﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-117071/2019

22 марта 2021 года

г. Санкт-Петербург

/тр3

Резолютивная часть постановления объявлена     16 марта 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  22 марта 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Смирновой Я.Г.

судей  Жуковой Т.В., Поповой Н.М.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем с/з Шалагиновой Д.С.,

при участии:

согласно протоколу судебного заседания,

рассмотрев апелляционные жалобы Адвокатской консультации «Никешин и партнёры» СПБГКА и конкурсного управляющего АО «Телемарк» Колосков К.А.

на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.11.2020 по делу № А56-117071/2019/тр.3, принятое по заявлению ООО «Криптон» о включении требования в реестр требований кредиторов в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «Телемарк»,

установил:

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу №А56-117071/2019 от 13.08.2020 АО «Телемарк» признано банкротом и в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Колосков Константин Анатольевич.

ООО «Криптон» обратилось в Арбитражный суд с заявлением о включении требования в размере 4 534 740,44 рублей в реестр требований кредиторов должника, на основании заключенного договора займа от 18.08.2016.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу №А56-117071/2019/тр.З от 19.11.2020 (объявлена резолютивная часть) суд признал обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов АО «Телемарк» требование ООО «Криптон» в сумме 4 774 918,03 рубля, в том числе 3 500 000 рублей основного долга и 1 274 918,03 рублей процентов. В остальной части требования отказано.

Определение обжаловано конкурсным управляющим и Адвокатской консультации «Никешин и партнёры» СПБГКА со ссылкой на недоказанность требований, а также на наличие аффилированности должника и заявителя, что судом первой инстанции учтено не было.

Суд апелляционной инстанции, принимая во внимание повышенный стандарт доказывания в рамках дела о несостоятельности (банкротстве), истребовал у заявителя дополнительные доказательства в обоснование требования.

К настоящему судебному заседанию заявитель представил суду выписку операций по лицевому счету за период с 01.01.2016 по 31.12.2016.

Конкурсный управляющий представил пояснения, согласно которым на основании банковских выписок, переданных временному управляющему кредитными учреждениями по запросу, можно сделать вывод о том, что доходы непосредственно от операционной деятельности по основному и дополнительным видам деятельности АО «Телемарк» не получало. 

При   основном   виде   деятельности   (деятельность в  области права бухгалтерского учета (код 69 ОКВЭД)) Общество осуществляло регулярные платежи за оказание юридических услуг другой фирме; при вспомогательном виде деятельности - Аренда и управление собственным или арендованным недвижимым имуществом (код 68.2 ОКВЭД) – Общество осуществляло периодические платежи за аренду нежилых помещений; по счету АО «Телемарк» в ПАО «Сбербанк» выполнялись операции по договорам денежных займов; Операции по возврату денежных средств по договору займа от 20.12.2016 г. на сумму 500 000,00 руб. (получатель - Малинина Наталья Евгеньевна) в банковских выписках АО «Телемарк» не приводятся. Сведения о взыскании задолженности по договору займа в судебном порядке у конкурсного управляющего отсутствуют.

Кроме того, Малинина Наталья Евгеньевна, которой АО «Телемарк» выдало займ, являлась генеральным директором АО «Криптон» (реорганизовано в ООО «Криптон»), притом, что АО «Телемарк» на тот момент уже являлось заемщиком денежных средств у АО «Криптон» по договору займа от 18.08.2016.

Также из документов следует, что с расчетного счета Должника проводились операции по переводу денежных средств на личный счет Фомина А.С. (генеральный директор АО «Телемарк») в общей сумме 607 330,00 рублей, однако подтверждения расходования денежных средств Фоминым А.С. управляющему не предоставлено.

Согласно выписки по расчетному счету в ПАО «Сбербанк» денежные средства расходовались на перечисление комиссии, уплату страховых взносов, а также на цели, не связанные с хозяйственной деятельностью Должника.

Сведения о финансовом состоянии ОА «Телемарк» также отражены в Финансовом анализе, проведенном временным управляющим, согласно которому Должник не получал прибыли от хозяйственной деятельности по основным видам деятельности.

Целевое использование и расходование денежных средств, полученных по договору займа от 18.08.2016 непосредственно в хозяйственной деятельности АО «Телемарк» не усматривается. Поступивщие денежные средства распределялись на иные цели, не связанные с нуждами Должника.

Более того, отмечено, что на момент получения суммы займа у АО «Телемарк» имелись неисполненные денежные обязательства перед кредитором ООО «Поларис-Нева», неисполнение которых послужило основанием для обращения кредитора в суд с заявлением о признании АО «Телемарк» банкротом.

Представитель подателя жалобы - Адвокатской консультации «Никешин и партнёры» СПБГКА, также представил письменные пояснения, в которых также провел подробный анализ банковских операций и указал на наличие достоверных сведений, подтверждающих аффилированность кредитора и должника, действий по выводу денежных средств со счетов, поскольку фактически расчетный счет должника был использован в качестве транзитного. ООО «Криптон», аффилированное с должником, под видом выдачи займа перечисляло на его счет средства, которые последним не расходовались в собственных предпринимательских целях, а перенаправлялись на счета других лиц или совершалась оплата за иных лиц, входящих в ту же группу, что и должник с заявителем, в том числе ООО «ПЗ АТС Плюс». Компания Лесото Лимитед. Малинина Н.Е., Фомин А.С., ИП Каеров СВ., ЗАО «Лоренс», ИИ Абросимова М.Д.

Заинтересованность между кредитором и заемщиком подтверждается также совокупностью иных обстоятельств, как то, совпадение юридических адресов сторон, даты создания юридических лиц, общность руководителей и пр.

Суд апелляционной инстанции, исследовав представленные в материалы дела доказательства, приходит к следующему.

В соответствии с  пунктом 1 статьи 100 Федерального закона от 26.10.2020 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов. Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В силу положений статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации, по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.

Согласно положениям статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации  обязательства должны исполнять надлежащим образом в соответствии с условиями обязательствами и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями и иными обычно предъявляемыми требованиями.

Возражая против требования кредитора, лицами, участвующими в деле, было заявлено о наличии мнимости сделок и аффилированности лиц, участвующих в сделках.

В соответствии с пунктом 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020, на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Для установления обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора (далее также - «дружественный» кредитор) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов.

Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 Постановления N 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

Следовательно, во избежание нарушения прав кредиторов должника все обстоятельства сделок с ним как с банкротом подлежат судебному исследованию, тем более, что на пороки сделок указывают лица, участвующие в деле.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

При наличии признаков заинтересованности между кредитором и заемщиком, необходимо исследовать правовую природу возникших отношений, цели и источники предоставления финансовых средств, необходимость их привлечения, а также учитывать «дружественный» характер требования кредитора, добросовестности распоряжения им полученными правами в соотношении с финансовым положением должника. При оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и займодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествовавший банкротству.

Для установления воли сторон в соответствии с положениями статей 160, 421, 431, 434 ГК РФ оценке подлежит вся совокупность отношений сторон, в том числе содержание заключенных сторонами договоров, цель их заключения, предшествующее и последующее поведение участников сделки.

В абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Согласно разъяснениям пункта 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, именно на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве.

Проверяя заявление о дефектах сделки, суду надлежало установить, изменились ли у сторон спорных правоотношений реальные намерения в части ее исполнения, либо названные требования направлены на искусственное увеличение задолженности аффилированного лица должника, однако такие действия не были предприняты.

Установление наличия внутригрупповых отношений между сторонами сделки и, как следствие, общности хозяйственных интересов участников спорных отношений, о котором заявляет в настоящем случае конкурсный управляющий, позволяет дать надлежащую оценку недобросовестности действий кредитора и должника.

В данном деле не были раскрыты мотивы заключения сделки – договора займа от 18.08.2016.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Кодекса).

В абзаце третьем пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

По смыслу приведенных норм, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Отказывая в удовлетворении заявления кредитора, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что Договоры займа являются мнимыми (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) и действия сторон сделок направлены исключительно на искусственное создание кредиторской задолженности.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка - это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» судам следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

В пункте 71 Постановления N 25 разъяснено, что согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

По смыслу приведенных норм, формальное исполнение для вида условий сделки ее сторонами не может являться препятствием для квалификации судом такой сделки как мнимой. Возражения ответчика о том, что требования истца основаны на мнимой сделке, могут быть сделаны в любой форме и подлежат оценке судом независимо от предъявления встречного иска.

Сделка займа совершена со злоупотреблением правом, указанный договор не повлек для должника положительного экономического эффекта.

Оспаривая выводы суда первой инстанции о правомерности требования ООО «Криптон», кредитор и конкурсный управляющий сослались на недоказанность их по праву и по размеру, а также на то, что, анализируя сведения, представленные в финансовом анализе АО «Телемарк» за 2016-2018, составленного конкурсным управляющим Колосковым К.А. на основании полученных выписок о движении денежных средств по счетам из банков, в которых у должника открыты расчетные счета, можно сделать вывод, что денежные средства были выведены дальше через цепочку сделок на иные лица, которые входят в одну группу, в том числе ООО «ПЗ АТС Плюс». Компания Лесото Лимитед, Малинина Н.Е., Фомин А.С., ИП Каеров О.В., ЗАО «Лоренс», ИП Абросимова М.Д.

Подателями жалоб в подтверждение своих доводов представлены исчерпывающие доказательства наличия признаков аффилированности кредитора и должника, перечисления денежных средств, поступивших в счет займа лицам, входящим в одну группу лиц, то есть, фактически перераспределение их, при этом доказательств того, что заемные средства имели целевое назначение для ведения прямой хозяйственной деятельности, должником исполнялись обязательства перед иными контрагентами, в нарушение требований 65 статьи Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено.

Поскольку совокупность обстоятельств свидетельствует о заключении Договора при злоупотреблении правом аффилированными лицами при очевидных признаках отсутствия у должника достаточных средств для исполнения обязательств и отсутствии явной обоснованной экономической цели заключения сделки; внастоящем случае договор займа заключен с целью перераспределения денежных потоков внутри группы аффилированных лиц, что прямо подтверждается выпиской по расчетным счетам сторон, никаких дополнительных документов и пояснений (в том числе, пояснения о расходовании должником заемных денежных средств, а для реальной хозяйственной деятельности; сведения о наличии реальных обязательственных отношений, в счет которых перечислялись деньги, поступившие по займу не представлено, соответственно, оснований для включения ООО «Криптон» с задолженностью в размере 4 534 740,44 рублей в реестр требований кредиторов должника, на основании заключенного договора займа от 18.08.2016, у суда первой инстанции не имелось. 

Определение Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области при указанных обстоятельствах подлежит отмене, заявление – оставлению без удовлетворения.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 30.11.2020 по делу №  А56-117071/2019/тр3 отменить.

В удовлетворении заявления ООО «Криптон» о включении в реестр требований кредиторов АО «Телемарк» в размере 4 774 918,03 рублей, из которых 3 500 000,00 рублей основного долга и 1 274 918,03 рублей процентов отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Я.Г. Смирнова

Судьи

Т.В. Жукова

 Н.М. Попова