ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула

Дело № А54-6225/2018

20АП-8482/2019

Резолютивная   часть постановления объявлена  14.05.2020

Постановление в полном объеме изготовлено 20.05.2020

      Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Волошиной Н.А., судей Афанасьевой Е.И.  и Тучковой О.Г.., при ведении протокола секретарем судебного заседания  Юрьевым Е.Ю.,  при участии в судебном заседании: в отсутствие  лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу  УФНС России по Рязанской области на определение Арбитражного суда  Рязанской области от 29 октября 2019 года    по делу № А54-6225/2018  (судья Иванова В.Н.),  принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ТЕХНОЛОГ» (ОГРН 5147746365685) о включении в реестр требований кредиторов в сумме 8 488 222 руб. 19 коп.,в рамках дела о признани0и общества с ограниченной ответственностью «ЭЛЕКТРОННЫЕ ВАКУУМНЫЕ ПРИБОРЫ» (ОГРН 1026201110847, ИНН 6230039275) несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

Федеральная налоговая служба обратилась в Арбитражный суд Рязанской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «ЭЛЕКТРОННЫЕ ВАКУУМНЫЕ ПРИБОРЫ» (далее по тексту - ООО «ЭВП»).

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 30.07.2018 заявление Федеральной налоговой службы оставлено без движения. 

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 28.08.2018 заявление принято к производству, возбужденно производство по делу и назначено к рассмотрению с привлечением лиц, участвующих в деле.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 07.11.2018 (резолютивная часть определения объявлена в судебном заседании 06.11.2018) ООО «ЭВП» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении должника введена процедура банкротства - наблюдение. Временным управляющим утвержден ФИО2.

Сообщение о введении наблюдения в отношении должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» 17.11.2018.

21.01.2019 (согласно почтового штемпеля на конверте) общество с ограниченной ответственностью «ТЕХНОЛОГ» (далее по тексту - ООО «ТЕХНОЛОГ») обратилось в Арбитражный суд Рязанской области с заявлением, в котором просит:

- включить в реестр требований кредиторов должника ООО «ЭВП» требование третьей очереди ООО «ТЕХНОЛОГ» о выплате суммы задолженности по возврату основного долга и процентов на сумму 8 327 616 руб. 71 коп.;

- учесть отдельно в составе третьей очереди реестра требований кредиторов ООО «ЭВП» требования ООО «ТЕХНОЛОГ» по оплате пени в размере 160 605 руб. 48 коп.

В связи с тем, что заявление ООО "ТЕХНОЛОГ" было подано с нарушением требования, установленного статьей 71 Закона о банкротстве срока для предъявления требования в период наблюдения, определением Арбитражного суда Рязанской области от 31.01.2019 оно принято к производству для рассмотрения после введения процедуры, следующей за процедурой наблюдения.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 16.04.2019 в отношении ООО «ЭВП» введена процедура банкротства - внешнее управление. Внешним управляющим имуществом ООО «ЭВП» утвержден ФИО2.

Сообщение о введении процедуры банкротства - внешнее управление в отношении должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» 20.04.2019.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 17.04.2019 заявление назначено к рассмотрению в судебном заседании с привлечением лиц, участвующих в деле.

В материалы дела от кредитора - ПРИО-ВНЕШТОРГБАНК (ПАО) потупил отзыв, согласно которому кредитор возражал относительно включения требования ООО «ТЕХНОЛОГ» в реестр требований кредиторов должника. ПРИО- ВНЕШТОРГБАНК (ПАО) полагало, что действия ООО «ТЕХНОЛОГ» совершены в рамках правоотношений между участником общества и обществом по управлению последним, и как следствие, не подпадают под понятие денежного обязательства, предусмотренного абзацем 4 статьи 2 Закона о банкротстве. ПРИО- ВНЕШТОРГБАНК (ПАО) полагало, что заявление ООО «ТЕХНОЛОГ» подано с противоправной целью в виде уменьшения количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), выдача займов в виду отсутствия разумной хозяйственной цели и экономической целесообразности, является перераспределением активов внутри корпоративной группы.

В материалы дела от Федеральной налоговой службы поступил отзыв, согласно которому кредитор возражал относительно включения требования ООО «ТЕХНОЛОГ» в реестр требований кредиторов должника. Федеральная налоговая служба полагала, что денежные средства не являлись займами, а представляли собой капиталозамещающее корпоративное финансирование должника, ввиду того, что выданные займы предоставлялись контролирующим лицом, в сложный финансовый период для должника. Также Федеральная налоговая служба полагала, что договоры займа являются притворными сделками (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) и заключены при злоупотреблении правом в обход закона (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Определением  от 29.10.2019   суд включил в третью очередь реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «ЭЛЕКТРОННЫЕ ВАКУУМНЫЕ ПРИБОРЫ» (390023, 

<

...> ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) требования общества с ограниченной ответственностью «ТЕХНОЛОГ» (109431, 

<

...>, пом. ХХХ1 ком. 11А ОГРН 

<

***>) в сумме 8 488 222 руб. 19 коп., из которых 7 150 000 руб. - основной долг, 1 177 616 руб. 71 коп. - проценты, 160 605 руб. 48 коп. - пени.

Не согласившись с принятым судебным актом, УФНС России по Рязанской области  обратился в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе ООО «Технолог» в удовлетворении заявленных требований.

Мотивируя позицию, заявитель жалобы  указывает,  что судом области неверно  дана оценка характеру отношений между должником и ООО «Технолог» (займодавец) , так как последний является основным учредителем должника, что в свою очередь, указывает на отсутствие фактора гражданско-правовых отношений.  Указывает, что на даты предоставления займов, у должника имелась просроченная задолженность перед кредиторами. 

От ООО «Технолог» поступили возражения на апелляционную жалобу, в удовлетворении которой просит суд отказать. 

От уполномоченного органа  поступило ходатайство об отложении судебного заседания  в связи с тем, что сотрудник не оформил пропуск для въезда на территорию Тульской области. 

Основания для отложения судебного разбирательства установлены статьей 158 АПК РФ, пунктами 3 и 4 которой предусмотрено право суда отложить судебное разбирательство в случае неявки представителя, если суд признание причину неявки уважительной. 

Ходатайство уполномоченного органа  об отложении судебного разбирательства не содержит доводов о наличии уважительных причин неявки представителя заявителя в судебное заседание.

При этом, апелляционный суд считает необходимым разъяснить, что отсутствие представителя стороны в судебном заседании не является безусловной необходимостью и не создает препятствий для рассмотрения дела. 

Лицу, участвующему в деле, которое настаивает на участии представителя в судебном заседании, и ходатайствует при этом об отложении разбирательства в связи с невозможностью обеспечить явку представителя, необходимо пояснить какие процессуальные действия, без которых невозможно рассмотрение дела,  должен совершить в судебном заседании представитель, а также, почему процессуальные возможности заявителя не могут быть реализованы дистанционно посредством направления заявлений, ходатайств, дополнительных доказательств почтовой связью, электронной почтой или иными средствами коммуникации.   

Ходатайство уполномоченного органа  об отложении  судебного разбирательства не содержит сведений о цели отложения заседания, в связи с чем, признано апелляционным судом необоснованным и не подлежащим удовлетворению.  

Лица, участвующие в деле о банкротстве в данном обособленном споре, в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом. Дело рассмотрено в отсутствие неявившихся надлежаще извещенных участвующих в деле о банкротстве лиц на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –  Кодекс).

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266 и 268 Кодекса в пределах доводов апелляционной жалобы.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

Согласно положениям пункта 1 статьи 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации с особенностями, установленными настоящим Федеральным Законом.

В соответствии с пунктом 7 статьи 16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в реестре требований кредиторов указываются сведения о каждом кредиторе, о размере его требований к должнику, об очередности удовлетворения каждого требования кредитора, а также основания возникновения требований кредиторов.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, предусмотренным соответствующими статьями Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

Как следует из материалов дела и установлено судом области, 15.04.2016 между ООО «ЭВП» (заемщик) и ООО «ТЕХНОЛОГ» (заимодавец) заключен договор финансовой помощи участника по договору займа, согласно которому заимодавец предоставляет заемщику в качестве временной финансовой помощи заемные денежные средства в размере 5 000 000 руб. сроком до 31.12.2020.

В соответствии с п.2.1 договора заимодавец обязан предоставить денежные средства заемщику путем перечисления указанных в п. 1.1 Договора денежных средств на расчетный счет заемщика.

Пунктом 4.1 договора предусмотрено, что за пользование заемными средствами начисляются проценты в размере 8% годовых.

10.11.2016 между заемщиком и заимодавцем заключено дополнительное соглашение № 1 к договору, в соответствии с которым заимодавец предоставляет заемщику в качестве временной финансовой помощи заемные денежные средства в размере 10 000 000 руб. сроком до 31.12.2020.

Заимодавец во исполнение договора и дополнительного соглашения перечислил заемщику денежные средства в общей сумме 6 650 000 руб., что подтверждается платежными поручениями: № 72 от 15.04.2016, № 85 от 22.04.2016, № 165 от 21.07.2016, № 332 от 30.12.2016, № 138 от 30.06.2016, № 231 от 12.10.2016, № 267 от 21.11.2016, № 262 от 11.11.2016, № 114 от 24.05.2016, № 31 от 15.02.2017, № 76 от 24.03.2017, № 99 от 13.04.2017.

В заявлении кредитор указал, что задолженность по договору займа составляет 7 809 534 руб. 52 коп., из которых основной долг - 6 650 000 руб., проценты за пользование займом 1 159 534 руб. 52 коп.

18.07.2017 между ООО "ЭВП" (заемщик) и ООО "ТЕХНОЛОГ" (заимодавец) был заключен договор займа, согласно которому заимодавец предоставляет заемщику в качестве временной финансовой помощи заемные денежные средства в размере 500 000 руб. сроком до 31.12.2017.

В соответствии с п.2.1 договора заимодавец обязан предоставить денежные средства заемщику путем перечисления указанных в п. 1.1 Договора денежных средств на расчетный счет заемщика.

Пунктом 4.1 договора предусмотрено, что за пользование заемными средствами начисляются проценты в размере 8% годовых.

Заимодавец перечислил заемщику 500 000 руб. по платежному поручению № 201 от 19.07.2017.

Согласно прилагаемого расчета задолженность по договору составляет 678 687 руб. 67 коп., в том числе: основной долг - 500 000 руб., проценты за пользование займом - 18 082 руб. 19 коп., пени - 160 605 руб. 48 коп.

Удовлетворяя заявленные требования, суд области  руководствовался следующим. 

В порядке пункта 1 статьи 100 Закона о банкротстве, кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность указанных требований документов. Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Внешний управляющий обязан включить в течение пяти дней с даты получения требований кредитора в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве сведения о получении требований кредитора с указанием наименования (для юридического лица) или фамилии, имени, отчества (для физического лица) кредитора, идентификационного номера налогоплательщика, основного государственного регистрационного номера (при их наличии), суммы заявленных требований, основания их возникновения и обязан предоставить лицам, участвующим в деле о банкротстве, возможность ознакомиться с требованиями кредитора и прилагаемыми к ним документами.

Возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд внешним управляющим, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника - унитарного предприятия, а также кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов. Такие возражения предъявляются в течение тридцати дней с даты включения в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве сведений о получении требований соответствующего кредитора.

Проверка обоснованности требований кредиторов и наличие оснований для включения этих требований в реестр кредиторов должника предполагает установление характера обязательства должника, из неисполнения которого возникла задолженность перед кредитором, наличие и размер этой задолженности.

В материалы дела поступили возражения на заявление ООО "ТЕХНОЛОГ" о включении в реестр требований кредиторов ООО "ЭВП" от Федеральной налоговой службы, от ПРИО-ВНЕШТОРГБАНК (ПАО).

Закон о банкротстве возлагает на арбитражный суд обязанность проверить обоснованность требований кредиторов с учетом возражений, поступивших относительно этих требований. Отсутствие возражений лиц, указанных в части 2 статьи 71 Закона о банкротстве, на включение заявленных требований кредиторов в реестр не освобождает арбитражный суд от проверки обоснованности этих требований.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Как усматривается из материалов дела, спорные правоотношения вытекают из договоров займа, которые регулируются параграфом 42 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей (пункт 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В подтверждение договора займа и его условий могут быть представлены документы, удостоверяющие передачу заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания названных норм следует, что договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

В силу статьи 812 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от займодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в обоснование заявленного требования доказательства, суд области признал их достаточными для включения требования ООО "Технолог" в реестр требований кредиторов ООО "ЭВП".

Федеральная налоговая служба, ПРИО-ВНЕШТОРГБАНК (ПАО) в обоснование своих возражений ссылаются на то, что в действительности, денежные средства не являлись займами, а представляли собой капиталозамещающее корпоративное финансирование должника, ввиду того, что выданные займы предоставлялись контролирующим лицом, в сложный финансовый период для должника. Также Федеральная налоговая служба полагала, что договоры займа являются притворными сделками (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) и заключены при злоупотреблении правом в обход закона (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как указал суд области, в ходе судебных разбирательств руководитель ООО "ЭВП" пояснял, что основной вид деятельности ООО "ЭВП": производство электронных вакуумных ламп и трубок и прочих электронных вакуумных приборов по номенклатуре, а также для ремонтных предприятий, со специальным видом деятельности. Для заключения договоров требуется банковская гарантия на всю сумму договора. Как пояснял руководитель ООО "ЭВП", оплата банковской гарантии от 4 до 6%, от суммы договора, причем недопустимо оплачивать из средств спецзаказа (сейчас разрешено). Как пояснял руководитель ООО "ЭВП", в связи с крайне сложным финансовым положением им неоднократно отправлялись обращения к участникам о финансовой помощи, обеспеченные работой и выданные гарантии для подписания контракта. Ответ на данные обращения был получен только от ООО "Технолог", который предоставил помощь по нескольким договорам, что обеспечило закупку материалов, оплату энергетики и оплату банковской гарантии. Данные средства были зачислены на особый счет по ГОЗ и в дальнейшем, использованы для закупки материалов. При отсутствии данной финансовой помощи ГОЗ был бы гарантировано сорван с соответствующими последствиями. Как пояснял руководитель ООО "ЭВП", при функционировании должника в отсутствие кризисных факторов ООО "Технолог" как его участник не оказывал влияние на хозяйственную деятельность должника посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятие стратегических управленческих решений и т.д. Кредитор не получал дивиденды от должника, не предлагал на годовых общих собраниях как обязательную кандидатуру ФИО3 в качестве генерального директора ООО "ЭВП". По просьбе должника ООО "Технолог", исходя из своих финансовых возможностей, оказывал должнику временную финансовую помощь путем предоставления заемных средств.

В материалы дела руководитель ООО "ЭВП" представил сведения о получении и использовании займов учредителя ООО "Технолог". В подтверждении реальности совершенной сделки в материалы дела представлена выписка о движении денежных средств.

Доводы о мнимости спорных договоров займа судом области были отклонены  поскольку  обязательства по предоставлению займов были реально исполнены ООО "Технолог". 

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ доказательства, представленные участвующими в рассмотрении настоящего обособленного спора лицами в обоснование своих требований и возражений, пояснения лиц, участвующих в рассмотрении обособленного спора, исследовав спорные правоотношения сторон, суд области  пришел к выводу об отсутствии оснований для квалификации сложившихся заемных отношений как отношений по увеличению уставного капитала общества. Доводы Федеральной налоговой службы указывающие на инвестиционный характер заемных отношений носят предположительный характер и не подкреплены соответствующими доказательствами.

Также суд не нашел  оснований для отказа во включении в реестр требований кредиторов должника по правилам статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, суд области включил в реестр требований кредиторов ООО "ЭВП" задолженность ООО "ТЕХНОЛОГ" в сумме 8 488 222 руб. 19 коп., из которых 7 150 000 руб. - основной долг, 1 177 616 руб. 71 коп. - проценты, 160 605 руб. 48 коп. - пени.

По смыслу пункта 3 статьи 137 Закона о банкротстве эти требования учитываются отдельно в реестре требований кредиторов и подлежат удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов. Данные требования не учитываются для целей определения числа голосов на собрании кредиторов, и именно на них распространяются правила о прекращении начисления финансовых санкций с момента введения соответствующей процедуры банкротства.

Между тем, судебная коллегия не может согласиться с выводами суда области в части определения очередности включения  заявленных требований в реестр требований кредиторов должника.  

Как следует из материалов дела, ООО «Технолог» согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Электронные вакуумные приборы»,  является частником должника с долей 50,02% , т.е. фактически контролирующим лицом должника.  

Из абзаца четвертого статьи 2 Закона о банкротстве следует, что для целей законодательства о банкротстве под денежным обязательством понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному, предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации, бюджетным законодательством Российской Федерации основанию.

Согласно абзацу 8 статьи 2 Закона о банкротстве конкурсными кредиторами являются кредиторы по денежным обязательствам, за исключением учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия.

Участник коммерческой организации располагает различными процедурами управления корпорацией и ее имуществом, влияет на формирование волеизъявления высшего органа корпоративного юридического лица. Такой способ удовлетворения интересов управомоченной стороны отличает корпоративные отношения от типичного гражданско-правового регулирования, где субъекты самостоятельны и независимы друг от друга и поэтому не могут непосредственно участвовать в формировании воли контрагента.

Кредитор, выдавая кредит в обычной практике взаимоотношений участников гражданского оборота, обоснованно рассчитывает на его возврат заемщиком и получение платы, а также стремится повысить вероятность исполнения заемщиком своего обязательства по возврату денег, заключая в этих целях обеспечительные сделки.

Если обстоятельства выдачи займа, заключения и исполнения его сторонами, свидетельствуют о наличии у сторон корпоративного интереса, экономически обусловленного наличием возможности управления делами в обществе и получения от этого выгод, и существенно отличаются от разумного общепринятого стандарта заемных отношений с условиями платности, своевременности возврата денежных средств, обеспеченности обязательства, соотносимости с рыночными условиями процентной ставки и т.п., то такое требование лица считается возникшим из отношений, связанных с участием в корпоративных организациях или с управлением ими.

Положение статьи 2 Закона о банкротстве, исключающее из числа конкурсных кредиторов учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия, определяется также тем, что характер этих обязательств непосредственно связан с ответственностью указанных лиц за деятельность общества в пределах стоимости принадлежащих им долей. Участники общества - должника ответственны за эффективную деятельность самого общества и, соответственно, несут риск наступления негативных последствий своего управления им.

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника, в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений.

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

Учредители (участники) юридического лица (должника) по правоотношениям, связанным с таким участием (корпоративные отношения), не могут являться его кредиторами в деле о банкротстве; требования участника юридического лица не могут конкурировать с обязательствами должника перед иными кредиторами - участниками гражданского оборота: участники должника вправе претендовать лишь на часть имущества общества, оставшегося после расчетов с другими кредиторами.

Такое толкование соответствует основным началам гражданского законодательства, определяющим возможность ограничения гражданских прав только на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства, а также принципу добросовестности участников гражданских правоотношений при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(2), действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что заинтересованное по отношению к должнику лицо является его заимодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

Таким образом, в случае заемного финансирования необходимо исследовать правовую природу заявленного требования для определения допустимости его включения в реестр, обстоятельства выдачи денежных средств, а также степень влияния кредитора-учредителя на управление делами общества.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства.

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д. (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017).

Исходя из конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного.

Как следует из  материалов дела, ООО «Технолог» во исполнение договоров займа  перечислил денежные средства по   платежным поручениям: № 72 от 15.04.2016, № 85 от 22.04.2016, № 165 от 21.07.2016, № 332 от 30.12.2016, № 138 от 30.06.2016, № 231 от 12.10.2016, № 267 от 21.11.2016, № 262 от 11.11.2016, № 114 от 24.05.2016, № 31 от 15.02.2017, № 76 от 24.03.2017, № 99 от 13.04.2017. №201 от 19.07.2017.

В материалы дела руководитель ООО "ЭВП" представил сведения о получении и использовании займов учредителя ООО "Технолог". В подтверждении реальности совершенной сделки в материалы дела представлена выписка о движении денежных средств по расчетному счету должника. Из данных документов усматривается следующее. 

Согласно письменным пояснениям руководила должника (т.12 л.д. 2012),  основным видом деятельности ООО "ЭВП" является : производство электронных вакуумных ламп и трубок и прочих электронных вакуумных приборов по номенклатуре, а также для ремонтных предприятий, со специальным видом деятельности. Для заключения договоров требуется банковская гарантия на всю сумму договора. Как пояснял руководитель ООО "ЭВП", оплата банковской гарантии от 4 до 6%, от суммы договора, причем недопустимо оплачивать из средств спецзаказа (сейчас разрешено). Как пояснял руководитель ООО "ЭВП", в связи с крайне сложным финансовым положением им неоднократно отправлялись обращения к участникам о финансовой помощи, обеспеченные работой и выданные гарантии для подписания контракта. Ответ на данные обращения был получен только от ООО "Технолог", который предоставил помощь по нескольким договорам, что обеспечило закупку материалов, оплату энергетики и оплату банковской гарантии. Данные средства были зачислены на особый счет по ГОЗ и в дальнейшем, использованы для закупки материалов. При отсутствии данной финансовой помощи ГОЗ был бы гарантировано сорван с соответствующими последствиями. Как пояснял руководитель ООО "ЭВП", при функционировании должника в отсутствие кризисных факторов ООО "Технолог" как его участник не оказывал влияние на хозяйственную деятельность должника посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятие стратегических управленческих решений и т.д. Кредитор не получал дивиденды от должника, не предлагал на годовых общих собраниях как обязательную кандидатуру ФИО3 в качестве генерального директора ООО "ЭВП".

 По просьбе должника ООО "Технолог", исходя из своих финансовых возможностей, оказывал должнику временную финансовую помощь путем предоставления заемных средств.

В материалы дела руководителем ООО «ЭВП» представлены  сведения об использовании денежных средств, полученных по договорам займа от ООО «Технолог», из которых усматривается следующее (т.12 л.д. 213-214).

Денежные средства в размере 500 000, полученные по платежному поручению  №140 от 15.04.2016 были направлены на  погашение процентов по кредитным обязательства, на выплату заработной платы, оплату налогов, оплату услуг банка, оплата штрафа.

Денежные средства в размере 200 000, полученные по платежному поручению  №150 от 22.04.2016 были направлены на  погашение лизинговых платежей,  оплату электрической энергии,   налогов, материалов, работ и услуг. 

Денежные средства в размере 100 000, полученные по платежному поручению  №182 от 24.05.2016 были направлены на  оплату услуг и штрафа.

Денежные средства в размере 3 000 000, полученные по платежному поручению  №138 от 30.06.2016 были направлены на  погашение  кредитных обязательств (2 000 000 руб.), уплату процентов. 

Денежные средства в размере 100 000, полученные по платежному поручению  №165 от 21.07.2016 были направлены на  оплату банковской гарантии.

Денежные средства в размере 750 000, полученные по платежному поручению  №334 от 12.10.2016 были направлены на  оплату материалов,  на выплату заработной платы, оплату налогов, оплату услуг банка.

Денежные средства в размере 250 000, полученные по платежному поручению  №371 от 11.11.2016 были направлены на  оплату участия в электронных торгах,   оплату налогов и сборов.

Денежные средства в размере 150 000, полученные по платежному поручению  №379 от 21.11.2016 были направлены на  оплату электроэнергии , услуг, услуг банка.

Денежные средства в размере 1 000 000, полученные по платежному поручению  №429 от 30.12.2016 были направлены на  погашение процентов по кредитным обязательствам, погашение кредита.

Денежные средства в размере 250 000, полученные по платежному поручению  №32  от 16.02.2017 были направлены на  выплату заработной платы, оплату налогов, оплату услуг банка. 

Денежные средства в размере 50 000, полученные по платежному поручению  №63 от 24.03.2017 были направлены на  выплату заработной платы.

Денежные средства в размере 300 000, полученные по платежному поручению  №94 от 13.04.2017 были направлены на  выплату заработной платы, оплату налогов и взносов, оплату услуг банка,  страхование, материалов.

Денежные средства в размере 500 000, полученные по платежному поручению  №178 от 19.07.2017 были направлены оплату материалов. 

Судебной коллегией установлено,  что  даты заключения договоров займа, у должника имелись неисполнения обязательства перед другими кредиторам, впоследствии включёнными в реестр требований кредиторов.

В частности,  решением Арбитражного суда Рязанской области от 04.05.2018 по делу №А54-802/2018  с должника в пользу ООО ПКФ «Элитс» взыскана задолженность  по договору купли-продажи оборудования от 20.02.2015 в размере 20 000 000 рублей основного долга (период образования задолженности 01.06.2015). Требования ООО ПКФ «Элитс» включены в реестр требований кредиторов должника определением  Арбитражного суда Рязанской области от 21.01.2019.  

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 06.11.2019  в реестр требований кредиторов должника включены  требования  ООО «Универсальный фондовый банк» в размере 43 325 720,52 руб. (основной долг), как обеспеченные залогом имущества должника. Засолённость перед Банком вытекает из кредитных договоров, заключённых с должником в период с 25.03.2015 по 09.09.2016. и др. 

Сама по себе выдача контролирующим лицом денежных средств подконтрольному обществу посредством заключения с ним договора займа не свидетельствует о том, что обязательство по возврату полученной суммы вытекает из участия в уставном капитале (абзац восьмой ст. 2 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве). Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений о безусловном понижении очередности удовлетворения некорпоративных требований кредиторов, относящихся к числу контролирующих должника лиц. Из фундаментального принципа автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота (ст. 1 ГК РФ) следует право каждого определять правовую форму инвестирования, в частности, посредством внесения взносов в уставный капитал подконтрольной организации или выдачи ей займов. Если внутреннее финансирование с использованием конструкции договора займа осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц - других кредиторов должника, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного на таком финансировании.

Разъяснения, содержащиеся в подпункте 3.1 п. 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, касаются ситуации финансирования, оформленного договором займа.

Согласно п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (п. 1 ст. 2 ГК РФ).

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Неустраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (п.3.4 Обзора).

Требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса, в составе очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, а именно: после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Руководствуясь статьями 266, 268, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Рязанской   области от 29 октября  2019 года  по делу № А54-6225/2018   отменить.

       Учесть требование ООО «Технолог»  в размере 8 488 222 руб. 19 коп., из которых 7 150 000 руб. - основ¬ной долг, 1 177 616 руб. 71 коп. - проценты, 160 605 руб. 48 коп. – пени, как подлежащее удовлетворению за счет имущества ООО «Электронные вакуумные приборы», оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, и требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.                                  В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий

         Н.А. Волошина

Судьи

         Е.И. Афанасьева

         О.Г. Тучкова