Арбитражный суд Московской области

  107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва 

http://asmo.arbitr.ru/ 

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №А41-43719/23

04 октября 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть решения объявлена 03 октября 2023 года

Полный текст решения изготовлен 04 октября 2023 года

 

Арбитражный суд Московской области в составе судьи Юдиной М.А. 

при ведении протокола судебного помощником судьи Данькиным Д.Н., 

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью частного охранного предприятия «Подразделение физической защиты «Кодекс А1» (ИНН 

<

***>)

к Межрайонной ИФНС России № 6 по Московской области

о признании недействительным решения от 27.06.2022 № 14-33/11 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения

при участии в заседании:

от заинтересованного лица – ФИО1, доверенность от 26.12.2022 № 04-18/2234, ФИО2, доверенность от 09.01.2023 № 04-18/0002,  

 

У С Т А Н О В И Л:

общество с ограниченной ответственностью частного охранного предприятия «Подразделение физической защиты «Кодекс А1» (далее – ООО ЧОП «ПФЗ «Кодекс А1», заявитель, общество, налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением к Межрайонной ИФНС России № 6 по Московской области о признании недействительным решения от 27.06.2022 № 14-33/11 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Дело рассмотрено в порядке ст. 121-123, 156 АПК РФ, в отсутствие представителя заявителя, надлежащим образом уведомленного о месте и времени судебного разбирательства, заявившего ходатайство об отложении судебного разбирательства, которое отклонено как необоснованное.

Заинтересованное лицо в отзыве на заявление и в ходе судебного разбирательства требования заявителя не признало, ссылаясь на законность оспариваемого решения в связи с нарушением заявителем положений статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ, Кодекс), а также на пропуск заявителем срока для обращения в суд, установленного ст. 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

  Исследовав материалы дела, выслушав представителей заинтересованного лица, арбитражный суд установил.                  

Межрайонной ИФНС России № 6 по Московской области проведена выездная налоговая проверка общества по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налогов (сборов) и страховых взносов за период с 01.01.2017 по 31.12.2019.

По результатам рассмотрения акта налоговой проверки от 26.10.2021              № 14-33/11, дополнения к акту от 14.02.2022, материалов выездной проверки, в том числе полученных по результатам дополнительных мероприятий налогового контроля, а также представленных налогоплательщиком возражений (от 22.03.2022, от 24.05.2022, от 27.06.2022), заместителем начальника инспекции в соответствии со статьей 101 Кодекса 27.06.2022 вынесено решение № 14-33/11 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в соответствии с которым общество привлечено к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 3 статьи 122 Кодекса, с учетом обстоятельств, смягчающих ответственность за совершение налогового правонарушения, в виде штрафа в размере 20.243.498 руб. Обществу предложено уплатить недоимку по налогу на добавленную стоимость (далее – НДС) и налогу на прибыль организаций в общем размере 167.418.827 руб.,  пени, начисленные в соответствии со статьей 75 НК РФ, в общей сумме 80.950.403 руб. 08 коп. 

 Не согласившись с вынесенным решением инспекции, заявитель в порядке, установленном статьей 139.1 Кодекса, обратился в Управление Федеральной налоговой службы по Московской области с апелляционной жалобой.

Решением УФНС по Московской области от 10.10.2022 № 07-12/068779@ решение Межрайонной ИФНС России № 6 по Московской области от 27.06.2022 № 14-33/11 отменено в части штрафных санкций по пункту 3 статьи 122 НК РФ в размере 10.663.258 руб., в остальной части решение инспекции оставлено без изменения.

ООО ЧОП «ПФЗ «Кодекс А1» просит Арбитражный суд Московской области признать недействительным решения Межрайонной ИФНС России № 6 по Московской области от 27.06.2022 № 14-33/11 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, ссылаясь на то, что налоговым органом не доказано отсутствие реальных хозяйственных отношений между заявителем и спорными контрагентами. 

Арбитражный суд считает, что заявленные                                                          ООО ЧОП «ПФЗ «Кодекс А1» требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В силу п. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение, действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно п. 4 ст. 198 АПК РФ заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом.

В соответствии с п. 1 ст. 115 АПК РФ лица, участвующие в деле, утрачивают право на совершение процессуальных действий с истечением процессуальных сроков, установленных АПК РФ или иным федеральным законом либо арбитражным судом.

Процессуальный срок подлежит восстановлению по ходатайству лица, участвующего в деле, если иное не предусмотрено АПК РФ (п. 1 ст. 117 АПК РФ). Арбитражный суд восстанавливает пропущенный процессуальный срок, если признает причины пропуска уважительными (п. 2 ст. 117 АПК РФ).

Применительно к рассматриваемому случаю, по результатам рассмотрения апелляционной жалобы налогоплательщика, УФНС России по Московской области 17.10.2022 в адрес заявителя заказным письмом (почтовый идентификатор 80091977076682) направлено решение от 10.10.2022 № 07-12/068779@.

Согласно информации, содержащейся на официальном сайте ПАО «Почта России», вручено 20.10.2022, при этом рассматриваемое заявление налогоплательщика, согласно материалам дела, поступило в систему арбитражного суда 19.05.2023, то есть за пределами установленного трехмесячного срока, предусмотренного частью 4 статьи 198 АПК РФ.

Кроме того, заявитель обращался с аналогичным заявлением.

Так, определением Арбитражного суда Московской области от 16.03.2023 по делу № А41-4025/2023 заявление общества с ограниченной ответственностью частного охранного предприятия «Подразделение физической защиты «Кодекс А1» (ИНН 

<

***>) к Межрайонной ИФНС России № 6 по Московской области о признании недействительным решения от 27.06.2022 № 14-33/11 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения возвращено заявителю, поскольку обществом не исполнено определение суда об оставлении заявления без движения от 19.01.2023.

Общество с ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «Подразделение физической защиты «Кодекс А1», по мнению суда, не предприняло должных мер по защите своих интересов, обратившись в арбитражный суд лишь 19.05.2023.

Изложенные в ходатайстве о восстановлении срока основания, а именно: то, что все без исключения лица, которые могут принимать те или иные организационные решения, находятся в зоне Специальной военной операции, не могут являться основанием для восстановления пропущенного процессуального срока для обращения в суд, тем более без представления тому доказательств. 

Отсутствие причин к восстановлению срока, установленного ч. 4 ст. 198 АПК РФ, является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований. 

Соответствующая правовая позиция содержится в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2022 № 21 «О некоторых вопросах применения судами положений главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.01.2006 № 9316/05, от 19.04.2006 № 16228/05 и от 06.11.2007 № 8673/07.

Само по себе установление в законе сроков для обращения в суд с  заявлениями о признании ненормативных правовых актов недействительными, а решений, действий (бездействий) - незаконными обусловлено необходимостью обеспечить стабильность и определенность административных и иных публичных правоотношений и не может рассматриваться как нарушающее право на судебную защиту (Определение Конституционного Суда  Российской Федерации от 18.11.2004 № 367-О).

Введение специального срока на обжалование в суде решений (постановлений) государственных и иных органов относится к прерогативе законодателя, обладающего широкой дискрецией в установлении процессуальных и материальных сроков, и игнорирование этого законоположения только лишь исходя из соображений защиты предпринимательской деятельности недопустимо.

  В соответствии с п. 1 ст. 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 – 8 статьи 171 НК РФ.

  Вычетам подлежат, если иное не установлено настоящей статьей, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей, и при наличии соответствующих первичных документов.

В соответствии со ст. 169 НК РФ счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг), имущественных прав сумм налога к вычету в порядке, предусмотренном главой 21 НК РФ.

Исполнив упомянутые требования НК РФ, налогоплательщик вправе претендовать на получение налогового вычета при исчислении НДС.

В соответствии со статьей 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком.

Для российских организаций прибылью признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов. Пунктом 1 статьи 252 Кодекса установлено, что в целях главы 25 Кодекса налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье 270 Кодекса).

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

В силу п. 1, 2 ст. 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

При отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй настоящего Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий: основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Положения статьи 54.1 НК РФ сами по себе не создают какой-либо дополнительной необоснованной нагрузки на налогоплательщиков, не предполагают полный отказ в реализации ими прав на получение налоговых вычетов. Данная норма направлена исключительно на борьбу с недобросовестными налогоплательщиками, чьи действия умышлены и направлены на неуплату налога.

То есть, положения статьи 54.1 НК РФ, являясь ужесточением требований к налогоплательщикам по соблюдению ими налогового законодательства, допускающие полный отказ в возможности реализации своих прав на заявление налоговых вычетов и расходов, с одной стороны, гарантируют отсутствие налоговых претензий со стороны налоговых органов в отношении исполняющих добросовестно свои налоговые обязательства налогоплательщиков.

В соответствии с постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановление Пленума № 53) представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

При этом в п. 3 Постановления Пленума № 53 определено, что налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами, целями делового характера. В случае наличия особых форм расчетов и сроков платежей, свидетельствующих о групповой согласованности операций, суду необходимо исследовать, обусловлены ли они разумными экономическими или иными причинами (деловыми целями).

Согласно пункту 5 Постановления Пленума № 53 о необоснованности налоговой выгоды могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии, в том числе, следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета.

В случае наличия особых форм расчетов и сроков платежей, свидетельствующих о групповой согласованности операций, суду необходимо исследовать, обусловлены ли они разумными экономическими или иными причинами (деловыми целями).

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия налоговым органом оспариваемого акта, возлагается на этот орган. В связи с этим при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды.

Таким образом, исходя из  положений статьи 54.1 НК РФ, налоговому органу следует доказывать, что основной целью заключения налогоплательщиком сделки (операции) являлось неполучение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии.

Как следует из материалов дела, согласно сведениям единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), ООО ЧОП ПФЗ «Кодекс А1» образовано 18.10.2006. Основным видом деятельности является Деятельность по обеспечению безопасности и проведению расследований (ОКВЭД – 80). В проверяемый период общество осуществляло частную охранную деятельность на основании лицензии № 2124 ЧО от 12.01.2007, выданной ЦЛРР Главного управления Росгвардии по Московской области, сроком с 30.12.2016 по 12.01.2022.

В период с 18.10.2006 по 23.09.2020 учредителями общества числились ФИО3 и ФИО4, с 24.09.2020 по дату вынесения решения  учредителем числится ФИО5 со 100% долей в уставном капитале, он же с 15.07.2015 по дату внесения решения - руководитель общества.

По юридическому адресу налогоплательщик не находился, оригиналы документов на проверку не предоставлял.

Выездная проверка проведена с участием сотрудников правоохранительных органов ГУ МВД России по Московской области и МУ МВД России «Ногинское».

В соответствии с пунктом 3 статьи 82 Кодекса налоговые органы, таможенные органы, органы внутренних дел, следственные органы и органы управления государственными внебюджетными фондами Российской Федерации осуществляет обмен необходимой информацией в целях исполнения возложенных на них задач. При этом Инструкцией о порядке взаимодействия органов внутренних дел и налоговых органов при организации и проведении выездных налоговых проверок (приложение № 1 к Приказу МВД России и ФНС России от 30.06.2009 № 495/ММ-7-2- 347) предусмотрено, что взаимодействие должностных лиц налоговых органов и сотрудников органов внутренних дел при проведении выездной налоговой проверки не препятствует их самостоятельности при выборе предусмотренных законодательством средств и методов проведения контрольных и иных мероприятий в рамках своей компетенции при одновременном обеспечении согласованности всех осуществляемых ими в процессе проверки действий. Функцию общей координации осуществляемых в процессе проведения проверки мероприятий выполняет руководитель проверяющей группы - сотрудник налогового органа.

При выявлении сотрудниками внутренних дел обстоятельств, требующих совершения действий, отнесенных к компетенции налоговых органов, последние принимают необходимые решения и совершают процессуальные действия в соответствии с нормами Налогового кодекса Российской Федерации.

Так, в ходе проведения выездной налоговой проверки должностными лицами налоговых органов Московской области совместно с сотрудниками УЭБ и ПК ГУ МВД России по Московской области 28.05.2021 проведен осмотр места происшествия (в соответствии с записью в КУСП от 19.05.2021 № 12822) офисных помещений административного здания ООО «ЦЭСБ» по адресу: автомагистраль Москва-Нижний-Новгород, дом 1, 1А, в результате которого были изъяты документы и материалы, а также жесткий диск, на котором содержатся файлы и базы данных в отношении финансово-хозяйственной деятельности организаций, входящих в группу компаний «КОДЕКС» (далее – ГК «КОДЕКС»), в том числе проверяемого налогоплательщика и его контрагентов.

По результатам проведенного анализа изъятых файлов с информацией установлено, что фактическое управление деятельностью ООО ЧОП ПФЗ «Кодекс А1» велось на серверах ГК «КОДЕКС», а именно: имеется наличие общего доступа к бухгалтерской, налоговой и финансовой отчетности ко всем организациям группы. Обстоятельства подконтрольности подтверждаются общими списками должностных лиц, информацией об активах, дебиторской задолженностью, движением денежных средств по расчетным счетам, списками сотрудников всех участников группы, внутренней деловой перепиской, протоколами совместных совещаний и различными схемами взаимодействия между участниками ГК «КОДЕКС».

Проверкой установлена самостоятельная деятельность общества по подбору персонала, что подтверждается перепиской и документами, приходившими на электронную почту kodeks.a1@mail.ru.

Налоговым органом проведен анализ имеющейся переписки и документов в папках, содержащих электронные письма. Установлено, что входящие письма содержат копии договоров и первичных документов (как копии, так и файлы в формате Excel), карточки контрагентов и уставные документы в отношении сомнительных контрагентов за проверяемый период, а также последующие периоды; реестры платежей; заявки на счета-фактуры (в формате Excel) между компаниями ГК «КОДЕКС». Исходя из фактических дат поступления писем и их характера, установлено, что информация и документы направлялись не в периоды, предшествующие сделкам и их реализации или даты подписания первичных документов, а в период подготовки отчетности по НДС (следующий месяц за отчетным кварталом до 25 числа), а также в последующее время для подготовки документов по требованиям налоговых органов. Входящие письма отражают информацию по вопросам «закрывающих документов» (заполненные заявки на счета-фактуры), информацию о суммах задолженности по подготовленным счетам-фактурам, а также сканированные оттиски печатей и документы с образцами подписей должностных лиц по спорным контрагентам и организациям ГК «КОДЕКС». Данные операции находят отдельное отражение при организации финансово-хозяйственной деятельности ГК «КОДЕКС» в рабочих таблицах бухгалтеров.

В части оценки переписки налоговый орган отмечает, что какая-либо характерная деловая переписка по предметам сделок, характеристикам товаров, работ или услуг, согласования цены и объемов в отношении контрагентов отсутствует.

Таким образом, согласно сведениям из общедоступных ресурсов, в том числе официального сайта kodeksohrana.ru, установлено, что ГК «КОДЕКС» проводит укрупнение своего холдинга охранными предприятиями, объединенными общей целью, едиными органами стратегического управления (Совет директоров), принципами подбора, расстановки и контроля сотрудников охраны.

Предприятия ГК «КОДЕКС» оказывают услуги охраны более чем в 160 населенных пунктах Российской Федерации, в том числе, Москве, Санкт-Петербурге, Краснодаре, Самаре, Твери, Костроме, Ярославле, Смоленске, Курске, Липецке, Ростове-на-Дону, Тамбове, Орле, Брянске, Екатеринбурге, Череповце, Барнауле, Элисте, Воронеже, Белгороде, Магнитогорске, а также в других городах и поселках ЦФО, СЗФО, ЮФО, ПФО, УФО.

При анализе деятельности общества установлено наличие обстоятельств, указывающих на участие организации в идентичных операциях схемного характера с целью формирования необоснованных налоговых вычетов по НДС, завышения расходов по налогу на прибыль организаций и ухода от налогообложения в крупных размерах, путем совершения фиктивных сделок с группой сомнительных контрагентов, которые в ряде случаев являются подконтрольными ГК «КОДЕКС».

В ходе выездной налоговой проверки инспекцией установлено, что ООО ЧОП ПФЗ «Кодекс А1» были заключены договоры со 132 спорными контрагентами на оказание информационно-консультационных услуг; услуг по разработке программного обеспечения; по подбору персонала; по техническому обслуживанию транспортных средств; услуг по техническому обслуживанию систем кондиционирования, физкультурно-оздоровительных услуг, полиграфических услуг, юридических услуг, рекламных услуг, электромонтажных работ, услуг по консультированию в области бухгалтерского учета, по вопросам коммерческой деятельности, транспортных услуг, услуг по уборке помещений, курьерских услуг, а также на поставку текстильной продукции, спецодежды, стройматериалов, запчастей и автодеталей, электроматериалов и электрооборудования и др.

По результатам анализа договоров выявлены аналогичные обстоятельства, установленным в ходе выездных налоговых проверок других участников группы компаний Кодекс, в частности: представленные обществом договоры оформлены по нескольким шаблонам на определенные типы услуг или поставки товаров, с идентичной стилистикой и оформлением. По существу представленные договоры отличаются только реквизитами, индивидуализирующими юридическое лицо. Указываются реквизиты расчетных счетов, отсутствующих у данных организаций вообще или в период заключения договоров. Договоры и первичные документы, сопровождающие их реализацию, составлены таким образом, что из буквального значения содержащихся в них слов и выражений невозможно установить какие конкретно работы (услуги) и в каком объеме выполняются (оказываются), а товары – поставляются. Во всех договорах отсутствует информация о цене сделки, также отсутствует и стоимость каких либо конкретных единиц объемов работ (оказанных услуг), единиц товаров. Договоры, имеющие отсылочные положения на соответствующие приложения (заявки, требования или соглашения), представлены без таких приложений (заявок, требований и соглашений). Контактные данные (телефоны, адреса электронной почты, идентификационные сведения о конкретных исполнителях) отсутствуют, даже в том случае, если договором предусмотрено взаимодействие с их использованием. Налогоплательщиком не представляются ни информация о предшествовавших заключению договоров переговорах и соответствующая переписка, ни сведения о целях привлечения сомнительных контрагентов, ни сведения о результатах их привлечения и фактических обстоятельствах совершения сделок. Какие-либо пояснения по данным фактам также не представлялись по требованиям инспекции.

При этом, налоговый орган указывает, что в ходе выездной налоговой проверки первичные документы, данные бухгалтерского и налогового учета на предмет установления цели привлечения сомнительных контрагентов, а также финансового результата от данных операций налогоплательщиком предоставлены не были (требования о представлении документов (информации) от 07.09.2020 № 5623, от 09.12.2020 № 8105 и т.д.), общество привлечено к налоговой ответственности по статье 126 НК РФ. Штрафные санкции погашены налогоплательщиком полностью.

Налогоплательщиком не представлены ни бухгалтерские документы, ни ПТС на машины, осуществляющие поставку товара, ни товарно-транспортные накладные; ни путевые листы автомобилей, используемых в деятельности (для поставки), а также на автомобили, осуществляющие транспортировку товаров и иных ТМЦ от указанного поставщика; ни доверенности на водителей по транспортировке товаров.

В ходе проверки проведен анализ документов, полученных от налогоплательщика, а также документов, изъятых правоохранительными органами по взаимоотношениям со спорными контрагентами, где было установлено, что данные, отражаемые в бухгалтерском учете на счете 10 «Материалы», и сведения в первичных документах отличаются по номенклатуре, количеству, а также датам принятия товаров и их фактическим оприходованием налогоплательщиком (за исключением отдельных позиций). Неизменной в учете остаётся только денежная оценка. Налогоплательщик осуществлял учет нереальных товаров под общим номенклатурным позициям без разделения на отдельные виды и партии, игнорируя количественные показатели первичных документов, сохраняя только необходимые обществу стоимостные значения для снижения налоговых обязательств по налогам.

Инспекцией установлено, что для организации охранной деятельности, использовались индивидуальные предприниматели (ряд из них являлись начальниками охраны в структуре группы), применяющие специальные налоговые режимы, с использованием расчетных счетов которых осуществлялось снятие денежных средств и осуществление выплат заработной платы охранникам на объектах заказчиков общества (в том числе, фактически не трудоустроенным в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации).

Установлен вывод денежных средств (в том числе для оплаты труда персоналу), сокращение налогового бремени (без движения денежных потоков) с одновременным направлением денежных потоков через подконтрольных индивидуальных предпринимателей, использующих специальные налоговые режимы.

Инспекцией установлено, что движение денежных средств на расчетных счетах, а также сдача налоговой отчетности, осуществлялись с совпадающих IP-адресов.

При анализе данных об IP-адресах, с которых поступала налоговая отчетность и другая информации и документы от налогоплательщиков (предоставляется операторами ТКС в составе сопроводительных файлов), установлено, что от налогоплательщиков: ООО ЧОП «Русич», ООО ЧОО «Витязь-Центр», ООО ЧОП «Кодекс Профи», ООО ЧОО «Альфа М», ООО ЧОП ПФЗ «Кодекс А1» указывается IP-адрес 188.164.214.172. Аналогичный адрес отражается в отчетности и других документах, поступающих в налоговые органы от индивидуальных предпринимателей: ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11

С использованием информационно-телекоммуникационной сети Интернет и специализированного открытого сервиса www.2ip.ru установлено, что указанный адрес принадлежит провайдеру ООО «ГАРС ТЕЛЕКОМ – УТ».

При этом, установлено, что IP-адрес 217.25.158.118 был выделен интернет-провайдером ООО «Цифра Один» и, в соответствии с заключенным договором, оплачивало его ООО ЧОП «Русич». Данный IP-адрес пересекается с 73 контрагентами, в том числе с ООО ЧОО «Альфа М», ООО ЧОО «Витязь-Центр», ООО ЧОО «Берк», ООО ЧОП «ПФЗ «Кодекс А1».

Установлена множественность пересечений используемых IP-адресов как самого налогоплательщика со спорными контрагентами, так и между спорными контрагентами, что является дополнительным подтверждением умышленных согласованных действий, направленных на создание искусственного документооборота как внутри ГК «КОДЕКС», так и по группам сомнительных контрагентов.

Кроме совпадения IP-адресов у сомнительных организаций, в документах на получение ЭЦП указываются единые адреса электронной почты: trast200@bk.ru, bh.unifrut@gmail.com, 010961@mail.ru, galag0015@gmail.com.

При анализе налоговой отчетности ООО ЧОП ПФЗ «Кодекс А1» по НДС инспекцией установлено отсутствие сформированного источника налоговых вычетов по цепочкам сомнительных операций в результате взаимоотношений налогоплательщика со 132 контрагентами первого звена. В большинстве случаев отсутствует встречное движение денежных потоков (отсутствует оплата за товары, работы, услуги). При  этом, в цепочках активно используются «отложенные» налоговые вычеты, которые заканчиваются «разрывами» в предыдущих периодах, а также налоговыми декларациями, представленными до 01.01.2015 или декларациями, в которых отсутствуют «разрывы», но при этом имеются существенные нарушения контрольных соотношений, свидетельствующие о формировании потерь бюджета.

Обобщая взаимоотношения общества с сомнительными контрагентами, приведенными в оспариваемом решении, налоговый орган ссылается на отсутствие у большинства материальных и трудовых ресурсов, а при наличии сведений о сотрудниках в ряде случаев информация об их действительной деятельности в организациях по результатам контрольных мероприятий не подтвердилось. Большинство компаний на момент проверки исключены из ЕГРЮЛ и имеют сведения о недостоверности в нем информации, индивидуальные предприниматели прекратили деятельность. Действующие компании и индивидуальные предприниматели документы по требованиям не представляют, для допросов не являются. Допрошенные свидетели на конкретизирующие вопросы о финансово-хозяйственной деятельности отказывались давать показания в соответствии со статьей 51 Конституции Российской Федерации, а в части ответов показания противоречат фактически установленным налоговыми органами фактам и обстоятельствам осуществления предпринимательской деятельности или просто ограничиваются ответом «не помню» и «затрудняюсь ответить».

ФИО12 в ходе допроса пояснил, что являлся сотрудником ООО ЧОП «Монолит» (входит в группу компаний Кодекс), в должности начальника охраны. Заработную плату в размере 50.000 рублей получал наличными. Вместе с ним работало 146 сотрудников. По просьбе своего руководителя зарегистрировался в качестве индивидуального предпринимателя.  Бухгалтерские документы велись наемным бухгалтером и хранились в                          г. Москве. Распоряжение счетами предпринимателя осуществлялось руководством в г. Москве. Банковские карты по счетам индивидуального предпринимателя находились у ФИО12, по ним денежные средства снимал для выплаты сотрудникам, а также часть передавал руководителю. Взаимодействие с охранными организациями ФИО12 подтверждает, однако заключение договоров с ними не осуществлял.

ФИО13 пояснил, что являлся индивидуальным предпринимателем. К месту работы добирался самостоятельно, питание и обмундирование приобретал за свой счёт. Работал вахтовым методом, один. Подбором персонала никогда не занимался. Ведение учета осуществлял самостоятельно на своем компьютере. Для управления банковскими счетами использовал банк-онлайн со своего телефона. Лично сдавал отчетность. Прекратил деятельность после  прекращения договора  с  заказчиком ООО ЧОП ПФЗ «Кодекс А1». Лично снимал денежные средства со счетов и никому не передавал. Охранные услуги оказывал самостоятельно в соответствии с договором с ООО ЧОП ПФЗ «Кодекс А1».

Все допрошенные индивидуальные предприниматели на вопросы отвечают не в полном объеме (за исключением ФИО12) или вообще оставляют их без ответа. По некоторым вопросам дают противоречивые показания. Про фактические обстоятельства предпринимательской деятельности, взаимоотношения с ООО ЧОП ПФЗ «Кодекс А1» и другими взаимосвязанными организациями дают также неполные, противоречивые показания (в том числе, основным положениям договоров, заключенных с обществом) или уклоняются от ответа. Заявляют о самостоятельном ведении бухгалтерского учета, сдаче отчетности и управлении денежными средствами на счетах из дома (за исключением ФИО12 и ФИО14, который использовал услуги по ведению бухгалтерского учета).

При этом, в ходе проверки установлено, что при сдаче отчётности и совершении операций на расчетных счетах допрошенные ИП (за исключением ФИО14) используют IP-адреса, совпадающие между собой, с соответствующим им адресом дислокации (определено по данным специализированного открытого сервиса www.2ip.ru) г. Москва (подтверждается показаниями ФИО12), которые, в том числе, совпадают с IP-адресами, используемыми ООО ЧОП ПФЗ «Кодекс А1» и другими контрагентами ИП, в том числе и взаимосвязанными с обществом. Все допрошенные отрицают привлечение охранников в собственных интересах ИП. При этом, предметом представленных ФИО7, ФИО15 и ФИО16 договоров на оказание охранных услуг с ООО ЧОП ПФЗ «Кодекс А1» предусмотрено оказание на возмездной основе услуг по охране объекта, а также находящегося на объекте имущества Заказчика в круглосуточном режиме.

Инспекцией проведены допросы 48 человек, из них 29 допрошенных подтверждают работу охранниками на объектах ООО ЧОП ПФЗ «Кодекс А1» и 19 сотрудников отрицают осуществление деятельности в данной организации.

Опрошенные физические лица, подтвердившие работу в ООО ЧОП ПФЗ «Кодекс А1», сообщили, что работали охранниками по сменному графику и получали заработную плату наличными денежными средствами. Размер оплаты варьировался от 10.000 руб. до 27.000 руб. В основном сообщалось о посменной (посуточной) оплате, размер которой находился в диапазоне от 1.000 руб. до 1.300 руб. в смену (сутки). Все самостоятельно оплачивали расходы на проезд, питание, обмундирование и его стирку (химчистку).

Кроме того, постановлением от 08.03.2022 возбуждено уголовное дело              № 12202460020000078 (далее – Постановление) в отношении генерального директора ООО ЧОП ПФЗ «Кодекс А1» ФИО5 и неустановленных лиц по признакам преступления, предусмотренного подпунктами «а», «б» части 2 статьи 199 УК РФ. Согласно Постановлению, руководство ООО ЧОП «ПФЗ «Кодекс А1» в целях минимизации налогообложения, действуя группой лиц по предварительному сговору, совместно с неустановленными лицами, совершило действия, направленные на создание фиктивного документооборота со специально созданными для этого 132 организациями, имеющими признаки «сомнительных» контрагентов, после чего, в нарушение пункта 2 статьи 169, пунктов 1, 2 статьи 171, пункта 1 статьи 172 НК РФ, неправомерно применило налоговые вычеты по НДС, а также, в нарушение пункта 1 статьи 252 НК РФ, неправомерно приняло расходы, уменьшающие налогооблагаемую прибыль за 2017-2019 годы, что привело к получению ООО ЧОП ПФЗ «Кодекс А1» необоснованной налоговой выгоды, путем включения заведомо ложных сведений в налоговые декларации по налогу на добавленную стоимость и по налогу на прибыль организаций, представленные в инспекцию, в результате чего в указанный период ООО ЧОП ПФЗ «Кодекс А1» уклонилось от уплаты налогов на сумму свыше 45.000.000 руб., что в соответствии с примечанием к статье 199 УК РФ является особо крупным размером.

Таким образом, учитывая изложенные обстоятельства, суд приходит к выводу, что установленные проверкой нарушения заявителем налогового законодательства по взаимоотношениям со спорными контрагентами свидетельствуют об умышленном несоблюдении налогоплательщиком положений пункта 1 статьи 54.1 НК РФ, в связи с чем, суммы НДС и налога на прибыль организаций доначислены налоговым органом правомерно.

Доводы заявителя, изложенные в заявлении, направлены лишь на переоценку доводов налогового органа, изложенных в оспариваемом решении, не подтверждают факта реальности хозяйственных отношений со спорными контрагентами, в связи с чем не принимаются арбитражным судом.

Как отмечено в письме ФНС России от 31.10.2017 № ЕД-4-9/22123@ данные положения следует применять в случае доказывания умышленных действий самого налогоплательщика, выразившихся в сознательном искажении сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика в целях уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога.

Характерными примерами такого искажения являются, в том числе нереальность исполнения сделки (операции) сторонами (отсутствие факта ее совершения).

К числу способов искажения сведений об объектах налогообложения, которые могут быть квалифицированы по пункту 1 статьи 54.1 НК РФ, может быть отнесено отражение налогоплательщиком в регистрах бухгалтерского и налогового учета заведомо недостоверной информации об объектах налогообложения.

В соответствии с пунктом 2 письма ФНС России от 10.03.2021 № БВ-4-7/3060@ искажение сведений об операциях может быть произведено путем отражения в учете фактов, не имевших место в действительности, а также путем ложного отражения отдельных показателей операций, ведущих к уменьшению налоговой обязанности, или, напротив, посредством сокрытия (неотражения) фактов и (или) занижения показателей операции, в силу которых налоговая обязанность возникает, увеличивается или наступает ранее.

Применение указанных критериев означает, в частности, что нереальная операция в целях налогообложения не учитывается, иные критерии в отношении нее не оцениваются и доказыванию не подлежат.

Реально совершенные операции оцениваются на предмет их соответствия остальным критериям. Документы, предоставляемые налогоплательщиком в подтверждение права на уменьшение налоговой обязанности, должны отражать достоверную информацию о реальной операции в соответствии с ее действительным экономическим смыслом, обязанность по документальному подтверждению операций возложена на налогоплательщика.

Согласно пункту 6 письма ФНС России от 10.03.2021 № БВ-4-7/3060@, доказывание того, что обязанное по договору лицо не производило исполнение в пользу налогоплательщика осуществляется с учетом установления и оценки в совокупности и взаимной связи обстоятельств, свидетельствующих о невозможности такого исполнения, в частности: о неустановлении местонахождения такого лица на момент совершения сделки, об отсутствии у него необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности (достаточного персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств, обязательных разрешений и лицензий и т.п.), о невозможности реального осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных, трудовых ресурсов, экономически необходимых для их осуществления, о совершении расходных операций по счету, не соответствующих и не являющихся обыкновенными для такого вида деятельности, в рамках которого совершены спорные операции с налогоплательщиком, об отсутствии иных признаков, которые подтверждали бы ведение реальной экономической деятельности (отсутствие персонала, обладающего необходимой квалификацией, указание лицами, сведения о которых как о руководителях или участниках в Едином государственном реестре юридических лиц, на недостоверность данных сведений, отсутствие сайта либо иного позиционирования (информирования) о деятельности компании и т.п.).

В абзаце втором пункта 7 письма ФНС России от 10.03.2021 № БВ-4-7/3060@ указано, что о реализации налогоплательщиком цели неправомерного уменьшения налоговой обязанности либо о том, что он знал об обстоятельствах, характеризующих контрагента как «техническую» компанию могут свидетельствовать факты, в том числе: нетипичность документооборота, непринятие мер по защите нарушенного права и т.п.

Согласно п.п. 2 п. 2 ст. 54.1 НК РФ одним из условий получения налоговой выгоды является исполнение обязательства по соответствующей сделке надлежащим субъектом - лицом, заключившим договор с налогоплательщиком, либо лицом, на которое обязанность исполнения обязательства переведена (возложена) в силу договора или закона.

Как указывает судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 19.05.2021 № 309-ЭС20-23981, цель противодействия налоговым злоупотреблениям при применении данной нормы реализуется за счет исключения возможности извлечения налоговой выгоды налогоплательщиками, использующими формальный документооборот с участием компаний, не ведущих реальной экономической деятельности и не исполняющих налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени ("технические" компании), при том, что лицом, осуществляющим исполнение, является иной субъект.

В соответствии с п. 1 и 3 ст. 3 Налогового кодекса Российской Федерации законодательство о налогах и сборах исходит из всеобщности и равенства налогообложения, необходимости взимания налогов в соответствии с их экономическим основанием и недопустимости произвольного налогообложения.

В связи с указанными положениями необходимо учитывать, что по своей экономико-правовой природе налог на добавленную стоимость является косвенным налогом на потребление товаров (работ, услуг), взимаемым на каждой стадии их производства и реализации субъектами хозяйственного оборота до передачи потребителю, исходя из стоимости (цены), добавленной на каждой из указанных стадий, и перелагаемым на потребителей в цене реализуемых им товаров, работ и услуг (постановление  Конституционного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 31-П, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.10.2017 № 305-КГ17-4111, от 13.09.2018 № 309-КГ18-7790, от 13.12.2019 № 301-ЭС19-14748 и др.).

В процессе производства и коммерческой реализации товаров (работ, услуг) расходы поставщика по уплате налога в бюджет фактически перекладываются на покупателя, который, осуществляя, в свою очередь, реализацию полученного товара как поставщик, также получает компенсацию, но уже от последующего покупателя. Цепь переложения налога завершается тогда, когда имеет место реализация товаров (работ, услуги) их потребителю, который и несет фактическое налоговое бремя налога на добавленную стоимость. С этой целью законодателем предусмотрен механизм определения суммы налога к уплате с учетом налоговых вычетов (суммы налога, перечисленные налогоплательщиком своим поставщикам товаров (работ, услуг), которые уменьшают его налоговую базу по налогу на добавленную стоимость (статья 171 Налогового кодекса).

Обусловленная природой налога на добавленную стоимость стадийность взимания данного налога в процессе производства и коммерческой реализации товаров (работ, услуг) предполагает, что использование права на вычет налога покупателем предопределяется непрерывным предъявлением налога по мере движения товаров (работ, услуг) от одного хозяйствующего субъекта к другому (пункт 1 статьи 168 Налогового кодекса) и принятием в связи с этим каждым из участников оборота обязанности по уплате в бюджет предъявляемых сумм налога (пункт 1 статьи 173 Налогового кодекса). Соответственно, отказ в праве на налоговый вычет может иметь место, если процесс реализации товаров (работ, услуг) не сопровождается соблюдением корреспондирующей этому праву обязанности по уплате налога на добавленную стоимость в бюджет в денежной форме, на что обращено внимание в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 04.11.2004 № 324-О.

Поскольку применение налогоплательщиками - покупателями вычетов по налогу на добавленную стоимость влечет уменьшение размера их налоговой обязанности и является формой налоговой выгоды, обоснованность получения этой выгоды может являться предметом оспаривания по основаниям, связанным со злоупотреблением правом, допущенным лицами, участвующими в обращении товаров (работ, услуг), и подлежит оценке судом с учетом необходимости реализации в правоприменительной практике таких публично значимых целей, вытекающих из положений пунктов 1 и 3 статьи 3 Налогового кодекса, как поддержание стабильности налоговой системы, стимулирование участников оборота к вступлению в договорные отношения преимущественно с контрагентами, ведущими реальную хозяйственную деятельность и уплачивающими налоги, обеспечение нейтральности налогообложения по отношению ко всем плательщикам налога на добавленную стоимость, которые действовали осмотрительно в хозяйственном обороте и не участвовали в уклонении от налогообложения.

Таким образом, к обстоятельствам, подлежащим установлению при оспаривании правомерности применения налоговых вычетов по основаниям, связанным с отсутствием экономического источника для вычета (возмещения) НДС налогоплательщиком - покупателем, помимо данного факта также относится и то, преследовал ли налогоплательщик - покупатель цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, знал или должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.05.2020 № 307-ЭС19-27597, от 28.05.2020 № 305-ЭС19-16064).

Изложенный выше правовой подход к разрешению споров, связанных с получением необоснованной налоговой выгоды за счет вычета (возмещения) НДС, нашел отражение в пункте 35 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020.

В отношении спорных контрагентов по результатам налоговой проверки установлены признаки «технических» компаний - юридического лица, формально участвовавшего в обращении товаров (работ, услуг), но не имевшего экономических ресурсов для исполнения своих договорных обязательств и не исполнявшего налоговые обязательства по сделкам, оформляемым от их имени. 

Таким образом, при рассмотрении настоящего дела судом установлены обстоятельства, дающие основания полагать, что экономический источник вычета (возмещения) НДС налогоплательщиком в части стоимости товаров, услуг в бюджете не создан.

В сложившейся ситуации при рассмотрении вопроса о том, могут ли негативные последствия неуплаты налога на добавленную стоимость  «техническими» компаниями быть возложены на налогоплательщика - покупателя в соответствии с пунктами 4 и 9 постановления Пленума № 53, в частности, имеет значение установление факта причастности налогоплательщика к нарушениям, допущенным в процессе обращения товаров (работ, услуг), то есть направленность действий налогоплательщика на получение экономического эффекта за счет непосредственного участия в уклонении от уплаты налога на добавленную стоимость совместно с лицами, не осуществлявшими реальной экономической деятельности, а равно информированность налогоплательщика о допущенных этими лицами нарушениях. При установлении названных обстоятельств само по себе реальное исполнение операций по реализации товаров (работ, услуг) непосредственным контрагентом налогоплательщика («контрагентом первого звена») не позволяет налогоплательщику - покупателю претендовать на получение налоговой выгоды в отсутствие экономического источника вычета (возмещения) налога.

Вышеназванный подход, выработанный в судебной практике, по существу не был изменен федеральным законодателем, определившим пределы осуществления прав налогоплательщиками в статье 54.1 Налогового кодекса (введена Федеральным законом от 18.07.2017 № 163-ФЗ), по смыслу пункта 1 которой налогоплательщик отвечает за искажения сведений о фактах хозяйственных деятельности (совокупности таких фактов), в которых он участвовал.

Следовательно, как и ранее, в условиях действующего в настоящее время законодательного регулирования исключается возможность применения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость полностью или в соответствующей части в ситуациях, когда налогоплательщик участвовал в согласованных с иными лицами действиях, направленных на неправомерное уменьшение налоговой обязанности за счет искусственного наращивания стоимости товаров (работ, услуг) без формирования источника вычета (возмещения) налога, или во всяком случае, если ему было известно о действиях иных лиц, уклоняющихся от уплаты налога на добавленную стоимость в процессе обращения товаров (работ, услуг).

В данном случае налоговая выгода в форме вычета (возмещения) налога на добавленную стоимость рассматривалась обществом в качестве самостоятельной неправомерной цели при том, что ее достижение было сопряжено с допущенными в предшествующих звеньях обращения товаров (работ, услуг) нарушениями при уплате налога на добавленную стоимость, организованными с участием самого налогоплательщика. В соответствии с пунктами 4 и 9 постановления Пленума № 53 это свидетельствует о необоснованности налоговой выгоды, полученной обществом при применении налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость.

Право на вычет фактически понесенных расходов при исчислении налога на прибыль может быть реализовано налогоплательщиком, содействовавшим в устранении потерь казны - раскрывшим в соответствии с требованиями подпункта 6 пункта 1 статьи 23, пункта 1 статьи 54 Налогового кодекса сведения и документы, позволяющие установить лицо, осуществившее фактическое исполнение по сделке, осуществить его налогообложение и, таким образом, вывести фактически совершенные хозяйственные операции из "теневого" (не облагаемого налогами) оборота.

Заявителем в ходе проведения налоговой проверки, рассмотрения её результатов, а равно при рассмотрении дела в суде не были раскрыты сведения и доказательства, позволяющие установить лицо, которое действовало в рамках легального хозяйственного оборота (осуществляло фактическое исполнение по сделкам и уплатило причитавшиеся при ее исполнении суммы налогов).

В распоряжении инспекции таких сведений не имеется, на что указано судом выше. При этом, налоговым органом проведены все возможные мероприятия налогового контроля.

Таким образом, по мнению суда, у заявителя отсутствует право на учет спорных расходов в полном объеме при исчислении налога на прибыль организаций, а определение недоимки путем установления величины расходов налогоплательщика расчетным способом в соответствии с п.п. 7 п. 1 ст. 31 НК РФ при вышеназванных обстоятельствах не могут быть признаны правомерными.

Также из оспариваемого решения усматривается, что ООО ЧОП ПФЗ «Кодекс А1», в нарушение пункта 18 статьи 250 НК РФ, необоснованно занизило внереализационные доходы за 2017 - 2019 г. на сумму кредиторской задолженности в размере 70.637.933,75 руб. по организациям, исключенным из ЕГРЮЛ и в связи с истечением срока исковой давности, в том числе: ООО «Агрика» (дата исключения из ЕГРЮЛ 13.03.2017, сумма кредиторской задолженности 923.510 руб.), ООО «АЛЬФА ТОРГ» (дата исключения из ЕГРЮЛ 27.02.2017, сумма кредиторской задолженности 776.403,10 руб.), ООО «Байт» (дата исключения из ЕГРЮЛ 22.01.2018, сумма кредиторской задолженности 1.083.660,33 руб.), ООО «Вариус» (дата исключения из ЕГРЮЛ 19.06.2017, сумма кредиторской задолженности 938.480,85 руб.),                         ООО «Вармикс» (дата исключения из ЕГРЮЛ 30.10.2017, сумма кредиторской задолженности 898.980 руб.), ООО «Вертум» (дата исключения из ЕГРЮЛ 27.11.2017, сумма кредиторской задолженности 459.879 руб.), ООО «Гермес»   (дата исключения из ЕГРЮЛ 12.02.2018, сумма кредиторской задолженности   49.000 руб.), ООО «КрафтАудит» (дата исключения из ЕГРЮЛ 31.07.2017, сумма кредиторской задолженности 1.527.680,21 руб.), ООО «ЛОРЕСТ» (дата исключения из ЕГРЮЛ 13.06.2017, сумма кредиторской задолженности 1.373.012,56 руб.), ООО «Медиан» (дата исключения из ЕГРЮЛ 09.01.2017, сумма кредиторской задолженности 1.496.721 руб.), ООО «МЕРИДИАН» (дата исключения из ЕГРЮЛ 09.01.2017, сумма кредиторской задолженности 402.341 руб.), ООО «ОРБИТА-СЕРВИС» (дата исключения из ЕГРЮЛ 25.09.2017, сумма кредиторской задолженности 987.630 руб.), ООО «Прагма» дата исключения из ЕГРЮЛ 25.09.2017, сумма кредиторской задолженности 1.625.760 руб.), ООО «ТЕХНОСТРОЙ» (дата исключения из ЕГРЮЛ 17.04.2017, сумма кредиторской задолженности 785.620,46 руб.), ООО «ТОРГСТРОЙ» (дата исключения из ЕГРЮЛ 09.10.2017, сумма кредиторской задолженности 1.472.100 руб.), ООО «Финансово-Юридическая Фирма «ФИНМОНИТОРИНГ» (дата исключения из ЕГРЮЛ 12.01.2019, сумма кредиторской задолженности 2.351.830 руб.), ЗАО «Астройгрупп» (дата исключения из ЕГРЮЛ 18.02.2019, сумма кредиторской задолженности 1.000.000 руб.), ЗАО «ДИСК» (истечение срока исковой давности, сумма кредиторской задолженности 547.946,81 руб.), ООО «АВТОПРОМКОМПЛЕКТ» (истечение срока исковой давности, сумма кредиторской задолженности 1.089.684,10 руб.), ООО «Аделия» (дата исключения из ЕГРЮЛ 11.02.2019, сумма кредиторской задолженности 2.679.852 руб.), ООО «АКРОС» дата исключения из ЕГРЮЛ 08.02.2019, сумма кредиторской задолженности 1.438.201,32 руб.), ООО «БастионСервис» (дата исключения из ЕГРЮЛ 12.02.2018, сумма кредиторской задолженности 45.211,54 руб.), ООО «ВЕНДЕР» (истечение срока исковой давности, сумма кредиторской задолженности 994.735,18 руб.), ООО «Вентром» (дата исключения из ЕГРЮЛ 07.12.2018, сумма кредиторской задолженности 994.100 руб.), ООО «Гарант» (дата исключения из ЕГРЮЛ 07.12.2018, сумма кредиторской задолженности 1.243.015,30 руб.), ООО «МИРАКС» (истечение срока исковой давности, сумма кредиторской задолженности 1.620.540,23 руб.), ООО «СЕЛЕНА» (дата исключения из ЕГРЮЛ 29.04.2019, сумма кредиторской задолженности 470.365,25 руб.), ООО «СЕРВИСПЛЮС» (истечение срока исковой давности, сумма кредиторской задолженности 1.049.300 руб.), ООО «СофтБилдинг» (дата исключения из ЕГРЮЛ 25.01.2018, сумма кредиторской задолженности 575.630 руб.), ООО «ТОП-СЕРВИС» (дата исключения из ЕГРЮЛ 25.06.2018, сумма кредиторской задолженности 1.081.982,10 руб.), ООО «ТРАНСЭКСПО» (дата исключения из ЕГРЮЛ 16.04.2018, сумма кредиторской задолженности 678.510,41 руб.), ООО ТД «Державный» (истечение срока исковой давности, сумма кредиторской задолженности 37.412.100 руб.), ООО «ГК КОДЕКС» (истечение срока исковой давности, сумма кредиторской задолженности 564.151 руб.).

Согласно ст. 247 Налогового кодекса Российской Федерации, объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью для российских организаций в целях главы 25 НК РФ признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с названной главой.

В силу пп. 2 п. 1 ст. 248 НК РФ к доходам в целях главы 25 Кодекса относятся внереализационные доходы.

В соответствии с п. 18 ст. 250 НК РФ внереализационными доходами налогоплательщика признаются, в частности, доходы в виде сумм кредиторской задолженности (обязательства перед кредиторами), списанной в связи с истечением срока исковой давности или по другим основаниям, за исключением случаев, предусмотренных подпунктом 21 пункта 1 статьи 251 НК РФ.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности установлен статьей 196 ГК РФ Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) и составляет три года.

Перечень оснований, по которым суммы кредиторской задолженности признаются в составе внереализационных доходов, является открытым.

Одним из таких оснований является исключение кредиторов из ЕГРЮЛ в связи с ликвидацией, а также в связи с фактическим прекращением деятельности.

Кредиторская задолженность, по которой имеются разные основания ее списания по пункту 18 статьи 250 НК РФ, должна учитываться в составе внереализационных доходов на наиболее раннюю из дат: на дату истечения срока исковой давности или на дату внесения записи в ЕГРЮЛ о ликвидации кредитора.

Согласно пункту 3 статьи 49 ГК РФ, правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении.

Согласно пункту 9 статьи 63 ГК РФ, ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо - прекратившим существование после внесения сведений о его прекращении в единый государственный реестр юридических лиц в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц.

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам (пункт 2 статьи 64.2 ГК РФ).

Таким образом, с момента ликвидации кредитора у налогоплательщика прекращается обязательство по оплате, в связи с чем факт ликвидации относится к основаниям, по которым сумма кредиторской задолженности подлежит включению в состав внереализационных доходов.

Согласно пункту 1 статьи 64.2 ГК РФ, пунктам 1, 2 статьи 21.1 Закона              № 129-ФЗ, регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ при наличии одновременно всех признаков недействующего юридического лица, к которым отнесены: непредставление в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, документов отчетности, предусмотренных законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и неосуществление операций хотя бы по одному банковскому счету; такое юридическое лицо признается фактически прекратившим свою деятельность и может быть исключено из ЕГРЮЛ в порядке, предусмотренном Законом № 129-ФЗ.

Между тем, в материалах проверки отсутствуют доказательства нарушения регистрирующим органом норм действующего законодательства при исключении спорных контрагентов из ЕГРЮЛ, несоблюдения регистрирующим органом процедуры исключения юридического лица из ЕГРЮЛ в административном порядке.

Исходя из положений пункта 18 статьи 250, статьи 271 НК РФ, статьи 49 ГК РФ, с момента ликвидации кредитора либо исключения из Единого государственного реестра юридических лиц по решению регистрирующего органа у налогоплательщика прекращается обязательство по оплате, в связи с этим сумма кредиторской задолженности подлежит включению в состав внереализационных доходов в том периоде, в котором кредитор исключен из реестра.

В соответствии со статьей 313 НК РФ налоговый учет представляет собой обособленную систему обобщения информации для определения налоговой базы по налогу на прибыль на основе данных первичных документов, сгруппированных в соответствии с порядком, предусмотренным НК РФ.

Положения пункта 18 статьи 250 НК РФ в совокупности с нормами, регулирующими ведение бухгалтерского учета, предусматривают обязанность налогоплательщика учесть суммы требований кредиторов, по которым истек срок исковой давности, в составе внереализационных доходов в определенный налоговый период (год истечения срока исковой давности), а не в произвольно выбранный налогоплательщиком. Эта обязанность подлежит исполнению вне зависимости от того, проводилась ли налогоплательщиком инвентаризация задолженности, и был ли издан по ее результатам приказ руководителя о списании задолженности.

Исходя из правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 08.06.2010                              № 17462/09, факт несписания должником кредиторской задолженности в бухгалтерском учете не является препятствием для ее включения в состав внереализационных доходов того периода, в котором возникли соответствующие основания, к тому же налогоплательщики лишены права на произвольный выбор периода признания внереализационного дохода, предусмотренного пунктом 18 статьи 250 НК РФ.

Доказательств того, что размер внереализационного дохода, исчисленного инспекцией на основании документов налогоплательщика и проведенных мероприятий налогового контроля, не соответствует спорной сумме кредиторской задолженности, обществом не представлено.

Вопреки доводам общества о том, что суммы кредиторской задолженности перед вышеуказанными контрагентами с истекшим сроком взыскания в целях налогообложения подлежали определению расчетным путем, суд отмечает, что у инспекции отсутствовала обязанность определять понесенные налогоплательщиком доходы расчетным путем на основании подпункта 7 пункта 1 статьи 31 НК РФ, поскольку данный способ подлежит применению в том случае, если допущенное налогоплательщиком нарушение сводится к документальной неподтвержденности совершенных им операций.

При вышеизложенных обстоятельствах инспекция пришла к правомерному выводу о том, что кредиторская задолженность в размере 70.637.933,75 руб. подлежит включению в состав внереализационных доходов общества в 2017 - 2019 гг., в связи с этим обществу правомерно доначислен налог на прибыль организаций за 2017 - 2019 годы.

Арбитражный суд также отклоняет доводы заявителя о наличии процедурных нарушений рассмотрения материалов выездной налоговой проверки, поскольку, как следует из материалов дела, в целях вручения вынесенного по результатам выездной налоговой проверки решения от 27.06.2022 № 14-33/11 налогоплательщик был приглашен в инспекцию (приглашение в налоговый орган для получения документов от 27.06.2022 № 37 направлено заказным почтовым отправлением с присвоением ШПИ                               № 80101973088685, получено обществом 29.06.2022).

Поскольку налогоплательщик в назначенное время (04.07.2022 в 18:00) в инспекцию не явился, решение от 27.06.2022 № 14-33/11 направлено в адрес общества 04.07.2022 по ТКС. При этом, по результатам внутреннего контроля, инспекцией установлено, что в отправленном в электронном виде решении, в результате технической ошибки, не отразилась описательная часть. 

Учитывая изложенное, налоговый орган, руководствуясь положениями пункта 9 статьи 101 НК РФ, направил решение от 27.06.2022 № 14-33/11 в бумажном виде, содержащее полное описание установленных в ходе проверки обстоятельств, по юридическому адресу общества 05.07.2022 заказным почтовым отправлением с присвоением ШПИ № 14240073001198, которое получено ООО ЧОП ПФЗ «Кодекса А1», что не оспаривается самим налогоплательщиком. Таким образом, инспекцией выполнены требования статьи 101 НК РФ.

В отношении довода заявителя об отсутствии печати налогового органа на оспариваемом решении, судом учитывается, что, согласно форме решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, утвержденной приказом ФНС России от 07.11.2018 № ММВ-7-2/628@, решение подписывается руководителем налогового органа. При этом, проставление печати не предусмотрено указанной формой, а также положениями Налогового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с ч. 3 ст. 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

  При изложенных обстоятельствах арбитражный суд не находит оснований для удовлетворения требования заявителя. 

  Нарушений ст. 101 Налогового кодекса Российской Федерации, влекущих безусловную отмену решения, арбитражным судом при рассмотрении настоящего спора не установлено. 

Судом также не выявлены обстоятельства, смягчающие вину заявителя в совершенном правонарушении, ответственность за которое предусмотрена                  ст. 122 НК РФ. 

Кроме того, решением УФНС по Московской области от 10.10.2022                     № 07-12/068779@ решение Межрайонной ИФНС России № 6 по Московской области от 27.06.2022 № 14-33/11 отменено в части штрафных санкций по пункту 3 статьи 122 НК РФ в размере 10.663.258 руб., при этом заявитель оспаривает решение в полном объеме.

  Поскольку в удовлетворении заявления отказано, судебные расходы по уплате государственной пошлины арбитражный суд относит на заявителя                   (абз. 1 ч. 1 ст. 110 АК РФ).

Руководствуясь статьями 167 – 170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью частного охранного предприятия «Подразделение физической защиты «Кодекс А1» отказать. 

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Десятый арбитражный апелляционный суд.

 

Судья                                                                          М.А. Юдина