ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, i№fo@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А46-2150/2021

24 августа 2022 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  17 августа 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  24 августа 2022 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  судьи Еникеевой Л.И., 

судей  Веревкина А.В., Халявина Е.С.,

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-8250/2022) ФИО2, (регистрационный номер 08АП-8251/2022) ФИО3, (регистрационный номер 08АП-8252/2022) ФИО4, (регистрационный номер 08АП-8312/2022) ФИО5 на решение от 01.06.2022 Арбитражного суда Омской области по делу № А46-2150/2021 (судья А.Е. Колмогорова), по иску ФИО6 к ФИО5, при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: общества с ограниченной ответственностью «Омский завод металлоконструкций» (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>), ФИО3, ФИО4, ФИО2, о взыскании убытков,

при участии в судебном заседании посредством веб-конференции с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел»:  

представителя  ФИО6 – ФИО7 по доверенности от 23.03.2021,

представителя  ФИО5 – ФИО8 по доверенности  от 22.12.2021,

ФИО3 – лично (паспорт),

при участии в судебном заседании:

ФИО2 – лично (паспорт),

представителя общества с ограниченной ответственностью «Омский завод металлоконструкций»  –  ФИО9 по доверенности от 05.05.022,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Мир» (далее – ООО «Мир») обратилось в Арбитражный суд Омской области с исковым заявлением к ФИО5 (далее – ФИО5, ответчик) о взыскании 5 245 720 руб. убытков. 

Определением Арбитражного суда Омской области от 17.02.2021  к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Омский завод металлоконструкций» (далее – ООО «ОЗМ», общество, третье лицо).

Определением Арбитражного суда Омской области от 19.05.2021 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены: ФИО3,  ФИО4), ФИО2. 

Определением Арбитражного суда Омской области от 24.06.2021, оставленным без изменения постановлениями Восьмого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2021 и Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 14.02.2022,  в порядке процессуального правопреемства  ООО «Мир»  заменен правопреемником – ФИО6 (далее - истец).

До принятия судебного судом первой инстанции судебного акта по существу спора  истец уточнил исковые требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), просил взыскать с ответчика 10 110 668 руб. 60 коп. убытков.

Решением от 01.06.2022 Арбитражного суда Омской области по делу № А46-2150/2021 исковые требования удовлетворены, с ФИО5 в пользу ООО «ОЗМ» взыскано 10 110 668 руб. 60 коп. убытков, в пользу  ООО «Мир»  -  49 229 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины,  в доход федерального бюджета  -   24 324 руб. государственной пошлины.

Не соглашаясь с принятым судебным актом, ответчик,  третьи лица обратились с апелляционными жалобами. 

По мнению подателя жалобы ФИО2, вывод суда первой инстанции о неправомерности выплаты выходного пособия при увольнении не соответствует фактическим обстоятельствам дела, так как не учтено, что между третьими лицом и руководителем ООО «ОЗМ» достигнута договоренность об увольнении по соглашению сторон. В случае отсутствия данной договоренности  увольнение могло быть только через процедуру  сокращения должности, что требовало в соответствии с трудовым законодательством определённого времени (не менее 2-х месяцев) и обязательных выплат, предусмотренных законодательством.  При этом уровень оплаты по гражданско-правовому договору практически в 2 раза уменьшен по сравнению с существующим уровнем зарплаты (со 150 000 руб. до 80 000 руб. в месяц до вычета налогов). Более того, по мере уменьшения объёма работ уровень дохода пропорционально уменьшался (до 21 000 руб. в месяц). Доводы истца о том, что услуги по кадровому документообороту осуществлялись ООО «АктивБизнесС», не подтверждают факт подготовки и создания  документов третьими лицом по договору. Так, в соответствии с описью передаваемых документов  (приложение №1) документы переданы от ФИО2 сотруднику ООО «АктивБизнесС» ФИО10, при этом документы переданы в готовом виде.

ФИО3  в  апелляционной жалобе  дополнительно указывает, что  механизм увольнения сотрудников общества не через процедуру сокращения, а через процедуру подписания соглашения сторон с выплатой выходного пособия, привёл к совокупной экономии денежных средств общества в размере 86 503 790 руб. 93 коп. Выплата выходного пособия была обычной практикой  в ООО «ОЗМ», выходное пособие в течение 2019 года было выплачено 39 сотрудникам, за 5 месяцев 2020 года - 6 сотрудникам. Третье лицо отмечает, что все начисления велись ООО «АктивБизнеС», которое несло ответственность за правомерность и обоснованность всех начислений сотрудникам предприятия. Вывод суда о том, что договор оказания услуг от 02.12.2019 является мнимой сделкой, не обоснован, в период оказания  услуг ФИО3 не подчинялась правилам трудового распорядка, не использовала ресурсы работодателя, ей не  предоставлялось  рабочее место.  Вывод суда о том, что компенсация ФИО3 расходов по найму жилья не обоснована, противоречит материалам дела. Согласно подпункту 3 пункта 1 дополнительного соглашения от 01.02.2020 к трудовому договору от 01.01.2020 № 1/20, учитывая факт переезда работника в другой город по месту работы, работодатель обязуется предоставить возмещение расходов на проживание. Иными словами, стороны прямо определили применение гарантий трудового законодательства в части переезда работника и членов его семьи.

ФИО4 в своей апелляционной жалобе указывает,  что в материалы дела предоставлены  надлежащие  доказательства факта выполнения  третьим лицом трудовых функций на предприятии ООО «ОЗМ»,  в частности,  акты инвентаризации, приказы по деятельности общества, приказы об участии в комиссиях, переписка с контрагентами. Осуществление трудовой деятельности в городе Москве, а не в городе Омске не свидетельствует об отсутствии трудовых отношений.

В просительной части апелляционной жалобы третьим лицом заявлено ходатайство о вызове в судебное заседание в качестве свидетеля бывшего заместителя генерального директора по экономической безопасности ООО «ОЗМ» ФИО11.

ФИО5 в своей апелляционной жалобе ставит вопрос об отмене решении суда и принятии нового судебного акта, которым прекратить производство по делу в части требований истца по уточнённому иску, в удовлетворении первоначального иска отказать.

Мотивируя свою позицию,  ответчик приводит следующие доводы:  уточненные  исковые требования о взыскании убытков из мнимых договоров гражданско-правового характера, а также трудовых договоров основаны исключительно на отсутствии у аудитора надлежащих пояснений компетентных сотрудников, обладающих необходимой информацией.  Довод истца об отсутствии у него документов, связанных с трудовой деятельностью работников (третьих лиц), опровергается представленными доказательствами, а именно актом приёма-передачи документов, который  подписан  ФИО7 При этом механизм увольнения сотрудников не через процедуру сокращения, а через процедуру подписания соглашения сторон с выплатой выходного пособия привёл к совокупной экономии денежных средств общества в размере 86 503 790 руб. 93 коп. Оспариваемое решение вынесено судом с нарушением принципов беспристрастности, равноправия и объективности, является незаконным. Ответчиком были заявлены ходатайства о привлечении третьего лица, соответчика, ходатайство об оставлении без рассмотрения и истребовании доказательств. Однако суд первой инстанции уклонился от их рассмотрения. По мнению ответчика,  данный спор относится к подсудности суда, рассматривающего дело о банкротстве. Доводы истца о том, что ФИО2 работала по трудовому договору в ООО «АктивБизнеС» в момент оказания услуг по спорному договору, не опровергают факт оказания ей услуг. При этом в ООО «АктивБизнеС» она также выполняла функции кадрового работника и не занималась вопросами математического расчёта заработной платы и налогов с фонда оплаты труда. Возражая против доводов истца о необоснованной установке персональной надбавки ФИО12,  ответчик указывает, что система оплаты ООО «ОЗМ» предусматривала персональную надбавку как часть постоянной заработной платы, которая выплачивалась всем сотрудникам общества. Более того, в результате действий ответчика удалось избежать значительных убытков для общества и получить прибыль, поскольку целенаправленные действия по переносу производства металлоконструкций на производственную площадку ЗАО «Курганстальмост» позволили не только уменьшить себестоимости выпускаемой производства, но и избежать значительных штрафных санкций за несоблюдение сроков поставки произведённых металлоконструкций  покупателю. Арбитражным судом Омской области в рамках дела № А46-6848/2021 о банкротстве ООО «ОЗМ» установлено, что на дату выдачи заключения аудитора и увольнения генерального директора у общества отсутствовали признаки несостоятельности. При этом факт наличия риска непрерывной деятельности был установлен ответчиком по результатам аудиторского заключения от 17.06.2020, у генерального директора имелся четкий и ясный хозяйственный план безубыточной деятельности общества, на что указано в письме от 26.06.2020. Относительно выплаты ФИО5 ответчик указывает, что генеральный директор находился в городе Омск, но регулярно ездил в командировки, при этом период нахождения в командировке оплачивался по среднему заработку.

От ФИО3 поступили письменные дополнения к апелляционной жалобе с ходатайством о приобщении документов.

ФИО5  заявлено ходатайство о вызове в судебное заседание в качестве свидетеля бывшего заместителя генерального директора по экономической безопасности ООО «ОЗМ» ФИО11. 

Также ФИО5  заявлено ходатайство об оставлении искового заявления без рассмотрения в части заявления от 18.04.2022 об увеличении исковых требований на 4 864 948 руб. 60 коп., ходатайство об истребовании документов от ООО «ОЗМ».

Оспаривая доводы подателей жалоб, ФИО6 представил отзыв на апелляционные жалобы, в котором просит оставить решение суда без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения, отказать в удовлетворении заявленных ходатайств. 

От ФИО3, ФИО5, ФИО6, общества с ограниченной ответственностью «Омский завод металлоконструкций», ФИО2 поступили письменные отзывы на апелляционные жалобы. 

Судебное заседание проведено в отсутствие третьего лица ФИО4, извещённого о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции путём размещения информации на сайте суда в порядке статьи 121 АПК РФ на основании части 5 статьи 156 АПК РФ.

Рассмотрев ходатайство ответчика и третьего лица о вызове свидетеля в судебное заседание, суд апелляционной инстанции отказал в его удовлетворении.

Свидетелем является лицо, располагающее сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела (часть 1 статьи 56 АПК РФ).

По смыслу части 1 статьи 88 АПК РФ удовлетворение ходатайства о вызове и допросе в качестве свидетелей определенных лиц представляет собой право, а не обязанность суда. Наличие у суда такого права предполагает оценку необходимости вызова лица для дачи показаний.

Применительно к фактическим обстоятельствам настоящего спора, суд апелляционной инстанции считает, что вызов свидетелей не являлся необходимым в рассматриваемом случае, поскольку в соответствии с положениями статьи 68 АПК РФ, согласно которой обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определёнными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами, свидетельские показания не могут заменить письменные документальные доказательства, необходимые для подтверждения  реальности трудовых отношений между ООО «ОЗМ» и ФИО4, установления его функциональных обязанностей.

Поскольку юридически значимые для разрешения настоящего спора обстоятельства могут быть установлены на основании письменных доказательств, по смыслу статей 56, 65, 71, 88 АПК РФ оснований для вызова свидетеля не имеется. 

Рассмотрев ходатайство ФИО5 об истребовании доказательств, суд апелляционной инстанции отказал в его удовлетворении.

Частью 4 статьи 66 АПК РФ предусмотрено, что лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения. При удовлетворении ходатайства суд истребует соответствующее доказательство от лица, у которого оно находится.

При рассмотрении ходатайства об истребовании доказательств суд должен проверить обоснованность данного процессуального действия с учётом принципов относимости и допустимости доказательств, и при отсутствии соответствующей необходимости, вправе отказать в его удовлетворении.

Согласно части 2 статьи 71 АПК РФ достаточность доказательств определяется судом.

В рассматриваемом случае применительно к фактическим обстоятельствам, установленным судом в ходе рассмотрения спора, суд апелляционной инстанции учитывает, что материалы дела представлены достаточно доказательств, необходимых для  установления  обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела и принятия законного и обоснованного судебного акта. 

Соответственно, ходатайства ответчика в порядке часть 4 статьи 66 АПК РФ не может быть удовлетворено на стадии апелляционного производства.

Отклоняя ходатайство ответчика об оставлении искового заявления без рассмотрения в части заявления от 18.04.2022 об увеличении исковых требований на 4 864 948 руб. 60 коп., мотивированное ссылкой на пункт 53 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», апелляционный суд исходит из следующего. 

В соответствии с абзацем 7 пункта 1 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и открытии конкурсного производства все требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, иные имущественные требования, за исключением текущих платежей, указанных в пункте 1 статьи 134 названного Федерального закона, и требований о признании права собственности, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными ничтожных сделок и о применении последствий их недействительности могут быть предъявлены только в ходе конкурсного производства.

Из разъяснений, данных в пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», следует, что с даты введения первой процедуры банкротства далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. После завершения конкурсного производства либо прекращения производства по делу о банкротстве требования о возмещении упомянутых убытков, если они не были предъявлены и рассмотрены в рамках дела о банкротстве, могут быть заявлены в общеисковом порядке в пределах оставшегося срока исковой давности.

Таким образом, требование о взыскании убытков с бывшего руководителя юридического лица подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве в том случае, если оно предъявлено после введения процедуры банкротства.

Согласно правовой позиции, сформулированной в пункте 33 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016), утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016, если до вынесения решения судом первой инстанции в отношении ответчика будет открыто конкурсное производство, суд на основании пункта 4 части 1 статьи 148 АПК РФ должен оставить иск без рассмотрения, за исключением случаев, когда согласно законодательству о банкротстве соответствующее требование может быть рассмотрено вне рамок дела о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Омской области от 31.05.2021, резолютивная часть которого оглашена 25.05.2021, по делу № А46-6848/2021 ООО «ОЗМ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство

Между тем настоящее исковое заявление подано в Арбитражный суд Омской области посредством сервиса подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр» 10.02.2021.

Таким образом, оснований для оставления без рассмотрения искового заявления на основании пункта 4 части 1 статьи 148 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

При этом,  увеличение истцом исковых требований и подача соответствующего заявления  после признания общества банкротом не образует самостоятельного требования в понимании статьи 49 АПК РФ.

 

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей сторон и третьих лиц, суд апелляционной инстанции считает,  что фактические обстоятельства по делу установлены судом полно и правильно. 

ООО «ОЗМ» зарегистрировано в качестве юридического лица 19.09.2017. 

В соответствии с выпиской из протокола заседания совета директоров ООО «ОЗМ» от 24.09.2018 на должность генерального директора общества назначен ФИО5

 Согласно приказу о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от 26.06.2020 № 1817-к/у ФИО5 уволен с должности генерального директора общества по собственному желанию.

 Как указал истец, в ходе инициированной новым генеральным директором общества проверки финансово-хозяйственной деятельности ООО «ОЗМ» за период 2019 и с 01.01.2020 по 31.05.2020  установлено  необоснованное начисление и выплата заработной платы, доплат и премий следующим сотрудникам ООО «ОЗМ»: ФИО5, ФИО3, ФИО4, ФИО2, а также заключение мнимых гражданско-правовых договоров с ФИО3 и ФИО2 и трудового договора с ФИО4 

Письмами от 05.08.2020 № 34/08-ОЗМ/ОП, № 35/08-ОЗМ/ОП и № 38/08-ОЗМ/ОП ООО «ОЗМ» запросило у ответчика письменные пояснения по начислениям и выплатам указанным сотрудникам. 

В ответном письме  ответчик пояснил, что все действия выполнены в рамках трудового законодательства. 

Полагая, что недобросовестными и неразумными действиями ФИО5 по начислению и выплате указанным сотрудникам ООО «ОЗМ» 10 110 668 руб. 60 коп. (с учётом уточнений) ООО «ОЗМ» причинены убытки в соответствующем размере, ООО «Мир» (участник ООО «ОЗМ» на дату предъявления искового заявления) обратилось в арбитражный суд, действуя от имени ООО «ОЗМ», с требованием об их возмещении. 

Определением Арбитражного суда Омской области от 24.06.2021 первоначальной истец  ООО «Мир»  заменен на ФИО6

Проверив в порядке статей 266, 268 АПК РФ законность и обоснованность решения суда первой инстанции об удовлетворении иска, суд апелляционной инстанции  не находит оснований для его отмены, исходя из следующего.

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации (далее – ВС РФ) в пункте 12 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ»  (далее – постановление № 25) разъяснил, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, приведённой в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее – ВАС РФ) от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление № 62), требование о возмещении убытков (в виде прямого ущерба и (или) упущенной выгоды), причинённых действиями (бездействием) директора юридического лица, подлежит рассмотрению в соответствии с положениями пункта 3 статьи 53 ГК РФ, в том числе в случаях, когда истец или ответчик ссылаются в обоснование своих требований или возражений на статью 277 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ). 

В силу пункта 3 статьи 53, пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причинённые по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несёт ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с пунктами 1, 4 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998                        № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) избирается общим собранием участников общества на срок, определённый уставом общества, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества. Единоличный исполнительный орган общества может быть избран также не из числа его участников. Порядок деятельности единоличного исполнительного органа общества и принятия им решений устанавливается уставом общества, внутренними документами общества, а также договором, заключённым между обществом и лицом, осуществляющим функции его единоличного исполнительного органа.

Пунктом 1 статьи 44 Закона № 14-ФЗ предусмотрено, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причинённые обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2 указанной статьи).

Согласно пункту 2 постановления № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершённой им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчётность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за её одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т. п.).

В обоснование  исковых  требований истец ссылается на необоснованное начисление и выплату заработной платы, доплат и премий следующим сотрудникам ООО «ОЗМ»: ФИО5, ФИО3, ФИО4, ФИО2, заключение мнимых гражданско-правовых договоров с ФИО3 и ФИО2 и трудового договора с ФИО4

 Так,  обществу причинены убытки  вследствие  неправомерной выплаты выходного пособия при увольнении ФИО2 в сумме 539 313 руб. 25 коп.

Как установлено судом и сторонами не оспаривается, ФИО2 в период с 06.09.2018 по 29.11.2019 работала в ООО «ОЗМ» по трудовому договору от 06.09.2018 № 967/18 в должности заместителя генерального директора по управлению персоналом и корпоративной этике. 

Согласно пункту 3.2. трудового договора заработная плата включает оклад 28 000 руб. в месяц, установленный штатным расписанием, районный коэффициент к заработной плате в размере 15% на фактический заработок, дополнительные выплаты стимулирующего характера в соответствии с Положением об оплате труда.

 29.12.2018 дополнительным соглашением в пункт 3.2. трудового договора внесены изменения в части оплаты труда, заработная плата увеличена до 70 000 руб. в месяц. 

21.11.2019 стороны подписали дополнительное соглашение о расторжении трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, далее – ТК РФ) с 29.11.2019 и обязательством работодателя выплатить работнику выходное пособие в размере четырёх средних месячных заработков работника. 

Согласно расчётному листку за ноябрь 2019 года, ФИО2 выплачено выходное пособие при увольнении в сумме 539 313 руб. 25 коп., исходя из размера среднего месячного заработка работника 134 828 руб. 32 коп. (539 313 руб. 25 коп./4).

Порядок выплаты выходных пособий при расторжении трудового контракта определен статьёй 178 ТК РФ, в которой указано, что при расторжении трудового договора увольняемому работнику выплачивается выходное пособие в размере среднего месячного заработка, а также за ним сохраняется средний месячный заработок на период трудоустройства, но не свыше двух месяцев со дня увольнения (с зачетом выходного пособия). К числу случаев, когда должно выплачиваться выходное пособие Трудовой кодекс Российской Федерации относит ликвидацию организации, сокращение численности или штата работников организации, а также иные случаи, которые предусмотрены трудовым договором или коллективным договором.

Выплата работнику компенсаций, в том числе связанных с расторжением трудового договора, должна быть предусмотрена законом или действующей в организации системой оплаты труда, устанавливаемой коллективным договором, локальными нормативными актами.

В рассматриваемой ситуации в ООО «ОЗМ» имеется Положение об оплате труда и о премировании.

Выплаты выходных пособий работникам при расторжении трудового договора по соглашению сторон им не предусмотрены.

В обоснование правомерности выплаты ФИО2 ссылается на часть 1 статьи 127, часть 7 статьи 136, части 1, 4 статьи 178, часть 3 статьи 180 ТК РФ, а именно: на основания выплаты выходного пособия увольняемому работнику при расторжении трудового договора в связи с ликвидацией организации (пункт 1 части первой статьи 81 ТК РФ) либо сокращением численности или штата работников организации (пункт 2 части первой статьи 81 ТК РФ).

 Между тем, трудовые отношения с ФИО2 прекращены на основании пункта 1 части 1 статьи 77 ТК РФ по соглашению сторон, следовательно, ссылка на статьи 178, 180 ТК РФ в данном случае несостоятельна, поскольку статья 178 ТК РФ не предусматривает выплаты выходного пособия в случае расторжения трудового договора по соглашению сторон. 

 При этом, из материалов дела следует,  что после увольнения  и расторжения трудового договора с ФИО2 был заключен договор гражданско-правового характера на оказание услуг по вопросам кадрового учёта и начислений заработной платы.

При этом ФИО2, как указывает третье лицо, оказывала услуги ООО «ОЗМ» на протяжении 7 месяцев.

Разумных причин расторжения трудового договора и выплаты выходного пособия при заключении в последующем договоров гражданско-правового характера (далее – ГПХ) не представлено. 

В то время как в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового Кодекса Российской Федерации» указано, что исходя из содержания статьи 8, части 1 статьи 34, частей 1 и 2 статьи 35 Конституции РФ и абзаца второго части первой статьи 22 Кодекса, работодатель, в целях эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом, самостоятельно, под свою ответственность, принимает необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала) и заключение трудового договора с конкретным лицом.

Учитывая, что потребность в кадровом работнике в обществе сохранялась, ФИО2 могла продолжить работу в занимаемой должности с сохранением размера заработной платы, но с уменьшением сумм доплат и премийв связи с уменьшением объёма работ.

Как  указано истцом, в указанный период у ООО «ОЗМ» имелись неисполненные обязательства по уплате налогов, страховых взносов и пени в сумме 56 508 516 руб. 15 коп. (справка налогового органа от 30.11.2019), существенная задолженность перед кредиторами в сумме 668 539 439 руб. 33 коп. (справка ООО «ОЗМ»), наличие у ООО «ОЗМ» судебных споров по требованиям кредиторов (дела №№ А46-1125/2020, А46-5388/2020, А46-14212/2019, А46-19755/2019, А46-22364/2019, А48-11494/2019).

Кроме того, 27.06.2020, в день увольнения ФИО5 направил учредителю ООО «Мир» письмо о том, что по результатам проведенного аудита ООО «ОЗМ» отвечает признакам недостаточности имущества и, по его мнению, необходимо провести внеочередное общее собрание участников и вынести на рассмотрение вопрос о дофинансировании общества или о принятии решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «ОЗМ» банкротом. 

Таким образом, выплата выходного пособия является неразумным действием ФИО5, принимая во внимание, что любые компенсации, выплачиваемые работникам сверх предусмотренных законами или иными нормативными правовыми актами правил должны быть соразмерны тому фонду заработной платы, который имеется у организации, и той выручке, которая ею получена. 

Какие-либо доказательства, обосновывающие необходимость заключения соглашения о расторжении трудового договора на условиях выплаты выходного пособия (при отсутствии оснований) с одновременным трудоустройством ФИО2 в ООО «Активбизнес» - организацию, оказывающую помимо услуг по ведению бухгалтерского учёта, также и услуг по оформлению кадровых документов, в материалы дела не представлены.

На основании указанного арбитражным судом области сделан обоснованный вывод о том, что выплата  выходного пособия не отвечает критерию разумности.

Также истец указывает, что обществу были причинены убытки в виде оплаты услуг ФИО2 по договорам гражданско-правового характера в сумме 391 879 руб.

 В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным Кодексом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершённая лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида её формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Таким образом, при рассмотрении вопроса о мнимости договора поставки и документов, подтверждающих передачу товара, суд не должен ограничиваться проверкой того, соответствуют ли представленные документы формальным требованиям, которые установлены законом. При проверке действительности сделки суду необходимо установить наличие или отсутствие фактических отношений по сделке

Исходя из смысла приведённой правовой нормы, мнимость сделки обусловлена тем, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений её исполнять либо требовать её исполнения.

Формально выражая волеизъявление на заключение мнимой сделки, фактически её стороны не желают установления, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей по отношению друг к другу.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих её сторон. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путём анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Из содержания пункта 1.1. договоров ГПХ с ФИО2 следует, что по заданию ООО «ОЗМ» исполнитель оказывает услуги по сопровождению и консультированию по вопросам кадрового администрирования и начисления заработной платы. 

Задания к договорам ГПХ не приложены. 

В актах приёма-сдачи выполненных работ указано наименование услуг идентичное предмету договоров без конкретных данных по заданиям. 

Таким образом, из представленных документов не представляется возможным установить виды и объёмы услуг, оказываемых исполнителем. 

Документы, представленные ФИО2 (скрины страниц, копии справок и т.д.) не являются надлежащими доказательствами оказанных ею услуг, так как не отвечают признакам относимости и допустимости, не соотносятся с представленными договорами ГПХ.

Доказательств фактического оказания услуг, указанных в договорах, в материалы дела не представлено. 

Также судом первой инстанции учтено, что 24.06.2021 в материалы дела ФИО2 представила ходатайство о приобщении документов к материалам дела с приложением копий документов.

 В приложенной копии трудовой книжки ФИО13 сделана запись об увольнении работника 26.06.2020 за подписью заместителя генерального директора ФИО2, в то время как она была уволена с этой должности еще 29.11.2019, доверенность на совершение таких действий после её увольнения ООО «ОЗМ» не выдавалась. 

В справке от 29.03.2020 в отношении застрахованного лица ФИО14 (приложение № 11 к ходатайству) в строке генеральный директор ООО «ОЗМ» указано ФИО2, что не соответствует действительности.

Доводы ответчика и ФИО2, согласно которым, оспариваемые сделки не являются мнимыми, поскольку со стороны ФИО2 имело место его реальное исполнение, как например, оформление и выдача справок действующим и бывшим сотрудникам ООО «ОЗМ», формирование отчётов СЗВ-ТД, оформление документов кадрового характера (приказов), опровергаются  тем, что 01.10.2019 между ООО «ОЗМ» и ООО «АктивБизнеС» был заключен договор на бухгалтерское обслуживание № 15/БО. 

Помимо ведения бухгалтерского учёта, исполнитель обязался оказывать заказчику услуги по ведению кадрового делопроизводства (пункт 24 приложения № 1 к договору), по составлению расчетной ведомости по средствам ФСС РФ, отчёта по сведениям о доходах физических лиц, отчета по индивидуальным сведениям Пенсионного фонда, оставление анкет на сотрудников организации на получение индивидуального номера в Пенсионном фонде, по формированию пакета документов для получения возмещения по листкам нетрудоспособности, начислению заработной платы сотрудникам организации и налогов с фонда оплаты труда (пункты 8, 9, 10, 13, 18, 20 приложения № 1 к договору).

23.12.2020 указанный договор был расторгнут, 29.12.2020 ООО «АктивБизнеС» передало по описи сотруднику ООО «ОЗМ» следующие документы: журнал регистрации справок, приказы об утверждении штатного расписания, о внесении изменений в правила внутреннего трудового распорядка, об установлении персональной надбавки, о премировании, заявления о выплате (перерасчете) пособия (оплате отпусков), листы нетрудоспособности, сведения о трудовой деятельности зарегистрированного лица (СЗВ-ТД), договоры ГПХ и акты выполненных работ к ним.

То есть по результатам исполнения договора обществом переданы документы, относящиеся к кадровому учёту. 

ФИО2 в материалы дела представлена копия трудовой книжки, из которой следует, что в период с 17.02.2020 по 20.01.2021 третье лицо работало в ООО «АктивБизнеС» в должности директора по персоналу. 

Указанное свидетельствует о том, что ФИО2 оказывала ООО «ОЗМ» услуги по кадровому учёту как сотрудник ООО «АктивБизнеС» в рамках договора № 15/БО, заключённого между ООО «ОЗМ» и ООО «АктивБизнеС», и была уволена из этой организации вскоре после расторжения названного договора.

В апелляционной жалобе ФИО2 указано, что кадровые документы ООО «ОЗМ» подготовлены ФИО2 и были переданы сотруднику ООО «Активбизнес» ФИО10

Однако разумных пояснений передачи документов третьему лицу, а не непосредственно в ООО «ОЗМ»,  подателем жалобы не приведено.

Указанное подтверждает, что ФИО2 как сотрудник ООО «Активбизнес» передавала в порядке подчиненности документы сотруднику ООО «Активбизнес» (ФИО10), ответственному за оказание услуг по договору от 01.10.2019 с ООО «ОЗМ» № 15/БО.

Таким образом, заключение гражданско-правовых договоров на оказание одних и тех же услуг с ООО «АктивБизнеС» и его сотрудником ФИО2 не носило какого-либо экономического смысла, так как предмет гражданско-правовых договоров  фактически дублировал обязанности общества договору на бухгалтерское обслуживание № 15/БО, за которые истец также обязан был уплачивать вознаграждение.

Заключение гражданско-правовых договоров на оказание одних и тех же услуг с ООО «АктивБизнеС» и его сотрудником ФИО2 не является разумным действием со стороны ФИО5, их заключение не повлекло за собой получение какой-либо имущественной либо иной выгоды.

Таким образом, сумма необоснованных выплат ФИО2 составила  931 192 руб. 25 коп.

Истец указывает, что обществу были причинены убытки в сумме  2 479 034 руб. 37 коп. в виде неправомерной выплаты выходного пособия при увольнении и персональной надбавки ФИО3 

Как установлено судом, 05.12.2018 между ООО «ОЗМ» и ФИО3 заключён трудовой договор № 976/18, согласно которому, работник принят на работу в должности заместителя генерального договора по экономике и закупкам с окладом в размере 28 000 руб. в месяц.

29.12.2018 дополнительным соглашением к трудовому договору увеличен размер заработной платы до 70 000 руб. в месяц.

14.11.2019 к трудовому договору подписано дополнительное соглашение о расторжении трудового договора 29.11.2019 по соглашению сторон с выплатой выходного пособия в размере 5 средних месячных заработков работника, что составило 722 522 руб. 69 коп.

Спустя месяц после увольнения ФИО3 вновь принимается на прежнюю должность в ООО «ОЗМ», в связи с чем был заключен трудовой договор № 1/20. 

Заработная плата согласно пункту 3.2. трудового договора составила  70 000 руб. в месяц.

01.02.2020 заработная плата работника увеличена до 200 000 руб. в месяц.

26.06.2020 стороны подписали дополнительное соглашение о расторжении трудового договора № 1/20 от 01.01.2020 по соглашению сторон. 

Работнику выплачено выходное пособие в сумме 810 479 руб. 70 коп.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что с момента трудоустройства 05.12.2018 по дату увольнения 27.06.2020 ФИО3 фактически не прекращала трудовую деятельность в ООО «ОЗМ».

В данном случае разумных причин расторжения трудового договора и выплаты выходного пособия при заключении в последующем трудового договора с заработной платой в сумме 200 000 руб., сторонами не представлено. 

На дату увольнения (27.06.2020) ФИО5 и ФИО3 у ООО «ОЗМ» имелись неисполненные обязательства по уплате налогов, страховых взносов и пени в сумме 17 744.279 руб. 98 коп. (справка налогового органа от 27.06.2020), существенная задолженность перед кредиторами в сумме 372 460 114 руб. 84 коп (справка ООО «ОЗМ»), наличие у ООО «ОЗМ» судебных споров по требованиям кредиторов.

Учитывая финансовое состояние ООО «ОЗМ», работник вправе был уволиться по собственному желанию без получения выходного пособия или по другим законным основаниям. 

Ответчиком в материалы дела не представлены какие-либо доказательства, обосновывающие необходимость выплаты выходных пособий в повышенном размере в условиях нестабильного финансового положения общества. 

При наличии  вышеуказанных документов  о  неблагополучном финансовом состоянии ООО «ОЗМ», ФИО5 своими недобросовестными действиями по выплате ФИО3 дважды выходного пособия и надбавок увеличил  расходы  общества на 2 479 034 руб. 37 коп.

В обосновании заявленных требований о взыскании с ФИО5 убытков в виде оплаты услуг ФИО3 по мнимой сделке, истец указывает, что обществу были причинены убытки в сумме 80 155 руб.

Как следует из отзыва ФИО3 и документов, представленных в материалы дела, 29.11.2019 (в пятницу) ФИО3 была уволена из ООО «ОЗМ», а в понедельник 02.12.2019 с ней был заключен гражданско-правовой договор на оказание услуг по сопровождению и консультированию по вопросам экономики и финансам предприятия, в том числе по закрытию периода 2019 года, срок оказания услуг по 31.12.2019, цена услуг - 200 000 руб. без НДФЛ.

25.12.2019 сторонами подписан акт приёма-сдачи выполненных работ без конкретизации, какие услуги оказаны обществу. 

При этом  согласно предмету мнимого договора ГПХ, услуги не могли быть оказаны ФИО3 надлежащим образом в установленный срок.

Исходя из предмета договора – закрытие периода 2019 год.

Как обосновано указывает истец, согласно налоговому и бухгалтерскому законодательству закрытие и сдача бухгалтерского баланса за 2019 год должно быть совершено в срок до 31.03.2020, сдача налоговых деклараций по НДС – 25.01.2020, по налогу на прибыль – 28.03.2020. 

По состоянию на 31.12.2019 у общества не было всех закрывающих документов от контрагентов.

 Впоследствии,  01.01.2020, как указано выше, ФИО3 вновь принята на должность заместителя генерального директора по экономике и закупкам по трудовому договору с заработной платой 70 000 руб., что свидетельствует о проведении необоснованных выплат в виде выходного пособия при увольнении и безосновательного повышения заработной платы. 

Таким образом, действия ответчика по выплате выходных пособий и повышению заработной платы в отсутствие в материалах дела доказательств наличия в обществе ситуации, требующей принятия исключительных мер, объективной необходимости в заключении договоров ГПХ именно с данным сотрудником, экстраординарности выполняемой ФИО3 работы, не установлены положениями ТК РФ, и внутренних документов общества, причинили убытки истцу.

При этом, пояснения третьего лица о том, что решение об увольнении принято в связи намерением найти другую работу, суд считает  не имеющими значения для оценки действий ответчика  с точки зрения разумности его действий как руководителя общества и не исключает  причинение обществу необоснованными выплатами. 

 Также, истец указывает, что обществу были причинены убытки в сумме 227 500 руб.  в виде превышении выплат компенсации расходов ФИО3 за наём жилья.

Согласно расчётным листкам за февраль-май 2020 года, ООО «ОЗМ» компенсировало ФИО3 расходы по найму жилья в сумме 390 000 руб.

В рамках судебного разбирательства ФИО3 представлены в материалы дела копии дополнительного соглашения от 01.02.2020 к трудовому договору № 1/20 от 01.01.2020 и договор найма жилого помещения от 02.02.2020.

Из представленных документов следует, что ООО «ОЗМ» возмещает работнику расходы на проживание (аренда квартиры) в соответствии с представленным договором найма жилого помещения, а также расходов на залог, если это прописано в договоре найма жилого помещения (подпункт 3 пункта 1 дополнительного соглашения от 01.02.2020).

В соответствии с пунктом 3.1. договора найма месячная оплата за использование помещения составляет 65 000 руб. На момент подписания договора наниматель передал наймодателю 65 000 руб. в качестве оплаты первого месяца проживания (пункт 3.8. договора найма).

Согласно пункту 3.9. договора найма, наниматель обязуется передать наймодателю 65 000 руб. в качестве залога не позднее 15.02.2020.

Итого в первый месяц (февраль 2020) ФИО3 должна была заплатить наймодателю 130 000 руб.

Согласно расчётному листку за февраль 2020, компенсация расходов по найму жилья составила 195 000 руб., что на 65 000 руб. больше.

Далее с марта по май 2020 общество компенсирует расходы ФИО3 по 65 000 руб. в месяц.

При этом, согласно пункту 1.3. договора найма, в квартире ФИО3 проживала не одна, соответственно, ООО «ОЗМ» при отсутствии законных оснований дополнительно оплачивало проживание указанного лица.

В пункте 4.9. договора найма указано, что при окончании действия договора и досрочном прекращении найма залог в размере 65 000 руб. возвращается нанимателю.

В связи с увольнением ФИО3 из ООО «ОЗМ» ранее срока окончания договора найма сумма залога, подлежащая возврату, должна была быть удержана из выплат при увольнении ФИО3.

Однако доказательств удержания в материалы дела не предсталвено.

Таким образом, ФИО3 неправомерно компенсирована денежная сумма в размере 65 000 руб. (переплата в феврале 2020).

В апелляционной жалобе ФИО3, отмечает, что ФИО15 является её матерью, в связи с чем расходы по найму жилья при переезде на работу в другую местность работодатель должен компенсировать в полном объёме,

 Как следует из положений части 4 статьи 169 ТК РФ, порядок и размеры возмещения расходов при переезде на работу в другую местность работникам работодателей (не указанных в части 2 и 3 настоящей статьи) определяются коллективным договором или локальным нормативным актом либо по соглашению сторон трудового договора, если иное не установлено настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

По смыслу приведённых нормативных положений расходы за аренду (наем) жилого помещения при переезде работника в другую местность являются самостоятельной группой расходов и относятся к компенсациям (денежным выплатам), предоставляемым работнику за счёт средств работодателя в целях возмещения работнику затрат, связанных с исполнением им трудовых и иных обязанностей. К числу таких затрат относятся расходы по найму жилого помещения.

На основании части 1, 4 статьи 8 ТК РФ, работодатели, за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями, принимают локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права (далее - локальные нормативные акты), в пределах своей компетенции в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями.

В данном случае в   трудовом договоре с ФИО3 и дополнительном соглашении от 01.02.2020 к нему не указаны члены её семьи, переезжающие с ней.

Доказательства того, что ФИО15 до переезда в г. Москву находилась на иждивении ФИО3, проживала вместе с ней, в материалах дела отсутствуют.

Следовательно, для ООО «ОЗМ» обоснованными являются расходы по компенсации ФИО3 оплаты найма жилья в ½ от понесённых ею затрат, то есть в сумме 162 500 руб. 

Убытки ООО «ОЗМ», связанные с необоснованной компенсацией ФИО3 расходов по найму жилья, составляет 227 500 руб. 

Всего сумма убытков ООО «ОЗМ» по необоснованным выплатам ФИО3  составляет 2 786 689 руб. 37 коп.

В обосновании заявленных требований о взыскании с ФИО5 убытков в виде оплаты услуг по мнимому трудовому договору ФИО4 истец указывает, что обществу причинены убытки в сумме 2 311 278 руб. 54 коп.

Как следует из отзыва ФИО4 и документов, представленных им в материалы дела, 19.09.2018 между ФИО4 и ООО «ОЗМ» был заключён трудовой договор № 968/18, согласно разделу 1 которого, работник принимается на работу в подразделение Административно-управленческий персонал в должности заместитель генерального директора, выполнение трудовой функции осуществляется по адресу: Омская область, п. Горячий ключ, ул. Железнодорожная, 7; работа является основной, договор заключен на неопределённый срок.

В соответствии с пунктом 3.2. трудового договора заработная плата включает в себя: оклад (тариф) в размере 28 000 руб. в месяц; районный коэффициент к заработной плате в размере 15% на фактический заработок; дополнительные выплаты стимулирующего характера в соответствии с Положением об оплате труда.

Работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, должностными инструкциями, локальными правовыми актами предприятия (пункт 4.2.1. трудового договора); соблюдать правила внутреннего трудового распорядка предприятия (пункт 4.2.2. трудового договора).

В статье 56 ТК РФ под трудовым договором понимается соглашение между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по определенной специальности, квалификации или должности), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством, коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Статьёй 57 ТК РФ предусмотрены существенные условия трудового договора: место работы (с указанием структурного подразделения); дата начала работы; наименование должности, специальности, профессии с указанием квалификации в соответствии со штатным расписанием организации или конкретная трудовая функция; права и обязанности работника; права и обязанности работодателя; характеристики условий труда, компенсации и льготы работникам за работу в тяжелых, вредных и (или) опасных условиях; режим труда и отдыха (если он в отношении данного работника отличается от общих правил, установленных в организации); условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или должностного оклада работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты); виды и условия социального страхования, непосредственно связанные с трудовой деятельностью.

Соответственно, при работе по трудовому договору правовой регламентации подлежит сам процесс труда и условия его применения.

Однако указанный договор не соответствует обязательным условиям трудового договора, предусмотренным абзацем 7 пунктом 1 статьи 57 ТК РФ.

Из содержания трудового договора невозможно сделать вывод о трудовой функции работника, определить, что входило в его обязанности, поскольку трудовой договор с ФИО4 в ООО «ОЗМ» отсутствует, как и должностная инструкция на заместителя генерального директора.

Согласно разделу «Реквизиты сторон» трудового договора работник зарегистрирован (проживает) по адресу: Московская область, Одинцовский район, р.п. Большие Вязёмы, Городок-17, д. 15, кв. 33.

Договор не содержит условий о переезде работника в Омскую область, при этом, согласно табелям учета рабочего времени, работник работал полный восьмичасовой рабочий день по месту нахождения ООО «ОЗМ» (Омская область).

01.02.2020 к трудовому договору подписано дополнительное соглашение, которым изменено место выполнения трудовой функции работника с Омской области на г. Москва, увеличен оклад до 100 000 руб., отменен районный коэффициент к заработной плате в связи с фактическим местонахождением работника в г. Москве.

При этом в материалы дела по запросу суда ООО «Архгеопроект» (г. Москва) представлены документы о трудовой деятельности ФИО4 в названном обществе в период с 01.10.2018 по 28.02.2020. 

Согласно трудовому договору от 01.10.2018 № 02/2018  ФИО4 принят на работу в ООО «Архгеопроект» на должность специалиста в службу безопасности (по совместительству на 0,5 ставки); характер работы неразъездной (в офисе); местонахождение работодателя: 

<

...>, этаж 3, пом. 1, комн. 14, офис 2.

Согласно пункту 2.7. трудового договора работнику установлен следующий режим рабочего времени: пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями (суббота и воскресенье); продолжительность ежедневной работы 4 часа, начало работы 9.00, окончание 13.30 час.

В подтверждение трудовой деятельности ФИО4 в ООО «Архгеопроект» в материалы дела представлены: трудовой договор от 01.10.2018 № 02/2018, личная карточка работника (Форма Т-2), приказ о приеме на работу от 01.10.2018 № 003-к, заявление ФИО4 о приёме на работу от 01.10.2018, заявление ФИО4 об увольнении от 26.02.2020, приказ о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от 28.02.2020 № 03-к; табели учёта рабочего времени за период с октября 2018 по февраль 2020, должностная инструкция специалиста службы безопасности ООО «Архгеопроект», утв. приказом генерального директора от 28.09.2018 № 02,  положение о службе безопасности ООО «Архгеопроект», утверждённое приказом генерального директора от 28.09.2018 № 02.

В личной карточке ФИО4 указано, что местом фактического жительства работника является: Московская область, Одинцовский район, р.п. Большие Вязёмы, Городок-17, дом 15, кв. 33.

Анализ представленных ООО «Архгеопроект» свидетельствует о том, что ФИО4 в  оспариваемый  период времени его работы в ООО «ОЗМ» действительно проживал в Московской области, работал в ООО «Архгеопроект» в г. Москве специалистом по безопасности деятельности, все документы оформлены в соответствии с трудовым законодательством и имеются в ООО «Архгеопроект». 

Изложенное свидетельствует о том, что его трудоустройство на постоянное место работы в ООО «ОЗМ» (Омская область) на полный рабочий день с выполнением трудовой функции по месту нахождения работодателя являлось фиктивным.

При сравнении табелей учета рабочего времени ООО «ОЗМ» и ООО «Архгеопроект»  установлено, что ФИО4 работал по 8 часов в рабочие дни в Омской области и одновременно по 4 часа в эти же дни в г. Москве. 

С учётом установленных трудовыми договорами режимов рабочего времени и местонахождений ООО «ОЗМ»  и ООО «Архгеопроект» доводы ФИО4 о работе по совместительству не принимаются апелляционным судом. 

При этом  доказательства трудовой деятельности ФИО4 в ООО «ОЗМ», приложенные к его отзыву и ходатайствам о приобщении документов, не являются допустимыми доказательствами, поскольку не подтверждают выполнение того функционала, который обозначен ФИО4 и ФИО13 – обеспечение безопасности деятельности общества. 

Кроме того, почтовая переписка по рабочим вопросам датирована в основном периодом: декабрь 2019-февраль 2020гг.  (3 мес.) и не содержит доказательств осуществления трудовой деятельности ФИО4 в ООО «ОЗМ» с сентября 2018 по март 2020 года (1,5 года).

В письменных показаниях свидетеля от 16.03.2022 ФИО13 пояснил, что ФИО4 занимался вопросами проверки контрагентов, находящихся в Москве, Московской области, Центральном федеральном округе, выполнял функции сотрудника обеспечения безопасности в регионе Москва, Московской области и Центральном федеральном округе.

Однако судом учтено, что в ООО «ОЗМ» была собственная служба безопасности, состоящая из двух человек – заместителя генерального директора по экономической безопасности ФИО11 и главного специалиста по экономической безопасности ФИО16 

Доводы ответчика о том, что истец в материалы дела № А41-43448/2021 представил инвентаризационные акты, подписанные в комиссионном порядке в составе ФИО4, признавая тем самым факт его работы в обществе, не соответствует действительности.

Судебными актами, вступившими в законную силу по делам № А46-18514/2020, А46-18517/2020, А46-18520/2020, А46-5780/2021, А40-67133/2021, А40-65385/2021, А40-116595/2021, А41-43448/2021, установлена недобросовестность ФИО5 и факт неполной передачи им документов при увольнении новому руководству ООО «ОЗМ».

При этом само по себе составление кадровых документов, включение в Приказ от 26.11.2019  в состав комиссии для проведения годовой инвентаризации ФИО4 не подтверждает факт реальности трудовых отношений между обществом и третьим лицом, поскольку характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий.

Учитывая подтверждение ФИО4 деятельности в г. Москва, отсутствие доказательств направления его в командировку с места работы в г. Москве в г. Омск 05.12.2019 (дата составления и подписания ФИО4 инвентаризационной описи № 25), факт реального участия в инвентаризации ответчиком не доказан. 

Поскольку факт наличия трудовых отношений между ООО «ОЗМ» и ФИО4 документально не подтверждён, выплаты в сумме 2 311 278,54 рублей являются убытками ООО «ОЗМ».

В обосновании требования о взыскании убытков в виде неправомерного начисления и уплаты районного коэффициента к заработной плате ФИО5 в размере 15% на фактический заработок, истец указывает, что обществу были причинены убытки в сумме 845 674 руб. 26 коп.

Согласно части 1 статьи 316 ТК РФ размер районного коэффициента и порядок его применения устанавливаются Правительством Российской Федерации. 

До принятия соответствующего акта к заработной плате работников продолжают применяться районные коэффициенты в размерах, установленных органами государственной власти РФ или бывшего СССР.

Размер районного коэффициента в Омской области составляет 1,15 (Постановление Госкомтруда СССР, Секретариата ВЦСПС от 17.08.1971 № 325/24, Постановление Госкомтруда СССР, Секретариата ВЦСПС от 03.11.1960 № 1251/28, Постановление Госкомтруда СССР, Секретариата ВЦСПС от 31.03.1960 № 476/9, Постановление Госкомтруда СССР, Секретариата ВЦСПС от 31.03.1960 № 453/9, Постановление Госкомтруда СССР, Секретариата ВЦСПС от 27.07.1959 № 527/13).

Районные коэффициенты учитываются при исчислении заработной платы работников по месту их фактической постоянной работы независимо от местонахождения работодателя. Данный вывод следует из Обзора Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2014 и содержится в Письме Роструда от 15.01.2016 № ТЗ/23333-6-1.

Фактическим местом постоянной работы у ФИО5 был город Москва.  

По данным бывшего участника ООО «Мир», который одновременно являлся

участником ООО «НИПИИ ЭТ «Энерготранспроект», ФИО5 параллельно с работой в ООО «ОЗМ» работал в ООО «НИПИИ ЭТ Энерготранспроект» (г. Москва), в г. Омск он направлялся в командировки. Местом постоянного жительства ФИО5 является Московская область.

Данный вывод сделан также аудитором ООО «МЭТР-Аудит» на основании авансовых отчётов его командировок.

В рамках дела № А46-6848/2021 о несостоятельности (банкротстве) ООО «ОЗМ» ФИО5  обратился с требованием о  включении в реестр требований кредиторов требования к ООО «ОЗМ»  о выплате  компенсации за аренду жилья в г. Омске. 

В удовлетворении требования отказано в связи с недоказанностью ответчиком данного факта.

Применительно к настоящему спору обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом по делу № А46-6848/2021, имеют значение для разрешения настоящего спора.

Доказательств фактического пребывания в городе Омске   непрерывно   в период исполнения обязанностей руководителя общества в материалы дела не представлено. 

В обосновании требования о взыскании убытков в виде неправомерной выплаты надбавок к заработной плате ФИО5 истец указывает, что обществу были причинены убытки в сумме 3 235 834 руб. 18 коп.

В силу статьи 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Статьёй 135 ТК РФ предусмотрено, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Как следует из материалов дела, в связи с назначением ФИО5 на должность генерального директора ООО «ОЗМ» 25.09.2018 с ним был заключен трудовой договор № 969/18 сроком на 4 года, подписанный ФИО17, председательствующим на заседании Совета директоров Общества (протокол № б/н от 24.09.2018).

Однако оригинал договора с ФИО5 в материалы дела не представлен.

Копия договора, представленная в материалы дела ответчиком, не содержит информацию о размере оклада, установленного ФИО5 

Согласно штатному расписанию, оклад генерального директора за все время его работы, составлял 130 000 руб.

В период исполнения обязанностей генерального директора ФИО5 безосновательно начислял и выплачивал себе заработную плату в виде оклада в размере 130 000 руб. и ежемесячных персональных надбавок в разных суммах, не предусмотренных условиями заключенного с ним трудового договора.

При этом в соответствии с пунктом 17.1. Устава общества вопрос об утверждении размера вознаграждения и денежных компенсаций генеральному директору отнесен к компетенции Совета директоров общества.

Между тем доказательств утверждения данных ежемесячных персональных надбавок Советом директоров в материалы дела не представлено.

Решение о выплате персональной надбавки принято ФИО5 единолично в отсутствие на то оснований, предусмотренных Уставом общества и его внутренними документами.

В данном случае, недобросовестность в действиях ФИО5,  действовавшего от имени директора общества, выражается в принятии решения об установлении размера заработной платы произвольно, в отсутствие согласия уполномоченного лица, в ущерб экономическим интересам общества, повлекшего причинение ему убытков в виде необоснованных расходов на выплату заработной платы.

При этом доводы апелляционной жалобы ФИО5 о правомерности данных выплат с учётом того, что на дату выдачи заключения аудитора и увольнения генерального директора у общества отсутствовали признаки несостоятельности, отклоняются апелляционным судом.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (пункт 4 постановления № 62).

В данном случае при начислении персональной надбавки ФИО5 очевидным образом действовал в собственных интересах.

В таких условиях бремя доказывания того факта, что выплатой денежных средств в размере 3 235 834 руб. 18 коп. не причинён ущерб интересам общества смещается и возлагается на лицо, получившее соответствующую (несоразмерную, экономически необоснованную) материальную выгоду.

Учитывая правовое положение ответчика (его отношение к ООО «ОЗМ») соответствующее бремя доказывания являлось для него реализуемым. ФИО5 располагал возможностью, в частности, представить суду надлежащее подтверждение тому, что фактическое изъятие из общества части прибыли не сказалось на перспективах деятельности юридического лица по её извлечению.

Такими доказательствами, например, могли послужить результаты аудита либо иная документированная информация о том, что, несмотря на состоявшуюся выплату крупной денежной суммы, общество сохранило необходимый материальный и организационный потенциал для дальнейшей реализации уставных целей, не утратило возможностей для эффективного освоения имеющейся ресурсной базы.

Подобные доказательства в материалы дела представлены не были, а позиция ответчика в соответствующей части фактически сводится лишь к тому, что после выплат ООО «ОЗМ» не отвечало признакам банкротства.

Между тем продолжение текущей деятельности и отсутствие признаков банкротства юридического лица не тождественно отсутствию для него убытков, причинённых недобросовестными действиями единоличного исполнительного органа по выводу прибыли посредством выплаты премий, не обоснованных необходимостью стимулирования эффективного труда работника и превышающих разумные пределы.

ФИО5 как добросовестный и разумный руководитель должен был предвидеть возможность ухудшения финансового положения общества, учитывая необходимость финансирования деятельности общества (письмо от 27.06.2020). 

Однако в материалы дела не представлены какие-либо доказательства, обосновывающие необходимость выплаты надбавок в повышенном размере в условиях нестабильного финансового положения общества.

Исходя из того, что действующим корпоративным законодательством к директору общества предъявляется повышенный стандарт ответственности за его действия, причинение убытков истцу обусловлено недобросовестным управленческим решением ответчика, что презюмирует его вину в их причинении.

Таким образом, совокупность условий для возложения на ответчика обязанности по возмещению убытков в сумме 10 110 668 руб. 60 коп.  судом установлена в полном объёме.

При принятии судебного акта суд первой инстанции полно исследовал обстоятельства, относящиеся к предмету доказывания, верно применил нормы права, подлежащие применению, дал надлежащую правовую оценку представленным доказательствам и доводам лиц, участвующих в деле, и принял законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Нормы материального права применены арбитражным судом первой инстанции правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

С учётом изложенного оснований для отмены решения арбитражного суда и удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в соответствии со статьёй 110 АПК РФ относятся на подателей апелляционных жалоб.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьями 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 01.06.2022 Арбитражного суда Омской области по делу № А46-2150/2021  оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

Л.И. Еникеева

Судьи

А.В. Веревкин

 Е.С. Халявин