ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А05-12461/2020

г. Вологда

05 августа 2021 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 августа 2021 года.

В полном объёме постановление изготовлено 05 августа 2021 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Кузнецова К.А., судей Селецкой С.В. и Шумиловой Л.Ф., при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1,

при участии ФИО2 лично,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции апелляционную жалобу Никитина Алексея Юрьевича на решение Арбитражного суда Архангельской области от 30 апреля 2021 года по делу № А05-12461/2020,

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Архангельской области с иском к ФИО3 об исключении из состава участников общества с ограниченной ответственностью «Конструкторское бюро «Прошип» (ОГРН 

<

***>; 164505, 

<

...>, помещение 11н; далее –                       ООО «КБ Прошип», Общество).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено                        ООО «КБ Прошип».

Решением суда от 30.04.2021 в удовлетворении иска отказано.

ФИО2 с этим решением не согласился и обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить. В обоснование своей позиции ссылается на то, что                       ФИО3 будучи участником Общества и являясь инженером-конструктором в данном Обществе, осуществлял сбор и распространение конфиденциальной информации о деятельности Общества, в частности, имея прямой доступ к компьютерным сетям и электронной почте Общества, присваивал путем копирования и последующей пересылки на свой электронный ящик рабочую и проектную документацию Общества, а также документы о фактически понесенных Обществом затратах по исполнению проектной документации. ФИО2 полагает, что ФИО3 нарушил положения о коммерческой тайне в Обществе и незаконно распорядился интеллектуальной собственностью Общества не в интересах последнего, использовал полученную информацию для собственных нужд в целях осуществления собственной предпринимательской деятельности, схожей с деятельностью Общества; уклонялся от участия в общих собраниях, чем затруднял принятие значимых для Общества решений.

В судебном заседании ФИО2 апелляционную жалобу поддержал по изложенным в ней основаниям.

ФИО3 и ООО «КБ Прошип» извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в порядке, установленном пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Выслушав ФИО2, исследовав материалы дела, апелляционный суд отказывает в удовлетворении апелляционной жалобы.

В материалах дела усматривается и установлено судом первой инстанции, что ООО «КБ Прошип» зарегистрировано при создании 06.05.2015 за основным государственным регистрационным номером 

<

***>.

По состоянию на 26.06.2019 участниками ООО «КБ Прошип» являлись ФИО2 с долей в уставном капитале 91 % и ФИО3 с долей в уставном капитале 9 %.

ФИО2 также зарегистрирован генеральным директором ООО «КБ Прошип» (приказ о вступлении в должность  от 01.04.2015 № 1).

ООО «КБ Прошип» и ФИО3 заключили трудовой договор от 30.08.2018 № 07/18, по которому ФИО3 предоставлена должность технического директора ООО «КБ Прошип» с 03.09.2018.

На основании приказа о переводе от 22.07.2019 № 10 ФИО3 в период с 22.07.2019 по 31.01.2020 занимал должность инженера-конструктора 1 категории.

Трудовые отношения с ФИО3 прекращены с 31.01.2020 по инициативе работника на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (заявление об увольнении от 16.01.2020).

ФИО2 обратился в суд с настоящим иском, ссылаясь на то, что ФИО3 осуществлено распространение третьим лицам конфиденциальных сведений о деятельности ООО «КБ Прошип».

Суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении данного иска, руководствуясь статьями 65.2, 67 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон «Об ООО»).

Согласно статье 10 Закона «Об ООО» участники общества, доли которых в совокупности составляют не менее чем десять процентов уставного капитала общества, вправе требовать в судебном порядке исключения из общества участника, который грубо нарушает свои обязанности либо своими действиями (бездействием) делает невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет.

Таким образом, основаниями для обращения в суд с заявлением об исключении участника из общества являются грубое нарушение участником своих обязанностей либо действия (бездействие), делающие невозможной деятельность общества или существенно затрудняющие ее.

Согласно пункту 35 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» участник хозяйственного товарищества или общества вправе требовать исключения другого участника из товарищества или общества (кроме публичных акционерных обществ) в судебном порядке с выплатой ему действительной стоимости его доли участия, если такой участник своими действиями (бездействием) причинил существенный вред товариществу или обществу либо иным образом существенно затрудняет его деятельность и достижение целей, ради которых оно создавалось, в том числе грубо нарушая свои обязанности, предусмотренные законом или учредительными документами товарищества или общества.

К таким нарушениям, в частности, может относиться систематическое уклонение без уважительных причин от участия в общем собрании участников общества, лишающее общество возможности принимать значимые хозяйственные решения по вопросам повестки дня общего собрания участников, если непринятие таких решений причиняет существенный вред обществу и (или) делает его деятельность невозможной либо существенно ее затрудняет; совершение участником действий, противоречащих интересам общества, в том числе при выполнении функций единоличного исполнительного органа (например, причинение значительного ущерба имуществу общества, недобросовестное совершение сделки в ущерб интересам общества, экономически необоснованное увольнение всех работников, осуществление конкурирующей деятельности, голосование за одобрение заведомо убыточной сделки), если эти действия причинили обществу существенный вред и (или) сделали невозможной деятельность общества либо существенно ее затруднили.

При рассмотрении дел об исключении участника из хозяйственного товарищества или общества суд дает оценку степени нарушения участником своих обязанностей, а также устанавливает факт совершения участником конкретных действий или уклонения от их совершения и наступления (возможности наступления) негативных для общества последствий.

Согласно пункту 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» при решении вопроса о том, является ли допущенное участником общества нарушение грубым, необходимо, в частности, принимать во внимание степень его вины, наступление (возможность наступления) негативных для общества последствий.

Исключение участника из общества является крайней мерой, связанной с лишением права на долю в уставном капитале общества, и применяемой лишь тогда, когда последствия действий участника не могут быть устранены без лишения нарушителя возможности участвовать в управлении обществом.

В рассматриваемом случае ответчик, начиная с августа 2019 года является участником Общества с долей в уставном капитале 9 %.

Кроме того на основании трудового договора от 30.08.2018 № 07/18 ответчик занимал должность технического директора Общества.

С июля 2019 года ответчик переведен на должность инженера-конструктора.

В обоснование иска ФИО2 ссылается на то, что ответчик ФИО3 в период с 15.11.2019 по 31.01.2020, являясь лицом, выполняющим управленческие функции в Обществе, и в период с 01.02.2020 по 31.05.2020, будучи уволенным из Общества, вопреки законным интересам Общества, имея прямой доступ к компьютерным сетям и электронной почте Общества, присваивал путем копирования и последующей пересылки на свой электронный ящик рабочую и проектную документацию Общества, а также запросы коммерческих предложений от контрагентов.

По мнению истца, рабочая и проектная документация представляет собой конфиденциальную информацию, которую ответчик вопреки установленным в Обществе запретам, использовал в собственных нуждах для осуществления собственной предпринимательской деятельности, схожей с деятельностью Общества, осуществлял ее разглашение и распространение, чем причинил значительный материальный ущерб Обществу на сумму свыше 26 000 000 руб. Истец утверждает, что ответчик, имея доступ к информации о договорных отношений Общества с его контрагентами, использовал полученную информацию для осуществления конкурирующей деятельности, а именно предлагая более выгодные условия и при этом используя наработки Общества, заключал аналогичные договоры с клиентами Общества, что привело к оттоку клиентов и уменьшению прибыли по основному виду деятельности.

Данные доводы являются необоснованными.

Так, получение ФИО3 сведений о деятельности Общества, включая договоры, коммерческие предложения, рабочую документацию и пр. не является распространением данных сведений.

При этом сам истец подтверждает, что не представляется возможным узнать, использовались или нет ФИО3 в личных целях данные сведения.

Кроме этого, согласно статьям 8, 50 Закона «Об ООО», пункту 3 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.01.2011 № 144 «О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров о предоставлении информации участникам хозяйственных обществ» (далее – Информационное письмо № 144) участник имеет право требовать любые имеющиеся у общества документы, которые связаны с деятельностью этого общества.

Исходя из смысла пункта 1 Информационного письма № 144 при реализации своего права на получение информации участники хозяйственных обществ не обязаны раскрывать цели и мотивы, которыми они руководствуются, требуя предоставления информации об обществе, а также иным образом обосновывать наличие интереса в получении соответствующей информации, за исключением случаев, вытекающих из закона.

Таким образом, ФИО3 как участник Общества вправе был получать информацию о деятельности Общества и знакомиться с его документацией. Он имеет право получать информацию об обществе самостоятельно, что не является злоупотреблением правом.

Довод истца о том, что период, когда ответчик копировал на свою рабочую почту документы Общества, приходится в основном на даты после 16.01.2020 (после подачи заявления об увольнении), не имеет правового значения, так как, несмотря на увольнение, за ФИО3 сохранился статус участника Общества, позволяющий ему знакомиться с информацией об Обществе.

Доказательств того, что ответчик при пересылке документации Общества на свою электронную почту преследовал противоправные цели, не имеется.

Участник, обратившийся с заявлением об исключении в связи с разглашением другим участником конфиденциальной информации, должен доказать не только факт отнесения информации к разряду конфиденциальной или коммерческой тайны, но и факт разглашения такой информации и наступление для общества негативных последствий в результате такого разглашения.

В обоснование факта разглашения информации третьим лицам, истец ФИО2 ссылается на письма от 03.10.2019 и 16.01, из которых следует, что ответчиком ФИО3 в адрес конкурирующей фирмы – общества с ограниченной ответственностью «Марэкс Дизайн» была направлена техническая документация по грузовой стреле и модульной платформе, которые разрабатывались Обществом.

Данные доводы являются необоснованными.

Так, документ от 16 января с содержанием «Дима, посмотри пожалуйста, откроется у вас проект в шипконе?» (том 1, лист 23) не может считаться скриншотом электронного письма, поскольку не содержит необходимых реквизитов (адреса электронных почтовых ящиков, отправителя, получателя, данных о дате направления и пр.). Из содержания данного документа невозможно достоверно установить, кто является отправителем и получателем информации, в каком году состоялась переписка, что именно находилось во вложении к этому письму.

В отношении переписки 02-03 октября 2019 года (том 1, лист 24), ответчик заявил возражения, указав, что если такие письма и были направлены, то в них содержались лишь выдержки из технической документации с примерами выполненных работ, на что прямо указано в письмах.

Истец суду первой инстанции подтвердил, что в 2018 году у Общества был заключен договор с ФИО4 (или ООО «Марэкс-Дизайн»), однако впоследствии данные пояснения истец не поддержал и указал на отсутствие этих договорных отношений.

Из содержания письма от 02.10.2019 следует, что ответчику ФИО3 было предложено представить сведения о стоимости и сроках выполнения определенного вида работ, а также представить примеры таких работ. Какие именно документы были направлены в ответ на это предложение, из переписки не усматривается. Учитывая, что контрагентом запрашивались лишь примеры выполненных работ, то ответчиком, если и направлялась, то не готовая проектная или техническая документация, а отдельные ее элементы в качестве лишь презентации. Тот факт, что была направлена именно та документация, которая разработана Обществом для ООО «Арсплав», из письма от 03.10.2019 не следует.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришёл к верному выводу о том, что названные письма от 02-03 октября 2019 года и от 16 января не являются надлежащими и достаточными доказательствами, подтверждающими передачу ФИО3 информации третьим лицам, а также наступление для Общества негативных последствий в результате такой передачи.

Также не представлено надлежащих доказательств того, что полученная информация использовалась ответчиком в конкурентной сфере, а также того, что ответчик предлагал контрагентам Общества более выгодные условия при производстве аналогичного вида работ.

Так, истец ссылался на то, что ответчиком получены коммерческие предложения от контрагентов Общества, что способствовало оттоку клиентов, поскольку ответчик (ФИО3) предлагал выполнение аналогичного вида работ по более низкой цене.

Однако, достоверных сведений о том, что контрагенты Общества, получив коммерческие предложения от ответчика, предпочли отказаться от договоров с Обществом, и заключить аналогичные договоры с ответчиком (ФИО3), не имеется.

Обществом представлены сведения только в отношении нескольких контрагентов, таких как ООО «Нертус», ООО «Рыбинская ремонтная база флота», ООО «Лая-Девелопмент», ООО «Эксперт-Сервис».

Истец указывает на то, что на поступивший 20.01.2020 в Общество от ООО «Нертус» запрос о стоимости работ на разработку проектной документации, ФИО3 27.01.2020, будучи еще сотрудником Общества, отправил собственное коммерческое предложение на разработку данного проекта по меньшей стоимости, с указанием на то, что он является заместителем директора ООО «ПроектСудоСервис» по проектированию. Впоследствии между ФИО3 и ООО «Нертус» заключен договор на разработку проектной документации, выполнены работы и получено вознаграждение.

Аналогичные обстоятельства имелись при получении коммерческого предложения от ООО «Рыбинская ремонтная база флота».

Ответчик указанные обстоятельства отрицал, ссылаясь на то, что письма от 27.01.2020 № 008-20 и 007-20 он не подписывал; договорные отношения у него с указанными лица (ООО «Нертус», ООО «Рыбинская ремонтная база флота», или ООО «ПроектСудоСервис») отсутствуют.

В отношении происхождения писем от 27.01.2020 № 008-20 и 007-20 истец представил пояснения, что эти документы остались на рабочем месте ответчика после его увольнения в виде копий, подписанных факсимиле. Оригиналов таких писем не существует.

Оценив данные письма, суд пришёл к верному выводу о том, что ООО «ПроектСудоСервис» с такими реквизитами, как указаны в бланке письма (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), не существует. Эти ИНН и                       ОГРН принадлежат иному юридическому лицу.

Ответчик со своей стороны представил доказательства того, что ООО «Паратовъ» (предшественник ООО «Нертус» при аренде дебаркадера «Паратовъ») и ООО «Рыбинская ремонтная база флота» обращались напрямую к ответчику (ФИО3) с запросом коммерческого предложения на разработку проектной документации.

ООО «Нертус» на запрос суда сообщило об отсутствии у него договорных отношений с ответчиком (ФИО3) или ООО «ПроектСудоСервис».

Представленные истцом копии писем от 27.01.2020 № 008-20, 007-20, из содержания которых, кроме прочего, невозможно установить, кем были подписаны эти документы и от какой организации они исходили, с учетом того что их содержание и факт подписания оспаривается ответчиком, оригиналы этих писем отсутствуют, реквизиты ООО «ПроектСудоСервис», указанные в них, фактически не соответствуют реквизитам данной организации, не могут признаваться допустимыми доказательствами по делу.

Кроме того, доказательств наличия договорных отношений у ФИО3 или ООО «ПроектСудоСервис» с ООО «Нертус» и ООО «Рыбинская ремонтная база флота» не представлено.

Также по имеющейся у Общества информации, ФИО3 выполнил работы для ООО «Лая-Девелопмент» на разработку буксира «Плотовод-660». Истец ссылается на то, что ранее ООО «Лая-Девелопмент» являлось клиентом Общества, и последнее выполняло для данного общества дорогостоящий проект, в связи с чем работы по буксиру «Плотовод-660» также должны были быть поручены Обществу. Однако в связи с тем, что ФИО3, предложив более низкую цену, получил этот проект, а при его реализации использовал наработки Общества, то истец полагает, что Общество понесло убытки и лишилось значительной части прибыли.

Данные доводы являются необоснованными.

Так, ООО «Лая-Девелопмент» планировало к реализации два проекта, один из которых был поручен Обществу и исполнен последним. Второй проект планировался к реализации после завершения первого. Однако по результатам выполненных Обществом работ заказчик (ООО «Лая-Девелопмент») остался не доволен их результатом. Таким образом продолжение договорных отношений с Обществом не состоялось не по вине ФИО3

Осуществление ответчиком конкурентной предпринимательской деятельности и оказание услуг, аналогичных тем, которые оказываются Обществом, не могут служить основанием для исключения ФИО3 из Общества, поскольку само по себе осуществление аналогичного вида деятельности не достаточно для утверждения о грубых нарушениях прав участника Общества ответчиком.

При этом ФИО3 приобрел статус индивидуального предпринимателя в сентябре 2018 года, то есть практически одновременно с приобретением статуса участника Общества. На протяжении длительного времени ни у Общества, ни у второго участника ФИО2 не имелось каких-либо претензий к ответчику относительно наличия у него статуса предпринимателя. Более того, Общество само после увольнения ФИО3 поручало ему (ФИО3) выполнение отдельных видов работ на основании гражданско-правовых сделок.

Является несостоятельной ссылка истца на причинение ущерба третьим лицам (контрагентам Общества) на сумму свыше 34 миллионов рублей, поскольку такой ущерб не доказан, притязаний со стороны контрагентов не заявлено, кроме того для исключения участника из Общества первоочередным является факт причинения ущерба самому Обществу.

В обоснование иска истец указывает на уклонение ФИО3 без уважительных причин от участия в общих собраниях участников Общества.

Данные доводы являются необоснованными.

Согласно пункту 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации» к нарушениям обязанностей участника общества, существенно затрудняющим деятельность общества в частности, может относиться систематическое уклонение без уважительных причин от участия в общем собрании участников общества, лишающее общество возможности принимать значимые хозяйственные решения, если непринятие таких решений причиняет существенный вред обществу и (или) делает его деятельность невозможной либо существенно ее затрудняет.

В пунктах 4, 5, 6 и 7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.05.2012 № 151 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с исключением участника из общества с ограниченной ответственностью» указано, что голосование участника по вопросам повестки дня общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью, а равно систематическое уклонение от участия в собраниях могут являться основанием для исключения участника из общества, если такие действия (бездействие) причиняют значительный вред обществу или делают невозможной деятельность общества либо существенно ее затрудняют.

Требование об исключении участника из общества в связи с систематическим уклонением от участия в общих собраниях подлежит удовлетворению, если такое систематическое уклонение заведомо влекло существенное затруднение деятельности общества или делало ее невозможной и судом будет установлено отсутствие уважительных причин неявки участника либо его представителя на общие собрания.

Таким образом, необходимым элементом состава, требуемого для применения данной нормы, является наступление (возможность наступления) негативных для общества последствий вследствие виновных действий (бездействия) ответчика. Сам по себе факт неявки ответчика на собрания, без учета совокупности других обстоятельств, в том числе причин неявки на собрания, мнения участника по вопросам повестки дня, не является безусловным основанием для исключения из числа участников.

В рассматриваемом случае в адрес ответчика было направлено уведомление № 1 о проведении 20.10.2020 общего собрания участников Общества для решения вопросов повестки дня – совершение крупной сделки, заключение кредитного договора с кредитной организацией. Это уведомление направлено заказным письмом с описью вложения. В ходе рассмотрения дела ответчик на неполучение этого уведомления не ссылался.

Из протокола внеочередного общего собрания участников Общества от 20.10.2020 № 14 следует, что при его проведении на собрании присутствовал только один участник – ФИО2 с долей в уставном капитале 91 %. Ответчик участия в собрании не принимал.

В пункте 16.6.7 Устава Общества предусмотрено, что решения принимаются квалифицированным большинством, не менее 2/3 голосов от общего числа голосов участников Общества.

Ни Уставом, ни Законом «Об ООО» не предусмотрено императивное требование по единогласному голосованию общим собранием Общества по вопросу об одобрении крупной сделки.

В данном случае доля участника ФИО2 позволяла принять решения по повестке дня общего собрания 20.10.2020.

Иных сведений об уклонении ответчика от участия в общих собраниях участников Общества, суду не представлено, в то время как для исключения участника из общества требуется систематическое уклонение от участия в собраниях, что подразумевает неучастие в общих собраниях без уважительной причины более двух раз.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу об отсутствии доказательств совершения ответчиком виновных и противоправных действий, способных затруднить или сделать невозможной деятельность Общества, а также причинить убытки ему или его участникам. Суд правомерно отказал в удовлетворении иска. Выводы суда соответствуют материалам дела, нормы права применены судом правильно, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены решения суда не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд 

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда Архангельской области от 30 апреля 2021 года по делу № А05-12461/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

К.А. Кузнецов

Судьи

С.В. Селецкая

Л.Ф. Шумилова