Арбитражный суд Пермского края

Екатерининская, дом 177, Пермь, 614068, www.perm.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

дело №А50-3560/2019

г. Пермь

11 ноября 2019  года

Резолютивная часть решения объявлена  18 октября 2019 года.

Решение в полном объеме изготовлено    11 ноября  2019 года.

Арбитражный суд 

в составе судьи                       Ю.Т. Султановой,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи  А.С. Стерховой

рассмотрел в судебном заседании исковое заявление индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; 614013 

<

...>) 

к ответчику - акционерному обществу «Компания Технопол» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; 614000 

<

...>)

о признании отсутствующим права собственности АО «Компания Технопол» на нежилое помещения №7 площадью 28,5 кв.м. и нежилое помещение №8, расположенные в жилом доме по адресу: 

<

...>,

о признании за  истцом права общей долевой собственности на общее имущество, расположенное в жилом доме по адресу: 

<

...>, а именно, на нежилое помещение №7 площадью 28,5 кв.м. и нежилое помещение №8 площадью 34,8 кв.м. 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, 

1) Публичное акционерное общество Коммерческий Банк «Уральский финансовый дом» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 614990 

<

...>).

В  судебном заседании принимали участие - от истца - ФИО2, доверенность от 04 февраля 2019 года №59АА 2953412 (л.д. 35-36 том 1), от ответчика - ФИО3, доверенность б/н от 07 февраля 2019 года (л.д. 117 том 1), от третьего лица - ФИО4, доверенность №055 от 24 января 2019 года (л.д. 115 том 1).

 Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее-истец) обратился в арбитражный суд с исковым заявлением о признании права общей долевой собственности на общее имущество, расположенное в жилом доме по адресу: 

<

...>, а именно, на нежилое помещение №7 площадью 28, 5 кв.м. и нежилое помещение №8 площадью 34, 8 кв.м.

Определением арбитражного суда от 14 февраля 2019 года исковое заявление принято к производству, проведение предварительного судебного заседания назначено на 28 марта 2019 года.

Определением арбитражного суда от 14 февраля 2019 года к участию в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено публичное акционерное общество Коммерческий Банк «Уральский финансовый дом» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 614990 

<

...>) (далее-третье лицо).

Определением арбитражного суда от  28 марта 2019 года проведение предварительного судебного заседания отложено на срок до 10 апреля 2019 года по ходатайству истца для возможности обоснованно возражать по доводам ответчика (л.д. 118 том 1).

Определением арбитражного суда от 10 апреля 2019 года производство по делу приостановлено, в связи с назначением строительно-технической экспертизы, производство которой поручено Федеральному бюджетному учреждению Пермская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской федерации (л.д. 128-139 том 1). Срок для представления в материалы дела экспертного заключения установлен до 30 мая 2019 года, стоимость экспертизы определена в размере 86 250, 00 руб. (л.д. 09 том 2). 

Определением арбитражного суда от 01 августа 2019 года производство по делу возобновлено, в материалы дела представлено заключение эксперта (л.д. 09-28 том 2). 

Определением арбитражного суда от 01 августа 2019 года предварительное судебное заседания отложено по ходатайству лиц, участвующих в деле на срок до 23 августа 2019 года на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Определением арбитражного суда от 23 августа 2019 года подготовка дела к судебному разбирательству окончена (протокол судебного заседания, л.д. 49 том 2). 

Определением арбитражного суда от 23 августа 2019 года по ходатайству лиц, участвующих в деле для возможности урегулировать спор после опроса эксперта проведение судебного разбирательства отложено на срок до 11 октября 2019 года на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (л.д. 50-51 том 2).

До принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение спора по существу, истец заявил письменное ходатайство об уточнении иска (л.д. 52 том 2). Ходатайство рассмотрено и  удовлетворено на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (протокол судебного заседания от 11 октября 2019 года, л.д. 53 том 2). 

Определением арбитражного суда от 11 октября 2019 года проведение судебного разбирательства отложено на срок до 18 октября 2019 года по ходатайству ответчика на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Ответчик представил в материалы дела письменный отзыв на иск, просит в удовлетворении иска отказать. Третье лицо также представило в материалы дела письменный отзыв на иск, (л.д. 119-120 том 1), просит в удовлетворении иска отказать.

Арбитражным судом установлено.

В качестве правового обоснования истец указал пункт 1 статьи 6, статью 12, 249, 289, 290 Гражданского кодекса Российской Федерации, статью 36 Жилищного кодекса Российской Федерации.

Истец также ссылается на Постановление Пленума ВАС РФ №64 от 23 июля 2009 года «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров о  правах собственников помещений на общее имущество здания», Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (пункт 58), Определение Конституционного Суда Российской Федерации №489-О-О от 19 мая 2009. Истец также указал пункт 3 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных  постановлением Правительства Российской Федерации №491 от 13 августа 2006 года.

В качестве фактических обстоятельств истец ссылается на то, что является собственником нежилого помещения площадью 351, 1 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 59:01:4410037:572 (Выписка из Единого государственного реестра недвижимости об объекте недвижимости от 17 декабря 2018 года №99/2018/228733635, л.д. 11-15, л.д. 16-17 том 1).

Ответчик является собственником нежилого помещения площадью 366, 4 кв.м.,  расположенного по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 59:01:4410037:594 (Выписка из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости от 28 января 2019 года №КУВИ-001/2019-1542958, л.д. 18-20, 43 том 1).  В  состав нежилых помещений, принадлежащих ответчику, входят помещения №7 площадью 28, 5 кв.м., №8 площадью 34, 8 кв.м. 

При этом истец отметил то, что названные выше помещение №7 является лестницей, помещение №8 является крыльцом (пункт 5 Выписки из Единого государственного реестра недвижимости об  основных характеристиках и зарегистрированных правах на  объект недвижимости). 

По мнению истца, названные выше помещения №7 и №8 относятся к общему имуществу собственников помещений с кадастровыми номерами 59:01:4410037:572 (истец) и 59:01:4410037:594 (ответчик). 

Истец также отметил то, что по договору о долевом участии в строительстве №146/6-2000 от 20 апреля 2000, заключенному между ОАО «Камская долина» (застройщик) и ФИО5 (дольщик), стороны приняли на себя обязательства совместно осуществить строительство нежилых помещений офисного назначения площадью 363, 75 кв.м., расположенных на цокольном этаже кирпичного дома. На основании дополнительного соглашения от 10 января 2001 года к  договору, общая площадь помещений офисного назначения увеличена, а именно, добавлена дополнительная площадь в  размере 23, 18 кв.м. (л.д. 23-28 том 1

Застройщик передал дольщику нежилые помещения офисного назначения общей площадью 382, 25 кв.м., в том числе, 351, 1 кв.м. - офисные помещения, 31, 15 кв.м. - доля входного помещения и лестничной клетки - помещения общего пользования, расположенные на цокольном этаже жилого дома по адресу, о чем дольщик и застройщик оформили акт. 

Таким образом, по мнению истца, нежилые помещения №7 площадью 28, 5 кв.м. и №8 площадью 34, 8 кв.м. относятся к общему имуществу собственников помещений, имеющих кадастровые номера 59:01:4410037:572, 59:01:4410037:594.  

Нежилые помещения №7 и №8 предназначены для прохода к помещениям, принадлежащим на  праве собственности истцу и ответчику, то есть,  не  предназначены для  использования в самостоятельных целях. Иного самостоятельного назначения, кроме как, выполнение обслуживающей функции  - обеспечения прохода к изолированным помещениям  истца и ответчика, у спорных помещений не имеется. На  основании экспликации к поэтажному плану нежилого и жилого здания (строения), имеющего встроенные нежилые помещения, содержащиеся в техническом паспорте домовладения №36 по улице Советская в городе Перми, следует то, что помещения №7 имеют назначение «лестничная клетка», помещения №8 имеет назначение «холл», относятся к помещениям общего пользования. Таким образом, по мнению истца, последующим собственникам нежилого помещения с кадастровым номером 59:01:4410037:572 перешли соответствующие права на спорные помещения. 

В связи с тем, что в реестр внесена запись о праве индивидуальной собственности на указанное выше общее имущество, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском. Предмет иска - о признании отсутствующим права собственности АО «Компания Технопол» на  нежилое помещения №7 площадью 28, 5 кв.м. и  нежилое помещение №8, расположенные в жилом доме по адресу: 

<

...>. О признании за  истцом права общей долевой собственности на общее имущество, расположенное в жилом доме по адресу: 

<

...>, а именно, на нежилое помещение №7 площадью 28, 5 кв.м. и нежилое помещение №8 площадью 34, 8 кв.м. 

Возражая по иску, ответчик отметил то, что является собственником нежилого посещения общей площадью 366, 4 кв.м., кадастровый номер объекта 59:01:4410037:594. Объект имеет номера на поэтажном плане (план на отметке: - 6.900) технического паспорта 1-19, 42, литер «а 2» (крыльцо). Объект расположен по  адресу: 

<

...> (Свидетельство о государственной регистрации права 59-БД 245149, выданного 13 марта 2014 года, запись регистрации №59-59-20/104/2014-955). 

Согласно сведениям правоустанавливающим документам, технической документации, в состав названных выше, нежилых помещений, принадлежащих ответчику, входят помещение №7 (лестничная клетка) площадью 26, 7 кв.м., помещение №8 (холл) площадью 34 кв.м. При этом помещения №7 и помещение №8 необходимы для функционирования и облуживания только для нежилых помещений, принадлежащих ответчику.  

Кроме того, ответчик отметил то, что с момента ввода объекта в эксплуатацию (2000 г.) нежилые помещения, принадлежащие ответчику,  были оборудованы отдельной входной группой, расположенной с боковой стороны здания, которая, имеется и в настоящее время используется. Доступ к этой входной группе из помещений, принадлежащих ответчику, возможен только через спорные помещения. 

При этом ответчик отметил то, что нежилые помещения, принадлежащие истцу, оборудованы отдельной входной группой, то есть, спорные помещения №7 и №8 не связаны, и не могут быть связаны с обслуживанием помещений, принадлежащих истцу,  так, как, учтены (сформированы) для самостоятельного использования для помещений, принадлежащих ответчику. Ответчик также отметил то, что несет расходы по содержанию спорных помещений за весь период владения единолично.

Ответчик отметил и то, что нежилые помещения, принадлежащие истцу, ведены в эксплуатацию (2000г), фактически использовались как обособленные и самостоятельные объекты недвижимости, которые принадлежали одному собственнику. С момента ввода в эксплуатацию объекта эти помещения  оборудованы отдельной входной группой, которая расположена с наружной, лицевой, дворовой стороны здания (главного фасада), которая, в настоящее время имеется и используется. Эта входная группа предназначена для обслуживания помещений истца. Предыдущие собственники помещений, которые в настоящее время принадлежат истцу, также использовали  вход в эти помещения, расположенный с главного фасада здания. Таким образом, использование  спорных помещений №7 и №8 для целей обслуживания помещений, принадлежащих истцу, не предусмотрено. 

Ответчик ссылается и на то, что никогда не препятствовал истцу пользоваться спорными помещениями, более того, ответчик передал истцу ключи и магнитные устройства от дверей входной группы для использования в рабочее время ответчика, с ограничением доступа в нерабочие и нерабочие праздничные дни, ответчик установил систему домофона, заключил договор с охранным предприятием. Таким образом, по мнению ответчика, спорные помещения не относятся к общему имуществу собственников помещений с кадастровыми номерами 59:01:4410037:572 и 59:01:4410037:594, так как, не предназначены для обслуживания помещений истца. 

По мнению ответчика, спорные помещения сформированы, учтены для самостоятельного использования в составе нежилых помещений, принадлежащих ответчику. Спорные помещения не относятся к общему имуществу многоквартирного дома, не используются для  этих целей.

 По мнению ответчика, фактическая цель обращения истца в суд получить доступ к части помещений истца, принадлежащей истцу, а именно, к входной группе. При  этом эта потребность возникла в результате перепланировки в помещениях истца. 

Ответчик отметил то, что правовой режим отдельных помещений, относящихся или не относящихся к общей собственности собственников помещений в доме, должен определяться на дату приватизации первой квартиры в доме. Разрешение этого вопроса зависит от того, были ли спорные помещения на указанный момент предназначены (учтены, сформированы) для самостоятельного использования в целях, не связанных с обслуживанием жилого дома, использовались ли фактически в качестве общего имущества домовладельцами. 

Для определения правового режима названных помещений, не  имеет значение наличие в них инженерных коммуникаций, так как, инженерные коммуникации сами по себе не порождают право общей долевой собственности домовладельцев на помещения, уже выделенные для самостоятельного использования, не связанные с обслуживанием жилого дома (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №13391/09 от 02 марта 2010 года, Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 января 2013 года №11401/12). 

Третье лицо поддерживает доводы ответчика, ссылается на то, что спорные помещения №7 и №8 при строительстве дома были выделены для самостоятельного использования. 

При этом третье лицо отметило то, что ФИО5 - первоначальный собственник помещений с кадастровым номером 59:01:4410037:572 приобрел право собственности не только на нежилое помещение площадью 351, 1 кв.м., но и на долю в праве собственности на  входное помещение и лестничную клетку (помещения общего пользования) площадью 31, 15 кв.м. по договору о долевом участии в строительстве от 20 апреля 2000 года №146/6-2000.

Третье лицо ссылается и на то, что нежилые помещения, принадлежащие истца, и нежилые помещения, принадлежащие ответчику, имеют отдельные входные группы, могут эксплуатироваться и функционировать самостоятельно. Спорные помещения №7 и №8 изолированы, имеют самостоятельное назначение, не могут быть использованы для доступа в иное помещение, доступа к общему имуществу в здании, доступа к инженерным коммуникациям. Истец имеет беспрепятственный доступ для целей использования нежилых помещений через отдельный вход (л.д. 119-120 том 1). Ответчик заявил письменное ходатайство о назначении экспертизы (л.д. 106-108 том 1). 

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется, в том числе путем признания права.

Регулирование отношений собственников помещений в здании, возникающих по поводу общего имущества, предусмотрено статьями 289, 290 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс), статьей 36 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее - Жилищный кодекс) (абзац 1 пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 года №64 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров о правах собственников помещений на общее имущество здания»).

Собственникам квартир и собственникам нежилых помещений в многоквартирном доме принадлежат на праве общей долевой собственности общие помещения дома, несущие конструкции дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, за пределами или внутри квартиры, обслуживающее более одной квартиры (пункт 1 статьи 290 Гражданского кодекса, пункта 1 статьи 36 Жилищного кодекса).

К общему имуществу домовладельцев относятся помещения, не имеющие самостоятельного назначения. Одновременно в многоквартирном доме могут быть и иные помещения, которые предназначены для самостоятельного использования. Они являются недвижимыми вещами как самостоятельные объекты гражданских прав, в силу чего, их правовой режим отличается от правового режима помещений, установленного в пункте 1 статьи 290 Гражданского кодекса и части 1 статьи 36 Жилищного кодекса (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года №489-О-О).

Право общей долевой собственности на общее имущество принадлежит собственникам помещений в здании в силу закона вне зависимости от его регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (пункт 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 года №64 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров о правах собственников помещений на общее имущество здания»).

В состав общего имущества включаются помещения в многоквартирном доме, не являющиеся частями квартир и предназначенные для обслуживания более одного жилого и (или) нежилого помещения в этом доме, то есть помещения общего пользования (подпункт «а» пункта 2 «Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме», утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 12 августа 2006 года №491 (далее - Правила).

Таким образом, при разрешении вопроса о том, относится ли конкретное помещение к общему имуществу здания, имеют значение технические характеристики объекта, наличие в нем инженерных коммуникаций, определение назначения данного помещения, а именно, возможности использования его в самостоятельных целях или только по вспомогательному назначению. Кроме того, необходимо установить для  каких целей первоначально предназначалось помещение, и как оно, в связи с этим использовалось. 

В многоквартирном доме могут находиться и иные помещения, которые предназначены для самостоятельного использования, которые являются недвижимыми вещами как самостоятельные объекты гражданских прав, в силу чего их правовой режим отличается от правового режима помещений, установленного в пункте 1 статьи  290  Гражданского кодекса Российской Федерации и части 1 статьи 38 Жилищного кодекса Российской Федерации (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года №489-О). 

Как видно из материалов дела, истец - собственник имущества в здании, заявил иск о признании права общей долевой собственности на спорные помещения, которые относит к общему имуществу в здании.

При этом в реестр внесена запись о праве индивидуальной собственности на  указанное имущество (пункт 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 года №64 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров о правах собственников помещений на общее имущество здания»). 

Таким образом, требование истца, изложенное в иске, рассматривается как аналогичное требованию собственника об устранении всяких нарушений его права, не соединенных с лишением владения (статья 304 Гражданского кодекса), соединенное с требованием о признании права общей долевой собственности.  

Согласно статье 2 Федерального закона от 21 июля 1997 года №122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. 

Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. 

Возражая по доводам истца, ответчик полагает то, что спорное имущество - нежилые помещения №7 и №8 не имеют вспомогательного назначения, то есть,   предназначены для  использования в самостоятельных целях - для целей обслуживания помещений, принадлежащих ответчику.

Истец ссылается на то, что спорное имущество предназначено для прохода к помещениям, принадлежащим на  праве собственности истцу и ответчику, выполняют обслуживающую функцию  - обеспечивают проход к изолированным помещениям  истца и ответчика. Так, помещение №7 имеют назначение «лестничная клетка», помещения №8 имеет назначение «холл», относятся к помещениям общего пользования. Таким образом, спорные помещения не имеют иного самостоятельного назначения. 

Учитывая доводы лиц, участвующих в деле, для разъяснения вопросов, связанных с характеристикой спорных нежилых помещений дома, отвечающих критериям статьи 36 Жилищного кодекса Российской Федерации, суд назначил строительно-техническую экспертизу по ходатайству ответчика,  о  чем вынес определение на основании статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (л.д. 106-107 том 1). 

По результатам исследования в материалы дела поступило заключение эксперта №1517/10-3/19-45 от 08 июля 2019 года (л.д. 10-26 том 2).

Как видно из заключения, эксперту ФИО6 разъяснены права и обязанности эксперта, предусмотренные статьей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 11-12 том 2). 

Эксперт при производстве экспертизы использовал, в том числе, нормативные документы, Технический регламент о безопасности зданий и сооружений (с изменениями на 02 июля 2013 года), ГОСТ 31937-2011 «Здания и сооружения. Правила обследования и мониторинга технического состояния» (л.д. 15-16 том 2).

Эксперту представлены для целей исследования, в том числе, Копия технического паспорта домовладения по адресу: 

<

...>, составленного по состоянию на 24 января 2001 года, копия технического паспорта здания по адресу: 

<

...>, составленного по состоянию на 24 января 2001 года. Эксперт провел осмотр помещений, расположенных на отметке -6,600 и -3,300 в жилом доме по адресу: 

<

...>, с участием представителей лиц, участвующих в деле. 

Исследование выполнено в период с 22 апреля 2019 года по 04 июля 2019 года. Производство по экспертизе приостановлено в период с 23 апреля 2019 года по 24 июня 2019 года. 

Исследование проведено путем производства натурного осмотра, изучения материалов дела, сопоставлением отраженных в материалах дела документов с требованиями нормативных документов, строительных норм и правил, утвержденных в установленном порядке и действующих на период производства экспертизы.

Эксперт отметил то, что строительство и ввод многоквартирного жилого дома со встроенными помещениями общественного назначения по адресу: 

<

...> выполнено в 2000 году (правовая часть инвентарного дела на домовладение в Ленинском районе по улице Советская, 36 часть №1).  Акт приемки законченного строительством объекта от 28 декабря 2000 года, разрешение №732 от 29 декабря 2000 года на ввод объекта в эксплуатацию. 

На основании проекта строительства многоквартирного жилого дома, расположенного по указанному выше адресу, предусматривалось устройство в цокольном этаже (отметка -3,300) нежилых помещений общественного назначения. 

По состоянию на 24 января 2001 года (дата составления первого технического паспорта на здание) планировка нежилых помещений отличается от планировки нежилых помещений, на дату натурного осмотра, так и на последнюю дату составления технического паспорта на здание, то есть, на 14 сентября 2007 года (л.д. 17 том 2).

На дату ввода многоквартирного дома в эксплуатацию планировка помещений №№10-27; 29-31, площадью 351, 1 кв.м. предусматривалось использовать как помещения вспомогательного назначения (кабинеты, кладовые и т.д.).

На дату ввода в эксплуатацию в помещениях №№10-27; 29-31, площадью 351, 1 кв.м. отсутствовало оборудование и инженерные системы, обслуживающие более одного помещения в многоквартирном доме, следовательно, помещения являлись обособленными и самостоятельными объектами недвижимости (л.д. 17 том 2).

В материалах правового дела (л.д. 181-182) имеется  договор №81/6-2000 Ю от 11 апреля 2000 года о долевом участии в строительстве нежилых помещений, расположенных на отметке - 6,900 м. Следовательно, на момент заключения договора долевого участия планировка помещений цокольного этажа не отличалась от планировки помещений, предусмотренных проектом, и помещения №№10-27; 29-31 и помещения являлись самостоятельными объектами недвижимости. У помещений №№10-27, 29-31 на момент ввода объекта в эксплуатацию и заключения договора долевого участия в строительстве имелся отдельный (обособленный) вход-выход функционально не связанный с другими помещениями цокольного этажа (л.д. 18 том 2).

 В соответствии с требованиями п. 6.13* СНиП 21-01-97* «Пожарная безопасность зданий», указано, что для подвальных и цокольных этажей при площади более 300 кв.м. или предназначенных для одновременного пребывания более 15 человек должно быть не менее двух эвакуационных выходов. 

На дату ввода объекта в эксплуатацию (2000 г) и дату первой приватизации нежилых помещений в здании по указанному выше адресу - первой сделки купли-продажи помещений в здании) отдельный вход в нежилые помещения №№10-27, 29-31 (правовое дело, часть №1, л.д. 16) располагался со стороны фасада, ориентированного на улицу Советская (л.д. 18 том 2). 

На основании проекта предусматривался эвакуационный выход через лестничную клетку цокольного (подвального) этажа на отметке - 6,900.

На  момент ввода в эксплуатацию помещения №№10-27; 29-30 (инвентарное дело, л.д. 108) были изолированы (обособлены) от других помещений цокольного этажа, имели отдельный вход-выход их помещений через тамбур (помещение №29, технический паспорт на  здание), расположенный с дворового фасада, ориентированного на улицу Советская (л.д. 19 том 2).

В инвентарном деле, правовая часть на домовладение, имеется технический паспорт нежилого помещения по состоянию на 07 августа 2002 года, план помещений, расположенных на отметке - 3,300 (цокольный этаж) соответствовал размещению помещений по проекту. 

В инвентарном деле, правовая часть на домовладение, имеется чертеж проекта перепланировки помещений общей площадью 351, 1 кв.м, кадастровый номер объекта 59:01:4410037:572 на отметке - 3, 300 нежилых помещений в многоквартирном доме по адресу: 

<

...>, выполненный в августе 2007 года. 

На основании проекта перепланировки предусматривалось заложить дверной проем между помещениями №22 и №30 (план технического паспорта 2001г) и организовать монтажный проем в несущей стене шириной 1250 мм между помещениями №29 и №30 (план технического паспорта 2001г). Существующие площади других помещений №14-27; 29; 30 разделить перегородками на отдельные помещения для эффективного использования рабочих площадей. 

Функциональное назначение помещений после выполнения перепланировки в 2007 году не изменилось (технический паспорт). Проектом перепланировки предусматривалось установка перегородки с дверным блоком между нежилыми помещениями №23 и №80, которая ограничила бы свободный вход-выход из помещений №10-№15.

Таким образом, в 2007 году производилась перепланировка указанных нежилых помещений общей площадью 351,1 кв.м., кадастровый номер объекта 59:01:4410037:572, при которой, не произошло изменений и назначение помещений. Проведенные работы при перепланировке не повлияли на  использование и обслуживание указанных нежилых помещений, как обособленных и самостоятельных объектов недвижимости, обеспечен равный доступ из всех его помещений к отдельному входу-выходу в указанные нежилые помещения. 

Устройство перегородки с дверным блоком ограничила доступ в помещения №10-15, использование и облуживание указанных нежилых помещений, как обособленных и самостоятельных объектов недвижимости без помещений №7 (лестничная клетка) площадью 26,7 кв.м., помещения №8 (холл) площадью 34 кв.м, как обособленные и самостоятельные объекты недвижимости не представляется возможным (л.д. 20 том 2).

При разработке проекта строительства многоквартирного жилого дома  встроенными нежилыми помещениями общественного назначения, расположенного по указанному выше адресу, предусматривалось устройство цокольного этажа на отметке - 6,900 (л.д. 20 том 2).

В цокольном этаже на отметке -6,900 многоквартирного жилого дома были размещены площади для инженерного оборудования, инженерных систем, кабинеты, кладовые, туалеты. На 24 января 2001г. (дата составления первого технического паспорта на здание), на дату заключения №81/6-200Ю от 11.04.2000 о долевом участии в строительстве нежилых помещений, расположенных на отметке - 6,900 м (правое, л.д. 181-182) и на дату натурного осмотра планировка нежилых помещений существенно не потерпела значительных изменений. 

На дату ввода многоквартирного жилого дома в эксплуатацию планировкой помещений №№1-19; 42, площадью 366, 4 кв.м. предусматривалось использовать как помещения вспомогательного назначения (кабинеты, кладовые и т.д.). 

Вход-выход из помещений цокольного этажа на отметке -6,900 осуществлялся через лестничную клетку (помещение №7) и холл (помещение №8) непосредственно за пределы здания (на улицу). 

На дату ввода в эксплуатацию в помещениях №№1-19; 42, площадью 366, 4 кв.м. отсутствовало оборудование и инженерные системы, обслуживающие более одного помещения в многоквартирном доме, следовательно, помещения, являлись обособленными и самостоятельными объектами недвижимости (л.д. 21 том 2). 

Следовательно, по мнению эксперта, на момент заключения договора долевого участия планировка помещений цокольного этажа на отметке - 6,900 не отличалась от планировки помещений, предусмотренных проектом, и помещения №№1-19; 42. 

На момент ввода в эксплуатацию и заключения договора долевого участия в строительстве имелся отдельный (обособленный) вход-выход функционально не связанный с другими помещениями (л.д. 21 том 2).

Эксперт также укал то, что при проектировании и строительстве цокольного этажа на отметке -6,900 помещение №42 (правовое дело, л.д. 183) предполагалось для кладовой (технический паспорт). 

По договору №81/6-2000Ю от 11.04.2000г. ЗАО «Северный Урал» приобретал нежилые помещения площадью 376, 43 кв.м. в цокольном этаже на отметке - 6.900 многоквартирного жилого дома по ул. Советская, 36.

На указанных площадях размещалась одна туалетная комната (помещение №2). В целях обеспечения температурного режима в помещении №8 (холл) в период эксплуатации нежилых помещений устроен тамбур (см. изображение №7). 

В материалах дела (технический паспорт, правовая часть) отсутствуют указания о том, в какой период времени помещение №42 (кладовая) было переоборудовано в туалетную комнату. 

Таким образом, в указанных нежилых помещениях общей площадью 351, 1 кв.м., кадастровый номер объекта 59:01:4410037:594  проводилось переоборудование, при котором изменилось назначение помещения №42, которое, не повлияло на  использование и обслуживание указанных нежилых помещений, как обособленных и самостоятельных объектов недвижимости. Переоборудование помещения №42  не повлияло на равный доступ из всех его помещений к отдельному входу в указанные нежилые помещения (л.д. 22 том 2). 

При проектировании строительства многоквартирного жилого дома со встроенными нежилыми помещениями, расположенными в цокольном этаже на отметке - 6,900 объемно-планировочным решением предусматривалось обеспечение доступа в нежилые помещения площадью 366,4 кв.м. через помещения №7 (лестничная клетка) площадью 26,7 кв.м. и помещение №8 (холл) площадью 34 кв.м. 

Использование и обслуживание указанных нежилых помещений, как обособленных и самостоятельных объектов недвижимости без помещений №7 (лестничная клетка) площадью 26,7 кв.м., помещения №8 (холл) площадью 34 кв.м. не представляется возможным (л.д. 22 том 2).

При проектировании и строительстве многоквартирного жилого дома с встроенными нежилыми помещениями в цокольном этаже, в пределах лестничной клетки площадью 26, 7 кв.м. не предусмотрены места для установки приборов системы отопления.  

В помещении №8 (холл) площадью 34 кв.м. установлен прибор отопления, обеспечивающий температуру внутреннего воздуха в соответствии с требованиями строительных норм и правил для помещений входных групп. Прибор отопления в помещении №8 предназначен для помещений входных групп. Прибор отопления в помещении №8 предназначен для поддержания температуры внутреннего воздуха только в данном помещении. Постоянный и беспрепятственный доступ в помещение №8 для обслуживания, контроля и ремонта системы отопления не требуется. 

Таким образом, в спорном нежилом помещении помещение №7 (лестничная клетка) площадью 26, 7 кв.м. отсутствуют инженерные коммуникации и иное оборудование, обслуживающее более одного помещения в данном здании, к  которым должен быть обеспечен постоянный и беспрепятственный доступ для обслуживания, контроля и ремонта.

 В  нежилом  помещении №8 (холл) площадью 34 кв.м. имеется прибор системы отопления обслуживающий (обогревающий) данное помещение в здании. Постоянный и беспрепятственный доступ в помещение №8 для обслуживания, контроля и ремонта прибора системы отопления не требуется (л.д. 23 том 2).

При проектировании и строительстве многоквартирного жилого дома с встроенными нежилыми помещениями в цокольном этаже в спорных нежилых помещениях, помещение №7 (лестничная клетка) площадью 26, 7 кв.м., помещение №8 (холл) площадью 34 кв.м. не предусматривалось размещение в этих помещениях коммуникаций и оборудования для обслуживания всего здания по адресу: 

<

...>, или двух и более помещений (л.д. 23 том 2).

Эксперт сделал вывод о том, что в нежилых помещениях общей площадью 351, 1 кв.м., кадастровый номер объекта 59:01:44100357:572, расположенные на цокольном этаже жилого дома по адресу: 

<

...>, номера на поэтажном плане (план на отметке - 3, 300) технического паспорта 10-27; 29; 30; 77-89, принадлежащие ФИО1 на дату ввода в эксплуатацию (2000 г.) и дату первой приватизации нежилых помещений в здании по адресу: 

<

...> (первой сделки купли-продажи помещения в здании) отсутствовало оборудование и инженерные системы, обслуживающие более одного помещения в многоквартирном доме. 

Помещения №№10-27; 29; 30; 77-89 имеют отдельный (обособленный) вход-выход функционально не связанный с другими помещениями цокольного этажа, являются обособленными и самостоятельными объектами недвижимости. Эксперт также сделал вывод о том, что отдельный вход в указанные нежилые помещения на дату ввода в эксплуатацию (2000 г) и дату первой приватизации нежилых помещений в здании по адресу: 

<

...> (первой сделки купли-продажи помещения в здании) имелся. Отдельный вход имеется на дату проведения экспертизы.  

Эксперт сделал вывод и о том, что отдельный вход в нежилые помещения 10-27; 29; 30; 77-89, принадлежащие ФИО1, расположен с дворовой части фасада, ориентированный на улицу Советская (л.д. 23 том 2).

Эксперт указал то, что произведенные работы по перепланировке указанных нежилых помещений общей площадью 351, 1 кв.м., кадастровый номер объекта 59:01:4410037:572 не изменили назначение и использование помещений по назначению.

Проведенные работы по перепланировке не повлияли на использование и обслуживание указанных нежилых помещений, как обособленных и самостоятельных объектов недвижимости. 

Из указанных нежилых помещений обеспечен доступ к отдельному входу - выходу. Устройство перегородки с дверным блоком между помещениями №23 и №80 ограничил свободный доступ в помещения №№10-15 площадью 101, 5 кв.м. и использование данных нежилых помещений как обособленных и самостоятельных объектов недвижимости, не представляется возможным.

Постоянно закрытый дверной блок в перегородке между помещениями №23 и  №80 ограничил доступ в помещения №№10-15. 

Использование и  обслуживание указанных нежилых помещений как обособленных и самостоятельных объектов недвижимости без помещения №7 (лестничная клетка) площадью 26, 7 к.м. и помещения №8 (холл) площадью 34 кв.м, не представляется возможным. 

Нежилые помещения общей площадью 366, 4 кв.м., кадастровый номер объекта 59:01:4410037:594, расположенные на цокольном этаже жилого дома по адресу: 

<

...>, номера на поэтажном плане (план на отметке - 6,900) технического паспорта 1-19, 42, принадлежащие АО «Компания Технопол», являются обособленными и самостоятельными объектами недвижимости, как на дату ввода в эксплуатацию (2000 г), так и на дату первой приватизации нежилых помещений в здании по адресу: 

<

...> (первой сделки купли-продажи помещения в здании). 

Отдельный вход-выход в указанные нежилые помещения на дату ввода в эксплуатацию (2000 г) и дату первой приватизации нежилых помещений в здании по адресу: 

<

...> (первой сделки купли-продажи помещения в здании) имелся. 

Планировка помещений и отдельный вход-выход в указанные нежилые помещения на дату проведения экспертизы располагается в том же месте, что и предусмотрено проектом (л.д. 24-25 том 2). 

Вход в помещения цокольного этажа на отметке – 6,900 осуществляется через холл (помещение №8) и лестничную клетку (помещение №7).

 В указанных нежилых помещениях общей площадью 366, 4 кв.м., кадастровый номер объекта 59:01:4410037:594 произведено переоборудование помещения №42 под туалетную комнату и устройство тамбура в холле. 

 Изменение назначения нежилого помещения №42 и устройство тамбура в холле не повлияли на использование и обслуживание нежилых помещений, как обособленных и самостоятельных объектов недвижимости.

Переоборудование помещения №42 под туалетную комнату и устройство тамбура в холле на повлияло на равный доступ из всех помещений к отдельному входу. 

Объемно-планировочным решением предусматривалось обеспечение доступа в нежилые помещения площадью 366,4 кв.м. через помещение №7 (лестничная клетка) площадью 26, 7 кв.м и помещение №8 (холл) площадью 34 кв.м. 

Использование и обслуживание указанных нежилых помещений, как обособленных и самостоятельных объектов недвижимости без помещения №7 (лестничная клетка) площадью 26, 7 кв.м., помещения №8 (холл) площадью 34 кв.м. не представляется возможным.

В спорном нежилом помещении помещение №7 (лестничная клетка) площадью 26, 7 кв.м. отсутствуют инженерные коммуникации и иное оборудование, обслуживающее более одного помещения в данном здании, к которым должен быть обеспечен постоянный и беспрепятственный доступ для обслуживания, контроля и ремонта. 

В нежилом помещении №8 (холл) площадью 34 кв.м. имеется прибор системы отопления обслуживающий (обогревающий) данное помещение в здании. Постоянный и беспрепятственный доступ в помещения №8 для обслуживания, контроля и ремонта прибора системы отопления не требуется (л.д. 25 том 2).

При проектировании и строительстве многоквартирного жилого дома со встроенными нежилыми помещениями в цокольном этаже в спорных нежилых помещениях (помещение  №7 (лестная клетка) площадью 26,7 кв.м., помещение №8 (холл) площадью 34 кв.м. не предусматривалось размещение инженерных коммуникаций и оборудования для обслуживания всего здания по адресу: 

<

...> или двух и более помещений.

Как видно из материалов дела, лица, участвующие в деле, заявили ходатайство о вызове эксперта на основании статей 82-86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (л.д. 36-37 том 2).

Как видно из материалов дела, эксперт опрошен в судебном заседании (протокол, аудиозапись судебного заседания).

Ответчик представил в материалы дела дополнительные письменные пояснения. По мнению ответчика, эксперт сделал вывод о том, что нежилые помещения, принадлежащие истцу и ответчику, сформированы как самостоятельные объекты недвижимости, изолированы друг от друга, между собой не пересекаются и не сообщаются, использовались самостоятельно, независимо друг от друга, разделены между собой, имеют самостоятельные выходы. 

Истец с выводами эксперта согласен, отметил то, что на  основании  закона собственнику в здании принадлежит доля в праве общей собственности на общее имущество в здании, независимо от его регистрации в Едином государственном реестре прав на  недвижимое имущество и сделок с ним. По мнению истца, сохранение записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним об индивидуальном праве собственности на спорное имущество нарушает право истца на долю в праве общей собственности на общее имущество в здании. По мнению истца, названное выше имущество относится к общей долевой собственности собственников в здании. 

Оценив заключение эксперта, иные доказательства, представленные в материалы дела, доводы лиц, участвующих в деле, суд делает вывод о том, что заключение эксперта является законным, обоснованным, эксперт ответил на поставленные судом вопросы, которые требовали специальных познаний (статья 82, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как видно из заключения эксперта, спорные объекты не являлись обособленными и самостоятельными объектами недвижимости. Иного ответчик не доказал (статьи 65-68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Эксперт сделал вывод о том, что спорные помещения на дату первой приватизации нежилых помещений в здании не являлись обособленными, самостоятельными объектами недвижимости на дату ввода в эксплуатацию. Спорные помещения использовались только для вспомогательных целей, в том числе, на момент первой приватизации нежилых помещений в здании. Спорные помещения не имеют отдельного выхода, входа, доступ в эти помещения осуществляется, как из помещений, принадлежащих истцу, так и из помещений, принадлежащих ответчику, спорные помещения не имеют изолированные выходы, связаны с другими помещениями дома, не выделены капитальными стенами с момента постройки здания. На момент первой приватизации в здании спорные помещения не были сформированы для самостоятельного использования и не могли быть так сформированы. 

Эксперт сделал вывод о том, на момент проведения экспертизы назначение спорных помещений не изменилось по сравнению с назначением, указанным  в проектной документации, на иное лица, участвующие в деле, также не ссылаются.

Как было указано выше, в заключении эксперт отметил то, что в соответствии с требованиями п. 6.13* СНиП 21-01-97* «Пожарная безопасность зданий», для цокольных и подвальных этажей при площади более 300 кв.м. или предназначенных для одновременного пребывания более 15 человек должно быть не менее двух эвакуационных выходов. 

На дату ввода объекта в эксплуатацию (2000 г.), дату первой приватизации нежилых помещений в здании - первой сделки купли-продажи помещений в здании, отдельный вход в нежилые помещения №№10-27, 29-31 располагался со стороны фасада, ориентированного на улицу Советская (л.д. 18 том 2, правовое дело, часть №1, л.д. 16).

Кроме того, на основании проекта предусматривался эвакуационный выход через лестничную клетку цокольного (подвального) этажа на отметке - 6,900.

Суд учитывает и то, что произведенные работы по перепланировке нежилых помещений общей площадью 351, 1 кв.м., принадлежащие истцу, кадастровый номер объекта 59:01:4410037:572 не изменили назначение и использование помещений по назначению. 

Выполненные работы по перепланировке названных выше помещений не повлияли на использование и  обслуживание указанных нежилых помещений, как обособленных и самостоятельных объектов недвижимости. Как было указано выше, и следует из заключения эксперта, из указанных нежилых помещений обеспечен доступ к отдельному входу - выходу. Устройство перегородки с дверным блоком между помещениями №23 и №80 ограничил свободный доступ в помещения №№10-15 площадью 101, 5 кв.м. Постоянно закрытый дверной блок в перегородке между помещениями №23 и  №80 ограничил доступ в помещения №№10-15. 

При этом, эксперт отметил то, что использование и  обслуживание указанных выше нежилых помещений, принадлежащих истцу, как обособленных и  самостоятельных объектов недвижимости без помещения №7 (лестничная клетка) площадью 26, 7 к.м. и помещения №8 (холл) площадью 34 кв.м, не  представляется возможным. 

Таким образом, фактически спорное помещение №8 является проходным помещением, то есть, к нему необходим беспрепятственный постоянный доступ с целью обеспечения безопасности здания. Спорное помещение №7 фактически является общей лестничной клеткой. Как следует из фактических обстоятельств, установленных судом, спорные помещения обеспечивают безопасность здания (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд учитывает и то, что в материалы дела не представлены доказательства, позволяющие сделать вывод о том, что функциональное назначение спорных помещений с момента строительства и ввода здания в эксплуатацию до момента первой приватизации изменилось, о том, что техническая эксплуатация спорных помещений отдельно от иных помещений здания в качестве помещений общественного назначения возможна, о том, что спорные помещения являлись изолированными, имели самостоятельное назначение и иные полезные свойства на момент постройки здания (статьи 65-68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Довод ответчика о том, что спорные помещения имели самостоятельное назначение в виде обеспечения доступа только к помещениям ответчика, судом отклоняется, так как, противоречит выводам эксперта, иным выводам суда.

Согласно пункту 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 июля 2009 года №64  при рассмотрении споров о размере доли следует учитывать, что исходя из существа указанных отношений соответствующие доли в праве общей собственности на общее имущество, определяются пропорционально площади находящихся в собственности помещений. Необходимость определения иного порядка размера доли в праве общей собственности на общее имущество в здании судом не установлена. 

По смыслу указанных выше норм права, удовлетворение иска собственника помещения в здании о признании за ним права общей долевой собственности возможно при условии наличия нарушений прав собственников или законного владения, либо доказанности наличия реальной угрозы нарушения права собственности или законного владения со стороны ответчика. 

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам, установленным в статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из  предмета и оснований заявленного иска, арбитражный суд не может сделать вывод о том, что право истца на спорные помещения не оспаривается ответчиком. 

Заключение эксперта не может являться доказательством, позволяющим суду сделать вывод об ином назначении спорных помещений. 

При этом суд учитывает то, что выводы эксперта, не могут повлиять на  разрешение судом правовых вопросов, связанных с функциональным назначением спорных помещений в здании, в том числе, с момента постройки, с момента первой приватизации. Эксперт сделал выводы, исходя их задания, полученного для целей исследования (вопросы, названные в определении суда).

Согласно статье 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В силу статей 304, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основаниям, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушаются его право собственности или законное владение. Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика (пункт 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №10, Пленума ВАС РФ №22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

Таким образом, негаторный иск может быть удовлетворен при доказанности совокупности следующих обстоятельств: наличие у истца права собственности или иного права, предусмотренного статьей 305 Гражданского кодекса Российской Федерации, наличие препятствий в осуществлении этого права, а  также наличие обстоятельств, свидетельствующих о том, что именно ответчиком чинятся указанные препятствия. 

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам, установленным в статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд не может сделать вывод о том, что право собственности истца по распоряжению спорным имуществом не ограничивается, о том, что у истца отсутствуют препятствия в осуществлении своих прав, о том, что отсутствуют обстоятельства, свидетельствующие о том, что ответчик не чинит эти препятствия. 

При этом суд, учитывает то, что у сторон фактически имеется спор по использованию спорных помещений, в том числе, по части возможности самостоятельного использования, что стороны не оспорили.

Из системного толкования положений пункта 1 статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что основной задачей судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность. 

Согласно статье 11 Гражданского кодекса Российской Федерации защита нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляется в судебном порядке с использованием способов защиты, предусмотренных статье 12 данного Кодекса, либо иными способами, установленными законом. Заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов (часть 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

 Заинтересованность как процессуальная категория предполагает собой нарушение охраняемых законом прав и (или) интересов истца (заявителя). Предъявление иска должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и (или) законных интересов обратившегося в суд лица. Способ защиты права должен соответствовать характеру его нарушения и обеспечивать возможность восстановления нарушенных прав. Выбор заявителем способа защиты, не соответствующего характеру имеющегося между сторонами спора, является основанием для отказа в иске. 

Учитывая то, что иск о признании зарегистрированного права отсутствующим заявлен истцом в защиту своих прав без определения долей, способ защиты права, избранный истцом, закону не противоречит. 

На основании изложенного, неимущественное требование истца, заявленные в иске, являются законными, иск следует удовлетворить. 

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины по иску относятся на ответчика в размере 6 000, 00 руб., взыскиваются с ответчика в пользу истца. 

Расходы по оплате экспертизы также относятся на ответчика (л.д. 114 том 1) (статья 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

В связи с допущенной в резолютивной части решения суда по настоящему делу описки, суд исправляет описку. При этом содержание судебного акта не изменено (статья 179 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить.

Признать отсутствующим право собственности АО «Компания Технопол» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; 614000 

<

...>)  на  нежилые помещения №7 площадью 28,5 кв.м. и нежилое помещение №8, расположенные в жилом доме по адресу: 

<

...>. 36. 

Признать за индивидуальным предпринимателем ФИО1 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; 614013 

<

...>) права общей долевой собственности на общее имущество, расположенное в жилом доме по адресу: 

<

...>, а именно, на нежилое помещение №7 площадью 28, 5 кв.м. и нежилое помещение №8 площадью 34, 8 кв.м. 

Взыскать с АО «Компания Технопол» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; 614000 

<

...>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; 614013 

<

...>) сумму государственной пошлины в размере 6000 руб.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Пермского края.

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной или кассационной жалобы можно получить на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда www.17aas.arbitr.ru.

Судья                                                     Ю.Т. Султанова