ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-18361/2018

г. Челябинск

26 марта 2019 года

Дело № А76-26343/2014

Резолютивная часть постановления объявлена 19 марта 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 марта 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Матвеевой С.В., 

судей Румянцева А.А., Сотниковой О.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 29.10.2018 по делу № А76-26343/2014 (судья Ваганова В.В.).

В заседании принял участие представитель ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 26.01.2017).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 30.10.2014 возбуждено производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Проспект-А» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, далее – ООО «Проспект-А», должник).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 16.12.2014 (резолютивная часть от 10.12.2014) в отношении ООО «Проспект-А» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4 (далее – ФИО4), член некоммерческого партнерства «Московская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 04.08.2014 (резолютивная часть от 30.07.2014) ООО «Проспект-А» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4 

Конкурсный управляющий ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении генерального директора ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) к субсидиарной ответственности и взыскании в конкурсную массу с ответчика денежных средств в размере 18 428 708,52 руб.

Определением суда от 29.10.2018 (резолютивная часть от 12.10.2018) заявление конкурсного управляющего удовлетворено.

С определением суда от 29.10.2018 не согласился ответчик и обратился в суд апелляционной инстанции с жалобой, в которой просил обжалуемый судебный акт отменить.

В апелляционной жалобе ФИО2 ссылается на то, что конкурсным управляющим пропущен срок исковой давности на подачу заявления, так как в феврале 2015 года он получил соответствующую информацию, которая являлась основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности. Платеж в размере 2 300 000 руб. был возвращен должнику. Суд оценки представленным первичным бухгалтерским документам, в том числе, заявлению о зачете встречных требований, сделанному ответчиком при исполнении обязанностей руководителя, в судебном акте не дал. Суд указал, что в процессе хозяйственной деятельности ООО «Проспект-А» осуществляло поставку топлива в адрес ООО ТД «Астор-Трейд» на сумму 3 275 201,36 руб. во вред кредиторам. Ответчиком были представлены первичные бухгалтерские документы, доводы о реальности хозяйственной деятельности, получении встречного возмещения за поставленное горючее были заявлены ответчиком заблаговременно. Дополнительные документы о наличии у ООО «ТД Астор-Трейд» возможности оказать транспортные услуги (наличие автотранспорта), факт зачета встречных требований между должником и ООО «ТД Астор-Трейд»; порядок погашения задолженности должника перед ООО «Техномаркет» услугами, полученными от ООО «ТД Астор-Трейд» у ответчика отсутствуют, но если бы суд поставил на обсуждение эти обстоятельства, ответчик имел бы возможность заявить соответствующее ходатайство суду об истребовании документов. Суд в обоснование недобросовестности ответчика сослался на заключение ответчиком ряда договоров уступки лизинга. Истец по делу признал, что в счет встречного возмещения должником по требованию и условиям его бывшего руководителя (ответчика), получено встречное возмещение в размере 2 104 270 руб. путем перевода долга должника на нового  лизингополучателя и гашения обязательств должника перед новым лизингополучателем зачетом встречных требований на сумму 700 216 руб. На момент передачи договоров предприятие не имело реальной возможности приобрести право собственности на технику, поскольку оно не располагало финансовыми ресурсами, необходимыми для исполнения принятых по договорам лизинга обязательств. Если бы не заключили соглашения от 14.03.2014, техника была бы возвращена лизингодателю. Должник не мог использовать технику вопреки доводам конкурсного управляющего, так как не имел средств ни для оплаты ремонта, содержания, хранения, горючего и водителей. Лизинговые платежи уплачиваются независимо от использования имущества лизингополучателем в соответствии с графиком лизинговых платежей, в котором определены размер, состав и сроки уплаты лизинговых платежей. На момент заключения соглашений, лизинговые платежи не были оплачены в полном объеме, в том числе и выкупные платежи, имела место просрочка уплаты платежей за владение и пользование имуществом, и это обстоятельство никем не оспаривается. Предметы лизинга должнику не принадлежали, в связи с чем они не могли быть включены в конкурсную массу. Вина ответчика не установлена. Состояние предмета лизинга правового значения не имеет. Довод о двухлетней эксплуатации карьерных самосвалов, конкурсным управляющим не опровергнут. Выводы суда о том, что соглашения о переводе прав лизинга не содержат ссылок на перевод долга, не основан на законе. Договор перевода долга и соглашения заключены в один день и согласованы лизингодателем и первоначальным кредитором. 

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.12.2018 апелляционная жалоба принята к производству суда, судебное заседание назначено на 22.01.2019.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2019 судебное разбирательство в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отложено на 19.02.2019.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2019 в составе суда в соответствии с нормами частей 3 и 4 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Ершовой С.Д. на судью Бабкину С.А., после чего рассмотрение апелляционной жалобы начато с самого начала.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2019 судебное заседание в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отложено на 19.03.2019.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2019 в составе суда в соответствии с нормами частей 3 и 4 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Бабкиной С.А. на судью Румянцева А.А., после чего рассмотрение апелляционной жалобы начато с самого начала.

До начала судебного заседания представитель ФИО2 заявил ходатайство о проведении финансово-экономической экспертизы с целью установления признаков преднамеренного или фиктивного банкротства ООО «Проспект А» и объективной причины банкротства ООО «Проспект А».

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев указанное ходатайство, отказывает в его удовлетворении, поскольку основания для назначения экспертизы отсутствуют.

Согласно пункту 1 статьи 53 Закона о банкротстве решение арбитражного суда о признании должника банкротом и об открытии в отношении него конкурсного производства принимается при установлении признаков банкротства, предусмотренных статьей 3 указанного закона, при отсутствии оснований для оставления заявления о признании должника банкротом без рассмотрения, введения финансового оздоровления, внешнего управления, утверждения мирового соглашения или прекращения производства по делу о банкротстве.

В соответствии с пунктами 2 и 5 статьи 20.3 Закона о банкротстве, арбитражный управляющий в деле о банкротстве обязан, в том числе, выявлять признаки преднамеренного и фиктивного банкротства в порядке, установленном федеральными стандартами, и сообщать о них лицам, участвующим в деле о банкротстве, в саморегулируемую организацию, членом которой является арбитражный управляющий, собранию кредиторов и в органы, к компетенции которых относится возбуждение дел об административных правонарушениях и рассмотрение сообщений о преступлениях, при этом, указанные полномочия не могут быть переданы иным лицам. Методика определения признаков фиктивного и преднамеренного банкротства проводится в соответствии с постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 № 855 «Об утверждении Временных правил проверки арбитражным управляющим наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства». 

Поскольку обязанность по проведению анализа возложена на самого временного управляющего, а не на эксперта, то Закон о банкротстве не предусматривает необходимость наличия специальных экспертных познаний для этого.

В силу пункта 3 статьи 50 Закона о банкротстве при подготовке дела о банкротстве к судебному разбирательству, а также при рассмотрении дела о банкротстве при решении вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд вправе назначить экспертизу.

Как следует из материалов дела, управляющим проведена проверка наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 № 855 «Об утверждении временных правил проверки арбитражным управляющим наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства», суду представлено соответствующее заключение о б отсутствии признаков фиктивного банкротства, в связи с тем, что производство по делу о банкротстве возбуждено по заявлению кредитора; о наличии признаков преднамеренного банкротства в связи с совершением подозрительных сделок, по  предварительным расчетам, приведшим к ущербу в размере 17,2 млн. руб.

Вместе с тем, ФИО2 не представлены надлежащие доказательства порочности вышеуказанного заключения, не указаны конкретные факты несоответствия проведенной проверки требованиям действующего законодательства. В анализе финансового состояния должника содержатся выводы об отсутствии возможности восстановления платежеспособности должника в связи с уступкой прав на грузовой автотранспорт, выбытием производственных мощностей.

Каких-либо противоречий в указанных анализе и заключении суд не усматривает. 

С учетом того, что заключение о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного банкротства, анализ финансового состояния должника в деле имеется, надлежащих доводов и доказательств необходимости повторной проверки признаков преднамеренного банкротства, причин банкротства должника в рамках заявленного ходатайства ФИО2 в материалы дела не представлено, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения ходатайства.

До начала судебного заседания конкурсный управляющий направил в суд апелляционной инстанции отзыв на апелляционную жалобу (рег.№ 12990 от 18.03.2019), протокольным определением суда в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в приобщении указанного отзыва отказано, поскольку не представлены доказательства его направления в адрес лиц, участвующих в деле.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

В судебном заседании представитель ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержал. 

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц по состоянию на 07.09.2015, ООО «Проспект-А» зарегистрировано 12.09.1995 Администрацией г. Челябинска, ИФНС по Курчатовскому району г. Челябинска 11.12.2002 внесена запись в Единый государственный реестр юридических лиц за основным государственным регистрационным номером 

<

***>; основным видом деятельности общества является прочая оптовая торговля; единственным учредителем (участником) и директором общества является ФИО2 (л.д. 22-26, т.1).

Реестр требований кредиторов сформирован и закрыт 14.10.2015, кредиторы первой и второй очередей реестра требований кредиторов отсутствуют, в третью очередь реестра включены требования одного кредитора в размере 18 428 708,52 руб. 

В обоснование заявленных требований о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, конкурсный управляющий указал, что причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения ответчиком ряда сделок должника, фальсификации документов первичной бухгалтерской отчетности, а также бездействием ответчика, выразившемся в непринятии мер по взысканию дебиторской задолженности, несвоевременной     передаче ответчиком конкурсному управляющему бухгалтерской документации должника.

Суд первой инстанции, удовлетворяя требование конкурсного управляющего, исходил из наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, апелляционная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266), статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266.

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности до 01.07.2017 (04.03.2016, л.д. 121, т. 1), поэтому к спорным правоотношениям применима статья 10 Закона о банкротстве.

Предметом рассмотрения по настоящему делу является требование конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве бывшего руководителя и должника – ФИО2 

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, предусмотрено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Применение норм права о привлечении к субсидиарной ответственности допустимо при доказанности следующих обстоятельств:

- надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия;

- факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявления должника о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей;

- наличия причинно-следственной связи между обязательными указаниями, действиями вышеперечисленных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями, при этом следует учитывать, что возложение на них ответственности за бездействие исключается;

- вины контролирующего лица должника в несостоятельности (банкротстве) предприятия.

При этом в силу пункта 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Исходя из частей 1 и 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно абзацу 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае, если:

- причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (абзац 3).

Судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждается, что ФИО2 осуществлял полномочия руководителя должника и являлся его единственным учредителем. 

Конкурсный управляющий указал, что согласно счету-фактуре №23 от 31.12.2014, товарной накладной №23 от 31.12.2014, должником передано ООО «ТД Астор-Трейд» дизельное топливо и бензин на общую сумму 3 275 201,36 руб. (л.д.50,51 т.1). Между тем, ООО «ТД Астор-Трейд» в качестве юридического лица на территории Российской Федерации не зарегистрировано, что подтверждает факт вывода оборотных активов в виде ГСМ, с целью дальнейшего присвоения данного имущества.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что в 2011 году ООО «Техномаркет» поставило ООО «Проспект-А» товар (цемент) на общую сумму 4 783 800 руб. по товарным накладным (л.д.62-95 т.3). ООО «Проспект-А» в 2014 году оказало ООО «Техномаркет» транспортные услуги на общую сумму 4 783 800 руб., что подтверждается подписанными сторонами актами (л.д.59-61 т.3). ООО «Техномаркет» направило ООО «Проспект-А» заявление о зачете встречных однородных требований (исх.16 от 30.12.2014), где заявило о погашении требований ООО «Проспект-А» по оплате транспортных услуг зачетом встречных требований ООО «Техномаркет» по оплате поставленного должнику товара (л.д.57).

В подтверждение доводов об оказании ООО ТД «Астор-Трейд» транспортных услуг ООО «Проспект-А», ответчиком представлены подписанные от имени ООО ТД «Астор-Трейд» (исполнитель) и от имени ООО «Проспект-А» (заказчик) акты № 209 от 30.10.2014 на сумму 1 433 700 руб., № 216 от 28.11.2014 на сумму 1 405 646,68 руб., № 225 от 30.10.2014 на сумму 1 739 333,96 руб., всего на сумму 4 578 680,64 руб. (л.д.4-8 т.3).

Суд на основании представленных по делу доказательств, пришел к выводу, что у ООО ТД «Астор-Трейд» возможности оказывать транспортные услуги, не было.

22.05.2012 между ООО «Транслизинг» (лизингодатель) и ООО «Проспект-А» (лизингополучатель) были заключены договоры лизинга 3989/Л, № 3990/Л, №3991/Л, №3992/Л, в редакции дополнительных соглашений, на срок 36 месяцев, по 22.04.2015 (л.д.126-169 т.3). Предметом лизинга являлись четыре грузовых самосвала марки SHACMAN SX3255DR384, приобретенные лизингодателем у выбранного лизингополучателем продавца – ООО Торговый дом «Ростехника» по договорам купли-продажи от 22.05.2012 (л.д.96-115 т.3)

24.10.2012 между ООО «Транслизинг» (лизингодатель) и ООО «Проспект-А» (лизингополучатель) были заключены договоры лизинга №4327/Л, №4328/Л, на срок 36 месяцев, по 15.09.2015 (л.д.170-187 т.3). Предметом лизинга являлись два грузовых самосвала марки SHACMAN SX3255DR384, приобретенные лизингодателем у выбранного лизингополучателем продавца – ОАО «ЭЛЕКТРОМАШ» по договорам купли-продажи от 24.10.2012 (л.д.116-125 т.3)

14.03.2014 между ООО «Проспект-А» (цедент) в лице директора ФИО2, ООО «НПФ Артель Лемеза» (цессионарий) в лице генерального директора ФИО5, ООО «Транслизинг» (кредитор) заключены договоры уступки прав (цессии) №3989/ЛЦ, №3990, №3991, №3992, №4327, №4328, по которым ООО «Проспект-А» уступило ООО «НПФ Артель Лемеза» права и обязанности по вышеназванным договорам лизинга, а ООО «НПФ Артель Лемеза» обязалось за уступаемые права выплатить компенсацию в размере 1000 руб.; транспортные средства переданы цессионарию по актам приема-передачи (л.д.69-86 т.4). В соответствии с п.1.1 договоров ООО «НПФ Артель Лемеза» приняло на себя обязанности по уплате лизинговых платежей и выкупной стоимости предметов лизинга в общей сумме 6 666 010 руб.

В финансовом анализе должника управляющим сделаны следующие выводы: анализируя внеоборотные активы, следует сказать о неэффективности использования нематериальных активов. В частности, уступка права по договорам лизинга лишила предприятие автотранспорта, приносящего выгоду в процессе хозяйственной деятельности, при этом уступка прав была осуществлена на аффилированную структуру на очевидно невыгодных для должника условиях. С учетом повышенного коэффициента амортизации в лизинге, амортизационные отчисления после приобретения имущества в собственность, создали преимущества в виде снижения налоговой бремени.

Должником 26.02.2014 была произведена транзакция  на сумму 2 300 000 руб. в пользу аффилированного лица ООО «НПФ Артель Лемеза».

В отношении указанной сделки, при рассмотрении заявления конкурсного управляющего о признании сделки недействительной, судами установлено, что оспариваемая сделка по перечислению на расчетный счет ООО «НПФ Артель Лемеза» денежных средств в сумме 2 300 000 руб. с указанием в назначении платежа: оплата по счету  № 3 от 26.02.2014 за ГСМ, совершена менее чем за год до принятия заявления о признании ООО «Проспект-А» банкротом; при наличии у должника признаков неплатежеспособности (неисполненных обязательств перед обществом с ограниченной ответственностью «Авто Карт нефть», требования которого включены в реестр требований кредиторов и не погашены); в пользу заинтересованного лица (руководителем ООО «НПФ Артель Лемеза» на дату совершения сделки являлась ФИО5 – супруга руководителя и учредителя должника ФИО2); в целях причинения вреда кредиторам и такой вред фактически был причинен; учитывая, что совершение сделки привело к выбытию из имущественной сферы должника 2 300 000 руб. при недоказанности обоснованности платежа: наличия у должника обязательств перед ответчиком на указанную сумму, совершения ответчиком встречного предоставления в пользу должника на спорную сумму.

Ответчиком к апелляционной жалобе на определение суда первой инстанции были представлены документы в обоснование наличия встречных обязательств на спорную сумму - документы, свидетельствующие о погашении задолженности зачетом по письму ООО «Проспект-А» № 01/08 от 01.08.2014. Однако до этого, при рассмотрении апелляционной жалобы ООО «Артель Лемеза» на этот же судебный акт, в материалы дела были представлены товарные накладные за 2010-2011 годы, свидетельствующие о поставке товара ответчиком должнику. 

Суд апелляционной инстанции при рассмотрении апелляционной жалобы ФИО6 по существу, пришел к выводу о противоречивости представленных документов, дал им критическую оценку, при этом принял во внимание наличие аффилированности, изначальное перечисление денежных средств без встречного предоставления.  

Также суд учел представленные конкурсным управляющим ООО «Проспект-А» документы: Акт о проведении взаимозачета от 17.03.2014, о зачете задолженности ООО «НПФ Артель Лемеза» перед ООО «Проспект-А» по товарной накладной № 5 от 28.02.2014 на сумму 899 581,20 руб., Акт о проведении взаимозачета от 22.04.2014, о зачете задолженности ООО «НПФ Артель Лемеза» перед ООО «Проспект-А» по товарной накладной № 6 от 31.03.2014 на сумму 4 785 338,87 руб., Акт о проведении взаимозачета от 30.04.2014, о зачете задолженности ООО «НПФ Артель Лемеза» перед ООО «Проспект-А» по товарной накладной № 8 от 30.04.2014 на сумму 1 820 744 руб., Акт о проведении взаимозачета от 31.05.2014, о зачете задолженности ООО «НПФ Артель Лемеза» перед ООО «Проспект-А» по товарной накладной № 9 от 30.05.2014 на сумму 2 046 176,28 руб., Акт о проведении взаимозачета от 30.06.2014, о зачете задолженности ООО «НПФ Артель Лемеза» перед ООО «Проспект-А» по товарной накладной № 12 от 30.06.2014 на сумму 2 219 471,99 руб., Акт о проведении взаимозачета от 09.07.2014, о зачете задолженности ООО «НПФ Артель Лемеза» перед ООО «Проспект-А» по товарной накладной № 14 от 09.07.2014 на 94 055,75 руб., Акта о проведении взаимозачета от 31.07.2014, о зачете задолженности ООО «НПФ Артель Лемеза» перед ООО «Проспект-А» по товарной накладной № 15 от 31.07.2014 на сумму 374 389,59 руб.

 Указанные сделки совершены до 01.08.2014, предусматривали зачет спорной суммы в том числе. 

Возражая против доводов конкурсного управляющего в отношении договоров лизинга и уступки права, ответчик в суде первой инстанции пояснил, что указанные в договорах транспортные средства коммерчески эксплуатировались ООО «Проспект-А» и на момент заключения договоров уступки прав и обязанностей имели почти стопроцентный износ; заключение договоров вызвано тяжелым финансовым положением ООО «Проспект-А», вызнанным неплатежами со стороны ООО «Гранит», ООО «Уралавтотехника», ООО «ИДН-технология» и ряда иных дебиторов. Кроме того, авансовые платежи по всем договорам лизинга осуществлены за счет заемных средств на сумму 2 104 270 руб., предоставленных обществу «Проспект-А» обществом «Центр-ОптТорг» по договору займа. При заключении договоров уступки прав обязательства по возврату займа также перешли к ООО «НПФ Артель Лемеза».

В материалы дела ответчиком представлен договор займа № 06/06-12 от 06.06.2012,  заключенный  между  ООО  «Центр-ОптТорг» (займодавец) и ООО  «Проспект-А» (заемщик) на сумму займа 2 104 270 руб. на срок до 01.05.2013,  по условиям которого заемщик обязался использовать сумму займа для совершения платежей: по договору № 846 от 22.05.2012 – 173 330 руб., по каждому из договоров 3989/Л, № 3990/Л, №3991/Л, №3992/Л – 482 735 руб., проценты договором не предусмотрены (л.д.91 т.4). Денежные средства в сумме 2 104 270 руб. перечислены займодавцем на счет заемщика платежным поручением № 89 от 08.06.2012 (л.д.90 т.3). Платежными поручениями от 09.06.2012 №№ 126,127,128,129 ООО «Проспект-А» перечислило на счет ООО «Транслизинг» денежные средства в общей сумме 1 930 940 руб. в качестве авансовых платежей размере 482 735 руб. по каждому договору лизинга №№ 3989/Л, № 3990/Л, №3991/Л, №3992/Л (л.д.65-68 т.4).

14.03.2014 между ООО «Проспект-А» и ООО «НПФ Артель Лемеза» заключен договор о переводе долга, по которому ООО «НПФ Артель Лемеза» приняло на себя обязательства ООО «Проспект-А» по договору займа № 06/06-12 от 06.06.2012 (л.д. 92-93 т.4). Перевод долга на нового должника согласован кредитором ООО «Центр-ОптТорг» письмом от 17.03.2014 (л.д.89 т.4).

Однако, доказательства того, что по договорам уступки должником переданы ООО «НПФ Артель Лемеза» транспортные средства, имевшие почти стопроцентный износ, ответчиком не представлены.

Из платежных поручений следует, что, помимо авансовых платежей в размере 1 930 940 руб., ООО «Проспект-А» перечислило на счет ООО    «Транслизинг» денежные средства в сумме 7 675 750 руб. в качестве платежей   по шести договорам лизинга.

На момент совершения сделок значительная часть платежей по договорам лизинга с правом выкупа была выплачена должником - прежним лизингополучателем, который не получил от нового лизингополучателя соразмерной компенсации затрат, связанных с ранее произведенной лизингодателю оплатой договорных платежей.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что конкурсным управляющим доказана причинно-следственная связь между действиями бывшего руководителя и неблагоприятными последствиями в виде наступления или усугубления неплатежеспособности должника.

Выводы суда первой инстанции в указанной части являются верными. 

В финансовом анализе должника конкурсным управляющим также сделаны выводы о том, что предприятие было обеспечено транспортными средствами для перевозки груза, по состоянию на 22.05.2015 производственные мощности загружены на 0% от возможного ввиду отказа от ведения хозяйственной деятельности путем передачи транспортных средств аффилированному лицу ООО «НПФ Артель Лемеза» за неравноценное встречное предоставление. ООО «НПФ Артель Лемеза» регулярно предоставляет финансовую помощь в сумме равной стоимости приобретенного предприятием топлива у поставщика. Деятельность предприятия можно охарактеризовать как обслуживание потребностей ООО «НПФ Артель Лемеза» в перевозке грузов. Руководство предприятия осознанно осуществляло действия по перемещению активов и производственной деятельности  на аффилированные лица в целях освобождения от обязательств перед отдельными кредиторами. Управленческие решения не соответствуют обычаям делового оборота, количество приобретенного топлива не соответствует количеству автотранспорта. Предприятие могло стать собственником грузового автотранспорта, однако отказалось от его финансовой аренды и выкупа в пользу аффилированного лица. Деятельность предприятия поддерживается исключительно на ведение деятельности не за счет собственного капитала. Предприятие допускает заморозку на продолжительное время и своевременно не погашает краткосрочные обязательства, допуская тем самым возникновение просроченной задолженности, что приводит к ухудшению финансового положения и ведению нормальной хозяйственной деятельности. Восстановление платежеспособности не представляется возможным в прекращении хозяйственной деятельности вызванной уступкой прав на грузовой автотранспорт полученного по договорам лизинга ООО «Транслизинг», в результате совершенных сделок выбыли активы на общую сумму 17 300 000 руб.

Таким образом, из материалов дела следует, что руководителем должника была избрана модель ведения бизнеса, не способствующая развитию общества, деятельность должника была направлена на обслуживание деятельности аффилированного юридического лица, что привело к банкротству предприятия.

При указанных обстоятельствах судом первой инстанции сделан правильный и обоснованный вывод о наличии совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 29.10.2018 по делу № А76-26343/2014 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяС.В. Матвеева 

Судьи:А.А. Румянцев

О.В. Сотникова