АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1658/23 

Екатеринбург

02 августа 2023 г.

 

Дело № А60-28888/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 27 июля 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 02 августа 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Тихоновского Ф.И.,

судей Калугина В.Ю., Савицкой К.А.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 02.03.2023 по делу № А60-28888/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.05.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в Арбитражном суде Уральского округа приняли участие представители:

муниципального бюджетного учреждения «Центр обслуживания зданий и помещений» – ФИО2 (доверенность от 20.10.2022 № 25, паспорт); 

ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 12.08.2022 № 66 АА 7310684, удостоверение адвоката);

ФИО1 – ФИО4 (доверенность от 09.08.2022 № 23 АВ 2617508, удостоверение адвоката).

 

 Решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.12.2021 общество с ограниченной ответственностью «Тагил-Энерго лаборатория» (далее – должник, общество «ТЭЛ») признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО5 (далее – конкурсный управляющий). 

Конкурсный управляющий 14.06.2022 обратился в суд с заявлением о признании недействительными перечислений денежных средств, совершенных должником в пользу ФИО1 в общей сумме 10 871 000 руб. и в пользу ФИО3 в общей сумме 9 065 000 руб. на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчиков денежных средств в указанной сумме. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 02.03.2023 заявление конкурсного управляющего удовлетворено, признаны недействительными сделками платежи, совершенные обществом «ТЭЛ» в пользу ФИО1 на сумму 10 871 000 руб. и в пользу ФИО3 на сумму 9 065 000 руб.; применены последствия их недействительности в виде взыскания с ответчиков в конкурсную массу денежных средств в сумме 10 871 000 руб. и 9 065 000 руб. соответственно. 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.05.2023 определение суда первой инстанции оставлено без изменения. 

Не согласившись с указанными судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

Податель кассационной жалобы отмечает, что судами не было исследовано финансовое положение должника в период совершения оспариваемых платежей, при этом выводы судов о наличии у должника признаков неплатежеспособности на момент их совершения не соответствуют материалам дела. По мнению подателя кассационной жалобы, судами также не было учтено, что на момент совершения оспариваемых платежей у должника отсутствовала задолженность перед какими-либо кредиторами. ФИО1 отмечает, что мнимость сделки не доказана, так как представленные ответчиком доказательства подтверждают реальность заключенного договора и факт его исполнения (равноценность встречного предоставления), доказательств отличия действительной воли сторон от той, которая была указана в договоре, не представлено. 

Муниципальное бюджетное учреждение «Центр обслуживания зданий и помещений», конкурсный управляющий в отзывах на кассационную жалобу просят оставить обжалуемые судебные акты без изменения. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между ФИО3 и обществом «ТЭЛ» заключены следующие договоры: трудовой договор от 09.01.2017 (по совместительству на 1/2 ставки), который согласно пояснениям ответчика предполагает лишь подписание ФИО3 документов предприятия в качестве бухгалтера предприятия, а также гражданско-правовой договор от 01.01.2018, который, как указывает ответчик, включает в себя осуществление ФИО3 сопровождения хозяйственной деятельности общества «ТЭЛ» и консультирование по вопросам бухгалтерского учета.

Со ссылками на указанные договоры должник в период с 02.02.2017 по 10.07.2020 перечислил в пользу индивидуального предпринимателя ФИО3 денежные средства в сумме 10 150 000 руб., из которых 1 085 000 руб. 00 коп. были впоследствии возвращены должнику, 

Между ФИО1 и обществом «ТЭЛ» заключены следующие договоры: договор  на оказание услуг / выполнение работ по монтажу и наладке сетевого оборудования в узлах учета и регулирования тепловой энергии по соответствующим адресам (107 адресов) № 1; договор на оказание услуг по ежемесячному обслуживанию сетевого оборудования от 20.02.2017 № 2; договор на оказание услуг по ежемесячному обслуживанию сетевого оборудования от 01.02.2018.

В период с 07.02.2017 по 10.04.2019 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 по данным договорам перечислены денежные средства в сумме 10 871 000 руб. 

Ссылаясь на то, что названные перечисления денежных средств были совершены при наличии у должника признаков неплатежеспособности и в отсутствие встречного предоставления, в результате чего был причинен вред кредиторам, указывая на мнимость оспариваемых сделок, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с требованием о признании указанных перечислений недействительными на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции исходил из доказанности совокупности оснований для признания оспариваемых платежей недействительными ввиду их совершения со злоупотреблением правом с целью вывода активов должника посредством перечисления ответчикам, являющимся аффилированными лицами, значительных сумм в отсутствие реальной экономической выгоды для общества «ТЭЛ» и в отсутствии равноценного встречного предоставления. 

Суд апелляционной инстанции с данным выводом согласился. При этом суды обеих инстанций руководствовались следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными согласно Гражданскому кодексу Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным названным законом.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце четвертом пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена; в частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации; при наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом); с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, а также притворных сделок, то есть сделок, которые совершаются с целью прикрыть другие сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации); совершая мнимые либо притворные сделки, их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся, поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости или притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом; суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

В рассматриваемом случае судами установлено и материалами дела подтверждено, что ФИО3 и ФИО1 состоят в браке.

Как следует из материалов дела и не оспаривается лицами, участвующими в деле, ФИО3 в период с 09.01.2017 по 29.02.2019 занимала должность главного бухгалтера общества «ТЭЛ» на основании трудового договора. Одновременно с ФИО3 был заключен гражданско-правовой договор от 01.01.2018 на выполнение бухгалтерских услуг. 

Суд неоднократно предлагал ФИО3 представить документы, подтверждающие реальность выполнения работ, а также обосновать необходимость заключения договора на выполнение бухгалтерских услуг при одновременном сохранении трудовых отношений с должником.

Вместе с тем, ФИО3 не представлено доказательств, что спектр работ, выполняемых ею как привлеченным специалистом по договору оказания бухгалтерских услуг, каким-либо образом отличался от ее должностных обязанностей, установленных трудовым договором, и выходил за их пределы, а равно и не представлено доказательств, свидетельствующих об экономической обоснованности оказания ею бухгалтерских услуг на сумму 9 065 000 руб. при условии, что должник в спорный период применял упрощенную систему налогообложения и имел только лишь одного контрагента. 

Представленные ФИО3 журналы учета операций не были признаны судами достоверным доказательством оказания услуг, поскольку отражают только факты хозяйственной жизни общества «ТЭЛ» (реализация, списание, выставление счетов-фактур), но не подтверждают факт оказания каких-либо услуг ФИО3 как главным бухгалтером и как привлеченным специалистом, не конкретизируют услуги (работы), не отражают расценку каждой оказанной услуги (выполненной) работы, в связи с чем не позволяют достоверно установить факт оказания услуг, их содержание и стоимость. 

При таких обстоятельств, учитывая, что ФИО3 не представлены доказательства оказания услуг (выполнения работ) по гражданско-правовому договору от 01.01.2018, которые позволяли бы достоверно определить наименование оказанных услуг, их объем и цену, с учетом отсутствия экономической целесообразности привлечения специалиста для ведения бухгалтерского учета общества «ТЭЛ», прекращении гражданских правоотношений между ФИО3 и должником после прекращения поступления бюджетных денежных средств на счета должника, суды обоснованно заключили, что фактически работы не выполнялись, а заключение договора и перечисление ФИО3 денежных средств преследовало цель вывода активов должника в пользу аффилированного лица. 

В свою очередь, ФИО1 также не представил доказательств оказания им услуг в рамках заключенных с ним договоров. 

Как следует из материалов дела, с февраля 2018 года по апрель 2019 года в качестве работников общества «ТЭЛ» числилось 28 человек, в том числе по профессиям и специальностям, в чьи обязанности входило выполнение работ, предусмотренных в договорах с ФИО1, при этом доказательств обоснованности и необходимости привлечения ФИО1 как стороннего специалиста не представлено. 

Представленные в материалы дела журналы и акты вызовов ФИО1 на объекты были оценены судами и не признаны подтверждающими реальность выполнения каких-либо работ, поскольку являются обезличенными, не содержат указания на то, какие конкретно услуги были оказаны, на каком объекте, какое оборудование было заменено или установлено, а также не отражают стоимость каждой оказанной услуги. Доказательств предоставления ФИО6 допусков к объектам, принадлежащим муниципальному бюджетному учреждению «Центр обслуживания зданий и помещений», не представлено. 

Помимо этого, постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2020 по делу № А60-44715/2018, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 02.04.2021, установлено, что общество «ТЭЛ» никаких работ своими силами не выполняло, работы по энергосервисным контрактам, для обеспечения выполнения которых и были заключены договоры с ФИО1, выполняло само предприятие «НТТС». 

С учетом изложенного, суды обеих инстанций заключили, что ФИО1 и должником был организован формальный документооборот, направленный на вывод денежных средств.  

Суд округа принимает во внимание, что в материалы настоящего дела представлен минимальный набор доказательств, при этом ответчиком фактически была занята пассивная позиция в опровержении этих доказательств.

При таких обстоятельствах, исследовав и оценив все представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи в порядке, установленном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что ответчиками не представлено допустимых и достоверных доказательств выполнения работ (оказания услуг) по заключенным с ними гражданско-правовым договорам, отсутствие реальной экономической необходимости в заключении спорных договоров, а также установления в рамках дела № А60-44715/2020 отсутствия факта выполнения каких-либо работ силами должника, предоставление ответчиками  минимального набора доказательств в подтверждение реальности оказанных услуг при наличии возражений иных лиц о мнимости спорных договоров, установив, что стороны спорных договоров преследовали единственную цель необоснованного вывода ликвидного актива из оборота должника в пользу аффилированных лиц, цели, которую обычно достигают стороны при заключении договора оказания услуг, стороны спорной сделки не имели, и, исходя из того, что спорные договоры с ответчиками заключены для вида, без намерения создать соответствующие таким договорам правовые последствия, суды пришли к верному выводу о совершении спорных сделок со злоупотреблением правом, с целью вывода ликвидного актива должника в пользу аффилированных лиц, наличия всех необходимых и достаточных оснований для признания таких сделок недействительными на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Указанные выводы судов являются правильными, оснований не согласиться с ними у суда округа не имеется. 

Довод подателя кассационной жалобы об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения спорных платежей судом округа рассмотрен и отклонен по следующим основаниям. 

Как уже было указано, постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2020 по делу № А60-44715/2018, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 02.04.2021, признаны недействительными договоры возмездного оказания услуг (выполнения работ) от 23.11.2015 № 627/15 и от 09.01.2017 № 7/2017, заключенные между обществом «ТЭЛ» и нижнетагильским муниципальным унитарным предприятием «Нижнетагильские тепловые сети» (далее – предприятие «НТТС»), применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с должника в пользу предприятия «НТТС» денежных средств в сумме 46 585 920 руб. 63 коп.

В настоящее время требование предприятия «НТТС» в сумме 46 585 920 руб. 63 коп. включено в реестр требований кредиторов общества «ТЭЛ». Указанная задолженность объективно существовала на момент осуществления оспариваемых перечислений.

Указания подателя кассационной жалобы на недоказанность мнимости сделки и несоответствия содержания сделки действительной воли сторон, а также на то, что факт выполнения работ (оказания услуг) ответчиками подтвержден материалами дела, были предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций, обоснованно ими отклонены как противоречащие материалам обособленного спора и обстоятельствам, установленным вступившим в законную силу постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2020 по делу № А60-44715/2018. 

Доводы кассационной жалобы в данной части судом округа отклоняются, так как они сводятся к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом податель кассационной жалобы фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Указание подателя кассационной жалобы на необоснованное применение судами повышенного стандарта доказывания при рассмотрении спора об оспаривании сделки судом округа не принимается, поскольку в рассматриваемом случае установлена аффилированность должника с ответчиками по требованию о признании сделки недействительной, в связи с чем на них переходит бремя по опровержению соответствующих обстоятельств и раскрытия разумных экономических мотивов совершения сделки. 

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 02.03.2023 по делу № А60-28888/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.05.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               Ф.И. Тихоновский 

 

Судьи                                                                            В.Ю. Калугин 

 

                                                                                             К.А. Савицкая