﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

 

г. Краснодар

Дело А32-47308/2018

16 августа 2021 года

 

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10 августа 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 августа 2021 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Сороколетовой Н.А., судей Гиданкиной А.В. и Калашниковой М.Г., при участии в судебном заседании от акционерного общества «Российский Cельскохозяйственный банк» (ИНН 7725114488, ОГРН 1027700342890) – Рябцевой И.Г. (доверенность от 03.11.2020),                от Акопова Георгия Георгиевича – Черминского И.Б. (доверенность от 28.08.2020), в отсутствие временного управляющего общества с ограниченной ответственностью производственно-перерабатывающий комплекс «Голубая Нива» (ИНН 2308093058,                  ОГРН 1032304158688) Ирхина Сергея Петровича, иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 23.03.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2021 по делу                                       № А32-47308/2018, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью производственно-перерабатывающий комплекс «Голубая Нива» (далее – ООО ППК «Голубая Нива», должник) акционерное общество «Россельхозбанк» (далее – АО «Россельхозбанк», заявитель, банк) обратилось в арбитражный суд с заявлением о разрешении разногласий относительно очередности удовлетворения требований Акопова Георгия Георгиевича (далее – Акопов Г.Г.), включенных в реестр требований кредиторов должника; признании требований Акопова Г.Г. подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Определением суда от 23.03.2021, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 06.06.2021, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе банк просит отменить судебные акты и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. Податель жалобы указывает, что Акопов Г.Г. является контролирующим должника лицом, договор уступки права требования с ООО «КЛААС» и частичное погашение задолженности перед банком осуществлено 17.01.2020, т. е. в период имущественного кризиса должника; в рамках данного дела рассматривается вопрос об утверждении мирового соглашения, в соответствии с графиком которого, в первую очередь погашается задолженность именно перед Акоповым Г.Г., что свидетельствует о недобросовестных действиях с его стороны.

В отзывах на кассационную жалобу должник и Акопов Г.Г. возразили против приведенных доводов, просили определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель АО «Россельхозбанк» поддержал доводы кассационной жалобы.

Представитель Акопова Г.Г. придерживался позиции отзыва.

Кассационная жалоба рассмотрена на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), в отсутствие должника, временного управляющего, иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 35 вышеназванного Кодекса.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, выслушав участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела и установили суды, определением от 06.05.2019 в отношении ООО ППК «Голубая Нива» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден Ирхин С.П.; требования ООО «КЛААС» включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника в сумме 623 949 рублей                        38 копеек – основной долг, 82 992 рубля – неустойка отдельно, 17 138 рублей 83 копейки – расходы по оплате государственной пошлины.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц Акопов Г.Г. является учредителем должника (с 2010 года с долей 50%, с 2019 года – 68,7%).

Определением от 12.05.2020 произведена замена кредитора – ООО «КЛААС» на Акопова Г.Г., в реестре требований кредиторов должника с суммой требований, включенной в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 623 949 рублей 38 копеек – основной долг, 82 992 рубля – неустойка отдельно, 17 138 рублей 83 копейки – расходы по оплате государственной пошлины.

Определением от 11.09.2019 требования банка включены в третью очередь реестра требований должника в размере 1 682 849 рублей 19 копеек – основной долг и проценты, а также 739 108 рублей 42 копейки – пени отдельно, как обеспеченные залогом имущества должника.

Определением от 20.10.2020 произведена замена кредитора в деле о несостоятельности (банкротстве) должника, в третью очередь реестра требований кредиторов вместо банка включено требование Акопова Г.Г. в размере 1 575 837 рублей 69 копеек, как обеспеченное залогом имущества должника.

26 февраля 2021 года банк обратился с заявлением о разрешении разногласий относительно очередности удовлетворения требования Акопова Г.Г., ссылаясь на то, что в результате перехода прав требований к должнику к контролирующим должника лицам (учредителю должника) нарушаются права других кредиторов; учитывая пункты 6.2, 6.3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020) требования Акопова Г.Г., включенные в реестр требований кредиторов должника в размере                         2 299 917 рублей 90 копеек подлежат удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды руководствовались статьями 65, 71 и 223 Кодекса, статьями 16 и 60 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), правовыми позициями, изложенными в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020 (далее – Обзор № 3), определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2020 № 305-ЭС20-8593 по делу № А40-113580/2017 и пришли к выводу, что договоры уступки прав требования были заключены после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника, что не позволяет рассматривать такое приобретение как способ компенсационного финансирования должника.

Суды первой и апелляционной инстанций обоснованно исходили из следующего.

В соответствии с пунктом 10 статьи 16 Закона о банкротстве разногласия, возникающие между конкурсными кредиторами, уполномоченными органами и арбитражным управляющим, о составе, о размере и об очередности удовлетворения требований кредиторов по денежным обязательствам или об уплате обязательных платежей, рассматриваются арбитражным судом в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

Суды установили, что требование ООО «КЛААС» и часть требования банка перешли к контролирующему должника лицу Акопову Г.Г. на основании договора возмездной уступки права требования от 17.01.2020, а также частичного погашения Акоповым Г.Г. задолженности должника перед банком на общую сумму 1 575 837 рублей 69 копеек (платежные поручения от 15.01.2020 № 73590080 и № 73590659), т.е. после введения в отношении должника процедуры банкротства.

29 января 2020 года Президиумом Верховного Суда Российской Федерации утвержден Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, содержащий ряд правовых подходов к рассмотрению вопросов, связанных с проверкой обоснованности и установлением очередности требований вышеназванных субъектов.

В пункте 2 Обзора от 29.01.2020 изложена правовая позиция, согласно которой следует, что очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2020 № 305-ЭС20-8593 по делу № А40-113580/2017).

В пункте 6.2 Обзора от 29.01.2020 раскрыта ситуация, когда очередность удовлетворения требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), если этот кредитор приобрел у независимого кредитора требование к должнику на фоне имущественного кризиса последнего, создав тем самым условия для отсрочки погашения долга, то есть фактически профинансировал должника.

Когда должник находится в состоянии имущественного кризиса, приобретение требования у независимого кредитора позволяет отсрочить погашение долга, вводя третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового благополучия, что исключает необходимость подачи заявлении о банкротстве. В такой ситуации контролирующее либо аффилированное лицо принимает на себя риск того, что должнику посредством использования компенсационного финансирования в конечном счете удастся преодолеть финансовые трудности и вернуться к нормальной деятельности (пункт 3.1 Обзора от 29.01.2020).

В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица.

На требование, полученное лицом, контролирующим должника, в условиях имущественного кризиса последнего, распространяется тот же режим удовлетворения, что и на требование о возврате компенсационного финансирования, – оно удовлетворяется в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты (пункт 6.2 Обзора от 29.01.2020).

В отличие от обозначенной ситуации после введения процедуры по делу о банкротстве невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной. Об осведомленности независимых кредиторов о наличии процедуры банкротства свидетельствует и сам факт включения их требовании в реестр. В связи с этим выкуп задолженности у таких кредиторов не может рассматриваться как направленный на предоставление должнику компенсационного финансирования (пункт 17 Обзора № 3).

При изложенных обстоятельствах, как  обоснованно отметили суды, аффилированность лиц не имеет правового значения в настоящем споре. Наличие и действительность требования, переданного Акопову Г.Г., установлена вступившими в силу судебными актами.

В рассматриваемом случае договор уступки прав требований, частичное погашение задолженности были осуществлены уже после введения в отношении должника процедуры банкротства, и судом не рассматривался вопрос о включении в реестр новых требований кредиторов, заявление рассматривалось в порядке статьи 48 Кодекса.

Таким образом, суды пришли к верному выводу о том, что пункт 6.2 Обзора от 29.01.2020 не подлежит применению в ситуации, когда аффилированное лицо приобретает требование у независимого кредитора в процедурах банкротства. Обратный подход приведет к негативным последствиям в виде отказа контролирующих должника и аффилированных с ним лиц от приобретения прав требования к должнику у независимых кредиторов, лишая последних возможности хотя бы частично удовлетворить свои требования таким путем. Само по себе нахождение в реестре требований кредиторов аффилированного с должником лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным.

Установив отсутствие оснований для признания действий Акопова Г.Г. недобросовестными, направленными на создание искусственной задолженности в целях контроля над процедурой банкротства, суды двух инстанций пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для понижения очередности удовлетворения требования Акопова Г.Г.

Суд кассационной инстанции считает выводы судов соответствующими представленным доказательствам, установленным фактическим обстоятельствам спора, нормам материального и процессуального права.

Довод кассационной жалобы относительно того, что Акопов Г.Г. предложил к утверждению мировое соглашение, нарушающее права банка был предметом рассмотрения судом апелляционной инстанции и правомерно отклонен, поскольку условия мирового соглашения оцениваются судом при утверждении мирового соглашения, при этом кредитор не лишен возможности заявить свои возражения при рассмотрении заявления об утверждении мирового соглашения в порядке, предусмотренном главой 8 Закона о банкротстве. Положение Акопова Г.Г. на собрании кредиторов (превосходство его голосов над количеством голосов банка) не свидетельствует о его преимущественном положении и контроле над процедурой банкротства должника.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, основаны на ошибочном толковании норм права и повторяют доводы апелляционной жалобы, свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судами доказательств. Иная оценка доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 Кодекса не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Нормы права при разрешении спора применены правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Кодекса безусловным основанием для отмены судебных актов, судом округа не установлено.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены судебных актов.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 23.03.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2021 по делу                                        № А32-47308/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                               Н.А. Сороколетова

Судьи                                                                                                         А.В. Гиданкина

М.Г. Калашникова