Арбитражный суд  Сахалинской области

693000, г. Южно-Сахалинск, Коммунистический проспект, 28,

http://sakhalin.arbitr.ru 

Именем  Российской  Федерации

Р  Е  Ш  Е  Н  И  Е

Дело №  А59-1314/2019

г. Южно-Сахалинск

7 мая 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 6 мая 2019 года. Полный текст решения изготовлен 7 мая 2019 года.

Арбитражный суд Сахалинской области в составе судьи Киселева С.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, секретарем ФИО2,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Залив Деланеля» об оспаривании постановления от 30.01.2019 о назначении административного наказания по статье 18.6 КоАП РФ, вынесенного старшим государственным инспектором РФ по государственному контролю в сфере охраны биологических ресурсов  отделения режимно-контрольных мероприятий ПУ ФСБ России по Сахалинской области,

с участием представителей:

от заявителя – ФИО3 по доверенности от 26.03.2019, 

от административного органа – ФИО4 по доверенности от 10.01.2019 № 31/35, 

от третьего лица (ООО «Альбатрос Ко. ЛТД») – не явился,

У С Т А Н О В И Л :

ООО «Залив Деланеля» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене постановления ПУ ФСБ России по Сахалинской области (далее – пограничное управление, административный орган) от 30.01.2019 о назначении административного наказания, которым общество привлечено к административной ответственности по статье 18.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) за нарушение порядка прохождения установленных контрольных пунктов (точек).

В обоснование заявленного требования указано, что оспариваемое постановление вынесено по неполно выясненным обстоятельствам, а именно без надлежащего установления всех элементов состава вмененного правонарушения, связи с чем, общество неправомерно привлечено к административной ответственности. В рассматриваемом случае судно «К.Эмеральда» использовалось для осуществления промышленного рыболовства в Западно-Сахалинской промысловой подзоне, расположенной в пределах исключительной экономической зоне Российской Федерации, из которой действующим законодательством установлена обязательная доставка уловов водных биологических ресурсов на таможенную территорию Российской Федерации, в связи с чем, в силу абзаца 3 пункта 4 Порядка прохождения российскими и иностранными судами контрольных пунктов (точек), утвержденного Приказом ФСБ РФ № 56 и Росрыболовства № 91 от 15.02.2010 (далее – Порядок № 56/91), капитан судна не обязан был проходить контрольный пункт/точку «Восток-4» и, соответственно, отсутствовала обязанность подавать информацию в пограничный орган со сведениями о предполагаемом времени прохождения данной контрольного пункта не позднее чем за 24 часа до этого события. Наряду с изложенным общество не является субъектом вмененного ему административного деяния. Пограничное управление не учло, что в соответствии с условиями договора фрахтования судна «К.Эмеральда» с экипажем на время от 16.10.2018 № 16/18, заключенного с судовладельцем ООО «Альбатрос Ко. ЛТД», члены экипажа являются работники последнего и подчиняются его распоряжениям, относящимся к управлению и технической эксплуатации судна (пункт 3.1.8), судовладелец несет ответственность за соблюдение правил рыболовства (пункт 3.1.9) и предоставляет фрахтователю услуги по управлению и технической эксплуатации судна (пункт 3.1.10), фрахтователь не вправе давать указания и распоряжения капитану судна, касающиеся безопасности мореплавания (пункт 3.2.2). В этой связи ответственность в случае нарушения судном порядка прохождения установленных контрольных пунктов (точек) при пересечении внешней границы исключительной экономической зоны России должен нести судовладелец, то есть собственник судна, поскольку капитан осуществлял управление, техническую эксплуатацию судна, судовождение и действовал от имени и по поручению собственника судна, а не фрахтователя – общества. Данный довод заявителя также подтверждается пунктом 1.7 договора тайм-чартера, согласно которому судно будет находиться во фрахте в дни, занятые на добыче и транспортировке трески по разрешению общества, согласно актам, которые будут подписываться сторонами. Такой акт приема-передачи судна был подписан сторонами 29 ноября 2018 года при начале промысла трески, то есть после прохода судном контрольной пункта «Восток-4». Записями судового журнала и промыслового журнала судна «К.Эмеральда» также подтверждается, что после прохода указанной контрольного пункта 29 ноября 2018 года судно прибыло в район промысла и приступило к осуществлению добычи трески по разрешению общества. Изложенное однозначно исключает возможность считать общество надлежащим субъектом вмененного правонарушения.

В судебном заседании представитель общества требование поддержала по основаниям, изложенным в заявлении и представленных письменных дополнениях, отметив также, что в оспариваемом постановлении изложены недостоверные выводы относительно подчиненности капитана судна фрахтователю в силу закона и трудового договора. В действительности капитан судна являлся работником судовладельца (ООО «Альбатрос Ко. ЛТД») и выполнял именно его распоряжения по управлению и технической эксплуатации судна. Исходя из фактических правоотношений, заявитель не осуществлял и не мог осуществлять подбор и расстановку кадров, допуск к полномочиям, контроль деятельности экипажа судна, что дополнительно свидетельствует об отсутствии вины общества. Более того, управлением допущено существенное процессуальное нарушение, выразившееся в неизвещении общества о времени и месте составления протокола об административном правонарушении, а также о проведении данного процессуального мероприятия в отсутствие его законного или уполномоченного представителя.

Пограничное управление в представленном отзыве и его представитель в судебном заседании с заявленным требованием не согласились, полагая привлечение общества к административной ответственности законным и обоснованным, о чем свидетельствуют материалы административного дела. Доводы общества по существу спора считают несостоятельными и противоречащими действующему законодательству, в том числе подпункту 12 пункта 2 статьи 12.4 Федерального закона от 17.12.1998 № 191-ФЗ «Об исключительной экономической зоне Российской Федерации». Поскольку судно РС «К.Эмеральда» следовало из порта Пусан (Республика Корея) в Западно-Сахалинскую промысловую зону и прошло контрольный пункт «Восток-4» с целью осуществления рыболовства по разрешению, выданному обществу, то обязанность по соблюдению требований Порядка № 56/91 возлагалась именно на заявителя в лице капитана в соответствии с заключенным договором фрахтования судна. Немаловажен и тот факт, что в исключительную экономическую зону Российской Федерации вошло рыболовное судно, которое не было оформлено в пограничном и таможенном отношении, то есть уполномоченный орган были лишен возможности осуществить надлежащие контрольные мероприятия в соответствии с Порядком № 56/91, в том числе на предмет проверки наличия/отсутствия на судне уловов ВБР, добытых в открытом море. Необходимо также учитывать, что выявленное правонарушение совершено в сфере государственного контроля с целью охраны морских биологических ресурсов в территориальной юрисдикции Российской Федерации. Довод представителя общества о наличии существенного процессуального нарушения в рамках административного производства является голословным и противоречит фактическим обстоятельствам. О времени и месте составления протокола об административном правонарушении общество было заблаговременно извещено посредством телефонограммы, принятой генеральным директором ФИО5, что также подтверждается явкой представителя общества на данное процессуальное мероприятие.

Привлеченное определением суда от 04.04.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Альбатрос Ко. ЛТД» в судебное заседание явку своего представителя не обеспечило, представив письменные пояснения, в которых подтвердило доводы заявителя в части даты передачи судна во фрахт – 29 ноября 2018 года, то есть при начале промысла трески по разрешению общества. Также указало, что судно «К.Эмеральда» осуществило переход из пункта Пусан в район промысла в Западно-Сахалинской подзоне на основании рейсового задания судовладельца, которое было дано капитану судна, являющегося его работником.

Заслушав участников процесса и изучив материалы дела, суд пришел к следующему.

Согласно представленным сведениям общество создано путем реорганизации в форме выделения и зарегистрировано в качестве юридического лица 5 октября 2015 года Межрайонной ИФНС России № 2 по Сахалинской области за основным государственным регистрационным номером 1156509000636, при постановке на налоговый учет присвоен ИНН 

<

***>.

Как видно из материалов дела, 13 декабря 2018 года в точке с координатами 47º00,8' северной широты и 141º35,6' восточной долготы инспекторской группой ПУ ФСБ России по Сахалинской области произведены контрольно-проверочные мероприятия на судне РС «К.Эмеральда» под управлением капитана ФИО6, находящегося на промысле в исключительной экономической зоне Российской Федерации. 

В ходе проверки, оформленной актом осмотра судна от 13.12.2018, установлено, что РС «К.Эмеральда», принадлежащий ООО «Альбатрос Ко. ЛТД», переданный по договору тайм-чартер от 16.10.2018 № 16/18 во фрахт ООО «Залив Деланеля», прибыл в район промысла из порта Пусан (Южная Корея). Судно находится в технически исправном состоянии, укомплектовано необходимым электронавигационным и промысловым оборудованием и относится к судам рыбопромыслового флота. На борту судна имеется разрешение на добычу (вылов) водных биологических ресурсов                                  № 652018012544, выданное обществу с правом освоения квоты вылова трески в количестве 109 тонн в Западно-Сахалинской подзоне в период с 19 октября по 31 декабря 2018 года. По сведениям промыслового журнала добыча в рейсе начата 29 ноября 2019 года, на момент осмотра выловлено трески 31,518 тонн, остаток квоты 77,482 тонн. 

По результатам осмотра проверяющий в акте указал на выявленное нарушение, выразившееся в несвоевременной подачи уведомления о прохождении контрольного пункта.

Из составленного 23 января 2019 года в отношении общества протокола об административном правонарушении по статье 18.6 КоАП РФ следует, что согласно судовому журналу № 4/18 при следовании из порта Пусан (Республика Корея) в район промысла Западно-Сахалинскую подзону 28 ноября 2018 года в 14 час. 05 мин. сахалинского времени РС «К.Эмеральда» в точке с координатами 45º54,9' северной широты и 140º48,3' восточной долготы пересекло внешнюю границу исключительной экономической зоны Российской Федерации с целью осуществления рыболовства по разрешению                                № 652018012544 и 29 ноября 2018 года в 00 час. 27 мин. сахалинского времени прошло контрольный пункт «Восток-4». Однако уведомление о намерении пройти данный контрольный пункт поступило в адрес координационного отдела ПУ ФСБ России по Сахалинской области 28 ноября 2018 года в 10 час. 49 мин сахалинского времени, то есть за 13 час. 38 мин. до фактического прохождения контрольного пункта.

При данных обстоятельствах должностное лицо пришло к выводу о нарушении обществом требований пункта 6 Порядка № 56/91.

Рассмотрев материалы административного производства, старший государственным инспектором РФ по государственному контролю в сфере охраны биологических ресурсов отделения режимно-контрольных мероприятий ПУ ФСБ России по Сахалинской области постановлением от 30.01.2019 признал общество виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного статьей  18.6 КоАП РФ, и назначил наказание в размере 200 000 рублей штрафа.

Полагая, что данное постановление вынесено в нарушение действующего административного законодательства, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Проверив в судебном заседании доводы лиц, участвующих в деле, представленные в обоснование заявленного требования и возражений доказательства, суд не находит основания для удовлетворения заявления общества.

В соответствии с частью 6 статьи 210 АПК РФ при рассмотрении дела об оспаривании решения о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании проверяет законность и обоснованность такого решения, устанавливает наличие соответствующих полномочий административного органа, принявшего оспариваемое решение, устанавливает, имелись ли законные основания для привлечения к административной ответственности, соблюден ли установленный порядок привлечения к ответственности, не истекли ли сроки давности привлечения к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

При рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа арбитражный суд не связан доводами, содержащимися в заявлении, и проверяет оспариваемое решение в полном объеме (часть 7 статьи 210 АПК РФ).

Согласно части 1 статьи 1.6 КоАП РФ лицо, привлекаемое к административной ответственности, не может быть подвергнуто административному наказанию и мерам обеспечения производства по делу об административном правонарушении иначе как на основаниях и в порядке, установленных законом.

Статьей 18.6 КоАП РФ установлена административная ответственность за нарушение судами рыбопромыслового флота порядка прохождения установленных контрольных пунктов (точек) при пересечении внешней границы исключительной экономической зоны Российской Федерации.

Положения указанных норм носят бланкетный характер, вследствие чего, привлечение к ответственности за данное правонарушение возможно лишь при условии нарушения конкретных обязательных требований (правил) в обозначенных правоотношениях.

В соответствии с действующим законодательством промышленное рыболовство в исключительной экономической зоне Российской Федерации регулируется, в частности, положениями Федерального закона от 20.12.2004         № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» (далее – Закон № 166-ФЗ) и Федерального закона от 17.12.1998 № 191-ФЗ «Об исключительной экономической зоне Российской Федерации» (далее – Закон   № 191-ФЗ). 

В силу пункта 10 статьи 1 Закона № 166-ФЗ под промышленным рыболовством понимается предпринимательская деятельность по поиску и добыче (вылову) водных биоресурсов, по приемке, обработке, перегрузке, транспортировке, хранению и выгрузке уловов водных биоресурсов, производству на судах рыбопромыслового флота рыбной и иной продукции из этих водных биоресурсов. 

Документом, удостоверяющим право на добычу (вылов) водных биоресурсов, является разрешение на добычу (вылов) водных биоресурсов (пункт 19 статьи 1 Закона № 166-ФЗ). 

По правилам статей 34, 35 названного Федерального закона разрешение на добычу (вылов) водных биоресурсов выдается в отношении каждого судна, осуществляющего рыболовство. При этом в бланке данного документа должны быть обязательно указаны сведения о лице, которому предоставлено право на добычу (вылов) водных биоресурсов, судне, которое осуществляет рыболовство, районе добычи (вылова) водных биоресурсов и (или) рыболовном участке.

Согласно статье 1 Закона № 191-ФЗ исключительная экономическая зона Российской Федерации – это морской район, находящийся за пределами территориального моря Российской Федерации и прилегающий к нему, с особым правовым режимом, установленным указанным Законом, международными договорами Российской Федерации и нормами международного права. Внутренней границей исключительной экономической зоны является внешняя граница территориального моря. Внешняя граница исключительной экономической зоны находится на расстоянии 200 морских миль от исходных линий, от которых отмеряется ширина территориального моря, если иное не предусмотрено международными договорами Российской Федерации.

Статьей 12.4 Закона N 191-ФЗ установлены права и обязанности лиц, осуществляющих рыболовство в исключительной экономической зоне. В частности, в силу подпункта 12 пункта 2 данной статьи такие лица обязаны проходить контрольные пункты (точки) и соблюдать порядок их прохождения, установленные федеральным органом исполнительной власти в области обеспечения безопасности по согласованию с федеральным органом исполнительной власти в области рыболовства и федеральным органом исполнительной власти в области обороны.

Охрану исключительной экономической зоны, ее водных биоресурсов и неживых ресурсов в целях их сохранения, защиты и рационального использования, защиты морской среды, экономических и иных законных интересов Российской Федерации осуществляют федеральные органы исполнительной власти, определяемые Президентом Российской Федерации и Правительством Российской Федерации (пункт 1 статьи 35 Закона № 191-ФЗ), к которым относится Федеральная служба безопасности Российской Федерации (статья 11.1 Федерального закона от 03.04.1995 № 40-ФЗ «О Федеральной службе безопасности Российской Федерации»).

Согласно пункту 15 статьи 7 Закона № 191-ФЗ в компетенцию федеральных органов государственной власти в исключительной экономической зоне входят, в том числе, установление контрольных пунктов (точек) и порядка прохождения их российскими и иностранными судами, осуществляющими рыболовство и следующими в исключительную экономическую зону и выходящими из нее, в целях проведения контрольно-проверочных мероприятий.

Совместным приказом от 15.02.2010 ФСБ России № 56 и Росрыболовства № 91 утвержден Порядок прохождения российскими и иностранными судами контрольных пунктов (точек) и Система контрольных пунктов (точек).

Пунктом 1 Порядка № 56/91 предусмотрено, что контрольные пункты (точки) устанавливаются в исключительной экономической зоне Российской Федерации (далее – ИЭЗ Ф) в целях проведения контрольно-проверочных мероприятий при осуществлении государственного контроля в сфере охраны морских биологических ресурсов в отношении российских и иностранных судов, осуществляющих рыболовство и (или) морские ресурсные исследования, в исключительной экономической зоне и на континентальном шельфе Российской Федерации, при входе этих судов в ИЭЗ РФ с целью осуществления рыболовства и при выходе из нее.

В силу пункта 3 Правил № 56/91 контрольные пункты являются обязательными для прохождения судами при каждом входе в ИЭЗ РФ при пересечении линии ее внешней границы для осуществления рыболовства и при выходе из нее после завершения рыболовства, а также судами, осуществляющими рыболовство в исключительной экономической зоне и на континентальном шельфе Российской Федерации при переходе из одного промыслового района в другой.

Согласно пунктам 5, 6 Порядка № 56/91 прохождение судами контрольных пунктов включает проход судов через контрольные пункты и проведение на судах контрольно-проверочных мероприятий. Капитаны судов (при одиночном плавании) или старшие групп (при групповом плавании) судов не позднее чем за 24 часа до предполагаемого времени прохождения контрольного пункта обязаны передать (телефонограммой, по факсимильной связи или электронной почте) в пограничное управление ФСБ России по субъекту Российской Федерации (по направлению) в соответствии с приложением № 1 к названному Порядку информацию по формам, установленным соответственно в приложениях № 2 и № 3 к этому Порядку.

В пункте пунктом 9 Порядка № 56/91 определено, что судно считается прошедшим контрольный пункт с момента завершения проведения на судне контрольно-проверочных мероприятий и получения разрешения на проход через контрольный пункт (или при наличии разрешения на свободный проход через контрольный пункт без проведения контрольно-проверочных мероприятий) с момента завершения прохода через контрольный пункт.

О результатах проведения на судне контрольно-проверочных мероприятий должностным лицом пограничного управления ФСБ России производится соответствующая запись в промысловом (судовом, грузовом) журнале и составляется акт регистрации объемов (добычи) вылова водных биологических ресурсов.

В случае получения судном разрешения на свободный проход через контрольный пункт без проведения контрольно-проверочных мероприятий капитаны судов (при одиночном плавании) или старшие групп судов (при групповом плавании) обязаны сделать в промысловом (судовом, грузовом) журнале соответствующую запись об этом с указанием судового времени, координат судна, наименования контрольного пункта, даты и судового времени получения разрешения на свободный проход через контрольный пункт без проведения контрольно-проверочных мероприятий, фамилии, имени, отчества и должности лица, передавшего указанное разрешение. При этом проход судна через контрольный пункт является обязательным.

Из анализа приведенных норм в их системном толковании следует, что в целях осуществления государственного контроля в сфере охраны морских биологических ресурсов рыболовство в ИЭЗ РФ сопряжено с обязательным проходом судна контрольных пунктов в случае пересечения линии ее внешней границы. При этом в силу императивных требований действующего законодательства обеспечение данной обязанности возложено законодателем именно на осуществляющее лицо рыболовство (при выходе из ИЭЗ РФ) или лицо, намеривающее осуществить данный вид деятельности (при входе в ИЭЗ РФ).

Судом установлено и материалам дела подтверждается, что по сведениям из ЕГРЮЛ основным видом экономической деятельности общества является рыболовство морское (код ОКВЭД 03.11).

Для осуществления данного вида деятельности общество заключило с ООО «Альбатрос Ко. ЛТД» договор фрахтования судна «К.Эмеральда» с экипажем на время (тайм-чартер) от 16.10.2018 № 16/18, по условиям которого судно (бортовой номер 

<

***>) с услугами капитана и членов экипажа предоставляется в пользование для осуществления прибрежного и промышленного рыболовства по освоению квот, выделенных фрахтователю (заявителю). Члены экипажа являются работниками судовладельца и подчиняются его распоряжениям, относящимся к управлению и технической эксплуатации судна, а также распоряжениям фрахтователя в отношении коммерческой эксплуатации судна.  Срок действия договора определен с 16 октября по 31 декабря 2018 года. Принятие и возврат судна осуществляется по актам приема-передачи. Стоимость фрахта согласована сторонами в размер 50 000 рублей в месяц.

19 октября 2018 года обществом получено разрешение № 652018012544 на добычу (вылов) водных биологических ресурсов – трески в количестве 109 тонн в Западно-Сахалинской подзоне на срок с 19.10.2018 до 31.12.2018 (с учетом внесенных изменений в разрешение). В разрешении также указано, что  промышленное рыболовство будет осуществляться посредством судна «К.Эмеральда» под управлением капитана ФИО6 по договору аренды от 16.10.2018 № 16/18.

Из представленных в материалы дела документов усматривается, что при следовании из порта Пусан (Республика Корея) в район промысла согласно указанному разрешению судно РС «Залив Деланеля» 28 ноября 2018 года в           14 час. 05 мин. пересекло внешнюю границу исключительной экономической зоны Российской Федерации. О предстоящем входе в ИЭЗ РФ капитан судна в 01 час. 00 мин 27 ноября 2018 года направил в координационный отдел управления соответствующее уведомление. В 10 час. 49 мин. 28 ноября 2018 года от капитана судна поступило очередное уведомление, содержащее корректировку предполагаемого входа в ИЭЗ РФ ввиду сложившихся метеоусловий, а также информацию о намерении прохождения контрольного пункта «Восток-4». Фактически контрольный пункт судно прошло 29 ноября 2018 года в 00 час. 27 мин.

Следовательно, предусмотренная Порядком 56/91 информация по утвержденной форме (приложение № 2), в том числе о предстоящем рыболовстве в ИЭС РФ по разрешению № 652018012544 и о намерении прохождения контрольного пункта «Восток-4», поступила в уполномоченный орган управления менее чем за 24 часа (за 13 час. 38 мин.) до фактического прохода судном данного контрольного пункта.

Поскольку согласно материалам дела право на освоение квот трески в Западно-Сахалинской подзоне посредством судна РС «К.Эмеральда» по разрешению № 652018012544 предоставлено обществу, то суд соглашается с выводами управления, что нарушение требований пункта 6 Порядка № 56/91 в  виде несвоевременного уведомления о намерении прохождения контрольного пункта в целях рыболовства в ИЭЗ РФ было допущено именно заявителем, являющимся одновременно фрахтователем судна по договору тайм-чартер от 16.10.2018 № 16/18.

Довод общества об обратном суд отклоняет как несостоятельный и основанный на ошибочном толковании законодательства, регулирующего спорные правоотношения. Как указывалось выше, обязанность по соблюдению порядка прохождения контрольных пунктов (точек) возложено законодателем на лицо, осуществляющее рыболовство (подпункт 12 пункта 2 статьи 12.4 Закона № 191-ФЗ), коим в рассматриваемом случае является общество по разрешению на добычу/вылов водных биоресурсов.

Оценив условия договора фрахтования в совокупности с выданным разрешением № 652018012544 и представленным третьим лицом рейсовым заданием от 20.11.2018, содержащим ссылку на данное разрешение, суд признает, что в период перехода РС «К.Эмеральда» из порта Пусан в район промысла судно уже находилось в аренде, так как изначально следовало в пункт назначения исходя из намерения фрахтователя. Изложенное также подтверждается направленными капитаном судна в пограничный орган уведомлениями от 27.11.2018 (01:00), от 28.11.2018 (10:49), от 28.11.2018 (14:53) с информации о следовании РС «Эмеральда» в район промысла по разрешению № 652018012544, выданному обществу. При этом ссылку заявителя на представленный в рамках судебного процесса акт приема-передачи судна в аренду от 29.11.2018, который согласно пояснениям представителя общества был составлен и подписан сторонами договора после прохода контрольного пункта, суд отклоняет как направленную на уклонение от ответственности. Во-первых, местом составления акта является «Район промысла», что указывает на невозможность его подписания законными представителями сторон договора 29 ноября 2018 года. Во-вторых, в сложившихся отношениях данный документ носил формальный характер, что подтверждается обнаруженными на судне в ходе контрольных мероприятий аналогичными двумя актами, подписанными сторонами договора, с незаполненными строками в части даты их составления. В-третьих, наличие на судне подписанных актов приема-передачи судна указывает на то, что РС «К.Эмеральда» было передано фрахтователю до выхода из порта Пусан для следования в район промысла.

Кроме того, в соответствии со статьей 8 Кодекса торгового мореплавания РФ (далее – КТМ РФ) под судовладельцем понимается лицо, эксплуатирующее судно от своего имени, независимо от того, является ли оно собственником судна или использует его на ином законном основании.

 Согласно статье 198 КТМ РФ по договору фрахтования судна на время (тайм-чартеру) судовладелец обязуется за обусловленную плату (фрахт) предоставить фрахтователю судно и услуги членов экипажа судна в пользование на определенный срок для перевозок грузов, пассажиров или для иных целей торгового мореплавания.

Для капитана судна и других членов экипажа судна обязательны распоряжения фрахтователя, касающиеся коммерческой эксплуатации судна (пункт 2 статьи 206 КТМ РФ).

Следовательно, судовладельцем во время тайм-чартера является фрахтователь, эксплуатирующее судно от своего имени, каковым является общество и которое должно нести ответственность при осуществлении коммерческой деятельности за несоблюдение порядка прохождения установленных контрольных пунктов (точек).

Не принимает суд также довод общества о том, что капитан судна не обязан был проходить контрольный пункт в силу положений абзаца 3 пункта 4 Правил № 56/91.

Данной нормой предусмотрено, что контрольные пункты не проходят, в том числе, российские суда в случае осуществления промышленного или прибрежного рыболовства в районах, из которых законодательством Российской Федерации установлена обязательная доставка уловов водных биологических ресурсов на таможенную территорию Российской Федерации.

Из буквального содержания изложенного следует, что у хозяйствующего субъекта отсутствует обязанность проходить контрольный пункт при осуществлении промышленного рыболовства только после его начала в ИЭЗ РФ.

Однако согласно исследуемым обстоятельствам судно РС «К.Эмиральда» следовало из Республики Корея в Российскую Федерацию, то есть не оформленное в пограничном и таможенном отношении, а пересечение внешней границы ИЭЗ РФ было обусловлено входом в нее в целях осуществления рыболовства, в связи с чем, в данном случае абзац 3 пункта 4 Правил № 56/91 не подлежит применению. Как правильно отметило управление в отзыве, судно подлежало обязательной проверке в контрольном пункте «Восток-4» для установления реального наличия/отсутствия уловов ВБР, в том числе добытых в открытом море. В противном случае при осуществлении таким судном промышленного рыболовства после пересечения внешней границы ИЭЗ РФ делает невозможным установить истинные объемы добычи (вылова) водных биоресурсов в указанной зоне.

Принимая во внимание установленные фактические обстоятельства и собранные по делу доказательства, суд находит обоснованными выводы пограничного управления о наличии в действиях общества объективной стороны состава административного правонарушения, предусмотренного статьей 18.6 КоАП РФ, выразившегося в нарушении порядка прохождения установленных контрольных пунктов (точек).

В силу статьи 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

Особенности определения вины юридического лица как субъекта административного правонарушения состоят в том, что такое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых названным Кодексом или законами субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению (часть 2 статьи 2.1 КоАП РФ).

Согласно данной формулировке вины субъекты административного производства не лишены возможности доказывать, что нарушение обязательных правил и норм вызвано чрезвычайными, объективно непредотвратимыми обстоятельствами и другими непредвиденными, непреодолимыми для соответствующих отношений препятствиями, находящимися вне их контроля.

Следовательно, сделать выводы о невиновности лица возможно только при наличии объективно непредотвратимых обстоятельств либо непредвиденных препятствий, находящихся вне контроля данного лица.

Исследовав и оценив материалы дела с учетом положений статьи 71 АПК РФ, суд не установил объективных причин, препятствовавших соблюдению обществом порядка прохождения контрольного пункта «Восток-4», в том числе, вследствие обстоятельств непреодолимой силы. 

Вступая в правоотношения, связанные с прохождением судами рыбопромыслового флота контрольных пунктов (точек), общество должно было в силу публичной известности и доступности не только знать о существовании обязанностей, вытекающих из данного законодательства, но и обеспечить их выполнение, то есть использовать все необходимые меры для недопущения события противоправного деяния при той степени заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него в целях надлежащего исполнения своих обязанностей и требований закона. 

Однако установленный факт правонарушения свидетельствует о том, что обществом не были приняты все зависящие от него меры по соблюдению норм и правил, регулирующих данные правоотношения.

То факт, что капитан РС «К.Эмеральда» является работником ООО «Альбатрос Ко. ЛТД» (собственника судна), не имеет правового значения, поскольку в рассматриваемом случае при входе судна в ИЭЗ РФ для осуществления рыболовства капитан в соответствии с действующим законодательством действовал от именно общества, являющегося как фрахтователем судна, так и лицом, которое посредством данного судна намеревалось осуществлять в ИЭЗ РФ промысел трески по разрешению           № 652018012544. 

По смыслу статьи 2.1 КоАП, а также исходя из принципов юридической ответственности, неисполнение юридическим лицом требований публичного порядка вследствие ненадлежащего исполнения соответствующим должностным лицом своих обязанностей не является обстоятельством, освобождающим юридическое лицо от административной ответственности.

Критерии виновности юридического лица (часть 2 статьи 2.1 КоАП РФ) позволяют рассматривать виновное поведение представителя юридического лица как не исключающее, а, напротив, подтверждающее вину организации в совершении противоправного деяния.

Доказательства того, что обществом предпринимались какие-либо меры для соблюдения правил и норм, за нарушение которых оно привлечено к административной ответственности, в материалы дела не представлены.

В объяснении от 13.12.2018 капитан РС «К.Эмеральда» ФИО6 пояснил, что он ошибочно посчитал сроки подачи уведомления о прохождении контрольной точки. Также по причине своей ошибки он неправильно подал корректировку. Данное нарушение вышло неумышленно из-за неправильного толкования требований Порядка № 56/91.

Таким образом, вина общества выражается в неосуществлении надлежащего контроля за исполнением капитаном судна требований пункта 6 Порядка № 56/91, что позволило бы гарантировать соблюдение действующего законодательства и предупредить совершение правонарушения.

Имеющиеся в материалах дела доказательства суд в соответствии со статьей 26.2 КоАП РФ находит допустимыми, относимыми, достоверными и достаточными для признания в действиях общества состава административного правонарушения, предусмотренного статьей 18.6 КоАП РФ.

В ходе проверки соблюдения административным органом процессуальных требований нарушений не выявлено. Составление протокола об административном правонарушении и вынесение постановления о назначении административного наказания осуществлено уполномоченным органом с соблюдением предоставляемых привлекаемому к ответственности лицу административным законодательством прав. 

Довод заявителя о наличии существенного процессуального нарушения, выразившегося в неизвещении общества о времени и месте составления протокола об административном правонарушении, а также о проведении данного процессуального действия в отсутствие его законного или уполномоченного представителя, суд отклоняет ввиду несостоятельности.

В пункте 24.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» разъяснено, что при решении вопроса о том, имело ли место надлежащее извещение лица, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, либо его законного представителя о составлении протокола об административном правонарушении, следует учитывать, что КоАП РФ не содержит оговорок о необходимости направления извещения исключительно какими-либо определенными способами, в частности путем направления по почте заказного письма с уведомлением о вручении или вручения его адресату непосредственно. В связи с этим извещение не может быть признано ненадлежащим лишь на том основании, что оно было осуществлено каким-либо иным способом (например, путем направления телефонограммы, телеграммы, по факсимильной связи или электронной почте либо с использованием иных средств связи).

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что о времени и месте составления протокола об административном правонарушении, которое было определено на 23 января 2019 года в 10 час. 30 мин в помещении управления (

<

...>, здание № 5, каб. 206), общество было уведомлено 14 января 2019 года в 10 час. 22 мин. посредством телефонограммы, полученной законным представителем юридического лица. Согласно тексту телефонограммы генеральный директор ФИО5 подтвердил получение данного сообщения.

Доказательства, опровергающие достоверность оформленной телефонограммы, в суд не представлены.

В назначенное время для участия в составлении протокола явился представитель ФИО7 по доверенности от 23.01.2019 с полномочиями представлять интересы общества в ПУ ФСБ России по Сахалинской области, получать документы, подавать заявления, расписываться и совершать иные законные действия, связанные с выполнением такого поручения. 

От объяснений по существу вмененного административного правонарушения представитель ФИО7 отказался со ссылкой на статью 51 Конституции РФ, о чем собственноручно письменно отразил в пункте 5 протокола. Одновременно представитель указал, что копию протокола для передачи законному представителю  общества ФИО5 получил.

С учетом изложенного суд признает, что при осуществлении указанного процессуального мероприятия заявитель не лишен был возможности ознакомиться с материалами административного дела, квалифицированно возражать по существу вмененного нарушения, предоставлять объяснения и доказательства в обоснование и подтверждение своих доводов. 

Аналогично судом не выявлены нарушения, которые не позволили управлению всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело об административном правонарушении. Материалы административного производства рассмотрены при наличии доказательств заблаговременного и надлежащего извещения общества о таком разбирательстве.

Оспариваемое постановление содержит все необходимые сведения, предусмотренные статьей 29.10 КоАП РФ, в том числе установленные в ходе административного производства обстоятельства и мотивированное решение пограничного управления со ссылкой на статью вмененного административного правонарушения, что позволяет объективно оценить событие противоправных действий общества.

Имеющиеся в постановлении недостатки при описании вины юридического лица в виде указания на то, что капитан судна является работником общества, суд признает несущественными, поскольку не исключают субъективную сторону совершенного правонарушения.

Предусмотренный статьей 4.5 КоАП РФ годичный срок давности привлечения к административной ответственности (за нарушение законодательства об исключительной экономической зоне Российской Федерации) управлением не пропущен.

Оснований для применения статьи 2.9 КоАП РФ суд не усматривает.

Доказательств наличия исключительного случая, при котором совершенное обществом правонарушение может быть признано малозначительным, материалы дела не содержат.

Как разъяснено в пункте 18 Постановления Пленума ВАС РФ от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях», при квалификации правонарушения в качестве малозначительного судам необходимо исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям.

По юридической конструкции правонарушение, ответственность за которое предусмотрена статьей 18.6 КоАП РФ, образует формальный состав, в связи с чем, существенная угроза охраняемым общественным отношениям заключается не в наступлении каких-либо последствий в результате допущенного правонарушения, а в пренебрежительном отношении общества к исполнению своих публично-правовых обязанностей в сфере охраны морских биоресурсов.

Суд также учитывает, что заявитель как в ходе административного производства, так и на протяжении всего судебного разбирательства вину в совершенном правонарушении не признал, не осознав тем самым общественную опасность своих противоправных действий. В данном случае применение статьи 2.9 КоАП РФ не будет соответствовать публичным интересам государства.

Проверив порядок определения наказания при вынесении постановления по административному делу, судом нарушений не выявлено. Управлением учтены все обстоятельства, имеющие значение по административному делу, в связи с чем, штраф назначен в минимальном размере санкции статьи 18.6 КоАП РФ.

Оснований для применения положений части 1 статьи 4.1.1 КоАП РФ суд не усматривает ввиду отсутствия совокупности обстоятельств, указанных в части 2 статьи 3.4 названного Кодекса. В частности, совершенное обществом правонарушение посягает на экономическую безопасность государства и создает угрозу причинения вреда окружающей среды в сфере охраны морских биологических ресурсов.

 Наложенный оспариваемым постановлением на общество  административный штраф в размере 200 000 рублей соответствует конституционным принципам дифференцированности и справедливости наказания совершенному обществом административному правонарушению, отвечает признаку индивидуализации административной ответственности, а также обеспечит фактическую реализацию целей административного наказания – предупреждение совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами. 

Доказательств применения несоизмеримо большого штрафа, что может превратиться из меры воздействия в инструмент подавления экономической самостоятельности и инициативы, материалы дела не содержат.

Суд также признает, что назначенное обществу административное наказание соответствует характеру правонарушения, его опасности для защищаемых законом ценностей, а также обеспечивает учет причин и условий его совершения, степень вины юридического лица, гарантируя тем самым адекватность порождаемых последствий для заявителя. Кроме того, наложенный на общество размер административного штрафа обладает разумным сдерживающим эффектом, необходимым для соблюдения находящихся под защитой административно-деликтного законодательства запретов, и отвечает предназначению государственного принуждения, которое заключаться в превентивном использовании соответствующих юридических средств.

Наличие исключительных обстоятельств, позволяющих применить положения частей 3.2, 3.3 статьи 4.1 КоАП РФ, из материалов дела не усматривается. 

Принимая во внимание, что имеющимися в материалах дела доказательствами подтвержден факт совершенного правонарушения, судом не установлено нарушения порядка привлечения общества к административной ответственности, следовательно, правовых оснований для отмены оспариваемого постановления не имеется. 

Нарушение срока обжалования постановления административного органа в суд со стороны заявителя не выявлено.

При таких обстоятельствах суд находит вынесенное управлением постановление от 30.01.2019 о назначении обществу административного наказания по статье 18.6 КоАП РФ законным и обоснованным.

В соответствии с частью 3 статьи 211 АПК РФ если при рассмотрении заявления об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд установит, что решение административного органа о привлечении к административной ответственности является законным и обоснованным, суд принимает решение об отказе в удовлетворении требования заявителя.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 167-170, 176 и 211 АПК РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении требования общества с ограниченной ответственностью «Залив Деланеля» о признании незаконным и отмене постановления от 30.01.2019 о назначении административного наказания по статье 18.6 КоАП РФ, вынесенного старшим государственным инспектором РФ по государственному контролю в сфере охраны биологических ресурсов  отделения режимно-контрольных мероприятий ПУ ФСБ России по Сахалинской области, отказать полностью.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Сахалинской области в десятидневный срок со дня его принятия.

Судья                                                                                                        С.А. Киселев