ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-71701/2021

26 июля 2024 года

г. Санкт-Петербург

/искл.1

Резолютивная часть постановления объявлена 17 июля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 26 июля 2024 года

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе

председательствующего  судьи Тарасовой М.В.,

судей Будариной Е.В., Морозовой Н.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Байшевой А.А., 

при участии посредством использования системы веб-конференции:

от финансового управляющего – представителя ФИО1 (доверенность от 24.06.2024), 

от ФИО2 – представителя ФИО3 (доверенность от 27.10.2021), 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 (регистрационный номер 13АП-17446/2024) и финансового управляющего ФИО4 (регистрационный номер 13АП-17450/2024) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.04.2024 по обособленному спору №А56-71701/2021/искл.1  (судья  Нарижний А.С.), принятое  по заявлению ФИО2 об исключении денежных средств из конкурсной массы, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2, 

залоговый кредитор: ПАО Банк «Уралсиб», 

 

установил:

ПАО «Банк Уралсиб» (далее – Банк) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании ФИО2 (далее - должник) несостоятельным (банкротом).

Определением от 09.09.2021 суд первой инстанции принял заявление к производству и возбудил дело о банкротстве. 

Определением 29.12.2021 (резолютивная часть объявлена 21.12.2021) арбитражный суд признал заявление Банка обоснованным, ввел в отношении ФИО2 процедуру реструктуризации долгов гражданина, утвердил финансовым управляющим ФИО4, члена союза арбитражных управляющих «Созидание». 

Этим же судебным актом в реестр требований кредиторов должника включено требование Банка в размере 4 088 254,28 рублей, из которых 2 857 214,43 рублей  основного долга, 835 637,37 рублей процентов, 355 113,43 рублей  неустойки, 40 289,05 рублей судебных расходов, как обеспеченное залогом квартиры с кадастровым номером 78:12:0007208:5314, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, Рыбацкий просп, д. 57, корп. 2, лит. А, кв. 109 (далее - квартира).

Определением от 12.04.2022 по обособленному спору № А56-71701/2021/тр.3 в реестр требований кредиторов должника также включено требование Банка в размере 167 323,17 рублей  процентов, как обеспеченное залогом квартиры.

Решением от 22.06.2022 (резолютивная часть объявлена 21.06.2022) арбитражный суд прекратил процедуру реструктуризации долгов гражданина, признал должника несостоятельным (банкротом), ввел в отношении него процедуру реализации имущества гражданина, утвердил финансовым управляющим должника ФИО4

Сведения о признании должника банкротом опубликованы в газете «Коммерсантъ» 02.07.2022. 

Должник обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил исключить из конкурсной массы оставшиеся после реализации квартиры денежные средства в размере 2 349 319,72 рублей (с учетом уточнений).

Определением от 28.04.2024 арбитражный суд исключил из конкурсной массы ФИО2 денежные средства в размере 1 855 889,72 рублей; в удовлетворении остальной части требований отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий и ФИО2 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят определение от 28.04.2024 отменить каждый в своей части, принять новый судебный акт.

Финансовый управляющий утверждает, что реализованная квартира не является для должника единственным пригодным для проживания жильем, поскольку ФИО2  с  семьей проживает в другом регионе и им как членам семьи выделено иное помещение (определение от 12.07.2023 по обособленному спору №А56-2419/2020/искл.1, постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.11.2023 и постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 22.02.2024 по тому же делу). Податель жалобы утверждает, что судом первой инстанции не дана оценка доводам финансового управляющего в части недобросовестности действий должника и членов его семьи, выраженных в намеренном создании за каждым членом семьи «единственного» пригодного для проживания жилья с целью лишения конкурсных кредиторов возможности удовлетворить свои требования. По мнению финансового управляющего, судебный акт надлежит отменить в части удовлетворения требований должника об исключении из конкурсной массы 1 855 889,72 рублей, приняв новое решение об отказе в удовлетворении требований должника в полном объеме.

Должник в апелляционной жалобе настаивает на том, что вознаграждение финансового управляющего в размере 7% выручки, полученной от реализации его единственного жилья, не может быть выплачено за счет денежных средств, обладающих исполнительским иммунитетом. ФИО2 также обращает внимание на то, что поданное финансовым управляющим заявление от 12.05.2023 об установлении ему суммы процентного вознаграждения до настоящего времени по существу не разрешено. По мнению должника, судебный акт надлежит отменить в части отказа в исключении из конкурсной массы денежных средств в сумме 483 430 рублей, то есть удовлетворить его требования о выплате из конкурсной массы 2 349 319,72 рублей в полном объеме. 

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

Представители подателей жалоб поддержали позиции, изложенные в своих процессуальных документах.

На вопросы председательствующего судьи представитель ФИО2 развернутых пояснений не дал, информацию о родстве и степени родства своего доверителя и ФИО5 раскрывать (подтверждать) отказался (сообщил, что ему такие сведения не известны), полагал, что обстоятельства дела №А56-2419/2020 никакого отношения к спору не имеют. При этом от комментирования своей же позиции в деле, озвученной председательствующим судьей (из отзыва должника на возражения финансового управляющего и кредиторов, поступившего в дело 05.09.2023 в 10 час. 31 мин посредством системы «Мой арбитр») отказался, настаивая на том, что не понимает, откуда суд берет такие сведения.

В удовлетворении ходатайства представителя ФИО2 об отводе председательствующего судьи Тарасовой М.В., заявленного устно в ходе рассмотрения апелляционных жалоб, отказано, о чем вынесено соответствующее определение.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили,  в связи с чем, в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном порядке.

Исследовав доводы подателей апелляционных жалоб в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

Как следует из материалов дела, в процедуре банкротства ФИО2 финансовым управляющим реализовано имущество должника, находящееся в залоге Банка, за 7 049 000 рублей.

Вырученных денежных средств оказалось достаточно для проведения полного расчета по обязательствам с залоговым кредитором и погашения расходов на проведение торгов, в результате чего ФИО2 заявил о выплате ему остатка для приобретения иного жилья. 

Разногласия возникли в связи с тем, что ФИО2 настаивает на наличии у реализованной квартиры статуса единственного жилья, потому все денежные средства за исключением причитающегося Банку погашения и расходов, связанных с реализацией имущества, должны быть выплачены ему в полном объеме (то есть 2 349 319,72 рублей), а финансовый управляющий и кредиторы, ссылаясь на наличие иного имущества, в котором ФИО2 с семьей зарегистрирован и проживает, настаивают на том, что квартира исполнительским иммунитетом не обладала. 

Свою позицию финансовый управляющий обосновывает тем, что в деле о банкротстве матери ФИО2 - ФИО5 вступившим в законную силу определением арбитражного суда от 12.07.2023 по спору №А56- 2419/2020/искл1 из конкурсной массы последней исключен земельный участок площадью 775 кв.м и расположенный на нем жилой дом площадью 317,6 кв.м, находящиеся по адресу: 

<

...>, как единственное пригодное для проживания ФИО5 и членов ее семьи жилье. 

В ходе процедуры банкротства ФИО2 фактически проживает в указанном жилом доме, принадлежащем на праве собственности его матери, потому квартира Санкт-Петербурге исполнительским иммунитетом не обладает.

Должник, в свою очередь, отрицал наличие у него в собственности какого-либо иного имущества, за исключением спорной квартиры, потому настаивал на выплате остатка денежных средств от ее реализации в свою пользу. Что касается процентов по вознаграждению финансового управляющего, то должник полагал, что источником такой выплаты должна быть конкурсная масса, а не денежные средства, обладающие исполнительским иммунитетом.

Судом принято во внимание, что из вырученных за квартиру 7 049 000 рублей - 4 255 254,28 рублей направлены финансовым управляющим на удовлетворение требований залогового кредитора, подтвержденных судебными актами (определения от 21.12.2021 и от 12.04.2022), 384 080,07 рублей  – на погашение требований залогового кредитора по мораторным процентам, 60 022,76 рублей - составили совокупные расходы на реализацию предмета залога.

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался пунктом 3 статьи 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также правовыми подходами, сформулированными в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2023 №307-ЭС22-27054 по делу №А56-51728/2020, определении от 26.07.2021 №303-ЭС20-18761 по делу №А73-12816/2019, постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 07.03.2023 №Ф07-23581/2022 по делу №А56-26478/2021 и пришел к выводу о том, что из оставшихся денежных средства сначала надлежит выплатить вознаграждение финансового управляющего в размере 483 430 рублей (7% от стоимости реализации квартиры), а затем остаток, то есть 1 855 889,72 рублей, передать ФИО2 для приобретения замещающего жилья.

Доводы подателей жалоб не создают оснований для отмены судебного акта.

Вопреки позиции финансового управляющего иной собственности во владении ФИО2, за исключением реализованной залоговой квартиры, не установлено. Само по себе проживание его с семьей в г. Севастополь в доме, принадлежащем матери, что послужило основанием для исключения дома площадью 317,6 кв.м из конкурсной массы последней, не дает оснований полагать, что квартира в Санкт-Петербурге утратила статус единственного жилья ФИО2

По мнению апелляционной коллегии, если недобросовестные действия членов семьи ФИО2 и создали условия для исключения дома в г.Севастополь, явно подпадающего на первый взгляд под признаки роскошного жилья с учетом его площади, из конкурсной массы ФИО5, то факт исключения денежных средств на приобретение замещающего жилья ФИО2 может послужить основанием для пересмотра судебных актов в деле №А56-2419/2020 по правилам главы 37 АПК РФ. 

С одной стороны, должник и члены его семьи вправе самостоятельно определять место их проживания в разные периоды времени, а с другой, - подобное право не может использоваться заинтересованными лицами в ущерб кредиторам, создавая видимость единственного жилья то в деле о банкротстве одного банкротящегося члена семьи, то в деле о банкротстве другого, на что справедливо обратил внимание финансовый управляющий. 

Вместе с тем, доводы финансового управляющего о том, что ФИО2, его супруга и дети сменили постоянную регистрацию на г. Севастополь в феврале 2022 года больше имеют отношения к делу о банкротстве ФИО5, нежели к настоящему спору. Право собственности при этом на дом в г. Севастополе должник не приобрел, а сам по себе акт регистрации носит временный характер в том смысле, что по решению собственника может быть прекращен при определенных условиях. 

Как верно указал суд первой инстанции, фактов совершения должником недобросовестных действий, направленных на искусственное создание объекта, защищенного исполнительским иммунитетом, равно как и злоупотребления правом в иных формах, не установлено.

Потому доводы апелляционной жалобы финансового управляющего надлежит отклонить.

Апелляционная коллегия не может согласиться и с позицией ФИО2 о том, что вознаграждение финансового управляющего не может быть выплачено за счет стоимости реализованной квартиры, а подлежит удовлетворению из конкурсной массы (сформированной  не в связи с продажей предмета залога).

Подобное утверждение является ошибочным.

Как верно установлено судом, по обеспеченному ипотекой долгу не применяется правило об исполнительском иммунитете. Гражданин, передавая свое единственное жилье в залог, фактически отказывается от такого иммунитета в пользу кредитора, позволяя ему в случае просрочки по обязательству обратить взыскание на предмет залога.

В то же время заключение договора ипотеки с конкретным залоговым кредитором не означает, что должник отказывается от исполнительского иммунитета по требованиям всех остальных кредиторов. По смыслу действующего законодательства исполнительский иммунитет сохраняется в отношении долгов, не обеспеченных ипотекой единственного жилья. Квартира (дом), не находящаяся в ипотеке и не относящаяся к роскошному жилью, не входит в конкурсную массу, не может быть реализована и подлежит оставлению за гражданином для обеспечения его права на жилище. Следовательно, у иных (неипотечных) кредиторов любой из очередей не может сформироваться подлежащих защите разумных правовых ожиданий в получении удовлетворения за счет ценности единственного жилья.

Аналогичный подход применим и для ситуации, когда по требованию залогодержателя квартира включена в конкурсную массу и после ее реализации и погашения основного долга остались денежные средства. По общему правилу такие средства были бы направлены иным (необеспеченным) кредиторам. Однако, поскольку иные кредиторы не имеют права претендовать на стоимость единственного жилья, то в силу принципа эластичности (суррогации) режим исполнительского иммунитета должен быть распространен и на заменившую квартиру ценность - оставшиеся денежные средства, которые следуют судьбе замененной ими вещи.

В результате этого находящиеся в иммунитете средства передаются только тому лицу, на которое иммунитет не распространяется - залоговому кредитору - по его обеспеченным требованиям более низкой очереди удовлетворения - по выплате мораторных процентов и финансовых санкций. Оставшиеся после этого средства в силу исполнительского иммунитета исключаются из конкурсной массы и передаются должнику в целях обеспечения его права на жилище (первоначальный взнос для приобретения нового жилья, аренда жилого помещения и т.д.).

Правила распределения денежных средств, вырученных от продажи заложенного имущества при несостоятельности физического лица залогодателя, изложены в пункте 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве, в соответствии с которым восемьдесят процентов вырученных от продажи заложенного имущества средств подлежат направлению залоговому кредитору.

Десять процентов от вырученных средств направляются на погашение требований кредиторов должника первой и второй очереди в случае недостаточности иного имущества гражданина для погашения указанных требований.

При отсутствии кредиторов первой и второй очереди (или при достаточности иного имущества для расчетов с ними) и при условии, что первоначальные 80% не покрыли полностью обеспеченное залогом требование, указанные 10% процентов по смыслу абзацев пятого и шестого пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве направляются на расчеты с залоговым кредитором. Данные средства не могут быть выплачены иным кредиторам до расчета с залогодержателем.

В соответствии с абзацем четвертым пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве оставшиеся денежные средства (иные десять процентов) направляются на погашение судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога.

Из иных десяти процентов в первую очередь погашаются расходы, понесенные в связи с продажей имущества (статья 319 ГК РФ и пункт 1 статьи 61 Федерального закона от 16.07.1998 №102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее - Закон об ипотеке), в частности, на его оценку, проведение торгов, выплату финансовому управляющему вознаграждения, начисленного в результате удовлетворения требований залогового кредитора, оплату привлеченным лицам, услуги которых были необходимы для реализации предмета залога.

Проценты по вознаграждению финансового управляющего, исчисляемые при удовлетворении требования, обеспеченного залогом, уплачиваются в пределах «процентов на расходы», т.е. в пределах иных десяти процентов. 

Также по смыслу названной статьи вне очереди вырученные средства направляются в целях погашения расходов на реализацию предмета залога на торгах, обеспечение его сохранности, включая налог на имущество (пункт 14 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №3 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 10.11.2021), коммунальные платежи, необходимые для поддержания заложенного имущества в физически исправном состоянии (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 03.02.2022 №305-ЭС20-7883(3,4)).

Таким образом, вознаграждение финансового управляющего выплачивается исключительно за счет стоимости реализованного имущества должника.

В постановлении Конституционного Суда РФ от 04.06.2024 N 28-П указано, что до внесения в правовое регулирование соответствующих изменений суды должны исключать из конкурсной массы гражданина-должника по его заявлению денежные средства, вырученные от продажи в рамках процедуры банкротства принадлежащего гражданину-должнику единственного ипотечного жилого помещения (за вычетом сумм, направляемых на погашение требований залогового кредитора, а также на погашение требований и расходов, предусмотренных абзацами вторым - четвертым пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве), как защищенные имущественным (исполнительским) иммунитетом.

В абзаце четвертом пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве прямо поименованы расходы на выплату вознаграждения финансовому управляющему, потому позиция должника ошибочна.

Апелляционный суд, соглашаясь с выводами суда, полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом установлены верно, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. 

Нарушений судом норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.  

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.04.2024 по обособленному спору №А56-71701/2021/искл.1  оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.  

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

М.В. Тарасова

Судьи

Е.В. Бударина

 Н.А. Морозова