ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  г. Москва

16.11.2022

 

Дело № А40-137960/17

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 ноября 2022 года  

Полный текст постановления изготовлен 16 ноября 2022 года  

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Н.Н. Тарасова, Ю.Е. Холодковой,  

при участии в заседании: 

от конкурсного управляющего ПАО «Межтопэнергобанк» - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» - ФИО1, по доверенности от 06.07.2022 срок по 30.12.2022; ФИО2, по доверенности от 06.07.2022 срок до 30.12.2022; ФИО3, по доверенности от 06.07.2022 срок по 30.12.2022; 

от ФИО4 – ФИО5 – ФИО6, по доверенности от 20.09.2020, срок 10 лет; 

от ФИО7 – ФИО8, по доверенности от 31.10.2022, срок 2 года; 

от ФИО9 – ФИО10, по доверенности от 18.03.2021, срок 2 года; 

от ФИО11, лично по паспорту РФ, ФИО12, по доверенности от 15.01.2021, срок 2 года; 

от ФИО13 – ФИО14, по доверенности от 17.11.2020, срок 3 года; 

от ФИО15 – ФИО16, по доверенности от 28.05.2021, срок 3 года; 

от ФИО17 – ФИО18, по доверенности от 18.12.2020, срок 3 года; 

от ФИО19 – ФИО20, по доверенности от 14.08.2020, срок 3 года, ФИО21, по доверенности от 03.08.2020, срок 3 года; 

рассмотрев 09.11.2022  в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ПАО «Межтопэнергобанк» - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» 

на определение от 31.05.2022

Арбитражного суда города Москвы, 

на постановление от 24.08.2022 

Девятого арбитражного апелляционного суда,

по заявлению о взыскании убытков, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ПАО «Межтопэнергобанк»

установил:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 21.09.2017 должник -  ПАО «Межтопэнергобанк» признан несостоятельным (банкротом);  отношении должника открыто конкурсное производство; функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов». 

В Арбитражный суд города Москвы 22.07.2020 поступило заявление конкурсного управляющего ПАО    «Межтопэнергобанк»,  по которому он просил:

взыскать с ФИО22 в пользу ПАО «Межтопэнергобанк» в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» убытки, причинённые выдачей невозвратных кредитов ООО «Аванта-Центр», ООО «Хохольский мел», ООО «Гудлайн» (№ДК-5378 от 11.12.2014), ООО «Ром-Инвест», ООО «ВТБО», ООО «СГ-Уфа» и ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, Миллеру В.А., ФИО27, ФИО28, ФИО29 в размере 2 977 373 132, 84 руб.; 

взыскать с ФИО22 в пользу ПАО «Межтопэнергобанк» в лице конкурсного управляющего - Государственной корп орации «Агентство по страхованию вкладов» убытки, причинённые реализацией ссудной задолженности юридических и физических лиц в пользу ООО «ХАУЗРЕНТ» и ООО КОМПАНИЯ «СИГМА» в размере 464 290 465, 86 руб.; 

взыскать с ФИО22 в пользу ПАО «Межтопэнергобанк» в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» убытки, причинённые выводом залогового обеспечения по кредитам ООО «Градостройфинанс» и ООО «РОМ-Инвест» в размере 45 533 414 руб.; 

взыскать с ФИО22 в пользу ПАО «Межтопэнергобанк» в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» убытки, причинённые продажей привилегированных акций ОАО «Селигдар» в пользу компании ООО «БФ-Инвест» в размере 37 942 120 руб.;

взыскать с ФИО22, ФИО17, ФИО30 (ранее ФИО31) Марины Рюриковны, ФИО13 солидарно в пользу ПАО «Межтопэнергобанк» в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» убытки, причинённые погашения ссудной задолженности ООО «Нефтепромснаб» путем предоставления недвижимого имущества по завышенной стоимости в размере 216 779 500 руб.;

взыскать с ФИО22, ФИО17, ФИО30 (ранее ФИО31) Марины Рюриковны, ФИО7, ФИО13 солидарно в пользу ПАО «Межтопэнергобанк» в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» убытки, причинённые погашением ссудной задолженности ООО МАГИДЕЛЬ-НМ и ООО ПК «ХРОМБУР» путем предоставления недвижимого имущества по завышенной стоимости в размере 202 313 694, 92 руб.; 

взыскать с ФИО22, ФИО7, ФИО13, ФИО9, солидарно в пользу ПАО «Межтопэнергобанк» в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» убытки, причинённые выдачей невозвратного кредита ФИО32 в размере 47 543 561, 20 руб.; 

взыскать с ФИО22, ФИО7, ФИО13, ФИО33, ФИО34, ФИО35 солидарно в пользу ПАО «Межтопэнергобанк» в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» убытки, причинённые выдачей невозвратных кредитов ООО «Аванта-Запад», ООО Гудлайн» (№ДК-5140 от 27.05.2014), ООО «Финстройрегистрация», ООО «Дом Инвест», ООО «Дэнвер», ООО «Билдинг-М», ООО «ТВЕРРА» (№ДК-5486 от 28.04.2015), ООО «СтройПортал» (№ДК-5275-01 от 17.09.2014), ООО «ИСКОНА Холдинг» (№ДК-5317 от 22.10.2014) в размере 2 362 245 146, 84 руб.; 

взыскать с ФИО22, ФИО7, ФИО13, ФИО9, ФИО15 солидарно в пользу ПАО «Межтопэнергобанк» в лице конкурсного управляющего -Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» убытки, причинённые выдачей невозвратного кредита ООО «Атлант и К» в размере 276 640 529, 10 руб.; 

взыскать с ФИО22, ФИО17, ФИО30 (ранее ФИО31) Марины Рюриковны, ФИО33, ФИО35 солидарно в пользу ПАО «Межтопэнергобанк» в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» убытки, причинённые выдачей невозвратного кредита ООО «Тверра» (№ДК-5496 от 08.05.2015) в размере 165 344 500 руб.; 

взыскать с ФИО22, ФИО13, ФИО33, ФИО34, ФИО35 солидарно в пользу ПАО «Межтопэнергобанк» в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» убытки, причинённые выдачей невозвратных кредитов ООО «СтройМонолит», ООО «ИСКОНА Холдинг» (№ДК-5041 от 17.03.2014), ООО «ДЕКОРТ-ИНВЕСТ» в размере 358 848 412, 23 руб.; 

взыскать с ФИО22, ФИО7, ФИО13, ФИО33, ФИО34 солидарно в пользу ПАО «Межтопэнергобанк» в лице конкурсного управляющего -Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» убытки, причинённые выдачей невозвратных кредитов ООО «ТКМ-Сервис», ООО «СтройПортал» (№ДК-5361 от 28.11.2014), ООО «ДЕКОРТ-ИНВЕСТ» (№ДК-5428 от 19.02.2015) в размере 223 679 115 руб.; 

взыскать с ФИО22, ФИО7, ФИО33, ФИО35           солидарно      в          пользу            ПАО «Межтопэнергобанк» в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» убытки, причинённые выдачей невозвратного кредита ООО «Байпас» в размере 127 500 000 руб.; 

взыскать с ФИО22, ФИО7, ФИО13, ФИО33, солидарно в пользу ПАО «Межтопэнергобанк» в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» убытки, причинённые выдачей невозвратного кредита ООО «ИнтерТоргТранс» в размере 178 400 000 руб.; 

взыскать с ФИО22, ФИО13, ФИО34, ФИО15 солидарно в пользу ПАО «Межтопэнергобанк» в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» убытки, причинённые выдачей невозвратного кредита ООО «Атлант и К» в размере 300 000 000 руб.; 

взыскать с ФИО13, ФИО33, ФИО34, ФИО35 солидарно в пользу ПАО «Межтопэнергобанк» в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» убытки, причинённые выдачей невозвратного кредита ООО «ЖСК» в размере 581 694 260 руб.; 

взыскать с ФИО35 в пользу ПАО «Межтопэнергобанк» в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию 4 вкладов» убытки, причинённые выдачей невозвратного кредита ЗАО «Оптоган» в размере 500 000 000 руб.; 

взыскать с ФИО13, ФИО7, ФИО33, ФИО35    солидарно    в   пользу ПАО «Межтопэнергобанк» в лице конкурсного управляющего убытки, причинённые выдачей невозвратных кредитов ЗАО «Арт Сити», ООО «Градострой Финанс» в размере 191 808 593, 32 руб. ; 

взыскать с директора Сибирской дирекции ФИО15, а также с членов правления Банка, являвшихся членами кредитно-инвестиционного комитета ФИО13, ФИО34 в пользу ПАО «Межтопэнергобанк» в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» убытки, причинённые выдачей невозвратного кредита ООО «Байр-строй» в размере 862 405 985, 93 руб.;

взыскать с директора Сибирской дирекции ФИО15 в пользу ПАО «Межтопэнергобанк» в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» убытки, причинённые выдачей невозвратных кредитов ООО «ВДТ-Строй», ООО «РОСТ» (№452/2861 от 16.09.2014) в размере 1 861 000 000 руб.; 

взыскать с заместителя директора Сибирской дирекции ФИО11 в пользу ПАО «Межтопэнергобанк» в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» убытки, причинённые выдачей невозвратного кредита ООО «РОСТ» (№ДК-0044/100-00 от 24/09/2015) в размере 168 000 000 руб.; 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 31.05.2022 заявление конкурсного управляющего признано обоснованным частично: суд признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО22 к ответственности по обязательствам ПАО «Межтопэнергобанк» в форме возмещения убытков и приостановил производство по заявлению в части определения размера убытков приостановлено до окончания расчетов с кредиторами и реализации имущества ПАО «Межтопэнергобанк». В удовлетворении остальной части заявления судом отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.08.2022 определение Арбитражного суда города Москвы от 31.05.2022 отменено в части приостановления производства по размеру убытков: с ФИО22 в пользу ПАО «Межтопэнергобанк» взысканы убытки в размере 2 534 118 638, 26 руб. В остальной части определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ПАО «Межтопэнергобанк» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 31.05.2022, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.08.2022 отменить в части отказа в привлечении к ответственности по обязательствам ПАО «Межтопэнергобанк» в форме взыскания убытков с ФИО36, ФИО7, ФИО33, ФИО9, ФИО35, ФИО17, ФИО4 – ФИО37, ФИО11, ФИО15 и принять новый судебный акт о признании доказанным наличия оснований для привлечения указанных лиц к ответственности по обязательствам ПАО «Межтопэнергобанк» в форме взыскания убытков, установить размер убытков. 

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам в обжалуемой части.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщены отзывы ФИО9, ФИО13, ФИО17, ФИО11, ФИО35, ФИО15, ФИО4 – ФИО5, ФИО7, а также возражения на отзывы ПАО «Межтопэнергобанк».

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ПАО «Межтопэнергобанк» доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней. 

Представители   ФИО4 – ФИО5, ФИО7, ФИО9, ФИО11, ФИО13, ФИО15,  ФИО17,  ФИО19 возражали против удовлетворения кассационной жалобы ГК «АСВ». 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

Суд округа проверяет законность и обоснованность судебных актов только в обжалуемой части и только в пределах доводов жалобы. 

Из содержания обжалуемых судебных актов  усматривается, что судами установлены следующие обстоятельства.

 В материалы дела представлены протоколы заседаний Кредитно-инвестиционного комитета Банка. Кроме того, представлен реестр сделок, содержащий информацию о лицах, подписавших договоры со стороны Банка и лицах, подписавших протоколы Кредитного комитета, в котором содержится в том числе информация о лицах, одобривших выдачу кредита со стороны Кредитного-инвестиционного комитета.

По мнению конкурсного управляющего сделки, причинившие Банку убытки, указанные в заявлении, совершены и (или) одобрены следующими лицами, занимавшие следующие должности в Банке:

ФИО22 - Председатель Правления Банка с 06.08.1994

ФИО13 - член Кредитно-инвестиционного комитета Банка по 09.09.2016, член Правления Банка с 14.09.2000 по 25.09.2017

ФИО7 - член Кредитно-инвестиционного комитета Банка по 09.09.2016, член Правления Банка с 01.11.2001 по 02.10.2017

ФИО33 - член Правления Банка с 14.09.2000 по 20.12.2016, член Кредитно-инвестиционного комитета по 09.09.2016

ФИО9 - член Кредитно-инвестиционного комитета Банка с 24.12.2010 по 31.08.2016, член Правления Банка с 01.01.2011 по 31.08.2016

ФИО35 - член Кредитно-инвестиционного комитета по 03.08.2016, член Правления Банка с 15.01.2007 по 03.08.2016

ФИО17 - член Правления Банка с 06.10.1994 по 26.09.2017

ФИО38 - член Правления Банка и главный бухгалтер Банка с 01.08.1994 по 29.09.2017

ФИО11 - заместитель директора Сибирской дирекции Банка по 26.09.2017

ФИО15 - член Кредитно-инвестиционного комитета с 04.04.2016 по 09.09.2016, член Правления Банка, директор Сибирской дирекции «Алемар» Банка с 01.01.2011 по 29.09.2017.

Суды указали, что в рамках настоящего обособленного спора надлежит установить факт наличия у Банка убытков в результате совершенных сделок, вину каждого из ответчиков по каждому из вменяемых эпизодов, причинно-следственную связь между действиями (бездействием) ответчиков и наступившими убытками. Отсутствие доказанности любого из элементов, образующих состав деликта влечет отказ в удовлетворении требований о взыскании убытков в указанной части.

Судами отмечено, что полномочия кредитно-инвестиционного комитета ПАО «Межтопэнергобанк» указаны в Положении о кредитно-инвестиционном комитете Банка (утв. Протоколом Правления №41 от 16.04.2014).

В соответствии с п. 2.2. Положения основными задачами комитета являются рассмотрение и принятие на коллегиальной основе решений о возможности заключения следующих кредитных сделок и связанных с этим решений:

принятие решений о возможности предоставления кредитов, гарантий, поручительств, открытия кредитных линий, приобретения векселей третьих лиц, в т. ч. в рамках утвержденных программ Банка;

определение условий кредитования по каждому конкретному заемщику, включающих сумму кредита, срок кредитования, принимаемое обеспечение, процентную ставку, размер комиссий, штрафов и других существенных условий кредитования;

В данном случае судами установлено, что Кредитно-инвестиционный комитет аккумулировал информацию, полученную из других подразделений банка, после сбора необходимой информации и заключений от уполномоченных отделов Комитет проводил ее анализ и давал свое профессиональное суждение.

Согласно Положению о кредитовании, утвержденному Протоколом Правления № 69 от 07.06.2016 службами Банка, которые предоставляли информацию Кредитно-инвестиционному комитету являлись следующие: Кредитное подразделение, управление кредитования головного офиса или филиалов Банка Отдел оценки рисков; Юридическое управление; Управление по работе с залоговым имуществом; Отдел контроля и документооборота; Служба защиты бизнеса, коллекторская служба. Для каждого из указанных подразделений имелось Положение, регулирующее те функции и обязанности, которые выполняло конкретное подразделение Банка. Факт реальности существования подразделений подтверждается многочисленными заключениями в отношении заемщиков, содержащихся в кредитных досье, которые подробно описывают правоустанавливающие документы заемщиков, залоговое имущество, документы руководителей этих предприятий, анализ финансового положения заемщиков, анализ справедливой стоимости, ликвидности и достаточности обеспечения, и иную информацию.

Суды отметили, что заключения профильных подразделений не согласовывались с руководством Банка и составлялись ответственными сотрудниками соответствующего подразделения на основании проверки, изучения и анализа документации и активов заемщика. Анализ содержания заключений профильных подразделений в отношении заемщиков позволил судами сделать вывод, что сотрудниками профильного подразделения Банка проводилась реальная и полноценная работа по проверке, изучению и анализу документов, предоставляемых заемщиками, а полномочия Кредитно-инвестиционного комитета состояли в анализе полученной от служб и структур Банка информации, но не перепроверке информации, предоставленной компетентными органами.

Суд первой инстанции посчитал, что решения Кредитно-инвестиционного комитета носило профессиональный, рекомендательный характер, Председатель правления Банка не был связан суждением Кредитно-инвестиционного комитета о возможности предоставления (непредоставлении) кредита.

Суд первой инстанции, изучив представленные в материалы дела доказательства, правильно установив фактические обстоятельства дела, пришел к выводу о доказанности конкурсным управляющим наличия оснований для взыскания с ФИО22 убытков.

В суде апелляционной инстанции законность судебного акта в части наличия оснований для взыскания убытков с ФИО22 лицами, участвующими в деле, не оспаривалась.

В отношении ФИО13, ФИО7, ФИО33, ФИО9, ФИО35, ФИО17, ФИО30 (ранее – ФИО31) М.Р., ФИО11, ФИО15 суд первой инстанции оснований для привлечения к ответственности  в виде убытков не установил, поскольку не доказана управляющим их вина и причинно-следственная связь между действиями и последствиями как раз исходя из полномочий членов кредитного комитета и исходя из конкретных функциональных обязанностей каждого лица.  

Суд первой инстанции, установив фактические обстоятельства дела, оценив представленные доказательства, пришел к выводу, что процедура одобрения ими сделок, носила рекомендательный характер, а решению о предоставлении кредита предшествовала масштабная работа структурных подразделений банка, и ни один из сотрудников профильных подразделений Банка не находился в подчинении ответчиков, кроме того Председатель правления банка не был связан решением кредитного комитета, действия должника по предоставлению кредитов не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска,  правильность заключений профильных служб Банка подтвердил и ЦБ РФ в своих актах проверок, как подтвердил и факты наличия у заемщиков достаточного количества обеспечения. 

Суд апелляционной инстанции согласился с такими выводами суда первой инстанции.

При этом, суд первой инстанции указал, что поскольку, размер убытков, подлежащих взысканию с ответчика ФИО22, определить по состоянию на дату судебного заседания не представляется возможным, суд счел возможным по аналогии с пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве приостановить производство по заявлению конкурсного управляющего ПАО «Межтопэнергобанк» в части определения размера причиненных убытков до окончания расчетов с кредиторами должника.

Суд апелляционной инстанции не согласился с позицией суда первой инстанции в данной части, поскольку установление размера убытков является обязательным элементом при доказывании данного вида ответственности.

Суд апелляционной инстанции указал, что на дату рассмотрения заявления конкурсного управляющего, совокупный размер вменяемых ФИО22 убытков составил 2 534 118 638,26 рублей. Контррасчет в материалы дела не представлен, размер убытков лицами, участвующими в деле, не оспаривался.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого определения в части приостановления производства по размеру убытка и взыскании  ФИО22 в пользу ПАО «Межтопэнергобанк» убытков в размере 2 534 118 638, 26 рублей.

Суд кассационной инстанции считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций в обжалуемой части правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую  оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.   

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с п. 11.1 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» органами управления кредитной организации наряду с общим собранием ее учредителей (участников) являются совет директоров (наблюдательный совет), единоличный исполнительный орган и коллегиальный исполнительный орган. Текущее руководство деятельностью кредитной организации осуществляется ее единоличным исполнительным органом и коллегиальным исполнительным органом.

Согласно статьям 69, 70 Закона об акционерных обществах, статье 11.1 Закона о банках и банковской деятельности к компетенции коллегиального исполнительного органа Банка – Правления и единоличного исполнительного органа Банка - Председателя правления относится руководство текущей деятельностью Банка, а также иные вопросы, отнесенные к компетенции Правления и Председателя правления уставом Банка, внутренними документами Банка и законодательством Российской Федерации. Председатель Правления Банка, осуществляющий функции единоличного исполнительного органа Банка, осуществляет также функции Председателя коллегиального исполнительного органа Банка - Правления Банка.

Согласно пункту 2 статьи 69 Закона об акционерных обществах Председатель Правления Банка без доверенности действует от имени Банка, совершает сделки от имени Банка.

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

В пунктах 2 и 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» указано, что недобросовестность действий единоличного исполнительного органа, членов коллегиального исполнительного органа юридического лица доказана, когда данные лица организации знали или должны были знать о том, что совершили сделку с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом; неразумными считаются такие действия указанных органов как не совершение действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор, разумные члены коллегиального исполнительного органа отложили бы принятие решения до получения дополнительной информации.

Принятие заинтересованными лицами решения о предоставлении денежных средств заемщикам, неспособным вернуть денежные средства, в отсутствие разумного и достаточного анализа заемщиков и их финансово-хозяйственной деятельности, в отсутствие необходимых документов и сведений в соответствии с требованиями Центрального банка Российской Федерации свидетельствует о недобросовестности действий (бездействий) заинтересованных лиц.

Как указывает Верховный Суд Российской Федерации в Определениях от 22.06.2020 №307-ЭС19-18723(2,3), от 07.10.2021 №305-ЭС18-13210(2), от 10.11.2021 №305-ЭС19-14439(3-8), в соответствии с пунктом 1 статьи 189.23 Закона о банкротстве в случае, если банкротство кредитной организации наступило вследствие действий и (или) бездействия лиц, контролирующих кредитную организацию, такие лица в случае недостаточности имущества кредитной организации несут субсидиарную ответственность по ее обязательствам в порядке, установленном статьей 10 данного Федерального закона.

         Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, подлежащему применению к спорным отношениям, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если, в частности, в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Закона, причинен вред имущественным правам кредиторов.

         Указывая на виновность ФИО36, ФИО7, ФИО33, ФИО9, ФИО35, ФИО17, ФИО4 – ФИО37, ФИО11, ФИО15, Агентство фактически исходило из того, что названными лицами были тем или иным образом одобрены существенно убыточные сделки, приведшие к несостоятельности должника.

          Особенность функционирования кредитных организаций состоит в том, что они осуществляют достаточно крупную по своим масштабам деятельность на финансовом рынке, что обусловливает необходимость наличия в их штате значительного количества сотрудников, в том числе в органах управления. При этом банковская деятельность на финансовом рынке является строго и детально урегулированной, в частности, предъявляется значительное количество требований к перечню органов управления, а также к персональному составу лиц, в них входящих (например, статьи 11.1, 11.1-1 Федерального закона от 02.12.1990 N 395-1 "О банках и банковской деятельности").

Данные особенности деятельности банков предопределяют то, что в рамках дел об их банкротстве споры о привлечении контролирующих лиц к ответственности зачастую сопровождаются наличием большого количества ответчиков. Разрешая подобные споры, необходимо исходить из того, что к ответственности могут быть привлечены только те лица, действия которых непосредственно привели к возникновению у Банка убытков.

При установлении того, способствовало ли поведение ответчиков возникновению у Банка убытков необходимо принимать во внимание:

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделок);

3) ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (пункты 3, 16, 21, 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

          При этом сама по себе убыточность заключенной сделки не может служить безусловным подтверждением наличия основания для привлечения к ответственности в виде взыскания убытков. Так, в частности, совершение (одобрение) сделки на основании положительного заключения (рекомендации) профильного подразделения банка (в том числе кредитного департамента) предполагает, что действия ответчика не отклонялись от стандартов разумности и добросовестности, обычно применяемых в этой сфере деятельности.

Необходимо поименно установить вовлеченность каждого конкретного ответчика в совершение вменяемых сделок применительно к каждой из них. Тот факт, что лица занимали одну и ту же должность в банке (например, входили в состав правления или кредитного комитета) либо обладали одинаковым статусом контролирующего лица, еще не означает потенциальной тождественности выводов в отношении их вины. Общие абстрактные выводы о недобросовестности (неразумности) ответчиков, основанные исключительно на их принадлежности к числу контролирующих лиц (либо к одной группе контролирующих лиц), недопустимы. Само по себе наличие статуса контролирующего лица не является основанием для привлечения к ответственности в виде возмещения убытков. В контексте названного критерия это означает, что суд, установив наличие    отношения    ответчика    к    руководству    банка,    должен    проверить,    являлся    ли    конкретный ответчик инициатором, потенциальным выгодоприобретателем существенно убыточной сделки, либо действовал ли он с названными лицами совместно.

В контексте названного критерия это означает, что суд, установив наличие отношения ответчика к руководству банка, должен проверить, являлся ли конкретный ответчик инициатором, потенциальным выгодоприобретателем существенно убыточной сделки либо действовал ли он с названными лицами совместно (статья 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Само по себе осуществленное на основании внутрибанковских правил одобрение сделки лицом, входящим в органы управления, еще не свидетельствует о том, что это лицо является соучастником вывода активов, поскольку (как отмечено выше) в такой ситуации предполагается, что оно действовало в соответствии со стандартами разумности и добросовестности, обычно применяемыми в этой сфере деятельности. Бремя доказывания обратного лежит на конкурсном управляющем.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 №305-ЭС18-13210(2), при решении вопроса о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих лиц кредитной организации надлежит исследовать вопрос соблюдения при заключении сделок корпоративных норм и правил, действующих в банке, нормативных актов. В частности, совершение (одобрение) сделки на основании положительного заключения (рекомендации) профильного подразделения банка (в том числе кредитного департамента) предполагает, что действия ответчика не отклонялись от стандартов разумности и добросовестности, обычно применяемых в этой сфере деятельности. На истце лежит бремя опровержения названной презумпции.

На основании изложенного суды обеих инстанций пришли к правомерным и обоснованным выводам о том, что неполное возвращение заемщиками кредитных средств не влечет вывода о вине указанных Банком контролирующих лиц и наличии условий для их ответственности за причинение убытков должнику или за невозможность полного погашения требований кредиторов должника.

При этом в определении суда первой инстанции подробно изложены сведения относительно условий кредитования каждого из заемщиков, кредиты которым, по мнению Банка, носят «технический характер», в том числе перечень залогового имущества, его стоимость, сведения об иных активах, категории качества ссуды.

          Суды в данном случае учли и установили степень и вовлеченность каждого из контролирующих должника лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы судов в обжалуемой части  основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства. 

Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены. Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо. 

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.  

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 31.05.2022 в неотмененной части и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от  24.08.2022 по  делу № А40-137960/17 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

          Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяЕ.Л. Зенькова  

Судьи: Н.Н. Тарасов  

                                                                  Ю.Е. Холодкова