ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410031, г. Саратов, ул. Первомайская, д. 74; тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-58401/2015

г. Саратов

17 июля 2017 года

Резолютивная часть постановления объявлена «11» июля  2017 года 

Полный текст постановления изготовлен «17» июля 2017 года 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе 

председательствующего судьи Макарова И.А., 

судей Грабко О.В., Луговского Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 (г. Волгоград)

на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 25 апреля 2017 года по делу № А12-58401/2015, (судья М.С. Сотникова)

по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о признании сделки должника недействительной

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Факт» (400012, 

<

...>; ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>,

при участии в судебном заседании:  представителя конкурсного управляющего Общества с ограниченной ответственностью «Факт» – ФИО4, по доверенности от 27.01.2017;

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 29.09.2015 принято к рассмотрению заявление администрации Волгограда о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Факт» (далее – должник, ООО «Факт»), возбуждено производство по делу №А12-58401/2015 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Факт».

Решением суда от 10.06.2016 (резолютивная часть объявлена 09.06.2016) ООО «Факт» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

01.09.2016 конкурсный управляющий ООО «Факт» ФИО3 обратился в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением о признании сделки должника – договора купли-продажи нежилого помещения от 04.08.2015 №04/08/1д, заключенного с ФИО2, недействительной и применении последствий недействительности сделки.

Сделка оспаривается конкурсным управляющим по основанию, предусмотренному статьей 61.2 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее Закон о банкротстве), а также статьями 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).  

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 25 апреля 2017 года  заявление конкурсного управляющего удовлетворено,  договор купли-продажи №04/08/1д от 04.08.2015, заключенный между ООО «Факт» и ФИО2, признан недействительным.

Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Факт» действительной стоимости имущества в размере 11 961 864,40 руб. Право требования ФИО2 к ООО «Факт» по оплате действительной стоимости доли в уставном капитале должника в размере 7 800 000 руб. восстановлено.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего ООО «Факт», суд первой инстанции исходил из доказанности наличия заявленных оснований признания оспариваемых сделок недействительными.

Не согласившись с указанным определением суда, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции.

Апеллянтом приведены следующие доводы: 1) суд первой инстанции пришел к неверному выводу о том, что здание продавалось с земельным участком, поскольку фактически по оспариваемому договору ответчик приобрел только здание; 2)  цена договора не являлась заниженной, поскольку была определена на основании заключения независимой экспертизы; 3) при рассмотрении других заявлений об оспаривании сделок должника, суд первой инстанции сделал выводы об отсутствии признаков несостоятельности (банкротства) должника и в более поздние периоды, например при анализе сделки от 17.11.2015, заключенной должником с ООО «Лифтсервис»; 4) на дату заключения оспариваемой сделки у должника имелось достаточно имущества (несколько нежилых помещений) для погашения задолженности  перед кредиторами, учтенными судом первой инстанции для определения признаков неплатежеспособности; 5) оспариваемая сделка не была направлена на выплату доли ФИО2 как участнику должника и не противоречила пункту 8 статьи 23 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», поскольку ООО «Факт» не отвечал признакам неплатежеспособности.

Представитель конкурсного управляющего возражал против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просил определение Арбитражного суда Волгоградской области от 25 апреля 2017 года по делу №А12-58401/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Законность и обоснованность принятого определения проверяются арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке и по основаниям, установленным статьями 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда:

Как следует из материалов дела, и установлено судом первой инстанции,   04.08.2015 между ООО «Факт» (Продавец) и ФИО2 (Покупатель) заключен договор купли-продажи №04/08/1д, в соответствии с которым продавец продает покупателю, а покупатель приобретает в свою собственность административное здание, находящееся по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 34:34:030134:732, инвентарный номер 011488, Литер А, А1, этажность 2, подземная этажность 1 (далее – здание). 

Согласно пункту 4 договора здание продается по согласованной сторонами цене в сумме 7 800 000 руб., уплачиваемых покупателем на расчетный счет продавца указанный в договоре в следующем порядке: платеж в размере 2 600 000 руб. – в срок не позднее 04.09.2015; платеж в размере 2 600 000 руб. – в срок не позднее 04.10.2015; платеж в размере 2 600 000 руб. – в срок не позднее 04.11.2015.

Оплата по договору купли-продажи от 04.08.2015 №04/08/1д покупателем на расчетный счет должника, в согласованном договором порядке, не была внесена, и была произведена в следующем порядке.

14.11.2015 между ООО «Факт» (сторона 1) и ФИО2 (сторона 2) заключено соглашение о зачете взаимных требований, в соответствии с которым стороны констатировали, что по состоянию на 27.11.2015 стороны имеют перед друг другом следующие обязательства:

1) Сторона 1 – обязательства перед Стороной 2 по оплате действительной доли в уставном капитале ООО «Факт» в размере 99,9% на сумму 37 077 885 руб.;

2) Сторона 2 – обязательства перед Стороной 1 по уплате денежных средств на сумму 7 800 000 руб., возникшие на основании договора №04/08/1д купли-продажи нежилого помещения от 04.08.2015, заключенного между Стороной 1 и Стороной 2.

Стороны договорились произвести зачет взаимных требований.

Вследствие произведенного зачета прекращены обязательства ФИО2 перед ООО «Факт» по оплате по договору купли-продажи нежилого помещения от 04.08.2015 на сумму 7 800 000 руб., а также частично прекращены обязательства ООО «Факт» перед ФИО2 по оплате действительной стоимости доли в уставном капитале ООО «Факт» на сумму 7 800 000 руб.

14.09.2015 Управлением Росреестра по Волгоградской области в ЕГРП внесена запись о переходе права собственности на объект недвижимости от должника к стороне по сделке – ФИО2

Впоследствии, на основании решения единственного участника ООО «Активъ» ФИО2, по акту приема-передачи от 05.04.2016, ФИО2 передал административное здание, назначение административное, площадью 651,6 кв.м, количество этажей 2, в том числе подземных этажей 1, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 34:34:030134 в оплату дополнительного вклада единственного участника ООО «Активъ» в уставный капитал ООО «Активъ».

В соответствии с пунктом 2 акта приема-передачи имущества в уставный капитал ООО «Активъ», передаваемое имущество оценено на основании независимой экспертной оценки и его стоимость составляет 10 405 000 руб.

21.04.2016Управлением Росреестра по Волгоградской области в ЕГРП внесена запись о переходе права собственности на объект недвижимости от ФИО2 к ООО «Активъ».

Считая указанную сделку имеющей признаки порочности, предусмотренные специальными нормами Закона о банкротстве, а именно статьей 61.2 указанного закона, а также нормами Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 10, 168, 170), конкурсный управляющий обратился с заявлением о признании их недействительными.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Как указано выше, заявление о признании ООО «Факт» принято к производству 21.12.2015, оспариваемая сделка совершена 04.08.2015, то есть за 4 месяца и 17 дней до принятия заявления о признании банкротом, в связи чем наличие обстоятельств, определенных пунктом 2 статьи 61.2 не требуется.

Для установления цены сделки необходимо оценить рыночные цены или цены, применяемые субъектами по идентичным сделкам.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания неравноценного встречного исполнения обязательств по договору купли-продажи (отчуждение имущества по заведомо заниженной цене) возложено на лицо, оспаривающее сделку по указанному основанию.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлениях Арбитражного суда Поволжского округа от 23.06.2015 по делу №А65-19969/2013, от 24.12.2012 по делу №А55-23797/2010.

В целях установления стоимости отчужденного имущества на дату совершения оспариваемой сделки, судом первой инстанции по ходатайству конкурсного управляющего назначалась судебная экспертиза, проведение которой поручено ООО Группа Компаний «Технический аудит и управление недвижимостью»; экспертам: ФИО5, ФИО6.

На разрешение экспертов поставлен следующий вопрос:

-Определить по состоянию на 04.08.2015 с учетом условий аналогичных сделок в данный период времени рыночную стоимость следующего имущества: административное здание, площадью 651,6 кв.м, находящееся по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 34:34:030134:732, инвентарный номер 011488, Литер: А, А1, этажность: 2, подземная этажность: 1, расположенное на земельном участке площадью 2 655 кв.м, кадастровый номер земельного участка 34:34:030134:30, принадлежащем на праве аренды.

Согласно заключению экспертов №ОН-11510 рыночная стоимость отчужденного должником имущества (без учета НДС) по состоянию на 04.08.2015 составила 11 961 864,40 руб., в том числе: административное здание – 6 694 915,25 руб.,  земельный участок – 5 266 949,15 руб.

Достоверность выводов экспертов участниками спора под сомнение не ставиться.

Таким образом, материалами дела установлено, что оспариваемая сделка совершена при неравноценном встречном исполнении, поскольку стоимость отчужденного должником имущества по договору составляла 7 800 000 руб., согласно заключению судебной экспертизы рыночная стоимость имущества составила 11 961 864,40 руб.

Аргументы ответчика относительно того, что при заключении оспариваемой сделки цена была определена на основании заключения эксперта, в связи с чем не имеется оснований для признания встречного исполнения неравноценным, апелляционным судом отклоняются.

Как указано выше, впоследствии, спустя непродолжительные период времени после заключения оспариваемой сделки, ФИО2 05.04.2016 передал имущество в уставный капитал ООО «Активъ». При этом стоимость здания, в соответствии с независимой экспертной оценкой, была определена в размере 10 405 000 руб.

Судебная коллегия учитывает, что за столь короткий промежуток времени между получением здания в собственность ФИО2 и передачей его в качестве вклада в уставный капитал ООО «Активъ» – с 04.08.2015 по 05.04.2016, стоимость спорного имущества не могла увеличиться на 2 605 000 руб., следовательно, ФИО2 очевидно знал о занижении стоимости имущества по оспариваемой сделке.

Доводы ФИО2 о том, что предметом сделки являлось только административное здание, но не право аренды земельного участка, а, следовательно, сделка совершена сторонами при равноценном встречном исполнении, суд первой инстанции обоснованно подверг критической оценке, ввиду следующего.

 В силу пункта 1 статьи 552 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору продажи здания, сооружения или другой недвижимости покупателю одновременно с передачей права собственности на такую недвижимость передаются права на земельный участок, занятый такой недвижимостью и необходимый для ее использования.

В соответствии с пунктом 3 статьи 552 ГК РФ продажа недвижимости, находящейся на земельном участке, не принадлежащем продавцу на праве собственности, допускается без согласия собственника этого участка, если это не противоречит условиям пользования таким участком, установленным законом или договором. При продаже такой недвижимости покупатель приобретает право пользования соответствующим земельным участком на тех же условиях, что и продавец недвижимости.

Таким образом, принимая во внимание, что земельный участок находится под отчужденным зданием, земельный участок следует судьбе здания.

Как установлено судом первой инстанции,  договором аренды земельного участка от 10.11.2008 №8361 ООО «Факт» был предоставлен земельный участок площадью 2 655 кв.м, расположенный по адресу: 

<

...> для эксплуатации административного здания.

Довод ФИО2 об отсутствии интереса к указанному земельному участку в полном объеме его площади и не включению права аренды земельного участка в состав приобретенного по договору актива, опровергаются действиями приобретателя и материалами дела.

Так, изменениями к договору аренды земельного участка от 12.10.2015, от 07.06.2016 последующими арендаторами стали  ФИО2, ООО «Активъ», которые, при этом, не обращались в администрацию Волгограда за внесением изменений в части площади арендуемого участка (ее уменьшении до площади здания).

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что с передачей права собственности на административное здание ООО «Факт» передано право аренды на земельный участок площадью 2 655 кв.м и именно данная площадь земельного участка необходима для использования административного здания.

В связи с чем, обжалуемым судебным актом верно установлено, что предметом договора купли-продажи №04/08/1д от 04.08.2015, заключенного между ООО «Факт» и ФИО2 являлось и административное здание, и право аренды земельного участка площадью 2 655 кв.м.

При таких обстоятельствах, аналогичные доводы апелляционной жалобы судебной коллегией отклоняются как необоснованные.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника

Судом первой инстанции установлено, и не оспаривается апеллянтом, что ФИО2 на дату совершения сделки являлся учредителем ООО «Факт» с долей 99,9%, директором общества в период 04.09.2008 – 09.10.2015 являлся ФИО7 (сын ответчика).

На дату совершения оспариваемой сделки, ООО «Факт» имело неисполненные денежные обязательства перед следующими кредиторами:

-администрация Волгограда: 1 023 607,23 руб. – основной долг, 682 673,35 руб. - пени (решение Арбитражного суда Волгоградской области от 27.02.2014 по делу №А12-30924/2013; требования включены в реестр кредиторов должника);

-ООО «РусТахоКарт-Волгоград»: основной долг 46 500 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 25.03.2015 по 20.07.2015 в размере 1 236 руб. 13 коп. (решение Арбитражного суда Волгоградской области от 14.09.2015 по делу №А12-33325/2015; требования включены реестр кредиторов должника);

-ООО «Старт-Дом»: основной долг 34 170 178 руб. (решение Арбитражного суда Волгоградской области от 22.09.2015 по делу №А12-18489/2015; требования включены реестр кредиторов должника);

-ФГУП «Охрана» МВД России: 14 386,20 руб. – основной долг, 2 144,49 руб. – неустойка, 3 994,00 руб. – судебные расходы (решения Арбитражного суда Волгоградской области от 27.04.2015 по делу №А12-8149/2015, от 23.06.2014 по делу №А12-13641/2014; требования включены в реестр кредиторов должника).

Изложенное свидетельствует о том, что вследствие совершенной сделки причинен вред кредиторам, поскольку выбыл ликвидный имущественный актив должника по заниженной цене, в результате чего, нарушены права кредиторов на получение удовлетворения своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Приходя к указанному выводу, судебная коллегия учитывает, что ФИО2, как учредитель должника и отец директора ООО «Факт» должен был знать о наличии у должника указанной просроченной  кредиторской задолженности, в том числе перед ООО «Старт-Дом», которая хотя и подтверждена судебным актом только 22.09.2015, однако возникла ранее совершения оспариваемой сделки, в связи с чем доводы апеллянта не опровергают выводы суда первой инстанции о направленности сделки на вывод активов должника в целях недопущения обращения взыскания на них.

Кроме того,  судебная коллегия соглашается с выводом обжалуемого определения о том, что оспариваемая сделка была направлена на выплату доли в имуществе должника учредителю в связи с выходом из состава учредителей должника.

Тот факт, что ФИО2 вышел из состава учредителей ООО «Факт» только 16.10.2015 не опровергает указанного вывода, поскольку ответчиком были просрочены два платежа по оспариваемому договору и впоследствии заключено соглашение о зачете, что дополнительно подтверждает изначальное отсутствие у ФИО2 намерения оплачивать цену сделки в расчете на последующий зачет встречного требования по оплате стоимости доли.

Аргументы ответчика относительно того, что при рассмотрении других заявлений об оспаривании сделок должника, суд первой инстанции сделал выводы об отсутствии признаков несостоятельности (банкротства) должника и в более поздние периоды, например при анализе сделки от 17.11.2015, заключенной должником с ООО «Лифтсервис», судебной коллегией отклоняются исходя из следующего.

Как указано выше, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Наличие признаков неплатежеспособности является одним из оснований для признания сделки должника недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в рассматриваемом же случае, поскольку оспариваемая сделка совершена чуть более чем за четыре месяца до возбуждения производства по делу о банкротстве ООО «Факт», в связи с чем для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и наличия доказательств того, что на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества не требуется.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума от 23.12.2010 №63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 168  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пункта 1 данной статьи, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Для установления в действиях граждан и организаций злоупотребления правом необходимо установить, что при реализации принадлежащих им гражданских прав их намерения направлены на нарушение прав и законных интересов иных участников гражданского оборота или создают возможность их нарушения.

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Если лицо, оспаривая сделки, ссылается, что такие сделки совершены со злоупотреблением правом, то оно должно представить достаточно серьезные доказательства и привести убедительные аргументы в подтверждение того факта, что контрагенты по сделке (например, продавец и покупатель) при заключении сделки действовали недобросовестно, с намерением причинить вред этому лицу.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации разъяснил в пункте 10 Постановления от 30.04.2009 №32, что, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Как верно указано в обжалуемом определении, в рассматриваемом случае, усматривается злоупотребление правом, допущенное как со стороны ООО «Факт» – продавца по сделке, так и со стороны ответчика ФИО2 – покупателя по сделке, поскольку, совершая сделку, формально отвечающую продаже недвижимости, стороны преследовали цель вывода имущества должника, недопущение обращения на него взыскания по требованиям кредиторов.

Поскольку конкурсный управляющий доказал наличие оснований для признания оспариваемой сделки недействительной, суд первой инстанции обоснованно удовлетворил его заявление.

При таких обстоятельствах апелляционная коллегия пришла к выводу об отсутствии оснований для отмены определения Арбитражного суда Волгоградской области от  25 апреля 2017 года.

руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 25 апреля 2017 года по делу №А12-58401/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в кассационном порядке в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.

Председательствующий судья          И.А. Макаров 

Судьи                                                                                             О.В. Грабко

                                                                                                             Н.В. Луговской