АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности и обоснованности судебных актов арбитражных судов, вступивших в законную силу

Дело № А23-1331/2013

г. Калуга

10 марта 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена                09.03.2021 

Постановление изготовлено в полном объеме                 10.03.2021

Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего

ФИО1

судей

ФИО2

ФИО3

при участии в судебном заседании:

ФИО4

лично на основании паспорта

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Белоусовская управляющая компания» ФИО5 на определение Арбитражного суда Калужской области от 24.09.2020 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2020 по делу № А23-1331/2013,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Калужской области от 06.05.2013 признано обоснованным заявление о признании ООО «Белоусовская управляющая компания» несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5.

Решением Арбитражного суда Калужской области от 07.10.2013 ООО «Белоусовская управляющая компания» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введено конкурсное производство, конкурсным управляющим определением от 07.10.2013 утвержден ФИО5

Конкурсный управляющий ФИО5 02.08.2018 обратился с заявлением о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО4 в пользу должника ООО «Белоусовская управляющая компания» убытков в сумме            4 573 858 руб.

Определением Арбитражного суда Калужской области суда от 27.09.2018, оставленным без изменения постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2019, заявление удовлетворено, с ФИО4 в пользу ООО «Белоусовская управляющая компания» взысканы убытки в размере     4 572 858 руб.

Постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 01.08.2019 указанные судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда Калужской области суда от 24.09.2020, оставленным без изменения постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2020 в удовлетворении заявления о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО4 в пользу должника убытков в сумме 4 573 858 руб. отказано.

Не согласившись с судебными актами, конкурсный управляющий ФИО5 обратился в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просит судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование жалобы заявитель указывает на несогласие с выводами судов по заявлению об истечении срока исковой давности, исчислять который надлежит с момента вступления в законную силу определения Арбитражного суда Калужской области от 11.09.2015 по данному делу (с 28.09.2015) о недействительности договоров уступки прав требования от 10.01.2013 № 10/01/13 и от 11.01.2013 № 11/01/13. Настаивает  на отсутствии у конкурсного управляющего оснований для обращения с заявлением о взыскании убытков с бывшего руководителя до указанной даты. Считает, что основополагающим критерием должно служить не правовое основание для признания сделки недействительной, а сам факт того, что совершение незаконной сделки привело к выводу активов должника, чем и нанесены ему убытки. Отмечает, что убытки должника наступили в результате незаконного и противоправного поведения ФИО4, связанного с выводом активов должника. 

В судебном заседании 01.03.2021 по ходатайству кассатора объявлен перерыв, после перерыва судебное заседание продолжено 09.03.2021.

ФИО4 в судебном заседании возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Учитывая наличие доказательств надлежащего извещения не явившихся лиц о времени и месте судебного разбирательства, кассационная жалоба рассмотрена в порядке статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в отсутствие их представителей.

Суд, исследовав представленные материалы дела, изучив доводы кассационной жалобы, возражений на нее, приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебных актов судов первой и апелляционной инстанций и удовлетворения кассационной жалобы в силу следующего.

Как следует из материалов дела, между ООО «Белоусовская управляющая компания» (должник) в лице директора ФИО4 и ООО «Жуковская управляющая компания» (единственный участник ФИО4) были заключены договоры уступки прав требования от 10.01.2013 № 10/01/13 и от 11.01.2013 № 11/01/13.

По условиям договоров ООО «Белоусовская управляющая компания» (должник) передал ООО «Жуковская управляющая компания» право требования дебиторской задолженности в общем размере 4 573 858 руб. 

Посчитав указанные сделки совершенными с оказанием предпочтения (то есть возмездными) отдельному кредитору (статья 61.3 Закона о банкротстве), конкурсный управляющий 05.05.2015 обращался в суд с заявлением об оспаривании сделок. Определением Арбитражного суда Калужской области от 11.09.2015 заявление конкурсного управляющего удовлетворено, договоры уступки прав признаны недействительными, с ООО «Жуковская управляющая компания» в конкурсную массу должника взыскано 4 573 858 руб.

Предъявление к исполнению исполнительного листа о взыскании указанных денежных средств не повлекло положительного результата ввиду исключения 02.04.2018 ООО «Жуковская управляющая компания» из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо.

Ссылаясь на совершение бывшим руководителем должника ФИО4 договоров уступки безвозмездно (без встречного предоставления со стороны контрагента) с намерением вывести единственный актив должника в виде дебиторской задолженности в пользу аффилированного лица, конкурсный управляющий ФИО5 обратился с настоящим заявлением о взыскании с указанного лица в пользу должника убытков в размере утраченной должником дебиторской задолженности в сумме      4 573 858 руб.

Суды, разрешая спор, руководствуясь положениями статей 15, 53.1 ГК РФ, исходили из необходимости установления совокупности присущих данной категории споров обстоятельств наличия факта причинения вреда и его размера, виновных противоправных действий ответчика и причинно-следственной связи между указанными фактами.

С учетом заявленного конкурсным управляющим основания для применения к бывшему руководителю должника ответственности в виде взыскании убытков (а именно, утрата должником дебиторской задолженности в результате действий руководителя, направленных на ее безвозмездную реализацию), доказыванию в первую очередь подлежал факт реального (или потенциального) наступления для должника ущерба, выразившегося в невозможности получения последним исполнения от дебиторов, и наступившего по вине ответчика.

Дебиторская задолженность как актив, предполагающий наличие долгов, причитающихся организации со стороны других предприятий, имеет (в отличие, например, от вещей) особенность, связанную с наличием прямой зависимости ценности такого актива от платежеспособности организации-должника. Отсутствие таковых превращает дебиторскую задолженность из материального актива в формальное, не имеющее действительной ценности право кредитора.

Из договоров уступки прав требования, заключение которых, по утверждению конкурсного управляющего, стало тем самым действием со стороны руководителя, приведшим к возникновению взыскиваемых убытков, усматривается, что их предметом выступали права требовать от собственников и нанимателей жилья исполнения обязательства по уплате денежных средств за ресурсно-снабжающие услуги, возникших на основании договоров управления многоквартирными домами (в соответствии с приложением № 1 к договору). Указанное приложение, позволяющее определить предмет сделок, состав дебиторской задолженности (в том числе, конкретных должников, размер их задолженности, периода образования и прочее) в материалах споров по оспариванию договоров уступки прав требования и взысканию убытков с бывшего руководителя не представлено. 

При таких обстоятельствах конкурсным управляющим не раскрыто действительной возможности определения реальной ценности дебиторской задолженности (то есть факта возникновения у должника убытков в виде невозможности получения исполнения в указанных правоотношениях). Сам по себе факт наличия записей в бухгалтерской документации о существовании соответствующей задолженности (с учетом отмеченной ранее специфики данного актива) таких обстоятельств не подтверждает.

Напротив, в материалы дела представлены сведения о том, что спорная дебиторская задолженность после передачи ее должником по договорам уступки прав требования от 10.01.2013 № 10/01/13 и от 11.01.2013 № 11/01/13 в пользу ООО «Жуковская управляющая компания», впоследствии была переуступлена в пользу ООО «Домоуправление» (договор уступки от 25.07.2014). 

Последнее, приобретя соответствующие права, приняло меры ко взысканию причитающегося исполнения, предъявив иски (судебный участок № 26 Жуковского судебного района Калужской области дела № 2-954/2014, № 2-951/2014, № 2-953/2014, № 2-952/2014, № 2-950/2014). Принятыми решениями по перечисленным делам в удовлетворении требований ООО «Домоуправление» отказано во взыскании с ответчиков-собственников жилья задолженности в связи с отсутствием доказательств оказания первоначальным правообладателем (ООО «Белоусовская управляющая компания») услуг, права требования оплаты которых переданы в результате уступки, а также иных объективных, относимых и допустимых доказательств наличия у ООО «Домоуправление» права на взыскание с ответчиков задолженности по оплате услуг по ремонту и содержанию жилья за указанные в исках периоды.

Вместе с тем, как договоры уступки между должником и ООО «Жуковская управляющая компания», так и договор последующей уступки ООО «Домоуправление» предусматривали обязанность цедента передать цессионарию документы, удостоверяющие передаваемые права. Поскольку у суда отсутствуют сведения о неисполнении указанного обязательства цедентов, суд считает возможным исходить из того, что представленные ООО «Домоуправление» в суд общей юрисдикции в подтверждение заявленных требований документы (таковыми были только копии договоров первоначальной и последующей уступки прав) являлись единственным доказательством существования дебиторской задолженности, утрата которой стала, по мнению конкурсного управляющего, убытком для должника. Однако описанные обстоятельства не позволяют считать хоть сколько-нибудь ценной дебиторскую задолженность, взыскание которой оказалось невозможным ввиду отсутствия доказательств существования самого права на ее получение.

Сведений о том, что меры по взысканию дебиторской задолженности принимались должником либо ООО «Жуковская управляющая компания» в материалы дела не представлены. При этом необходимо отметить, что признание определением суда от 11.09.2015 недействительными договоров уступки прав требования дебиторской задолженности означает, в том числе, восстановление прав должника по взысканию дебиторской задолженности. Тем не менее, материалы дела не содержат сведений о принятии мер конкурсным управляющим по  взысканию дебиторской задолженности с сентября 2015 года и до обращения с требованием о взыскании убытков (02.08.2018). 

Также не представлено сведений о наличии положительного для должника исхода исполнительного производства, возбужденного для принудительного исполнения определения Арбитражного суда Калужской области от 11.09.2015 о признании недействительными договоров уступки и взыскании с ООО «Жуковская управляющая компания» в конкурсную массу должника 4 573 858 руб. (в том числе, о том обращалось ли взыскание на указанную задолженность судебным приставом, в случае реализации соответствующего права – о размере вырученного).

При таких обстоятельствах применительно к особенностям рассмотрения споров о возмещении убытков заявителем не представлено доказательств утраты должником имущества, имеющего действительную стоимостную характеристику (ценность), позволяющую судить о том, что оставление за должником дебиторской задолженности (непринятие бывшим руководителем мер по ее реализации) привело бы к получению им соответствующего исполнения, либо к возможности получения реального актива от ее реализации.

В ходе рассмотрения спора ответчиком заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности. Указанное заявление признано судом правомерным.

Оценка указанного заявления дана судом применительно к положениям статей 195, 196, 199, 200 ГК РФ и разъяснениям постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», а также фактическим обстоятельствам спора и дела о банкротстве, заключающимся в следующем.

Как следует из материалов обособленного спора о признании недействительными договоров уступки прав требования от 10.01.2013 № 10/01/13 и от 11.01.2013 № 11/01/13, конкурсный управляющий ФИО6 узнал о совершенных сделках не позднее 05.05.2015 - даты заявления от 05.05.2015 № 77 об их оспаривании.

Заявление о взыскании убытков за совершение указанных действий бывшим руководителем должника подано конкурсным управляющим ФИО5 в арбитражный суд 02.08.2018, то есть спустя 3 года 3 месяца с момента получения конкурсным управляющим спорных договоров уступки прав требования от 10.01.2013 № 10/01/13 и от 11.01.2013 № 11/01/13 и вывода о неправомерности действий руководителя должника.

При этом в действиях конкурсного управляющего по оспариванию сделок и взысканию убытков с должника усматривается противоречивость. Оба спора  возникли вследствие реализации должником одной и той же дебиторской задолженности. Однако, заявляя о недействительности сделок в 2015 году, конкурсный управляющий ссылался на их совершение с предпочтением - то есть, так или иначе позиционируя сделку возмездной. Обращаясь же впоследствии с требованием о взыскании убытков за совершение тех же сделок, конкурсный управляющий настаивает на безвозмездности выбытия дебиторской задолженности из владения должника, представляя соответствующие доказательства.

Таким образом, вследствие действий конкурсного управляющего в 2015 году вынесен судебный акт, не согласующийся с теми обстоятельствами, о которых заявил конкурсный управляющий в настоящем заявлении.

Суд не должен формально применять закон, не учитывая в совокупности сложившиеся обстоятельства и суть рассматриваемого вопроса, с тем чтобы обеспечить принятие справедливого судебного акта с учетом поведения каждой из сторон спора.

  Если исходить из достоверности заявленных конкурсным управляющим только в 2018 году утверждений о безвозмездности договоров уступки, то в таком случае сделки подлежали своевременному оспариванию по соответствующим основаниям, что означало наступление последствий в виде восстановления прав должника по взысканию дебиторской задолженности и соответственно необходимость принятия мер конкурсным управляющим по взысканию с граждан дебиторской задолженности в пользу должника.

При этом, конкурсный управляющий не предоставил суду сведений о невозможности с 2013 года (даты введения конкурсного производства) установления сведений о безвозмездности сделок по уступке прав требований и причинах непредоставления таких сведений суду в 2015 году при оспаривании сделок. 

Поскольку заявителем не представлено суду сведений о наличии препятствий к получению доказательств безвозмездности сделок к моменту их оспаривания в 2015 году, суд исходил из существования у конкурсного управляющего объективной возможности заявления требования о взыскании убытков с руководителя по основанию безвозмездного отчуждения дебиторской задолженности аффилированному лицу (то есть об известности всей совокупности обстоятельств, позволяющих обратиться с данным заявлением) не позднее 05.05.2015 (даты составления заявления об оспаривании сделок должника). В связи с этим суд посчитал заявление о взыскании убытков поданным по истечении срока исковой давности (3 лет и 3 месяцев после указанной даты).

Совершение конкурсным управляющим действий по оспариванию договоров уступки прав не отменяет наступления событий, с которыми законодатель связывает начало течения срока исковой давности для защиты права (факта нарушенного права, сведений о лице, нарушившем право и наличия доказательств для заявления требования о взыскании убытков).

Так, в силу разъяснений, данных в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу.

Из анализа бухгалтерского баланса должника за 2012 год (форма 1) конкурсный управляющий (исполнявший обязанности также временного управляющего) мог и должен был усмотреть, что в составе активов должника существенный удельный вес на конец года занимала именно дебиторская задолженность в размере 4 022 000 руб. (внеоборотные активы - 977 000 руб., денежные средства - 5 000 руб.). Ввиду этого суды при оценке вопроса об осведомленности конкурсного управляющего о нарушении права должника действиями ответчика учитывали, что разумный арбитражный управляющий при получении спорных договоров о передаче всей дебиторской задолженности аффилированному лицу и при отсутствии документов о встречном предоставлении, был обязан принять меры к защите прав должника. Между тем рассматриваемое  заявление сделано ФИО5 за пределами трехгодичного срока исковой давности.

Следует учесть, что арбитражный управляющий, оперативно исполняющий свои обязанности, изначально (еще в период наблюдения при выполнении финансового анализа) должен установить количество имущества у должника (объем конкурсной массы) и размер кредиторской задолженности (объем долгов), предвидеть размер текущих расходов (увеличение размера долгов), и исходя из этого в разумный срок с момента утверждения конкурсным управляющим обратиться с заявлением о субсидиарной ответственности или о взыскании убытков (при недоказанности оснований для субсидиарной ответственности в полном размере) ввиду вывода активов должника, которые могут усматриваться в недостаточности имущества должника, в невзыскании своевременно бывшим руководителем должника дебиторской задолженности с контрагентов, уступки указанной дебиторской задолженности без встречного предоставления аффилированному лицу и т.д.

Конкурсный управляющий при обращении с данным заявлением сам указывает на то обстоятельство, что реализованная дебиторская задолженность являлась единственным активом должника. В связи с этим значимость данного актива для должника обращала на себя особое внимание. А, кроме того, данное обстоятельство означало, что деятельность конкурсного управляющего в такой процедуре будет максимально сконцентрирована на вопросе о правомерности выбытия такого актива, а также о действительной ликвидности этого актива. 

Несмотря на это конкурсный управляющий, оспорив сделки по реализации актива (спустя два года после назначения конкурсным управляющим), не получив на протяжении трех лет ни единого платежа от ООО «Жуковская управляющая компания», не предприняв мер по самостоятельному взысканию дебиторской задолженности с граждан, заявил иск о взыскании убытков с руководителя должника  по истечении  5 лет с момента введения конкурсного производства, что ко всему прочему усложняет установление фактической ликвидности, в том числе стоимостного выражения утраченного актива.

В таких условиях суд округа не усматривает справедливым восстановление срока исковой давности со ссылкой на судебный акт от 11.09.2015, из которого с очевидностью усматривается применение судом не соответствующих последствий. Поскольку стороной обособленного спора директор должника не являлся, вступление в силу обозначенного судебного акта не должно влечь негативных последствий в виде восстановления срока исковой давности по заявленным конкурсным управляющим требованиям для директора должника.  

При этом до наступления факта исключения ООО «Жуковская управляющая компания» ЕГРЮЛ (02.04.2018) постановлением судебного пристава-исполнителя от 20.11.2017 № 40030/17/227570 было окончено исполнительное производство № 3758/16/40030-ИП, возбужденное на основании исполнительного листа о взыскании с ООО «Жуковская управляющая компания» денежных средств по оспоренным сделкам, исполнительный лист возвращен конкурсному управляющему ввиду невозможности установления местонахождения должника, его имущества либо получения сведений о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей. Таким образом, конкурсному управляющему должно было быть очевидным на протяжении всего периода после возникновения сомнений в правомерности сделок по реализации актива должника (05.05.2015), что защита интересов должника с учетом специфики актива, все больше утрачивающего ценность (истекает срок давности по взысканию дебиторской задолженности), требовала принятия дополнительных предусмотренных законом мер.

С учетом совокупности изложенных обстоятельств у судов отсутствовали основания для удовлетворения требований конкурсного управляющего.

Доводы заявителя направлены на переоценку доказательств, что в силу положений статьи 286, части 2 статьи 287 АПК РФ, не входит в полномочия суда округа.

Безусловных процессуальных оснований для отмены обжалуемых судебных актов, предусмотренных частью 4 статьи 288 АПК РФ, судом округа не установлено.

С учетом изложенного оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 287, ст.ст. 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Калужской области от 24.09.2020 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2020 по делу № А23-1331/2013 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

ФИО1 

Судьи 

ФИО2

ФИО3