АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

02 апреля 2025 года

Дело №

А13-10124/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Герасимовой Е.А., судей Богаткиной Н.Ю., ФИО1

при участии от конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Перфект Плюс» ФИО2 представителя              ФИО3 по доверенности от 24.03.2025, от ФИО4 представителя ФИО5 по доверенности от 13.02.2024,

рассмотрев 31.03.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Перфект Плюс» ФИО2 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 11.10.2024 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.02.2025 по обособленному спору № А13-10124/2021,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 02.08.2021 по заявлению общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО)  «АвтодорМост» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Перфект Плюс», адрес: 160026, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>.

Определением суда первой инстанции от 13.10.2021 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2, член саморегулируемой организации Ассоциация арбитражных управляющих «Синергия».

Решением суда первой инстанции от 16.02.2022 ООО «Перфект Плюс» признано несостоятельным (банкротом), в его отношении открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Конкурсный управляющий ФИО2 30.07.2023 обратился в суд первой инстанции с заявлением о привлечении ФИО6, ФИО4 и Лосева Дмитрия Алексеевича к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника. 

Определением суда первой инстанции от 11.10.2024 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО6 и                Лосева Д.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам                             ООО «Перфект Плюс». Приостановлено производство по заявлению о привлечении ФИО6 и Лосева Д.А. к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.02.2025 определение от 11.10.2024 в части отказа в привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности оставлено без изменения.

 В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО2, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит определение от 11.10.2024 и постановление от 05.02.2025 отменить в части отказа в привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, принять новый судебный акт об удовлетворении требований в названной части. 

По мнению подателя жалобы:

- совокупность представленных в материалы дела доказательств свидетельствует о том, что именно ФИО4 руководил деятельностью ООО «Перфект Плюс»; заявленные ответчиком в опровержение данного довода пояснения являются недостаточными для вывода о недоказанности фактического контроля ФИО4 над должником;

- суды необоснованно отдали предпочтение пояснениям ФИО4, не учтя письменные доказательства конкурсного управляющего ФИО2 об осуществлении фактического контроля не  ФИО6, а ее супругом; 

- пояснение ответчика о том, что он не знал о реальном положении дел ООО «Перфект Плюс», не соответствует действительности и не мог быть принят судами во внимание.

В отзыве ФИО4 просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения. 

В заседании Арбитражного суда Северо-Западного округа представитель конкурсного управляющего ФИО2 поддержал доводы кассационной жалобы, а представитель ФИО4 возражал по мотивам, приведенным в соответствующем отзыве.

Информация о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы опубликована на официальном сайте Арбитражного суда Северо-Западного округа, а также в информационной системе «Картотека арбитражных дел». 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –               АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность судебных актов в обжалуемой части проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, учредителями ООО «Перфект Плюс» являются ФИО6, Лосев Д.А. и ФИО7.

В период с 10.11.2017 по 13.04.2021 ФИО6 являлась участником ООО «Перфект Плюс», а в период с 15.05.2018 по 27.03.2019 его генеральным директором.

В период с 20.11.2020 по 16.08.2023 (дату ответа регистрирующего органа на запрос суда) Лосев Д.А. выступал участником ООО «Перфект Плюс», а в период с 23.04.2021 по 14.02.2022 был его генеральным директором.

ФИО4 является супругом ФИО6 и работником ООО «Перфект Плюс». Согласно авансовому отчету от 30.11.2019 № 17, утвержденному директором ФИО6, ответчик замещал должность инженера производственно-технического отдела. 

Определением суда первой инстанции от 13.10.2021 в отношении ООО «Перфект Плюс» введена процедура наблюдения, а решением суда от 16.02.2022 должник признан несостоятельным (банкротом).

Полагая, что наряду с иными ответчиками ФИО4 является контролирующим должника лицом, конкурсный управляющий ФИО2 обратился в суд с заявлением о привлечении, в том числе ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Суд первой инстанции, установив наличие в деле достаточных доказательств и объяснений, опровергающих презумпцию наличия у ответчика статуса контролирующего должника лица, отказал в удовлетворении требований к ФИО4

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции, дополнительно отметив, что в материалы дела не представлено доказательств осуществления ФИО4 фактического контроля над должником,  замещение ответчиком должности инженера производственно-технического отдела об этом не свидетельствует.

Проверив законность судебных актов в обжалуемой части, Арбитражный суд Северо-Западного округа не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002                     № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Правовое регулирование института субсидиарной ответственности содержится в главе III.2 Закона о банкротстве.

По общему правилу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве контролирующим должника лицом является физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 2 указанной статьи возможность определять действия должника может быть достигнута в силу: 

1) нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 

2) наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 

3) должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 названной статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

По положениям пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника.

В пункте 5 постановления Пленума № 53 разъяснено, что само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица. Исключение из этого правила закреплено в подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, установивших круг лиц, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника.

По положениям пункта 6 постановления Пленума № 53 статусом контролирующего лица также обладает номинальный руководитель юридического лица, поскольку передоверие управления другому лицу не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом.

Согласно пункту 7 постановления Пленума № 53 привлечение к субсидиарной ответственности по подпункту 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможно в отношении лица, извлекшего существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности, например, третье лицо, которое получило существенный актив должника, или выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из определенной системы организации предпринимательской деятельности должника. Приведенный в данном пункте перечень примеров не является исчерпывающим.

Субсидиарная ответственность контролирующих лиц наступает в связи с причинением вреда имущественным правам кредиторов подконтрольного лица и требует установления состава гражданско-правовой ответственности, бремя доказывания которого в силу пункта 2 статьи 15, пункта 1 статьи 1064 ГК РФ  возлагается на заявителя.

При этом необходимо учитывать, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности представляет исключение из принципа ограниченной ответственности юридического лица (пункт 1 постановления Пленума № 53), а потому выступает исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. 

Следовательно, стандарт доказывания по искам к лицам, имеющим фактическую возможность определять действия юридического лица, является более высоким, чем баланс вероятностей, и требует ясных и убедительных доказательств (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600(5-8).

Лицу, которое ссылается на отсутствие у ответчика формальных полномочий, но наличие у него фактической возможности оказывать влияние на деятельность должника, необходимо привести достаточно серьезные доводы и представить существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи позволили бы признать убедительными аргументы о возникновении отношений фактического контроля и подчиненности, после чего бремя доказывания обратного в силу статьи 65 АПК РФ переходит на привлекаемое к ответственности лицо (пункт 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018).

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что  ФИО4 замещал должность инженера производственно-технического отдела, а также является супругом ФИО6, которая в период с 10.11.2017 по 13.04.2021 была участником ООО «Перфект Плюс», а в период с 15.05.2018 по 27.03.2019 его генеральным директором. 

В то же время замещение должности инженера производственно-технического отдела, не подразумевающей выполнение контрольных функций, равно как и наличие брачных отношений не подтверждает довод конкурсного управляющего о наличии у ФИО4 статуса контролирующего должника лица.

Факт осуществления ФИО4 переговоров с контрагентами должника свидетельствует о выполнении им трудовых функций в качестве работника, что конкурсным управляющим не оспорено, а не о контроле над деятельностью должника.

Также конкурсный управляющий ссылается, что о контроле свидетельствуют обстоятельства погашения ФИО4 в 2021 году требований кредиторов на общую сумму 2 045 692 руб. 45 коп.

Данный довод суды обоснованно отклонили, поскольку погашение ФИО4 обязательств должника было вызвано объективными причинами и намерением оказать супруге финансовую помощь. 

Действительно, в рамках настоящего дела о банкротстве                     ФИО4 подавал заявление о включении требования в реестр                     ООО «Перфект Плюс», мотивированное тем, что в 2021 году он в порядке пункта 5 статьи 313 ГК РФ произвел исполнение обязательств за должника на общую сумму 2 045 692 руб. 45 коп. Однако впоследствии ФИО4 отказался от заявления ввиду отсутствия перспектив его удовлетворения.

Суды сделали правильный вывод, что ФИО4 представил приемлемые пояснения относительно совершенных им действий, обосновал цель погашения задолженности ООО «Перфект Плюс» перед его контрагентами, которая сводилась к исключению финансовых санкций в отношении супруги ФИО6, а также дал объяснения по причине обращения с требованием о включении в реестр и последующего отказа от него.

Вопреки позиции конкурсного управляющего, отказ в привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности обусловлен не оказанием предпочтения пояснениям ответчика, а отсутствием в деле достаточных и убедительных доказательств наличия у ФИО4 статуса контролирующего должника лица.

В данном случае конкурсным управляющим не представлено доказательств наличия у ФИО4 возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника, реализации им соответствующих полномочий и получения выгоды от таких действий. 

Всем доводам, заявленным конкурсным управляющим, судами первой и апелляционной инстанций дана надлежащая правовая оценка, с которой суд округа согласен.

Довод о противоправных целях ФИО4 не нашел своего подтверждения, презумпция его добросовестности не опровергнута. Основания признавать пояснения ответчика недопустимым доказательством у судов отсутствовали.

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены правильно, все доказательства исследованы и оценены в соответствии со статьей 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется в силу статьи 286 АПК РФ.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), не допущено.

В связи с ранее предоставленной отсрочкой с ООО «Перфект Плюс» в доход федерального бюджета подлежит взысканию 50 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы в соответствии с частью 2 статьи 110 АПК РФ и подпунктом 20 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 11.10.2024 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.02.2025 по делу № А13-10124/2021 в обжалованной части оставить без изменения, а кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Перфект Плюс» ФИО2 – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Перфект Плюс» (адрес: 160026, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 50 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы. 

Председательствующий

Е.А. Герасимова

Судьи

Н.Ю. Богаткина

ФИО1