ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А75-2176/2023

24 мая 2024 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  16 мая 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  24 мая 2024 года.

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Тетериной Н.В.,

судей  Рожкова Д.Г., Солодкевич Ю.М.,

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем Губанищевой У.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационные номера 08АП-3508/2024,  08АП-3505/2024) бюджетного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа – Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница», общества с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Периметр» на решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 26.02.2024 по делу № А75-2176/2023 и апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-4163/2024) бюджетного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа - Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница» на дополнительное решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 18.03.2024 по делу № А75-2176/2023 (судья Горобчук Н.А.), принятые по иску общества с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Периметр» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к бюджетному учреждению Ханты-Мансийского автономного округа – Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании незаконным решения и требования, при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления Федеральной антимонопольной службы по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре, публичного акционерного общества «Промсвязьбанк»,

при участии в судебном заседании представителей:

общества с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Периметр» – ФИО1 (по доверенности от 06.02.2023 сроком действия три года),

бюджетного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа – Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница» – ФИО2 (доверенность от 09.01.2024 № 18 сроком действия до 31.12.2024);

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Периметр» (далее – истец, общество) обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с исковым заявлением к бюджетному учреждению Ханты-Мансийского автономного округа – Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница» (далее – ответчик, учреждение) о признании незаконным решения об одностороннем отказе от контракта от 16.01.2023, о признании незаконным выставление штрафов.

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 26.02.2024 по делу № А75-2176/2023 исковые требования общества удовлетворены частично: решение от 16.01.2023 об одностороннем отказе от контракта от 23.12.2022 № 0387200029822000550 признано недействительным. Снижен размер штрафных санкций по контракту от 23.12.2022 № 0387200029822000550 до 258 000 руб. В удовлетворении остальной части требований отказано.

При вынесении указанного решения судом первой инстанции не разрешен вопрос о распределении судебных расходов сторон.

Дополнительным решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 18.03.2024 по делу № А75-2176/2023 с учреждения в пользу общества взысканы судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 12 000 руб. В удовлетворении заявления учреждения о взыскании судебных издержек отказано.

С принятыми решениями не согласились стороны, направив апелляционные жалобы.

В обоснование своей апелляционной жалобы общество указывает на несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, является основанием для отмены судебного акта (пункт 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее также АПК РФ), поскольку судом первой инстанции сделан необоснованный вывод о доказанности факта нарушений исполнителем условий контракта, в связи с чем просит отменить обжалуемый судебный акт в части снижения штрафных санкций.

В обоснование своей апелляционной жалобы учреждение настаивает на наличии законных оснований для одностороннего отказа от контракта, в связи с существенным нарушением его условий. Более подробно доводы приведены в жалобе.

Так же учреждением направлена апелляционная жалоба на дополнительное решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 18.03.2024 по делу № А75-2176/2023, в которой просило отменить дополнительное решение и принять новый судебный акт об удовлетворении требования учреждения распределении судебных расходов в размере 3 100 руб. в полном объеме.

В обоснование доводов апелляционной жалобы, учреждение указало, что общество не заявляло отдельного требования о взыскании расходов по уплате государственной пошлины, к тому же таковые понесены в размере 6 000 руб., а не 12 000 руб. Настаивает на удовлетворении своей части судебных издержек.

В заседании суда апелляционной инстанции представители сторон поддержали свои письменные позиции, настаивали на удовлетворении своих жалоб. Ответили на вопросы суда.

Рассмотрев материалы дела, суд апелляционной? инстанции установил, что исковые требования мотивированы ссылкой на заключенный между истцом (исполнитель) и ответчиком (заказчик) муниципальный контракт от 23.12.2022 № 0387200029822000550 (далее - контракт), по условиям пункта 1.1 которого исполнитель обязался оказывать услуги частной охраны (выставление поста охраны) (далее - услуги) в срок, предусмотренный настоящим контрактом, согласно спецификации (приложение № 1 к настоящему контракту) и техническому заданию (приложение № 2 к настоящему контракту), а заказчик обязался принять и оплатить оказанные услуги на условиях, предусмотренных настоящим контрактом. 

В соответствии с пунктом 1.2. контракта сроки оказания услуг: с «01» января 2023 года по «31» декабря 2023 года. 

Согласно пункту 1.4. контракта место оказания услуг: Главный хирургический корпус ул. Ленина, д. 18, г. Нижневартовск, ХМАО – Югра Терапевтический корпус ул. Ленина, д. 29, г. Нижневартовск, ХМАО – Югра Хирургический корпус № 2 ул. Нефтяников, д. 70 А, г. Нижневартовск, ХМАО – Югра Инфекционный корпус ул. Маршала Жукова, д. 19 корп. 5, г. Нижневартовск, ХМАО – Югра Корпус «В» ул. Жукова д. 19 корпус 3 г. Нижневартовск, ХМАО – Югра Корпус «Г» ул. Жукова д. 19 корпус 4 г. Нижневартовск, ХМАО – Югра. 

Как указал истец, ответчиком принято решение об одностороннем отказе от исполнения контракта от 16.01.2023, которое мотивировано тем, что исполнитель не выполнил принятые на себя обязательства по оказанию услуг надлежащего качества.

Помимо этого, ответчиком в адрес истца направлены требования об уплате штрафных санкций от 12.01.2023 № 56 на сумму 605 000 руб., от 24.01.2023 № 346 на сумму 440 000 руб., от 26.01.2023 № 487 на сумму 245 000 руб. 

Считая решение об одностороннем отказе от исполнения договора, а также требования об уплате штрафов незаконными, истец обратился в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры с настоящим иском.

Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, руководствуясь положениями статей 168, 307, 309, 310, 332, 333, 402, 450, 450.1, 723, 779, 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статьями 34, 95 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон № 44-ФЗ), пунктами 65, 71, 73, 74, 77, 79 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление № 7), правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.05.2020 № 305-ЭС19-25950 по делу № А40-293311/2018, постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2013 № 12945/13, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, пришел к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения исковых требований о признании одностороннего отказа от контракта незаконным и снижении размера штрафа в порядке статьи 333 ГК РФ. В остальной части оснований для удовлетворения исковых требований не установил.

Проверив в порядке статей? 266, 268 АПК РФ законность и обоснованность решения по настоящему делу, суд апелляционной? инстанции не усматривает основании? для его отмены или изменения.

Так, согласно пункту 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

На основании статьи 783 ГК РФ к договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде, если это не противоречит статьям 779 - 782 ГК РФ, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

В силу статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

В силу части 1 статьи 2 Закона № 44-ФЗ, части 1 статьи 307.1 ГК РФ к договорным обязательствам, возникшим из государственного (муниципального) контракта, применяются в первую очередь нормы Закона № 44-ФЗ, которые являются специальными по отношению к нормам ГК РФ.

В соответствии с частями 8, 9 статьи 95 Закона № 44-ФЗ расторжение контракта допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством. Заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным ГК РФ для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.

В пунктах 14 и 15 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, разъяснено, что если в государственном (муниципальном) контракте содержится общее указание на право стороны на односторонний отказ, отсутствие в контракте упоминания о каком-либо конкретном существенном нарушении обязательств, являющемся основанием для одностороннего отказа, не может свидетельствовать об отсутствии у стороны такого права.

Закон № 44-ФЗ отмечает лишь необходимость закрепить в контракте саму возможность его расторжения в одностороннем порядке по правилам гражданского законодательства.

Право заказчика на односторонний отказ от исполнения обязательств по договору возмездного оказания услуг закреплено в пункте 1 статьи 782 ГК РФ, согласно которому заказчик вправе отказаться от исполнения договора при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.

Таким образом, законом заказчику предоставляется право безусловного отказа от договора даже при должном его исполнении исполнителем, но последнему в этом случае дается защита для соблюдения принципов эквивалентного обмена ценностями в гражданском обороте.

В абзаце третьем пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» разъяснено, что положения статьи 782 ГК РФ, дающие каждой из сторон договора возмездного оказания услуг право на немотивированный односторонний отказ от исполнения договора и предусматривающие неравное распределение между сторонами неблагоприятных последствий прекращения договора, не исключают возможность согласования сторонами договора иного режима определения последствий отказа от договора (например, полное возмещение убытков при отказе от договора как со стороны исполнителя, так и со стороны заказчика) либо установления соглашением сторон порядка осуществления права на отказ от исполнения договора возмездного оказания услуг (в частности, односторонний отказ стороны от договора, исполнение которого связано с осуществлением обеими его сторонами предпринимательской деятельности, может быть обусловлен необходимостью выплаты определенной денежной суммы другой стороне).

В рассматриваемом случае пунктом 10.3 контракта предусмотрено, что вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации, для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств в порядке и сроки, определенные статьей 95 Закона № 44-ФЗ.

Таким образом, закон и условия контракта предоставляют заказчику возможность в одностороннем порядке в любое время отказаться от договора возмездного оказания услуг полностью или частично.

Вместе с тем, в силу разъяснений, содержащихся в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», только в случае правомерного одностороннего отказа от исполнения договорного обязательства полностью или частично договор считается соответственно расторгнутым или измененным (пункт 2 статьи 450.1 ГК РФ).

В данном случае решение учреждения от 16.01.2023 свидетельствуют об отказе от контракта в связи с существенным нарушением его условий обществом и, соответственно, о невозможности признания отказа заказчика от исполнения контракта немотивированным.

Как разъяснено в пункте 27 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2018) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.12.2018), если государственный заказчик отказался от договора в связи с существенным нарушением подрядчиком государственного контракта, суд не вправе без согласия заказчика переквалифицировать данный отказ в немотивированный отказ от договора, предусмотренный статьей 717 ГК РФ.

При рассмотрении настоящего спора ответчик не ссылался на то обстоятельство, что отказ был совершен им в порядке пункта 2 статьи 782 ГК РФ, то есть не переквалифицировало свой мотивированный отказ от контракта в немотивированный. Напротив, настаивает на наличии существенных по признаку неоднократности нарушений со стороны истца.

Следовательно, при оценке правомерности отказа от контракта, суд первой инстанции обоснованно рассмотрел основания отказа от исполнения контракта, приведенные заказчиком в решении и, поскольку таковые расценены как не существенные, устранимые, решение от 16.01.2023 признано недействительным.

Повторно оценивая основания для отказа, отраженные в решении от 16.01.2023, апелляционный суд исходит из того, что в главе 39 ГК РФ, регулирующей правоотношения по возмездному оказанию услуг, отсутствуют положения, определяющие существенные нарушения сторон такого вида договора.

Между тем в силу статьи 783 ГК РФ общие положения о подряде (статьи 702 - 729) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 настоящего Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

Пункт 2 статьи 715 ГК РФ содержит правило, коррелирующее с положениями подпункта 2 пункта 2 статьи 450, статьей 450.1 ГК РФ, в соответствии с которым при наличии потенциально неизбежной просрочки исполнения обязательств подрядчиком заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

Равным образом, пункт 3 статьи 715 ГК РФ предполагает право заказчика на отказ от исполнения договора, если становится очевидной неспособность подрядчика выполнить порученные ему работы должным образом.

Учитывая основания для отказа от исполнения контракта - ненадлежащее исполнение обществом обязательств по контракту, несоответствие оказываемых услуг техническому заданию (приложение № 1 к контракту), в данном случае подлежат применению положения пункта 3 статьи 715  ГК РФ.

Если во время выполнения работы станет очевидным, что она не будет выполнена надлежащим образом, заказчик вправе назначить подрядчику разумный срок для устранения недостатков и при неисполнении подрядчиком в назначенный срок этого требования отказаться от договора подряда либо поручить исправление работ другому лицу за счет подрядчика, а также потребовать возмещения убытков (пункт 3 статьи 715 ГК РФ).

Кроме того, согласно пункту 1 статьи 723 ГК РФ в случаях, когда работы выполнены с недостатками, заказчик вправе по своему выбору потребовать: безвозмездного устранения недостатков в разумный срок; соразмерного уменьшения установленной цены; возмещения своих расходов на устранение недостатков.

Если отступления в работе от условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчиком разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков (пункт 3 статьи 723 ГК РФ).

В силу названных положений закона и условий контракта учреждение вправе в одностороннем порядке отказаться от его исполнения, но при соблюдении определенного алгоритма, который в порядке статей 715, 723 ГК РФ устанавливает для заказчика обязанность при выявлении недостатков оказанных услуг, установление срока для устранения таких недостатков и только при не исполнении в установленный срок всех недостатков, заказчик вправе отказать от исполнения договора.

Аналогичные правила установлены сторонами в контракте.

В силу пункта 3.5. договора в случае обнаружения недостатков в объеме и качестве оказанных услуг заказчик с использованием единой информационной системы в сфере закупок  направляет исполнителю мотивированный отказ от приемки услуг (этапа услуг), в котором указываются недостатки и сроки их устранения.

Исполнитель в установленный в мотивированном отказе срок обязан устранить все допущенные нарушения. Если исполнитель в установленный срок не устранит нарушения, заказчик вправе предъявить исполнителю требование о возмещении своих расходов на устранение недостатков услуг и (или) направить исполнителю требование о расторжении контракта по соглашению сторон (принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта), в случае, если устранение нарушений потребует больших временных затрат, в связи с чем заказчик утрачивает интерес к контракту.

После устранения недостатков, послуживших основанием для не подписания структурированного документа о приемке, исполнитель и заказчик подписывают структурированный документ о приемке в порядке и сроки, предусмотренные пунктом 3.8. контракта (пункт 3.6. договора).

В случае если исполнитель не согласен с предъявляемой заказчиком претензией о некачественной работе, исполнитель обязан самостоятельно подтвердить качество работ заключением эксперта, экспертной организации и оригинал экспертного заключения представить заказчику. Выбор эксперта, экспертной организации осуществляется исполнителем и согласовывается с заказчиком. Оплата услуг эксперта, экспертной организации, а также всех расходов для экспертизы осуществляется Исполнителем (пункт 3.7. договора).

Не позднее 20 (двадцати) рабочих дней, следующих за днем поступления от исполнителя документа о приемке в соответствии с пунктом 3 части 13 статьи 94 Закона № 44-ФЗ, заказчик подписывает усиленной электронной подписью лица, имеющего право действовать от имени заказчика, и размещает в единой информационной системе документ о приемке (пункт 3.8. контракта).

Заказчик подписывает структурированный документ о приемке в единой информационной системе в сфере закупок на основании результатов экспертизы, проведенной в соответствии с пунктом 3.4 контракта.

Подписанный заказчиком, структурированный документ о приемке подтверждает исполнение исполнителем обязательств по контракту (этапу).

В нарушение изложенного порядка, заказчиком контактному лицу исполнителя не направлялся мотивированный отказ от приемки услуг (этапа услуг), в котором указываются недостатки и сроки их устранения, иными словами разумный срок для устранения выявленных замечаний к оказанным услугам учреждением истцу не устанавливался.

Алгоритм действий заказчика сводился к ежедневному мониторингу оказываемых охранных услуг и составлением актов с участием представителя заказчика в лице его работников и представителя исполнителя (охранника, дежурившего на посту). Фиксируемые в актах, выявленные недостатки не доводились до контактного лица, срок их устранения не устанавливался.

Фактически исполнитель надлежащим образом не извещался о том, что в ходе оказания охранных услуг выявлены недочеты.

В то время как стороны контракта ясно и недвусмысленно согласовали условия направления корреспонденции и контактные лица, которые являются надлежащими представителями для целей исполнения контракта.

В частности, в порядке пункта 11.4. договора любая корреспонденция, которую одна сторона направляет другой стороне в соответствии с контрактом, направляется в письменной форме почтой или в форме электронного документа, подписанного уполномоченным лицом.

Если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации или контрактом, любая корреспонденция, связанная с контрактом, будет считаться надлежащим образом доставленной стороной другой стороне и полученной ею, если она передана нарочно лично уполномоченному представителю другой стороны под расписку либо направлена другой стороне по почте заказным письмом с уведомлением о вручении по адресу стороны, указанному в контракте, либо по адресу электронной почты, либо с использованием иных средств связи и доставки корреспонденции, обеспечивающих фиксирование такого уведомления и получение стороной, в адрес которой она направлена.

Корреспонденция считается доставленной стороне также в случаях, если:

сторона отказалась от получения корреспонденции и этот отказ зафиксирован организацией почтовой связи;

несмотря на почтовое уведомление сторона не явилась за получением направленной корреспонденции, о чем организация почтовой связи уведомила отправителя;

корреспонденция не вручена в связи с отсутствием стороны по указанному адресу, о чем организация почтовой связи уведомила отправителя.

Согласно пункту 11.11. контракта контактные лица сторон по вопросам исполнения контракта:

- контактное лицо заказчика по вопросам исполнения контракта: главный инженер, тел.: 

<

***>), e-mail: glavengineer@okbnv.ru;

- контактное лицо исполнителя по вопросам исполнения контракта: ФИО3, тел.: 

<

***>, e-mail: GuardPerimetr@yandex.ru.

Доказательств того, что акты ежедневно направлялись контактному лицу ФИО3, материалы дела не содержат, равно как отказ от вручения или неудачная попытка вручения обозначенных документов; срок на устранение недостатков также не устанавливался.

Первое письмо, которым уполномоченному лицу общества направлена претензия и акты выявленных недостатков, датировано 12.01.2023, в то время как отказ от контракта заявлен 16.01.2023.

Соответственно, если даже расценивать письмо от 12.01.2023 как требование об устранении недостатков, то отведенный для этого срок с учетом заявленного 16.01.2023 одностороннего отказа от контракта, фактически три дня, не может быть расценен в качестве разумного срока применительно к положениям пункта 3 статьи 715 ГК РФ, поскольку даже по смыслу части 13 статьи 95 Закона № 44-ФЗ для устранения нарушения условий контракта после отказа от него установлен десятидневный срок. Следовательно, три дня не соответствует признаку разумности.

При таких обстоятельствах, в отсутствие предварительного (до заявления отказа) установления заказчиком разумного срока на устранение недостатков, признание судом первой инстанции решения от 16.01.2023 об одностороннем отказе от договора недействительным не может быть признано необоснованным. 

Из такого порядка исполнения условий контракта следует, что заказчик со своей стороны не выполнил условия, при которых бы у него возникло право на односторонний отказ от договора по причинам ненадлежащего исполнения контракта.

В частности после составления акта проверки заказчик обязан был направить исполнителю (контактному лицу) мотивированный отказ от приемки услуг (этапа услуг) с установлением срока на устранение выявленных недостатков и только после того, как исполнителем не будут устранены недостатки или можно было бы сделать вывод о том, что о ни не будут устранены, заказчик мог отказаться в одностороннем порядке от контракта.

Вместо изложенного в контракте алгоритма, заказчик ограничился фактическим выявлением недостатков оказанных услуг и их фиксацией в актах проверки без какого либо направления согласованному в контракте уполномоченному лицу по вопросам исполнения условий контракта.

По сути, заказчик уклонился от исполнения условий контракта и не предоставил тем самым возможность исполнителю устранить выявленные недостатки оказанных услуг (выявленные недостатки, несмотря на их многочисленность, являлись устранимыми).

Стоит отметить, что составление актов проверки с участием охранника (работника исполнителя) в данном случае не свидетельствует о надлежащем извещении исполнителя о выявленных недостатках с учетом строго регламентированного в контракте контактного лица исполнителя по вопросам исполнения, а именно - ФИО3

При изложенных обстоятельствах, коллегия судей считает, что отказ учреждения являлся преждевременным, поскольку право на односторонний отказ мотивированный ненадлежащим исполнением обязательств у заказчика не возникло.

Следовательно, суд первой инстанции верно и обоснованно заключил о наличии оснований для признания такого отказа незаконным.

Не смотря на то, что односторонний отказ заказчика являлся незаконным, у заказчика имелись основания для начисления штрафных санкций за ненадлежащее исполнение обязательств.

Согласно статьям 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором (пункт 1 статьи 329 ГК РФ).

В силу статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В порядке пункта 6.1. контракта стороны несут ответственность за неисполнение и ненадлежащее исполнение контракта, в том числе за неполное и (или) несвоевременное исполнение своих обязательств по Контракту, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», в порядке, установленном постановлением Правительства Российской Федерации от 30.08.2017 № 1042 (с учетом изменений и дополнений), за исключением случаев, если законодательством Российской Федерации установлен иной порядок начисления штрафов.

В силу пункта 6.3. контракта за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения исполнителем обязательств, предусмотренных Контрактом, за исключением просрочки исполнения обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, размер штрафа устанавливается в следующем порядке (за исключением случая, предусмотренного пунктом 6.4):

а) 10 процентов цены контракта (этапа) в случае, если цена контракта (этапа) не превышает 3 млн. руб.;

б) 5 процентов цены контракта (этапа) в случае, если цена контракта (этапа) составляет от 3 млн. рублей до 50 млн. руб. (включительно).

6.4. За каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения исполнителем обязательства, предусмотренного контрактом, которое не имеет стоимостного выражения, размер штрафа устанавливается (при наличии в контракте таких обязательств) в следующем порядке:

а) 1 000 руб., если цена контракта не превышает 3 млн. руб.;

б) 5 000 руб., если цена контракта составляет от 3 млн. руб. до 50 млн. руб. (включительно).

Как указывалось выше, в порядке пункта 1.1 контракта исполнитель обязался оказывать услуги частной охраны (выставление поста охраны) в срок, предусмотренный настоящим контрактом, согласно спецификации (приложение № 1 к настоящему контракту) и техническому заданию (приложение № 2 к настоящему контракту).

В нарушение требований, изложенных в техническом задании, актами проверки заказчиком установлены за период с 01.01.2023 по 15.01.2023 нарушения по пунктам 6, 7, 8, 10, 11, 12, 13, 16, 19, 20, 22, 24, 28, 30, 31, 32, 33, 37, 38, 39, 40, 42, 43, а именно: отсутствовали наручники; отсутствовала палка резиновая; отсутствовала радиостанция; отсутствовал ручной метало детектор; ручной метало детектор не работал; отсутствовал мобильный телефон; отсутствовала кнопка тревожной сигнализации; обходы учреждения не осуществлялись, так как на посту находился один охранник; не велся журнал обходов; журнал обходов не по форме контракта; у сотрудника отсутствовало удостоверение частного охранника; у сотрудника охраны отсутствовала специальная форменная одежда и знаки различия работников исполнителя; не имелось записей в журналах; журнал приема/сдачи смены не по форме контракта; отсутствовала регистрация в журнале регистрации выдачи ключей; журнал регистрации выдачи ключей не по форме контракта; отсутствовал график работы охранников; журнал регистрации обслуживающего персонала отсутствовал; форма журнала регистрации обслуживающего персонала не по форме контракта; отсутствовал фонарик; отсутствовали средства индивидуальной защиты органов дыхания; отсутствовал журнал посетителей; журнал посетителей не по форме контракта), отсутствовал 2 (второй) охранник. 

Кроме того, в нарушение условий контракта исполнителем не предоставлены документы согласно условиям контракта по п.2.1.3, 2,1,4 контракта и пункта 34 приложения А к техническому заданию к контракту, согласно которых исполнитель обязался предоставить заказчику в течение 1 (одного) рабочего дня после заключения контракта список работников, на которых возложено непосредственное выполнение обязанностей по охране объектов и лиц, указанных в части 3 статьи 3 Закона Российской Федерации от 11 марта 1992 года № 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации», с указанием сведений по каждому работнику, подтверждающих его право замещать указанную должность и исполнять функциональные обязанности в соответствии с техническим заданием; по требованию заказчика в течение 3 (трёх) рабочих дней представить заказчику надлежащим образом заверенные Исполнителем копии документов, подтверждающих сведения о работниках, указанных в списке; предоставить график работы охранников заказчику в 1-ый месяц оказания услуг не позднее 1-ого рабочего дня до вступления в силу контракта.

Факт выявленных нарушений зафиксирован в актах проверок с участием работника заказчика и охранника исполнителя без каких-либо замечаний или возражений.

Ссылки на копии трудовых договоров работников, графики их работы, журналы, не опровергают, выявленные несоответствия техническому заданию.

Как верно отмечает суд первой инстанции, данные документы не являются достаточными и достоверными доказательствами оказания охранных услуг надлежащего качества, так как являются внутренними документами истца.

Вопреки доводам ответчика, подписание таких актов не ФИО3 (такое подписание имеет значение только в части надлежащего уведомления учреждением общества о выявленных недостатках) не лишает такой документ доказательственного значения, с учетом того, что исполнителем не опровергнуты, выявленные недостатки.

Ссылаясь на положение пункта 2.2.1 контракта, истец полагает, что именно заказчик обязан был обеспечить исполнителя всеми необходимыми техническими средствами.

Действительно, в силу пункта 2.2.1. контракта заказчик обязался обеспечить исполнителя информацией, помещениями и техническими средствами, необходимыми для выполнения обязательств, предусмотренных настоящим контрактом, оборудовать рабочие места (посты) на объекте согласно техническому заданию.

Однако, исполнителем не принято во внимание, что выявленные недостатки касались отсутствия у охранника специальных средств, наличие которых включено согласно техническому заданию в обязанности общества, а не учреждения.

Другими словами, стороны контракта строго определили оснащенность исполнителя, в остальной части в порядке пункта 2.2.1 контракта заказчик обеспечивает исполнителя информацией, помещениями и техническими средствами, необходимыми для выполнения обязательств по контракту.

При таких обстоятельствах, у заказчика не имеется обязанности по оснащению охранника формой, фонариком, телефоном, металлодетектором и т.д.

Соответственно не соблюдение требований по оснащению охранника соответствующей атрибутикой в соответствии с техническим заданием является достаточным основанием для вывода о ненадлежащем исполнении обязательств по контракту исполнителем и для начисления штрафа.

По расчету заказчика штраф за все выявленные недостатки в общей сумме составил 1 290 000 руб. из расчета по 5 000 руб. за каждый факт выявленного нарушения.

Расчет апелляционным судом проверен, признан выполненным арифметически верно и в полном соответствии с условиями договора.

Однако вместе с тем судом первой инстанции установлены основания для снижения штрафа за нарушение условий контракта.

Так, при рассмотрении настоящего спора и истцом заявлено об уменьшении финансовой ответственности исполнителя за ненадлежащее исполнение обязательств на основании статьи 333 ГК РФ применительно к разъяснениям пункта 79 постановления № 7.

Положения статьи 333 ГК РФ регулируют правоотношения по снижения размера финансовой ответственности, в том числе пени, неустойки и штрафа.

Соответственно снижение размера штрафа судом первой инстанции является процессуальной реакцией на подобное заявление, а определение конкретного размера штрафа находится в пределах судейской дискреции.

Согласно статье 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка (штраф, пени) явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку (пункт 1); при этом правила о возможности уменьшения неустойки не затрагивают права кредитора на возмещение убытков (пункт 2).

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку (штраф, пени) в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

Из указанной нормы следует, что уменьшение размера неустойки (пени, штрафа) является правом, но не обязанностью суда, и применяется им только в случае, если он сочтет размер предъявленной к взысканию неустойки не соответствующим последствиям нарушения обязательства.

В силу части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации законодатель устанавливает основания и пределы необходимых ограничений прав и свобод конкретного лица в целях защиты прав и законных интересов других лиц. Это касается и свободы договора при определении на основе федерального закона такого его условия, как размер неустойки: он должен быть соразмерен указанным в этой конституционной норме целям.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки (пени, штрафа) в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательства является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против злоупотребления кредитором своим правом на свободное определение размера неустойки.

Так, в пункте 69 постановления № 7 разъяснено, что подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Согласно пункту 71 названного постановления, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. В свою очередь, возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно (пункты 73, 74 постановления № 7).

Степень несоразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении № 263-О от 21.12.2000, суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

При оценке доводов о несоответствии штрафа нарушенному обязательству, суд первой инстанции, приняв во внимание отсутствие информации о возможном размере убытков заказчика, поскольку допущенное нарушение повлекло неблагоприятные последствия либо возможность возникновения данных обстоятельств; допущенные исполнителем нарушения не повлияли на качество услуг, не привели к материальным либо иным потерям учреждения; не денежный характер нарушенного обязательства, а также то, что штраф является, в том числе компенсационной мерой, пришел к выводу о наличии оснований для снижения совокупного размера штрафов до 258 000 руб. (по 1 000 руб. за каждое нарушение).

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков, но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно (пункт 74 постановления № 7).

Однако, будучи осведомленным о заявлении исполнителем суду о применении положений статьи 333 ГК РФ, предусмотренным в пункте 74 постановления № 7 правом на представление каких-либо доказательств того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, учреждение не воспользовалось.

Наличие негативных последствий в заявленном размере штрафа заказчиком перед судом не раскрыто.

Ссылки учреждения на угрозу безопасности пациентов с учетом того, что ряд допущенных нарушений отличается крайней незначительностью в плане влияния на качество оказываемых услуг (например, ведение журналов и их форма, отсутствие удостоверение частного охранника, специальной форменной одежды и знаков различия работников исполнителя и т.п.) подлежат отклонению, как необоснованные. 

При таких обстоятельствах, определенный судом первой инстанции размер штрафа поставщика за допущенные несоответствия при оказании услуг коллегия судей признает соответствующим нарушенному обязательству и в полной мере покрывающем негативные последствия ненадлежащего исполнения обязательств исполнителем.

Следовательно, судом мера ответственности исполнителя определена верно с учетом характера допущенного нарушения обязательства.

Доводы заказчика об обратном не опровергают правильность выводов суда первой инстанции, принимая во внимание, что суд должен в каждом конкретном случае определить справедливую меру финансовой ответственности.

Оценивая обоснованность размера заявленного заказчиком штрафа за нарушение требований технических условий, с учетом фактических обстоятельств, при которых общество ранее не обеспечивало охрану учреждения и не имело разное понимание порядка исполнения условий контракта, но не получало со стороны заказчика информационных разъяснений (в порядке пункта 2.2.1. контракта), суд апелляционной инстанции отклоняет довод ответчика о неправильном применении судом статьи 333 ГК РФ, поскольку применительно к данному конкретному случаю основания для вывода о несоразмерности предъявленной к взысканию договорного штрафа последствиям нарушенного исполнителем обязательства имеются.

В частности коллегия судей принимает во внимание, что нарушения сводились к отсутствию специальных средств, к форме и ведению журнала, отсутствию одного из охранников, то есть не исключали фактическое исполнение обязанности по охране объекта, во время исполнения условий контракта каких-либо негативных последствий (незаконное проникновение на объект, хищение и порча имущества, нарушение безопасности больных и персонала учреждения) не возникло.

Кроме того, признавая обоснованным размер штрафа равный 258 000 руб. принимает во внимание поведение заказчика, который со своей стороны ежедневно осуществлял проверку исполнения охранных услуг, но при этом не стремился совершать действия при которых такие охранные услуги соответствовали бы требованиям технического задания (то есть выявленные недостатки не доводились до контактного (уполномоченного) лица и не обозначался порядок их устранения).

Такое поведение заказчика не может поощряться со стороны суда, в связи с чем подобные обстоятельства могут являться основанием для снижения размера финансовой ответственности исполнителя, который фактически допустил нарушения условий контракта.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Учитывая, что штраф является способом обеспечения исполнения обязательств должником и не должен служить средством обогащения кредитора, принимая во внимание вышеизложенное, апелляционный суд считает, что в данном деле у суда первой инстанции имелись достаточные основания для снижения размера штрафа. 

При этом размер штрафа, с учетом положений статьи 333 ГК РФ в смысле, придаваемом данной норме правоприменительной практикой, определен верно – снижен в пять раз до 258 000 руб., тем самым установлен баланс интересов сторон контракта.

Учитывая изложенное, коллегия суда приходит к выводу о том, что суд первой инстанции принял законное и обоснованное решение, удовлетворив требования о признании незаконным односторонний отказ и снизив размер договорной ответственности.

Относительно распределения судебных расходов.

Так, согласно статье 112 АПК РФ вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении. Указанное определение может быть обжаловано.

В части 2 статьи 168 АПК РФ предусмотрено, что при принятии решения арбитражный суд, в том числе распределяет судебные расходы.

Из части 5 статьи 170 АПК РФ следует, что резолютивная часть решения должна содержать выводы об удовлетворении или отказе в удовлетворении полностью или в части каждого из заявленных требований, указание на распределение между сторонами судебных расходов, срок и порядок обжалования решения.

В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – постановление № 1) указано, что по смыслу статьи 110 АПК РФ судебные издержки возмещаются при разрешении судами материально-правовых споров.

Таким образом, само по себе требование о взыскании судебных расходов, не является самостоятельным имущественным требованием, всегда рассматривается судом в рамках того дела, по которому суд принимает решение по существу, а распределение судебных расходов, хотя оно и влечет для сторон определенные материально-правовые последствия, тем не менее, как не влияющее на выводы суда относительно предмета спора, является производным от результатов разрешения судом соответствующего дела по существу и является процессуальным вопросом (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 20.10.2015 № 27-П, определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21.03.2013 № 461-О, от 20.03.2014 № 664-О).

Иными словами, взыскание судебных расходов не является материально-правовым требованием, к которому применяются правила о заявлении иска и исключительной прерогативе истца в формировании его предмета и оснований, а, следовательно, не входит в предмет иска.

Более того, вопрос о распределении судебных расходов по уплате государственной пошлины, будучи процессуальным, по смыслу приведенных выше норм права рассматривается судом при разрешении спора по существу независимо от того содержится такое требование в просительной части искового заявления или нет.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции, взыскав с ответчика судебные расходы истца по уплате государственной пошлины, не допустил нарушения норм процессуального права, в том числе части 1 статьи 110 АПК РФ.

При этом апелляционный суд учитывает, что вопреки указанию учреждения истцом при подаче искового заявления уплачена государственная пошлина в размере 12 000 руб. (данный факт подтвержден платежными поручениями от 08.02.2023 № 141 и от 08.02.2023 № 142), что и распределено судом первой инстанции дополнительным решением.

Распределяя судебные расходы, как истца, так и ответчика (почтовые расходы) суд первой инстанции руководствовался положениями статьи 110 АПК РФ, в соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Вместе с тем по итогам рассмотрения искового заявления решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 26.02.2024 по делу № А75-2176/2023 исковые требования удовлетворены частично.

В случае полного удовлетворения иска судебные расходы целиком подлежат присуждению лицу, в пользу которого принят судебный акт (абзац первый), а при частичном удовлетворении иска судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований (абзац второй пункта 1 статьи 110 АПК РФ).

Изложенное правило указывает на обязанность суда в случае частичного удовлетворения исковых требований распределять расходы пропорционально удовлетворённым требования.

Однако следует учитывать, что в данном случае истцом фактически заявлено два самостоятельных требования неимущественного характера, в то время как согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 21 постановления № 1, правило о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежит применению при рассмотрении требований неимущественного характера.

В пункте 23 постановление Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» также разъяснено, что при частичном удовлетворении требования неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку (например, требования о присуждении компенсации за нарушение права на исполнение судебного акта в разумный срок), расходы по уплате государственной пошлины в полном объеме взыскиваются с противоположной стороны по делу.

При таких обстоятельствах, судом первой инстанции верно отнесены расходы по уплате государственной пошлины в полном объема на ответчика.

При таком алгоритме распределения судебных расходов при неимущественных требованиях, оснований для возмещения расходов понесенных учреждением в сумме 3 100 руб. на экспресс отправку не подлежат возмещению.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы учреждения основаны на неправильном понимании норм процессуального права и подлежат отклонению.

Расходы в дополнительно решении распределены верно с учетом изложенных выше положений о распределении судебных расходов.

Оснований для иных выводов апелляционным судом не установлено, в том числе с учетом доводов апелляционных жалоб.

Нормы материального права применены арбитражным судом первой инстанции правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб в соответствии со статьёй 110 АПК РФ относятся на лиц, их подавших.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

постановил:

решение от 26.02.2024 и дополнительное решение от 18.03.2024 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры по делу № А75-2176/2023 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

Н.В. Тетерина

Судьи

 

Д.Г. Рожков

Ю.М. Солодкевич