АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

Хохрякова д.77, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело №

А70-6452/2018

г.

Тюмень

15 ноября 2018 года

Резолютивная часть решения оглашена 08 ноября 2018 года.

Решение изготовлено в полном объеме  15 ноября 2018 года.

Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи А.Н. Курындиной при ведении протокола помощником судьи Я.А. Авериной, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Закрытого акционерного общества «Проектно-технологический исследовательский институт» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, дата регистрации: 25.03.1993, адрес: 665702, Иркутская область, г. Братск, Падун, ул. Гидростроителей, д. 53А, строение 1) к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тюменской области «Областная больница № 3» (г. Тобольск) (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, дата регистрации: 20.04.1998, адрес: 626150, 

<

...>) о взыскании 723 579 рублей 85 копеек, 

при участии: 

от истца: ФИО1, ФИО2 полномочия проверены судьей Падунского районного суда г. Братска Иркутской области;      

от ответчика: не явился, извещен надлежащим образом; 

заседание проводится с использованием средств видеоконференц-связи при содействии Падунского районного суда г. Братска Иркутской области 

установил:

Закрытое акционерное общество «Проектно-технологический исследовательский институт» (далее – ЗАО «Проектно-технологический исследовательский институт», истец) обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тюменской области «Областная больница № 3» (г. Тобольск) (далее – ГБУЗ ТО  «Областная больница № 3» (г. Тобольск), ответчик) о взыскании 426 835 рублей 50 копеек удержанных денежных средств; 62 657 рублей 50 копеек денежных средств за проектирование капитального ремонта блока «А», детское отделение площадью 271,14 м2; 43 859 рублей 90 копеек денежных средств за проектирование капитального ремонта блочного теплового пункта в блоке «А»; 59 524 рубля 15 копеек денежных средств за проектирование нового блочного теплового пункта в блоке «Б»; 23 896 рублей 20 копеек денежных средств за командировочные расходы по сбору исходных данных, что не предусмотрено техническим заданием; 32 000 рублей денежных средств за пересчет индексов по сметной документации на капитальный ремонт;  59 142 рубля 34 копейки пени, в соответствии с пунктом 8.5. договора; 15 664 рубля 26 копеек штрафа, в соответствии с пунктом 8.7. договора. 

Требования со ссылками на статьи 309, 310, 759, 762, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком обязательства по договору от 25.01.2017 № 0167200003416009191.

Ответчик в отзыве на исковое заявление просит в его удовлетворении отказать.

От ответчика поступило ходатайство о проведении судебного заседания в отсутствие представителя.

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие не явившегося представителя ответчика, надлежащим образом извещенного о месте и времени судебного разбирательства. 

Представитель истца в судебном заседании поддержал требование в полном объеме. 

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям. 

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлена обязанность сторон доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела, 25.01.2017  между ГБУЗ ТО  «Областная больница № 3» (г. Тобольск) (заказчик) и ЗАО «Проектно-технологический исследовательский институт» (подрядчик) был заключен договор на выполнение работ по разработке проектной документации по объекту: «Капитальный ремонт поликлиники ГБУЗ ТО  «Областная больница № 3» (г. Тобольск), расположенной по адресу: 

<

...>» № 0167200003416009191 (далее – договор), в соответствии с пунктом 1.1. которого заказчик поручает и оплачивает, а подрядчик выполняет работы по разработке проектной документации по объекту: «Капитальный ремонт поликлиники ГБУЗ ТО  «Областная больница № 3» (г. Тобольск), расположенной по адресу: 

<

...>» (далее – работы), в соответствии с техническим заданием (Приложение № 1 к настоящему договору). 

Согласно пункту 4.1. договора, цена работ по договору составляет 626 570 рублей 51 копейка. 

Согласно пункту 2.4. договора, срок выполнения работ: с момента заключения договора в течение 90 календарных дней, то есть по 25.04.2017. 

Выполнение работ должно быть закончено в установленные настоящим договором сроки, включая подготовку актов выполненных работ, актов КС-2, КС-3 и документации, подлежащей сдаче заказчику, в соответствии с техническим заданием (Приложение № 1 к настоящему договору). 

Факт выполнения ответчиком работ и их стоимость сторонами не оспариваются. Ответчик в счет оплаты выполненных работ перечислил истцу денежные  средства в размере 199 735 рублей 01 копейки платежным поручением от 01.03.2018 № 82811.

Оставшаяся сумма оплаты в размере  426 835 рублей 50 копеек была удержана ответчиком в качестве неустойки. 

Истец обратился к ответчику с претензией от 05.03.2018 № 343-01/38 об оплате указанной задолженности, а также пени и штрафа в соответствии с пунктом 8.5. и пунктом 8.7. договора. Поскольку претензия оставлена без ответа, истец обратился в суд с настоящими требованиями. 

Отношения сторон по договору от 25.01.2017 № 0167200003416009191 регламентируются соответствующими нормами главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации о подряде, в том числе о подрядных работах для государственных или муниципальных нужд. 

В соответствии со статьей 758 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ подрядчик (проектировщик, изыскатель) обязуется по заданию заказчика разработать техническую документацию и (или) выполнить изыскательские работы, а заказчик обязуется принять и оплатить их результат.

По государственному или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд (далее - государственный или муниципальный контракт) подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату (пункт 2 статьи 763 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статьям 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от их исполнения не допускается. 

Истец обратился с требованием о взыскании 426 835 рублей 50 копеек удержанных из подлежащей оплате стоимости работ неустойки. 

Данная суммы была удержана истцом на основании пункта 8.4 договора согласно расчету ответчика (т.3, л.д. 11).

В случае списания по требованию кредитора неустойки со счета должника (пункт 2 статьи 847 Гражданского кодекса Российской Федерации), а равно зачета суммы неустойки в счет суммы основного долга и/или процентов должник вправе ставить вопрос о применении к списанной неустойке положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, например путем предъявления самостоятельного требования о возврате излишне уплаченного (статья 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Приведенные разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации допускают самостоятельное обращение должника в суд с требованием о снижении размера неустойки в отдельных случаях, перечень которых в названном постановлении не является исчерпывающим.

В соответствии с частью 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств  может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В силу части 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае ненадлежащего исполнения обязательств, в частности в случае просрочки исполнения. 

Согласно расчету ответчика, им начислена истцу неустойка за период с 25.04.2017 по 11.02.2017. Суд полагает, что ответчик произвел данный расчет без учета положений договора о порядке приемки выполненных работ.

Так, пунктом 6.2 договора установлено, что заказчик в течение 10 рабочих дней со дня получения от подрядчика документов, указанных в пункте 6.1 (проектная документация, акты выполненных работ и акты кс-2, КС-3) проводит приемку и экспертизу выполненных подрядчиком работ на предмет их соответствия услвоиям настоящего договора по объему и качеству и оформляет результаты экспертизы в виде заключения. Пунктом 6.5 договора предусмотрено, что работы считаются выполненными с момента подписания заказчиком актов выполненных работ (КС-2) и Справки о стоимости выполненных работ и затрат (КС-3). Подписание актов выполненных работ КС-2 и справки о стоимости выполненных работ (КС-3) не является основанием к оплате выполненных работ. Основанием является наличие положительного заключения уполномоченного органа о достоверности проектной документации на капитальный ремонт в соответствии с п. 4.4 договора. 

Суд отмечает, что условиями договора, в том числе техническим заданием не предусмотрено, что срок прохождения государственной экспертизы включается в срок выполнения работ.

Акт приемки выполненных работ был подписан заказчиком 16.02.2018, после получения положительного заключения государственно экспертизы (заключение от 12.02.2018, т. 1, л.д. 73 - 78).

Вместе с тем из материалов дела следует, что подрядчик неоднократно направлял заказчику проектную документацию и акты приемки выполненных работ. Так, документация направлялась сопроводительным письмом исх. № 343-01/198 от 10.10.2017 (т.2, л.д. 49 – 52),  от 11.07.2017 исх. № 343-01/202 (т.2, л.д. 55- 57), от 09.08.2017 исх. № 343-01/228 (т.2, л.д. 57 – 60), от 23.08.2017 № 343-01/239 (т.2, л.д. 61 – 63), от 11.10.2017 исх. № 343-01/283 (т.2, л.д. 67, 70 – 73).

Ответчик в ответ направлял замечания в отношении представленной документации, которые истцом устранялись. Так, 27.08.2017 истцу были направлены замечания ГКУ ТО «УКС» от 27.07.2017 (т.2, л.д. 90 – 91). 

Относительно замечаний, изложенных в письме ответчика от 28.07.2018 (т.2, л.д. 92), от 05.09.2017 №  4745 (т.2, л.д. 93), в письме ГКУ ТО «УКС» от 15.09.2017 (т.2, л.д. 94) о необходимости представления инженерно-геодезических изысканий, суд отмечает, что в дальнейшем они были сняты, поскольку техническим заданием предусмотрено выполнение инженерных изысканий в виде замеров внутри здания для выполнения капитального ремонта (письмо истца от 19.09.2017 исх. № 343-01/267). После данного ответа истца данные замечания больше не заявлялись.  

Также суд полагает необоснованными замечания ГКУ ТО «УКС», изложенные в письме от 23.08.2017 № 4751/17 (т. 2, л.д. 96), о непредставлении разделов пожарной сигнализации и видеонаблюдения, отсутствия топосьемки, поскольку разделы «Пожарная сигнализация и «Система видеонаблюдения» согласно накладной № 32 были переданы заказчику 11.07.2017, а топосъемка в составе инженерно-геодезических изысканий не требовалась,  по вышеизложенным основаниям. 

Откорректированная по  замечаниям от 27.07.2018 документация была направлена заказчику письмом от 09.08.2017 № 343-01/228 (т.2, л.д. 57а), сметная документация направлена 23.08.2017 (т. 2, л.д. 61) и получена заказчиком. Как было установлено судом, после июля 2017 года обоснованных замечаний от заказчика не поступало. С учетом получения документации заказчиком 29.08.2017 (отчет об отслеживании почтового отправления EF003784497RU), он должен был в срок, установленный пунктом 6.2 договора (10 рабочих дней) произвести приемку и экспертизу полученной документации. Следовательно, фактически установленная законом и договором обязанность подрядчика по сдаче выполненных работ исполнена не позднее 12.09.2017, поэтому период просрочки исполнения обязательства истцом составляет 141 день.

В соответствии с пунктом 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из содержания данной статьи, ответственность за нарушение обязательства наступает для должника только в том случае, когда в нарушении обязательства есть его вина. В данной статье определены признаки, в соответствии с которыми лицо, нарушившее обязательство, признается невиновным. Данные признаки сочетают в себе как субъективные, так и объективные критерии. К числу первых относится проявление должной степени заботливости и осмотрительности в принятии всех находящихся в распоряжении должника мер для надлежащего исполнения обязательства, к числу вторых - соответствие степени заботливости и осмотрительности характеру обязательства и условиям договора. И только в том случае, если поведение должника при исполнении им обязательства удовлетворяет указанным требованиям, должник считается невиновным в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства.

Устанавливая презумпцию вины нарушителя обязательства, Гражданский кодекс Российской Федерации возлагает на него бремя доказывания отсутствия вины. По существу, должник достигает такого результата, если ему удается доказать, что нарушение обязательства было вызвано обстоятельствами, которые исключают его вину, к которым относятся случаи непреодолимой силы и действия третьих лиц. Кроме того, он должен доказать, что его поведение в данной ситуации соответствовало критериям, установленным в абзаце 2 пункта 1 статьи 401 Кодекса.

При этом должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора (пункт 3 статьи 405 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29.03.2011 № 14344/10, пунктом 3 статьи 405 Гражданского кодекса Российской Федерации должник освобожден от ответственности перед кредитором за нарушение срока исполнения обязательства только в случае, если должник по зависящим не от него, а от кредитора причинам не может исполнить обязательство в срок.

Ответчик, возражая против иска, утверждает, что в просрочке исполнения обязательства имеется вина заказчика, который не согласовал планировочные решения, изменение объема работ по капитальному ремонту инженерных сетей,  по теплоизоляции, непредставление технических условий.

В соответствии с пунктом 1 статьи 759 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ заказчик обязан передать подрядчику задание на проектирование, а также иные исходные данные, необходимые для составления технической документации. 

Оценивая переписку сторон по поводу представления исходных данных и согласования объемов работ, суд приходит к следующим выводам.

Письма истца в адрес ответчика от 06.04.2017 № 343-01/86, от 13.04.2017 № 343-01/94, от 28.03.2017 № 3434-77, от 13.04.2017 № 343-01/95 и пр. не имеют отметок о получении ответчиком, ответов на них не представлено, в связи с чем не принимаются судом в качестве доказательств, подтверждающих обращение истца к ответчику за согласованием перепланировки этажей.

Вместе с тем из письма ответчика от 04.05.2017 № 2172 (т.2, л.д. 87) следует, то ответчик направляет истцу согласованную экспликацию помещений, уточненную расстановку сантехнических приборов, схему расположения видеокамер, схему расположения датчиков пожарной сигнализации. Данное письмо направлено в ответ на письмо истца от 21.04.2017 № 343-01/106.  Условиями рассматриваемого договора не предусмотрен срок рассмотрения подобных обращений, в связи с чем суд полагает применимым в данном случае разумный срок исполнения обязательства 9статья 314 Гражданского кодекса Российской Федерации), который составляет 7 дней. Таким образом, при получении письма от 21.04.2017 заказчик должен был согласовать объемы работ до 28.04.2018, однако произвел это только 04.05.2017, с просрочкой в 5 дней. Данный период подлежит исключению из просрочки исполнения обязательства истцом.

Суд отмечает, что хотя на письме от 24.03.2017 № 343-68 о согласовании плана размещения сантехнических приборов имеется входящий штамп организации ответчика о получении указанного письма 28.03.2017, доказательств того, что ответчик своевременно не отреагировал на данное письмо, в материалах дела не имеется. Вместе с тем такое согласование могло осуществляться неоднократно, а отсутствие данных о расстановке сантехнических приборов не могло существенно повлиять на сроки выполнения работ подрядчиком, поскольку не относится к основным архитектурным решениям.

Суд также принимает во внимание изменение решения заказчика о необходимости теплоизоляции этажей письма ответчика от 09.03.2017 и от 20.03.2017, согласно которым заказчик изменил первоначальное решение об отсутствии необходимости в теплоизоляции, выдаче технических условий (письма заказчика от 21.04.2017 № 1901, от 04.05.2017 № 2172). С учетом разумного срока на согласование решений, даты писем ответчика по поводу теплоизоляции и технических условий, на которые отвечал истец, суд полагает, что по вине ответчика истцом была допущена просрочка на 4 и 5 дней соответственно, которые подлежат исключению из периода просрочки. 

Кроме того, подлежат исключению из периода просрочки 9 дней, вызванные несвоевременной передачей истцу замечаний ГКУ ТО «УКС» (письмо ответчика от 07.07.2017 № 3406, 28.07.2017). С учетом установленного пунктом 6.2 договора срока проверки и экспертизы – 10 рабочих дней, документация должны быть проверена до 19.07.2017 включительно, тогда как замечания были выданы 28.07.2017.   

Всего из установленного судом периода просрочки подлежат исключению по вышеизложенным мотивам 23 дня, в связи с чем просрочка подрядчика составляет 118 дней.

Суд отмечает следующее. В переписке сторон имеются ссылки заказчика на непредставление отчета для согласования объемов работ (письмо от 30.03.2017 № 1457), непредставление на согласование схемы входной группы, схемы перепланировки 1 этажа детского отделения (письмо от 06.04.2017 № 1602), о недостатках технического отчета (письмо от 27.04.2017 № 8027, от 04.05.2017 № 2172), и пр., что свидетельствует о наличии недостатков в представляемой истцом документации и исключает возможность полного освобождения истца от установленной договором ответственности за просрочку выполнения работ.

При исчислении неустойки суд принимает во внимание правовую позицию, изложенную в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда от 17.12.2013 № 12945/13, в которой выработан подход, основанный на сопоставимости мер ответственности сторон государственных и муниципальных контрактов, корреспондирует с положениями статьи 124 ГК РФ о том, что публичные образования вступают в гражданские отношения на равных началах с иными участниками этих отношений - гражданами и юридическими лицами. Равные начала предполагают определенную сбалансированность мер ответственности, предусмотренных для сторон одного договора при неисполнении ими обязательств.

Получение в рамках исполнения государственных контрактов денежных средств с поставщиков (исполнителей, подрядчиков) за счет завышения санкций не отнесено к целям принятия Федерального закона № 44-ФЗ и может воспрепятствовать этим целям, дискредитировав саму идею размещения государственных и муниципальных заказов на торгах, обеспечивающих прозрачность, конкуренцию, экономию бюджетных средств и направленных на достижение антикоррупционного эффекта.

В Постановлении от 28.01.2014 № 11535/13 сформулирована правовая позиция, высказанная впоследствии Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении от 15.07.2014 № 5467/14, согласно которой заказчик нарушает закон, включая в проект государственного контракта заведомо невыгодное для контрагента условие, от которого победитель размещения заказа не может отказаться. Однако победитель размещения заказа, будучи введенным в заблуждение авторитетом заказчика, внешней правомерностью этого требования и невозможностью от него отказаться, мог посчитать себя связанным им и добросовестно действовать вопреки своим интересам.

В соответствии с пунктом 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» в случаях, когда будет доказано, что сторона злоупотребляет своим правом, вытекающим из условия договора, отличного от диспозитивной нормы или исключающего ее применение, либо злоупотребляет своим правом, основанным на императивной норме, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает этой стороне в защите принадлежащего ей права полностью или частично либо применяет иные меры, предусмотренные законом.

Включение в контракт явно несправедливого договорного условия, ухудшающего положение стороны в договоре (исполнителя), оспаривание которого осложнено особенностями процедуры, установленной Федеральным законом № 44-ФЗ, поставило заказчика в более выгодное положение и позволило ему извлечь необоснованное преимущество. 

Поскольку для заказчика условиями контракта (пункт 8.6) предусмотрена ответственность в виде одной трехсотой действующей на день уплаты пеней ставки рефинансирования Центрального Банка Российской Федерации, то суд полагает, что к ответчику должна быть применена ответственность в таком же размере.

Суд отмечает, что пунктом 38 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2017, при расчете пени, подлежащей взысканию в судебном порядке за просрочку исполнения обязательств по государственному контракту в соответствии с частями 5 и 7 статьи 34 Закона о контрактной системе, суд вправе применить размер ставки рефинансирования Центрального Банка Российской Федерации, действующей на момент вынесения судебного решения.

Согласно информации Центрального Банка с 17.09.2018 ключевая ставка установлена в размере 7,5 %.

Согласно расчету суда, подлежащая уплате неустойка составляет 18 483 рубля 83 копейки (626570,51х7,5%/300х118). Следовательно, ответчик обязан вернуть истцу излишне удержанную неустойку в размере 408 351 рубль 67 копеек.

При таких обстоятельствах излишне уплаченная неустойка подлежит возврату истцу как неосновательное обогащение.

Согласно главе 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательства из неосновательного обогащения возникают при обогащении одного лица за счет другого, и такое обогащение происходит при отсутствии к тому законных оснований. Обогащение признается неосновательным, если приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого произошло при отсутствии к тому предусмотренных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований.

Пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации  определено, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Истцом также заявлено требование о взыскании  62 657 рублей 50 копеек денежных средств за проектирование капитального ремонта блока «А», детское отделение площадью 271,14 м2; 43 859 рублей 90 копеек денежных средств за проектирование капитального ремонта блочного теплового пункта в блоке «А»; 59 524 рубля 15 копеек денежных средств за проектирование нового блочного теплового пункта в блоке «Б»; 23 896 рублей 20 копеек денежных средств за командировочные расходы по сбору исходных данных, что не предусмотрено техническим заданием; 32 000 рублей денежных средств за пересчет индексов по сметной документации на капитальный ремонт. Истец ссылается на то данные работ и расходы понесены в связи с исполнением рассматриваемого договора. 

Как установлено в пункте 2 статьи 34 Закона № 44-ФЗ, при исполнении контракта изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных этой же статьей и статьей 95 Закона № 44-ФЗ. 

Оплата выполненных подрядчиком работ производится заказчиком в размере, предусмотренном сметой, в сроки и в порядке, которые установлены законом или договором строительного подряда (пункт 1 статьи 746 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Доказательством сдачи подрядчиком результатов работы и приемки его заказчиком может являться акт, удостоверяющий приемку выполненных работ (статьи 720, 753 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В пункте 20 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, разъяснено, что поставка товаров, выполнение работ или оказание услуг в целях удовлетворения государственных или муниципальных нужд в отсутствие государственного или муниципального контракта, по общему правилу, не порождает у исполнителя право требовать оплаты соответствующего предоставления. 

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств (часть 1 статьи 64, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Оценка требований и возражений сторон осуществляется судом с учетом положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о бремени доказывания, исходя из принципа состязательности сторон, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Закон № 44-ФЗ содержит прямое указание на запрет изменения именно цены государственного контракта в ходе его исполнения (за предусмотренными данным Законом исключениями). 

При рассмотрении требований подрядчика об оплате стоимости работ, фактически выполненных им, но не охваченных предметом заключенного контракта, подлежит исследованию вопрос о соблюдении требования пункта  3 статьи 743 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Подрядчик, не сообщивший заказчику о необходимости выполнения работ, не учтенных в технической документации, не вправе требовать оплаты этих работ (п. 10 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда»). 

Приведенные нормативные положения и разъяснения их применения указывают на необходимость согласования с заказчиком выполнения дополнительных работ. При этом представляется верным учитывать данный правовой подход применительно и к случаям выполнения дополнительных работ в случае выявления в этом объективной необходимости в ходе исполнения контракта и если такие работы не изменяют непосредственно его предмет и само существо подлежащих выполнению работ, а также не влекут превышения твердой цены контракта. 

Это соответствует разъяснениям, содержащимся в пункте 12 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, которые указывают на неправомерность отказа подрядчику в получении оплаты за согласованные заказчиком работы, которые являлись необходимыми для достижения результата работ, предусмотренных контрактом, обеспечения их годности и прочности. 

Между тем при рассмотрении дела судом установлено, что согласование заказчиком дополнительных видов работ отсутствует. 

Согласно статье 743 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик, обнаруживший в ходе строительства не учтенные в технической документации работы и в связи с этим необходимость проведения дополнительных работ и увеличения сметной стоимости строительства, обязан сообщить об этом заказчику.

При неполучении от заказчика ответа на свое сообщение в установленный срок подрядчик обязан приостановить дополнительные работы. При невыполнении этой обязанности подрядчик лишается права требовать от заказчика оплаты выполненных им дополнительных работ и возмещения вызванных этим убытков.

Исходя из предмета договора – «разработка проектной документации…» и характера дополнительных работ, а также объема работ в целом по договору, суд не усматривает в данном случае безотлагательной необходимости выполнения работ и невозможности приостановить спорные работы до решения вопроса о согласовании дополнительных работ. 

Суд отклоняет довод истца о возникновении обязанности по оплате дополнительных работ на основании статьи 762 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку отношения сторон регламентируются специальным законодательством о контрактной системе, которое имеет приоритетное значение.

При таких обстоятельствах рассматриваемый довод истца не подтверждает обоснованность его правовой позиции по иску, поскольку выполнение спорного объема работ без согласования с заказчиком, в отсутствие ситуации объективной и безотлагательной необходимости этого, без соблюдения процедур, установленных Законом № 44-ФЗ, исключает возможность удовлетворения требования об оплате стоимости таких работ. 

В ином случае нивелируется смысл подлежащих применению к отношениям сторон норм указанного Закона, направленных на обеспечение гласности и прозрачности осуществления закупок для публичных нужд, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок и исключения возможности необоснованного ограничения числа их потенциальных участников (статья 1, пункт 2 статьи 8 Закона № 44-ФЗ). 

Пунктом 3.1. статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Принимая во внимание изложенные нормы и обстоятельства, руководствуясь статьями 64, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает, что исковые требования о взыскании стоимости дополнительных работ и расходов удовлетворению не подлежат.

Истец просит взыскать с ответчика пени в размере 59 142 рубля 34 копейки, в соответствии с пунктом 8.5. договора за непредставление технических условий, за одностороннее изменение объемов работ, просрочку рассмотрения документации, не оформление договора с гоэкспертизой, экспертизу ТЕР, экспертизу ФЕР, просрочку оплаты по договору.(т. 1, л.д 86 – 87); 15 664 рубля 26 копеек штрафа, в соответствии с пунктом 8.7. договора. Истец полагает, что правильным будет расчет пени за просрочку исполнения обязательств по договору, представленный в материалы дела (т. 1, л. д. 86-87). 

Согласно пункту 8.5. договора, в случае просрочки исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных договором, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных договором, подрядчик вправе потребовать уплаты неустоек (штрафов, пеней).

В соответствии с пунктом 8.7. договора, в случае ненадлежащего исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных договором, за исключением просрочки исполнения обязательств подрядчик вправе взыскать с заказчика штраф. Исходя из цены договора, указанной в пункте 4.1. договора, фактический размер штрафа составляет 15 664 рубля 26 копеек.

В соответствии с частью 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств  может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В силу части 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае ненадлежащего исполнения обязательств, в частности в случае просрочки исполнения. 

Ответчик с начисленной неустойкой не согласен.

Оценивая указанные истцом в качестве нарушений  действия (бездействия) ответчика, суд отмечает, что исходя из буквального толкования условий пунктов 8.5 и 8.7 договора ответственность в виде пени и штрафа применяется за нарушение сроков или ненадлежащего исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных договором.

Вместе с тем условиями договора не предусмотрена обязанность ответчика по предоставлению технических условий, по экспертизе ТЕРов, ФЕРов, а также проектной документации – данная обязанность установлена нормами Гражданского кодекса Российской Федерации о подряде; не предусмотрен запрет на одностороннее изменение условий договора притом, что такого изменения суд не установил. Суд соглашается с доводами ответчика о том, что необходимость изменения индексов возникла вследствие просрочки исполнения обязательства истцом, в результате которого в связи в принятием Федерального закона от 26.07.2017 № 191-ФЗ «О внесении изменений в Градостроительный кодекс Российской Федерации и признании утратившимиhttp://arbitrage:8080/20a?doc&nd=841105455&nh=0&c=%E4%EE+%E2%F1%F2%F3%EF%EB%E5%ED%E8%FF+%E2+%E7%E0%EA%EE%ED%ED%F3%FE+%F1%E8%EB%F3&spack=011a0%3D%E4%EE+%E2%F1%F2%F3%EF%EB%E5%ED%E8%FF+%E2+%E7%E0%EA%EE%ED%ED%F3%FE+%F1%E8%EB%F3%26a0area%3D7341%26a1%3D%26a12%3D%26a120%3D%26a120area%3D7341%26a12area%3D7341%26a12type%3D1%26a14area%3D7341%26a14from%3D%26a14to%3D%26a14type%3D1%26a1area%3D7341%26a20%3D%26a20area%3D7341%26a20type%3D1%26a27%3D787474489%26a27area%3D7341%26a27type%3D1%26a45%3D%26a45area%3D7341%26a47%3D%26a47area%3D7341%26a47type%3D1%26a5area%3D7341%26a5from%3D06%2F11%2F2017%26a5to%3D15%2F11%2F2018%26a5type%3D4%26a78%3D%26a78area%3D7341%26a79%3D%26a79area%3D7341%26a88%3D%26a88area%3D7341%26a9%3D707100507%26a9area%3D7341%26a9type%3D1%26flist%3D%CD%E0%F7%E0%F2%FC+%EF%EE%E8%F1%EA%26listid%3D010000000100%26listpos%3D0%26lsz%3D40%26sarea%3D7341%26sort%3D1%26w%3D2%26 - C4 силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации» и потребовался перерасчет.

Судом установлено, что ответчиком была допущена просрочка в исполнении обязательства по приемке и экспертизе документации (пункт 6.2 договора) неустойка за данный период составляет 960 рублей 38 копеек (626 570,51х9х7,5%/300). Суд в данном случае полагает необходимым исчислить неустойку от стоимости подлежащей согласованию документации, что является разумным и справедливым.

Кроме того, поскольку судом было установлено ненадлежащее исполнение обязательств ответчиком по договору, выразившееся в несвоевременном согласовании планов помещений, суд полагает необходимым применить установленный пунктом 8.7 штраф, который составляет 15 664 рубля 26 копеек. Однако поскольку нарушение носило незначительный характер, суд считает необходимым уменьшить штраф до 1 600 рублей 63 копеек. Поскольку судом была снижена неустойка подрядчику, суд полагает необходимым в целях соблюдения баланса интересов сторон снижение неустойки и для заказчика.

Согласно пункту 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Положения данной нормы направлены на установление баланса между применяемой к нарушителю мерой ответственности (неустойкой) и оценкой действительного размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения. Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 69).

В то же время, если подлежащая уплате неустойка перечислена самим должником, он не вправе требовать снижения суммы такой неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (подпункт 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации), за исключением случаев, если им будет доказано, что перечисление неустойки являлось недобровольным, в том числе ввиду злоупотребления кредитором своим доминирующим положением (пункт 79).

Таким образом, суд считает правомерным взыскать неустойку за ненадлежащее исполнение обязательств по договору частично в размере 2 651 рубль.  

Не подлежит взысканию с ответчика неустойка за просрочку оплаты выполненных работ по следующим основаниям.

Учитывая специфику настоящего спора, поскольку возможность осуществления возврата удержанной неустойки возможна только в судебном порядке, применительно к разъяснениям, данным в пункте 38 постановления Пленума от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", суд полагает, что до принятия настоящего судебного акта, в котором судом применены положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, денежные средства находились у ответчика на законных основаниях, в качестве неустойки. Данный вывод суда соответствует также разъяснениям, данным в пункте 4 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.10.2010 N 141 "О некоторых вопросах применения положений статьи 319 Гражданского кодекса Российской Федерации".

При подаче искового заявления истец уплатил в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 17 472 рубля, что подтверждается платежным поручением от 24.04.2018 № 325.

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины в сумме 9 922 рубля относятся на ответчика пропорционально сумме удовлетворенных исковых требований.

Руководствуясь статьями 104, 110, 167-171, 176, 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областная больница № 3» (г. Тобольск) в пользу Закрытого акционерного общества «Проектно-технологический исследовательский институт» 408 351 рубль 67 копеек удержанных денежных средств, 2 651 рубль неустойки, всего 410 912 рублей 68 копеек, а также 9 922 рубля государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путем подачи апелляционной жалобы в Восьмой арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Тюменской области.

 Судья

Курындина А.Н.