АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-20839/2022

Дело № А55-971/2020

г. Казань

20 июня 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 июня 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 20 июня 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.П.,

судей Гильмутдинова В.Р., Минеевой А.А., 

при участии представителя:

Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»  – ФИО1, доверенность от 25.04.2023,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу  Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» 

на определение Арбитражного суда Самарской области от 30.01.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2023

по делу № А55-971/2020

по рассмотрению отчета финансового управляющего, ходатайства о завершении процедуры реализации имущества должника, ходатайства Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» о продлении процедуры реализации имущества должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения - гор. Уральск Республики Казахстан, ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании ФИО4 (далее – должник, ФИО4) несостоятельной (банкротом), введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина.

Определением суда от 17.02.2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности в отношении должника.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 06.07.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО5.

Финансовый управляющий представил в арбитражный суд  ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника, представлен отчет о ходе процедуры реализации имущества гражданина.

От Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – ГК «АСВ») поступило ходатайство, с учетом дополнения, о продлении срока реализации имущества должника на 6 месяцев.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 30.01.2023 ходатайство ГК «АСВ» о продлении процедуры реализации имущества должника  оставлено без удовлетворения. Ходатайство финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества должника  удовлетворено. Процедура реализации имущества ФИО2, 

Суд первой инстанции освободил ФИО4 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных при введении реализации имущества гражданина, за исключением случаев, предусмотренных Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), в том числе от обязательств в отношении требований ФНС России в лице МИ ФНС № 18 по Самарской области (в размере 3 025 753,41 руб.), общества с ограниченной ответственностью КБ «Первый депозитный» (далее – ООО КБ «Первый депозитный») в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» (в размере 35 736 878,97 руб.) и ГК «АСВ» (в размере 8 113 521,99 руб.).

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2023 определение Арбитражного суда Самарской области от 30.01.2023 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ГК «АСВ» просит обжалуемые судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении ходатайства о завершении процедуры отказать; продлить процедуру реализации имущества должника ФИО2 сроком на 6 месяцев.

В судебном заседании представитель ГК «Агентство по страхованию вкладов» поддержала доводы кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ). 

Проверив законность обжалуемых судебных актов, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия кассационной инстанции не находит оснований для их отмены в силу следующего. 

Согласно пункту 1 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

В силу пунктов 2, 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина, при этом завершение процедуры реализации имущества осуществляется в случае отсутствия в конкурсной массе денежных средств или имущества, средства от реализации которого могут быть направлены на расчеты с кредиторами, а также отсутствия иной реальной возможности пополнения конкурсной массы и осуществления расчетов с кредиторами.

Как следует из материалов дела, по результатам процедуры реализации имущества гр. ФИО4, финансовый управляющий представил в арбитражный суд ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника, и  отчет о ходе процедуры реализации имущества гражданина.

От  ГК «АСВ» поступило ходатайство, с учетом дополнения, о продлении срока реализации имущества должника на 6 месяцев, ссылаясь на то, что финансовым управляющим не предприняты исчерпывающие меры по пополнению конкурсной массы, а также не приняты мер по установлению родственных связей в целях оспаривания сделок по отчуждению имущества.

При этом ГК «АСВ» указывало, что согласно материалам дела,  ФИО6 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) - супруг должника в период с 24.09.2005 по 18.02.2020, что подтверждается свидетельством I-EP № 695633 о заключении брака, свидетельством II-EP №713379 о расторжении брака; ФИО7 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) - сын должника, что подтверждается свидетельством о рождении I-EP № 823425; ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) - сын должника, что следует из договора дарения от 14.10.2014, где стороны в пункте 4 подтверждают родство.

По мнению ГК «АСВ», финансовым управляющим не принято мер по оспариванию сделок должника, направленных, в том числе на безвозмездное отчуждение недвижимого имущества в пользу родственников.

При этом указывает, что в преддверии процедуры банкротства, должником совершены сделки  по отчуждению имущества:

  14 октября 2014 г. в пользу ФИО8 (сын должника) по договору дарения жилого помещения, кадастровый номер 63:01:0607002:1303, по адресу: г. Самара, р-н Октябрьский, пр-кт Ленина, д. 6, кв. 52. Изначально квартира приобретена должником за 3 600 000 руб. по договору купли-продажи 15.01.2008. 07 июня 2019 г. ФИО8 по договору купли-продажи отчуждено имущество в пользу ФИО9 за 3 600 000 руб.; 

06 сентября 2014 г.  в пользу ФИО7 (сын должника) по договору дарения жилое помещение, кадастровый номер 63:01:0522002:1098, по адресу: 

<

...>. Изначально квартира приобретена должником за 1 185 000 руб. по договору купли-продажи 30.12.2003; 07.12.2019 ФИО7 по договору купли-продажи отчуждено имущество в пользу ФИО10 за 3 500 000 руб.;

06 сентября 2014 г. в пользу ФИО7 (сын должника) по договору дарения доли в жилом помещении, кадастровый номер 63:01:0507006:813, по адресу: г. Самара, Ленинский район, ул. Ленинская, д. 310 кв. 39, 1/2 помещения перешла от ФИО8  в адрес ФИО7 по договору купли-продажи от 07.12.2019. Цена договора 4 млн. руб. Изначально ФИО8 имущество было передано по договору дарения от 14.10.2014 (предположительно должником);

06 сентября 2014 г. в пользу ФИО11 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., предположительно мать супруга) по договору купли-продажи отчужден земельный участок, кадастровый номер 63:01:0205002:0028, по адресу: тер. СНТ Студеный овраг, Самарская обл, г. Самара, тер. СНТ Студеный овраг за 1 000 000 руб. Изначально земельный участок приобретен должником за 1 400 000 руб. по договору купли-продажи 17.05.2012;

28 сентября 2013 г. в пользу третьего лица жилое помещение, кадастровый номер 63:01:0622001:728, по адресу: г. Самара, Октябрьский р-н, пр-кт Масленникова, д. 6, кв. 79. Иные сведения отсутствуют;

11 мая 2011 г. в пользу третьего лица жилое помещение, кадастровый номер 63:01:0628002:1015, по адресу: г. Самара, Октябрьский район, ул. Саранская, д. 17, кв. 54.

ГК «АСВ» указало, что финансовым управляющим меры по оспариванию сделок не предпринимались, однако данные сделки направлены на сокрытие имущества и подлежат оспариванию в соответствии со статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также финансовым управляющим не принято мер также по оспариванию брачного договора, условия которого направлены на сокрытие имущества должника и причинение вреда кредиторам: 

24.09.2005 между должником и ФИО6 заключен брак, что подтверждается свидетельством I-EP №695633. 27.06.2014 между должником и ФИО6 заключен брачный договор.

В соответствии с пунктом 1 договора по общему соглашению супругов движимое и недвижимое имущество, имущественные права, приобретенные в браке, а также которые будут приобретены после заключения настоящего договора, будут являться в период брака и в случае его расторжения личной собственностью того из супругов, на имя которого они приобретены.

В связи с чем, поскольку обязательства у ФИО4 перед ГК «АСВ» возникли (18.06.2013) до заключения брачного договора от 27.06.2014, кредитор полагал, что имеются основания применения положений абзацев третьего и четвертого пункта 9 Постановления № 48, учитывая, что как имущество должника, так и перешедшее вследствие раздела супругу общее имущество включается в конкурсную массу должника.

Признавая доводы кредитора о продлении процедуры реализации имущества гражданина необоснованными, суд первой инстанции исходил из того, что согласно ответу Росреестра по Самарской области от 23.12.2022, ФИО6 принадлежит (принадлежало) следующее имущество: земельный участок, кадастровый номер 63:12:0301001:288 (приобретен 15.04.2008 - до брачного соглашения и является личным имуществом),  земельный участок, кадастровый номер 63:12:0301001:289 (приобретен 15.04.2008 - до брачного соглашения и является личным имуществом),  земельный участок, кадастровый номер 63:12:0301001:287 (приобретен 15.04.2008 - до брачного соглашения и является личным имуществом),  иное имущество у данного лица отсутствует.

Также, согласно ответу Росреестра по Самарской области от 23.12.2022 ФИО7 принадлежит (принадлежало) следующее имущество: жилое помещение, кадастровый номер: 63:01:050006:813, по адресу 

<

...> (право собственности зарегистрировано 10.12.2019 на основании договора дарения от 06.09.2014),  является единственным жильем.

Рассмотрев отчет финансового управляющего, суд первой инстанции установил, что в ходе процедуры реализации имущества должника финансовым управляющим проведены все необходимые мероприятия, предусмотренные Законом о банкротстве: сведения о признании гражданина несостоятельным (банкротом) и введении в отношении него процедуры реализации имущества опубликованы в газете «КоммерсантЪ» от 11.07.2020 и в ЕФРСБ от 08.07.2020, сделаны запросы в регистрирующие органы о наличии/отсутствии имущества, зарегистрированного за должником.

В ходе процедуры реализации имущества должника в реестр требований кредиторов включены требования кредиторов  ФИО3, АО «Райффайзенбанк», ФНС России, ГК «АСВ», ООО «КБ «Первый депозитный банк» в общем размере 48 084 472,04 руб.; денежные средства от реализации конкурсной массы направлены на погашение требований по текущим платежам 1-4 очередей в порядке статьи 213.27 Закона о банкротстве и на частичное погашение требований кредиторов 3 очереди реестра требований кредиторов. Погашение требований кредиторов, включенных в реестр, произведено частично в размере 109 721,41 руб. (0,23%).

Расходы, понесенные финансовым управляющим в ходе процедуры в размере 71 286,41 руб., из которых 43 794,28 руб. погашены.

Признаков  преднамеренного/фиктивного банкротства финансовым управляющим не выявлено, о чем составлено заключение. (сообщение на ЕФРСБ № 7615878 от 02.11.2021).

В результате проведенного анализа сделок должника за последние три года не были выявлены сделки должника, не соответствующие законодательству Российской Федерации; так же не были выявлены сделки, заключенные или исполненные на условиях, не соответствующих рыночным условиям, что послужило причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности должника и причинило кредиторам реальный ущерб в денежной форме, что подтверждается представленными письменными пояснениями финансового управляющего от 19.12.2022.

Отклоняя доводы кредитора о проведении финансовым управляющим не всех мероприятий по поиску имущества должника, суд указал, что  финансовым управляющим запрошены сведения во всех регистрирующих учреждениях, расценив необходимость направления запросов в иные учреждения, указанных кредитором, как основанную на предположениях и не свидетельствующую о наличии ликвидного имущества должника.

Признавая необоснованными доводы о не оспаривании сделок должника, суд указал на то, что  в ходе проведения анализа действий должник наличие подозрительных сделок за период с 17.02.2017 по 01.09.2021 финансовым управляющим не выявлено.

Судом первой инстанции было установлено, что сделки, совершенные ранее 17.02.2017, выходят за срок исковой давности три года поэтому рассматривать их нецелесообразно, и оснований для применения ретроспективного подхода к определению периода подозрительности сделок, указанного в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 № 305-ЭС17-2507(21), не установлено, учитывая, что в настоящем деле отсутствует конкуренция заявлений о признании должника банкротом и ситуации неопределенности относительно статуса дела о банкротстве; срок для определения подозрительных сделок следует исчислять с даты возбуждения дела  о банкротстве 17.02.2020.

В целях пополнения конкурсной массы управляющий должен принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, в том числе посредством обращения в суд с заявлениями о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности. 

Вместе с тем деятельность управляющего, являющегося профессиональным участником антикризисных отношений, по пополнению конкурсной массы должна носить рациональный характер, не допускающий бессмысленных формальных действий, влекущих неоправданное увеличение расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и прочих текущих платежей, в ущерб конкурсной массе и интересам кредиторов с учетом необходимости обеспечения баланса между затратами на проведение процедуры и ожидаемыми последствиями в виде размера удовлетворенных требований.

С учетом правовой позиции, изложенной Определении ВС РФ от 29.01.2020 № 308-ЭС19-18779 (1,2) по делу № А53-38570/2018, суд указал, что возбуждение по инициативе арбитражного управляющего судебных производств по заведомо бесперспективным требованиям может указывать либо на его непрофессионализм, либо на его недобросовестность, влекущие для конкурсной массы дополнительные издержки. Уменьшение конкурсной массы, вызванное подобными неправомерными действиями, может являться основанием для взыскания с арбитражного управляющего убытков.

При этом кредитор, обращающийся к арбитражному управляющему с предложением об оспаривании сделки, должен обосновать наличие совокупности обстоятельств, составляющих предусмотренное законом основание недействительности, применительно к указанной им сделке.

В тоже время, в материалы дела не представлены доказательства того, что кредитор ГК «АСВ» обращался в самостоятельном порядке с заявлениями об оспаривании сделки должника. 

Напротив, согласно пояснений кредитора суду первой инстанции, у ГК «АСВ» отсутствовали намерения обратится в суд с заявлением об оспаривании сделок.

При этом судом первой инстанции было установлено, что сделки по реализации имущества, на которые ссылается кредитор, совершены в период с 14.10.2014, то есть за пределами трехлетнего срока, установленного статьями 61.2 - 61.3 Закона о банкротстве.

Судами было установлено, что на дату заключения договора-купли продажи у ФИО4 отсутствовали признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества, которые возникли после вынесения судебного акта о взыскании убытков с заинтересованных лиц – ФИО4, ФИО12, где в пользу Банка с ФИО4 и ФИО12 солидарно взысканы убытки в размере 47 000 000,00 руб.

Кроме этого, брачный договор № б/н от 27.06.2014 с ФИО6 также заключен за пределами трехлетнего срока, установленного статьями 61.2 - 61.3 Закона о банкротстве.

На основании вышеизложенного, суд пришел к выводу, что факт заявления указанных обстоятельств по истечении почти трех лет с момента возбуждения дела о банкротстве, кредитором, обладающим правом на обжалование, но не имеющим намерения его реализовать, не может свидетельствовать о необходимости продления процедуры.

Согласно отчета финансового управляющего и материалов дела, должник не имеет в собственности движимое или недвижимое имущество, подлежащее реализации; у должника имеются остатки на счетах в долларах (24,81 USD) и евро (9,19 EUR), указанные денежные средства исключены из конкурсной массы, а должнику выплачена разница прожиточного минимума за октябрь 2022 года за вычетом средств в рублях, с учетом текущих платежей.

Рассматривая вопрос о завершении процедуры реализации имущества в отношении должника, суд первой инстанции, руководствуясь статьей 213.28 Закона о банкротстве, рассмотрев отчет финансового управляющего, учитывая отсутствие в материалах дела доказательств наличия имущества у должника, за счет которого возможно погашение требований кредиторов, а также доказательств, свидетельствующих о возможности его обнаружения, исходя из того обстоятельства, что все мероприятия, необходимые для завершения процедуры реализации имущества гражданина в отношении должника выполнены, пришел к обоснованному выводу о возможности завершить процедуру реализации имущества гражданина в отношении ФИО4

При этом суд первой инстанции освободил ФИО4 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных при введении реализации имущества гражданина, за исключением случаев, предусмотренных Законом о банкротстве, в том числе от обязательств в отношении требований ФНС России в лице МИ ФНС № 18 по Самарской области (в размере 3 025 753,41 руб.), общества с ограниченной ответственностью КБ «Первый депозитный» (далее – ООО КБ «Первый депозитный») в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» (в размере 35 736 878,97 руб.) и ГК «АСВ» (в размере 8 113 521,99 руб., указав, что освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве правила пункта 5 настоящей статьи также применяются к требованиям о привлечении гражданина как контролирующего лица к субсидиарной ответственности (глава III.2 настоящего Федерального закона); о возмещении гражданином убытков, причиненных им юридическому лицу, участником которого был или членом коллегиальных органов которого являлся гражданин (статьи 53 и 53.1 ГК РФ), умышленно или по грубой неосторожности; о возмещении гражданином убытков, которые причинены умышленно или по грубой неосторожности в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения им как арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве; о возмещении вреда имуществу, причиненного гражданином умышленно или по грубой неосторожности; о применении последствий недействительности сделки, признанной недействительной на основании статьи 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона.

Таким образом, при наличии вступившего в законную силу решения, которым были установлены противоправные действия должника и взысканы убытки, причиненные им юридическому лицу, участником которого он был или являлся членом коллегиальных органов, физическое лицо не может быть освобождено от обязанности по уплате долга в части, оставшейся непогашенной по завершении расчетов с кредиторами в рамках дела о банкротстве: определением Арбитражного суда города Москвы от 15.02.2019 по делу № А40-186931/2015 с ФИО4 взысканы убытки в размере 47 000 000 руб., причиненные действиями, в том числе ФИО4, по выдаче кредитов неплатежеспособному заемщику, поскольку из материалов дела о банкротстве ООО КБ «Первый депозитный» следует, что именно на дату выдачи кредитов заемщик не вел хозяйственную деятельность, не обладал собственным имуществом и доходами, позволявшими погашать задолженность по кредиту.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для неприменения в отношении должника правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств по отношению к требованиям ФНС России в лице МИ ФНС № 18 по Самарской области (в размере 3 025 753,41 руб.), общества с ограниченной ответственностью КБ «Первый депозитный» в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» (в размере 35 736 878,97 руб.) и ГК «Агентство по страхованию вкладов» (в размере 8 113 521,99 руб.), в силу прямого указания абзаца третьего пункта 6 статьи 213.28 Закона банкротстве.

В остальной части обязательств должника суд первой инстанции не усмотрел  недобросовестного поведения при возникновении задолженности и счел возможным освободить должника от их исполнения.

Апелляционный суд по результатам повторного рассмотрения спора с выводами суда первой инстанции согласился, не усмотрев оснований для их переоценки.

В части неприменения судами правил об освобождении должника от исполнения обязательств пере кредиторами судебные акты не обжалуются.

Судебная коллегия находит выводы судов о завершении процедуры банкротства должника обоснованными.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными судом обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку, тогда как переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 АПК РФ. 

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом не нарушены, нормы материального права применены судами верно, в связи с чем, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 30.01.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2023 по делу № А55-971/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                            Е.П. Герасимова

 

Судьи                                                                          В.Р. Гильмутдинов

 

                                                                                     А.А. Минеева