АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

Нижний Новгород

Дело № А17-4841/2015

12 сентября 2022 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05.09.2022.

Постановление в полном объеме изготовлено 12.09.2022.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Ионычевой С.В., Прытковой В.П.

в отсутствие участвующих в деле лиц

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы

общества с ограниченной ответственностью «Верхневолжское представительство открытого акционерного общества «Щербинский лифтостроительный завод»

и ФИО1

на определение Арбитражного суда Ивановской области от 09.07.2021  и

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 17.03.2022

по делу № А17-4841/2015

по заявлению конкурсного управляющего 

открытого акционерного общества «Ивановская домостроительная компания» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) 

ФИО2 

о признании сделки должника недействительной и

о применении последствий ее недействительности

и по заявлению ФИО1

о включении в реестр требований кредиторов требования в сумме 4 170 100 рублей,

как обеспеченного залогом имущества должника,

и   у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества «Ивановская домостроительная компания» (далее – ОАО «ДСК», Компания; должник) арбитражный управляющий ФИО2, осуществляющая полномочия конкурсного управляющего должника, обратилась в Арбитражный суд Ивановской области с заявлением о признании недействительной сделкой соглашения о проведении взаимозачета от 04.02.2016, заключенного ОАО «ДСК» и обществом с ограниченной ответственностью «Верхневолжское представительство открытого акционерного общества «Щербинский лифтостроительный завод» (далее – ООО «ВВП ОАО «ЩЛЗ», Общество), и о применении последствий недействительности сделки в виде восстановления задолженности Компании перед Обществом в сумме 4 629 283 рублей 54 копеек по договорам строительного подряда от 01.04.2013 № 9-2-13, от 03.04.2014 № 22/14 и 17/14, от 04.04.2014 № 29/14; по договорам от 31.01.2016 № 1ц и 1-01/16; по договору о переводе долга от 22.10.2015 № 7-10/15; по договору поставки от 27.04.2011 № 1, а также задолженности Общества перед Компанией в сумме 4 629 283 рублей 54 копеек по договорам участия в долевом строительстве многоквартирного жилого дома от 21.07.2014 № ИР-Л6-216-ЩЛЗ-ИДК и от 20.11.2015 № ТШ-Л2-Н4-ЩЛЗ-ДСК; по договорам строительного подряда от 09.10.2012 № 57/12, от 03.04.2014 № 50/14, от 23.10.2014 № 63/14, № 64/14 и № 67/14, от 10.11.2014 № 70/14, от 08.04.2015 № 10/15, от 15.04.2015 № 12/15, от 20.05.2015 № 16/15, от 28.05.2015 № 17/15 и 18/15 и по договору на проживание.

Заявление конкурсного управляющего основано на пункте 2 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и мотивировано тем, что совершение оспоренного зачета встречных требований повлекло оказание предпочтения ООО «ВВП ОАО «ЩЛЗ» по отношению к удовлетворению требований иных кредиторов должника.

ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о включении в реестр требований кредиторов требования в размере 4 170 100 рублей, как обеспеченного залогом имущества должника, в связи с неисполнением последним обязанности по передаче нежилого помещения по договору участия в долевом строительстве многоквартирного жилого дома от 20.11.2015 № ТШ-Л2-Н4-ЩЛЗ-ДСК.

На основании статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд объединил заявления конкурсного управляющего и ФИО1 в одно производство для совместного рассмотрения.

Суд первой инстанции определением от 09.07.2021 (в редакции определений об исправлении описок от 16.12.2021 и 25.01.2022), оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 17.03.2022, признал соглашение о проведении взаимозачета от 04.02.2016 недействительной сделкой частично, применив последствия ее недействительности в виде восстановления задолженности: Компании перед Обществом по договору цессии от 31.01.2016 № 1-01/2016 в размере 401 780 рублей 86 копеек, Компании перед Обществом по договору перевода долга от 22.10.2015 № 7-10/15 в размере 730 719 рублей 91 копейки и Общества перед Компанией по договору участия в долевом строительстве многоквартирного жилого дома от 20.11.2015 № ТШ-Л2-Н4-ЩЛЗ-ДСК в размере 1 132 520 рублей 77 копеек, а также отказал в удовлетворении требования ФИО1

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, Общество обратилось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 09.07.2021 и постановление от 17.03.2022 в части признания соглашения о проведении взаимозачета от 04.02.2016 недействительной сделкой и применения последствий ее недействительности и отказа во включении в реестр требований кредиторов требования ФИО1 в сумме 4 170 100 рублей, как обеспеченного залогом имущества должника.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на совершение сделки по зачету встречных требований в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, поскольку стороны неоднократно на протяжении 2011 – 2016 годов заключали аналогичные соглашения о проведении зачетов встречных требований; в период 2013 – 2015 годов Компания использовала соглашения о зачетах практически со всеми контрагентами при выполнении работ на сумму более одного миллиона рублей. В период за шесть месяцев до и после принятия судом к производству заявления о банкротстве должника последний заключил более 238 соглашений о проведении взаимозачетов с более чем со 160 различными организациями. Действия должника были направлены на расчет со всеми кредиторами; соглашения о зачетах не отличались по основным условиям от аналогичных сделок, совершавшихся неоднократно в течение продолжительного периода; цена спорного соглашения не превышала одного процента стоимости активов должника за последний отчетный период. Стороны установили единую договоренность, при которой требования по договорам подряда и договорам участия в долевом строительстве являлись двумя встречными обязательствами, что в конечном итоге обеспечивало строительство Компанией объектов. В то же время конкурсный управляющий не представил доказательств наличия у ОАО «ДСК» на момент заключения соглашения о зачете неисполненных обязательств перед иными кредиторами, возникших до совершения спорной сделки, а также доказательств того, что размер конкурсной массы не позволит погасить требования кредиторов. Кроме того, как полагает заявитель, спорное соглашение о зачете направлено на установление сальдо взаимных предоставлений, которым прекращены встречные однородные требования. Сделка направлена на исполнение встречных обязательств по оплате работ, по которым Компания получала равноценное встречное исполнение, что исключает признание такой сделки недействительной на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве.

По мнению заявителя, на момент заключения соглашения о зачете Компания не отвечала признакам неплатежеспособности, а Общество не располагало информацией о наличии у должника таких признаков. Так, не имелось судебных актов о взыскании с ОАО «ДСК» задолженности, требования по которой были бы включены в реестр требований кредиторов должника; Обществу были предоставлены сведения о положительной структуре бухгалтерской отчетности и результатах аудиторской проверки Компании, значительном количестве выигранных ею тендеров, получении банковских кредитов, наличии на расчетном счете денежных средств в существенной сумме, высоких рейтингах среди застройщиков. ОАО «ДСК» вело хозяйственную деятельность, получало прибыль, имело большой штат сотрудников; стороны заключали договоры о переводе долга, по которым Общество принимало на себя обязательства Компании. ООО «ВВП ОАО «ЩЛЗ» являлось добросовестным контрагентом, надлежащим образом выполнявшим имеющиеся обязательства.

Общество настаивает на неверном определении судами сумм реестровых и текущих требований сторон соглашения о зачете, полагая, что суммы восстановленной задолженности подлежали удовлетворению в хронологии, указанной в спорном соглашении. При этом суды неправомерно отнесли всю сумму реестровых требований к договору участия в долевом строительстве в отношении нежилого помещения, предоставляемого ФИО1

В суд округа с кассационной жалобой на определение от 09.07.2021 и постановление от 17.03.2022 также обратился ФИО1, который просит отменить обжалуемые судебные акты первой и апелляционной инстанций и принять новый судебный акт о включении его требования в размере 4 170 100 рублей в реестр требований кредиторов, как обеспеченного залогом имущества должника.

В кассационной жалобе заявитель указывает на неправильное распределение судами сумм зачтенных спорным соглашением взаимных требований Компании и Общества на реестровые и текущие. Суды необоснованно отнесли к реестровым платежам всю сумму задолженности по договору участия в долевом строительстве № ТШ-Л2-Н4-ЩЛЗ-ДСК.

По мнению ФИО1, отказ судов во включении его требования в реестр требований кредиторов порождает неосновательное обогащение на стороне должника, поскольку соглашение о зачете заключено на сумму 4 629 283 рубля 54 копейки; после признания соглашения недействительным в собственности Компании осталось нежилое помещение стоимостью 4 170 100 рублей, не переданное ФИО1 по договору участия в долевом строительстве, а также восстановлено право требования должника к Обществу по указанному договору в сумме 1 132 500 рублей 77 копеек. Договор участия в долевом строительстве многоквартирного жилого дома № ТШ-Л2-Н4-ЩЛЗ-ДСК заключен 20.11.2015 до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (30.07.2015), следовательно, задолженность по оплате предоставляемых по нему помещений носит текущий характер. Оплата по договору участия в долевом строительстве № ТШ-Л2-Н4-ЩЛЗ-ДСК подтверждается справкой ОАО «ДСК» от 08.02.2016 и соглашением о проведении взаимозачета от 04.02.2016. При этом оплата частично (в размере 83 процентов) произведена после принятия к производству суда заявления о банкротстве должника. В материалы дела также представлены достаточные доказательства, подтверждающие расчет ФИО1 с Обществом по договору цессии от 08.02.2016 № 1-ЯЛ2-4, по которому последним уступлено право требования к Компании, а именно: справка ООО «ВВП ОАО «ЩЛЗ» от 08.02.2016 об оплате и квитанция к приходному кассовому ордеру от 08.02.2016 № 2. Также в материалах дела имеются доказательства наличия у ФИО1 финансовой возможности для оплаты нежилого помещения в сумме 4 170 100 рублей. Кроме того, договор цессии от 08.02.2016 № 1-ЯЛ2-4 прошел государственную регистрацию, не оспорен и не признан недействительным в установленном законом порядке. Регистрация договора является актом удостоверения действительности возникших на его основании прав и обязанностей сторон.

Конкурсный управляющий Компании ФИО3 в письменных отзывах на кассационные жалобы отклонил доводы заявителей, указав на законность и обоснованность принятых судебных актов.

В порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании, проведенном 15.08.2022, объявлялся перерыв до 22.08.2022.

Определением от 22.08.2022 суд округа откладывал рассмотрение кассационных жалоб по правилам абзаца второго части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации до 05.09.2022.

На основании пункта 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определением от 29.03.2022 суд кассационной инстанции осуществил замену в составе суда судьи Кузнецовой Л.В., находящейся в очередном отпуске, на судью Ионычеву С.В. Рассмотрение жалоб начато с самого начала.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалоб в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Ивановской области от 09.07.2021 и постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 17.03.2022 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив представленные в дело доказательства, проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационных жалобах и в отзывах на них, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

Как следует из материалов дела, Арбитражный суд Ивановской области определением от 30.07.2015 возбудил производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ОАО «ДСК»; определением от 10.03.2016 ввел в отношении должника процедуру наблюдения с применением правил параграфа 7 «Банкротство застройщика» главы IX Закона о банкротстве; решением от 19.07.2017 признал Компанию несостоятельной (банкротом) и открыл в отношении ее имущества конкурсное производство.

Компания (застройщик) и Общество (участник долевого строительства) заключили договор участия в долевом строительстве от 20.11.2015 № ТШ-Л2-Н4-ЩЛЗ-ДСК, по условиям которого застройщик обязался в установленный договором срок с привлечением других лиц построить многоквартирный жилой дом и передать участнику долевого строительства нежилое помещение № 4 по проекту площадью 122,65 квадратного метра по цене 4 170 100 рублей.

Общество произвело оплату по договору участия в долевом строительстве путем заключения соглашения о проведении взаимозачета от 04.02.2016.

Компания и Общество 04.02.2016 заключили соглашение о проведении взаимозачета, в соответствии с которым Общество полностью погашает имеющиеся перед Компанией обязательства в сумме 4 629 283 рублей 54 копеек, а Компания – обязательства перед Обществом в указанном размере, в связи с чем встречные однородные требования сторон на сумму 4 629 283 рубля 54 копейки прекращаются.

Общество (цедент) и ФИО1 (цессионарий) заключили договор уступки права требования (цессии) от 08.02.2016 № 1-ЯЛ2-4, по которому цедент уступил, а цессионарий принял в полном объеме право требования, принадлежащее цеденту на основании договора участия в долевом строительстве многоквартирного жилого дома от 20.11.2015       № ТШ-Л2-Н4-ЩЛЗ-ДСК. В пункте 1.5 договора цессии стороны согласовали уплату цессионарием цеденту за уступку прав требования 4 170 100 рублей.

Посчитав, что заключение соглашения о зачете взаимных требований от 04.02.2016 привело к предпочтительному удовлетворению требований Общества по отношению к требованиям иных кредиторов должника, ФИО2, осуществлявшая полномочия конкурсного управляющего должника, оспорила законность данной сделки по основаниям, предусмотренным в пункте 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Неисполнение застройщиком обязательств по передаче участнику долевого строительства оплаченного нежилого помещения послужило основанием для обращения ФИО1 в суд с заявлением о включении требования в сумме 4 170 100 рублей в реестр требований кредиторов, как обеспеченного залогом имущества должника.

На основании пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии условия, когда сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о банкротстве (абзац пятый).

В пункте 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка с предпочтением может быть признана недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных в пункте 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В рассмотренном случае соглашение о проведении взаимозачета заключено 04.02.2016 – после возбуждения в отношении должника дела о банкротстве (30.07.2015), то есть в период, установленный в пункте 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, при котором не требуется доказывание обстоятельств, касающихся недобросовестности контрагента, а достаточно установить, что спорное соглашение повлекло за собой оказание предпочтения кредитору, получившему удовлетворение своих требований, по отношению к удовлетворению требований других кредиторов должника.

Таким образом, вопрос осведомленности Общества на момент заключения соглашения о проведении взаимозачета о наличии у Компании признаков неплатежеспособности не имеет правового значения для признания такого соглашения недействительной сделкой.

Проанализировав имеющиеся в материалах дела доказательства и доводы участвующих в деле лиц, суды первой и апелляционной инстанций установили, что по соглашению от 04.02.2016 зачет задолженности в размере 119 480 рублей по договору от 31.01.2016 № 1ц, в размере 2 519 227 рублей 51 копейки по договору строительного подряда от 03.04.2014 № 22/14, в размере 388 595 рублей 75 копеек по договору строительного подряда от 04.04.2014 № 29/14, в размере 405 312 рублей 01 копейки по договору строительного подряда от 03.04.2014 № 17/14, в размере 10 000 рублей по договору строительного подряда от 01.04.2013 № 9-2-13, в размере 30 127 рублей 50 копеек по договору поставки от 27.04.2011 № 1 (счет-фактура от 01.10.2015 № 291) и в размере 24 040 рублей по договору от 31.01.2016 № 1-01/15 (счет-фактура от 31.08.2015 № 6) совершен в счет погашения Компанией текущих обязательств, при этом не представлены доказательства осведомленности кредитора об отсутствии у должника денежных средств, достаточных для удовлетворения текущих требований иных кредиторов, поэтому сделка в данной части не может быть признана недействительной на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве (пункт 13 Постановления № 63). 

В то же время суды установили, что остальная сумма задолженности Компании перед Обществом, зачтенная по соглашению о зачете взаимных требований, образовалась до даты возбуждения дела о банкротстве должника и подлежала включению в состав четвертой очереди реестра требований кредиторов; на момент проведения спорного зачета у должника имелась непогашенная задолженность перед иными кредиторами, требования которых впоследствии были включены во вторую, третью и четвертую очереди реестра требований кредиторов.

То обстоятельство, что часть задолженности подтверждена судебными актами, которые вынесены позднее совершения оспоренной сделки, не свидетельствует об отсутствии этой задолженности в рассмотренный период.

Таким образом, посредством осуществления зачета от 04.02.2016 погашена задолженность ОАО «ДСК» перед ООО «ВВП ОАО «ЩЛЗ», требование о взыскании которой подлежало включению в состав четвертой очереди реестра требований кредиторов должника в порядке очередности, установленной в статье 201.9 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного суды пришли к обоснованному выводу о том, что соглашение о зачете взаимных требований на сумму реестровых платежей содержат признаки сделки с предпочтением, предусмотренные в статье 61.3 Закона о банкротстве, и о получении Обществом в результате ее совершения предпочтительного удовлетворения своих требований по отношению к требованиям кредиторов, включенным в реестр требований кредиторов должника.

При этом пункт 13 Постановления № 63 не может быть применен к реестровым требованиям, удовлетворенным с предпочтением. Указанные разъяснения касаются возможности оспаривания на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве сделок должника, совершенных с нарушением очередности по текущим платежам. 

Суд кассационной инстанции отклонил, как несостоятельный, довод заявителя кассационной жалобы о совершении спорных сделок в рамках обычной хозяйственной деятельности должника.

В силу пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 Закона о банкротстве, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

При определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.). По общему правилу, не могут быть отнесены к таким сделкам платеж со значительной просрочкой, предоставление отступного, а также не обоснованный разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита. Совершение сделки в сфере, отнесенной к основным видам деятельности должника в соответствии с его учредительными документами, само по себе не является достаточным для признания ее совершенной в процессе его обычной хозяйственной деятельности (пункт 14 Постановления № 63).

Суды двух инстанций исходили из того, что погашение задолженности путем зачета встречных требований в нарушение пункта 8 статьи 142 Закона о банкротстве осуществлено после возбуждения дела о банкротстве должника, и не может быть отнесено к сделкам, совершаемым в процессе обычной хозяйственной деятельности. 

Придя к такому выводу, судебные инстанции также приняли во внимание, что по условиям договоров подряда, поставки, уступки прав требования и перевода долга Компания обязалась осуществлять оплату путем перечисления Обществу денежных средств; также посредством перечисления денежных средств на расчетный счет ОАО «ДСК» Общество обязалось исполнять обязанность по оплате по договору участия в долевом строительстве, который при этом был заключен после образования на стороне должника задолженности за выполненные работы и оказанные услуги в существенном размере; оплата работ и услуг и перечисление авансовых платежей оформлялись соглашениями о взаимозачетах путем предоставления должником помещений в строящемся многоквартирном жилом доме.

При этом суды квалифицировали спорное соглашение о зачете в качестве сделки, совершенной в период, указанный в пункте 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, поэтому установление факта добросовестности или недобросовестности кредитора при совершении зачета встречных требований не входило в круг обстоятельств, подлежащих установлению для правильного разрешения спора.

При наличии приведенных обстоятельств и значительной просрочки исполнения обязательств доводы Общества о длительности сотрудничества сторон и о непревышении суммы спорного зачета одного процента от стоимости активов должника на последнюю отчетную дату не имеют правового значения для рассмотрения настоящего спора.

При таких условиях суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для отнесения оспоренного соглашения о зачете взаимных требований к сделкам, совершенным в процессе обычной хозяйственной деятельности Компании.

Суд апелляционной инстанции также обоснованно отклонил довод Общества о направленности спорного соглашения о зачете на установление сальдо взаимных предоставлений.

Критерии разграничения зачета и сальдирования при перерасчете итогового платежа заказчика путем уменьшения цены договора на сумму его убытков приведены в определении Верховного Суда Российской Федерации от 08.04.2021 № 308-ЭС19-24043 (2,3).

Согласно правовой позиции, сформулированной Верховным Суда Российской Федерации в указанном определении, сальдирование имеет место тогда, когда в рамках одного договора либо нескольких взаимосвязанных договоров определяется завершающая обязанность сторон при прекращении договорных отношений полностью либо их отдельного этапа. Сопоставление обязанностей сторон из одних отношений и осуществление арифметических (расчетных) операций с целью определения лица, на которого возлагается завершающее исполнение (с суммой такого исполнения), не может быть квалифицировано как зачет и не подлежит оспариванию как отдельная сделка по правилам статьи 61.3 Закона о банкротстве, поскольку в подобном случае отсутствует такой квалифицирующий признак, как получение контрагентом какого-либо предпочтения – причитающуюся итоговую денежную сумму уменьшает сам должник своим ненадлежащим исполнением основного обязательства, а не контрагент, констатировавший расчетную операцию сальдирования. Соответственно в такой ситуации не возникают встречные обязательства, а формируется лишь единственная завершающая обязанность одной из сторон договора. Действия, направленные на установление указанного сальдо взаимных предоставлений, не являются сделкой, которая может быть оспорена по правилам статьи 61.3 Закона о банкротстве в рамках дела о несостоятельности должника, так как в случае сальдирования отсутствует такой квалифицирующий признак, как получение контрагентом какого-либо предпочтения. 

Следовательно, данная правовая позиция применима лишь к отношениям сторон в рамках одного гражданско-правового договора либо в рамках единого обязательственного отношения. Вместе с тем из спорного соглашения не усматривается возможность «автоматического» зачета встречных требований, что характерно для сальдо встречных предоставлений; спорный зачет направлен на прекращение взаимных обязательств должника и кредитора.

По правилам статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной, подлежит возврату в конкурсную массу.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 25 Постановления № 63, в случае признания на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к должнику считается существовавшим независимо от совершения этой сделки (абзац первый пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве).

Следовательно, последствием недействительности спорной сделки может быть только восстановление положения, существовавшего до момента ее совершения, так как при признании зачета недействительным обязательства между сторонами не прекращаются. 

В силу изложенного суды правомерно признали соглашение о зачете взаимных требований от 04.02.2016 на суммы реестровых обязательств недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве и, руководствуясь статьей 61.6 Закона о банкротстве и названными разъяснениями Постановления № 63, применили последствия недействительности сделки в виде восстановления взаимной задолженности Компании и Общества в указанных суммах.

В абзаце первом пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Приведенные разъяснения направлены на предотвращение в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов необоснованных требований к должнику и нарушения тем самым прав иных кредиторов, поэтому к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования.

При рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов суд осуществляет более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с общеисковым гражданским процессом, то есть основанием к включению являются ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности. 

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Основываясь на процессуальных правилах доказывания (статьи 65 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), заявитель обязан подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

В абзаце третьем пункта 26 Постановления № 35 разъяснено, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать, среди прочего, следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т. д.

Проанализировав имеющиеся в материалах дела доказательства и доводы участвующих в деле лиц, суды сочли недоказанным факт передачи ФИО1 Обществу денежных средств в сумме 4 170 100 рублей в качестве оплаты нежилого помещения, предоставляемого участнику долевого строительства по договору участия в долевом строительстве от 20.11.2015 № ТШ-Л2-Н4-ЩЛЗ-ДСК, во исполнение договора уступки права требования (цессии) от 08.02.2016 № 1-ЯЛ2-4.

Суды учли, что представленная в подтверждение оплаты приобретенного права требования к Компании справка ООО «ВВП ОАО «ЩЛЗ» от 08.02.2016 подписана самим ФИО1, как генеральным директором Общества, то есть заинтересованным по отношению к последнему лицом, в связи с чем не может с достоверностью свидетельствовать о получении возглавляемой им организацией денежных средств.

Судебные инстанции приняли во внимание, что представленными в материалы дела документами не подтверждается наличие у ФИО1 по состоянию на дату подписания договора цессии финансовой возможности для оплаты нежилого помещения в сумме 4 170 100 рублей.

Суд апелляционной инстанции также учел, что признание соглашения о зачете недействительной сделкой свидетельствует о наличии непогашенной Обществом в полном объеме задолженности по договору участия в долевом строительстве многоквартирного жилого дома от 20.11.2015 № ТШ-Л2-Н4-ЩЛЗ-ДСК.

Несогласие заявителя кассационной жалобы с оценкой доказательств не принимается во внимание судом округа в силу законодательно ограниченных пределов рассмотрения дела, установленных в статьях 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Оценив спорные правоотношения в совокупности с представленными в материалы дела доказательствами, приняв во внимание отсутствие в материалах дела достоверных и надлежащих доказательств, подтверждающих наличие на стороне должника задолженности по оплате приобретенного к нему по договору цессии от 08.02.2016 № 1-ЯЛ2-4 права требования, и руководствуясь пунктом 26 Постановления № 35, суды обоснованно не признали за ФИО1, как цессионарием, права на включение его требования в спорном размере в реестр требований кредиторов должника.

При разрешении настоящего обособленного спора суды обеих инстанций правильно учли специфику рассмотрения дел о несостоятельности (банкротстве) и необходимость защиты интересов всех кредиторов должника, имеющих право на удовлетворение своих требований за счет надлежащего распределения конкурсной массы. Неподтвержденность наличия на стороне Компании кредиторской задолженности перед ФИО1 соответствующими доказательствами в данном случае свидетельствует о необоснованности заявленного требования.

Доводы, приведенные в кассационных жалобах, свидетельствуют о несогласии заявителей с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судами доказательств. Переоценка доказательств и установленных судами предыдущих инстанций фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Материалы дела исследованы судами двух инстанций полно, всесторонне и объективно, изложенные в судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены принятых судебных актов по приведенным в кассационных жалобах доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационных жалоб относится на заявителей.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Ивановской области от 09.07.2021 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 17.03.2022 по делу № А17-4841/2015 оставить без изменения, кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Верхневолжское представительство открытого акционерного общества «Щербинский лифтостроительный завод» и ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий

 

Е.В. Елисеева

 

Судьи

С.В. Ионычева

В.П. Прыткова