ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-9269/2021

г. Челябинск

21 октября 2021 года

Дело № А76-30972/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 15 октября 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 октября 2021 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кожевниковой А.Г., 

судей Журавлева Ю.А., Забутыриной Л.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 31.05.2021 по делу № А76-30972/2015.

В судебном заседании приняли участие представители:

Федеральной налоговой службы - ФИО3 (доверенность от 28.01.2021);

ФИО2 - ФИО4 (доверенность от 16.06.2020);

конкурсный управляющий ФИО5 и его представитель ФИО6 (доверенность от 12.05.2021).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 02.08.2016 (резолютивная часть от 27.10.2016) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Снеговик» открыта процедура банкротства – конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5, член некоммерческого партнерства «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Конкурсный управляющий ФИО5 (далее – заявитель, ФИО5) от имени должника обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) по следующим основаниям:

1)привлечение ответчика к уголовной ответственности за неуплату таможенных пошлин в размере 9 897 618 рублей 25 копеек.

2)совершение сделок, причинивших вред должнику и его кредиторам.

3)неподача бывшими руководителем должника заявления о признании общества «Снеговик» несостоятельным (банкротом) не позднее 14.05.2015.

Размер субсидиарной ответственности, заявленной ко взысканию конкурсным управляющим должника, определен в сумме 25 927 710 рублей 50 копеек, а также 9 967 748 рублей 52 копеек мораторных процентов.

Заявление конкурсного управляющего должника рассмотрено судом с учетом неоднократных уточнений, принятых в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 31.05.2021 суд решил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Снеговик» (ИНН 

<

***>) ФИО2 и взыскать с него в пользу конкурсной массы должника 19 866 631 рубль 59 копеек.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ответчик обратился в апелляционный суд с жалобой, в которой просил отменить определение суда и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указал, что он не согласен с допущенной судом при привлечении ответчика к субсидиарной ответственности тождественностью положений ст. 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)», и положений подпункта 1 пункта 2 ст.61.11 Закона о банкротстве в текущей редакции. У суда отсутствовали правовые основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по вышеуказанному основанию, так как ущерб в размере 9 897 747 рублей 65 коп. составляет менее 50 % от общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности.

Также податель апелляционной жалобы указал, что действия ответчика, послужившие основанием к доначислению таможенных платежей, не явились необходимой причиной банкротства должника. Само решение о корректировке таможенной стоимости товаров, повлекшее доначисление таможенных платежей, оспаривалось в рамках дела № А76-10926/2015 вплоть до июля 2016 года. Размер требования уполномоченного органа, основанного на доначислении таможенных платежей, составляет менее 50 % от реестра требований кредиторов должника.

После принятия апелляционной жалобы судебное заседание по ее рассмотрению откалывалось в целях проверки законности и обоснованности судебного акта, доводов жалобы и возможности установления значимых для дела обстоятельств.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомлены о времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом в отсутствие неявившихся в судебное заседание лиц. 

Присутствующие участники процесса в судебном заседании заявили суду свои позиции относительно доводов апелляционной жалобы (согласно протоколу судебного заседания), на основании статей 9, 65, 81, 159, 262, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционным судом к материалам дела приобщен расчет требований и процентов не аффилированных лиц в процентов, представленный конкурсным управляющим, письменные пояснения ответчика, отзыв на апелляционную жалобу от конкурсного управляющего.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность определения суда первой инстанции в апелляционном порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проверяются в пределах доводов апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, основанием привлечения к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий должника указывает на то, что согласно приговору Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 03.10.2017 ФИО2 привлечен к уголовной ответственности по части 2 статьи 194 Уголовного кодекса Российской Федерации за уклонение от уплаты таможенных платежей, взимаемых с организации и физических лиц.

Указанным приговором суда установлена вина ФИО2 в уклонении от уплаты таможенных платежей. Данное обстоятельство, по мнению конкурсного управляющего должника, явилось дальнейшей причиной банкротства, т.к. в результате указанных неправомерных действий с должника взыскано 9 897 618 рублей 25 копеек таможенных платежей в бюджет Российской Федерации.

При этом уполномоченным органом были приняты меры по принудительному взысканию неуплаченных таможенных платежей с должника, в том числе были арестованы счета должника. Однако указанная задолженность не была погашена, в результате чего именно по заявлению уполномоченного органа возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) в отношении общества «Снеговик». Именно бездействие контролирующего должника лица и действия по незаконному уклонению от уплаты таможенных платежей явились причиной банкротства общества «Снеговик».

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

-причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

-документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с данной редакцией статьи 10 Закона о банкротстве:

- презумпция наступления банкротства по вине контролирующих лиц применяется в отношении лиц, которые совершили сделки, являющиеся существенно невыгодными для должника, что в итоге привело к его банкротству;

- размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

Соответствующие редакции статьей 10 Закона о банкротстве применяются судом в зависимости от времени предполагаемого совершения вменяемых ответчикам действий (бездействия).

Из разъяснений, изложенных в пункте 23 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, следует, что установленная подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника.

Презумпция совершения невыгодной сделки может применяться тогда, когда инициированная контролирующим лицом невыгодная сделка являлась существенно невыгодной, в том числе применительно к масштабам деятельности должника. В частности, надлежит дать правовую оценку существенности произведенным ответчиком манипуляциям с конкурсной массой, а именно, сопоставить размер неудовлетворенных требований кредиторов с размером потерь от невыгодных сделок.

Следует отметить, что сам по себе факт отказа в признании недействительной сделки не препятствует применению указанной доказательственной презумпции. Применение рассматриваемой доказательственной презумпции не ограничено случаями признания сделок недействительными на основании статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (презумпция включает такие сделки, а не ограничивается ими). Основным  условием применения презумпции является причинения сделкой существенного вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 53) под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Из материалов дела следует, что конкурсный управляющий ключевой причиной банкротства должника считает недоначисление и неуплату таможенных платежей на ввозимый товар и налог на добавленную стоимость.

Проанализировав данное обстоятельство, суд первой инстанции согласился с позицией конкурсного управляющего должника в силу следующего.

Как следует из материалов дела, приговором Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 03.10.2017 ФИО2 привлечен к уголовной ответственности по части 2 статьи 194 Уголовного кодекса Российской Федерации за уклонение от уплаты таможенных платежей, взимаемых с организации и физических лиц.

Приговором суда установлено, что ФИО2 организовал преступную схему ввоза партии товаров народного потребления – верхних женских изделий из натурального меха с использованием документов, содержащих недостоверные сведения о цене товара, недостоверное декларирование товаров при его перевозке через таможенную границу в пользу общества «Снеговик». ФИО2 умышленно, из корыстных побуждений, осознавая противоправный характер своих действий начал с помощью исполнителя оформлять таможенные документы с использованием заведомо ложных документов, содержащих недостоверные сведения о цене товара. Данный товар закупался для общества «Снеговик».

В общем объеме вред причиненный данными преступными деяниями со стороны ФИО2 составил 9 897 747 рублей 65 копеек. Указанная сумма доначислена обществу «Снеговик» на основании решений Челябинской таможни от 13.04.2015 о корректировке таможенной стоимости товаров по декларациям №№ 10508010/270412/0004654, 10508010/070612/0006353, 10508010/200613/0008357, 10508010/100812/0009198, 10508010/260812/0009866, 10508010/300813/0012276, 10508010/171012/0012414, 10508010/071112/0013419.

Именно данные действия привели к тому, что в дальнейшем счета должника были арестованы, должник перестал исполнять обязательства перед кредиторами и его деятельность была полностью приостановлена. Более того, указанные действия ФИО2 привели к формированию такой значительной кредиторской задолженности по уплате обязательных платежей.

С учетом масштаба совершенных неправомерных действий со стороны ФИО2, приведших к парализации деятельности должника, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по данному эпизоду  с учетом виновных действий ответчика, установленных приговором суда от 03.10.2017.

Проверив расчет размера субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2 суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости включения в нее входят требований конкурсного управляющего должника об оплате текущей задолженности в сумме 364 979 рублей 52 копейки, требование уполномоченного органа на сумму 9 192 530 рублей 27 копеек, индивидуального предпринимателя ФИО7 на сумму 1 160 937 рублей 14 копеек, индивидуального предпринимателя ФИО8 на сумму 1 207 374 рублей 63 копейки, индивидуального предпринимателя ФИО9 на сумму 7 940 810 рублей 03 копейки. Совокупный размер субсидиарной ответственности ФИО2 составляет 19 866 631 рубль 59 копеек. 

Таким образом, суд взыскал с ответчика взыскать в пользу конкурсной массы должника 19 866 631 рублей 59 копеек.

Исследовав обстоятельства дела, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для изменения обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

В соответствии с пунктом 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Указанное лицо согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу, и несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Федеральный закон от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" также требует, чтобы единоличный исполнительный орган общества при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей действовал добросовестно и разумно (пункт 1 статьи 44)

Как указано в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из указанной нормы права следует, что ее применение возможно лишь при наличии в совокупности условий ответственности, предусмотренных законом. По общему правилу организация, требующая возмещения своих убытков, должна доказать факт нарушения права, наличие убытков, причинную связь между поведением ответчика и наступившими у юридического лица неблагоприятными последствиями. При рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) последнего с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей. Данная правовая позиция изложена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 N 12771/10.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

В п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" обращено внимание судов на то, что, если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным, бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица (пункт 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62).

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401 и пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации доказывается лицом, привлекаемым к ответственности в виде взыскания убытков.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, обязано доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Материалы настоящего обособленного спора, в том числе приговор Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 03.10.2017, а также судебные акты по делу № А76-10926/2015, подтверждают, что основанием к возникновению задолженности по таможенным платежам в размере 9 897 747 руб. 65 коп. явилось неисполнение обязанности по уплате таможенных платежей таможенным декларантом - Должником, единоличным исполнительным органом которого являлся Ответчик.

Таким образом, имеются основания для взыскания с ответчика убытков, поскольку материалами дела подтверждается совокупность условий: факта причинения убытков, наличия причинной связи между понесенными убытками и виновными действиями ответчика, документально подтвержденный размер убытков.

ФИО2, являясь единоличным исполнительным органом должника, нарушил предусмотренную пунктом 3 статьи 53 ГК РФ обязанность по добросовестному и разумному исполнению обязанностей руководителя должника, в связи с чем обязан возместить убытки, возникшие в результате привлечения должника к налоговой ответственности.

Размер убытков (8 539 128,29 руб.) рассчитан  судом апелляционной инстанции исходя из суммы непогашенной задолженности (таможенных платежей в виде основного долга) – 6 192 530,27 руб., и пеней на указанные платежи – 2 346 599,02 руб., включенных в реестр требований кредиторов и также оставшихся не погашенными.

В силу п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве (в ред. действовавшей на момент совершения таможенного правонарушения) если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов 50 % общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Данный вывод также следует из разъяснения пункта 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее -Постановление № 53), согласно которому, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств: 

1) должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия); 

2) доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Названная норма первоначально была закреплена в абзаце 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве и впоследствии перенесенная в подпункт 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (в соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ, далее - Закон № 266-ФЗ).

Как следует из материалов дела, размер требования уполномоченного органа, основанного на доначислении таможенных платежей, составляет менее 50 % от реестра требований кредиторов должника, соответственно привлекать ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере реестра требований кредиторов,  не правомерно.

Принимая во внимание вышеизложенное, обжалованный судебный акт подлежит изменению и взысканию с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Снеговик»  8 539 129,29 руб.  убытков.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 31.05.2021 по делу № А76-30972/2015 изменить, апелляционную жалобу ФИО2 удовлетворить частично.

Изложить резолютивную часть определения Арбитражного суда Челябинской области от 31.05.2021 по делу № А76-30972/2015 в следующей редакции:

«Взыскать с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Снеговик»  8 539 129,29 руб.  убытков».

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий  судья

Судьи

А.Г. Кожевникова

Ю.А. Журавлев

Л.В. Забутырина