Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А19-17377/2017

10 марта 2022 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 марта 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 10 марта 2022 года.

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Зуевой М.В.,

судей:   Парской Н.Н., Первушиной М.А.,

при участии в судебном заседании    представителей: ФИО5 – ФИО1 (доверенность от 08.12.2021, паспорт, до объявления перерыва), конкурсного управляющего – ФИО2 (доверенность от 22.06.2021, паспорт),

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО5 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 19 октября 2021 года по делу № А19-17377/2017, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 28 декабря 2021 года по тому же делу,

установил:

определением Арбитражного суда Иркутской области от 15 ноября 2017 года в отношении открытого акционерного общества «Иркутская продовольственная корпорация» (далее - ОАО «ИПК») введено наблюдение, решением этого же суда от 13 февраля 2019 года ОАО «ИПК» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (далее – ФИО4).

Конкурсный управляющий ФИО3 обратился в суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО5 к субсидиарной ответственности, взыскании с него в конкурсную массу должника 2 511 566 рублей 23 копеек и 447 583 134 рублей 90 копеек.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 18 февраля 2020 года конкурсным управляющим утвержден ФИО6 (далее – конкурсный управляющий).

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 19 октября 2021 года признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по заявленным основаниям, рассмотрение заявления приостановлено до окончания расчетов с кредиторами должника.

Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 28 декабря 2021 года определение суда первой инстанции от 19 октября 2021 года отменено в части признания доказанным наличия оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в отмененной части вопрос направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Не согласившись с принятыми судебными актами в части признания доказанными наличия оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по статье 61.11 Закона о банкротстве, ФИО5 обратился в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела, и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий суд.

В обоснование доводов кассационной жалобы ФИО5 указывает, что истребуемые конкурсным управляющим документы были переданы по актам приема-передачи, которым судами не дана оценка, длительная передача документации была обусловлена объективными факторами, в том числе постоянными уточнениями перечня документов конкурсным управляющим, ответчик ссылается на то, что выводы судов о наличии причинно-следственной связи между его действиями и наступлением банкротства должника, невозможностью расчетов с кредиторами не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, суды не обосновали каким образом в результате длительной передачи документации и отсутствия ряда документов затруднено проведение процедуры банкротства.

До судебного заседания от конкурсного управляющего поступил отзыв, в котором он возражает против доводов жалобы.

Определение от 07 февраля 2022 года о назначении на 12 часов 40 минут 03 марта 2021 года судебного заседания для рассмотрения кассационной жалобы выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, лица, участвующие в деле, извещены о заседании суда округа посредством его размещения 08 февраля 2022 года на общедоступном сайте Федеральных арбитражных судов Российской Федерации http://kad.arbitr.ru в сети «Интернет».

В судебном заседании 03 марта 2022 года объявлен перерыв до 12 часов 00 минут 09 марта 2022 года, о чем размещена информация на общедоступном сайте Федеральных арбитражных судов Российской Федерации http://kad.arbitr.ru в сети «Интернет».

В судебном заседании представитель ФИО5 поддержала доводы кассационной жалобы, представитель конкурсного управляющего возразила им.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещались с соблюдением требований, содержащихся в главе 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, своих представителей в судебное заседание не направили, отзывы на кассационную жалобу не представили.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исходя из доводов кассационной жалобы усматривается, что ФИО5 обжалует судебные акты в части признания доказанным наличия оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по подпункту 2 пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в связи с чем, суд кассационной инстанции проверяет законность обжалуемых судебных актов в указанной части. 

Проверив в пределах, установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов судов установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов кассационной жалобы, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, лицом, имеющим право действовать без доверенности от имени юридического лица, до даты открытия в отношении должника процедуры банкротства являлся ФИО5

Из ответов регистрирующих органов следует, что  за должником зарегистрированы маломерное судно, транспортные средства, трактор.

Конкурсный управляющий обратился суд с ходатайством об обязании ФИО5 передать документы, материальные и иные ценности должника.

Ссылаясь на то, что ФИО5 не исполнена обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, а также по передаче документов и имущества должника, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

В качестве правового основания для привлечения к субсидиарной ответственности названы статьи 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве.

Признавая доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, Арбитражный суд Иркутской области, исходил из указанной законодательно закрепленной презумпции наличия причинно-следственной связи между бездействием бывшего руководителя должника по не передаче конкурсному управляющему документации и невозможностью формирования конкурсной массы.

Четвертый арбитражный апелляционный суд признал правильными обстоятельства, установленные судом первой инстанции в части наличия оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и постановлением от 28 декабря 2021 оставил в указанной части определение суда первой инстанции от 19 октября 2021 года без изменения.

Между тем, судами первой и апелляционной инстанций не учтено следующее.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ) пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в том числе отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота, - это, по сути, лишь презумпция, облегчающая процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53), привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть указанную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

В опровержение соответствующей презумпции ФИО5 указывал, что им были переданы первичные бухгалтерские документы по актам приема-передачи от 06.03.2019, 27.03.2019, 05.02.2020, 06.02.2020, 15.09.2020, 15.12.2020, 22.12.2020, часть документации не передана по причине изъятия правоохранительными органами, договоры сублизинга, акты приема-передачи к ним были переданы, документы в отношении числящейся за должником техники переданы по акту от 15.09.2020, приобретаемая в лизинг техника передавалась в собственность конкретным сублизингополучателям, иное имущество у ФИО5 отсутствует, в отношении дебиторской задолженности были переданы договоры цессии и иные документы, подтверждающие основания возникновения и размер (акты от 27.03.2019, от 14.02.2020), конкурсным управляющим инициированы мероприятия по взысканию задолженности.

Между тем, в нарушение статей 71, 168, подпункта 2 пункта 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в обжалуемом определении суда первой инстанции отсутствуют результаты оценки доводов ФИО5 на предмет опровержения правовой презумпции, не указаны мотивы, по которым суд отверг (не принял во внимание)  акты приема-передачи документов, на которые ссылался ответчик по каждой вменяемой ему позиции, на что им было обращено внимание в апелляционной жалобе путем заявления соответствующих доводов, результаты проверки которых с указанием причин отклонения в отношении каждой позиции при повторном рассмотрении спора также не нашли своего отражения в обжалуемом постановлении, что является нарушением пункта 12 части 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Делая вывод о том, что документы, подтверждающие основания выбытия имущества из правообладания ОАО «ИПК», ФИО5 не представлены, суды первой и апелляционной инстанции не дают оценку имеющимся в материалах спора актам о списании соответствующей техники с баланса должника, сославшись на то, что в рамках обособленного спора по истребованию документов, данные акты исключены из числа доказательств самим ответчиком.

Выводы судов сделаны без учета обстоятельств, установленных при рассмотрении в рамках настоящего дела обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего об истребовании у бывшего руководителя должника имущества и документов (определением Арбитражного суда Иркутской области от 27 апреля 2021 года в удовлетворении заявления отказано). В ходе рассмотрения заявления конкурсного управляющего было  установлено, что доказательства наличия имущества в правообладании ФИО5 и иной документации отсутствуют, часть транспортных средств зарегистрирована не за должником, а за иными лицами, часть снята с учета в связи с утилизацией; приобретаемая в лизинг техника передавалась в собственность конкретным сублизингополучателям; конкурсный управляющий не обосновал, каким образом не передача имущества, указанного в пункте X поданного им ходатайства, может повлиять на формирование конкурсной массы с учетом того обстоятельства, что должник не является собственником данного имущество.

По смыслу положений подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве с учетом разъяснений, изложенных в пункте 24 постановления № 53, правонарушение контролирующего должника лица выражается не в самом факте не передачи документации должника конкурсному управляющему, а в его противоправном деянии, повлекшем банкротство подконтрольного им лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов, при этом самого по себе факта непредставления бывшим руководителем должника конкурсному управляющему документации должника не достаточно для привлечения его к субсидиарной ответственности по указанному основанию.

При этом, обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут отождествляться с обстоятельствами самого правонарушения.

 

Суд первой инстанции, выводы которого поддержал апелляционный суд при повторном рассмотрении, указал, что действия ФИО5, не исполнившего в установленные сроки обязанность по передаче документации повлекли невозможность проведения инвентаризации имущества должника и дополнительные расходы по делу о банкротстве, не передача конкурсному управляющему договоров сублизинга, актов приема-передачи в лизинг по договору финансовой субаренды (сублизинга) существенно затруднила действия конкурсного управляющего по установлению дебиторов должника и взысканию дебиторской задолженности; отсутствие актов о списании автотранспортных средств не позволило проверить правомерность списания и, как следствие, определить возможность оспаривания сделок должника либо привлечения к ответственности в виде взыскания убытков.

Однако, как указывал ответчик, дебиторская задолженность частично реализована в процедуре банкротстве, приняты меры к ее взысканию, имущество, на которое ссылается арбитражный управляющий, не находилось в правообладании должника.

Тем самым, признавая доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности, суды фактически вменили ему в вину сам факт не передачи документации должника конкурсному управляющему, не проанализировав и не раскрыв в судебном акте, каким образом это негативно сказалось на возможности проведения мероприятий процедуры конкурсного производства и их итоговом результате; не определив, какие конкретно документы, не переданные ответчиком (в отношении определенных активов должника, совершенных подозрительных сделок, негативных управленческих решений и т.п.) повлекли объективные трудности в формировании конкурсной массы и какие конкретно мероприятия в ходе процедуры банкротства не совершены по указанной причине.

Таким образом, суды признали контролирующее лицо виновным в доведении должника до состояния объективного банкротства и невозможности погашения требований кредиторов, исходя из наличия признаков, составляющих опровержимую презумпцию, без установления иных юридически значимых элементов, определяющих в совокупности состав правонарушения, влекущий применение субсидиарной ответственности.

Суд первой инстанции указал, что дополнительная оценка правовым последствиям неполной и несвоевременной передачи ФИО5 документации ОАО «ИПК» будет дана судом при определении размера субсидиарной ответственности с учетом результатов деятельности конкурсного управляющего по формированию конкурсной массы.

Однако по смыслу статей 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное решение является обоснованным лишь тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов, а законным - когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к спорному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права.

Обжалуемые судебные акты указанным требованиям не отвечают, выводы судов сделаны без должной проверки и установления наличия на то соответствующих оснований, исключительно исходя из самого факта неполной передачи документов. Вместе с тем, без установления и проверки совокупности обозначенных выше обстоятельств применительно к заявленному конкурсным управляющим основанию выводы судов о наличии условий для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности нельзя признать в достаточной степени обоснованными и мотивированными.

На основании изложенного, судебные акты в обжалуемой ФИО5 части в соответствии с частью 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отмене. В остальной части постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 28 декабря 2021 года по  делу № А19-17377/2017 оставить без изменения.

Поскольку для установления обстоятельств, имеющих значение для разрешения настоящего обособленного спора, требуется совершение процессуальных действий, в том числе оценка доказательств, что находится за пределами полномочий суда округа, обособленный спор в отмененной части направляется на новое рассмотрение в Арбитражный суд Иркутской области.

При новом рассмотрении суду первой инстанции следует принять во внимание изложенное, на основании оценки доказательств, с учетом доводов и возражений сторон необходимо установить обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора, сделать вывод о наличии (отсутствии) оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

 

Руководствуясь статьями  274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Иркутской области от 19 октября 2021 года по делу № А19-17377/2017, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 28 декабря 2021 года по тому же делу в части признания доказанным наличия оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» отменить.

Обособленный спор в отмененной части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Иркутской области. В остальной части постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 28 декабря 2021 года по  делу № А19-17377/2017 оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

Судьи

 

М.В. Зуева

Н.Н. Парская

М.А. Первушина