ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-16990/2025

24 февраля 2026 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена 29 января 2026 года

Постановление изготовлено в полном объеме 24 февраля 2026 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Серебровой А.Ю.

судей Слоневской А.Ю., Сотова И.В.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем Аласовым Э.Б.

при участии:

от ФИО1 – представитель ФИО2 (по доверенности от 25.02.2025) и представитель ФИО3 (по доверенности от 14.10.2025),

от ООО «БЛС» - представитель ФИО4 (по доверенности от 12.12.2025) и представитель ФИО5 (по доверенности от 26.01.2026),

от ООО «Импорт2Б» - представитель ФИО3 (по доверенности от 22.10.2025),

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-27610/2025) ФИО1 и общества с ограниченной ответственностью «Импорт2Б»

на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.09.2025 по делу № А56-16990/2025 (судья Емелькина А.Н.), принятое по иску общества с ограниченной ответственностью «Балтийский Логистический Сервис»

о привлечении к субсидиарной ответственности

ответчики: ФИО6, ФИО7 (ранее – Чичикало) Сергей Валерьевич, общество с ограниченной ответственностью «Импорт2Б»

третье лицо: общество с ограниченной ответственностью «Импорт Ту Би»

об удовлетворении исковых требований,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Балтийский Логистический Сервис» (далее – Компания) обратилось в суд с иском к ФИО6, ФИО8, обществу с ограниченной ответственностью «Импор 2Б» о привлечении ответчиков солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Импорт Ту Би» (далее – Общество).

В порядке применения субсидиарной ответственности Компания просила взыскать с ответчиков задолженность в размере 31 212 евро в рублях по курсу ЦБ РФ на день фактической оплаты и 4 166 124 руб. 69 коп., в том числе основной долг 15 606 евро в рублях по курсу ЦБ РФ на день фактической оплаты; основной долг в размере 1 639 398 руб.; неустойку в размере 15 606 евр в рублях по курсу ЦБ РФ на день фактической оплаты; неустойку в размере 2 477 151 руб. 69 коп.; суденые расходы в размере 49 575 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица привлечено ООО «Импорт Ту Би».

Решением от 22.09.2025 иск удовлетворен.

Суд первой инстанции, со ссылкой на выводы, сделанные в определении Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.01.2025 по делу № А56-115862/2024 посчитал установленным, что Общество прекратило свою деятельность с конца 2023 года.

В отношении ФИО6 и ФИО1 суд пришел к выводу о том, что указанные лица являлись контролирующими лицами должника: ФИО6 – как руководитель должника, а ФИО1 – как его операционный директор. Выводы в отношении статуса ФИО1 основаны на содержании его анкеты в социальной сети (www.tenchat.ru); доводах отзыва; содержании телефонной переписки с руководителем истца ФИО9.

Суд отметил, что ФИО1 принадлежит номер телефона, с которого осуществляется вход Общества в систему Банк-клиент; посчитал, что утверждение ФИО1 о передаче сим-карты ФИО6 не доказано.

Кроме того, суд пришел к выводу о том, что бизнес Общества был переведен на ООО «Импорт2Б», генеральным директором и руководителем которого был ФИО1

В обоснование этого вывода суд указал на следующее: у ООО «Импорт2Б» схожее наименование и он создан накануне прекращения деятельности Общества; вид деятельности указанного ответчика по данным Единого государственного реестра юридических лиц совпадает с видом деятельности Общества; ответчик осуществляет взаимодействие с теми же контрагентами и работниками (акционерное общество «Чип и Дип», индивидуальный предприниматель ФИО10), бухгалтером является индивидуальный предприниматель ФИО11; ответчик использует тот же сайт, что и Общество (www.import2b.ru»), на котором изменены сведения об адресе и номере телефона компании; домен зарегистрирован на ФИО1, использование домена Обществом и ответчиком осуществлялось с одного и того же IP адреса; Общество и ответчик имеют IP адреса в одном диапазоне; счета двух обществ открыты в одном банке; ответчик совершил за Общество платеж на сумму 1 000 000 руб. на основании соглашения от 16.02.2024 и письма Общества от 22.02.2024 № 222-2.

Как отметил суд, основным активом Общества была деловая репутация; не были найдены активы, сведения о которых отражены на балансе Общества.

Суд установил, что в период с декабря 2022 года по февраль 2023 года Общество совершило платежи на общую сумму свыше 20,4 млн. руб. в пользу обществ с ограниченной ответственностью «Энерготрейд», «Олимпия», «Легион», «Виктория».

Как посчитал суд, именно эти обстоятельства послужили объективными причинами банкротства Общества.

Суд отклонил ссылку ответчиков на производство по уголовному делу, полагая, что данное обстоятельство не имеет отношения к предмету спора, поскольку в рамках уголовного дела исследуются иные обстоятельства, не те, которые имеют значение для рассмотрения спора о привлечении к субсидиарной ответственности.

Дополнительно суд указал, что неоднократное внесение в ЕГРЮЛ записей о недостоверности сведений об Обществе затруднило истцу обращение о взыскании задолженности с Общества.

Согласно произведенному судом расчету, обязанность руководителя Общества по обращению в суд с заявлением должника наступила с 09.02.2023 (с 08.02.2023 у Общества стала формироваться задолженность перед кредиторами: общество с ограниченной ответственностью «Бовид Авто» (задолженность возникла с 08.02.2023, установлена решением Арбитражного суда Челябинской области от 22.11.2023 по делу № А76-29864/2023), общество с ограниченной ответственностью «БРГ Сервис» (задолженность возникла с 12.04.2023, установлена решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.01.2024 по делу № А56-66327/2023); задолженность перед истцом возникла с 11.05.2023.

С учетом изложенного, суд пришел к выводу о том, что ФИО6 несет субсидиарную ответственность по обязательствам перед истцом еще и по основаниям статьи 61.12 Закона о банкротстве.

На определение подана апелляционная жалоба ФИО1 И ООО «Импорт2Б», которые просят отменить обжалуемый судебный акт в части привлечения их к субсидиарной ответственности и принять новый, которым в удовлетворении иска в этой части отказать.

В обоснование доводов апелляционной жалобы, ее податели поясняют, что обязанности ФИО12 заключались в обеспечении операционной деятельности, включая логистику; взаимодействии с контрагентами, банками таможенными органами, включая вопросы оплаты; участие в очных встречах, переговорах с контрагентами; обеспечение бесперебойной работы Общества. В то же время, податель жалобы отрицает, что являлся бенефициаром Общества, а ФИО6 исполнял возложенные на него обязанности номинально.

Податель жалобы ссылается на материалы уголовного дела, в ходе расследования которого ФИО6 пояснил, что именно он являлся генеральным директором Общества и осуществлял оплаты с расчетного счета. Платежи в ненадлежащие организации, со слов ФИО6, выполнены им по указанию ФИО13 Реальное исполнение обязанностей руководителя должника ФИО6 также подтверждено свидетельскими показаниями ФИО14

В отношении номера телефона, с использованием которого осуществлялся доступ к расчетному счету, ответчик пояснил, что указанный расчетный счет был открыт до возникновения задолженности перед истцом и использовался до 20.12.2022; ФИО6 использовал спорный номер для расчета по собственной задолженности.

Как поясняет ответчик, вывод денежных средств с расчетного счета Общества имел место в результате совершения мошеннических действий в отношении Общества путем введения в заблуждения ФИО6 ФИО13, и именно это обстоятельство привело к объективному банкротству должника. При этом, ФИО1, не являясь участником органов управления Общества, не мог повлиять на действия ФИО6

Как указывают податели жалобы, из трех контрагентов, названных судом, только АО «Чип и Дип» является заказчиком. ООО «Импорт2Б» возвратило указанному лицу за Общество ранее внесенную предоплату по договору; ООО «Чип и Дип» основным клиентом Общества не являлось.

Как поясняют ответчики, ФИО10 осуществлял техническую поддержку работоспособности сайта, и правоотношения с ним сохранены обществом из соображений экономической целесообразности.

По утверждению ответчиков, у Общества отсутствовала положительная деловая репутация, которая могла быть передана иной организации. Сайт www.import2b.ru не принадлежал Обществу, его обладателем являлся ФИО15, у которого доменное имя было приобретено ФИО1 после увольнения из Общества.

Согласно позиции ответчиков, первая выручка ООО «Импорт2Б» была получена от иных контрагентов, нежели первая выручка Общества, через три месяца после создания ответчика. Рекомендательные письма иностранных компаний, размещенные на указанном выше сайте, не были даны Обществу, так как датированы 2013-2014, до создания Общества.

С апелляционной жалобой ее податели просили приобщить к материалам дела обвинительное заключение от 26.03.2025 по уголовному делу № 12402400021000035, полагая, что в нем содержатся обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора, а судом первой инстанции было отказано о его истребовании. В настоящее время, в связи с завершением предварительного следствия, заключение получено адвокатом Шерстрюгова С.В, на основании адвокатского запроса.

В отзыве на апелляционную жалобу Компания возражает против ее удовлетворения, настаивая на участии ФИО12 в управлении должника и на утверждении о переводе бизнеса должника на ООО «Импорт2Б».

Истец возражает против удовлетворения ходатайства о приобщении к материалам дела обвинительного заключения от 28.03.2025, утверждая, что податели жалобы не обосновали невозможности представления спорного доказательства в суд первой инстанции и не представили подтверждения направления адвокатского запроса.

Также истец возражает против приобщения к материалам дела дополнительных доказательств: платежного поручения от 11.03.2024 и нотариального протокола осмотра доказательства от 02.10.2025, отмечая, что ходатайства о приобщении этих доказательств не сформулировано.

Податели жалобы представили письменные возражения по отзыву истца, в которых поддерживают доводы апелляционной жалобы.

Кроме того, ФИО1 заявил о приобщении дополнительного доказательства: приговора Смольнинского районного суда города Санкт-Петербурга от 12.12.2025.

В судебном заседании представители подателей жалобы поддержали ходатайства о приобщении дополнительных доказательств: Обвинительного заключения; протокола нотариального осмотра доказательств от 22.10.2025 и приговора Смольнинского районного суда города Санкт-Петербурга от 12.12.2025.

В силу положений части 1 статьи 75 АПК РФ, перечень письменных доказательств по арбитражному делу не является исчерпывающим, использование обвинительного заключения по уголовному делу в качестве доказательства наравне с иными доказательствами не противоречит законодательству.

Ходатайство ответчика о приобщении обвинительного заключения было заявлено для целей раскрытия обстоятельств совершения платежей по выводу денежных средств Общества, в отношении которых суд пришел к выводу о том, что указанные платежи привели к объективному банкротству должника.

При таких обстоятельствах, апелляционный суд приходит к выводу о том, что обвинительное заключение является относимым доказательством по делу.

Не являясь фигурантом уголовного дела, ФИО1 имел объективные препятствия в получении и представлении спорного доказательства в суде первой инстанции, при таких обстоятельствах, суд необосновано отказал в истребовании доказательства. Заявленное подателем апелляционной жалобы ходатайство о приобщении обвинительного заключения от 26.03.2025 подлежит удовлетворению.

Протокол нотариального осмотра доказательств и приговор от 12.12.2025 составлены после вынесения решения суда первой инстанции и не могли быть предметом оценки суда при рассмотрении спора по существу. В связи с этим, в удовлетворении ходатайства о приобщении указанных доказательств к материалам дела следует отказать.

В судебном заседании представители подателей апелляционной жалобы поддержали ее доводы. Представители Компании против удовлетворения апелляционной жалобы возражали.

ФИО6, извещенный надлежащим образом, в судебное заседание явку не обеспечил. С учетом мнения представителей лиц, обеспечивших явку в судебное заседание и в соответствии с положениями статьи 156 АПК РФ, дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Возражений против проверки законности и обоснованности решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы не заявлено. Дело рассмотрено в порядке части 5 статьи 268 АПК РФ.

Проверив законность и обоснованность решения суда в обжалуемой части, суд приходит к выводу о том, что имеются основания для его отмены.

Как следует из материалов дела, Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 16.06.2022, основным видом деятельности Общества является торговля оптовая неспециализированная.

Единственным участником с долей участия 100% и руководителем Общества с момента его создания является ФИО6

Между Обществом и Компанией заключен договор от 20.03.2023 № ДТЭО 14-03/2023 на транспортно-экспедиционное обслуживание.

У Общества возникла задолженность по оплате услуг и возмещению расходов экспедитора по заявкам за период с 24.04.2023 по 08.06.2023.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.04.2024 по делу № А56-2273/2024 с Общества в пользу Компании взыскано 15 606 евро (в рублях по курсу Центрального Банка Российской Федерации на день фактической оплаты) и 1 639 398,00 руб. задолженности, 13 488,50 евро (в рублях по курсу Центрального Банка Российской Федерации на день фактической оплаты) и 837 753,69 руб. неустойки по состоянию на 12.01.2024, с последующим начислением неустойки в размере 0,5% от суммы долга за каждый день просрочки до момента фактической оплаты, но не более 15 606,00 евро и 1 639 398,00 руб. соответственно, 49 575,00 руб., судебных расходов по уплате государственной пошлины.

В ЕГРЮЛ 01.02.2024 внесена запись о недостоверности сведений об адресе места нахождения Общества; 15.07.2024 – в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений о генеральном директоре Общества.

Поскольку задолженность не была погашена, Компания 20.11.2024 обратилась в суд с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом).

На стадии проверки обоснованности заявления, определением от 10.01.2025 производство по делу было прекращено в связи с отсутствием у Общества денежных средств и имущества, за счет которых могло быть осуществлено финансирование процедуры по делу о банкротстве.

При этом, суд пришел к выводу о прекращении Обществом хозяйственной деятельности в связи с внесением в отношении должника записей о недостоверности сведений, отраженных в ЕГРЮЛ и прекращении исполнительных производств, возбужденных в 2024 году за невозможностью установления местонахождения должника.

Обращаясь о привлечении контролирующих Общество лиц к субсидиарной ответственности по основаниям статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве), Компания ссылалась на утрату Обществом активов, сведения о которых были отражены в бухгалтерском балансе по итогам 2023 года: материальные внеоборотные активы на 99 000 руб.; запасы на 59 881 000 руб.; денежные средства на сумму 783 000 руб.; дебиторская задолженность на сумму 92 798 000 руб.

В обоснование требований к ФИО1 истец сослался на исполнение им обязанностей операционного директора у должника и размещение в социальных сетях информации, в которой он позиционирует бизнес Общества как свой.

В отношении ООО «Импорт2Б» истец утверждал, что на указанное Общество был переведен бизнес должника, при этом, ООО «Импорт2Б» подконтрольно ФИО1

ООО «Импорт2Б» зарегистрировано в качестве юридического лица 11.12.2023, единственным участником с долей участия 100% и генеральным директором этого общества с даты его создания указан ФИО1, основным видом деятельности Общества по данным ЕГРЮЛ является торговля оптовая неспециализированная.

При этом, из содержания обвинительного заключения от 26.03.2025 по уголовному делу № 12402400021000035, возбужденному в отношении ФИО13, усматриваются следующие обстоятельства.

Последний, не позднее 01.11.2022 убедил генерального директора Общества ФИО6 в том, что имеет опыт деятельности в области международной логистики.

Далее, ФИО13 получил сведения о поиске обществом с ограниченной ответственностью «Прогресс» исполнителя (поставщика средств защиты) для выполнения государственного контракта на сумму 120 000 000 руб. и у него возник преступный замысел по хищению денежных средств, предоставленных в качестве аванса для исполнения контракта, посредством привлечения в качестве поставщика и получателя аванса Общества.

Как отражено в обвинительном заключении, используя доверительные отношения с ФИО6, не осведомленном о преступном замысле, ФИО13 убедил ФИО6 заключить договор с ООО «Прогресс».

По указанию ФИО13, Общество в лице ФИО6 в период с декабря 2022 года по февраль 2023 года перевело в пользу третьих лиц сумму более 20 000 000 руб., что превышает задолженность, возникшую в пользу Компании непосредственно после совершения указанных действий.

Как указал суд первой инстанции, с февраля 2023 года у Общества стала накапливаться кредиторская задолженность, то есть, непосредственно после совершения указанных выше экономически необоснованных выплат с расчетного счета Общества.

С заявлением о преступлении обратился 31.10.2023 генеральный директор Общества ФИО6, пояснивший, что сумма полученного от ООО «Прогресс» аванса составила 55 000 000 руб., из которых 31 000 000 руб. было переведено иностранному поставщику в Китае в качестве предоплаты. Соответственно, оставшиеся денежные средства, необходимые для исполнения заключенного договора, были выведены руководителем должника в пользу третьих лиц без встречного предоставления в отношении Общества.

Исходя из изложенного выше следует, что именно действия ФИО6 по выводу денежных средств привели к объективному банкротству должника. При этом, доказательств участия в совершении этих действий ФИО1 или ООО «Импорт2Б», судом первой инстанции не установлено, истец на подобного рода обстоятельства не ссылается. Сведений о том, что указанные ответчики выступили инициаторами вывода денежных средств с расчетного счета Общества или получили от этого выгоду в материалах дела не имеется.

Исходя из положений подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), вина контролирующего должника лица в случае невозможности полного погашения обязательств перед кредиторами презюмируется, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

Порядок квалификации действий контролирующего должника лица на предмет установления возможности их негативных последствий в виде несостоятельности (банкротства) организации, разъяснен в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), согласно которому под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинноследственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Исходя из правовой позиции сформулированной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданина И.И. Покуля» (далее - Постановление № 6-П), лицо, контролирующее организацию, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в обычных условиях делового оборота и с учетом сопутствующих предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения организацией обязательств перед кредиторами (постановления от 21.05.2021 № 20-П, от 16.11.2021 № 49-П).

Привлечение к субсидиарной ответственности на основании исследуемых норм возможно, только если судом установлены все условия для привлечения к гражданско-правовой ответственности, т.е. когда невозможность погашения долга возникла в результате неразумного, недобросовестного поведения контролирующих организацию лиц и по их вине.

Из изложенного выше и тех обстоятельств, которые установлены судом первой инстанции следует, что объективное банкротство должника наступило по причинам, которые не зависели от действий или бездействия, допущенных ФИО1 или ООО «Импорт2Б».

Делая вывод о переводе бизнеса на ООО «Импорт2Б», суд первой инстанции не установил, каким образом был совершен указанный перевод, не выявил передачи каких-либо активов, материальных или нематериальных ценностей указанному ответчику.

Из изложенного выше следует, что ООО «Импорт2Б» был создан практически год спустя после того, как у Общества появились признаки неплатежеспособности и имели место обстоятельства, послужившие объективной причиной банкротства должника. Оснований для вывода о наличии причинно-следственной связи между созданием ООО «Импорт2Б» и невозможностью Общества осуществить расчет с кредиторами, при таких обстоятельствах, не имеется.

Использование ООО «Импорт2Б» сайта прекратившего деятельность должника и осуществление им аналогичной деятельности, учитывая, что осуществление такого рода деятельности является профильным для контролирующего ответчика лица - ФИО1, занимавшегося в Обществе непосредственной организацией торгового процесса, не является достаточным для вывода об использовании активов должника в деятельности ООО «Импорт2Б», равно как и выбор ФИО1 при регистрации хозяйственного общества наименования, созвучного должнику. Доказательств узнаваемости фирменного наименования должника и его ценности, в связи с этим, истец не представил.

Из указанных судом контрагентов должника, только АО «Чип и Дип» являлось заказчиком, то есть лицом, за счет которого Общество могло получить прибыль. Остальные контрагенты оказывали Обществу услуги, и приобретение этих услуг иным лицом не могло повлиять на деятельность Общества. При отсутствии признаков вины ООО «Импорт2Б» в объективном банкротстве должника, заключение после прекращения деятельности последнего договора с одним из клиентов Общества не может быть квалифицировано как перевод бизнеса на новое лицо.

В силу положений статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Как отражено в пункте 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве, возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

В силу пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям пункта 7 Постановления № 53, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Истцом не оспаривается, что ФИО6 реально осуществлял руководство Обществом. Доказательств того, что на его действия влиял или мог влиять ФИО1 в материалы дела не представлено.

Из изложенного выше следует, что для признания выгодоприобретателя от деятельности должника контролирующим его лицом необходимо, чтобы указанная выгода являлась существенной, носила систематический характер и являлась следствием незаконных или недобросовестных действий руководителя должника.

Между тем, из доводов истца и представленных в материалы дела документов не следует, что ФИО1 или ООО «Импорт2Б» систематически получали существенную выгоду от деятельности Общества, равно как и соучастия указанных ответчиков в совершении неразумных или недобросовестных действиях руководителя должника, в частности, в действиях, которые явились объективными причинами банкротства Общества.

С учетом изложенного, апелляционный суд считает возможным согласиться с доводами ФИО1 о том, что его действия по организации текущей деятельности должника не имели корпоративного или контролирующего характера, а осуществлялись им как привлеченным руководством Общества менеджером.

Из представленных в материалы дела выписок по расчетному счету Общества, равно как и из иных документов не следует, что ФИО1 осуществлялись какие-либо распорядительные операции с денежными средствами Общества, не подконтрольные его руководителю или с целью извлечения личной выгоды от деятельности должника.

Таким образом, оснований для признания за ФИО1 и ООО «Импорт2Б» статуса контролирующих Общества лиц не имеется.

Решение суда в обжалуемой части следует отменить, и в удовлетворении требований к подателям апелляционной жалобы отказать.

На основании положений статьи 110 АПК РФ, расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы и требований к указанным ответчикам в суде первой инстанции следует отнести на истца.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.09.2025 по делу №А56-16990/2025 в обжалуемой части отменить.

Принять в указанной части новый судебный акт.

В удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 и общества с ограниченной ответственностью «Импорт2Б» по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Импорт Ту Би» и взыскании с них денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «Балтийский Логистический Сервис» отказать.

Изложить третий абзац резолютивной части определения в следующей редакции:

«Взыскать с ФИО6 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Балтийский Логистический Сервис» судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 238 099,46 руб.».

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Балтийский Логистический Сервис» в пользу ФИО1 10 000,00 руб. расходов по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Балтийский Логистический Сервис» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Импорт2Б» 30 000,00 руб. расходов по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

А.Ю. Сереброва

Судьи

А.Ю. Слоневская

И.В. Сотов