АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-255/23 

Екатеринбург

06 апреля 2023 г.

 

Дело № А60-52037/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 30 марта 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 06 апреля 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Соловцова С.Н.,

судей Тихоновского Ф.И., Пирской О.Н., 

при ведении протокола помощником судьи Песковой Ю.В. с использованием системы веб-конференции рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 23.08.2022 по делу № А60-52037/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании посредством веб-конференции принял участие финансовый управляющий ФИО2 (предъявлен паспорт).

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Уральского округа принял участие представитель ФИО1 – ФИО3 (доверенность от 14.04.2022 серия 66 АА № 7286243).  

 

В Арбитражный суд Свердловской области 07.10.2021 поступило заявление общества с ограниченной ответственности «Фэирдип Финанс» о признании ФИО4 (далее – должник) несостоятельным (банкротом) и включении в реестр требований кредиторов должника задолженности на общую сумму 10 624 389 руб. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 02.12.2021 заявление общества с ограниченной ответственности «Фэирдип Финанс» о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении должника введена процедура банкротства – реструктуризация долгов гражданина. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО2 (далее – финансовый управляющий ФИО2, управляющий). 

В Арбитражный суд Свердловской области 21.12.2021 поступило заявление ФИО1 (далее – ответчик) о включении кредиторской задолженности в реестр требований кредиторов должника.

Определением арбитражного суда от 11.06.2022 заявление ФИО1 о включении требования в реестр требований кредиторов должника и заявление финансового управляющего ФИО2 о признании сделки должника с ответчиком недействительной объединены в одно производство.

Определением того же суда от 28.07.2022 в одно производство объединены заявления ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов в сумме 954 895 руб. 84 коп. и о включении в реестр требований кредиторов в сумме 6 056 000 руб. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.08.2022 в удовлетворении заявления ФИО1 о включении требования кредитора в реестр требований кредиторов должника отказано, заявление финансового управляющего ФИО2 удовлетворено. Суд первой инстанции признал недействительным договор поручительства № 2, заключенный между должником и ответчиком к договору займа № 7/18/СЗ от 28.12.2018.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2022 определение суда первой инстанции от 23.08.2022 оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе, поданной в Арбитражный суд Уральского округа, ФИО1 просит определение суда первой инстанции от 23.08.2022 и постановление апелляционного суда от 08.12.2022 отменить и направить рассматриваемый обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявитель в кассационной жалобе полагает, что в обжалуемых судебных актах судами обеих инстанций сделан ошибочный вывод о возникновении признаков неплатежеспособности у должника, связав их с невозможность исполнить обязательства перед конкретным кредитором, при этом определили в качестве даты объективного банкротства – 10.12.2018. Ссылаясь на сложившуюся судебную правоприменительную практику, податель жалобы указал, что само по себе наличие у должника неисполненных обязательств перед отдельным кредитором не является безусловным основанием для квалификации признаков неплатежеспособности/недостаточности имущества при оспаривании сделок должника. Податель жалобы также отмечает, что в материалах обособленного спора отсутствуют доказательства, подтверждающие факт осведомленности ФИО1 о наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами. Аргумент судов нижестоящих инстанций о наличии решения Березовского городского суда от 31.05.2019 № 2-49/2019 не может быть принят во внимание, поскольку ответчик не являлся  процессуальным участником названного дела. Заявитель жалобы обращает внимание на то, что наличие в действиях сторон договора займа злоупотребления правом в рамках деле № А60-70844/2017, не свидетельствует автоматически о недействительности договора поручительства. Судами обеих инстанций не исследовано поведение сторон, обосновывающие необходимость заключения договора поручительства. ФИО1 в кассационной жалобе настаивает на том, что договор поручительства заключен с целью создания дополнительных гарантий погашения долговых обязательств. Суды обеих инстанций уклонились от исследования представленных в материалы дела доказательств, а также действий сторон после заключения договора поручительства. Судами не учтено наличие судебного акта о взыскании долга.    

Финансовый управляющий ФИО2 в отзыве (письменных пояснениях) на кассационную жалобу просит суд округа оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела и установлено судами обеих инстанций, между ФИО1 и ФИО5 заключен договор займа от 28.12.2018 № 7/18/СЗ (далее – договор займа), согласно которому ФИО1 передал ФИО5 денежную сумму в размере 4 000 000 руб. на срок до 27.12.2019 с процентной ставкой 60 % годовых ежемесячно в соответствии с условиями по договору. 

По условиям договора займа в пункте 3.3 сторонами предусмотрена неустойка за несвоевременное погашение заемщиком кредита и уплату процентов за пользование кредитом в размере 0,5% в от суммы основного долга и начисляемых на эту сумму ежемесячных процентов, за каждый календарный день просрочки.

В обеспечении исполнения обязательств по договору займа № 7/18/СЗ от 28.12.2018 между ФИО1 и ФИО4 заключен договор поручительства № 2 (далее – договор поручительства) к договору займа.

Определением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга 27.09.2019  утверждено мировое соглашение между ФИО1 ФИО5 и ФИО4, по условиям которого ФИО5 и ФИО4 возвращают сумму основного долга в размере 4 000 000 руб., сумму процентов по договору займа за период с 26.03.2019 по 27.10.2019 в размере 1 600 000 руб., сумму неустойки по договору (01% за каждый день просрочки) за период с 26.02.2019 по 23.09.2019 в размере 456 000 руб., сумму государственной пошлины в размере 33 633 руб. в связи с невыполнением условий мирового соглашения 01.11.2019.

Для принудительного исполнения мирового соглашения Чкаловским районным судом г. Екатеринбурга выдан исполнительный лист серия ФС № 025495625 от 01.11.2019, на основании которого возбуждено исполнительное производство № 141822/19/66003-ИП от 25.11.2019.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 02.12.2021 в отношении ФИО4 возбуждено дело о его несостоятельности (банкротстве), в отношении него введена процедура банкротства – реструктуризация долгов гражданина. 

Полагая, что в результате заключения мирового соглашения обязательства по договору займа прекратились новацией и возникли обязательства, вытекающие из мирового соглашения, ФИО1 обратился в арбитражный суд, рассматривающий дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО4, с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника. 

В то же время финансовый управляющий ФИО2 обратился с заявлением о признании договора поручительства от 28.12.2018 № 2 недействительным по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Удовлетворяя требования управляющего и отказывая в удовлетворении  ФИО1, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего. 

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве недействительной является подозрительная сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Для признания сделки недействительной по приведенному основанию необходимо, чтобы оспаривающее ее лицо доказало совокупность следующих обстоятельств:

сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

в результате совершения сделки такой вред был причинен;

другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели в момент совершения сделки (пункт 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63)).

При этом при доказанности обстоятельств, составляющих основания презумпций, закрепленных в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. В свою очередь, в абзаце первом пункта 2 статьи 61.2 Закона названы обстоятельства, при доказанности которых предполагается, что контрагент должника знал о противоправной цели совершения сделки. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункты 6 и 7 постановления № 63).

Как установлено судами, оспариваемый договор поручительства заключен должником и ответчика в период, подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве, –  договор поручительства заключен 28.12.2018, дело о банкротстве ФИО4 возбуждено 02.12.2021. 

Помимо этого судами обеих инстанций установлено, что на дату заключения спорного договора должник имел неисполненные (просроченные) обязательства перед кредиторами на общую сумму 10 624 389 руб., что подтверждено решением Березовского городского суда от 31.05.2019 № 2-49/2019.

При этом суды первой и апелляционной инстанций исходили из осведомленности ФИО1 о наличии у должника признаков неплатежеспособности на дату заключения договора. 

В рамках дела № А60-70844/2017 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Слако» (далее – общество «Слако») судом установлено, что помимо спорного договора поручительства между должником с одной стороны и ФИО1, обществом «Слако», ФИО5 с другой стороны заключен договор поручительства от 28.12.2018 № 1, по условиям которого общество «Слако» обязалось отвечать за исполнение обязательств ФИО5 перед ФИО1 договора займа, а также в  качестве обеспечения исполнения обязательств предоставлен залог 7714/10000 доли в праве собственности на объект незавершенного строительства со степенью готовности 91 % площадью 972,9 кв.м., принадлежащей обществу «Слако». 

Вместе с тем в рамках названного дела судом выявлено, что договор займа между участниками сделка фактически не заключен, поскольку документально не подтвержден факт получения и расходования ФИО5 заемных денежных средств. Согласно условиям пункта 1.3 договора  ипотеки передача займа осуществляется следующим образом: 200 000 руб. в момент заключения договора займа, 1800 000 руб. до 11 января 2018 г. –  т.е. почти за год до даты заключения договора ипотеки; 2000 000 руб. –  после государственной регистрации договора ипотеки. Оснований для перечисления денежных средств в размере 2 000 000 руб. не имелось, поскольку регистрация договора ипотеки не состоялась. 

Судами в рамках дела № А60-70844/2017 установлен факт недобросовестности в действиях сторон оспариваемой сделки, направленный на заключение договоров займа, поручительств и ипотеки  с целью вывода ликвидного имущества общества «Слако» в преддверии банкротства, а также мнимость сделок, совершенных с целью причинения имущественного вред правам кредиторов. 

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заслушав пояснения участвующих в обособленном споре лиц, руководствуясь положениями статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснениями абзаца 4 пункта 4 Постановления № 63, пункта 10  Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», пункта 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», исходя из того, что в действиях сторон оспариваемой сделки наличествуют признаки злоупотребления правом, доказана направленность сторон на причинение вреда имущественным правам кредиторов, при наличии признаков неплатежеспособности у должника на дату совершения сделки и осведомленность ответчика о данном факте, суды первой и апелляционной инстанций признали договор поручительства  № 2, заключенный между должником и ответчиком к договору займа № 7/18/СЗ от 28.12.2018, недействительным по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61  Закона о банкротстве. 

Поскольку требование ФИО1 вытекает из недействительного договора поручительства, то суд первой инстанции, выводы которого поддержал апелляционный суд, пришел к верному выводу об отсутствии оснований для включения кредиторской задолженности ответчика в реестр требований кредиторов должника. 

Суд округа оснований для отмены судебных актов не усматривает, полагает, что выводы судов соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Доводы заявителя жалобы об акцессорном (дополнительном) характере оспариваемой сделки по отношению к договору займа судом округа отклонены, поскольку спорные договор заключен сторонами в отношении несуществующей задолженности. В рамках дела  № А60-70844/2017 судами установлено, что фактически передача денежных средств по договору займа не состоялась, установлена недобросовестность в действиях сторона с направленностью на вывод ликвидного имущества с применением конструкций договора займа и поручительства. Данные сделки имели характер притворный, преследующие цель вывод имущества должника в преддверии банкротства. 

По своей правовой природе законодатель относит поручительство к одному из способов обеспечения исполнения обязательств (статьи 361-363 Гражданского кодекса Российской Федерации), имеющему дополнительный (акцессорный) характер по отношению к обеспечиваемому (основному) обязательству и следующему судьбе последнем (статья 329 Гражданского кодекса Российской Федерации). Ответственность поручителя наступает лишь в случае нарушения обязательства основным должником, что обусловлено дополнительным характером поручительства как обеспечительного обязательства.  

Довод подателя жалобы о том, что наличие признаков неплатежеспособности должника недостаточно для признания сделки недействительности по основаниям, предусмотренном статьей 61.2  Закона о банкротстве судом кассационной инстанции отклонен. 

Действительно сама по себе неплатежеспособность должника на момент заключения сделок не является основанием для вывода о совершении сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. 

Вместе с тем в рассматриваемом случае судами нижестоящих инстанций приняты во внимания выводы судов, сделанных в рамках дела № А60-70844/2017 по обособленному спору о признании сделки недействительности, в которой установлен факт совершения участниками сделки действий, имеющих направленность на злоупотребление правом. Спорный договор поручительства входил в цепочку взаимосвязанных сделок совершенных группой лиц с противоправной целью вывода имущества общества «Слако» в преддверии его банкротства. 

Утверждение ФИО1 об отсутствии в материалах дела документального подтверждения об его осведомленности наличия у должника признаков неплатежеспособности судом кассационной инстанции не принимается во внимание, как справедливо отмечено судами обеих инстанций, что в период предшествующий договору поручительства от 28.12.2018 и на дату его заключения у должника имелись  неисполненные (просроченные) обязательства перед кредиторами, подтвержденные вступившими в законную силу судебными актами, результатом которых стало возбуждение дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 и введении в отношении него процедуры реструктуризации долгов гражданина.   

Довод заявителя кассационной жалобы о подтверждении требования Определением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга 27.09.2019  об утверждении мирового соглашения подлежит отклонению.

Согласно частям 2 и 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации преюдициальное значение имеют обстоятельства, относящиеся к лицам, участвующим в деле, и установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда и суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу.

При наличии противоречивых выводов об обстоятельствах дела, изложенных во вступивших в законную силу судебных актах арбитражного суда и суда общей юрисдикции, при разрешении спора суд не может ограничиться формальной ссылкой на результат рассмотрения спора по одному из данных дел и на положения статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2016 N 305-ЭС14-7445). В такой ситуации суд должен самостоятельно повторно установить фактические обстоятельства дела и на основе этого разрешить спор.

В то же время при рассмотрении иска суд должен учесть обстоятельства ранее рассмотренных дел. Если суд придет к иным выводам, нежели содержащиеся в судебных актах по ранее рассмотренным делам, он должен указать соответствующие мотивы (применительно к разъяснениям пункта 4 Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

Поскольку в рамках дела рассмотренного судом общей юрисдикции итоговый судебный акт принят в форме определения об утверждении мирового соглашения, что не предполагало установление в состязательном процессе обстоятельств дела, судами правомерно отдано предпочтение мотивированным выводам, изложенным в судебных актах арбитражного суда. 

Иные доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении норм материального и процессуального права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств, а также основаны на неверном толковании норм права.

Суд кассационной инстанции при проверке судебных актов оценивает лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать, повторно оценивать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм права, являющихся основанием для отмены обжалуемого судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 23.08.2022 по делу № А60-52037/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               С.Н. Соловцов 

Судьи                                                                            Ф.И. Тихоновский 

                                                                                             О.Н. Пирская