично отсутствуют опознавательные знаки, позволяющие определять место расположения и назначение всех подземных коммуникаций и кабельных трасс на опасном производственном объекте «Топливное хозяйство Казанской ТЭЦ 1» АО «Татэнерго».

Ответчик указал, что в ходе проверки установлено частичное отсутствие опознавательных знаков, а именно: знаков, указывающих на подземную прокладку трубопроводов, по которым идут опасные вещества.

Заявитель пояснил, что в постановлении, как и в акте проверки, не конкретизированы объекты, в отношении которых зафиксировано нарушение требований норм и правил, подземные коммуникации обозначены, как и кабельные трассы, требования к расположению опознавательных знаков (в части места расположения и вида) пунктом 5.2 ФНП «Правила промышленной безопасности складов нефти и нефтепродуктов» не установлены.

Указанные доводы заявителя отклоняются судом, поскольку в силу п.5.2 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила промышленной безопасности складов нефти и нефтепродуктов», утвержденных приказом Ростехнадзора от 07.11.2016 №461, все подземные коммуникации и кабельные трассы должны иметь опознавательные знаки, позволяющие определять место их расположения и назначение.

Таким образом, отсутствие опознавательных знаков, а именно: знаков, указывающих на подземную прокладку трубопроводов, по которым идут опасные вещества, свидетельствует о несоблюдении заявителем указанных выше требований ФНП №461, а, следовательно, выводы ответчика, изложенные в акте проверки и пункте 5 оспариваемого постановления, являются правомерными.

В пункте 6 постановления отражено, что не установлен контроль за техническим состоянием зданий и сооружений опасного производственного объекта: «Топливное хозяйство Казанской ТЭЦ-1» АО «Татэнерго», а именно:

- не обеспечен мониторинг состояния основания строительных конструкций и систем инженерно-технического обеспечения;

- нарушена целостность каре (обвалования) резервуарного парка;

- в помещении здания насосной и в пристроях к мазутным резервуарам на стенах следы замачивания атмосферными осадками;

- оголена (частично отсутствует защитный слой бетона) арматура опоры напорного трубопровода в приемную емкость мазута;

- частично отсутствует защитный слой бетона приемной емкости мазута (площадка возле насоса);

- на лестницах технического осмотра емкостей масла частично отсутствуют защитные дуги, лестницы не упираются в бетонное основание.

Пункт 1 статьи 9 Федерального закона от 21.07.1997 №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов»: часть 1 статьи 36 Федерального закона от 30.12.2009 № 84-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений».

В пункте 7 постановления отражено, что в процессе эксплуатации резервуаров мазута, технологических трубопроводов опасного производственного объекта: «Топливное хозяйство Казанской ТЭЦ-1» АО «Татэнерго» не обеспечивается осмотр их технического состояния, техническое обслуживание в соответствии с техническими документами, разработанными и утвержденными эксплуатирующей организацией на основании требований проектной документации, нормативных правовых актов и нормативныхдокументов в области промышленной безопасности.

Пункт 1 статьи 9 Федерального закона от 21.07.1997 №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», пункт 2.5.38, 2.7.2 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила промышленной безопасности складов нефти и нефтепродуктов», утвержденных приказом Ростехнадзора от 07.11.2016 №461.

Ответчик указал, что проверкой установлено отсутствие постоянного контроля за техническим состоянием зданий и сооружений, находящихся на ОПО, о чем свидетельствует состояние зданий и технических устройств.

В соответствии с п.1 ст.36 Федерального закона от 30.12.2009 №384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» безопасность здания или сооружения в процессе эксплуатации должна обеспечиваться посредством технического обслуживания, периодических осмотров и контрольных проверок и (или) мониторинга состояния основания, строительных конструкций и систем инженерно-технического обеспечения, а также посредством текущих ремонтов здания или сооружения.

Согласно п.2.5.38 ФНП №461 в процессе эксплуатации резервуаров следует обеспечивать осмотр их технического состояния, техническое обслуживание, ремонт и техническое диагностирование в соответствии с техническими документами, разработанными и утвержденными эксплуатирующей организацией на основании требований проектной документации, нормативных правовых актов и нормативных документов в области промышленной безопасности.

Согласно п.2.7.2 ФНП №461 обслуживание и эксплуатация технологических трубопроводов осуществляются в соответствии с требованиями технических регламентов, федеральных норм и правил в области промышленной безопасности, технических документов, разработанных эксплуатирующей организацией.

Заявитель указал, что в постановлении, как и в акте проверки, не конкретизированы объекты, и какие именно действия в нарушение требований закона не осуществляются Казанской ТЭЦ-1 в части контроля за техническим состоянием зданий и сооружений ОПО «Топливное хозяйство КТЭЦ-1», в отношении оборудования топливного хозяйства КТЭЦ-1 регулярно производится осмотр их технического состояния и техническое обслуживание, выполнение работ фиксируется записями в соответствующих журналах и паспортах оборудования (аналогичные доводы приведены заявителем по пункту 7 постановления).

Вместе с тем представленный журнал осмотров не опровергает вмененное административное правонарушение в период проверки. Также заявителем не представлены доказательства проведения технического обслуживания, ремонта и технического диагностирования в соответствии с техническими документами, разработанными и утвержденными эксплуатирующей организацией на основании требований проектной документации, нормативных правовых актов и нормативных документов в области промышленной безопасности, что требуется в соответствии с п.2.5.38 и 2.7.2 ФНП №461.

Более того, как уже отмечалось ранее, в пункте 6 постановления было отражено, что на опасном производственном объекте нарушена целостность каре (обвалования) резервуарного парка; в помещении здания насосной и в пристроях к мазутным резервуарам на стенах следы замачивания атмосферными осадками; оголена (частично отсутствует защитный слой бетона) арматура опоры напорного трубопровода в приемную емкость мазута; частично отсутствует защитный слой бетона приемной емкости мазута (площадка возле насоса); на лестницах технического осмотра емкостей масла частично отсутствуют защитные дуги, лестницы не упираются в бетонное основание.

Данные обстоятельства заявителем в установленном порядке не опровергнуты. Представленные заявителем фотографии не опровергают вмененное административное правонарушение в период проверки.

Изложенные выше обстоятельства свидетельствуют о несоблюдении заявителем указанных выше требований ФНП №461, а, следовательно, выводы ответчика, изложенные в акте проверки и пунктах 6 и 7 оспариваемого постановления, являются правомерными.

В пункте 8 постановления отражено, что не обеспечена безопасность ведения технологических процессов (маслохозяйство) опасного производственного объекта: «Топливное хозяйство Казанской ТЭЦ-1» АО «Татэнерго»:

- внесены изменения в технологическую схему установки без внесения изменений в проектную документацию и согласования с разработчиком Проекта или с организацией, специализирующейся на проектировании аналогичных объектов;

- осуществляется прием масла в бочках в нарушении проектной документации.

Пункт 1 статьи 9 Федерального закона от 21.07.1997 №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов».

Письмом исх.№14-00-07/2364 от 03.12.2018 Федеральная служба по экологическому, технологическому и атомному надзору сообщила заявителю, что требования к эксплуатации оборудования маслоснабжения паровых и газовых турбин электростанций установлены разделом «Тепломеханическое оборудование электростанций и тепловых сетей» Правил технической эксплуатации электрических станций и сетей Российской Федерации, утвержденных приказом Минэнерго России от 19.06.2003 №229 (далее – Правила).

Однако из содержания указанного письма не следует непосредственный вывод об отсутствии необходимости внесения изменений в технологическую схему установки без внесения изменений в проектную документацию и согласования с разработчиком Проекта.

Иных доказательств, подтверждающих доводы заявителя об отсутствии такой необходимости, в нарушение ст.65 АПК РФ заявителем в материалы дела не представлено.

При изложенных обстоятельствах, суд полагает, что заявителем не были соблюдены требования по внесению изменений в проектную документацию, а, следовательно, выводы ответчика, изложенные в акте проверки и пункте 8 оспариваемого постановления, являются правомерными.

В пункте 9 постановления отражено, что не обеспечена безопасная эксплуатация опасного производственного объекта: «Топливное хозяйство Казанской ТЭЦ-1» АО «Татэнерго», а именно, прожекторные мачты установлены на расстоянии менее 10 м. от резервуаров, в обваловании.

Ответчик пояснил, что действующим законодательством запрещено таким образом устанавливать прожекторные мачты на ОПО.

Суд соглашается с указанными доводами ответчика, поскольку в соответствии с п.2.5.35 ФНП №461 общее освещение резервуарных парков должно осуществляться прожекторами. Прожекторные мачты устанавливаются на расстоянии не менее 10 м. от резервуаров, но во всех случаях вне обвалования или ограждающих стен.

Заявитель указал, что прожекторные мачты были установлены в соответствии с проектом до вступления в действие ФНП №461, вследствие изменений требований промышленной безопасности к топливным хозяйствам тепловых электростанций освещение на мачтах было отключено и выведено из эксплуатации, факт отключения продемонстрирован проверяющим.

Представленная суду фотография с комментариями заявителя о том, что во время проверки прожекторная мачта была обесточена, был видимый разрыв электропроводки, висел плакат «Выведен из эксплуатации», мачта демонтирована в ходе проверки, не позволяет определить ни работоспособность прожекторной мачты, ни наличие соответствующего плаката, ни характер повреждений электропроводки. Иных доказательств, подтверждающих указанные доводы, заявителем в нарушение ст.65 АПК РФ, в материалы дела представлено не было и выводы проверяющих тем самым не опровергнуты.

Более того, п.2.5.35 ФНП №461 предусмотрен запрет на установку прожекторных мачт на расстоянии менее 10 м. от резервуаров и в обвалованиях, независимо от работоспособности такой мачты.

Поскольку представленная заявителем фотография не опровергает вмененное административное правонарушение в период проверки, суд полагает, что заявителем не были соблюдены указанные выше требования ФНП №461, а, следовательно, выводы ответчика, изложенные в акте проверки и пункте 9 оспариваемого постановления, являются правомерными.

Доказательств того, что заявителем были приняты все зависящие от него меры по соблюдению правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, суду не представлены.

В данном случае, заявитель мог и должен был предпринять все необходимые меры для соблюдения норм и правил, установленных действующим законодательством, однако не проявил в необходимой степени заботливости и осмотрительности в целях исполнения соответствующих публично-правовых обязанностей, в связи с чем, и совершил правонарушение.

Таким образом, ответчик в соответствии со ст.65 и ст.210 АПК РФ доказал наличие обстоятельств, послуживших основанием для привлечения к административной ответственности (пункт 1 в части отсутствия информации об эксплуатируемом технологическом оборудовании (технологические трубопроводы масла, маслобаки, эксплуатируемые в турбинном цехе, дренажная емкость Е-12), а также пункты 3-9 постановления).

Судом установлено, что оспариваемое постановление является в части законным и обоснованным (в части указанных в предыдущем абзаце пунктов), принято полномочным административным органом. При этом установленный порядок привлечения к ответственности ответчиком был соблюден, срок давности привлечения к административной ответственности не истек.

Суд отмечает, что оспариваемое постановление принято административным органом с соблюдением процедуры привлечения заявителя к административной ответственности (статьи 28.2, 25.1, 25.4, 29.7 КоАП РФ), нарушений процедуры привлечения заявителя к административной ответственности, которые могут являться в силу основанием для отмены оспариваемого согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 №10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях», судом не установлено.

Таким образом, вопреки позиции заявителя, материалами дела подтверждается факт совершения им административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 9.1 КоАП РФ.

Частью 1 статьи 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае, если при рассмотрении заявления об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд установит, что решение административного органа о привлечении к административной ответственности является законным и обоснованным, суд принимает решение об отказе в удовлетворении требования заявителя.

С учетом изложенных обстоятельств требования заявителя удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 167-170, 176, 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Республики Татарстан

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявления отказать.

Решение может быть обжаловано в десятидневный срок в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Татарстан.

Судья                                                                                                   Л.В. Хамидуллина