965/2023-52270(2) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА 

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000 http://fasszo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

03 августа 2023 года Дело № А56-29404/2021  

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе  председательствующего Воробьевой Ю.В., судей Богаткиной Н.Ю.,  Кравченко Т.В.,  

при участии от ФИО1 представителя  ФИО2 (доверенность от 23.05.2023), от ФИО3 представителя ФИО4 (доверенность от 28.06.2021),  

рассмотрев 01.08.2023 в открытом судебном заседании кассационную  жалобу ФИО1 на постановление Тринадцатого  арбитражного апелляционного суда от 24.04.2023 по делу № А56-29404/2021,  

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и  Ленинградской области от 10.06.2021 принято к производству заявление ФИО1, ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>, о признании  его несостоятельным (банкротом).  

Решением от 23.08.2021 ФИО1 признан несостоятельным  (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества  гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО5.  

Определением от 06.06.2022 завершена процедура реализации  имущества гражданина, в отношении ФИО1 применены правила об  освобождении его от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том  числе не заявленных в ходе процедуры банкротства.  

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от  19.10.2022 определение от 06.06.2022 отменено, в удовлетворении ходатайства  о завершении процедуры реализации имущества ФИО1 отказано.  

Определением от 20.02.2023 завершена процедура реализации  имущества гражданина, в отношении ФИО1 применены правила об  освобождении его от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том  числе не заявленных в ходе процедуры банкротства.  

Постановлением апелляционного суда от 24.04.2023 определение от  20.02.2023 отменено в части применения правила об освобождении от  дальнейшего исполнения требований кредиторов, в этой части принят новый  судебный акт о неприменении в отношении ФИО1 правила от  дальнейшего исполнения требований перед кредитором ФИО3.  

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на неправильное  применение судом апелляционной инстанции норм материального и  процессуального права, несоответствие его выводов фактическим  обстоятельствам дела, просит отменить постановление от 24.04.2023 и  оставить в силе определение от 20.02.2023.  

По мнению подателя жалобы, судом апелляционной инстанции не учтено,  что в материалах дела отсутствуют доказательства, которые устанавливают  факт противодействия ФИО1 проведению финансовым управляющим  процедуры банкротства, сокрытие и вывод активов должника в преддверии  банкротства, а также причинно-следственная связь между банкротством  юридических лиц, в которых должник являлся учредителем и генеральным  директором, и банкротством самого должника.  

Как указывает ФИО1, договор займа с ФИО3 не носил  целевой характер, следовательно неуказание должником цели расходования  денежных средств не свидетельствует о его недобросовестном поведении.  

В возражениях, поступивших в суд 21.07.2023 в электронном виде,  ФИО3 возражает против удовлетворения кассационной жалобы.  

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержала доводы  кассационной жалобы, а представитель ФИО3 возражала против ее  удовлетворения, считая обжалуемый судебный акт законным и обоснованным.  

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о  месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, однако своих  представителей в судебное заседание не направили, поэтому в соответствии со  статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  (далее - АПК РФ) жалоба рассмотрена в их отсутствие.  

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном  порядке в пределах доводов кассационной жалобы.  

Как следует из представленных материалов, финансовый управляющий  ФИО5 15.02.2023 обратилась в суд с ходатайством о завершении  процедуры реализации имущества должника и применении правила об  освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов,  представила отчет о своей деятельности и о результатах проведения  процедуры банкротства, сведения о финансовом состоянии должника, реестр  требований кредиторов и пр.  

В обоснование данного ходатайства ФИО5 ссылалась на  отсутствие у должника имущества, невыявление в ходе процедуры банкротства  признаков преднамеренного и фиктивного банкротства, непроведение расчетов  с кредиторами по причине недостаточности денежных средств.  

Оценив представленные ФИО5 документы, суд первой  инстанции пришел к выводу о выполнении финансовым управляющим всех  необходимых мероприятий, предусмотренных Федеральным законом от  26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о  банкротстве), в связи с чем завершил процедуру реализации имущества  гражданина и применил правила об освобождении должника от дальнейшего  исполнения требований кредиторов.  

Суд апелляционной инстанции, не согласившись с выводами суда первой  инстанции в части применения правила об освобождении ФИО1 от  дальнейшего исполнения требований кредиторов, постановлением от  24.04.2023 отменил определение от 20.02.2023 в указанной части и принял  новый судебный акт о неприменении указанного правила в отношении  исполнения требований перед кредитором ФИО3, указав на  недобросовестность должника ввиду сокрытия им сведений о расходовании  полученных должником от ФИО3 денежных средств.  

В соответствии со статьей 286 АПК РФ суд кассационной инстанции  проверяет правильность применения судами первой и апелляционной  инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной  жалобе и возражениях относительно жалобы.  

Предметом кассационного обжалования в рассматриваемом случае  является вопрос об освобождении/неосвобождении должника от исполнения  обязательств перед ФИО3  

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после  завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом,  освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том  числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации  долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее -  освобождение гражданина от обязательств).  

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на  требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 указанной статьи, а  также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были  знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества  гражданина.  

В силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение  гражданина от обязательств не допускается в случае, если:  

- вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к  уголовной или административной ответственности за неправомерные действия  при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что  такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;  

- гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил  заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или  арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это  обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при  рассмотрении дела о банкротстве гражданина;  

- доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на  котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое  требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно,  в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения  кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с  физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при  получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.  

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении  реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении  гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо  выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об  освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после  завершения реализации имущества гражданина.  

В пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением  в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве)  граждан» разъяснено, что целью положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о  банкротстве является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с  судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанная норма направлена  на недопущение сокрытия должником обстоятельств, которые могут  отрицательно повлиять на максимально полное удовлетворение требований  кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при  рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать  рассмотрению дела, а, если на должника возложена обязанность представить  документы в суд или финансовому управляющему, судами при рассмотрении  вопроса о добросовестности поведения должника должны учитываться наличие  документов в распоряжении гражданина и возможность их получения  

(восстановления). Если при рассмотрении дела о банкротстве будет  установлено, что должник не представил необходимые сведения суду или  управляющему при имеющейся у него возможности либо представил заведомо  недостоверные сведения, это может повлечь неосвобождение должника от  обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).  

В пунктах 43, 44 того же постановления разъяснено, что обстоятельства,  связанные с сокрытием должником необходимых сведений, могут быть  установлены судом на любой стадии дела о банкротстве должника в любом  судебном акте, при принятии которого данные обстоятельства исследовались  судом и были отражены в его мотивировочной части, а совершение должником  иных противоправных действий может подтверждаться обстоятельствами,  установленными как в рамках любого обособленного спора по делу о  банкротстве должника, так и в иных делах.  

Закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан  положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников  направлены на исключение возможности получения должником несправедливых  преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов.  

По общему правилу обычным способом прекращения обязательств  является его надлежащее исполнение (статья 408 Гражданского кодекса  Российской Федерации, далее - ГК РФ).  

Институт банкротства граждан предусматривает иной –  экстраординарный, – механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое  финансовое положение, от погашения требований кредиторов, – списание  долгов. При этом целью института потребительского банкротства является  социальная реабилитации гражданина – предоставление ему возможности  заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от  необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной  степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение  причитающегося им.  

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются  повышенные требования в части добросовестности.  

Таким образом, законодатель предусмотрел механизм освобождения  гражданина, признанного банкротом, от обязательств, одним из элементов  которого является добросовестность поведения гражданина, в целях  недопущения злоупотребления в применении в отношении гражданина правила  об освобождении от исполнения обязательств как результата банкротства.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О  применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского  кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как  добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения,  ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и  законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в  получении необходимой информации.  

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность  участников гражданских правоотношений и разумность их действий  предполагаются, пока не доказано иное.  

Рассмотрев отчет финансового управляющего, суд первой инстанции  установил, что задолженность перед кредиторами первой очереди у должника  отсутствует; во вторую очередь реестра требований кредиторов должника  (далее - Реестр) включено требование Федеральной налоговой службы в  размере 87 042,37 руб., в третью очередь Реестра включены требования  

четырех кредиторов в размере 103 593 009,43 руб., в том числе требование  ФИО3 в размере 44 901 110,33 руб., и мажоритарного кредитора  акционерного общества «Инвестторгбанк» в размере 57 323 255,16 руб.,  основанное на договорах поручительства, заключенных должником.  

Требования кредиторов не удовлетворены по причине отсутствия  денежных средств. Сделки, заключенные или исполненные на условиях, не  соответствующих рыночным, что могло бы послужить причиной возникновения  или увеличения неплатежеспособности должника и причинить реальный ущерб  в денежной форме, не выявлены.  

В рассматриваемом случае анализ финансового состояния должника  признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не выявил.  

Суд первой инстанции констатировал отсутствие в материалах дела  доказательств того, что должник предпринимал действия, направленные на  сокрытие имущества и доходов, документов, истребуемых финансовым  управляющим, злостно уклонялся от погашения кредиторской задолженности  перед ФИО3; отсутствие вступивших в законную силу судебных актов  о привлечении ФИО1 к уголовной или административной  ответственности за неправомерные действия при банкротстве, за  преднамеренное или фиктивное банкротство; недоказанность обстоятельств,  свидетельствующих о том, что при получении займа и выдаче поручительства  должник принимал на себя заведомо неисполнимые кредитные обязательства.  

Суд первой инстанции учел изложенные обстоятельства в качестве  подтверждения добросовестного поведения должника.  

Отменяя определение от 20.02.2023 в части применения к должнику  правила об освобождении его от дальнейшего исполнения требований  кредиторов, суд апелляционной инстанции принял во внимание факт  нераскрытия ФИО1 необходимости (цели) получения кредита от  ФИО3 и последующего его расходования, отклонив пояснения должника  о ведении совместного с ФИО3 бизнеса.  

Вместе с тем суд апелляционной инстанции оставил без внимания  обстоятельства выдачи ФИО3 займа в размере 38 000 000 руб. по  расписке без установления процентов и какого-либо обеспечения, то есть на  условиях, не доступных обычным участникам гражданского оборота.  Изложенное может свидетельствовать о наличии между ФИО3 и  ФИО1 сложившихся деловых связей и как следствие о наличии у  ФИО3 объективной возможности для оценки имущественного  положения и платежеспособности ФИО1 и степени риска при выдаче  такого займа.  

В рассматриваемом случае поведение должника не выходит за рамки  обычной деловой практики ведения предпринимательской деятельности,  сопряженной с определенными рисками, однако нерациональность ведения  хозяйственной деятельности не может свидетельствовать о  недобросовестности ФИО1  

Неудовлетворение требований кредиторов в добровольном порядке не  означает умысла должника на причинение им вреда и не может  квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской  задолженности по смыслу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.  

Судебной практикой выработаны критерии, позволяющие разграничить  злостное уклонение от погашения задолженности, заключающееся в стойком  умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии  возможности, от непогашения долга вследствие отсутствия возможности,  нерационального ведения своих дел или стечения жизненных обстоятельств.  

В материалы дела ФИО3 не представлены достаточные и  достоверные доказательства о злоупотреблении правом должником.  

Иными кредиторами, включенными в Реестр, возражений относительно  освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств не заявлено.  

С учетом изложенного суд первой инстанции правильно указал, что в  материалах дела отсутствуют основания для неприменения к ФИО1  правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов.  

По мнению суда кассационной инстанции, выводы суда первой инстанции  основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и  соответствуют установленным им фактическим обстоятельствам.  

В этой связи у суда апелляционной инстанции не имелось оснований для  отмены определения от 20.02.2023 в части к должнику правила об  освобождении его от дальнейшего исполнения требований кредиторов.  

При указанных обстоятельствах постановление суда апелляционной  инстанции от 24.04.2023 подлежит отмене, определение суда первой инстанции  от 20.02.2023 – оставлению в силе.  

Руководствуясь статьями 286 - 290 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа  

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от  24.04.2023 по делу № А56-29404/2021 отменить.  

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и  Ленинградской области от 20.02.2023 по тому же делу оставить в силе.  

Председательствующий Ю.В. Воробьева  

Судьи Н.Ю. Богаткина  Т.В. Кравченко