ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

11АП-12458/2023 11АП-13002/2023

Дело № А65-1536/2020

г. Самара

29 августа 2023 г.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Мальцева Н.А.,

судей  Бондаревой Ю.А., Серовой Е.А., 

            при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании 22 августа 2023 года в помещении суда, в зале № 2,

апелляционные жалобы ФИО2, ФИО4 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30 июня 2023 года, вынесенное по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Старт» ФИО3 и кредитора АО СЗ «Завод железобетонных изделий №3» о взыскании убытков с бывшего руководителя ФИО2 и учредителя ФИО4 (вх. 42569), заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Старт» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника директора ФИО2 и учредителя ФИО4 (вх.47121), 

без участия лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом.

установил:

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 08.11.2020  общество с ограниченной ответственностью «Старт» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий».

В Арбитражный суд Республики Татарстан 15 июля 2021 года поступило заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Старт» о взыскании убытков с бывшего руководителя ФИО2 в размере 14 024 060 рублей 00 копеек (вх. 42569).

В Арбитражный суд Республики Татарстан 15 июля 2021 года поступило заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Старт» о взыскании убытков с учредителя ФИО4 в размере 5 612 060 рублей 00 копеек (вх. 42568).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.11.2021 заявления конкурсного управляющего ООО «Старт» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО3 объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

В Арбитражный суд Республики Татарстан от 26 сентября 2022 года поступило заявление конкурсного управляющего ООО «Старт» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника директора ФИО2 и учредителя ФИО4 (вх.47121). 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.02.2023  заявление конкурсного управляющего ООО «Старт» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника директора ФИО2 и учредителя ФИО4 (вх.47121), и объединенные заявления конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Старт» и кредитора АО СЗ «Завод железобетонных изделий №3» о взыскании убытков с бывшего руководителя ФИО2 и учредителя ФИО4 (вх. 42569) объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.06.2023 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Старт» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Приостановлено производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами общества с ограниченной ответственностью «Старт» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО4 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Также, ФИО2 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.06.2023.

Апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание назначено на 22.08.2023.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

Лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом путем направления почтовых извещений и размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ, в связи с чем суд вправе рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции, исходя из следующего.

Согласно ч. 1 ст.223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и п.1 ст.32 Федерального Закона РФ от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как усматривается из материалов дела, в качестве основания для привлечения ответчиков к имущественной ответственности  указаны неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) и совершение сделок, причинивший вред правам и законным интересам кредиторов должника и невозможность полного погашения реестра требования кредиторов.

Признавая доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Старт», суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчику действий.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ статья 10 Федерального закона по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" признана утратившей силу.

Поскольку в соответствии с п.3 ст.4 указанного Федерального закона №266-ФЗ по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции данного Федерального закона) производится рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, поданных с 01.07.2017, и заявление конкурсного управляющего поступило в арбитражный суд 26.09.2022, то оно подлежит рассмотрению по правилам, предусмотренным Законом о банкротстве в редакции Федерального закона №266-ФЗ от 29.07.2017.

Как установлено в судебном заседании, обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) образовалась с 31.01.2017 г., поскольку из реестра требований кредиторов следует, что общая сумма непогашенных требований кредиторов, включенных в состав третьей очереди реестра требований кредиторов составила 43 861 940,40 рублей, за счет имущества, оставшегося после погашения требований кредиторов - 4 876 316,65 рублей.

Требование заявителя по делу - акционерного общества «Специализированный застройщик «Завод железобетонных изделий №3» в размере 13 122 442,56 руб. основного долга, возникшее из поставки должнику товара по товарной накладным начиная с 31.01.2017 г. и подтверждённое решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12.04.2018 по делу № А65-2590/2018.

По выпискам о движении денежных средств по счетам должника следует, что в 2017-2019 годах производилось поступление денежных средств от коммерческой деятельности, а также списание в счет оплаты за поставленный товар (оказанные услуги).

Согласно бухгалтерской (финансовой) отчётности должника на 31.12.2017 стоимость активов составляла 185 421 тыс. руб., краткосрочные обязательства - 187 528 тыс. руб.,

на 31.12.2018 стоимость активов - 62 894 тыс. руб., краткосрочные обязательства - 82 397 тыс. руб.

на 31.12.2019 стоимость активов - 48 161 тыс. руб., обязательства (кредиторская задолженность) -79 390 тыс. руб.

Согласно заявлению конкурсный управляющий указывал на наличие следующих обстоятельств:

1) о прекращении должником расчётов с кредиторами после 31.01.2017 г. (с момента просрочки перед акционерным обществом Специализированный застройщик «Завод железобетонных изделий №3») в связи с недостаточностью денежных средств,

2) о прекращении должником финансово-хозяйственной деятельности ранее возбуждения дела о банкротстве,

3) о возникновении признака недостаточности имущества должника и наступлении его объективного банкротства (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов).

Исходя из п. 2 ст. 6 Закона о банкротстве  если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, производство по делу о банкротстве может быть возбуждено арбитражным судом при условии, что требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем триста тысяч рублей, а в отношении должника - физического лица - не менее размера, установленного пунктом 2 статьи 213.3 настоящего Федерального закона.

Задолженность свыше 300 000 руб. возникла у должника с 31.01.2017 г. (неисполнение обязательств перед конкурсным кредитором – АО «Специализированный застройщик «Завод железобетонных изделий №3»). По истечении трех месяцев с указанной даты должник стал обладать признаком неплатежеспособности (31.04.2017 г.).

Как следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов должника включены требования семи кредиторов: АО «Специализированный застройщик «Завод железобетонных изделий №3», ФНС России по Республике Татарстан, ООО «Энергоком», ФИО5, ООО «УК «Старт», ФИО6, ООО «ТД Электротехмонтаж».

Согласно решению Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.04.2018 г. по делу А65-5596/2018, у должника перед ООО «Фирма Регент» образовалась задолженность по договору аренды в общей сумме 3019505 руб. 93 коп. за период с 01.04.2015г. по 30.11.2017г.;

Решением Арбитражного суда Тверской области по делу А66-2392/2018 от 23.04.2018 г., с общества с ограниченной ответственностью «СТАРТ», Республика Татарстан, г.Казань, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЭНЕРГОКОМ», г.Ростов-на-Дону, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) взыскано 1 402 039 руб. 71 коп. задолженности, 55627 руб. 90 коп. пени, 27577 руб. расходов по госпошлине по товарным накладным №082/19387 от 13.11.2017, №082/20285 от 20.11.2017, №082/20710 от 24.11.2017, №082/21304 от 30.11.2017, №082/21305 от 30.11.2017, №082/21306 от 30.11.2017, №082/22084 от 07.12.2017 г.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.11.2020 г. по делу №А65-36602/2019 с общества с ограниченной ответственностью «Старт», г. Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), в пользу общества с ограниченной ответственностью «Кумай», г. Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) (правопредшественник ФИО5), взыскано 100 000 рублей неосновательного обогащения, 4 000 рублей расходов по оплате государственной пошлины, 26 100 рублей расходов на оплату услуг представителя на основании платежного поручения №10 от 25 января 2017 года и платежного поручения №12 от 26 января 2017 года.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.02.2021 г. требование общества с ограниченной ответственностью «СтройИнтех» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>) (правопредшественник ФИО6) в размере 35 055 964,92 руб. долга, 3 979 815,18 руб. процентов включено в состав третьей очереди реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Старт» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>) по договору № 94-ПТО на проведение строительно-монтажных субподрядных работ от 08.06.2017 г. и актам выполненных работ 01.06.2018 г.

Из представленного следует, что с января 2017 г. должник перестал производить расчеты с кредиторами.

Таким образом, с учетом положений Закона о банкротстве о признаке неплатежеспособности, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что ООО «Старт» стало обладать указанным признаком с 31.04.2017 г., с учетом неисполненных требований акционерного общества «Специализированный застройщик «Завод железобетонных изделий №3» в размере 13 122 442,56 руб., а также в связи с дальнейшим неисполнением требований иных кредиторов на общую сумму 59 198 152,22 руб., включенную в реестр требований кредиторов должника.

Согласно абзацу 6 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Аналогичные положения содержались и в п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве.

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве устанавливает, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Таким образом, для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по п. 2 ст. 10  61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 названного Закона, применительно к рассматриваемому случаю, заявитель, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ, обязан доказать когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве свидетельствует о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее, она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Момент подачи заявления о банкротстве должника имеет существенное значение и для разрешения вопроса об очередности удовлетворения публичных обязательств. Так, при должном поведении руководителя, своевременно обратившегося с заявлением о банкротстве возглавляемой им организации, вновь возникшие фискальные обязательства погашаются приоритетно в режиме текущих платежей, а при неправомерном бездействии руководителя те же самые обязательства погашаются в общем режиме удовлетворения реестровых требований (п. 1 ст. 5, ст. 134 Закона о банкротстве).

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Согласно пункту 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, при разрешении заявления о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в действующей редакции статьи 61.12 Закона о банкротстве) следует учитывать, что его обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника.

Согласно представленным в материалы дела сведениям, ФИО2 являлся руководителем должника в период с 15.04.2015 г. по дату введения процедуры конкурсного производства, ФИО4 с 16.04.2013 г. являлся единственным учредителем должника.

Таким образом, обязательства по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом возникли в период руководства должником ответчиком ФИО2. Учредителем ФИО4 также не представлено доказательств, что им предпринимались соответствующие   действия.

Вопреки доводам заявителей жалобы, факт увеличения кредиторской задолженности по причине неисполнения руководителем должника обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом подтвержден реестром требований кредиторов, судебными актами, согласно которым, должник стал обладать признаками неплатежеспособности с 31.04.2017 г.

Конкурсным управляющим также подано заявление о взыскании убытков с ответчиков в размере 22 795 905,44 руб. солидарно (последние уточнения).

Так, согласно заявлению конкурсного управляющего, в ходе анализа внутренних кассовых книг (приходных и расходных кассовых ордеров ООО «Старт») конкурсным управляющим ООО «Старт» выявлено, что директором ФИО2 и учредителем ФИО4 причинены убытки обществу в размере 22 795 905,44 руб.

В период с 16 января 2017 года по 14 февраля 2018 г. согласно кассовым ордерам ФИО2 из кассы должника выданы в пользу третьих лиц денежные средства на общую сумму 38 259 852,87 рублей. Из них возвращены подотчетными лицами 10 864 813,44 рублей, выплачено заработной платы в размере 2 730 892,46 рублей.

Из представленных в материалы дела расходных кассовых ордеров следует, что из кассы должника производилась выдача наличных денежных средств директору ФИО2, учредителю ФИО4 и третьим лицам, при этом доказательств расходования денежных средств на сумму 21 595 905,44 руб. не представлено.

Заявители апелляционных жалоб указывают, что денежные средства по оспариваемым приходным кассовым ордерам были направлены на хозяйственную деятельность должника, в обоснование чего представлены первичные доказательства.

Данные доводы не нашли своего подтверждения в судебном заседании

Конкурсным управляющим в материалы дела представлен подробный сопоставительный анализ представленных ответчиком документов в обоснование возражений и оспариваемых платежей, осуществляемых из кассы должника, на основании которого конкурсный управляющий полагает, что ответчиками документально не доказано несение обоснованных расходов по оспариваемым платежам.

Ссылка на Авансовый отчет и Кассовую книгу в качестве подтверждения несения обоснованных расходов, не является допустимым способом доказывания без приложения первичных документов (договор, акт и т.д.) или отсылки конкретного платежа к конкретному чеку (квитанции), совпадающему по дате платежа и назначению платежа.

В силу статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет. Первичные учетные документы принимаются к учету, если они составлены по форме, содержащейся в альбомах унифицированных форм первичной учетной документации.

Вопреки доводам заявителей жалоб, в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие расходование подотчетных денежных средств, а также оприходование обществом товарно-материальных ценностей в установленном порядке.

Данный вывод согласуется с позицией Президиума ВАС, изложенной в Постановлении от 05.03.2013 № 14376/12.

Таким образом, факт расходования денежных средств общества подтвержден имеющимися в материалах дела доказательствами, тогда как встречное исполнение, либо их возврат не подтверждены.

В материалах дела отсутствуют доказательств того, что все указанные расходы осуществлены бывшим руководителем и участником должника в интересах предприятия, непосредственно связаны с деятельностью должника и подтверждены оправдательными документами, соответствующими по форме и содержанию требованиям, предъявляемым Федеральным законом "О бухгалтерском учете" к первичным учетным документам.

В соответствии с частью 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

При этом согласно статье 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Таким образом, надлежащие оправдательные документы, подтверждающие расходование денежных средств для нужд общества, в материалы дела не представлены, как не представлено и достаточных доказательств включения сведений о соответствующих хозяйственных операциях в бухгалтерский учет и отчетность должника, контроль за которыми в силу пунктов 7, 29 Федерального закона "О бухгалтерском учете" и статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также статей 32, 40, 50 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" должен был осуществлять руководитель как единоличный исполнительный орган.

Кроме того, конкурсным управляющим выявлен факт приобретения ООО «Старт» в лице ФИО2 автотранспортного средства AUDI А8 по договору №1 от 07 июня 2018 г. по стоимости 2 400 000 рублей.

Как следует из определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.03.2022 г., 28 июня  2018 года между обществом с ограниченной ответственностью «Старт» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и ФИО7 заключен договора  купли- продажи  транспортного средства (автомобиля), согласно условиям которого должник принял на себя обязательство передать в собственность ответчика, а ответчик принял на себя обязательство принять и оплатить транспортное средство AUDI A8, 2010 года выпуска, VIN: 

<

***>.

Со стороны ООО «Старт» договор подписан директором ФИО2, поставлена печать  общества.

Согласно п. 3.1 договора, цена автомобиля определена сторонами 1 200 000 руб.

На основании п. 3.2 договора  покупатель оплачивает цену автомобиля  наличным платежом  при оформлении акта приема-передачи.

По акту приема-передачи  от 28 июня 2018 года  директором ООО «Старт» ФИО2  передано автотранспортное средство ФИО7

Согласно представленному отчету  ООО «Казанская Оценочная Компания»  от 03 ноября 2021 года, рыночная стоимость транспортного средства AUDI A8, 2010 года выпуска, VIN: 

<

***>, по состоянию на 07 июня 2018 года составляет  1 240 000 руб.

Таким образом, конкурсный управляющий указывает на приобретение транспортного средства по цене выше рыночной на сумму 1 200 000 руб., что привело к причинению убытков для должника.

Также конкурсным кредитором АО «Специализированный застройщик «Завод железобетонных изделий №3» указано на причинение убытков ответчиком ФИО4 на сумму 442 300 руб.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.03.2021 г. установлено, что согласно приговору Алексеевского районного суда от 15.05.2019 г. по делу №1-26/2019, учредитель должника ФИО4 08.05.2019 г. управлял автомобилем марки «Инфинити», с государственным номером 

<

***> 16rus с признаками алкогольного опьянения, совершил ДТП. 

Конкурсным управляющим в ходе проведения процедуры конкурсного производства произведена оценка стоимости транспортного средства INFINITI G37 Sport 2008 г. в. VIN: 

<

***>, согласно которой, стоимость транспортного средства на 29.05.2022 г. без учета дорожно-транспортного происшествия составила бы 650 000 руб., однако с учетом ДТП, стоимость транспортного средства составляет 433 000 руб.

Указанное транспортное средство выставлено конкурсным управляющим на торги. Согласно сообщению №10675300 от 01.02.2023 г., размещенному на сайте ЕФРСБ, проводятся торги в форме публичного предложения.

Согласно сообщению №10937206 от 06.03.2023 г., размещенного на сайте ЕФРСБ, конкурсный управляющий заключен договор купли-продажи транспортного средства INFINITI G37 Sport 2008 г. в. VIN: 

<

***> с победителем торгов по цене 207 700 руб.

Таким образом, поскольку в результате неправомерных действий учредителя ФИО4 транспортное средство получило механические повреждения, в результате чего реализовано по цене ниже рыночной, убытки, причиненные ответчиком ФИО4, составляют 442 300 руб. (650 000 руб. – 207 700 руб.).

Доводы апелляционной жалобы ФИО4 не опровергают правильности выводов суда первой инстанции.

Согласно п. 4, п. 6 ст. ст. 61.11 Закона о банкротстве (в ред. Федерального закона от 29.07.2017 года № 266-ФЗ) положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения подпункта 4 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами.

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий:

Согласно пункту 4 указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника".

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Как следует из материалов дела, ФИО2 являлся руководителем должника в период с 15.04.2015 г. по дату введения процедуры конкурсного производства, ФИО4 с 16.04.2013 г. являлся единственным учредителем должника.

Как верно отмечено судом первой инстанции, субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, т.е. лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ от 06.07.2016).

В соответствии с пунктом 16 названного постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно пункту 17 постановления ВС РФ от 21.12.2017 № 53 контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (абзац первый пункта 17 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53). Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям (абзац третий пункта 17 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53).

Следовательно, для правильного разрешения настоящего спора имеет значение установление того обстоятельства, явились ли совершенные контролирующими лицами от имени должника сделки необходимой причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности), либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника сделки не оказали, но причинили должнику и его кредиторам вред (в этом случае имеются основания для привлечения к ответственности за причиненные убытки).

Непредставление ответчиком доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументировано со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент (конкурсный управляющий). Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Именно контролирующее должника лицо должно представить доказательства, свидетельствующие о том, что невозможность удовлетворения требований кредиторов обусловлена объективным отсутствием у должника имущества.

Возражая по существу заявления ответчиком ФИО2 в материалы дела представлен протокол осмотра доказательств от 22.07.2023 г., заверенный нотариусом ФИО8 серии 16 АА №7608815, согласно которого нотариусом изучена почта ответчика ФИО2 На указанную почту ответчик ФИО4 направлял ответчику ФИО2 счета на оплату и локально сметный счет. Следовательно, указанным протоколом подтверждается то, что ответчик ФИО4 также осуществлял фактическое руководство, определял порядок ведения хозяйственной деятельности должника.

Доводы апелляционной жалобы ФИО4 не опровергают правильности выводов суда первой инстанции.

Для установления причинно-следственной связи и вины привлекаемых к ответственности лиц суду следует учитывать содержащиеся в Законе о банкротстве презумпции, а именно: презумпция признания банкротом вследствие неправомерных действий/бездействия руководителя должника и презумпция вины контролирующих должника лиц.

Данные презумпции являются опровержимыми, что означает следующее: при обращении в суд конкурсного управляющего либо кредитора о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности в порядке статьи 10 и статьи 61.11 Закона о банкротстве указанные обстоятельства не должны доказываться конкурсным управляющим (они предполагаются), но они могут быть опровергнуты соответствующими доказательствами и обоснованиями ответчиком, то есть тем лицом, которое привлекается к субсидиарной ответственности. Непредставление ответчиком доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент (конкурсный управляющий). Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Данное правило соотносится и с нормами статей 401, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к гражданско-правовой ответственности.

Согласно пункту 20 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 независимо от того, как именно заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд (статьи 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование, и при недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В соответствии со статьей 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению.

В силу пункта 29 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 г. (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2023), по общему правилу, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, субсидиарную ответственность за доведение должника до банкротства они несут солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Как следует из материалов дела, согласно бухгалтерской (финансовой) отчётности должника на 31.12.2017 стоимость активов составляла 185 421 тыс. руб., краткосрочные обязательства- 187 528 тыс. руб., на 31.12.2018 стоимость активов - 62 894 тыс. руб., краткосрочные обязательства -82 397 тыс. руб., на 31.12.2019 стоимость активов - 48 161 тыс. руб., обязательства (кредиторская задолженность) -79 390 тыс. руб.

Между тем, за период с 16.01.2017 по 14.02.2018 г. ответчиками из кассы должника изъяты денежные средства в размере 21 595 905,44 руб., кроме того, действиями ответчика ФИО2 совершено уменьшение активов на сумму 1 200 000 руб., в результате дорожно- транспортного происшествия, в состоянии алкогольного опьянения ответчиком ФИО4 причинен вред имуществу должника на сумму 442 300 руб.

Таким образом, учитывая, что должник с 31.01.2017 г. прекратил расчеты с кредиторами, реальный размер убытков, из-за незаконных действий ответчиков, повлек за собой невозможность формирования и реализации конкурсной массы.

Данные обстоятельства в своей совокупности и взаимосвязи свидетельствуют о наличии оснований для привлечения ФИО2 и ФИО4 именно к субсидиарной ответственности, поскольку в ходе рассмотрения дела конкурсным управляющим по правилам ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации была доказана причинно – следственная связь между действиями ответчиков и наступившим банкротством, и невозможностью погашения требований кредиторов, что исключает переквалификацию субсидиарной ответственности в убытки.

Доводы заявителя апелляционной жалобы  ФИО2 о недостоверности кассовой книги, не являются основанием для освобождения от субсидиарной ответственности, поскольку, исходя из разъяснений, содержащихся в п.24 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве".

Как следует из письменных возражений конкурсного управляющего, представленных в суд апелляционной инстанции, оригинал кассовой книги ООО «Старт», подписанный руководителем должника, ФИО2, конкурсным управляющим приобщен к материалам данного обособленного дела для всестороннего анализа движения денежных средств должника, который, в частности, и показал причинения убытков должнику в результате неосновательного расходования денежных средств должника. 

Отсутствие приходных (расходных) ордеров, на что ссылаются заявители апелляционных жалоб,  не может быть положено в основу недоказанности факта передачи денежных средств, поскольку конкурсный управляющий объективно лишен возможности представить полный пакет  документов по бухгалтерскому учету ввиду не передачи его ответчиками как контролирующими должника лицами.

При разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности по указанному основанию следует учесть, что контролирующие должника лица не заинтересованы  в раскрытии всей информации о деятельности предприятия, что приводит   к  не передаче, сокрытию, утрате и искажению документации в целях избежания привлечения к субсидиарной ответственности.

Вместе с тем, в материалах дела ответчиками не представлены  доказательства, опровергающие отсутствие хозяйственных операций, отраженных в Кассовой книге, что содержащаяся в ней информация не соответствует действительности. При этом, отсутствуют доказательства, что все указанные расходы осуществлены бывшим руководителем и участником должника в интересах предприятия, непосредственно связаны с деятельностью должника и подтверждены оправдательными документами, соответствующими по форме и содержанию требованиям, предъявляемым Федеральным законом "О бухгалтерском учете" к первичным учетным документам.

Довод  заявителя апелляционной  жалобы относительно пропуска срока исковой давности суд апелляционной инстанции считает несостоятельным по следующим основаниям.

Действия (бездействия), которые положены в основу привлечения к субсидиарной ответственности, имели место в период с 2017 по 2019 г.г., когда действовали разные сроки давности привлечения к субсидиарной ответственности.

В определенный период 2017 года действительно действовал субъективный годичный срок давности, однако, заявитель апелляционной жалобы не обосновал, что конкурсный управляющий имел реальную возможность после введения процедуры конкурсного производства усмотреть наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности и обратиться в течение 1 года в суд. Всех необходимых документов ответчики ему не представили. Тем более, что объективный трехгодичный срок исковой давности с даты признания должника несостоятельным (банкротом) (03.11.2020г.), конкурсным управляющим не пропущен.

Более того, субъективный годичный срок действовал только по одному вменяемому ответчикам эпизоду, затем стал применяться трехгодичный срок.

Доводы заявителя апелляционной жалобы ФИО4 о его непричастности к банкротству должника опровергаются материалами дела, где установлено, он являлся учредителем, имел непосредственное отношение деятельности предприятия и влиял на его деятельность, также получал на предприятии денежные средства и не обосновал, что тратил их на нужды предприятия.

Судебная коллегия, проанализировав предоставленные в материалы дела письменные доказательства, приходит к выводу о том, что доводы, изложенные в апелляционных жалобах, по существу направлены на переоценку фактических обстоятельств и представленных доказательств, правильно установленных и оцененных судом первой инстанции.

Имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.

При таких обстоятельствах, учитывая отсутствие нарушений, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта по статье 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционную жалобу необходимо оставить без удовлетворения, а определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Таким образом, определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30 июня 2023 года по делу А65-1536/2020 следует оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд             

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                 Н.А. Мальцев

Судьи                 Ю.А. Бондарева

                                                                                                                Е.А. Серова