АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

МОСКОВСКОГО ОКРУГА 

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-46373/23

08 апреля 2024 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 марта 2024 года 

Полный текст постановления изготовлен 08 апреля 2024 года  

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: председательствующего-судьи Кобылянского В.В.,  судей Дацука С.Ю., Петровой В.В.,  

при участии в заседании: 

от истца: общества с ограниченной ответственностью «Оптимум Интент» - Весе- ловский А.В. по дов. от 01.12.2023,  

от ответчика: акционерного общества «Тинькофф Банк» - ФИО1 по дов.  от 28.02.2023,  

рассмотрев 28 марта 2024 года в судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Тинькофф Банк»  

на постановление от 07 декабря 2023 года Девятого арбитражного апелляционного суда по иску общества с ограниченной ответственностью «Оптимум Интент» к акционерному обществу «Тинькофф Банк» 

о взыскании неосновательного обогащения,  

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Оптимум Интент» (далее – истец, ООО «Оптимум Интент») обратилось в Арбитражный суд города Москвы к акционерному обществу «Тинькофф Банк» (далее – АО «Тинькофф  Банк», ответчик) с иском о взыскании 30 140 797,91 руб. неосновательного обогащения, составляющего рублевый эквивалент необоснованно списанных с банковского счета истца по банковскому ордеру от 25.03.2022 № 5159076 денежных  средств, в связи с корректировками банком операций конвертации валют по договору комплексного банковского обслуживания от 18.02.2020.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 11 сентября 2023 года в  удовлетворении исковых требований отказано.  

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда 07 декабря  2023 года решение суда отменено, исковые требования удовлетворены.  

Не согласившись с принятым по делу постановлением апелляционного суда,  АО «Тинькофф Банк» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит названный судебный акт отменить, решение  суда первой инстанции оставить в силе, указывая на нарушение и неправильное  применение апелляционным судом норм права и несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам.  

От истца поступил отзыв с возражениями на кассационную жалобу, который  приобщен к материалам дела.  

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ответчика поддержал доводы и требования кассационной жалобы, представитель истца  против доводов кассационной жалобы возражал, указывая на законность и обоснованность принятого постановления.  

Обсудив доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, заслушав  пояснения представителей сторон, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие  выводов в принятых по делу судебных актах установленным по делу фактическим  обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.  

Как следует из материалов дела и установлено судами, 18.02.2020 ООО «Оптимум Интент» (клиент) присоединилось к условиям договора комплексного банковского обслуживания в АО «Тинькофф Банк», в рамках которого клиенту банком  были открыты банковские счета в различных валютах.  

АО «Тинькофф Банк» 25.03.2022 в одностороннем порядке, без каких-либо  поручений и акцепта истца, произвело по банковскому ордеру от 25.03.2022 №  5159076 списание с банковского счета истца, открытого в долларах США, денежной суммы в размере 313 835,88 долларов США , указав в качестве основания проведение корректировки по операциям конвертации.  

В обоснование исковых требований истец указал, что такая корректировка  конвертации не предусмотрена Условиями комплексного банковского обслуживания и, по мнению истца, списание банком денежных средств со счета истца является незаконным, поскольку противоречит положениям статьи 845 Гражданского кодекса Российской Федерации и условиям договора банковского счета, при этом неисполнение ответчиком претензии истца о возврате вышеуказанной суммы послужило поводом для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.  

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, исследовав и оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь положениями статей 1, 10, 854, 1102, 1103, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснениями постановления Пленума  Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», исходил из того, что истцом не доказан факт неосновательного обогащения ответчика  за счет истца, равно как и не доказаны неправомерные действия банка по списанию  денежных средств с банковского счета истца, а действия самого истца по операциям конвертации валют свидетельствуют об очевидном злоупотреблении правом,  неподлежащим судебной защите.  

Отменяя решение суда первой инстанции и удовлетворяя исковые требования, апелляционный суд, руководствуясь положениями статей 309, 310, 845 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из того, что какого-либо поручения о списании с банковского счета истца спорных денежных средств, а также ис- 

полнении какого-либо обязательства, в том числе перед банком на сумму 30 140  797,91 руб., истцом дано не было, равно, как и отсутствовало решение суда о взыскании с истца спорных денежных средств, а пункт 2.19 Условий комплексного банковского обслуживания (далее – УКБО) не наделяет банк правом списывать со счета истца спорные денежные средства, поскольку указанное положение и условия  договора банковского счета содержат закрытый перечень оснований для безак- цептного списания денежных средств, при этом списанные денежные средства не  являлись комиссией/платой за предоставление услуг, неустойкой, суммой, которую  клиент обязан выплатить по иным договорам, а также просроченной задолженностью, а противоправность полученного истцом дохода от совершения им конверсионных операций банком не доказана; фактически банк в одностороннем порядке  без наличия на то полномочий и правовых оснований произвел пересчет совершенных истцом 27.02.2022 и 11.03.2022 конверсионных операций по иным курсам,  чем те, которые действовали в момент совершения конвертации, при этом доказательств, свидетельствующих о злоупотреблении истцом правом, ответчиком не  представлено.  

Кассационная коллегия не может согласиться с выводами суда апелляционной инстанции в связи со следующим.  

Как следует из материалов дела и установлено судами, 14.03.2022 банком  выявлены сбои в расчете кросс-курсов валют, произошедшие 27.02.2022,  01.03.2022 и 11.03.2022 из-за ошибок, допущенных сотрудниками банка при установке и обновлении конкретных значений курсов конвертации в компьютерной  программе банка, в результате которых отображаемые клиентам банка курсы валюты, доступные для конвертации в рамках различных валютных пар, значительно  отличались от рыночного курса, что создало предпосылки для необоснованного  обогащения клиентов банка за счет банка в результате проведения массовых операций конвертации валюты, используя уязвимость в работе алгоритма промежуточной конвертации.  

Как следует из установленных судами фактов, истцом 27.02.2022 к уже имеющимся договорам банковского счета дополнительно были заключены еще три договора банковского счета, в рамках которых истцу были открыты счета в валютах  EUR и GBP, и в дальнейшем в тот же день истцом с 19:25 по 20:06, т.е. менее чем  

за 25 минут, было совершено подряд 18 операций конвертации валюты, при этом  клиент, для обеспечения доходности совершаемых операций последовательно переводил денежные средства из RUB в GBP, из GBP в EUR, из EUR - вновь в RUB,  т.е. клиент многократно, используя уязвимость алгоритма промежуточной конвертации, переводил денежные средства в ту же валюту, в которой они у него были  изначально.  

Ночью 11.03.2022 с 0:14 по 02:48, т.е. менее чем за три часа, истец совершил  подряд 123 операции конвертации валюты, при этом, чтобы операции были доходными, клиент переводил денежные средства из USD в EUR, из EUR в GBP, из GBP  - снова в USD, т.е. многократно переводил денежные средства обратно в ту же валюту, в которой они у него были изначально.  

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что подобные действия истца  были направлены не на обычную конвертацию валюты, то есть на цели, предусмотренные заключенным с банком договором, а на получение за счет банка прибыли от курсовой разницы, возникшей вследствие допущенных работниками банка  ошибок в программе конвертации, при этом совершение клиентом более ста последовательных однотипных операций конвертации валюты в течение непродолжительного времени, используя уязвимость в алгоритме промежуточной конвертации,  свидетельствует о нетипичном поведении клиента и о его очевидном намерении  воспользоваться технической ошибкой банка с целью получения за счет банка собственного неосновательного дохода.  

Кассационная коллегия соглашается с данной судом первой инстанции правовой оценкой поведенческих фактов истца ввиду следующего.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, а в силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации  не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением  причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а  также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

Помимо злоупотребления правом в виде так называемой шиканы, т.е. действия, совершаемого исключительно с намерением причинить вред другому лицу,  

не преследуя при этом собственного имущественного интереса, злоупотребление  правом возможно в иной форме, когда злоупотребляющее лицо не преследует исключительную цель причинить вред другому лицу, а связано с осуществлением  права в имущественных интересах злоупотребляющего, хотя и причиняющим вред  другим лицам. Такая форма злоупотребления правом направлена на извлечение  определенных имущественных выгод в ущерб другим лицам.  

Из телеологического толкования указанной нормы следует, что действия в  пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются  недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. При  этом одной из форм негативных последствий такого поведения является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага.  

Для констатации сделки ничтожной, в том числе, по причине злоупотребления правом при ее совершении, не требуется вступившего в законную силу решение суда, при этом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для вывода о ничтожности сделки, в том числе, являются: наличие/отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие/отсутствие действий стороны сделки, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий;  наличие/отсутствие негативных правовых последствий для участников сделок, для  прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.  

Необходимо учитывать, что в силу положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации любое злоупотребление правом - это всегда виновное  правонарушение, происходящее на фоне внешне и формально правомерных действий, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделки,  является основанием для признания такой сделки ничтожной в соответствии со  статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, как не соответствующей  закону.  

В пункте 1 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части  первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что положения  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолко- 

ванию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.  

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники  гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4  статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного  или недобросовестного поведения.  

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей,  в том числе в получении необходимой информации.  

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не  только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и в результате  дискреционных полномочий суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.  

Учитывая изложенное, судебная коллегия признает обоснованным и правомерным вывод суда первой инстанции о том, что ООО «Оптимум Интент», при совершении 27.02.2022 и 11.03.2022 конверсионных операций, умышленно воспользовавшись уязвимостью алгоритма промежуточной конвертации в программном  обеспечении банка, совершило, исключительно с целью собственной выгоды за  счет банка, недобросовестные действия, не подлежащие в силу положений статей  1, 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации судебной защите.  

В этой связи, все вышеупомянутые 18 и 123 операции конвертации валют,  совершенных истцом, соответственно, 27.02.2022 и 11.03.2022, в части получения  истцом неосновательного дохода являются ничтожными сделками на основании  положений статей 1, 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Судом первой инстанции установлено, что после обнаружения вышеназванного сбоя в программе конвертации валют, банк 25.03.2022 правомерно на основании пункта 2.19 УКБО и пункта 2 статьи 854 Гражданского кодекса Российской  Федерации произвел пересчет по курсу Банка России операций конвертации валют,  совершенных ООО «Оптимум Интент» 27.02.2023 и 11.03.2022, а неосновательно  

полученную клиентом разницу в размере 313 835,25 USD (рублевый эквивалент 30  140 797,91 руб.) списал со счета клиента, как неосновательно зачисленную.  

Кассационная коллегия признает указанный вывод суда первой инстанции  правомерным, при этом судебная коллегия считает необходимым указать на следующее.  

Согласно положениям статей 12 и 14 Гражданского кодекса Российской Федерации среди способов защиты гражданских прав указана самозащита лицом своих прав, при этом в соответствии с пунктом 10 постановления Пленума Верховного  Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений  раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» лицо, право  которого нарушено, может прибегнуть к его самозащите, соответствующей способу  и характеру нарушения (статья 14 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Основной чертой самозащиты является принятие мер, имеющих компенсационный характер, выражающийся в том, что меры самозащиты применяются в  случае нарушения субъективного гражданского права (или при создании угрозы его  нарушения) с целью защиты нарушенного права и минимизации последствий его  нарушения.  

При этом действующее законодательство не содержит запрета совершения  банком с целью самозащиты своих прав такой меры как безакцептное списание с  банковского счета нарушителя явно неосновательно зачисленных денежных  средств, не прибегая к помощи юрисдикционных органов для восстановления своих нарушенных прав. Особенность самозащиты гражданских прав состоит в том,  что она применяется кредитором к должнику непосредственно и представляет собой ограниченное требованием соразмерности нарушению и запрета выхода за  пределы действий, необходимых для его пресечения (статья 14 ГК РФ), а также запретом самоуправства (статья 19.1 КоАП РФ и статья 330 УК РФ), легализованное  принуждение, направленное кредитором, в том числе, на свое собственное имущество и имущественные права.  

В абзаце пятом пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» обращено внимание на то, что выбор судом меры реагирования на установленное  

злоупотребление правом осуществляется исходя из того, какая мера обеспечит защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного  поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

С учетом изложенного, кассационная коллегия пришла к выводу о том, что  при указанных обстоятельствах у суда апелляционной инстанции не имелось правовых оснований для переоценки сделанных судом первой инстанции выводов о  недобросовестном поведении истца и недоказанности им противоправных действий ответчика по отношению имущества и имущественных прав истца.  

Таки образом, обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции,  как принятое в результате неправильного применения норм материального права к  установленной совокупности фактических обстоятельств, на основании пункта 5  части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  подлежит отмене, а решение суда первой инстанции оставлению в силе.  

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 07 декабря  2023 года по делу № А40-46373/23 отменить.  

Решение Арбитражного суда города Москвы от 11 сентября 2023 года по  тому же делу оставить в силе.  

Председательствующий-судья В.В. Кобылянский  

Судьи: С.Ю. Дацук  

 В.В. Петрова