ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-1381/2017

г. Вологда

17 февраля 2022 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 февраля 2022 года.

В полном объёме постановление изготовлено 17 февраля 2022 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Писаревой О.Г., судей Марковой Н.Г. и Селецкой С.В.,

при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1, 

при участии от финансового управляющего Должника ФИО2 представителя ФИО3 по доверенности от 15.07.2021, ФИО4 и его представителя ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную                   жалобу финансового управляющего ФИО6            ФИО2 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 27.10.2021 по делу № А13-1381/2017,

у с т а н о в и л:

финансовый управляющий ФИО6 (далее – Должник) ФИО2 обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Вологодской области от 27.10.2021 об отказе в признании недействительным договора займа, заключённого 06.03.2018 Должником с ФИО4. 

К участию в деле в качестве третьих лиц не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО7, ФИО8, ФИО9.

В её обоснование ссылается на ошибочность выводов суда о наличии платёжеспособности ответчика и об отсутствии обязанности у Должника поставить в известность финансового управляющего о совершении сделки. Договор займа сторонами не заключался, расписка не является безусловным доказательством его заключения. Сделка совершена с целью причинения вреда кредиторам Должника, при этом ответчик знал о несостоятельности Должника. Просит определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования в полном объёме.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель подателя жалобы доводы, в ней изложенные, поддержал.

Ответчик и его представитель просили определение суда оставить без изменения.

Другие лица, участвующие в данном обособленном споре, надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобу подлежащей удовлетворению. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда Вологодской области от 03.02.2017 возбуждено производство по делу о банкротстве Должника.

Определением суда от 17.04.2017 в отношении Должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждён ФИО2.

Решением суда от 15.08.2017 Должник признан банкротом, в отношении его введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждён ФИО2

Определением суда от 03.12.2020 в отношении Должника применены правила параграфа 4 главы X Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве); к участию в деле привлечён нотариус ФИО10.

ФИО4 01.04.2021 обратился к финансовому управляющему с заявлением о выплате долга как текущих платежей, в обоснование которого указал на заключение 06.03.2018 с Должником договора займа (долговой расписки), по которому последний получил денежные средства в сумме                           1 400 000 руб. сроком до 06.04.2018.

Финансовый управляющий Должника ФИО2, на основании             пункта 5 статьи 213.25, пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 170, 173.1, 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), 14.07.2021 обратился в суд с настоящим заявлением, ссылаясь на недоказанность факта передачи денежных средств и финансовой возможности ответчика предоставить заем в спорном размере, а также на совершение сделки без его разрешения, причинение вреда кредиторам Должника и осведомлённость ответчика о несостоятельности Должника. 

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований, исходил из того, что факт заключения сторонами договора займа и его условия подтверждаются подлинником расписки от 06.03.2018, а факт наличия финансовой возможности – сведениями о продаже в период, предшествующий выдаче займа, квартиры на сумму 1 890 000 руб., а также письменными пояснениями третьих лиц.

Проверив материалы дела, апелляционная инстанция не находит оснований согласиться с принятым судебным актом и считает его подлежащим  отмене в связи с неправильным применением судом первой инстанции норм материального права.

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются главой X Закона о банкротстве, а в случае отсутствия в ней каких-либо положений - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Закона (пункт 1 статья 213.1 Закона о банкротстве).

В силу части 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершённые должником или другими лицами за счёт должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно абзацу третьему пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве с даты признания гражданина банкротом сделки, совершённые гражданином лично (без участия финансового управляющего) в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, ничтожны. Требования кредиторов по сделкам гражданина, совершенным им лично (без участия финансового управляющего), не подлежат удовлетворению за счёт конкурсной массы.

Таким образом, законом сформулированы основания ничтожности сделок в отношении имущества, составляющего конкурсную массу должника.

В пункте 5 статьи 213.11 Закона о банкротстве установлены ограничения относительно заключаемых должником сделок, а именно в абзаце третьем предусмотрено, что в ходе реструктуризации долгов гражданина он может совершать только с выраженного в письменной форме предварительного согласия финансового управляющего сделки или несколько взаимосвязанных сделок по получению и выдаче займов, получению кредитов, выдаче поручительств и гарантий, уступке прав требования, переводу долга, а также учреждению доверительного управления имуществом гражданина.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», сделки, совершённые в нарушение запрета, установленного пунктом 5 статьи 213.11 Закона о банкротстве, могут быть признаны недействительными на основании пункта 1 статьи 173.1 ГК РФ по требованию финансового управляющего, а также конкурсного кредитора или уполномоченного органа, обладающих необходимым для такого оспаривания размером требований, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве.

Таким образом, получение денежных средств взаймы относится к сделкам, в отношении совершения которых в процедуре банкротства гражданина установлен запрет на их заключение без согласия финансового управляющего.

Сведения о введении в отношении Должника процедуры реализации 26.08.2017 опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 157, оспариваемая сделка совершена 06.03.2018, то есть после введения в отношении Должника процедуры реализации имущества гражданина, следовательно на неё распространяются ограничения, установленные статьей 213.25 Закона о банкротстве.

Доказательств получения предварительного письменного согласия финансового управляющего на совершение обжалуемой сделки в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах сделка по выдаче займа Должнику является недействительной в силу прямого указания Закона как заключенная с нарушением положений статей 213.11, 213.25 Закона о банкротстве.

Апелляционная коллегия полагает, что сделка также является недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, согласно которому сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что пункт 2                статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершённой должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 Постановления № 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В данном случае сделка совершена в период неплатёжеспособности должника и её совершение причинило вред имущественным правам кредиторов, поскольку привело к увеличению размера имущественных требований к должнику.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 7 Постановления            № 63, предполагается, что другая сторона сделки знала о факте введения процедуры банкротства и о наличии у должника признаков неплатёжеспособности с даты публикации в установленном порядке сообщения о введении в отношении должника процедуры банкротства.  

Сведения о введении в отношении Должника процедуры реализации 26.08.2017 опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 157.

В связи с этим при наличии таких публикаций в случае оспаривания на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделок, совершённых после этих публикаций, надлежит исходить из следующего: если не доказано иное, любое лицо должно было знать о том, что введена соответствующая процедура банкротства, а значит и о том, что должник имеет признаки неплатежеспособности.

Таким образом, ответчик знал (обязан был знать) о введении в отношении должника процедуры банкротства и о том, что в результате заключения договора будет причинён вред имущественным правам кредиторов Должника

При таких обстоятельствах апелляционный суд приходит к выводу о наличии совокупности условий, позволяющих признать оспариваемую сделку недействительной по приведённым заявителям основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Также апелляционный суд считает, что оспариваемая сделка недействительна и по общим гражданско-правовым основаниям в связи со следующим.

Согласно статье 161 ГК РФ должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения, сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки.

В статье 162 упомянутого Кодекса указано на то, что несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства. В случаях, прямо указанных в законе или в соглашении сторон, несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность.

  Несмотря на передачу ответчиком денежных средств Должнику в сумме, превышающей установленный пороговый предел вышеуказанной нормой права, письменный договор займа сторонами не составлялся, что подтверждено ответчиком в судебном заседании апелляционной инстанции.

В подтверждение заключения сделки займа ответчик ссылается на расписку.

Действительно, в пункте 2 статьи 808 ГК РФ установлено, что в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заёмщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определённой денежной суммы или определённого количества вещей.

Между тем в соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учётом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учёте и отчётности и т. д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

Таким образом, в предмет доказывания по настоящему делу также входит изучение обстоятельств, подтверждающих фактическое наличие у заимодавца денежных средств в заявленном размере к моменту их передачи должнику (в частности, размера его дохода за период, предшествующий заключению сделки; сведений об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру спорного договора или превышающих его; снятия такой суммы со своего расчётного счёта (при его наличии), а также иных (помимо расписки) доказательств передачи денег должнику).

По смыслу перечисленных норм права и названных выше разъяснений заявитель, позиционирующий себя в качестве кредитора, обязан подтвердить не только возможность предоставления денежных средств с учётом его финансового положения на момент, когда договор займа считается заключённым, но и фактическую передачу денежных средств, указанных в оправдательных документах.

Между тем таких доказательств не представлено. 

Поскольку для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определённых родовыми признаками) именно на условиях договора займа, то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать                          факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами            возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ, а на заёмщике – факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

  При наличии возражений относительно природы возникшего обязательства следует исходить из того, что заимодавец заинтересован в обеспечении надлежащих доказательств, подтверждающих заключение договора займа, и в случае возникновения спора на нём лежит риск недоказанности соответствующего факта.

  Апелляционная инстанция считает, что ответчиком не доказано и имущественное положение, позволяющее ему передать Должнику денежные средства в указанном объёме.

  ФИО4 ссылается на то, что денежные средства в размере, достаточном для передачи их Должнику, у него имелись от продажи                жилого помещения по заключённому 19.09.2017 договору купли-продажи квартиры.

Из данного договора следует, что квартира принадлежит ФИО7 (2/3 доли), ФИО8 и ФИО9 (по 1/6 доли каждой) на праве общей долевой собственности.

При этом письменных документов, подтверждающих получение денежных средств по этому договору продавцами от покупателя, а равно их передачу продавцами ответчику, суду не предъявлено. 

Ответчик полагает, что факт получения наличных денежных средств и их передача на хранение ему и его супруге ФИО9 подтверждается информацией, представленной ПАО Сбербанк.

В сообщении данного кредитного учреждения не содержится сведений, позволяющих признать ответчика лицом, имущественное положение которого позволяло предоставить Должнику заем в спорном размере (представлены сведения в отношении иного лица (том 17, листы 60-61)).

Таким образом, указанная информация не свидетельствует о получении ответчиком денежных средств в спорном объеме.

Между тем из содержания указанных выше правовых норм в их взаимосвязи следует, что в подтверждение факта заключения договора               займа, считающегося заключённым в момент передачи денег, может быть представлен любой документ, удостоверяющий факт передачи заёмщику заимодавцем определённой суммы денежных средств. Свидетельские показания, связанные со сделкой, не облечённой в надлежащую (простую письменную) форму, при рассмотрении судом соответствующего спора недопустимы.

Соответственно, указание судом первой инстанции на подтверждение факта наличия финансовой возможности пояснениями третьих лиц не соответствует вышеуказанным нормам права. 

Показания сами по себе не могут рассматриваться в качестве подтверждающего факта заключения договора с учетом императивных предписаний ГК РФ, касающихся того, что может служить доказательством заключения договора займа.

Иных документов, бесспорно свидетельствующих о наличии у ответчика финансовой возможности в спорный период для передачи денежных средств взаймы, не представлено.

Кроме того, апелляционная коллегия считает спорный договор недействительным на основании статьи 170 ГК РФ как заключённый для вида в силу следующего.

Из пункта 1 статьи 170 ГК РФ следует, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений её исполнять или требовать её исполнения.

В предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входит установление действительной воли сторон, направленной на достижение определённого правового результата, который они имели в виду при заключении договора.

В обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при её совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

В рассматриваемом случае апелляционный суд приходит к выводу о мнимости договора займа ввиду отсутствия доказательств его реальности, следовательно данный факт не влечёт возникновение обязательств по его возврату.

Как разъяснено в пункте 4 Постановления № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

В силу статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права. В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьёй 10 названного Кодекса, суду необходимо установить, что такая сделка совершена с намерением причинить вред другому лицу либо имело место злоупотребление правом в иных формах.

Неразумное и недобросовестное поведение также приравнивается к злоупотреблению правом. Для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, обосновывающие соответствие его действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства. Поэтому упомянутая норма закона может применяться как в отношении истца, так и в отношении ответчика (информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127).

Таким образом, для квалификации сделки как совершённой с нарушениями положений статьи 10 ГК РФ необходимо установить причинение или возможность причинения в результате её исполнения убытков должнику или его кредиторам вследствие уменьшения конкурсной массы, за счёт которой кредиторы должника могли бы получить удовлетворение.

Суд апелляционной инстанции, исследовав обстоятельства дела, пришёл к выводу, что целью заключения сделки явилось увеличение кредиторской задолженности Должника и лишение его кредиторов возможности погасить свои требования, о чём не могли не знать их стороны. 

При изложенных обстоятельствах дела апелляционная коллегия полагает, что оснований для отказа в удовлетворения заявленных требований у суда первой инстанции не имелось.

С учётом изложенного обжалуемый судебный акт следует отменить, заявленные требования – удовлетворить.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела судами первой и апелляционной инстанции относятся на ответчика в силу статьи 110 АПК РФ, поскольку требования финансового управляющего удовлетворены и его апелляционная жалоба признана обоснованной.

Руководствуясь статьями 110, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

отменить определение Арбитражного суда Вологодской области                    от 27.10.2021 по делу № А13-1381/2017.

Признать недействительным договор займа, заключённый 06.03.2018 ФИО6 и ФИО4.

Взыскать с ФИО4 в федеральный бюджет                  6 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение дела судами первой и апелляционной инстанции.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                  Северо-Западного округа в течение месяца со дня принятия.

Председательствующий

О.Г. Писарева

 

Судьи

Н.Г. Маркова

С.В. Селецкая