ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А33-36246/2019к4

г. Красноярск

23 октября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена «10» октября 2024 года.  Полный текст постановления изготовлен «23» октября 2024 года.  

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи: Радзиховской В.В., судей: Пластининой Н.Н., Яковенко И.В., при ведении протокола судебного заседания секретарём Щекотуровой Я.С., при участии: 

от ФИО1 - ФИО2, представителя по доверенности от  26.12.2022 серии 24 АА № 4728636, паспорт,  

от индивидуального предпринимателя ФИО3 -  ФИО4, представителя по доверенности от 06.03.2023, паспорт,  

с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн- заседания):  

от ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Антанта» - ФИО5,  представителя по доверенности от 23.04.2024, паспорт,  

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «Антанта» на определение  Арбитражного суда Красноярского края от 14 марта 2024 года по делу  

 № А33-36246/2019к4, 

установил:

определением Арбитражного суда Красноярского края от 14.07.2020 (резолютивная  часть определения объявлена 29.06.2020) заявления ФИО6  (далее- ФИО6), общества с ограниченной ответственностью «Доверие»,  индивидуального предпринимателя ФИО3 (далее -  ФИО3) о признании общества с ограниченной ответственностью «Доверие»  (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – должник, ООО «Доверие») банкротом  объединены для совместного рассмотрения; к участию в деле в качестве  заинтересованного лица привлечён ФИО7 (далее - ФИО7).  

Решением суда от 08.06.2021 в удовлетворении ходатайства ФИО6 о  выделении в отдельное производство заявления индивидуального предпринимателя  ФИО3 о признании ООО «Доверие» банкротом отказано. Отказано в  удовлетворении заявления ФИО6 о признании должника – ООО «Доверие»  банкротом.  

Ликвидируемый должник - ООО «Доверие» признан банкротом, в отношении него  открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре. Конкурсным управляющим  должника утвержден ФИО8 (далее - ФИО8).  

 22.06.2021 в арбитражный суд поступило заявление индивидуального  предпринимателя ФИО3 к ФИО9 о признании  недействительной сделкой договора купли-продажи от 26.05.2019, заключенного между  ООО «Доверие» и ФИО9, применении последствий  недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ООО «Доверие»  следующего имущества: харвестер PONSSE ERGO 8W, 2013 года выпуска; заводской  номер машины, идентификационный номер машины (VIN или PIN) 0230407, отсутствует;  двигатель MB OM 906 LA, 906.991-С-1038491; рабочий объем двигателя 100,00 см.;  мощность двигателя 205 кВт (278,72 л.с.); цвет желтый; вид движения колесный;  максимальная техническая допустимая масса 36500,00 кг; максимальная конструктивная  скорость 25,00 км/ч; габаритные размеры 8060х2840х3770; паспорт самоходной машины и  других видов техники RU CB 161403 от 26.05.2017, регистрационный знак 24 XX 0561.  

 Определением Арбитражного суда Красноярского края от 14.03.2024 заявление  индивидуального предпринимателя ФИО3 удовлетворено.   Признаны недействительными договор купли-продажи от 26.05.2019, заключенный  между ООО «Доверие» и ФИО9, договор купли-продажи от  29.07.2019, заключенный между ФИО9 и ФИО10, договор купли-продажи от 21.08.2019, заключенный между  ФИО10 и обществом с ограниченной ответственностью  «Антанта» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).  

 Признана недействительной сделка по отчуждению харвестера PONSSE ERGO 8W,  2013 года выпуска; заводской номер машины, идентификационный номер машины (VIN  или P1N) 0230407, отсутствует; двигатель MB ОМ 906 LA, 906.991-С-1038491; рабочий  объем двигателя100,00 см.; мощность двигателя 205 кВт (278,72 л.с.); цвет желтый; вид  движения колесный; максимальная техническая допустимая масса 36500,00 кг;  максимальная конструктивная скорость 25,00 км/ч; габаритные размеры 8060x2840x3770,  от ООО «Доверие» к ООО «Антанта».  

 Применены последствия недействительности сделки в виде обязания ООО  «Антанта» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) возвратить в конкурсную массу ООО  «Доверие» харвестер PONSSE ERGO 8W, 2013 года выпуска; заводской номер машины,  идентификационный номер машины (VIN или PIN) 0230407, отсутствует; двигатель MB  ОМ 906 LA, 906.991-С-1038491; рабочий объем двигателя 100,00 см.; мощность двигателя  205 кВт (278,72 л.с); цвет желтый; вид движения колесный; максимальная техническая  допустимая масса 36500,00 кг; максимальная конструктивная скорость 25,00 км/ч;  габаритные размеры 8060x2840x3770.  

 Взыскано с ФИО10 и ФИО9, ООО  «Антанта» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу индивидуального  предпринимателя ФИО3 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП  

<

***>) с каждого 3000 руб. судебных расходов по уплате государственной  пошлины, 5 200 руб. судебных расходов на оплату экспертизы.  

При вынесении определения суд первой инстанции исходил из наличия  доказательств всей совокупности элементов для признания оспариваемых платежей  недействительными по пунктам 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в результате  совершения сделок был причинен вред имущественным правам кредиторов.  

Не согласившись с данным судебным актом, общество с ограниченной  ответственностью «Антанта», ФИО1 обратились в Третий  арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которой просят  отменить определение Арбитражного суда Красноярского края от 05.07.2024 и принять  новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.  

В жалобе ФИО1 указывает, что суд необоснованно оценил спорные  договоры купли-продажи как притворные сделки, фактически прикрывающие куплю-продажу харвестера от должника ООО « Антаннта». Также судом сделан  

необоснованный вывод от отсутствии доказательств, подтверждающих реальность  оплаты по спорным сделкам купли-продажи и об отсутствии доказательств  поступления денежных средств в конкурсную массу должника. Необоснованным и  неподтвержденным материалами дела является вывод суда о наличии корпоративной  и длительной дружеской связи между ФИО11 и ФИО1  

ООО «Антанта» считает, что суд допустил несоответствие выводов  обстоятельствам дела, неправильное применение норм материального права, норм  процессуального права, что привело к п принятию неправильного решения. ООО  «Антанта» указывает, что доказательства финансирования (в том числе финансовые  взаимоотношения между ФИО1, ФИО10, ООО «Антанта») раскрыты  стороной ответчика, в материалы дела представлены документы, подтверждающие  финансовую возможность осуществлять финансирование сделки. Не соответствуют  фактическим обстоятельствам деда вывод суда о том, что доказательств наличия у  ФИО1 финансовой возможности оплаты имущества в материалы дела не  представлено. По смыслу ст. 61.6 Закона о банкротстве, необходимо было  применить последствия недействительности сделки и восстановить право требования  денежных средств ООО «Антанта» к должнику в размере 2700000 руб.  

В отзыве на апелляционные жалобы, поступившем в суд 09.07.2024. кредитор  ФИО3 указал, что за период судебного разбирательства ФИО1  трижды изменил позицию по вопросу об источнике финансирования оплаты  лесозаготовительного комплекса. Финансовая возможность ФИО1 произвести  финансирование сделки по приобретению харвестера для ООО «Антанта»  опровергается материалами дела. Среднемесячный доход ФИО1 и его семьи  не позволил бы накопить денежные средства для приобретения  лесозаготовительного комплекса. Расписки не могут служить доказательством  получения денежных средств, на которые приобретен харвестер. Должником не  получено встречного предоставления по сделке, в связи с чем, судом правомерно  отказано в восстановлении права требования к должнику в порядке реституции.  Судом обоснованно применен повышенный стандарт доказывания в связи с  предоставлением единственного доказательства- квитанции к приходному кассовому  ордеру. В действиях ответчиков отсутствует логика, в связи с чем, есть основания  полагать, что цепочка сделок совершена лишь для цели придания легитимности  вывода имущества должника.  

02.08.2024 от ООО «Антанта» в суд поступили возражения на отзыв  кредитора, в которых ответчик указывает о том, что довод об изменении позиции  ФИО1 не соответствует фактическим обстоятельствам дела, поскольку  позиция кредитора основывается на догадках, домыслах, искажении фактов, а  также искажении показаний свидетеля и пояснений ФИО1 Расписки и  декларации (ФИО12 2016 г.) исследованы и оценены не были. Кредитором  доводы о наличии у ФИО12 возможности выдачи займа ФИО1 не  опровергнуты. Необоснованным является довод кредитора о наличии конфликта в  момент выдачи займа ФИО12 ФИО1 отсутствуют доказательства,  опровергающие доводы о расходовании должником денежных средств, поступивших  в распоряжение должника от совершения спорной сделки по продаже харвестера  (2700000 руб.).  

ФИО1 в возражениях на отзыв кредитора, поступивших в суд 07.08.2024,  указал, что не давал пояснений об использовании собственных денежных средств  для выдачи займа ФИО10 и в дальнейшем для внесения в кассу должника.  Суд не исследовал и не дал оценки документам, представленным в обоснование  возможности у ФИО12 выдать соответствующие займы. В материалы дела не  представлено доказательств того, что ФИО13 находился в финансовой или  служебной зависимости от ФИО11 и наоборот.  

 В судебном заседании представители апеллянтов поддержали доводы  апелляционных жалоб, не согласны с судебным актом суда первой инстанции, просили  судебный акт суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт.  

 Представитель индивидуального предпринимателя ФИО3 отклонил  доводы апелляционных жалоб, считают судебный акт законным и обоснованным,  просил определение оставить без изменения.  

 Руководствуясь статьей 159, частью 2 статьи 268 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции не рассматривает  вопрос о приобщении дополнительных документов (копий договоров кули-продажи  от 25.05.2022 № 1, № 2, актов приёма-передачи от 17.08.2021, от 18.08.2021 отчета об  оценке от 13.12.2021, № 024А21, пояснений конкурсного управляющего в 38 споре,  протокола судебного заседания от 15.02.2024 по 38 спору, заявления конкурсного  управляющего от 23.05.2022 (спор 38)) , приложенных к ходатайству ООО «Антанта» о  приобщении дополнительных документов, поступившему в суд 06.08.2024, поскольку  данные документы имеются в материалах дела.  

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не прибыли. Отзывы на  апелляционную жалобу и ходатайства от них суду апелляционной инстанции не  поступали.  

Учитывая, что лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте  рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121 - 123  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (путем размещения  публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, а также  текста определения о принятии к производству апелляционной жалобы, подписанного  судьей усиленной квалифицированной электронной подписью (Федеральный закон  Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные  законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных  документов в деятельности органов судебной власти»), в разделе Картотека арбитражных  дел официального сайта Арбитражные суды Российской Федерации Судебного  департамента при Верховном Суде Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru/), в  соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации дело рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, в порядке,  установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лиц,  участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.  

 Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - Закон о банкротстве) дела о  банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных  предпринимателей, рассматриваются по правилам, предусмотренным Арбитражным  процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными  настоящим Федеральным законом.  

Принимая во внимание положения статей 61.1, 61.8, 61.9, пункта 3 статьи 129 Закона  о банкротстве, статей 10, 166, 167 Гражданского кодекса Российской Федерации,  разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63), суд первой инстанции  сделал правомерный вывод о наличии права у кредитора обратиться в суд в рамках дела о  банкротстве должника с заявлением о признании сделок должника недействительными.  

 Индивидуальный предприниматель ФИО3 обратился в арбитражный суд  с заявлением, в котором просит признать недействительными сделки, в результате  которых произошло отчуждение из собственности ООО «Доверие» в собственность ООО  «Антанта» харвестера PONSSE ERGO 8W, 2013 года выпуска; заводской номер машины,  

идентификационный номер машины (VIN или P1N) 0230407, отсутствует; двигатель MB  ОМ 906 LA, 906.991-С-1038491; рабочий объем двигателя100,00 см.; мощность двигателя  205 кВт (278,72 л.с.); цвет желтый; вид движения колесный; максимальная техническая  допустимая масса 36500,00 кг; максимальная конструктивная скорость 25,00 км/ч;  габаритные размеры 8060x2840x3770, - договор купли-продажи от 26.05.2019,  заключенный между ООО «Доверие» и ФИО9, договор  купли-продажи от 29.07.2019, заключенный между ФИО9 и  ФИО10, договор купли-продажи от 21.08.2019, заключенный  между ФИО10 и ООО «Антанта».  

 Заявителем в качестве правового основания для оспаривания сделок указан пункт 1  статьи 61.2 Закона о банкротстве, пункт 2 статьи 170, статьи 10, 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации.  

 Учитывая, что заявление о признании должника банкротом принято к производству  суда 06.12.2019, оспариваемые сделки совершены в мае – августе 2019 года, то есть в  течение одного года до принятия заявления о признании банкротом, суд первой  инстанции правильно указал, что основания недействительности подлежат  рассмотрению применительно к пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, разъяснениями,  данными в пункте 8 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, сделка,  совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании  банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным  судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой  стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия  существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий,  при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки  (подозрительная сделка).  

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в  частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная  стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного  исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного  исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого  встречного исполнения обязательств.  

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия  заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания  ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной  статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 9  постановления Пленума ВАС РФ N 63 от 23.12.2010).  

Как указано в четвертом абзаце пункта 9.1 постановления Пленума ВАС РФ N 63 от  23.12.2010, если исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле  доказательств суд придет к выводу о наличии иного правового основания  недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец (например, пункт 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве вместо статьи 61.3, или наоборот), то на основании части 1  статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения,  возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать  правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с  надлежащей нормой права.  

 Исследовав и оценив с соблюдением требований статьи 71 АПК РФ представленные  в материалы дела доказательства, в силу положений пункта 1 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, статей 12-14 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной  деятельности в Российской Федерации», пунктов 11, 24 Федерального стандарта оценки  

«Общие понятия оценки, подходы и требования к проведению оценки (ФСО № 1)»,  утвержденного Приказом Министерства экономического развития Российской Федерации  от 20 мая 2015 г. № 297, пунктов 3-5, 8, 10 Федерального стандарта оценки «Требования к  отчету об оценке (ФСО № 3)», утвержденного приказом Министерства экономического  развития и торговли Российской Федерации от 20 мая 2015 г. № 299, разъяснений,  изложенных в пунктах 4, 8, 9, 9.1 Постановления Пленума ВАС РФ N 63 от 23.12.2010,  Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами  законодательства об экспертизе", установив неравноценность при реализации техники,  учитывая результаты судебной оценочной экспертизы - заключение ООО  «ИнвестОценкаАудит» от 14.04.2022 № 4748-ТС/22, пояснения эксперта ФИО14 18.07.2022 относительно определения технического состояния транспортного  средства, объяснений применения коэффициентов (продажа имущества состоялась по  цене, равной 35,89% его рыночной стоимости), суд первой инстанции пришел к  правомерному выводу о недействительности спорной сделки по основанию ч. 1 ст. 61.2  Закона о банкротстве.  

 Доводы ООО «Антанта», заявителя ФИО3 о недостоверности судебной  экспертизы (общество полагает рыночную стоимость завышенной, заявитель -  заниженной), исследованы судом, подтверждения не нашли.  

 Согласно экспертному заключению стоимость аналогичной техники в хорошем  состоянию на рынке составляла до 21 810 540 руб.  

 В 2017 году харвестер приобретался ООО «Доверие» (покупатель) у  индивидуального предпринимателя ФИО15 (продавец) за 15 000 000  руб.  

 По сведениям ООО «Ремтехника»Согласно (письмо от 26.05.2022 № 56)  ориентировочная стоимость нового Харвестера PONSSE ERGO 8W по состоянию на  26.05.2019 составляла 560 000 евро (в пересчете по курсу на 26.05.2019 – 40 498 640 руб.).   Исходя из сопоставления приведенных сведений, суд приходит к выводу о том, что  оценка судебного эксперта (7 522 000 руб.) в полном объеме учитывает техническое  состояние транспортного средства и то, в каком объеме харвестеру требовался ремонт.  

 При проведении оценки спорного имущества экспертом учтены все существенные  факторы, влияющие на результат оценки, в заключении эксперта изложена вся  информация, существенная с точки зрения стоимости объекта оценки, в том числе:  

 - применяемые стандарты оценки; - основные факты и выводы. 

 - описание объекта оценки с указанием перечня документов, используемых  оценщиком и устанавливающих количественные и качественные характеристики объекта  оценки,  

 - анализ рынка объекта оценки, ценообразующих факторов, а также внешних  факторов, влияющих на его стоимость;  

 - описание процесса оценки объекта оценки в части применения подхода (подходов)  к оценке. В заключении описано обоснование выбора используемых подходов к оценке и  методов, приведена последовательность определения стоимости объекта используемых  подходов к оценке и методов, приведена последовательность определения стоимости  объекта оценки, а также приведены соответствующие расчеты;  

 - другие факторы и характеристики, относящиеся к объекту оценки, существенно  влияющие на его стоимость.  

 Лицами, участвующими в деле, судебная экспертиза не оспорена, о проведении  повторной экспертизы не заявлено. Также лица, участвующие в деле, документально не  подтвердили, что выводы эксперта не соответствуют установленным обстоятельствам.  

 В связи с изложенным, суд первой инстанции сделал правомерный вывод, что  экспертное заключение составлено в соответствии с требованиями законодательства,  

предъявляемыми к заключению Федеральным законом от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О  государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».  

 Представленные в материалы дела доказательства свидетельствуют о занижении цены  продажи имущества ООО «Доверие» более чем в 2,78 раз. Занижение стоимости является  многократным, очевидным.  

 Являясь профессиональным участником отношений в сфере лесозаготовки на  протяжении длительного времени, располагая сведениями о применяемой при  лесозаготовках технике и ее рыночной стоимости, ФИО1, действуя разумно и с  обычной степенью осмотрительности, не мог не знать о существенном занижении  стоимости техники.  

 Судебная коллегия соглашается с выводом о недействительности спорной сделки  по основанию ч. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

 Правонарушение, заключающееся в необоснованной передаче имущества должника  другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред  имущественным правам кредиторов должника, является основанием для признания  соответствующих сделок недействительными по специальным правилам,  предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.  

 Вопрос о допустимости оспаривания таких сделок на основании статей 10 и 168  Гражданского кодекса Российской Федерации неоднократно рассматривался  Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной  коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации  (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  17.06.2014 N 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам  Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N  304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886, от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886(1), от  17.12.2018 N 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 N 307- ЭС19-20020(8,10), от 09.03.2021 N 307- ЭС19-20020(9), от 21.10.2021 N 305-ЭС18-18386(3)  и др.). Согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 Гражданского  кодекса Российской Федерации возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с  пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.  

 Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности  сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из  недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают  приоритетом над нормами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации исходя  из общеправового принципа «специальный закон вытесняет общий закон»,  определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм,  регулирующих одни и те же общественные отношения.  

 Основания полагать в настоящем деле имеющимися условия для признания сделок  недействительными на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса РФ как  совершенных со злоупотреблением правом у суда не имеется, поскольку не доказано  совершение ответчиками действий, выходящих за пределы признаков недействительности  сделки, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве.  

 Заявитель также указывает на наличие оснований для признания сделки  недействительной на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса РФ, как  притворной, прикрывающей дарение денежных средств юридическим лицом - должником  лицу, являющемуся ответчиком по настоящему делу.  

 Согласно положениям пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса РФ притворная, то  есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на  иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с  учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.  

 В соответствии с пунктом 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от  23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой  

Гражданского кодекса Российской Федерации» в связи с притворностью  недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на  достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников  сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения  указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду  (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к  ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).  

 Исходя из обстоятельств настоящего дела, суд первой инстанции сделал 

правомерный вывод, что договоры купли-продажи являлись притворными сделками,  фактически прикрывающими куплю-продажу харвестера от ООО «Доверие» в ООО  «Антанта». О намерении создания именно таких последствий (продажа имущества ООО  «Доверие» в ООО «Антанта») пояснено и представлены доказательства как самим  обществом, так и ФИО1  

 Оценивая реальность передачи денежных средств за харвестер в сумме 2 700 000  руб., суд исходит из разъяснений Верховного Суда Российской Федерации о  необходимости использования в рамках дела о банкротстве повышенного стандарта  доказывания, оценки документов, представленных в материалы дела, в том числе с точки  зрения их проверяемости на предмет достоверности, поведения в судебном процессе лиц,  участвующих в деле.  

 В обоснование наличия оплаты за имущество ООО «Антанта» и ФИО1  указывают на то, что 26.05.2019 денежные средства внесены ФИО10 в кассу  должника (квитанция к приходному кассовому ордеру выдана ФИО9). Денежные  средства для оплаты были предоставлены ФИО10 лично ФИО1 В период с  29.08.2019 по 23.12.2020 (на протяжении полутора лет) денежные средства возвращались  ООО «Антанта» на счёт ФИО10 Обществом представлены расписки от 26.05.2019  о получении ФИО10 2 700 000 руб. для внесения в кассу должника, от 29.07.2019  о получении ФИО9 денежных средств от ФИО10 При этом общество и  ФИО1 подтверждают составление расписки лишь для вида, в отсутствие  фактической передачи денежных средств.  

 Как правильно указал суд первой инстанции доказательств наличия у ФИО1  финансовой возможности оплаты имущества в материалы дела не представлено, по  справкам 2-НДФЛ доход семьи Ж-вых (2 взрослых, 4 ребенка) с 2006 года по 2019 год  находился в диапазоне от 17 433 руб. 69 коп. (2006 год, минимальное значение) до 57 309  руб. 70 коп. (2011 год, максимальное значение). Супруга ФИО16 работала только в  2011 и 2012 гг., доход семьи формировался за счет доходов ФИО1  

 При этом в семье 4 детей, которых необходимо содержать, супругами Ж-выми  приобретается дорогостоящее имущество (03.07.2014 объект долевого строительства –  квартира в г. Красноярске стоимостью 4 290 000 руб., 24.06.2014 за 950 000 руб.  приобретена квартира в г. Лесосибирске; 05.04.2019 - автомобиль Тойота Ленд Крузер 200  стоимостью 1 970 000 руб., 19.04.2021 ФИО1 приобрел прицеп для перевозки водной  техники стоимостью 50 000 руб., за ФИО1 31.08.2016, 02.09.2016, 27.09.2019  регистрировалась самоходная техника - машина дорожная универсальная, экскаватор  гусеничный, транспортер).  

 Затраты семьи Ж-вых не соответствуют подтвержденному доходу, подтвержденный  доход не объясняет даже затраты на перечисленное имущество, приобретение же спорной  техники находится за пределами финансовой возможности семьи Ж-вых.  

 Вопреки доводу представителя ФИО1 о том, что наличие у ФИО1  большого количества движимого и недвижимого имущества свидетельствует о наличии у  ФИО1 финансовой возможности приобретения спорной техники, приведенные  обстоятельства – наличие в собственности значительного количества дорогостоящего  имущества в отсутствие доказательств наличия доходов, достаточных для приобретения  

этого имущества, - напротив, свидетельствует о том, что в отношении ФИО1  материалами дела не подтверждена возможность оплаты спорного харвестера.  

 Однако после сбора в дело на протяжении около года доказательств, показавших в  результате отсутствие у ФИО1 дохода, достаточного для оплаты техники, версия  источника получения денежных средств 10.07.2023 была изменена на получение займа у  ФИО12  

 Сдебная коллегия соглашается с выводом, что подобное поведение является  непоследовательным, противоречивым, вопреки доводам представителей ООО «Антанта»  и ФИО1, не может являться следствием растерянности ФИО1 по причине  отсутствия опыта участия в судебных процессах. Напротив, участвуя неоднократно в  судебных заседаниях, ФИО1 не являлся испуганным или растерянным,  сопровождался в судебных заседаниях представителями, выступал лично, давал  подробные пояснения об обстоятельствах приобретения техники, об источнике денежных  средств, предлагал варианты проверки наличия у него финансовой возможности  приобретения техники (пояснял, каким образом происходило накопление, с какого года  необходимо запрашивать сведения о доходах – с 2006 г., предлагал порядок сбора  доказательств – в частности, запрос сведений не только по себе, но и по супруге).  

 Доказательства собирались и исследовались судом длительное время – около года.  Представители ООО «Антанта» и ФИО1 принимали активное участие в  исследовании доказательств, инициировании их сбора.  

 Изменение версии на получение денежных средств у ФИО12 не имеет иного  логичного объяснения, кроме как формирование доказательственной базы, выгодной ООО  «Антанта» и ФИО1, после выявления несостоятельности первоначальных версий.  Однако и в отношении ФИО12, по результатам исследования доказательств, суд  первой инстанци сделал обоснованный вывод, что достоверность этих доказательств не  подтверждена. Наличие у ФИО12 финансовой возможности предоставления  денежных средств в требуемом размере не равнозначно доказательствам того, что  денежные средства фактически передавались ФИО1 по распискам от 25.03.2019 на  сумму 2 000 000 руб. и от 20.05.2019 на сумму 6 000 000 руб.  

 Оригиналы расписок от 25.03.2019, от 20.05.2019, как поясняют ФИО12 и  ФИО1, уничтожены. Соответственно, проверка на предмет давности их изготовления  проведена быть не может. Уничтожение расписок по столь значительной сумме  обязательств (8 000 000 руб.) нельзя признать разумным и объяснимым поведением как  заемщика, так и заимодавца. Тем более что, как пояснено ФИО12 в судебном  заседании, на обратной стороне расписок имелись записи, удостоверяющие факт возврата  денежных средств. С момента продажи земельного участка в Ростовской области  ФИО12 прошло около 3х лет, на протяжении этого времени денежные средства  хранились в наличной форме, объективно нигде отражения не нашли (в виде вклада или  движения по счету в банке). Основная часть денежных средств, как пояснил ФИО12,  была от покупателя земельного участка и дома получена наличными без оформления  документами. Данное обстоятельство также не поддается проверке. Денежные средства  передаются ФИО12 на длительный срок (4 года), но при этом за пользование  денежными средствами какой-либо процент не предусмотрен. Экономическая  целесообразность и разумность таких займов не объяснима, как и отсутствуют  доказательства реальности получения – передачи – возврата денежных средств (денежные  средства получены без оформления документов наличными, на протяжении длительного  времени хранятся наличными, наличными передаются и возвращаются). Никаких  документов, позволяющих проверить реальность сделок по выдаче займов, в материалы  дела не представлено.  

 Согласно пояснениям, денежные средства за технику перечисляются ООО «Антанта»  на счет ФИО10, снимаются им со счета либо переводятся на счет супруги и  

снимаются с ее счета, передаются затем ФИО1, затем ФИО1 этими денежными  средствами оплачивает займ ФИО12  

 Однако и этот ряд действий не поддается проверке, объективно по выпискам  отслеживается перевод денежных средств общество ФИО10, дальнейшее снятие  денежных средств наличными или перевод на свой счет и счет ФИО17, также с  последующим снятием наличными.  

 Движение наличных денежных средств не подтверждено никакими доказательствами,  в том числе является объективно не отслеживаемой передача наличных денежных средств  ФИО10 ФИО1, ни по одному из многочисленных (на протяжении 1,5 лет)  фактов снятия денежных средств доказательств их реальной передачи ФИО1 не  представлено.  

 В целом является не объяснимым последовательное поведение всех лиц, имеющих  отношение к оспариваемым сделкам, направленное на сокрытие своих доходов  (получение денег за услуги без документов от клиентов за консультирование по отводу  лесосек, получение денег за объекты недвижимости без оформления во избежание  налогового контроля и пр.) и совершение всех операций с денежными средствами  наличными.  

 Обоснованные сомнения в реальности обозначаемых операций обуславливаются, в  том числе, наличием корпоративной и длительной дружеской связи между ФИО11, ФИО1, ФИО12  

 Суд первой инстанции правильно указал, что нельзя признать разумным  совершение на протяжении незначительного промежутка времени цепочки сделок по  продаже техники – 26.05.2019 между ООО «Доверие» и ФИО9, 29.07.2019 между  ФИО9 и ФИО10, 21.08.2019 между ФИО10 и ООО «Антанта».  В случае необходимости сопровождения техники оператором (ФИО9) возможно  иным образом оформить на оператора документы, позволяющие переместить технику, но  не заключать на него договор купли-продажи техники. Урегулирование корпоративного  конфликта в ООО «ЛДМ», начавшегося между ФИО18 и ФИО1 с даты  создания общества (2017 г.), как пояснил ФИО12, за 3 мес. (с 26.05.2019 по  21.08.2019) также представляется сомнительным. При оценке этих обстоятельств суд  признает имеющими основания пояснения Финка А.И. о том, что оформление цепочки  сделок имело целью затруднение их оспаривания, но не такие обстоятельства, как  необходимость перемещения техники оператором, урегулирование конфликта в ООО  «ЛДМ».  

 В непродолжительный период времени ООО «Доверие» совершило ряд сделок по  отчуждению принадлежащей обществу техники и иному выводу имущества.  

 ООО «Доверие» осуществило продажу следующей спецтехники:  - 26.05.2019 - харвестер PONSSE ERGO 8W, 2013 г.в., 

 - 27.05.2019 - форвардер PONSSE ELEPHANT 8W, 2013 г.в. (сделка оспаривается в  обособленном споре № 3);  

 - 22.07.2019 – экскаватор NEW HOLLAND KOBELCO E215B, 2008 г.в. (по договору  купли-продажи, заключенному между ООО «Доверие» и ФИО19, сделка  признана недействительной в обособленном споре № 2).  

 В обособленном споре № 7 признана недействительной сделка по выдаче ООО  «Доверие» ФИО20 денежных средств в размере 1 939 000 руб.   При этом в рассматриваемый период у должника имелась кредиторская  задолженность перед рядом кредиторов. Как следует из решения от 08.06.2021 по делу №  А33-36246/2019 между обществом с ограниченной ответственностью "Рябина"  (займодавец) и ООО"Доверие" (заемщик) заключен договор займа беспроцентный с  залоговым обеспечением от 28.02.2017, согласно которому заимодавец предоставляет  заемщику заем на сумму 30 000 000 руб. сроком возврата до 05.06.2019; 19.07.2019 в  арбитражный суд поступает исковое заявление ИП ФИО3 о взыскании с ООО  

«Доверие» задолженности в сумме 4 300 000 руб. долга, 70950 руб. неустойки; решением  Арбитражного суда Красноярского края от 02.12.2019 по делу А33-22345/2019,  вступившим в законную силу, с ООО "Доверие" в пользу индивидуального  предпринимателя ФИО3 взыскано 4300000 руб. задолженности по договору  займа, а также 44500 руб. расходов по государственной пошлине; кредитор ФИО3 включен в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Доверие» в размере  4 227 062 руб. 94 коп. основного долга. Также определением от 24.12.2021 по делу № А3336246-7/2019 в реестр требований кредиторов должника включен кредитор ФИО21 в размере 5 360 000 руб. штрафа, обязательства перед которым возникли 23.05.2019.   Указанные обстоятельства вызывают сомнения в разумности и добросовестности  поведения должника (ООО "Доверие").  

 Неподтвержденным является также поступление денежных средств от продажи  техники в конкурсную массу ООО «Доверие».  

 Денежные средства, полученные, как указывает ООО «Доверие», от продажи  лесозаготовительного комплекса передаются в качестве оплаты за грузовые самосвалы  ООО «Северком» и ФИО22, в размере 4 860 000 руб. и 2 250 000 руб.  

 Оплата снова, в отсутствие каких-либо препятствий для перевода денежных средств  через банковские операции, производится наличными денежными средствами.  

 Как в отношении сделки с самосвалы ООО «Северком», так и в отношении сделки с  ФИО22 имеются обстоятельства, описанные выше, свидетельствующие о том, что  сделки в указанные в них даты (03.06.2019 и 15.08.2019) и по указанной стоимости  фактически не совершались, самосвалы в указанные даты в собственность ООО  «Доверие» не поступали и обществом в своей деятельности не использовались.  

 На основании изложенных норм права и совокупности установленных обстоятельств  суд первой инстанции сделал правомерный вывод об обоснованности требований  заявителя о признании сделок недействительными по пункту 1 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса РФ, а также об отсутствии  доказательств, подтверждающих реальность оплаты по данным сделкам и поступления  денежных средств от сделок в конкурсную массу ООО «Доверие».  

 Принимая во внимание положения статьи 61.6, Закона о банкротстве, статей 167,  301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснения Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенные в подпунктах 25, 29  Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, правовую позицию, изложенную в  определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации от 21.07.2015 N 303-ЭС15-2858, учитывая, что сделки спорные сделки  признаны недействительными, без получения должником встречного предоставления, суд  первой инстанции правомерно применил последствия недействительности сделок в  виде односторонней реституции.  

 Довод ООО «Антанта» о том, что по смыслу ст. 61.6 Закона о банкротстве,  необходимо было применить последствия недействительности сделки и  восстановить право требования денежных средств ООО «Антанта» к должнику в  размере 2700000 руб., отклонен судебной коллегией, поскольку должником не было  получено встречного предоставления.  

Иные доводы апелляционных жалоб отклоняются судом апелляционной инстанции  по основаниям, приведенным в настоящем постановлении.  

 При изложенных обстоятельствах определение суда первой инстанции является  законным и обоснованным и не подлежит отмене ввиду отсутствия оснований,  предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ.  

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не содержат фактов, которые не  были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели  бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на  обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой  

инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не  могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.  

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ, статьей  333.21 Налогового кодекса РФ расходы по уплате государственной пошлины за  рассмотрение апелляционных жалоб возлагаются на заявителей жалоб.  

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «14» марта 2024 года по  делу № А33-36246/2019к4 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без  удовлетворения.   

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и  может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.  

Председательствующий В.В. Радзиховская Судьи: Н.Н. Пластинина 

И.В. Яковенко