АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-9920/2020

г. Владивосток

09 сентября 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена 08 сентября 2020 года . 

Полный текст решения изготовлен 09 сентября 2020 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Ю.А. Тимофеевой

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Открытие» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации 09.06.2014) 

к Центральному банку Российской Федерации в лице Дальневосточного ГУ Банка России (ИНН 7702235133, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации 02.12.1990) 

об отмене постановления от 10.06.2020 № ПН-59-1-6-20/114ДСП о наложении штрафа по делу об административном правонарушении № АП-59-1-6-20/114ДСП, 

при участии в заседании: 

от заявителя: не явились, извещены, 

от ответчика: ФИО2 по доверенности от 10.07.2019 № 25АА 2786726 по 30.06.2022, паспорт, диплом,

установил:

Акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Открытие»  (далее по тексту – общество, заявитель, фонд) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене постановления Центрального банка Российской Федерации в лице Дальневосточного ГУ Банка России (далее по тексту – ЦБ РФ, ответчик) от 10.06.2020 № ПН-59-1-6-20/114ДСП  о наложении штрафа по делу об административном правонарушении №АП-59-1-6-20/114дсп  о привлечении к административной ответственности в виде штрафа в размере 150 000 руб.

В обоснование заявленного требования общество ссылается в заявлении на отсутствие как события, так и вины фонда в совершении вмененного ему административного правонарушения, поскольку что в действиях работников акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Открытие» отсутствует нарушение пункта 3 статьи 36.27 Федерального закона от 07.05.1998 № 75-ФЗ «О негосударственных 3 А51-25848/2019 пенсионных фондах», так как требования указанной нормы направлены на запрет для негосударственных пенсионных фондах (далее – НПФ) распространять информацию именно о фонде или его управляющей компании. Однако информация о порядке подачи в Пенсионный фонд Российской Федерации (далее – ПФР) заявления о досрочном переходе из одного НПФ в другой НПФ, не относится к информации о фонде или его управляющей компании, поскольку фонд не является участником процедуры подачи застрахованным лицом заявления в ПФР. Акционерное общество обращает      внимание     суда    на то, что доверенность, предоставленная для подписания уполномоченному представителю Банка России, предполагает возможность для застрахованного лица уполномочить удостоверяющий центр на создание ему подтвержденной учетной записи в ЕСИА в целях взаимодействия с ПФР в рамках процедуры реализации его права на выбор страховщика по обязательному пенсионному страхованию (далее – ОПС), в том числе для уточнения информации о возможной потере инвестиционного дохода при досрочной смене страховщика по ОПС. При этом в доверенности УЦ отсутствуют полномочия на подписание и подачу от застрахованного лица заявления в ПФР о переходе (досрочном переходе) из одного НПФ в другой НПФ. Таким образом, по мнению заявителя, право застрахованного лица на самостоятельную подачу заявления не было нарушено. Полагает, что со стороны работника Агента не было принуждения к подписанию застрахованным лицом доверенности, так как собственноручное подписание застрахованным лицом доверенности означает его добровольное и безусловное волеизъявление на предоставление полномочий. Фондом были приняты все возможные и зависящие от него действия для добросовестного соблюдения Агентом требований действующего законодательства, в связи с чем, вина фонда, как признак субъективной стороны состава правонарушения, предусмотренного частью 12 статьи 15.29 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), отсутствует. 

Кроме того, общество полагает, что в рассматриваемом случае возможно применение положений статьи 2.9 КоАП РФ, поскольку в действиях заявителя отсутствует существенная угроза охраняемым общественным отношениям, а также отсутствует пренебрежительное отношение к исполнению публичной обязанности по заключению договоров об обязательном пенсионном страховании.

ЦБ РФ представил отзыв на заявление, согласно которому требование общества не признает, считает, что материалами проверки подтверждается как факт совершения обществом административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 12 статьи 15.29 КоАП РФ, так и вина в его совершении.

Представитель заявителя в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом. На основании части 2 статьи 210 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд рассмотрел дело в отсутствие представителя общества на основании имеющихся в деле документов.

Исследовав материалы дела, суд установил следующее.

ЦБ РФ в отношении АО «НПФ «Открытие» в офисе агента Фонда - ПАО Банк «Финансовая Корпорация Открытие» (далее - Агент), расположенном по адресу: 

<

...>, проведено контрольное мероприятие, о чем составлен акт от 06.11.2019 № АКМ7/128ДСП.

В ходе проведения контрольного мероприятия уполномоченными представителями банка осуществлены действия, направленные на создание условий по заключению с Фондом договора об обязательном пенсионном страховании (далее - ОПС) застрахованным лицом, реализующим право на переход из одного негосударственного пенсионного фонда (далее - НПФ) в другой.

Однако, работник Агента с целью заключения договора об ОПС   предложила работнику Банка (проверяющему лицу) оформить заявление на переход в Фонд посредством программного обеспечения Агента, установленного на рабочем месте сотрудника Агента и предоставила для подписания заявление на создание квалифицированного сертификата ключа проверки ЭП, доверенность на ООО «ГУЦ» на совершение действий, связанных с формированием и направлением документов в целях реализации права на выбор (изменение) страховщика по ОПС, информацию, содержащуюся в квалифицированном сертификате. Кроме этого представитель Агента предоставила проверяющему лицу вводящую в заблуждение информацию относительно порядка подачи в ПФР заявления о переходе из одного ПФР в другой, а именно, что заявление о переходе из одного ПФР в другой оформляется и подается через Агента. Указанными действиями нарушены требования статьи 36.27 Федерального закона от 07.05.1998 № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах».

Усмотрев в действиях общества признаки состава административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 12 статьи 15.29 КоАП РФ, ответчик составил протокол об административном правонарушении от 11.03.2020 № АП-ПР-59-1-6-20/126ДСП.

По результатам рассмотрения материалов дела административным органом было вынесено постановление от 10.07.2020 № ПН-59-1-6-20/114дсп. Согласно данному постановлению, а также учитывая положения части 3.3 статьи 4.1 КоАП РФ, общество привлечено к административной ответственности в соответствии с частью 12 статьи 15.29 КоАП РФ и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 150000 рублей ( с учетом уменьшения размера санкции по части 3.2 статьи  4.1 КоАП РФ в 2 раза).

Общество, полагая, что постановление от 10.07.2020 № ПН-59-1-6-20/114дсп не отвечает требованиям закона и нарушает его права, обратилось в суд с рассматриваемым заявлением.

Суд, исследовав материалы административного дела в отношении общества, считает, что заявленное требование не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Правовые, экономические и социальные отношения, возникающие при создании негосударственных пенсионных фондов, осуществлении ими деятельности по негосударственному пенсионному обеспечению регулируются Федеральным законом от 07.05.1998 № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» (далее по тексту Закон № 75-ФЗ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 2 Закона № 75-ФЗ негосударственный пенсионный фонд - организация, исключительной деятельностью которой является негосударственное пенсионное обеспечение, в том числе досрочное негосударственное пенсионное обеспечение, и обязательное пенсионное страхование.

Одной из функций НПФ в силу пункта 2 статьи 8 Закона № 75-ФЗ является заключение пенсионных договоров и договоров об обязательном пенсионном страховании.

Договор об обязательном пенсионном страховании заключается между фондом и застрахованным лицом. В один и тот же период в отношении каждого застрахованного лица может действовать только один договор об обязательном пенсионном страховании (пункт 1 статьи 36.4 Закона № 75-ФЗ).

Статьей 32 Федерального закона от 15.12.2001 №167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» предусмотрено, что застрахованное лицо вправе в порядке, установленном федеральным законом, отказаться от получения накопительной пенсии из Пенсионного фонда Российской Федерации и передать свои накопления, учтенные в специальной части индивидуального лицевого счета, в негосударственный пенсионный фонд начиная с 1 января 2004 года. 

При этом согласно части 1 статьи 36.7 Федерального закона №75-ФЗ застрахованное лицо до обращения за установлением накопительной пенсии, срочной пенсионной выплаты, единовременной выплаты средств пенсионных накоплений может воспользоваться правом на переход в фонд не чаще одного раза в год путем подачи заявления в Пенсионный фонд Российской Федерации в порядке, установленном настоящей статьей. 

В соответствии с пунктом 4 статьи 36.7 Федерального закона №75-ФЗ застрахованное лицо может подать заявление в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации лично или через представителя, действующего на основании нотариально удостоверенной доверенности, либо в форме электронного документа, порядок оформления которого определяется Правительством Российской Федерации, с использованием единого портала государственных и муниципальных услуг. 

При этом возможность передачи застрахованным лицом полномочий на подписание и подачу заявления в территориальный орган ПФР, кроме как  путем оформления нотариально удостоверенной доверенности, нормами статьи 36.7 Федерального закона №75-ФЗ не предусмотрена. 

Пунктом 3 статьи 36.27 Федерального закона №75-ФЗ установлено, что НПФ, агенты или работники НПФ не вправе делать в устной и письменной форме заявления, распространяемые среди застрахованных лиц, о НПФ или его управляющей компании, которые заведомо направлены на введение в заблуждение или содержат недостоверную информацию. 

Согласно положениям пункта 20 статьи 36.2 Федерального закона №75-ФЗ НПФ, осуществляющий деятельность по ОПС, обязан нести ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств НПФ по ОПС работниками НПФ, а также агентами, которые должны действовать по заданию НПФ и под его контролем. 

Материалами дела установлено, что в ходе проведения КМ работник Агента Фонда ПАО Банк «ФК Открытие» предоставил для подписания уполномоченному представителю Банка России бланк доверенности на передачу полномочий ООО «ГУЦ» по совершению действий, связанных с использованием ключа электронной подписи для получения государственных услуг и направленных на реализацию права на выбор (изменение) страховщика по ОПС, что нарушает безусловное право застрахованного лица на самостоятельную подачу заявления в ПФР о переходе (досрочном переходе) в Фонд в форме электронного документа, порядок оформления которого определяется Правительством Российской Федерации, с использованием единого портала государственных и муниципальных услуг. 

Таким образом, работником Агента распространена недостоверная информация о том, что только с помощью совершения вышеперечисленных действий осуществляется передача заявления застрахованного лица о досрочном переходе из одного НПФ в другой. При этом сведений о предоставлении уполномоченному представителю Банка России информации об иных способах подачи заявления в ПФР, а именно о возможности подать заявление лично или через представителя, действующего на основании нотариально удостоверенной доверенности, в ходе проведения КМ не зафиксировано, что нарушает право застрахованного лица на самостоятельный выбор способа подачи заявления о переходе (досрочном переходе) в Фонд и противоречит порядку подачи такого заявления, предусмотренному статьями 36.7 и 36.11 Закона.

Кроме этого, в ходе КМ представитель Агента также  ввел в заблуждение застрахованное лицо, сообщив, что НПФ в лице Агента обладает правом на прием заявлений застрахованного лица о переходе из одного НПФ в другой, чем нарушил требования пункта 3 статьи 36.7 Закона №75-ФЗ. 

Указанный факт подтверждается материалами по делу об административном правонарушении № АП-59-1-6-20/114ДСП в отношении АО «НПФ «Открытие», в частности протоколом № АП-ПР-59-1-6-20/114ДСП от 11.03.2020 об административном правонарушении. В подтверждении того, что ПАО Банк «ФК Открытие» является агентом АО «НПФ «Открытие» в материалах дела представлен агентский договор № ДРИА-07-18/3а от 23.07.2018, который является действующим, в соответствии с пунктом 1.1. которого Фонд поручает, а Агент за вознаграждение обязуется совершать от имени и за счет Фонда юридические и иные предусмотренные договором действия, связанные с поиском и привлечением застрахованных лиц, заинтересованных в заключении с Фондом Договоров ОПС, а Фонд обязуется выплачивать Агенту вознаграждение в размере и порядке, указанных в разделе 3 Договора. 

Таким образом, в ходе проведения КМ работником Агента, действующим по заданию Фонда и под его контролем, сделано заявление, заведомо направленное на введение в заблуждение застрахованного лица относительно порядка подачи в ПФР заявления о досрочном переходе из одного НПФ в другой НПФ, что является нарушением требований, предусмотренных пунктом 3 статьи 36.27 Федерального закона №75-ФЗ. 

В обосновании доводов об отсутствии состава административного правонарушения заявитель по тексту заявления обращает внимание суда на то, что доверенность, предоставленная для подписания уполномоченному представителю Банка России, предполагает возможность для застрахованного лица уполномочить удостоверяющий центр на создание ему подтвержденной учетной записи в ЕСИА в целях взаимодействия с ПФР в рамках процедуры реализации его права на выбор страховщика по обязательному пенсионному страхованию (далее – ОПС), в том числе для уточнения информации о возможной потере инвестиционного дохода при досрочной смене страховщика по ОПС. При этом в доверенности УЦ отсутствуют полномочия на подписание и подачу от застрахованного лица заявления в ПФР о переходе (досрочном переходе) из одного НПФ в другой НПФ. Таким образом, по мнению заявителя, право застрахованного лица на самостоятельную подачу заявления не было нарушено. 

Изложенный довод судом отклонен как несоответствующий фактическим обстоятельствам дела. Из представленного в материалах дела бланка доверенности от 06.11.2019 на передачу полномочий ООО «ГУЦ» прямо следует, что целью передачи указанных полномочий является совершение обществом действий, направленных на реализацию права застрахованного лица на выбор (изменение) страховщика по ОПС, что, в свою очередь, не предполагает личного участия застрахованного лица в подаче заявления в территориальный орган ПФР в форме электронного документа с использованием единого портала государственных и муниципальных услуг, в связи с чем нарушает порядок его оформления, определенный Правительством Российской Федерации. 

Кроме того, в бланке заявления на создание квалификационного сертификата ключа проверки электронной подписи от 06.11.2019 содержится информация о том, что настоящее согласие дано ООО «ГУЦ», АО «НПФ «Открытие» и действует в части обработки персональных данных, не указанных в Федеральном законе от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи», до дня его отзыва в письменной форме, что расценивается как создание условий для перехода застрахованного лица из одного НПФ в другой НПФ в нарушении процедуры оформления нотариальной доверенности. 

Довод Фонда о том, что отсутствовало принуждение со стороны работника Агента к подписанию застрахованным лицом доверенности, не имеет правового значения для квалификации совершенного правонарушения по части 12 статьи 15.29 КоАП РФ, так как необходимо установление факта введения в заблуждение застрахованного лица относительно порядка подачи в ПФР заявления о досрочном переходе из одного НПФ в другой НПФ, что является нарушением требований, предусмотренных пунктом 3 статьи 36.27 Федерального закона №75-ФЗ. 

Ссылка заявителя на то, что в действиях работников акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Открытие» отсутствует нарушение пункта 3 статьи 36.27 ФЗ № 75-ФЗ, так как требования указанной нормы направлены на запрет для НПФ распространять информацию именно о фонде или его управляющей компании, а информация о порядке подачи в ПФР заявления о досрочном переходе из одного НПФ в другой НПФ, не относится к информации о фонде или его управляющей компании, несостоятельна, поскольку распространенные работником агента сведения непосредственно относятся к деятельности НПФ, влияют на действия застрахованного лица на основе полученной недостоверной информации. 

Нарушение фондом пункта 3 статьи 36.27 Закона № 75-ФЗ образует состав административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 12 статьи 15.29 КоАП РФ, согласно которой иное нарушение негосударственным пенсионным фондом при осуществлении им соответствующих видов деятельности установленных законодательством требований к этим видам деятельности, за исключением случаев, предусмотренных частями 1 - 11 настоящей статьи, статьями 13.25, 15.18 - 15.20, 15.22, 15.23.1, 15.24.1, 15.30 и 19.7.3 настоящего Кодекса, влечет наложение административного штрафа на юридических лиц в размере от трехсот тысяч до пятисот тысяч рублей.

Факт нарушения обществом предусмотренных пунктом 3 статьи 36.27 Закона № 75-ФЗ требований установлен судом и подтвержден материалами дела.

Следовательно, на основании имеющихся в деле доказательств суд считает доказанным событие вмененного заявителю административного правонарушения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 2.1 КоАП РФ юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых настоящим Кодексом или законами субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

Общество, являясь профессиональным участником рассматриваемых правоотношений, зная о возложенных на него обязанностях по соблюдению требований законодательства в сфере ОПС, должно было обеспечить их выполнение, то есть соблюсти ту степень заботливости и осмотрительности, которая необходима для осуществления своей деятельности в соответствии с действующими нормами и правилами. 

Доказательств того, что заявителем предприняты исчерпывающие меры для соблюдения требований законодательства в сфере ОПС либо имелись объективные обстоятельства, препятствующие их исполнению, суду не представлено.

Довод общества об отсутствии в его действиях вины суд отклоняет как необоснованный.

В соответствии с разъяснениями Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащимися в п. 16 Постановления от 02.06.2004 №10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях», в силу части 2 статьи 2.1 КоАП РФ юридическое лицо привлекается к ответственности за совершение административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых КоАП РФ или законами субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению. 

Согласно п. 16.1 названного Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации при рассмотрении дел об административных правонарушениях арбитражным судам следует учитывать, что понятие вины юридических лиц раскрывается в части 2 статьи 2.1 КоАП РФ. При этом в отличие от физических лиц в отношении юридических лиц КоАП РФ формы вины (статья 2.2 КоАП РФ) не выделяет. 

Следовательно, и в тех случаях, когда в соответствующих статьях Особенной части КоАП РФ возможность привлечения к административной ответственности за административное правонарушение ставится в зависимость от формы вины, в отношении юридических лиц требуется лишь установление того, что у соответствующего лица имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, но им не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению (часть 2 статьи 2.1 КоАП РФ). 

Доказательства наличия объективных обстоятельств, препятствовавших соблюдению акционерным обществом норм законодательства Российской Федерации, а также свидетельствующие о том, что акционерное общество предприняло все зависящие от него меры по недопущению нарушения, в материалах дела отсутствуют. 

Полученные в ходе производства по административному делу доказательства согласуются между собой и в своей совокупности свидетельствуют о наличии в действиях акционерного общества состава правонарушения, предусмотренного частью 12 статьи 15.29 КоАП РФ.

Таким образом, исходя из положений приведенных выше норм, суд считает, что законные основания для привлечения заявителя к административной ответственности по части 12 статьи 15.29 КоАП РФ, у административного органа с учетом установленных фактических обстоятельств в данном случае имелись.

Существенных нарушений положений КоАП РФ в ходе производства по делу об административном правонарушении в отношении общества судом не выявлено, срок давности привлечения к административной ответственности, предусмотренный частью 1 статьи 4.5 КоАП РФ для данной категории дел, административным органом соблюден.

Довод заявителя о малозначительности совершенного правонарушения суд отклоняет в силу следующего.

В соответствии со статьей 2.9 КоАП РФ при малозначительности совершенного административного правонарушения судья, орган, должностное лицо, уполномоченные решить дело об административном правонарушении, могут освободить лицо, совершившее административное правонарушение, от административной ответственности и ограничиться устным замечанием.

Квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится с учетом положений пункта 18 постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния.

По смыслу статьи 2.9 КоАП РФ оценка малозначительности деяния должна соотноситься с характером и степенью общественной опасности, причинением вреда либо с угрозой причинения вреда личности, обществу или государству.

Таким образом, категория малозначительности относится к числу оценочных, в связи с чем определяется в каждом конкретном случае исходя из обстоятельств совершенного правонарушения.

Исследовав материалы дела, суд считает, что оснований для признания совершенного обществом правонарушения не имеется, принимая во внимание то, что поскольку в подобной ситуации юридическое лицо самостоятельно решает организационные вопросы своей деятельности, то имеет место с его стороны отсутствие должного своевременного контроля за соблюдением исполнения соответствующих публично-правовых обязанностей, что характеризует пренебрежительное отношение заявителя к установленным правовым требованиям, в связи с чем довод заявителя об отсутствии в его действиях признаков пренебрежительного отношения к возложенным на него обязанностям признан несостоятельным, поскольку таковые имеют место.

Ссылку заявителя на то, что отсутствует угроза охраняемым общественным отношениям, суд отклоняет, поскольку существенная угроза охраняемым общественным отношениям заключается не только в наступлении каких-либо материальных последствий, а в пренебрежительном отношении общества к исполнению своих публично-правовых обязанностей.

С точки зрения видовой принадлежности (групп общественных отношений) под правовое регулирование в рамках Закона № 75-ФЗ попадают в первую очередь социальные отношения. 

Правовые основы регулирования отношений, возникающих в результате процесса создания, деятельности и ликвидации негосударственных пенсионных фондов, направлены на создание и обеспечение таких условий, при которых непосредственно сам процесс или механизм формирования и инвестирования средств пенсионных накоплений граждан будет упорядочен и подчинен определенным единым правилам.      

Данное положение представляется особо важным также в связи с тем, что реализация и правовая защита отношений, составляющих предмет регулирования комментируемого Закона, направлены на юридическое и экономическое гарантирование конституционного права граждан на пенсионное обеспечение.

Следовательно, выявленное правонарушение посягает на установленный и охраняемый государством порядок в области регулирования отношений, подчеркивающих социальную значимость деятельности негосударственных пенсионных фондов, направленную, в том числе, на реализацию социальной функции государства, в том числе отношения по управлению средствами пенсионных накоплений граждан. Указанный порядок должен носить устойчивый характер и соблюдаться каждым НПФ, поскольку целью законодательства о НПФ в Российской Федерации является установление законодательных (юридических) гарантий реализации одного из конституционных прав российских граждан, а именно права на пенсионное обеспечение.

Таким образом, оценив конкретные обстоятельства совершения вмененного заявителю административного правонарушения, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания  совершенного обществом административного правонарушения малозначительным.

Оспариваемым постановлением заявителю назначен административный штраф в размере, предусмотренном санкцией части 12 статьи 15.29 КоАП РФ, ниже низшего предела в совокупности с применением положений части  3.2 статьи 4.1 КоАП РФ, что составило 150 000руб. 

Наказание назначено заявителю с учетом характера допущенного административного правонарушения, оно отвечает принципам разумности и справедливости, соответствует тяжести совершенного правонарушения и обеспечивает достижение целей административного наказания, предусмотренных частью 1 статьи 3.1 КоАП РФ.

Доводы заявителя о рассмотрении материалов дела об административном правонарушении без участия представителя заявителя  судом рассмотрены и отклонены, учитывая надлежаще извещение заявителя о времени и месте рассмотрения дела и вынесения постановления, получение заявителем всех извещений, отсутствие ходатайств и пояснений о невозможности явки и причинах такой невозможности или ходатайств об отложении даты рассмотрения деа, а также учитывая то, что согласно указа Мэра Москвы от 05.03.2020 №12-УМ «О введении режима повышенной готовности» в данном случае основанием невозможности явки заявителя на вынесение постановления признана быть не может, поскольку заявитель к лицу лиц, деятельность которых была приостановлена данным нормативным актам не относится.

Учитывая изложенное, суд считает, что оспариваемое постановление является законным, требование заявителя удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 167 – 170, 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

В удовлетворении заявления АО «Негосударственный пенсионный фонд «Открытие» » о признании незаконным и отмене постановление от  10.06.2020 № ПН-59-1-6-20/114ДСП  о наложении штрафа по делу об административном правонарушении №АП-59-1-6-20/114дсп Дальневосточного ГУ Банка России отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение десяти дней со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд.

 

Судья                                                                   Тимофеева Ю.А.