﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень	Дело № А03-22144/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 08 декабря 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 декабря 2020 года. 

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего					Мальцева С.Д.,

судей									Куприной Н.А.,

										Туленковой Л.В.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Автобаза» на постановление от 10.09.2020 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Сластина Е.С., Аюшев Д.Н., Ходырева Л.Е.) по делу № А03-22144/2017 по иску общества с ограниченной ответственностью «Байдаевская автобаза» (656037, Алтайский край, город Барнаул, улица Бриллиантовая, дом 24, ОГРН 1182225040359, ИНН 2224195688) к обществу с ограниченной ответственностью «Байдаевское» (656000, Алтайский край, город Барнаул, проспект Социалистический, дом 117А, ОГРН 1084221001908, ИНН 4221025459) о взыскании задолженности и неустойки по договору поставки.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, - временный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «Байдаевское» Мищенко Дмитрий Геннадьевич.

Лицо, не привлеченное к участию в деле, - комитет градостроительства и земельных ресурсов администрации города Новокузнецка.

Суд установил:

общество с ограниченной ответственностью «Байдаевская автобаза» (далее – общество «Байдаевская автобаза») обратилось в Арбитражный суд Алтайского края с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Байдаевское» (далее – общество «Байдаевское») 7 060 925 руб. задолженности по договору на поставку угля от 17.02.2014 (далее – договор), 4 151 881 руб. 83 коп. неустойки за период с 31.05.2014 по 30.01.2018.

Решением от 12.04.2018 Арбитражного суда Алтайского края (судья Федотова О.А.) иск удовлетворен частично. С общества «Байдаевское» в пользу общества «Байдаевская автобаза» взыскано 7 060 925 руб. долга, 1 875 472 руб. 93 коп. пени, 15 200 руб. судебных расходов. В удовлетворении остальной части иска отказано.

Лицо, не участвовавшее в деле, конкурсный кредитор - комитет градостроительства и земельных ресурсов администрации города Новокузнецка (далее – комитет) обратился с апелляционной жалобой, в которой просило решение суда отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска.

Постановлением от 10.09.2020 Седьмого арбитражного апелляционного суда заявление общества с ограниченной ответственностью «Автобаза» (далее – общество «Автобаза») о процессуальном правопреемстве удовлетворено, произведена замена общества «Байдаевская автобаза» на его правопреемника - общество «Автобаза». Решение от 12.04.2018 Арбитражного суда Алтайского края отменено, принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, общество «Автобаза» обратилось с кассационной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое постановление, оставить в силе решение суда первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы приведены следующие доводы: выводы апелляционного суда о мнимости договора являются преждевременными, не соответствуют фактическим обстоятельствам рассматриваемого спора, поскольку сделаны в нарушение положений статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ); судом апелляционной инстанции не учтено наличие в материалах дела достаточных доказательств, подтверждающих реальность совершения сделки по поставке угля; удовлетворяя заявление общества «Автобаза» о процессуальном правопреемстве, делая вывод о состоявшемся правопреемстве на основании договора уступки права требования от 27.04.2020, апелляционный суд подтвердил действительность уступаемого права требования на сумму задолженности и неустойки по договору; у суда апелляционной инстанции не имелось оснований для восстановления пропущенного срока подачи апелляционной жалобы комитета; доводы, приведенные комитетом в обоснование ходатайства о восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы, не соответствуют действительности, поскольку комитет был осведомлен о наличии судебного акта по настоящему делу при рассмотрении дела о несостоятельности (банкротстве) общества «Байдаевское».

Участвующими в деле лицами отзывы на кассационную жалобу не представлены.

До рассмотрения кассационной жалобы по существу обществами «Автобаза» и «Байдаевское» заявлены ходатайства об отложении судебного заседания по рассмотрению кассационной жалобы, мотивированные невозможностью обеспечения явки представителей. Между тем, указывая на невозможность обеспечения явки, общества «Автобаза» и «Байдаевское» не ссылаются на необходимость совершения каких-либо определенных процессуальных действий, препятствующих рассмотрению жалобы по существу, в связи с чем суд округа не усматривает оснований для удовлетворения заявленных ходатайств.

Комитетом направлено ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие его представителя.

Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 АПК РФ рассматривается в их отсутствие.

Проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Судами установлено и из материалов дела следует, что между обществами «Байдаевская автобаза» (поставщик) и «Байдаевское» (покупатель) заключен договор, по условиям которого поставщик обязался поставить по адресу: город Новокузнецк, улица Разведчиков, дом 34А, а покупатель обязался принять в соответствии с условиями договора и оплатить уголь каменный марки АР.

Согласно пункту 1.2 договора объем, стоимость поставляемого товара, период его поставки и оплаты согласуются сторонами в дополнительных соглашениях к договору.

Между сторонами подписаны следующие дополнительные соглашения к договору: от 17.02.2014 № 1, от 20.11.2014 № 2, от 01.12.2015 № 3, от 10.12.2016 № 4, от 03.03.2017 № 5, от 07.08.2017 № 6.

В обоснование иска истец указал, что во исполнение условий договора в период с 2014 года по 2017 год им поставлено ответчику 2 830 тонн угля (далее – товар) на общую сумму 7 060 925 руб., в подтверждение чего представил товарные накладные от 28.05.2014 № 2, от 17.04.2015 № 1, от 29.12.2015 № 8, от 16.02.2017 № 6, от 30.05.2017 № 8, от 31.05.2017 № 9, от 22.11.2017 № 11, подписанные сторонами.

Нарушение обязательств по оплате товара явилось основанием обращения общества «Байдаевская автобаза» к обществу «Байдаевское» с претензией от 28.11.2017, содержащей требование об уплате образовавшейся задолженности, неустойки.

Не получив от общества «Байдаевское» удовлетворения претензионных требований в добровольном порядке, общество «Байдаевская автобаза» обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Удовлетворяя иск частично, суд первой инстанции руководствовался статьями 8, 309, 310, 329, 330, 333, 506, 516 ГК РФ и исходил из доказанности факта поставки товара, нарушения ответчиком срока его оплаты и наличия оснований для применения меры ответственности в виде взыскания неустойки.

Рассмотрев заявление общества «Байдаевское» о применении статьи 333 ГК РФ, суд счел его обоснованным, в связи с чем уменьшил сумму взыскиваемой неустойки до 1 875 472 руб. 93 коп. исходя из двукратной учетной ставки Банка России.

Повторно рассматривая дело по апелляционной жалобе комитета, поданной в порядке пункта 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35), Седьмой арбитражный апелляционный суд с выводами суда первой инстанции не согласился.

Установив факт аффилированности сторон, нахождения общества «Байдаевское» в процедуре несостоятельности (банкротства), исходя из отсутствия в материалах дела совокупности объективных доказательств, необходимой для устранения любых разумных сомнений в действительности факта поставки обществом «Байдаевская автобаза» угля в адрес общества «Байдаевское» и возникновения в связи с этим на стороне последнего задолженности перед истцом, составляющей конкуренцию с правопритязаниями иных кредиторов, предъявляемыми в отношении имущества должника, исходя из возможности создания сторонами искусственного документооборота, преследующего своей целью создание фиктивной задолженности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности обстоятельств поставки товара истцом, в связи с чем отказал обществу «Автобаза» в удовлетворении заявленных исковых требований.

Суд кассационной инстанции, отклоняя доводы кассационной жалобы, исходит из установленных по делу обстоятельств и следующих норм права.

Согласно статье 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В соответствии с пунктом 1 статьи 516 ГК РФ расчеты за поставляемые товары производятся с соблюдением порядка и формы, предусмотренных договором поставки.

В пункте 26 Постановления № 35 разъяснено, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Применительно к настоящему спору покупатель должен доказать действительность принадлежащего ему требования, основанного на факте реального осуществления действий по поставке товара.

В силу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779, в условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности. Установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Указанная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. Следует также учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.

Аналогичная правовая позиция сформулирована в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017.

С учетом изложенного на стороны подвергаемой сомнению кредитором сделки, находящиеся в конфликте интересов с иными лицами, участвующими в деле о банкротстве, не распространяется презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 ГК РФ, и именно они должны в ходе судебного разбирательства подтвердить наличие разумных экономических мотивов сделки и реальность соответствующих хозяйственных операций, направленных на достижение непротиворечащей закону цели (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923, от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1), № 306-ЭС16-17647(7), от 25.05.2017 № 306-ЭС16-19749, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 28.04.2017 № 305-ЭС16-19572, от 26.04.2017 № 306-КГ16-13687, № 306-КГ16-13672, № 306-КГ16-13671, № 306-КГ16-13668, № 306-КГ16-13666).

Вопрос наличия фактических обстоятельств, совокупность которых позволяет признать сделку недействительной в соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ, разрешается судами при оценке имеющихся в доказательств и доводов участвующих в деле лиц.

Поскольку тесная экономическая связь позволяет аффилированному кредитору и должнику настолько внешне безупречно документально подтвердить мнимое обязательство, что независимые кредиторы в принципе не в состоянии опровергнуть это представлением иных документов, то суд должен провести настолько требовательную проверку соответствия действительности обстоятельств, положенных в основание притязаний аффилированного кредитора, насколько это возможно для исключения любых разумных сомнений в обоснованности его требования, когда все альтернативные возможности объяснения причин возникновения представленных доказательств являются чрезвычайно маловероятными.

Степень совпадения обстоятельств, выясненных в результате подобного скрупулезного анализа, с обстоятельствами, положенными утверждающим лицом (аффилированным кредитором) в основание притязаний, для вывода об их обоснованности должна быть крайне высока, а само совпадение отчетливо.

Недобросовестное осуществление гражданских прав нарушает основные начала гражданского законодательства и, в целом, представляет собой посягательство на публичные интересы, а частноправовой покров аффилированности является серьезным препятствием для познания истинных намерений аффилированных лиц, намеренно скрывающих их от остальных участников хозяйственного оборота, такой взыскательный подход к правилам доказывания в рассматриваемом случае является единственно возможным для адекватной компенсации значительного процессуального неравенства спорящих сторон.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ имеющиеся доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании, их относимость, допустимость, достоверность, а также достаточность и взаимную связь в их совокупности, суд апелляционной инстанции, учтя факт аффилированности сторон, установив наличие в совокупности представленных в дело доказательств противоречий, свидетельствующих о неразумности поведения участников спорных правоотношений и вызывающих сомнения в реальности возникновения задолженности (отсутствие оформления спорных хозяйственных операций в бухгалтерском учете и налоговой отчетности, наличие встречных обязательств, возможных к прекращению путем зачета, несоответствие дат поставок товара в представленных доказательствах, подтверждающих его перевозку), отсутствие в материалах дела доказательств, с безупречной достоверностью подтверждающих поставку обществом «Байдаевская автобаза» угля обществу «Байдаевское», пришел к обоснованному выводу о том, что реальная возможность исполнения сторонами условий спорного договора достаточными доказательствами не подтверждена, вследствие чего отменил решение суда первой инстанции и принял новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований.

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы суда апелляционной инстанции сделаны на основании исследования и оценки приведенных доводов и доказательств в их совокупности, исходя из установленных обстоятельств дела.

Аргументы жалобы, касающиеся ошибочности выводов суда апелляционной инстанции о мнимости совершения поставок должнику, подкреплены доказательственной базой и по существу не опровергают установленных апелляционным судом обстоятельств. 

Доводы заявителя, по существу, не затрагивают вопросов правильности применения судом апелляционной инстанции при рассмотрении спора норм материального права, а выражают несогласие заявителя жалобы с произведенной судом оценкой фактических обстоятельств и содержат его мнение относительно данных обстоятельств.

Оценка доказательственной базы по делу и установление на ее основании обстоятельств, имеющих значение для разрешения возникшего между сторонами спора по существу, отнесены действующим процессуальным законодательством к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Довод кассационной жалобы, указывающий на противоречие вывода судов о мнимости сделок выводу апелляционного суда о правомерности осуществленного правопреемства отклоняется кассационной коллегий с учетом разъяснений, приведенных в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», из которых следует, что по смыслу статей 390, 396 ГК РФ невозможность перехода требования, например, по причине его принадлежности иному лицу или его прекращения сама по себе не приводит к недействительности договора, на основании которого должна была производиться такая уступка, и не освобождает цедента от ответственности за неисполнение обязательств, возникших из этого договора. С учетом изложенного процессуальное правопреемство не может быть обусловлено обоснованностью заявленных исковых требований, поскольку в отсутствие явных доказательств порочности цессии правовые последствия данной сделки являются иными.

Суждения общества «Автобаза» о том, что суд апелляционной инстанции необоснованно восстановил срок на подачу апелляционной жалобы, судом округа отклоняются, поскольку наличие законодательно установленных сроков не может рассматриваться как препятствие для реализации права на обжалование судебных актов.

Вводя сроки подачи жалоб, процессуальный закон тем самым устанавливает баланс между принципом правовой определенности, обеспечивающим стабильность отношений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, с одной стороны, и правом на справедливое судебное разбирательство, предполагающим возможность исправления судебных ошибок, с другой.

Исходя из положений статей 117, 259 АПК РФ вопрос о восстановлении пропущенного срока разрешается апелляционным судом по своему усмотрению с учетом конкретных обстоятельств каждого дела. При этом каких-либо критериев для определения уважительности причин пропуска срока в тех или иных случаях не установлено.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев доводы, приведенные комитетом в ходатайстве о восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы, пришел к выводу о возможности удовлетворения ходатайства о восстановлении пропущенного срока на апелляционное обжалование.

Оснований для иной оценки указанных обстоятельств у суда округа не имеется; доказательств, свидетельствующих о злоупотреблении комитетом, не являвшимся лицом, участвующим в деле, и не привлеченным к рассмотрению спора в суде первой инстанции, правом при обращении с ходатайством о восстановлении пропущенного срока, материалы дела не содержат.

При проверке законности обжалуемого постановления нарушений судом апелляционной инстанции норм материального либо процессуального права не установлено судом кассационной инстанции, в связи с чем оснований, предусмотренных статьей 288 АПК РФ, для отмены принятого судебного акта и удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Расходы по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе по правилам статьи 110 АПК РФ относятся на ее подателя.

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление от 10.09.2020 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А03-22144/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий							С.Д. Мальцев

Судьи											Н.А. Куприна

 

											Л.В. Туленкова