ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

21 октября 2021 года                                                                               Дело №А65-29984/2018

гор. Самара

Резолютивная часть постановления оглашена 14 октября 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 21 октября 2021 года. 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Гадеевой Л.Р.,

судей Александрова А.И., Поповой Г.О.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев 14 октября 2021 года в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №2, 

апелляционную жалобу ФИО2 на определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.08.2021, вынесенное по заявлениям общества с ограниченной ответственностью «Сыйфат» и конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Газводстрой» ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО5 

в рамках дела №А65-29984/2018 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Газводстрой», ИНН 

<

***>,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащем образом уведомленных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы;

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.05.2019 общество с ограниченной ответственностью «Газводстрой», г. Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Сыйфат» (ИНН 

<

***>) о привлечении ФИО2, ФИО5, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника общества с ограниченной ответственностью «Газводстрой» (ИНН 

<

***>).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.02.2021 в порядке ст. 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве соответчика привлечен ФИО4. 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.06.2021 суд в порядке ст. 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принял в качестве вступления в рассматриваемый обособленный спор на стороне заявителя конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Газводстрой» (ИНН 

<

***>) ФИО3

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.08.2021 суд определил:

«Заявление удовлетворить частично. 

ФИО6 Наильевича (ИНН 

<

***>), ФИО5 (ИНН 

<

***>) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Газводстрой», г. Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Приостановить производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами общества с ограниченной ответственностью «Газводстрой», г. Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>). 

В удовлетворении остальной части отказать.»

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, ФИО2 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.08.2021 по делу №А65-29984/2018 отменить в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности и отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ФИО2 указывает, судом не дана оценка акту приема-передачи документов и печати общества от 17.10.2019, имеющемуся в материалах дела, заключенному между ФИО2 и конкурсным управляющим ООО «Газводстрой» ФИО3. Согласно акту приема-передачи ФИО2 передал, а ФИО3 получил указанные по списку документы в количестве 50 штук, что имелись у ФИО2 Кроме того, судом не дана оценка письму от 10.06.2019 с почтовой квитанцией (идентификатор 42008134019321), направленному ФИО2 в адрес ФИО5, которым ФИО2 запросил реестр имущества, бухгалтерские документы, отражающие экономическую деятельность за последние три года, в том числе бухгалтерский баланс по состоянию на 31.12.2016 и на 31.12.2017, договоры, акты выполненных работ, товарные накладные, счета, акты сверок со всеми контрагентами, сведения о дебиторской задолженности ООО «Газводстрой». Согласно информации об отслеживании почтового отправления с официального сайта «Почта России» указанное письмо получено ФИО5 21.07.2019, однако оставлено без ответа. Также судом не дана оценка доводу и обстоятельствам, что 15 февраля 2020 года ФИО7 обратился в ОП №6 «Савиново» Управления МВД России по г.Казани с заявлением о привлечении к уголовной ответственности ФИО5 по ст.ЗЗ0 УК РФ «Самоуправство» по факту непередачи последним документов ООО «Газводстрой». 24 февраля 2020 года вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Указанное постановление также имеется в материалах дела. ФИО2 действовал добросовестно, предполагая, что ФИО5, являясь предшествующим руководителем, исполнит свои обязанности по передачи всей документации, касающейся деятельности ООО «Газводстрой» новому руководителю. ФИО2 передал все имеющиеся у него документы конкурсному управляющему. Недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, поскольку конкурсным управляющим был получен доступ к расчетным счетам организации, по которым идентифицированы активы должника, выявлены и оспорены совершенные в период подозрительности сделки на общую сумму более 34 млн. рублей, что подтверждает формирование конкурсной массы. Кроме того, как установлено судом, единственная сделка, совершенная ФИО2 в качестве руководителя должника - это сделка по снятию наличных денежных средств в размере 260 000 рублей (Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.02.2020г). В настоящее время указанные денежные средства возвращены ФИО2 в конкурсную массу в полном объеме. ФИО2 ключевых решений, которые могли существенно усугубить финансовое положение организации не принимал, критического изменения возникшего ранее финансового положения организации, когда руководителем являлся ФИО5 не допустил, напротив, его действия были направленные на разумное преодоление финансовых трудностей, выполняя экономически обоснованный план, подавал заявки на участия в тендерах, в электронном аукционе с целью погашения кредиторской задолженности, возникшей до него. Данным доводам также судом не дана оценка. Также апеллянт указывает, что судом определена дата, когда начала формироваться кредиторская задолженность - 14.08.2017. После указанной даты согласно отчету все договоры, из которых возникли обязательства, были заключены в 2017 году, когда учредителями были ФИО13. Являясь учредителями, указанные лица обязаны были раскрыть информацию о неплатежеспособности организации перед новыми кредиторами, с которыми заключались новые договоры, поскольку на момент их заключения имелись неисполненные обязательства перед банком Казани по решению Третейского суда «ПРАВО» от 23.11.2016. Исполнительное производство возбуждено 19.05.2017. Заявление ООО КБЭР «Банк Казани» о признании ООО «Газводстрой» банкротом зарегистрировано судом 07.12.2017). То есть, имея неисполненные обязательства перед ООО КБЭР «Банк Казани» с 23.11.2016 и до подачи заявления о признании должника банкротом 07.12.2017 были заключены договоры со всеми кредиторами, включенными в реестр должника в рамках дела А65-29984/2018. Обязательство подачи заявления возникло еще в 2017 году.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2021 апелляционная жалоба оставлена без движения. Заявителю предложено в срок не позднее 24.09.2021 устранить обстоятельства, послужившие основанием для оставления апелляционной жалобы без движения.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.09.2021 апелляционная жалоба принята к производству. 

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

От ООО «Сыйфат» и конкурсного управляющего в материалы дела через систему «МойАрбитр.ру» поступили отзывы, согласно которым они возражают относительно доводов апелляционной жалобы, просят обжалуемое определение оставить без изменений, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Поступившие документы приобщены судом к материалам дела. 

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2020 года N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" указано, что при применении части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания

В соответствии с разъяснением, содержащимся в абзацах 3 и 4 пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" арбитражный суд апелляционной инстанции пересматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы.

Возражений относительно проверки только части судебного акта от сторон не поступило.

Рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд не установил оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для отмены судебного акта в обжалуемой части.

Согласно ч. 1 ст.223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и п.1 ст.32 Федерального Закона РФ от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Из материалов дела следует, что конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью «Сыйфат» (с учетом уточнений), а также конкурсный управляющий обратились с заявлением о привлечении ФИО2, ФИО5, ФИО5, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Газводстрой», г. Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) по основаниям совершения ими сделок, причинивших вред имущественным правам кредиторов, не исполнения обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом, а также в связи с неисполнением ФИО2 обязанности по передаче документации должника. 

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчику действий. 

По смыслу пункта 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон о внесении изменений) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона о внесении изменений), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона о внесении изменений, при этом к отношениям, возникшим ранее указанной даты, применяются правила Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент возникновения таких правоотношений.

Так как обстоятельства, по совершению сделок ответчиками и не исполнению обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом, послужившие основанием для заявляемых требований, совершены в период с 02.02.2017, то есть до вступления в силу Закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ, а заявления о привлечении их к субсидиарной ответственности поступили в суд после 01.07.2017, то в данной части, как правильно указано судом первой инстанции, спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ, а также процессуальных норм, предусмотренных Законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ.

Согласно представленным конкурсным управляющим сведений, судом первой инстанции установлено, что участниками и руководителями должника являлись следующие лица: 

№ Записи ГРН

Дата

Руководитель, участник (изменения)

Обоснование 

<

***>

10.02.2005

Создание юридического лица. Учредители: 1.Куфелкин Андрей Владимирович33,33%;

2.Куфелкин Александр Владимирович33,33%; 3. ФИО8 – 33,33% 4. Директор – ФИО8

Протокол № 1 от 09.02.2005

2051633020283

11.05.2005

Смена директора на ФИО5

Протокол № 2 от 11.05.2005

2091690422162

15.06.2009

Изменение размера долей: Выход ФИО8 Участники общества: 1.ФИО5- 66,67 %; 2.Куфелкин Александр Владимирович33,33 %; 3.Директор - ФИО5

Протокол № 4 от 03.06.2009

2111690032408

14.01.2011

Смена директора на ФИО9

Протокол № 7 от 29.12.2010

2111690203634

23.03.2011

Смена     директора     на     ФИО5

Протокол № 8 от 14.03.2011

2131690148610

19.02.2013

Смена директора на ФИО4

Протокол № 9 от 11.02.2013

6171690101687

23.05.2017

Смена директора на ФИО5

Протокол № 10 от 15.05.2017

2181690278735

27.02.2018

Смена директора на ФИО2

Протокол № 11 от 02.02.2018

2181690281672

27.02.2018

Продажа     долей     ФИО2 100%

Договор купли-продажи долей от 07.02.2018

Согласно позиции конкурсного кредитора, обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) образовалась у руководителей должника с 02.02.2017 г., поскольку после этой даты у должника возникли следующие обязательства перед кредиторами, включенными в реестр требований кредиторов должника: 

ООО «Сыйфат». Возникновение задолженности - 13.06.2018;

Федеральная налоговая служба. Возникновение задолженности - 01.01.2017;

Кировское областное государственное унитарное предприятие «Агентство энергосбережения». Возникновение задолженности - 29.12.2017;

ООО «Топ Альп». Возникновение задолженности - 10.09.2018;

ООО «Зарница Строй Проект». Возникновение задолженности - 09.08.2018.

Согласно абзацу 6 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве устанавливает, что размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: 

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве устанавливает, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В абзаце тридцать третьем статьи 2 Закона о банкротстве определено, что недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Из положений абзаца 34 статьи 2 Закона о банкротстве следует, что под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Таким образом, для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 названного Закона, применительно к рассматриваемому случаю, заявитель, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ, обязан доказать когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве свидетельствует о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее, она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Момент подачи заявления о банкротстве должника имеет существенное значение и для разрешения вопроса об очередности удовлетворения публичных обязательств. Так, при должном поведении руководителя, своевременно обратившегося с заявлением о банкротстве возглавляемой им организации, вновь возникшие фискальные обязательства погашаются приоритетно в режиме текущих платежей, а при неправомерном бездействии руководителя те же самые обязательства погашаются в общем режиме удовлетворения реестровых требований (п. 1 ст. 5, ст. 134 Закона о банкротстве).

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Между тем, при разрешении заявления о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве следует учитывать, что его обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника (пункт 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утверждено Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

При этом наличие у должника в определенный период непогашенной задолженности перед отдельным кредитором в любом случае не является достаточным основанием для вывода о возложении на руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением в порядке статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку само по себе возникновение у хозяйствующего субъекта кредиторской задолженности не подтверждает наступление такого критического момента, с которым законодательство о банкротстве связывает необходимость инициирования процедуры несостоятельности.

Судом первой инстанции установлено, что согласно представленным в материалы дела бухгалтерскому балансу за 2017 год, активы должника составляли 60 317 000 руб., в том числе 28 474 000 руб. запасов, 23 525 000 руб. дебиторской задолженности, 8 318 000 руб. финансовых вложений, тогда как кредиторская задолженность составляла 55 322 000 руб., следовательно, в 2017 году у должника не имелось признаков недостаточности имущества.

Кроме того, определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.01.2018  по делу №А65-40393/2017 в удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью Коммерческий банк экономического развития «Банк Казани», г.Казань, о признании общества с ограниченной ответственностью «Газводстрой», г.Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), несостоятельным (банкротом) отказано в связи с погашением должником задолженности перед заявителем.

Иные кредиторы в рамках дела о банкротстве №А65-40393/2017 не предъявили своих требований, судом не установлено признаков неплатежеспособности должника.

В рамках настоящего дела заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) было подано в Арбитражный суд Республики Татарстан 01.10.2018.

Поскольку заявителями не доказано наличие признаков недостаточности имущества на указанную им дату, в части привлечения к субсидиарной ответственности за несвоевременную подачу заявления о признании должника банкротом, в указанной части суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований заявителей. 

Оспаривая судебный акт в указанной части, апеллянт указывает, что поскольку удовлетворение требований кредиторов ООО КБЭР «Банк Казани» в общей сумме 3 316 961,66 руб. в рамках дела №А65-40393/2017 является преимущественным по отношению к кредитору, поскольку на момент погашения задолженности уже имелись иные неисполненные обязательства перед иными кредиторами, что подтверждается материалами указанного дела, и привело к невозможности удовлетворить требования иных кредиторов. Являясь учредителями, ФИО13 обязаны были раскрыть информацию о неплатежеспособности организации перед новыми кредиторами, с которыми заключались новые договоры, поскольку на момент их заключения имелись неисполненные обязательства перед банком Казани по решению Третейского суда «ПРАВО» от 23.11.2016. Исполнительное производство возбуждено 19.05.2017. Заявление ООО КБЭР «Банк Казани» о признании ООО «Газводстрой» банкротом зарегистрировано судом 07.12.2017). То есть, имея неисполненные обязательства перед ООО КБЭР «Банк Казани» с 23.11.2016 и до подачи заявления о признании должника банкротом 07.12.2017 были заключены договоры со всеми кредиторами, включенными в реестр должника в рамках дела №А65-29984/2018. Обязательство подачи заявления возникло еще в 2017 году.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что согласно сведениям, представленным конкурсным управляющим, на момент исполнения требований перед ООО КБЭР «Банк Казани» у должника имелась задолженность перед уполномоченным органом (требование уполномоченного органа включает в себя 7 200 руб. штрафа и подтверждено определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.08.2019 о включении требования в реестр) и Кировским областным государственным унитарным предприятием «Агентство энергосбережения» (решение Арбитражного суда Кировской области от 29.12.2017 по делу А28-3460/2017 - задолженность 70 000 руб. (судебные расходы). 

Вместе с тем, наличие просроченной задолженности должника перед отдельным кредитором само по себе не может повлечь вывод о несостоятельности или неплатежеспособности должника, а лишь представляет собой нарушение со стороны должника денежного обязательства.

Судом первой инстанции были проанализированы сделки, совершенные должником в период руководства ФИО5, ФИО5 и ФИО2, и признанные в установленном законом порядке недействительными. 

Как установлено судом первой инстанции, из определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 06 ноября 2020 г. следует, что недействительные сделки по снятию денежных средств ФИО10 со счета общества с ограниченной ответственностью «Газводстрой» открытого в ПАО «Ак Барс Банк», на основании денежных чеков в размере 6 693 000 руб., совершены в период осуществления полномочий руководителя должника ФИО5. 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 05.02.2021 г. признано недействительным заявление о зачете однородных требований исх. №01/02 от 06.02.2018 года, применены последствия недействительности сделки в виде восстановления права требования ООО «МагистральСтройПроект» перед ООО «Газводстрой» в размере 1 330 000 руб., восстановлении права требования ООО «Газводстрой» перед ООО «МагистральСтройПроект» в размере 1 330 000 руб. 

Признано недействительным заявление о зачете однородных требований исх. №01/02 от 06.02.2018 года, применены последствия недействительности сделки в виде восстановления права требования ООО «МагистральСтройПроект» перед ООО «Газводстрой» в размере 7 044 000 руб., восстановления права требования ООО «Газводстрой» перед ООО «МагистральСтройПроект» в размере 7 044 000 руб. 

Из определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 05.02.2021 г. следует, что в период осуществления недействительных сделок (06.02.2018 г.), руководителем должника являлся ФИО5. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.). 

В соответствии с пунктом 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. 

Единоличный исполнительный орган общества без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки (пункт 3 статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. 

Согласно п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством, в связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т. п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора. 

В силу разъяснений, изложенных в п.23 постановления Пленума ВС РФ №53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по не рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. 

Учитывая то, что после совершения указанных сделок должник стал отвечать признакам неплатежеспособности, указанными сделками причинен существенный вред кредиторам, сделки совершены на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также то, что в результате их совершения должник утратил возможность продолжать осуществлять хозяйственную деятельность, суд первой инстанции признал, что в результате действий руководителя ФИО5 по одобрению сделок, направленных на отчуждение имущества (вывод денежных средств) должник стал отвечать признакам неплатежеспособности, что в результате привело к объективному банкротству. 

В указанной части судебный акт не обжалуется. 

В отношении части совершенных сделок судом первой инстанции установлено, что денежные средства по сделкам, признанным недействительным, взысканы с ответчиков в период их руководства должником, следовательно, удовлетворение требований в этой части приведет к повторному привлечению ФИО2, ФИО5 и ФИО5 к гражданской ответственности за одни и те же действия, что нормами действующего законодательства не предусмотрено. 

Апеллянт не согласен с выводами суда в части отказа в привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности в указанной части. 

Так, судом первой инстанции установлено, что определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.05.2020 признана недействительной сделка по перечислению денежных средств обществом с ограниченной ответственностью «Газводстрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО5 за период с 23.10.2015 по 05.02.2016 в размере 1 415 000 руб. 

В указанный период руководителем являлся ФИО5.

В указанной части судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции и отклоняет доводы апеллянта о необходимости привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности за совершение сделок, которые привели к причинению ООО Газводстрой» имущественного ущерба, повлекшего наступление признаков банкротства, исходя из следующего. 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в удовлетворении требования к директору должно быть отказано.

Указанные в названном пункте иные способы защиты предполагают возмещение имущественных потерь должника предъявлением требования к иным лицам, помимо директора.

В соответствии со статьей 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункту 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации основной задачей судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность.

Исходя из положений статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляет арбитражный суд, при этом способ защиты нарушенного права лицо, обратившееся с арбитражный суд, избирает самостоятельно. Избранный способ защиты в случае удовлетворения требований истца должен привести к восстановлению его нарушенных или оспариваемых прав.

Перечень способов защиты гражданских прав установлен в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, одним из которых является возмещение убытков.

Поскольку в данном случае ФИО5 являлся и контролирующим должника лицом, в отношении которого заявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям совершения им сделки, причинившей вред имущественным права кредиторов должника, в то же время является по этой сделке и контрагентом должника, с которого денежные средства взысканы в качестве применения последствий ее недействительности, удовлетворение требований конкурсного управляющего должника в указанной части приведет к повторному взысканию по иному гражданско-правовому основанию с него той же суммы денежных средств уже взысканных в качестве применения последствий недействительности сделки.

Поскольку взыскание одной и той же суммы по двум разным гражданско-правовым основаниям с одного и того же лица, то есть применение разных способов защиты нарушенного права к одному и тому же лицу не отвечает целям восстановления нарушенных прав и приведет к неосновательному обогащению должника, требование о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 в указанной части правомерно отклонено судом первой инстанции. 

Относительно признания доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 за не передачу документации должника судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции исходя из следующего. 

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20 мая 2019 года, суд обязал руководителя ООО «Газводстрой» ФИО2 передать временному управляющему ФИО11 заверенные копии документов, а именно: перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения, в том числе договоры, акты выполненных работ, товарные накладные, счета, акты сверок. 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.02.2020 суд обязал бывшего руководителя обществом с ограниченной ответственностью «Газводстрой», г. Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ФИО2 обеспечить передачу конкурсному управляющему ФИО3 сведений о запасах должника на дату составления бухгалтерского баланса по состоянию на 31.12.2017 на сумму 28 474 000 руб. в виде оборотно-сальдовой ведомости по счету бухгалтерского учета 10 и сведений о дебиторской задолженности должника на дату составления бухгалтерского баланса по состоянию на 31.12.2017 на сумму 23 525 000 руб. в виде оборотно-сальдовой ведомости по счету.

Судебные акты вступили в законную силу, на дату рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности не исполнены.

Как обоснованно указано судом первой инстанции, ведение текущей финансово-хозяйственной деятельности общества, организация бухгалтерского и налогового учета возложены действующим законодательством на руководителя общества.

ФИО2 являлся руководителем должника с 27.02.2018 по дату открытия в отношении должника конкурсного производства. 

Обязанность по сбору, составлению, ведению и хранению документов бухгалтерского учета и (или) отчетности установлена Федеральным законом N 402-ФЗ от 06.12.2011 "О бухгалтерском учете" (статьи 6, 7, 17, 29 указанного Федерального закона). Данная обязанность лежит на руководителе должника. 

В силу абзаца 4 пункта 1 статьи 94 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" органы управления должника, временный управляющий, административный управляющий в течение трех дней с даты утверждения внешнего управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей и штампов, материальных и иных ценностей внешнему управляющему. 

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

К документам бухгалтерского учета и (или) отчетности согласно статьям 9, 10, 13 ФЗ "О бухгалтерском учете" относится: первичная учетная документация, регистры бухгалтерского учета и отчетная бухгалтерская документация. 

Первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет, служат документы, фиксирующие факты совершения хозяйственной операции.

Регистры бухгалтерского учета предназначены для систематизации и накопления информации, содержащейся в принятых к учету первичных документах, для отражения ее на счетах бухгалтерского учета и в бухгалтерской отчетности.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 50 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» общество обязано хранить перечисленные в этом пункте документы, касающиеся создания и деятельности общества, а также иные документы, предусмотренные федеральными законами и иными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества. Указанные документы общество хранит по месту нахождения его единоличного исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества (пункт 2 статьи 50 названного Закона). 

В силу пункта 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402- ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. 

Таким образом, ФИО2 обязан был передать всю документацию, касающуюся деятельности общества, конкурсному управляющему в установленные законом сроки. 

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием законодательства.

ФИО2 как контролирующее должника лицо, согласно статьям 61.10, 61.11 Закона о банкротстве, по правилам пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, был обязан передать конкурсному управляющему документацию бухгалтерского учета и (или) отчетности должника. 

Между тем, как установлено судом первой инстанции, данное обязательство ответчиком не исполнено. Доказательств обратного суду не представлено. 

При этом судом первой инстанции обоснованно подчеркнуто, что даже в случае, если ответчик не располагала документацией, материальными или иными ценностями и их отсутствие не является безусловным основанием для отказа в привлечении его к субсидиарной ответственности. 

Сам факт неисполнения руководителем должника обязанности по передаче документов свидетельствует о наличии оснований для привлечения ответственного лица к субсидиарной ответственности в порядке пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. 

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время - подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при не передаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление N 53), лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. 

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. 

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Как установлено судом первой инстанции, из бухгалтерского баланса должника на последнюю отчетную дату следует, что у должника имелись активы, однако, уважительных причин непредставления документации по данным активам, в том числе инвентаризационные описи, договоры и иные документы, отражающие активы должника, руководителем должника не представлены, само имущество также не представлено, в связи с чем, у конкурсного управляющего отсутствовала возможность полноценного формирования конкурсной массы, что повлекло для кредиторов должника неблагоприятные последствия, а именно наличие задолженности перед кредиторами.

Указанные доводы конкурсного управляющего соответствуют условиям упомянутой презумпции и бремя их опровержения в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, приведенных в пункте 24 постановления N 53, перешло на ответчика. 

Применительно к пункту 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» к руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. 

Однако, как следует из материалов дела, бывшим руководителем должника документы конкурсному управляющему на дату судебного заседания не переданы.

Довод апеллянта о том, что невозможность передачи всей документации конкурсному управляющему вызвана непередачей ФИО5 ФИО2 отклоняется судебной коллегией, поскольку сама по себе не передача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

Доказательств, свидетельствующих об объективной невозможности для ответчика передать истребуемую документацию и имущество конкурсному управляющему, в материалы дела не представлено.

Указанные обстоятельства сами по себе являются достаточными для установления оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что апелляционная жалоба содержит доводы, не опровергающие выводы суда первой инстанции, доводы жалобы направлены на их переоценку с целью установления иных обстоятельств, которые опровергаются материалами дела. В этой связи, учитывая отсутствие нарушений, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта по статье 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обжалуемое определение суда первой инстанции является законным и обоснованным. 

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ уплаченная подателем жалобы государственная пошлина в размере 3 000 рублей подлежит возврату ФИО2 из федерального бюджета. 

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.08.2021 по делу №А65-29984/2018 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

ФИО12 Наильевичу из федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции. 

Председательствующий                       Л.Р. Гадеева

Судьи                       А.И. Александров

           Г.О. Попова