ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А17-1478/2017

г. Киров

09 февраля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 08 февраля 2024 года.  

Полный текст постановления изготовлен 09 февраля 2024 года.

 

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Калининой А.С.,

судей Кормщиковой Н.А., Шаклеиной Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

 

без участия в судебном заседании представителей,

 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Ивановской области от 20.07.2023 по делу № А17-1478/2017

 

по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 по обязательствам общества с ограниченной ответственностью СА «Стройтехцентр»,

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью СА «Стройтехцентр»,  

 

установил:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью СА «Стройтехцентр» (далее - должник, ООО СА «Стройтехцентр») временный управляющий ФИО3 обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 (далее - ответчик, ФИО2) по обязательствам ООО СА «Стройтехцентр».  Конкурсный управляющий ФИО4 (далее - конкурсный управляющий) поддержала заявленные требования в полном объеме.

Заявленные требования основаны на положениях статей 9, 61.10, 61.11, 61.12, 126, 224 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), пунктах 9, 13, 16, 20, 21, 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление №53).

Определением от 20.07.2023 Арбитражный суд Ивановской области привлек ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО СА «Стройтехцентр», приостановил производство по рассмотрению заявления в части определения размера субсидиарной ответственности до завершения расчетов с кредиторами должника.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит оспариваемое определение отменить.

В жалобе ответчик не согласен с выводом о наличии такого основания для привлечения к субсидиарной ответственности как непередача документов конкурсному управляющему. ФИО2 настаивает на отсутствии обстоятельств, свидетельствующих о существенном затруднении проведения процедур банкротства, поскольку при составлении анализа финансового состояния должника проанализирован огромный объем документов должника; вне рамок дела о банкротстве, а также в рамках дела о банкротстве рассматривалось и рассматривается значительное количество обособленных споров, в том числе с участием контрагентов должника, обособленные споры наполнены документами должника и его контрагентов; в числе переданных документов присутствовали документы, позволяющие определить круг дебиторов и основания предъявления возможных требований к ним. Ответчик возражает против вывода о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве. В течение 2014-2016 гг. денежные обязательства обществом активно и приобретались и исполнялись, что подтверждается выписками по расчетным счетам должника, из которых следует значительность оборотных операций, сведениями об участии должника в обязательствах в рамках контрактной системы. Конкурсный управляющий в ходе производства по делу не оспаривал, что вплоть до 2017 года ООО СА «Стройтехцентр» вело хозяйственную деятельность, занималось выполнением подрядных работ. В свою очередь, денежные обязательства в пользу ФГУП «ИвНИИПИК ФСБ России» возникли не ранее даты расторжения государственного контракта от 28 октября 2013 года №18/13-БИ – то есть не ранее 28.06.2017 года. Отдельными судебными актами в рамках дела о банкротстве № А17-1478/2017 с ФИО2 взысканы убытки в размере 40 691 100 рублей и 13 666 089 рублей ровно по тем же фактическим основаниям, которые положены судом в основу определения о привлечении к субсидиарной ответственности. Ответчик не согласен с повторным привлечением по аналогичным фактическим основаниям уже к другому виду ответственности. Конкурсным управляющим в качестве отдельного основания для привлечения к субсидиарной ответственности названо «исполнение государственного контракта № 13/13-БИ от 28.10.2013, в том числе заключение дополнительного соглашения к договору поставки с ООО «Авто Трест» об увеличении размера авансирования». Ответчик не согласен с названным основанием. Ответчик полагает, что само по себе исполнение государственного контракта № 13/13-БИ от 28.10.2013, равно как и заключение дополнительного соглашения к договору поставки с ООО «Авто Трест» об увеличении размера авансирования (особенно в ситуации, когда аванс в увеличенной сумме так и не был полностью перечислен ООО «Авто Трест») не может являться сделкой, причиняющей вред имущественным правам кредиторов.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 13.09.2023 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 14.09.2023.

Конкурсный управляющий в отзыве на жалобу отмечает, что доводы апеллянта в части непередачи документов сводятся к тому, что непередача документов ответчиком не препятствовала формированию конкурсной массы, поскольку на основании частично переданной документации был составлен финансовый анализ временным управляющим, а также в рамках обособленных споров в материалы поступало большое количество документов от контрагентов должника. После введения процедуры конкурсного производства суд вынес определение от 01.06.2020 об истребовании документов у ФИО2, которым был представлен перечень дебиторов с указанием размера дебиторской задолженности в общей сложности на 180 479 767 рублей 48 копеек. При этом согласно бухгалтерскому балансу предприятия по состоянию на 31.12.2018, активы должника составляли 249 199 тыс. руб., в том числе: дебиторская задолженность 198 843 тыс. руб., запасы 33 766 тыс. руб., основные средства 64 тыс. руб., доходные вложения в материальные ценности 16514 тыс. руб. В рамках данного спора ФИО2 был представлен перечень дебиторов с указанием размера дебиторской задолженности в общей сложности на 180 479 767 рублей 48 копеек, вместе с тем первичная документация, которая бы подтверждала основания, период возникновения и размер данной задолженности представлена не была, что исключило возможность обращения в суд с заявлениями о взыскании данной задолженности и пополнения конкурсной массы за счет ее взыскания. Также ответчиком не переданы запасы в размере 33766 тыс. руб., основные средства в размере 64 тыс. руб. доходные вложения в материальные ценности 16 514 тыс. руб., что не позволило пополнить конкурсную массу должника и направить указанное имущество должника на погашение требований кредиторов. Также конкурсный управляющий указывает, что судебными актами были установлены обстоятельства того, что ФИО2 в период с 2012 по 2017 годы выводил денежные средства в виде снятия наличных средств со счета должника, произведения платежей в адрес аффилированных физических и юридических лиц без получения должником встречного обеспечения, совершал платежи по сделкам, которые в последствии были признаны недействительными, а также утратил имущество должника. Таким образом, противоправный характер действий ФИО2 по распоряжению имуществом должника и денежными средствами установлен вступившими в законную силу судебными актами. Данные действия привели к тому, что из собственности должника выбыло имущество и денежные средства на общую сумму 68 191 023 рубля 58 копеек, что привело к невозможности Должника рассчитаться с кредиторами по своим обязательствам, что доказывает причинение вреда имущественным правам кредиторов. При этом, суд не скован правовой квалификацией действий ФИО2 по иным обособленным спорам (с иным предметом доказывания), поскольку преюдициальное значение имеют только установленные фактические обстоятельства по спору. Соответственно, конкурсный управляющий полагает, что обстоятельства, установленные в рамках иных обособленных споров, могут в своей совокупности квалифицироваться как обстоятельства, повлекшие в результате действий ФИО2 банкротство должника и причинение вреда его кредиторам. С учетом изложенного, конкурсный управляющий просит определение Арбитражного суда Ивановской области от 20.07.2023 по делу № А17-1478/2017 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В дополнительных пояснениях от 22.11.2023 ФИО2 указывает на передачу документации должника, а также на невозможность со стороны конкурсного управляющего приводить в качестве доводов о привлечении к субсидиарной ответственности обстоятельств, ранее явившихся основанием для взыскания с ответчика убытков. Также отмечает, что в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительной сделкой оплаты аванса в пользу ООО «Авто Трест» судом ранее было отказано. Судом установлено, что поведение ФИО5 в рамках указанной сделки было реальным, добросовестным, направленным на исполнение контракта, что ФИО2 действовал в условиях потери денежных средств ввиду отзыва у банка лицензии и отсутствия иных средств. При этом неисполнение спорного договора поставки в адрес конечного госзаказчика относится к предпринимательскому риску, который не может быть поставлен в вину руководителю.

В возражениях на апелляционную жалобу конкурсный управляющий указал, что должник перестал исполнять свои обязательства после 26.12.2014 перед самым крупным контрагентом, что в последующем привело к расторжению контракта и неисполнению обязательств перед ФСБ на сумму 185 млн.руб. по основному долгу. Об отсутствии у должника денежных средств на указанную дату указывает направление ФИО2  части денежных средств на приобретение банковской гарантии и векселя. Выписки по счетам не свидетельствуют о наличии свободных денежных средств в объеме, достаточном для удовлетворения требований кредиторов. Передача в материалы дела документов ФИО2 в итоге не привела к пополнению конкурсной массы. В случае реального взыскания убытков и погашения задолженности перед кредиторами будет уменьшен размер субсидиарной ответственности. К неисполнению договора с ООО «Авто Трест» привели действия самого ФИО2, который не отказался от договора и допустил нецелевое расходование денежных средств, чем сорвал исполнение контракта с ФСБ и ООО «Авто Трест».

В дополнительных пояснениях от 26.12.2023 ответчик указал, что конкурсному управляющему предоставлялась документация  по основным средствам, по доходным вложениям в материальные ценности,  по запасам, по дебиторской задолженности. Также ответчик указывает, что должником в течение 2014 – 2016 годов активно заключались и исполнялись государственные и муниципальные контракты, что подтверждается сведениями с сайта государственных закупок. Поступление денежных средств на счета должника также подтверждено выпиской. Кроме того, 30.04.2015 должнику был выдан кредит, следовательно, АО «Россельхозбанк» производил проверку платежеспособности. Неполная оплата аванса в адрес ООО «АвтоТрест» была вызвана не недостаточностью денежных средств, а иными объективными причинами. ООО «Авто-трест» обязано было отчитываться за судьбу полученных от должника авансов. Такой отчетности не предоставлялось. Неполная оплата аванса в пользу ООО «Авто Трест», аргументированная не отсутствием денежных средств, а иными причинами, не является денежной задолженностью  по смыслу понятия «денежное обязательство, учитываемое для определения наличия признака неплатежеспособности». Обязательства перед ФГУП «ИвНИИПИК ФСБ» носили неденежный характер и заключались с обязанности поставить каландровую линию и выполнить работы на объекте. Должник выполнял и сдавал значительный объем работ в 2015-2016 годах, что опровергает доводы управляющего об остановке работы предприятия с 2015 года по причине возникновения признака неплатежеспособности.

В возражениях на дополнительные пояснения ФИО2 конкурсный управляющий указывает, что постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 15.07.2021 по настоящему делу установлено, что на момент перечисления должником денежных средств ФИО6 (27.11.2014 по 29.02.2016) должник обладал признаками неплатежеспособности. Также отмечает, что размер субсидиарной ответственности  подлежит уменьшению на сумму денежных средств, которая будет выручена от  реализации актива в виду права требования к ФИО2 по взысканию убытков.

В объяснениях от 09.01.2024 ответчик указывает, что требование ООО «Ивановская энергетическая компания» не было исключено судом из реестра требований кредиторов по причине того, что ответчиком несвоевременно представлены документы, фиксирующие погашение такого обязательства. Однако, это не отменяет того, что должник учитывал соответствующие обязательства как погашенные. Период формирования задолженности перед ООО «Металл-Альянс» приходится на 2016-2017 годы.

В возражениях на дополнительные пояснения ФИО2  конкурсный управляющий указывает, согласно судебному акту от 06.01.2020 ФИО2 передал в судебном заседании 28.05.2020 список дебиторов с указанием размера задолженности без первичных документов. Эти обстоятельства существенно затруднили и сделали невозможным пополнение конкурсной массы должника. По вопросу возникновения признаков банкротства, конкурсный управляющий указывает, что согласно сведениям анализа финансового состояния должника в период с 31.12.2013 по 31.12.2017 произошло уменьшение на 129 675 тыс.руб. долгосрочных финансовых вложений, стоимость запасов сократилась на 200 335 тыс.руб. За период с 31.12.2013 по 31.12.2017 оборотные активы предприятия за счет снижения дебиторской задолженности уменьшились на 198 658 тыс. руб. 

В возражениях на дополнительные пояснения ФИО2 конкурсный управляющий указал, что проанализировал перечень дебиторов и установил, что в описях вложения в почтовые отправления не указаны: ООО «Ивцентрснаб-К», ООО «Нео Строй», ООО «КомплексСтройСервис», ООО «Эсси», ООО «Технобизнес», ООО «Армада», ООО «Глобус». Следовательно, по данным организациям документация не передавалась. В отношении ООО «Армада» указывает, что оно исключено из Единого государственного реестра юридических лиц 23.11.2024, то есть на момент передачи конкурсному управляющему сведений по дебиторам 28.05.2020 возможность предъявления к ним требований не была утрачена. По мнению конкурсного управляющего направление документов по почте не может являться надлежащим способом передачи документов, а представленные почтовые описи не могут являться  надлежащим доказательством передачи документов. Данные документы свидетельствуют о направлении документов по адресу, позволяющему сохранить контроль за ними. Из представленных описей невозможно идентифицировать принадлежность каждого указанного в описи документа конкретной организации. Истребование ФИО7  в принудительном порядке у ФИО2 документации также подтверждает факт передачи неполного объема документов.

В дополнениях к апелляционной жалобе от 07.02.2024 ответчик указал на наличие у должника контрактов, исполненных в период с 2014 по 2016 годы в целях опровержения доводов конкурсного управляющего о том, что с конца 2015 года должник стал неплатежеспособен. Также представил таблицу расходования аванса, полученного по государственному контракту от ИвНИИПИК ФСБ России. Также ответчик указывает, что ООО «Армада» было исключено из ЕГРЮЛ 30.11.2018, впоследствии запись об исключении была признана недействительной 11.07.2019, 24.11.2023 данное юридическое лицо вновь исключено из ЕГРЮЛ. Согласно описи вложения от 23.01.2022 конкурсному управляющему направлены бухгалтерские документы по контрагенту ООО «Эсси». Согласно описи от 20.02.2020 направлены бухгалтерские документы, поступившие от ООО «КомплексСтройСервис». Документы по дебиторам ООО «Глобус», ООО «Технобизнес», ООО «Нео Строй», ООО «Ивцентрснаб-К» переданы в составе всего общего объема документов. Перечень дебиторов передан конкурсному управляющему 29.05.2020, с указанной даты управляющий  мог дозапросить необходимые документы у ФИО2, обратиться к самим дебиторам, с момента передачи документов не совершено ни первое, ни второе. С учетом изложенного, ответчик настаивает, что конкурсному управляющему переданы все имеющиеся документы. От первого конкурсного управляющего ФИО7 возражений по переданным документам не поступало.

Федеральное государственное унитарное предприятие «Ивановский научно-исследовательский институт пленочных материалов и искусственной кожи технологического назначения Федеральной службы безопасности Российской Федерации» (далее - ФГУП «ИвНИИПИК ФСБ России») в отзыве также просит отказать в удовлетворении жалобы ФИО2

Вместе с письменными позициями, возражениями сторонами представлялись дополнительные документы, в целях наиболее полного, всестороннего рассмотрения апелляционной жалобы, суд счел возможным приобщить их к материалам дела, в том числе с учетом того, что все представленные документы имеются в материалах либо основного дела о банкротстве должника, либо в материалах его обособленных споров, либо содержат ссылку на общедоступные источники (сайт закупок).

Рассмотрение дела неоднократно откладывалось арбитражным судом на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числен на 31.01.2024.

Определением от 28.12.2023 на основании статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Хорошевой Е.Н. на судью Кормщикову Н.А., в связи с чем рассмотрение дела начато сначала.

В судебном заседании 31.01.2024 в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с целью предоставления ответчику возможности ознакомится и представить позицию по возражениям  конкурсного управляющего, объявлялся перерыв до 08 час. 20 мин. 08.02.2024, информация о котором размещена в установленном порядке.

В дополнениях от 07.02.2024 в целях сравнения объема документации, имеющейся у конкурсного управляющего, ответчик просит арбитражный суд обязать конкурсного управляющего обеспечить явку в судебное заседание со всем объемом документов, передача которых подтверждена ответчиком в рамках настоящего спора путем предоставления почтовых квитанций и актов приема-передачи.

Вместе с тем, представитель конкурсного управляющего неоднократно обеспечивал явку как при рассмотрении дела в суде первой инстанции, так и в апелляционном суде. Позиция управляющего относительно передачи документов по конкретным дебиторам должника в письменном виде имеется в материалах дела. В связи с чем, рассмотрев заявленное ходатайство, апелляционный суд не нашел оснований для его удовлетворения. Апелляционная жалоба рассмотрена по имеющимся доказательствам.

Лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) дело рассматривается в отсутствие представителей сторон.

Законность определения Арбитражного суда Ивановской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ. 

Как следует из материалов дела, ООО СА «Стройтехцентр» зарегистрировано 06.11.2008, за основным государственным регистрационным номером 1083702025670.

Основным видом деятельности должника является разборка и снос зданий.

Конкурсный кредитор – общество с ограниченной ответственностью  «МеталлАльянс» обратилось в Арбитражный суд Ивановской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ООО СА «Стройтехцентр».

09.03.2017 заявление ООО «МеталлАльянс» принято к производству арбитражного суда.

Определением суда от 19.04.2017 (резолютивная часть от 18.04.2017) в рамках дела о банкротстве ООО СА «Стройтехцентр» произведена замена заявителя ООО «Металл-Альянс» на ФИО8.

Определением суда от 26.04.2017 (резолютивная часть объявлена 24.04.2017) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО3

Решением от 23.10.2019 (резолютивная часть объявлена 17.10.2019) должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО7

Определением суда от 11.06.2020 (резолютивная часть определения от 10.06.2020) ФИО7 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО СА «Стройтехцентр», конкурсным управляющим должника утверждена ФИО9

Согласно отчету конкурсного управляющего о своей деятельности конкурсная масса должника сформирована за счет дебиторской задолженности на сумму 106 300 240 рублей 84 копейки.

Реестр требований кредиторов закрыт 02.01.2020, общий размер включенных в него требований составляет 488 094 148 рублей 53 копейки. Размер неисполненных текущих обязательств по состоянию на 20.07.2023 составлял 1 952 368 рублей 67 копеек.

Временный управляющий ФИО3 обратилась в арбитражный суд с заявлением, впоследствии поддержанным конкурсным управляющим, о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Определением от 20.07.2023 ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности, производство в части определения размера приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Удовлетворяя заявленные требования, Арбитражный суд Ивановской области исходил из совершения ответчиком сделок, причинивших вред должнику и впоследствии признанных недействительными, расходовании денежных средств, полученных по государственному оборонному заказу, не позволившем исполнить обязательства по государственному контракту. Также судом был установлен факт непередачи конкурсному управляющему документации должника, затруднившей проведение мероприятий конкурсного производства, и нарушения обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом в срок не позднее 27.01.2015.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, дополнений, письменных позиций, отзывов на нее и дополнений, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон №266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

В силу пункта 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности поступило после указанной даты, то оно подлежит рассмотрению в порядке главы III.2 Закона о банкротстве (в части применения процессуальных положений), с учетом положений Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

При этом действующие положения главы III.2 Закона о банкротстве подлежат применению к спорным правоотношениям в части процессуальных норм, а материальной нормой, применимой к спорным правоотношениям и регулирующей основания для привлечения к субсидиарной ответственности в силу части 4 статьи 3 АПК РФ, является та статья Закона о банкротстве, которая действовала в период, когда имело место вменяемое контролирующему должника лицу бездействие.

Таким образом, при рассмотрении данного спора подлежат применению материальные нормы Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на дату соответствующих действий либо бездействия ответчика.  

ФИО2 с 2009 года до даты признания должника банкротом и введения конкурсного производства являлся руководителем ООО СА «Стройтехцентр», а также единственным участником должника.

Следовательно, применительно к положениям статьи 2 Закона №134-ФЗ и статьи 61.10 в редакции как Закона №266-ФЗ, ФИО2 следует признать контролировавшим должника лицом. 

Конкурсным управляющим приведены несколько оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона №134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Следует учитывать, что субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, и потому для привлечения к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в действиях ответчика противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно-следственной связи между соответствующими виновными и противоправными действиями (бездействием) и наступившими вредоносными последствиями в виде банкротства соответствующего предприятия.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Принимая во внимание, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона №134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности, как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц», по существу, незначительно отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статье 61.11 Закона о банкротстве основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление №53), может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Закона №134-ФЗ (пункт 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №4 (2019), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019).

В соответствии со статьей 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как установлено в результате рассмотрения обособленных споров в рамках дел № А17-1478/2017, № А17-8533/2015, № А17-8704/2015, 28.03.2013 между ФСБ России (Учреждение) и ФГУП «ИвНИИПИК ФСБ России» (Застройщик) (далее – Предприятие) был заключен договор о предоставлении бюджетных инвестиций № 13/190 (далее - Инвестиционный договор).

Предметом Инвестиционного договора является предоставление Застройщику бюджетных инвестиций в объекты государственной собственности Российской Федерации в форме капитальных вложений в основные средства Застройщика для реализации инвестиционного проекта по реконструкции и техническому перевооружению производства для организации производства перспективных полимерных материалов со специальными свойствами, включенного в федеральную целевую программу «Развитие оборонно-промышленного комплекса Российской Федерации на 2011-2020 годы», утвержденную постановлением Правительства Российской Федерации от 05.03.2012 № 187-4. Программа выполняется в рамках государственного оборонного заказа (пункт 1.1 Инвестиционного договора).

Сумма капитальных вложений в проект в рамках Программы составляет 1 233 300 000 руб. (пункт 1.2 Инвестиционного договора). 

Выполнение в 2013 году работ по проекту осуществляется в объеме и в сроки в соответствии с титульным списком вновь начинаемой стройки (Приложение № 1) и графиком выполнения работ на 2013 год (Приложение № 2), являющимися неотъемлемой частью Инвестиционного договора (пункт 2.1 Инвестиционного договора). 

Учреждение перечисляет бюджетные инвестиции Застройщику в размере и порядке, определенном разделом «Порядок расчетов» настоящего договора (пункт 3.1.1 договора).

Застройщик осуществляет функции технического заказчика реализации проекта, размещает заказы на выполнение проектно-изыскательных работ, строительно-монтажных работ и поставку оборудования в порядке, установленном Федеральным законом от 21.07.2005 № 94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд», и по итогам проведенного размещения заказов заключает соответствующие договоры (пункт 3.2.1 Инвестиционного договора). 

В рамках исполнения Инвестиционного договора ФГУП «ИвНИИПИК ФСБ России» был проведен закрытый аукцион, по результатам которого победителем было признано ООО СА «Стройтехцентр».

28.10.2013 между ООО СА «Стройтехцентр» (генеральный подрядчик) и ФГУП «ИвНИИПИК ФСБ России» (далее - заказчик) был заключен государственный контракт №18/13-БИ на выполнение подрядных работ.

Согласно пункту 1.1 договора заказчик поручает, а генеральный подрядчик принимает на себя обязательства по выполнению строительно-монтажных работ по объекту «Реконструкция и техническое перевооружение ФГУП «ИвНИИПИК ФСБ России» для организации производства перспективных полимерных материалов со специальными свойствами», с поставкой материалов и оборудования. 

Пунктами 1.3 и 1.4 договора от 28.10.2013 №18/13-БИ установлено, что генеральный подрядчик обязуется выполнить на свой риск собственными и/или привлеченными силами и средствами комплекс строительно-монтажных и пуско-наладочных работ в соответствии с условиями настоящего договора. Генеральный подрядчик для производства строительно-монтажных и пуско-наладочных работ обязуется обеспечить материалами и поставить оборудование согласно проектно-сметной документации и технической части на поставку оборудования. 

Согласно пункту 2.1 договора от 28.10.2013 № 18/13-БИ цена настоящего договора является твердой и составляет 600 811 585 руб., в том числе НДС (18%) 91 649 224 руб. 83 коп., в соответствии с протоколом закрытого аукциона от 09.10.2013 № 73с. В том числе, по строительно-монтажным работам – 268 806 500 руб., на поставку оборудования – 332 005 085 руб. 

Работы по настоящему договору должны быть начаты и завершены в полном объеме генеральным подрядчиком в соответствии с графиком производства работ, согласованным заказчиком по форме (Приложение № 2) настоящего договора (пункт 3.1 договора). 

Генеральным заказчиком перечислены авансовые платежи: на выполнение строительно-монтажных работ в размере 101 086 918 руб. 08 коп., что подтверждается платежными поручениями от 26.11.2013 № 1348, от 24.12.2013 № 1477, от 30.12.2013 № 1514, от 30.12.2013 № 1515; на поставку всего оборудования в общем размере 238 116 386 руб. 54 коп., что подтверждается платежными поручениями от 26.11.2013 № 1347, от 10.12.2013 №1413, от 21.04.2014 № 75, от 22.01.2014 № 80, от 27.01.2014 № 104, из которых авансовый платеж в сумме 167 921 746 руб. на поставку каландровой линии. 

Ведомостью поставки (Приложение №  4 к контракту) в срок до 30.09.2014 предусмотрена поставка каландровой линии на базе 4-х валкового Г-образного каландра шириной 3000 мм, толщиной материала от 0,1 мм до 1 мм, включающую: 2-х позиционную размотку для ткани, систему равнения полотна, компенсатор, систему дублирования, автоматическую систему регулирования толщины материала, систему темперирования и охлаждения, 2-х позиционную намотку и систему регулирования натяжения, в количестве одного комплекта. Стоимость каландровой линии составляет 234 132 872 руб.

01.11.2013  ООО СА «Стройтехцентр» (заказчик) заключило с  ООО «Авто-Трест» (поставщик) договор на поставку оборудования № 020 АТ, по условиям которого поставщик обязался поставить товар в ассортименте, количестве, комплектности и в сроки, указанные в прилагаемой к настоящему договору «Ведомости поставки» (Приложение № 1) и технического задания; выполнить комплекс шеф-монтажных и пуско-наладочных работ на объекте «Реконструкция и техническое перевооружение ФГУП». Заказчик в  свою очередь  обязался принять и оплатить указанный товар и работы на условиях настоящего договора (пункты 1.1, 1.2.). 

Цена договора является твердой и составляет 327 029 136  рублей (пункт 2.1.). 

В ведомости поставки стороны согласовали наименование, технические характеристики и стоимость оборудования: каландровая линия стоимостью 230 623 761 рублей, линия предварительного смешения – 96 405 375 рублей.

По условиям первоначального договора выплата аванса не носила обязательного характера для покупателя.

Согласно дополнительному соглашению от 16.12.2013 № 1, заключенному между должником и ООО «Авто Трест» заказчик перечисляет авансовые платежи в размере 75% цены договора (пункт 2.2. договора). В соответствии с пунктом 2.12. договора заказчик обязуется перечислить поставщику финансовые средства, предусмотренные договором, в течение 10 (десяти) банковских дней с момента поступления средств от ФГУП по договору  от 28.10.2014 № 18/13-БИ на выполнение подрядных работ.

ООО «Стройтехцентр» перечислил ООО «Авто-Трест» по указанному договору денежные средства в разммере 187 278 000 рублей.

19.05.2014 действие Инвестиционного договора было прекращено в связи с подписанием соглашения № 14/306 о передаче полномочий государственного заказчика по заключению и исполнению от имени Российской Федерации государственных контрактов по выполнению федеральной целевой программы «Развитие оборонно-промышленного комплекса Российской Федерации на 2011-2020 годы». 

В связи с заключением указанного соглашения дополнительным соглашением от 03.07.2014 в контракт были внесены изменения, в соответствии с которыми полномочия государственного заказчика по заключению и исполнению от имени Российской Федерации государственных контрактов были переданы ФСБ России.

Дополнительным соглашением от 20.10.2014 № 2 к государственному контракту от 28.10.2013 № 18/13-БИ внесены уточнения в График производства работ (Приложение № 2 к контракту) по детализации содержания работ с указанием на сумму и главы локального сметного расчета в редакции приложения к настоящему дополнительному соглашению. 

В соответствии с пунктами 3.1 и 3.4 контракта генеральный подрядчик обязан был выполнить следующие обязательства: строительно-монтажные работы в соответствии с графиком производства работ (приложение № 2 к контракту); в срок до декабря 2015 года поставить оборудование, в том числе, каландровую линию. 

Срок завершения всех работ по договору, согласно графику – декабрь 2016 года. 

08.11.2014 ФСБ России со стороны ООО «Стройтехцентр» поставлена линия предварительного смешения по товарной накладной № 1647 от 08.11.2014.

Соответственно, ФСБ России произвело окончательный расчет с должником по поставке линии предварительного смешения, перечислив остаток денежных средств до полной стоимости поставленной продукции в размере 27 677 572 рубля 46 копеек.

Поскольку обязательство ООО «Авто-Трест» по поставке ООО «Стройтехцентр» линии предварительного смешения было исполнено, сумма перечисленного должником в пользу ООО «Авто-Трест» аванса в размере 187 278 000 рублей была уменьшена на стоимость линии предварительного смешения в размере 96 405 375 рублей. Остаток денежных средств,  приходящийся на аванс за каландровую линию, составил 90 872 625 рублей. 

Данная сумма не покрывала размер аванса, установленный дополнительным соглашением №1 от 16.12.2013 (172 967 820 рублей 75 копеек).

Таким образом, сумма неисполненных ООО «Стройтехцентр» обязательств по оплате аванса на поставку каландровой линии составила 82 095  195 рублей 75 копеек.

Решением Арбитражного суда Ивановской области от 24.05.2016 по делу №А17- 8704/2015, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 06.09.2016, постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 19.01.2017, оставлены без удовлетворения исковые требования ООО СА «Стройтехцентр» к ООО «Авто-Трест» об обязании общества с ограниченной ответственностью «Авто-Трест» исполнить обязательства по поставке каландровой линии по договору от 01.11.2013 № 020АТ.

Суды в рамках рассмотрения дела № А17-8704/2015 сделали вывод о правомерности приостановления ООО «Авто-Трест» своих обязательств по договору поставки в силу пункта 2 статьи 328 ГК РФ, поскольку со стороны должника аванс в полном объеме уплачен не был.

В рамках настоящего дела о банкротстве ООО СА «Стройтехцентр» в реестр требований кредиторов должника включены требования ФСБ России, вытекающие из ненадлежащего исполнения обязательств по государственному контракту, на общую сумму 452 906 517 рублей 54 копейки (определения от 18.12.2018, 19.04.2019, 16.12.2019, 21.01.2020), что составляет почти 93% всех требований кредиторов, включенных в реестр.

Таким образом, в данном случае, срок поставки каландровой линии по государственному контракту первоначально составлял 30.09.2014, по договору поставки – до 20.09.2014. 

Соглашением от 16.12.2013 размер аванса по договору поставки с ООО «Авто-Трест» был увеличен до 172 967 820,75 руб. (хотя первоначально внесение аванса по условиям договора являлось правом покупателя), вместе с тем денежные средства в сумме 90 872 625 руб. перечислялись должником ООО «Авто-Трест» в период до 26.12.2014. 

В полном объеме аванс так и не был оплачен, хотя денежные средства в сумме 167 921 746 руб. аванса были получены должником от государственного заказчика еще в период с 26.11.2013 до 27.01.2014, следовательно, могли быть внесены поставщику для оплаты аванса. Более того, само по себе соглашение предусматривало выплату аванса в размере, превышающем практически на 5 млн. аванс, полученный от государственного заказчика. Ответчик в данном случае не представил сколь-нибудь разумного обоснования необходимости подписания соглашения о столь значительном увеличении авансового платежа по договору поставки с ООО «Авто Трест».

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 1 статьи 61.11 действующей редакции Закона о банкротстве, по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству - обязательству из причинения вреда кредиторам, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав).

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление №62) закреплено, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо.

В пунктах 2 и 3 Постановления №62 приведены критерии, характеризующие действия/бездействия в качестве соответственно недобросовестных и неразумных.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.); директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу (последний абзац пункта 2 Постановления №62).

Согласно последнему абзацу пункту 3 того же постановления, судам предписано давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило (должно было входить), учитывая обычные условия делового оборота, в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

Кроме того, пункт 16 Постановления №53 содержит разъяснения о том, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы, с учетом чего судам предписано оценивать существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между данными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством; неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.; поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка, которая привела к критическому изменению неблагополучного финансового положения возникшего ранее - появлению признаков объективного банкротства; суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия для должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов; при рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности (пункт 18 Постановления №53).

В силу разъяснения, данного в абзаце 2 пункта 19 названного постановления, доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Вместе с тем, соответствующие доказательства ответчиком суду представлены не были.

Получив денежные средства от заказчика, в размере ниже, согласованного руководителем должника аванса по договору поставки с ООО «Авто-Трест», ответчик не осуществил их перечисление в пользу поставщика с целью обеспечения исполнения обязательств перед бюджетом, израсходовав иным образом. До поставщика денежные средства дошли лишь в размере, незначительно превышающем половину, согласованного ранее аванса. Расходование ответчиком части полученных им бюджетных денежных средств на приобретение векселей и осуществление иных расходных операций в указанных обстоятельствах не может быть признано разумным и обоснованным.

Как следует из представленных ответчиком сведений о заключенных им контрактах в период с 2014 по 2016 годы контракт с ИвНИИПИК ФСБ России был самым крупным, поскольку цена контракта составляла порядка 600 млн. руб. Поступления денежных средств по выпискам должника в период с 01.01.2015 года, на которые ссылается ответчик, составили лишь порядка 250 млн. руб. Таким образом, в данном случае исполнение контракта являлось значимым и существенным в рамках масштабов деятельности должника, что не мог не осознавать ФИО2, являвшийся его руководителем.

Апелляционный суд отмечает, что в 2014 году должником осуществлялись перечисления на счет ФИО6, впоследствии признанные судом недействительными. 

Кроме того, с 23.04.2014 по 29.10.2014 в адрес ООО «Мантрак Восток» были совершены платежи с назначением: «Оплата за экскаватор по договору № MC-7993R/14 от 22.04.2014 г» на общую сумму 6 934 165,00 руб. Указанный экскаватор не был передан конкурсному управляющему ответчиком (определением суда от 19.08.2021 с ФИО2 взысканы убытки). 

Кроме того, между ООО СА «Стройтехцентр» (лизингополучатель) и АО ВТБ Лизинг (лизингодатель) 24.04.2014 был заключен договор лизинга №АЛ 17283/02-14 ИВН (выкупной лизинг), предметом которого выступал экскаватор-погрузчик MST M544 Plus, г.в.2014, заводской номер - M544SP2102465. Следовательно, в 2014 году ответчиком также осуществлялось расходование денежных средств в рамках исполнения обязательств по указанному договору. Впоследствии экскаватор также не был передан в конкурсную массу должника (определением суда от 19.08.2021 с ФИО2 взысканы убытки).

В период с 20.06.2014 по 30.11.2017 с расчетного счета 

<

***>, открытого в ПАО Сбербанк России и ВТБ 24 ответчиком производилось снятие наличных денежных средств в общем размере 28 490 000,00 руб., а также иные выплаты, взысканные впоследствии определением Арбитражного суда Ивановской области от 08.06.2021 в качестве убытков с ответчика.

Таким образом, ответчиком как руководителем должника осуществлялось расходование денежных средств, в период неисполнения обязательства по перечислению аванса ООО «Авто Трест», не обусловленное хозяйственными интересами должника. При этом руководитель должника не представил сколь-нибудь убедительных пояснений относительно того, за счет каких денежных средств он полагал возможным последующее исполнение обязательства по перечислению денежных средств поставщику в размере согласованного им аванса.

Требования ФСБ, основанные на контракте, составляют, как было указано выше, более 93% всего размера требований, включенных в реестр требований кредиторов должника, что позволяет прийти к выводу, что именно неисполнение должником обязательств по оплате аванса поставки каландровой линии в условиях получения от заказчика денежных средств практически в полном объеме аванса привело к банкротству должника, в то время как оплата аванса позволила бы исполнить контракт хотя бы в части поставки каландровой линии и избежать возникновения задолженности в сумме неотработанного аванса.

При этом, после получения денежных средств от государственного заказчика расходование их осуществлялось в том числе на нужды, не связанные с хозяйственной деятельностью общества, как было указано выше.

Следовательно, в данном случае осуществляя расходование денежных средств, полученных от государственного заказчика в качестве оплаты аванса, ответчик, не руководствовался интересами должника, поскольку не мог не осознавать, к каким финансовым последствиям приведет неисполнение государственного контракта. Указанное поведение ответчика выходит за рамки делового риска.

Приведенная ответчиком таблица расходования денежных средств, полученных от государственного заказчика, не подтверждена первичной документаций, в то время как указанные выше обстоятельства установлены в порядке статьи 69 АПК РФ.

Апелляционный суд отмечает, что, как указывает конкурсный управляющий, согласно анализу финансового состояния должника, учитывая объективные факторы, повлиявшие на платежеспособность предприятия и динамику изменения экономических показателей за период c 31.12.2013 по 31.12.2017, характеризующих платежеспособность и финансовую устойчивость предприятия, можно сделать вывод, что ООО СА «Стройтехцентр» в течение всего анализируемого периода не имело оборотных средств для ведения хозяйственной деятельности и своевременного погашения срочных обязательств. В связи с чем, баланс предприятия имел неудовлетворительную структуру во всем проверяемом периоде, а предприятие являлось неплатежеспособным, стоимости имущества было недостаточно для исполнения денежных обязательств должника в полном объеме перед кредиторами. Указанные выводы не опровергнуты в установленном порядке.

Апелляционный суд отмечает, что согласно реестру требований кредиторов должника сумма основного долга по требованиям, включенным в реестр, составляет 220 513 268,39 руб., при этом размер основного долга по государственному контракту равен 188  842 628,02 руб. (более 80%).

В пункте 4 статьи 10 и пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве содержатся презумпции вины руководителя должника в невозможности полного погашения требований кредиторов вследствие их действий и (или) бездействия.

Вместе с тем, доказывание наличия оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности возможно и иным способом – без использования соответствующих презумпций, по сути, лишь облегчающих процесс доказывания.

В данном случае, исходя из очевидности преследуемого конкурсным управляющим материально-правового интереса, судом первой инстанции правомерно были исследованы обстоятельства исполнения должником под руководством ответчика государственного контракта, оценив которые суд установил виновность поведения ФИО2 и наличие причинно-следственной связи между принятым им управленческим решением об увеличении размера авансирования по договору поставки, ненаправлением денежных средств, полученных от заказчика, на оплату поставки каландровой линии и наступившим для должника банкротством.

Ссылки ответчика на приостановление перечисления денежных средств, обусловленное непредставлением ООО «Авто-Трест» отчетов о расходовании денежных средств и наличием сомнений относительно надежности данного поставщика не могут быть приняты во внимание, поскольку постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от  01.07.2016 по делу №А17-8533/2015 установлено, что из письма ООО «Авто-Трест» от 21.07.2015 №01/21/07/15 следует, что комиссией в составе представителя общества, ФГУП «ИвНИИПИК ФСБ России» и ООО СА «Стройтехцентр», установлено, что основной поставщик (китайский концерн) выполнил конструирование каландровой линии, собрал и смонтировал ее на собственных площадях крытых заводских помещений. Линия комплекта, габаритные размеры на территории ФГУП «ИвНИИПИК ФСБ России» соблюдены. Предложено приступить к оформлению проведенных испытаний с целью подтверждения проектных характеристик установки, готовы к передаче установки ООО СА «Стройтехцентр».

Письмом от 09.11.2015 № 01/09/11/2015 ООО «Авто-Трест» предложило ООО СА «Стройтехцентр» график финансирования проекта, срок бесплатного ответственного хранения оборудования на заводе-изготовителе установлен до конца декабря 2015 года.

Письмом от 20.01.2016 № 01/20/01/2016 ООО «Авто-Трест» подтвердило готовность каландровой линии к отправке, которая находится на ответственном хранении на заводе-производителе.

Более того, на основании товарной накладной от 08.11.2014 № 164 ООО «Авто-Трест» передало должнику оборудование - линию предварительного смешения стоимостью 96 405 375 рублей, то есть исполняло принятые на себя обязательства.

При таких обстоятельствах, наличие основания для применения правила о защите делового решения руководителя не доказано со стороны ответчика (статья 65 АПК РФ).

По общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем. Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям (пункт 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53).

Определением Арбитражного суда от 26.05.2021 по делу № А17-1478/2017, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 03.09.2021, признаны недействительными сделки, оформленные в виде договоров об уступке права требования от 22.12.2016 № 4/12, № 5/12, №6/12, № 7/12 между ООО СА «Стройтехцентр» и ООО «ПосадСтрой» на общую сумму 7 097 194 рубля 07 копеек. Применены последствия недействительности сделок в виде восстановления задолженности ООО «ПосадСтрой» перед ООО СА «Стройтехцентр» в размере 2 865 956 рублей, по договору об уступке права требования от 22.12.2016 № 4/12; в размере 2 498 361 рубль 48 копеек, по договору об уступке права требования от 22.12.2016 № 5/12; в размере 478 572 рубля 60 копеек, по договору об уступке права требования от 22.12.2016 № 6/12; в размере 999 681 рубль 99 копеек, по договору об уступке права требования от 22.12.2016 № 7/12.

Суды пришли к выводу, что сделки - договоры уступки прав требований совершены при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделок, следовательно, в отсутствие доказательств встречного предоставления по договорам цессии сторонами, оспариваемые сделки повлекли уменьшение конкурсной массы должника. 

Определением Арбитражного суда от 31.05.2021 по делу № А17-1478/2017, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 25.08.2021, признана недействительной сделка, оформленная в виде соглашения об уступке права требования от 01.02.2017 между ООО СА «Стройтехцентр» и ООО «ПосадСтрой» на сумму 4 203 562 рубля 51 копейка; применены последствия недействительности сделки в виде восстановления задолженности ООО «ПосадСтрой» перед ООО СА «Стройтехцентр» в размере 4 203 562 рубля 51 копейка.

Суды пришли к выводу, что договор уступки прав требований совершен при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной, и установили основания для признания его недействительным по пунктам 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Ивановской области от 27.04.2022 по делу № А17-11663/2021 суд взыскал с ООО «ПосадСтрой» 11 046 134 рубля 58 копеек неосновательного обогащения.

Определением Арбитражного суда от 09.03.2021 по делу № А17-1478/2017, оставленным без изменения постановлениями Второго арбитражного апелляционного суда от 15.07.2021 и Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 21.12.2021, признаны недействительными сделками банковские платежи с назначением:

- «Для зачисления на карту 4272290845713601 ФИО6» в размере 1 468 900 рублей;

- «Очередной платеж по кредитному договору № 

<

***> за ФИО6» в размере 248 800 рублей;

- «Очередной платеж по кредитному договору № 

<

***> от 19.03.2013 за ФИО6» в размере 1 070 000 рублей.

Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 в пользу ООО СА «Стройтехцентр» денежных средств в размере 2 787 700 рублей.

Суды установили, что оспариваемые платежи совершены безвозмездно в отношении заинтересованного лица в период неплатежеспособности.

Определением Арбитражного суда от 08.06.2021 по делу № А17-1478/2017, оставленным без изменения постановлениями Второго арбитражного апелляционного суда от 10.09.2021 и Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 08.12.2021, с ФИО2 взысканы в пользу ООО СА «Стройтехцентр» 40 341 817 рублей 89 копеек убытков.

Суды установили, что с 11.03.2012 по 17.11.2016 должник производил в адрес ответчика перечисления денежных средств. В качестве оснований для данных перечислений указаны следующие обязательства: оплата по договорам процентного займа от 11.04.2012, от 17.04.2012, от 20.03.2014; очередной платеж по кредитному договору от 08.04.2011 № 037814, от 10.01.2013 № АА СС У9 за ФИО2; очередной платеж по кредитному договору № 

<

***> согласно графику платежей за ФИО2; для зачисления на карту ФИО2 № 4622350001131639.

В период с 12.09.2013 по 28.02.2014 Общество произвело перечисление денежных средств с назначением платежа «Очередной платеж по кредитному договору № 

<

***> от 19.03.2013 за ФИО6»; «Очередной платеж по кредитному договору № 

<

***> от 09.08.2013 за ФИО6»; «Для зачисления на карту 42 …. 36 ФИО6».

Суды также установили, что 17.04.2013 и 22.04.2013 Общество перечислило OOО «Озерное» денежные средства с назначением платежа «Займ согласно договору займа № 3-1 17.04.2013». Так как в спорный период учредителем ООО «Озерное» являлся ФИО2, суды резюмировали, что названные перечисления совершены в пользу аффилированного с должником лица; при этом, доказательств возврата Обществу денежных средств от ООО «Озерное» не представлено.  

Кроме того, судами установлено, что в период с 20.06.2014 по 13.05.2016 с расчетных счетов должника произведено снятие денежных средств в сумме 27 140 717 рублей 89 копеек. Доказательств того, что указанные денежные средства израсходованы на приобретение товаров, материалов и выплату заработной платы, в материалах дела не имеется.

С учетом изложенного, судебные инстанции заключили, что в результате неправомерных действий руководителя должника последнему причинены убытки в размере 40 341 817 рублей 89 копеек.

Определением Арбитражного суда от 19.08.2021 по делу № А17-1478/2017 с ФИО2 взысканы в пользу ООО СА «Стройтехцентр» 13 666 089 рублей убытков. Судом была установлена причинно-следственная связь между недобросовестными действиями со стороны ответчика и причинением прямого материального ущерба должнику в виде выбытия имущества - Экскаватора Caterpillar M315D, Машины алмазно-канатной резки DSWS15, экскаватора-погрузчика MST M544 Plus, что послужило основанием для взыскания убытков в указанном размере.

Таким образом, в результате указанных действий ФИО2 должнику был причинен ущерб.

            Довод ответчика о том, что отдельными судебными актами в рамках дела о банкротстве № А17-1478/2017 с него взысканы убытки в размере 40 341 817 рублей 89 копеек и 13 666 089 рублей по тем же фактическим основаниям, которые положены судом в основу определения о привлечении к субсидиарной ответственности, подлежит отклонению.

При наличии одновременно нескольких оснований для привлечения к ответственности контролирующих лиц, предусмотренных Законом о банкротстве, окончательный размер ответственности определяется путем поглощения большей из взыскиваемых сумм меньшей. Совокупный размер ответственности должен быть ограничен максимальным размером, установленным Законом о банкротстве (в совокупном размере требований кредиторов).

В случае если одни и те же действия являются основаниями для взыскания убытков и привлечения к субсидиарной ответственности, реституции, размер требований носит зачетный характер.

Ввиду того, что окончательный размер ответственности определяется путем поглощения большей из взыскиваемых сумм меньшей, при том, что совокупный размер ответственности должен быть ограничен максимальным размером, установленным Законом о банкротстве, данные обстоятельства подлежат оценке и учету при наличии к тому оснований судом на стадии определения размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

В данном случае производство по заявлению в части определения конкретного размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. Следовательно, с учетом изложенного выше, соответствующие доводы ФИО2 подлежат учету при определении размера ответственности.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что в рамках обособленных споров о взыскании с ФИО2 убытков предмет спора ограничивался исследованием конкретного круга обстоятельств, действий (бездействия) ФИО2, которые привели к возникновению материального вреда на стороне должника.

В рамках рассмотрения вопроса об установлении оснований для привлечения к субсидиарной ответственности деятельность ФИО2 как контролирующего ООО СА «Стройтехцентр» лица оценивается в совокупности, то есть исследуются обстоятельства того, как отдельные действия, осуществляемые ответчиком в рамках хозяйственной деятельности должника, в своей совокупности привели в несостоятельности (банкротству)  ООО СА «Стройтехцентр».

Исключение отдельных эпизодов, по которым ответчик привлечен к ответственности в виде взыскания убытков, из оценки обстоятельств лишит картину управленческих решений ФИО2 целостности и не позволит суду наиболее полно и достоверно установить причинно-следственную связь между всеми действиями контролирующего должника лица и наступившим банкротством ООО СА «Стройтехцентр».

Как уже отмечал суд апелляционной инстанции, сам факт исследования судом обстоятельств взыскания с ФИО2 убытков, не означает возложения на ответчика двойной ответственности и не исключает учета данных обстоятельств при установлении размера субсидиарной ответственности.

Ссылка ответчика на определение Верховного Суда российской Федерации от 28.09.2023 № 306-ЭС20-15413(3) подлежит отклонению, поскольку в рамках указанного дела размер первоначально взысканных с контролирующего лица убытков значительно превышал размер требований, предъявленных к нему в рамках заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2023 № 306-ЭС20-15413(3) отмечено, что заявление о привлечении в рамках дела о банкротстве к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов является иском, направленным на возмещение убытков контролирующим лицом в ситуации, когда его неразумные и недобросовестные действия (бездействие) оказали такое негативное воздействие на имущественную сферу подконтрольной организации, что совокупный размер активов последней стал недостаточен для проведения расчетов с кредиторами, то есть данные действия (бездействие) послужили необходимой причиной банкротства (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Поскольку иск о привлечении к субсидиарной ответственности является способом защиты гражданско-правового сообщества кредиторов, размер ответственности по нему ограничен общей суммой требований кредиторов, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества (ограничен совокупным размером требований, включенных в реестр требований кредиторов и заявленных после закрытия реестра, а также требований по текущим платежам) (пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Одновременно с этим в рамках дела о банкротстве кредиторы, арбитражный управляющий наделяются правом на предъявление контролирующему лицу требования о возмещении убытков по корпоративным основаниям (статья 61.20 Закона о банкротстве). В этом случае возложение ответственности также обусловлено грубым нарушением контролирующим лицом обязанности действовать добросовестно и разумно в отношении подконтрольного общества, повлекшим за собой уменьшение его имущественной массы. При этом такой иск подается правомочными лицами от имени самого должника (пункт 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве), который выступает прямым выгодоприобретателем по этому иску. Поэтому цена данного иска не ограничена размером требований кредиторов.  

В данном случае размер взысканных убытков, причиненных должнику в результате недобросовестного и неразумного поведения ответчика меньше, чем размер требований кредиторов и не является настолько крупными, чтобы явиться самостоятельной и достаточной причиной банкротства должника.

Вместе с тем, установленное судом неразумное поведение ответчика, допущенное при исполнении контракта, в совокупности с обстоятельствами причинения убытков должнику как раз и привело к банкротству должника, лишив его возможности осуществить поставку каландровой линии.  

 

По доводам конкурсного управляющего о неисполнении ответчиком обязанности по передаче документации должника.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Указанная норма применяется в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (пункт 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Таким образом, в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления №53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет арбитражному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим, невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче арбитражному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям необходимо обосновать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. При этом под существенным затруднением, как указано выше, понимается, в том числе невозможность выявления активов должника.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Ивановской области от 01.06.2020 по делу № А17-1478/2017 у ФИО2 истребованы документы должника, а именно:

1) список кредиторов с указанием размера кредиторской задолженности по каждому кредитору на дату введения процедуры конкурсного производства в отношении должника;

2) полный перечень имущества должника, в том числе имущественных прав на дату введения процедуры конкурсного производства в отношении должника.

Согласно бухгалтерскому балансу за 2018 год (последний отчетный период до даты введения конкурсного производства) размер дебиторской задолженности составлял 198 843 000 рублей.

В рамках данного спора ФИО2 был представлен перечень дебиторов с указанием размера дебиторской задолженности в общей сложности на 180 479 767 рублей 48 копеек. Согласно отчету конкурсного управляющего, размер известной ему дебиторской задолженности равен 182 180 442,48 руб.

В отношении оставшегося размера дебиторской задолженности, составляющего разницу между представленными сведениями и данными бухгалтерского баланса (198 843 000 – 182 180 442,48 = 16 662 557,52), документация не передана, сведения о судьбе указанной задолженности на дату передачи документов, ответчиком не раскрыты и не подтверждены. Возможность пополнения конкурсной массы за счет указанных имущественных прав должника утрачена.

Конкурсный управляющий в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора о привлечении к субсидиарной ответственности не отрицал, что, действительно, ФИО2 частично передавались документы подеятельности должника, частично получены от контрагентов. Согласно отчету конкурсного управляющего соответствующая информация отражена в отношении – ООО «Авто-Трест», ОАО «Водоканал», ООО «Газпром газораспределение Иваново», ДСУ-3 ГУП, ООО «Игрек», ООО «Нерудный торговый дом», ООО «Паритет», ООО «Дсторг», ООО «Стройсити», ООО «Терминал Профи», ООО «Тест-инжиниринг», ЗАО «Хилти», ООО «Электролюкс», ООО «Автотрест», Администрации муниципальных районов и сельских поселений, ЗАО «Гаврилово-посадский хлебокомбинат», ЖКХ г. Шуя, МБОУ школа №6, МБУ «Надежда», ОБУЗ Богородское ОКПБ, ООО «Феникс», ООО «Гео.Бур.Вод.С.», ООО «Геопласт», ОАО «ИнтрастБанк» АКБ, Управление земельных отношений Администрации Ивановского муниципального района.

При этом, значительная часть указанной дебиторской задолженности приходится на ООО «Авто-Трест» в размере 90 872 625 рублей и на ОАО АКБ «ИнтрастБанк» в размере 47 000 450 рублей 47 копеек.

ООО «Мособлстрой-31 ТД» погасило задолженность.

В отношении ООО «Балтик Индустри» - имеются сведения о прекращении деятельности 23.10.2014, ООО «Энергоснаб» - 22.02.2017, ООО «Анита» - 09.11.2018, ООО «БГМК» - 05.06.2018, ООО «Доспел-Рус» - 27.06.2019, ООО «Сфера+» - 13.06.2019, ООО ТД «Ивановский» - 17.04.2018, ООО «ТД Энергострой» - 09.06.2018, ООО «МВС-Строй» - 04.07.2011, ООО «МонолитСпецСтрой» - 16.01.2017, ООО «Сервисстрой» - 16.11.2018, ЗАО «НПЗ Теплогаз» - 08.07.2016.

Поскольку деятельность данных лиц прекращена до даты введения конкурсного производства, непередача документации по ним не могла отразиться на пополнении конкурсной массы. Доказательства обратного суду не представлены.

Таким образом, исходя из сведений, имеющихся в отчете конкурсного управляющего, апелляционный суд путем анализа установил, что управляющий указывает на отсутствие у него документации по следующим дебиторам: ОАО «Агротекс-ЖБИ», ООО «БетонМикс», ООО «Гидротехмонтаж», ООО «Еврострой», ООО «Ивцентрснаб-К», ООО «Интехком», ООО «Неострой», ООО «Технобизнес», ООО «Армада», ОАО «Бим-Текс», ООО «Глобус», ООО «Комплекс Стройсервис», ООО «Контех», ООО «Стройдормаш», ООО «Стройпрофсервис», АО «Тандер», ООО Группа компаний «Транс-Альянс», ООО «Эсси», на общую сумму 14 034 542,80 руб. 

При этом почтовым отправлением 06.02.2020 конкурсному управляющему направлены первичные документы – акты сверок, товарные накладные, счета-фактуры, договоры и переписка, в том числе по контрагентам ООО «Бетон-Микс», ООО «Еврострой», ООО «Интехком», ОАО  «Агротекс-ЖБИ», ООО «Гидротехмонтаж», ООО «Стройдормаш», АО «Тандер». Также письмом 23.01.2020 были направлены документы, полученные от ООО «Эсси», ООО «Стройпрофсервис», ООО «Контех», ООО Группа компаний «Транс-Альянс», ОАО «Бим-Текс».

Доводы конкурсного управляющего о том, что направление документации почтой не может быть признано надлежащим является несостоятельным. Доказательства направления документации по адресу, как указывает конкурсный управляющий, «находящемуся под контролем ФИО2, в материалах дела отсутствуют. Как было указано выше, частично дебиторская задолженность проанализирована конкурсным управляющим.

В возражениях, поступивших в апелляционный суд 24.01.2024, конкурсный управляющий указывает, что не имеет документации в отношении 7 организаций - ООО «Ивцентрснаб-К», ООО «Неострой», ООО «КомплексСтройсервис», ООО «Эсси», ООО «Технобизнес», ООО «Армада», ООО «Глобус».

Вместе с тем, как справедливо указывает представитель ответчика, документация по ООО «Эссии» передана (опись вложения в почтовое отправление 23.01.2020). В отношении ООО «Армада» 30.11.2018 в ЕГРЮЛ внесена запись об исключении недействующего юридического лица, которая решением суда от 11.07.2019 была признана недействительной. То есть на момент введения конкурсного производства (23.10.2019) правоспособность данного юридического лица была восстановлена, документация подлежала передаче. Само по себе направление в адрес ООО «Армада» со стороны ответчика запроса о предоставлении документов (и предоставлении информации о направлении такого запроса), не свидетельствует об исполнении им обязанности по передаче первичной бухгалтерской документации в отношении данного юридического лица конкурсному управляющему. 

Также не может быть принята ссылка ответчика на то, что документы по указанным дебиторам были переданы в составе документации с общим указанием на наименование первичных документов (товарные накладные, счета-фактуры и т.д.), поскольку обязанность надлежащим  образом идентифицировать передаваемую документацию возложена на бывшего руководителя должника. Кроме того, почтовые отправления с соответствующими общими наименованиями первичных документов направлены ФИО2 арбитражному управляющему еще в 2019 году, а  определение об обязании его передать документацию принято судом 01.06.2020.

Ссылка на направление документации по должнику ООО «КомплексСтройСервис» по описи от 20.02.2020 подлежит отклонению, поскольку согласно данной описи были направлены документы по ООО «КомплектСпецСервис».  Конкурсным управляющим акт несоответствия описи вложения не составлялся.

Следовательно, ответчиком не переданы документы по ООО «Ивцентрснаб-К», ООО «Неострой», ООО «Технобизнес», ООО «Армада», ООО «Глобус», ООО «КомплексСтройСервис», на общую сумму 3 021 637,85 руб.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что приведенные обстоятельства свидетельствуют о невозможности формирования конкурсной массы с целью расчетов с кредиторами, ввиду невозможности взыскания дебиторской задолженности по указанным дебиторам.

В отношении основных средств на сумму 64 тыс. руб. ответчиком указано на то, что это утраченная машина алмазно-канатной резки, конкурсным управляющим данное обстоятельство не опровергнуто. За утрату актива взысканы убытки. Сведения о доходных вложениях и о запасах также представлены конкурсному управляющему 28.05.2020, истребование указанных сведений впоследствии конкурным управляющим не осуществлялось.  

 

По доводам конкурсного управляющего о неисполнении ФИО2 обязанности по подаче заявления о признании ООО СА «Стройтехцентр» несостоятельным (банкротом).

В своих письменных пояснениях конкурсный управляющий указывал, что 26.12.2014 должник фактически перестал исполнять обязательства перед самым крупным своим контрагентом, что в последующем привело к расторжению государственного контракта.

Конкурсный управляющий, с которым согласился суд первой инстанции, полагал, что ответчик должен был обратиться в суд не позднее 27.01.2015.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции, применимой к настоящей ситуации) руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; в иных случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Пунктом 9 Постановления №53 предусмотрено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

В этой связи помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения единоличным исполнительным органом обязанности, установленной Законом о банкротстве (обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в случае, предусмотренном пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве), необходимо установить вину субъекта ответственности (в данном случае - руководителя должника), исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации); также имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

В силу вышеуказанных положений конкурсный управляющий должен доказать не просто существование у должника задолженности перед кредиторами, а наличие оснований, обязывающих руководителя обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Повторно исследовав материалы обособленного спора, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим возникновения у ФИО2 обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве ООО СА «Стройтехцентр» на 27.01.2015.

Дату возникновения рассматриваемой обязанности конкурсный управляющий связывал с последним платежом, который произвел должник в адрес ООО «Авто-Трест». Указанный платеж был датирован 26.12.2014, после чего должник прекратил исполнять обязательства по авансированию договора №020АТ от 01.11.2013.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что в обязанности должника по государственному контракту входили не только поставка оборудования (в том числе каландровой линии), но и осуществление строительно-монтажных работ.

В рамках дела № А17-8533/2015 ФСБ России представлен перечень невыполненных должником работ, большинство которых датировано декабрем 2015 года, частично апрелем и сентябрем 2015 года.

Дополнительным соглашением от 20.10.2014 № 2 к государственному контракту от 28.10.2013 № 18/13-БИ срок поставки оборудования, в том числе каландровой линии, по соглашению сторон увеличен до декабря 2015 года.

При этом отказ от исполнения государственного контракта со стороны заказчика поступил в 2017 году. В 2016 году со стороны должника осуществлялась подача искового заявления об обязании ООО «Авто-Трест» осуществить поставку оборудования.

Также судом апелляционной инстанции проанализированы представленные ответчиком выписки по счетам должника, которые, по мнению суда апелляционной инстанции, свидетельствуют о наличии значительных оборотов денежных средств в ходе осуществления должником предпринимательской   деятельности в заявленный конкурсным управляющим период. 

Так, в январе 2015 года поступления на счет должника, открытый в ПАО «Сбербанк», составили порядка 8,8 млн рублей; в феврале 2015 года около 2,5 млн рублей; в марте 2015 года около 4,1 млн рублей; в апреле 2015 года около 7,5 млн рублей. Всего согласно выписке по указанному счету на него поступили денежные средства в сумме более 198 млн. руб. в период после 01.01.2015, кроме того, на счет, открытый в ПАО «Промсвязьбанк» поступили денежные средства в размере более 47 млн. руб.; перед конкурсным управляющим должником раскрыта информация о дебиторах на сумму порядка 180 млн. руб.

Вопреки выводам суда первой инстанции поступление на счета должника в течение длительного периода времени значительной суммы денежных средств не может не быть учетно при определении момента осознания руководителем критичности финансового состояния должника.

Также к судебному заседанию, назначенному на 20.06.2023, конкурсным управляющим представлена таблица с указанием дат возникновения обязательств перед кредиторами, включенными в реестр. Преимущественно задолженность ООО СА «Стройтехцентр» перед кредиторами возникла в 2016-2017 годах.

Задолженность перед ООО «Ивановская энергетическая компания», подтвержденная решением Арбитражного суда Ивановской области от 04.12.2014 по делу №А17-5094/2014 не может быть принята во внимание, как однозначно свидетельствующая о наличии у руководителя должника обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом.

Для вывода о возникновении обязанности добросовестного руководителя обратиться в суд необходимо, чтобы финансовое положение организации было настолько критическое, что восстановление его платежеспособности обычными способами - за счет доходов от предпринимательской деятельности - не представлялось возможным. Само по себе наличие неисполненного обязательства перед отдельным кредитором, о таких обстоятельствах свидетельствовать не может, в том числе с учетом размера оборота денежных средств по счетам должника.

Ссылки конкурсного управляющего на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 15.07.2021 по настоящему делу также подлежат отклонению поскольку объективное банкротство не тождественно понятию неплатежеспособности.

Таким образом, вопреки позиции конкурсного управляющего, наличие у должника в определенный период непогашенной задолженности перед отдельным кредитором в любом случае не является достаточным основанием для вывода о возникновении у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением в порядке статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку само по себе возникновение у хозяйствующего субъекта кредиторской задолженности не подтверждает наступления такого критического момента, с которым законодательство о банкротстве связывает необходимость инициирования процедуры несостоятельности.

Более того, возникновение в спорный период задолженности не свидетельствует о том, что должник «автоматически» стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве, в связи с чем у руководителя в заявленную конкурсным управляющим дату обязанность обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) не возникла 

Кроме того, на официальном сайте Единой системы в сфере закупок размещены сведения о выполнении ООО СА «Стройтехцентр» большого количества контрактов в 2014-2016 годах.

В условиях наступления объективного банкротства осуществление активного движения денежных средств по счетам должника, как и выполнение работ по договорам подряда, было бы невозможно.

При этом сами по себе выводы анализа финансового состояния должника также не являются достаточными, чтобы свидетельствовать о наступлении объективного банкротства 26.12.2014, поскольку правовое значение имеет именно момент осознания разумным руководителем критичности состояния должника.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим возникновения обязанности у ФИО2 обратиться в суд с заявлением о признании ООО СА «Стройтехстрой» на 27.01.2015.

Следовательно, оснований для привлечения ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за нарушение срока подачи заявления о признании должника банкротом не имеется.

 В то же время несогласие Второго арбитражного апелляционного суда с выводами суда первой инстанции в названной части не является основанием для отмены или изменения оспариваемого судебного акта, поскольку доказано наличие иных оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

В соответствии с пунктом 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» в случае несогласия суда только с мотивировочной частью обжалуемого судебного акта, которая, однако, не повлекла принятия неправильного решения или определения, арбитражный суд апелляционной инстанции, не отменяя обжалуемый судебный акт, приводит иную мотивировочную часть.

При данных обстоятельствах основания для удовлетворения жалобы ФИО2 и отмены обжалуемого определения суда первой инстанции отсутствуют. Доводы жалобы сводятся к несогласию ответчика с выводами суда первой инстанции, положенными в обоснование принятого по делу судебного акта, что само по себе не может служить основанием для его отмены.

Апелляционная жалоба ФИО2 удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче апелляционной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается. 

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Ивановской области от 20.07.2023 по делу № А17-1478/2017 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ивановской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий                               

 

Судьи

 

А.С. Калинина

 

Н.А. Кормщикова

 

Е.В. Шаклеина