ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

21 сентября 2021 года

Дело №А26-4682/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 16 сентября 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 сентября 2021 года.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.А.,

судей Будариной Е.В., Морозовой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:  

от конкурсного управляющего ФИО2: представителя ФИО3 по доверенности от 18.06.2021; 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-22502/2021) Тихомирова Александра Владимировича на определение Арбитражного суда Республики Карелия от 16.06.2021 по делу № А26-4682/2019 (судья Соколова Н.А.), принятое по заявлению конкурсного управляющего Зиновик Елены Константиновны о признании сделки недействительной и применении последствий её недействительности,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Региональная топливная компания плюс», 

 

установил:

публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее – ПАО «Сбербанк России») 13.05.2019 обратилось в Арбитражный суд Республики Карелия с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Региональная топливная компания плюс» (далее – ООО «РТК плюс») несостоятельным (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 16.05.2019 заявление ПАО «Сбербанк России» принято к производству. 

Определением суда первой инстанции от 25.07.2019 заявление ПАО «Сбербанк России» признано обоснованным, в отношении ООО «РТК плюс» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО2.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 27.07.2019 № 132.

Решением суда первой инстанции от 25.12.2019 ООО «РТК плюс»  признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО2  

Названные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 28.12.2019 № 241.

Конкурсный управляющий ФИО2 08.06.2020 обратилась в суд первой инстанции с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля 2011 года выпуска марки TOYOTA LAND CRUISER 200, заключенного 04.05.2018 между должником и ФИО4; просила обязать ответчика возвратить транспортное средство в конкурсную массу должника. 

Определением от 04.08.2020 суд первой инстанции привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО5 и ФИО6.

В дополнительных пояснениях (том № 1, лист дела № 115) конкурсный управляющий ФИО2 уточнила заявленные требования и просила:

- изменить процессуальный статус ФИО5 на соответчика;

- признать недействительным договор купли-продажи автомобиля Toyota Land Cruiser 200 от 04.05.2018 (VIN 

<

***>, 2011 года выпуска), заключенный между ООО «РТК плюс» и ФИО4;

- признать недействительным договор купли-продажи автомобиля Toyota Land Cruiser 200 от 04.05.2018 (VIN 

<

***>, 2011 года выпуска), заключенный между ФИО4 и ФИО5

Уточнения приняты судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением от 08.10.2020 суд первой инстанции привлек в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО7.

Определением от 17.12.2020 суд первой инстанции привлек к рассмотрению заявления ФИО5 в качестве соответчика, исключив его из числа третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

Определением суда первой инстанции от 16.06.2021 оспариваемые сделки признаны недействительными; с ФИО4 и ФИО5 солидарно в конкурсную массу должника взыскано 1 634 330 руб. 

В апелляционной жалобе ФИО4, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 16.06.2021 по делу № А26-4682/2019 отменить, принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя апелляционной жалобы, на момент заключения оспариваемого договора ответчик не являлся заинтересованным по отношению к должнику лицом; не знал и не мог знать о несостоятельности ООО «РТК плюс»; оспариваемая сделка являлась равноценной ввиду нахождения автомобиля в неудовлетворительном техническом состоянии.

В дополнениях к апелляционной жалобе ответчик поддержал ранее изложенные доводы.

В отзыве конкурсный управляющий ФИО2 просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения. 

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ФИО2 возражал по мотивам, приведенным в соответствующем отзыве.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, ООО «РТК плюс» (продавец) и ФИО4 (покупатель) 04.05.2018 заключили договор купли-продажи транспортного средства: Toyota Land Cruiser 200, VIN 

<

***>, 2011 года выпуска, по цене 186 000 руб.

Между покупателем и продавцом 04.05.2018 подписан акт приема-передачи, в котором указано, что претензий к техническим характеристикам и внешнему виду транспортного средства у покупателя не имеется.

Впоследствии ФИО4 (продавец) и ФИО5 22.06.2018 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства: Toyota Land Cruiser 200, VIN 

<

***>, 2011 года выпуска, по цене 186 000 руб.

07.10.2019 автомобиль Toyota Land Cruiser 200 отчужден ФИО6

Согласно правовой позиции конкурсного управляющего договоры купли-продажи от 04.05.2018 и 22.06.2018 являются недействительными по общим и специальным основаниям.

Суд первой инстанции, признавая оспариваемые сделки недействительными, исходил из того, что имущество передано при неравноценном встречном исполнении в ущерб имущественным интересам конкурсных кредиторов. 

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Как следует из пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве. 

Дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «РТК плюс» возбуждено 16.05.2019, тогда как оспариваемые сделки заключены 04.05.2018 и 22.06.2018, следовательно, они могут быть оспорены по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и общегражданским основаниям (статьи 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ).

Как следует из пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума от  23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

На основании пункта 6 постановления Пленума № 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым–пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Исходя из пункта 7 постановления Пленума № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, при оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо  доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах. 

Основанием для возбуждения настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) послужило неисполнение должником финансовых обязательств перед ПАО «Сбербанк России» по договорам от 12.07.2017, 04.08.2017, 16.04.2018, 26.06.2018 и 19.11.2018 (определение суда первой инстанции от 25.07.2019 по делу № А26-4682/2019), тогда как оспариваемые сделки заключены 04.05.2018 и 22.06.2018, следовательно, договоры заключены в период, когда у должника уже возникла просрочка по оплате обязательств перед банком (аналогичный вывод сделан судом апелляционной инстанции в постановлении от 26.03.2021 по делу                 № А26-4682/2019).

Таким образом, оспариваемые сделки заключены в период наличия у должника признаков неплатежеспособности. 

В подтверждение информированности контрагента о неплатежеспособности должника конкурсный управляющий сослался на наличие между ними фактической аффилированности, обусловленной поведением лиц в хозяйственном обороте, а именно (том № 1, листы дела № 115-117):

- ответчик являлся руководителем службы безопасности должника и получал от должника имущество после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве);

- ответчик долгое время осуществлял финансирование обязательств должника после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве); 

- родной брат ответчика на протяжении нескольких лет являлся деловым партнером должника; в то же время должник и аффилированные с ним лица являлись единственными его партнерами. 

Наличие цели и фактическое причинение имущественного вреда кредиторам подтверждается отчуждением движимого имущества по существенно заниженной стоимости. 

Так, оспариваемые договоры (предметом которых являлся автомобиль Toyota Land Cruiser 200) заключены по цене 186 000 руб.

Обосновывая столь низкую цену автомобиля его ненадлежащим техническим состоянием, ФИО4 представил в материалы дела отчет № 431, в котором на странице 22 (том № 1, лист дела № 79) указано, что на дату оценки (20.02.2018) автомобиль находится в неисправном состоянии: неисправны агрегаты и узлы, удары в АКП, требуется ремонт двигателя, трещина корпуса переднего моста и другое, представлен акт осмотра транспортного средства (том № 1, лист дела                 № 101) и список запасных частей (том № 1, лист дела № 102).

Вместе с тем указанный отчет противоречит иным документам, представленным в материалы дела, подтверждающим надлежащее техническое состояние Toyota Land Cruiser 200, а именно:

- в материалы дела не представлены документы, подтверждающие наступление событий, повлекших совокупный износ автомобиля на 95%, и повреждения, перечисленные в акте осмотра от 21.11.2017, такие как гидроудар при попадании воды в двигатель, трещина поддона картера и прочие (том 1, листы дела № 101);

- характер перечисленных в акте осмотра и отчете № 431 повреждений позволяет сделать вывод о том, что использовать автомобиль по его назначению было невозможно, однако из материалов дела следует, что в период совершения оспариваемых сделок автомобиль Toyota Land Cruiser 200 дважды (08.05.2018 и 26.06.2018) был представлен в органы ГИБДД для осмотра и успешного оформления регистрационных действий;

- в материалы дела не представлены доказательства фактического выполнения ремонтных работ в целях восстановления автомобиля Toyota Land Cruiser 200; приобщенный к отчету перечень запасных частей доказательством выполнения восстановительного ремонта не является. Ответчик ФИО5 уклонился от представления в суд каких-либо пояснений и доказательств;

- возникшие у суда первой инстанциив ходе рассмотрения дела сомнения в целесообразности приобретения автомобиля, требующего дорогостоящего ремонта, с перечисленными в отчете повреждениями, ответчиками не опровергнуты.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что представленный в материалы дела отчет № 431 не может рассматриваться в качестве допустимого доказательства неисправного технического состояния автомобиля, повлекшего снижение его стоимости.

Согласно представленному в материалы дела заключению эксперта от 03.03.2021 № 348-99, составленному на основании определения суда первой инстанции от 03.02.2021, рыночная стоимость автомобиля в исправном техническом состоянии на 04.05.2018 составляет 1 820 330 руб. (том 3, лист дела № 11).

Принимая во внимание обстоятельства, свидетельствующие о технически исправном состоянии автомобиля, следует вывод о причинении имущественного вреда кредиторам путем заключения неравноценных сделок. 

При таких обстоятельствах конкурсным управляющим доказаны в совокупности обстоятельства, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимые для признания оспариваемых сделок недействительными. 

В то же время наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума № 63).

Пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25) содержит разъяснения о том, что положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии с положениями пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 60) исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 7 и 8 постановления Пленума № 25 если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Как следует из оспариваемых договоров, их стороны оценили предмет сделки (автомобиль Toyota Land Cruiser 200) в 186 000 руб. 

При этом актом приема-передачи от 04.05.2018 сторонами согласовано, что претензий к техническим характеристикам и внешнему виду транспортного средства у покупателя не имеется; договором от 22.06.2018 обстоятельства технических изъянов предмета сделки не оговорены. 

Кроме того, в дополнительных пояснениях, поданных посредством автоматизированной информационной системы «Мой Арбитр» 27.01.2021, конкурсный управляющий указал, что из отчета сервиса Автокод следует, что спорный автомобиль трижды проходил технические осмотры, по результатам которых были выданы диагностические карты (первый раз – в день заключения оспариваемого договора): 

- с 30.03.2016 по 30.03.2018 № 201603301006130549065;

- с 04.05.2018 по 05.05.2019 № 075700021801267;

- с 21.06.2019 по 21.06.2020 № 087880011902142.

В соответствии со статьей 1 Закона Российской Федерации № 170-ФЗ «О техническом осмотре транспортных средств и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» диагностическая карта - документ, оформленный по результатам проведения технического осмотра транспортного средства (в том числе его частей, предметов его дополнительного оборудования), содержащий сведения о соответствии или несоответствии транспортного средства обязательным требованиям безопасности транспортных средств и в случае, если содержит сведения о соответствии обязательным требованиям безопасности транспортных средств, подтверждающий допуск транспортного средства к участию в дорожном движении на территории Российской Федерации и в соответствии с международными договорами Российской Федерации также за ее пределами.

Из содержания письма АО «СОГАЗ» от 17.11.2020, имеющегося в распоряжении конкурсного управляющего, следует, что в период с 02.04.2018 по 03.07.2018 автомобиль был застрахован; обращений по вопросам ДТП зафиксировано не было.

Представленные в материалы дела сведения о фактах прохождения техосмотра и страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств позволяют сделать однозначный вывод о том, что спорный автомобиль в период с 2016 года по настоящее время был допущен к движению, следовательно, не имел технических повреждений, препятствующих его использованию по назначению.

Как следует из представленных ГИБДД материалов, после совершения оспариваемой сделки автомобиль перепродавался дважды и оба раза успешно проходил перерегистрацию в органах ГИБДД.

В соответствии с Административным регламентом МВД РФ по предоставлению государственной услуги по регистрации автомототрапспортных средств и прицепов к ним, утвержденным приказом МВД России от 07.08.2013                   № 605, при изменении регистрационных данных о собственнике (владельце) транспортного средства производится визуальный осмотр транспортного средства на предмет соответствия идентификационной маркировки с представленными документами на транспортное средство, а также для проверки ее подлинности, производится осмотр конструкции транспортного средства на соответствие требованиям законодательства Российской Федерации в области обеспечения безопасности дорожного движения и сведениям, указанным в представленных документах.

Таким образом, сам факт успешного совершения регистрационных действий исключает наличие существенных технических недостатков транспортного средства.

Конкурсный управляющий также пояснил, что по его сведениям, полученным из отчета интернет-ресурса Автокод, автомобиль систематически использовался с превышением скоростного режима, что также косвенно подтверждает отсутствие технических недостатков (том № 2, листы дела № 137-145).

Согласно результатам проведенной судебной экспертизы, стоимость исправного автомобиля на момент его отчуждения составляла 1 820 330 руб., следовательно, оспариваемые договоры заключены при неравноценном встречном исполнении. 

Принимая во внимание доводы конкурсного управляющего об отчуждении технически исправного имущества в пользу аффилированных лиц по заниженной цене и доказанный факт аффилированности к должнику ФИО5, являющегося отцом ФИО8, жены ФИО9, который являлся руководителем ООО «РТК плюс» (том № 1, листы дела № 121-127; том № 2, листы дела 10-21), суд первой инстанции пришел к правильному выводу об обоснованности заявленных конкурсным управляющим требований в части признания недействительными двух последовательных сделок должника по выводу ликвидного актива. 

Факт заключения цепочки сделок между аффилированными лицами в целях невозможности обращения взыскания на автомобиль по стоимости, заниженной в 10 раз по отношению к рыночной цене, свидетельствует о злоупотреблении правом и недействительности оспариваемых сделок по статьям 10, 168, пункту 2 статьи 170 ГК РФ. 

В результате совершения сделок должник лишился ликвидного имущества без предоставления равноценного встречного исполнения, при этом у должника имеются неисполненные обязательства перед кредиторами, конкурсная масса не сформирована, имущество, за счет которого возможно погашение требований, отсутствует. 

В силу положений пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Из материалов дела следует, что по договору купли-продажи от 07.10.2019 автомобиль Toyota Land Cruiser 200 был отчужден физическому лицу – ФИО6 (том № 1, листы дела № 36-37).

Учитывая разъяснения пункта 16 постановления Пленума № 63, суд первой инстанции обоснованно применил последствия недействительности взаимосвязанных сделок в виде солидарного взыскания с ответчиков денежных средств в сумме 1 634 330 руб., рассчитанной как разница между рыночной стоимостью, определенной по результатам экспертизы, и уплаченными должнику денежными средствами (1 820 330 руб. – 186 000 руб.).

Доводы подателя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для  его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Карелия от 16.06.2021 по делу № А26-4682/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.

Председательствующий

Е.А. Герасимова

Судьи

Е.В. Бударина

 Н.А. Морозова