АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город ТюменьДело № А75-21122/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 25 мая 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 26 мая 2022 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующегоФИО8 а С.А.,

судейБедериной М.Ю.,

ФИО1-

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационную жалобу акционерного общества «Каюм Нефть» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – общество «Каюм Нефть», должник), Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 2 (далее – уполномоченный орган) на определение от 06.12.2021 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры (судья Козицкая И.А.) и постановление от 11.03.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Горбунова Е.А., Дубок О.В., Зюков В.А.) по делу № А75-21122/2019, принятые по заявлению публичного акционерного общества Банка «Югра» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее - Банк) о признании общества «Каюм Нефть» несостоятельным (банкротом).

В заседании приняли участие представители: общества «Каюм Нефть» ФИО2 по доверенности от 23.05.2021, Банка ФИО3 по доверенности от 22.12.2021, уполномоченного органа ФИО4 по доверенности от 22.12.2021, «Газпромбанк» (Акционерное общество) ФИО5 по доверенности от 02.06.2021.

Суд установил:

уполномоченный орган 11.11.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании общества «Каюм Нефть» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 16.12.2019 возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.

Банк 08.04.2020 обратился в арбитражный суд с заявлением о вступлении в дело о банкротстве должника, введении в отношении общества «Каюм Нефть» процедуры наблюдения, включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника задолженности в размере 5 147 000 000 руб.

Банк 06.07.2020 обратился в арбитражный суд с заявлением о вступлении в дело о банкротстве должника, введении в отношении общества «Каюм Нефть» процедуры наблюдения, включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника задолженности в размере 8 139 860 678,80 руб.

Определением суда от 25.10.2021 заявление уполномоченного органа оставлено без рассмотрения, во введении наблюдения отказано.

Определением суда от 22.11.2021 заявление Банка о признании общества «Каюм Нефть» банкротом, включении в реестр требований его кредиторов задолженности в размере 5 147 000 000 руб. оставлено без рассмотрения, во введении наблюдения отказано.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 06.12.2021, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2022, заявление Банка признано обоснованным, в отношении общества «Каюм Нефть» введена процедура наблюдения, требование Банка в размере 8 139 860 678,80 руб. включено реестр требований кредиторов должника, временным управляющим утверждён ФИО6.

Не согласившись с определением суда от 06.12.2021 и постановлением апелляционного суда от 11.03.2022, уполномоченный орган, должник обратились с кассационными жалобами. 

Доводы общества «Каюм Нефть» сводятся к отсутствию у Банка права на предъявление требований к нему в рамках поручительских обязательств. С позиции должника, оспаривание сделки по расторжению договора поручительства не предрешает вопрос о наличии у кредитора права предъявления требований по этому договору; на дату подачи Банком в суд заявления срок поручительства истёк, он не может быть восстановлен.

Общество «Каюм Нефть» считает, что приведённые им доводы свидетельствуют об ошибочности выводов судов и наличии оснований для введения в отношении него процедуры наблюдения, в связи с чем просит обжалуемые судебные акты отменить, принять новый судебный акт о признании заявления Банка необоснованным и его оставлении без рассмотрения.

Уполномоченный орган в обоснование свой кассационной жалобы ссылается на порочность поручительских правоотношений между должником и Банком, подконтрольность этих лиц одному и тому конечному бенефициару, создание фиктивной схемы вывода активов, что, по мнению кассатора, свидетельствует о злоупотреблении правом (статья 10 ГК РФ), притворности сделок (статья 170 ГК РФ). В кассационной жалобе также приводятся ссылки на судебную практику разрешения подобного рода споров в отношении иных юридических лиц.

По мнению уполномоченного органа, судами первой и апелляционной инстанций допущено неполное выяснение фактических обстоятельств дела, не оценено противоправное поведение Банка и его конечного бенефициара в гражданском обороте в связи с чем просит обжалуемые судебные акты отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение. 

Изучив материалы обособленного спора, доводы, изложенные в кассационных жалобах и отзывах на неё, выслушав объяснения лиц, явившихся в судебное заседание, проверив в соответствии со статьями 286, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность обжалуемых определения и постановления, суд округа не находит оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела, между Банком (кредитор) и обществом с ограниченной ответственностью «ГлавТехКомплект» (заёмщик; далее – общество «ГлавТехКомплект») заключён договор об открытии кредитной линии от 31.03.2017 № 077/КД-17 (далее - кредитный договор), в соответствии с которым обществу «ГлавТехКомплект» открыта кредитная линия в размере 2 600 000 000 руб. под 12 % годовых со сроком возврата 29.09.2017.

В качестве обеспечения надлежащего исполнения кредитного обязательства по кредитному договору между Банком и обществом «Каюм Нефть» заключён договор поручительства от 31.03.2017 № 077/ДПЮ-17 (далее - договор поручительства), по условиям которого должник принял обязательства отвечать перед Банком солидарно с обществом «ГлавТехКомплект» в рамках кредитных правоотношений.

Дополнительным соглашением от 18.05.2017 № 1 (далее - соглашение) договор поручительства расторгнут.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 02.07.2018 по делу № А40-250196/2017 с общества «ГлавТехКомплект» в пользу Банка взыскана задолженность по кредитному договору в размере: 2 600 000 000 руб. (основной долг), 259 818 904,10 руб. (проценты за пользование кредитом за период с 01.07.2017 по 31.05.2018), 951 600 000 руб. (неустойка за просрочку оплаты основного долга за период с 30.09.2017 по 31.05.2018), 53 496 568,92 руб. (неустойки за просрочку оплаты процентов за пользование кредитом за период с 01.08.2017 по 31.05.2018), а также 200 000 руб. (расходы по уплате государственной пошлины).

Временная администрация Банка 15.05.2018 обратилась в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании недействительным соглашения, применении последствий его недействительности.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.01.2020 по делу № А40-145500/2017, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.06.2020, соглашение признано недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде восстановления обязательства должника по договору поручительства.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.10.2020 по делу № А40-3116/20 заявление Банка о признании общества «ГлавТехКомплект» банкротом признано обоснованным, в отношении него введена процедура наблюдения, требование Банка в размере 2 600 000 000 руб. основного долга, 754 744 931,60 руб. процентов за пользование кредитом, 200 000 руб. расходов по уплате госпошлины, а также в размере 483 047 588,85 руб. неустойки за просрочку уплаты процентов, 3 209 700 000 руб. неустойки за просрочку возврата основного долга включено в третью очередь реестра требований кредиторов.

Банк, ссылаясь на наличие у общества «Каюм Нефть» поручительских обязательств в рамках кредитного договора, задолженность по которому подтверждена вступившим в законную силу судебным актом, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что поручительство должника по кредитным правоотношениям не прекратилось, не усмотрели в действиях Банка и должника злоупотребления правом, притворности правоотношений, в связи с чем, ссылаясь на наличие вступившего в законную силу судебного акт о взыскании с общества «ГлавТехКомплект» денежных средств в пользу Банка, сочли заявление обоснованным, ввели в отношении общества «Каюм Нефть» процедуру наблюдения.

Суд округа считает выводы судов правильными. 

Исходя из разъяснений, данных в пункте 47 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» (далее - Постановление № 42), требование кредитора к поручителю является денежным (абзац четвёртый статьи 2 Закона о банкротстве) и может являться основанием для возбуждения дела о банкротстве, при этом в соответствии с пунктом 51 указанного постановления кредитор вправе требовать возбуждения как дела о банкротстве основного должника, так и поручителя.

Согласно пункту 1 статьи 62 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, наблюдение вводится по результатам рассмотрения арбитражным судом обоснованности заявления о признании должника банкротом в порядке, предусмотренном статьёй 48 настоящего Федерального закона.

В соответствии с абзацем шестым пункта 3 статьи 48 Закона о банкротстве определение о признании требований заявителя обоснованными и введении наблюдения выносится в случае, если требование заявителя соответствует условиям, установленным пунктом 2 статьи 33 настоящего Закона, признано обоснованным и не удовлетворено должником на дату заседания арбитражного суда, установлено наличие оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 3 настоящего Закона.

Согласно положению пункта 2 статьи 33 Закона о банкротстве требования заявителя к должнику - юридическому лицу в совокупности должны составлять не менее чем 300 000 руб.; исходя из пункта 2 статьи 3 названного Закона денежные обязательства должника не исполнены им в течение трёх месяцев с даты, когда они должны быть исполнены.

В рассматриваемом случае имеется вступивший в законную силу судебный акт о взыскании с основного заёмщика - общества «ГлавТехКомплект» в пользу Банка денежных средств в размере, превышающим 300 000 руб., предоставленных по кредитному договору, указанное требование признано обоснованным и включено в реестр требований кредиторов общества «ГлавТехКомплект» в рамках дела о его банкротстве, Банк предъявил требование к поручителю - обществу «Каюм Нефть» после установления его требований к основному заёмщику.

Тем самым совокупность признаков, предусмотренных положениями 33, 48, 62 Закона о банкротстве и необходимых для введения в отношении общества «Каюм Нефть» процедуры наблюдения, в настоящем деле установлена, в связи с чем заявление Банка удовлетворено правомерно. 

Отклоняя доводы общества «Каюм Нефть» об отсутствии у Банка права на предъявление требований к нему в рамках поручительских обязательств, суд округа исходит из следующего.

Согласно статье 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 363 ГК РФ при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. Поручитель отвечает перед кредитором в том же объёме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.

В соответствии с пунктом 6 статьи 367 ГК РФ поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается при условии, что кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иск к поручителю. Когда срок исполнения основного обязательства не указан и не может быть определён или определён моментом востребования, поручительство прекращается, если кредитор не предъявит иск к поручителю в течение двух лет со дня заключения договора поручительства.

Срок действия поручительства является пресекательным сроком осуществления субъективного гражданского права кредитора при неисполнении (ненадлежащем) исполнении обязательства должником требовать удовлетворения своих интересов за счёт имущественной массы поручителя. Этот срок устанавливает пределы существования такого гражданского права, предоставляя кредитору строго определённое время для реализации его прав под угрозой их прекращения.

Указанный срок не является сроком исковой давности и к нему не подлежат применению положения главы 12 ГК РФ, при этом положениями параграфа 5 главы 23 ГК РФ не предусмотрена возможность перерыва его течения.

Как разъяснено в пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве» (далее - Постановление № 45), поручительство не считается прекратившимся, если в названные сроки кредитор предъявил иск к поручителю, или заявил требование ликвидационной комиссии в ходе процедуры ликвидации поручителя - юридического лица, или подал заявление об установлении требований в деле о банкротстве поручителя.

В рассматриваемом случае изначально поручительство выдано обществом «Каюм Нефть» Банку в счёт обеспечения исполнением обществом «ГлавТехКомплект» обязательств по кредитному договору на период действия данных правоотношений, (до 29.09.2018).

Расторжение договора поручительства осуществлено путём заключения соглашения (18.05.2017) спустя полтора месяца после заключения договора поручительства (31.03.2017).

Обращение в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным соглашения о расторжении договора поручительства осуществлено Банком 15.05.2018, то есть в период, на который изначально было выдано поручительство и во время рассмотрения иска Банка о взыскании с общества «ГлавТехКомплект» денежных средств по кредитному договору, что очевидно подтверждает волю кредитной организации на удовлетворение своих требований, в том числе за счёт поручителя.

Судебный акт о признании недействительным соглашения и восстановление обществу «Каюм Нефть» поручительских обязательств вступил в законную силу 22.06.2020.

Обращение Банка в арбитражный суд с настоящим заявлением осуществлено 06.07.2020, то есть в разумный срок (15 дней) после восстановления поручительских обязательств в судебном порядке; до 22.06.2020 у Банка отсутствовали правовые основания для предъявления требования к обществу «Каюм Нефть», как поручителю общества «ГлавТехКомплект».

Учитывая приведённую последовательность и определённость юридических действий Банка, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу об отсутствии оснований для констатации факта прекращения поручительства общества «Каюм Нефть» по обязательствам общества «ГлавТехКомплект» перед Банком в рамках кредитного договора применительно к разъяснениям, изложенным в пункте 42 Постановления № 45.

Отклоняя доводы уполномоченного органа о порочности правоотношений между Банком и обществом «Каюм Нефть» (злоупотребление правом, притворность сделок), связанное с этим отсутствие оснований для признания заявления обоснованным, суд округа исходит из следующего. 

В силу статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В целях реализации указанного выше правового принципа в абзаце первом пункта 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учётом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряжённое с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Таким образом, непосредственной целью названной санкции является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, пострадавшего от этого злоупотребления.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент её совершения стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида, и совершали её с целью прикрыть другую сделку. Обязательным условием признания сделки притворной является порочность воли каждой из её сторон. При этом обязанность доказывания возлагается на заявителя.

По смыслу названной нормы в случае заключения притворной сделки действительная воля стороны не соответствует её волеизъявлению. Поэтому последствием недействительности притворной сделки является применение правил о сделке, которую стороны имели в виду, то есть применение действительной воли сторон.

Намерения одного участника на совершение притворной сделки недостаточно, обе стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

Для установления истинной воли сторон в притворной сделке, то есть для определения той сделки, которая была прикрыта, имеет значение выяснение фактических отношений между сторонами, а также намерений каждой стороны.

В рассматриваемом случае, на момент заключения оспариваемых сделок Банк, заёмщик и поручитель - должник входили в группу компаний, в конечном итоге подконтрольную одному лицу (ФИО7). По общему правилу, при внутригрупповом займе денежные средства остаются под контролем группы лиц, в силу чего, с точки зрения нормального гражданского оборота, отсутствует необходимость использовать механизмы, позволяющие дополнительно гарантировать возврат финансирования. Поэтому в условиях заинтересованности займодавца, заёмщика и залогодателя между собой на данных лиц в деле о банкротстве возлагается обязанность раскрыть разумные мотивы совершения обеспечительной сделки. В обратном случае следует констатировать, что выбор подобной структуры внутригрупповых юридических связей позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве каждого участника группы лиц.

Весь бизнес, подконтрольный бывшему бенефициару Банка ФИО7 можно условно разделить на три группы: финансы, нефтедобыча и недвижимость. При этом контроль, кредитование экономически взаимосвязанных групп нефтедобычи и недвижимости осуществлялись бенефициаром преимущественно за счёт денежных средств банка. Большая часть всех кредитов, выдаваемых Банком, направлялись на финансирование собственного бизнеса в сфере недвижимости и нефтедобычи. Таким образом, успешная деятельность банка по привлечению вкладов от третьих лиц являлась главным составляющим развития бизнеса в сфере нефтедобычи и недвижимости. В таком случае, заключение обеспечительных договоров компаниями, входящими в группу нефтедобычи, в пользу своего финансового центра (Банка) по ранее предоставленным им аффилированным заёмщикам необеспеченным кредитам носило разумный экономический мотив – обеспечение выполнения предписаний регулятора с целью сохранения этой кредитной организации, находящейся под угрозой отзыва лицензии на осуществление банковских операций, к услугам которой периодически обращались члены группы для пополнения оборотных активов, развития их проектов при нехватке свободных денежных средств. Восстановление финансовой устойчивости входящего в группу Банка позволило бы продолжить финансирование деятельности всей группы в целом. 

Договор поручительства не был направлен на формирование подконтрольной задолженности, уменьшения числа голосов, принадлежащих независимым кредиторам. Как правило, для создания фиктивной задолженности используется формальный денежный оборот, с помощью которого осуществляется вывод денежных средств из имущественной сферы должника-банкрота для сохранения его за конечными бенефициарами. В рассматриваемом случае обеспечительные сделки заключались во исполнение реальных кредитных договоров, по которым Банк предоставил денежные средства заёмщикам.

Более того, в связи с наступлением страхового случая – отзывом (аннулированием) у банка лицензии Банка России на осуществление банковских операций – государственной корпорацией «Агентство по страхованию вкладов» произведены выплаты на общую сумму 172,9 млрд. руб.; требования агентства включены в первую очередь реестра требований кредиторов банка на сумму 165,3 млрд. руб. в рамках дела № А40-145500/2017 о банкротстве Банка как и требования 29 тысяч вкладчиков на сумму 9 млрд. руб. (по состоянию на 01.01.2022). Вследствие признания договора поручительства недействительным, на чём по сути настаивает уполномоченный орган, Банку будет отказано во включении в реестр требований кредиторов должника, следовательно, Банк не получит в конкурсную массу денежные средства от поручительства, в то же время бывший бенефициар банка возвратит контроль над предприятиями, которые ранее были приобретены на средства вкладчиков Банка, что подтверждается, в частности, настоящим делом о банкротстве должника и иных компаний из группы нефтедобычи (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2022 № 305-ЭС20-11205(3)).

Учитывая изложенное, суды первой и апелляционной инстанции обосновано указали на отсутствие оснований для вывода о порочности правоотношений между Банком и обществом «Каюм Нефть», связанное с этим отсутствие оснований для включения требования кредитной организации в реестр требований кредиторов должника.

Также суд округа учитывает, что решением суда от 12.04.2022 общество «Каюм Нефть» признано банкротом, открыто конкурсное производство что, применительно к положениям пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», исключает возможность отмены обжалуемых судебных актов и восстановлении должника в коммерческом обороте как финансового устойчивого, платёжеспособного предприятия.

По мнению суд округа все обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного рассмотрения дела, судами установлены, доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у судебной коллегии не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 06.12.2021 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры и постановление от 11.03.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А75-21122/2019 оставить без изменения, кассационные жалобы акционерного общества «Каюм Нефть», Федеральной налоговой службы – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

ПредседательствующийС.А. ФИО8

СудьиМ.Ю. ФИО9

ФИО1