ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-78043/2021

11 октября 2023 года

г. Санкт-Петербург

/тр.3

Резолютивная часть постановления объявлена     03 октября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  11 октября 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Кротова С.М.

судей  Морозовой Н.А., Радченко А.В.

при ведении протокола судебного заседания:  до перерыва – секретарем судебного заседания ФИО1, после перерыва – секретарем судебного заседания ФИО2

при участии до перерыва:  

от лиц, участвующих в рассмотрении обособленного спора: не явились (извещены);

при участии после перерыва:

от ООО «Корпорация Спецгидропрект»: ФИО3, представитель по доверенности от 23.01.2023;

ФИО4 (по паспорту);

от ФИО4: ФИО5, представитель по доверенности от 14.06.2023;

от ИП ФИО6: ФИО7, представитель по доверенности от 16.05.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-39348/2022)  (заявление)  общества с ограниченной ответственностью  «Р.М.ЭКО» на определение  Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.10.2022 по делу № А56-78043/2021/тр.3, принятое  по заявлению общества с ограниченной ответственностью  «Корпорация Спецгидропрект» о включении требования в реестр требований кредиторов,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью  «Р.М.ЭКО» 

установил:

в производстве Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее - арбитражный суд) находится дело о несостоятельности (банкротстве) ООО "Р.М.ЭКО" (далее - должник), возбужденное 27.12.2021 по заявлению Управления ФНС по Ленинградской области.

Определением арбитражного суда от 10.04.2022 (резолютивная часть объявлена 05.04.2022) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО8.

Сведения о введении процедуры наблюдения в отношении должника опубликованы газете "Коммерсантъ" от 16.04.2022 N 67.

В арбитражный суд 29.04.2022 обратилось ООО «Корпорация Спецгидропрект» с заявлением о включении требования в размере 1 985 267,09 рублей – основной долг, 169 074,05 рублей - проценты за пользование денежными средствами и 33 220 рублей – судебных расходов в реестр требований кредиторов.

Распоряжением заместителя председателя Арбитражного суда города СанктПетербурга и Ленинградской области ФИО9 от 19.08.2022 в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело № А56- 78043/2021 передано для рассмотрения в производство судьи Н.Э. Мигукиной.

Определением от 27.10.2022 (резолютивная часть оглашена 19.10.2022) Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области включил в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Р.М.Эко» требование ООО «Спецгидропроект» в размере 1 985 267,09 руб. основного долга, 169 074,05 руб. процентов и определил, что требование об уплате штрафных санкций учитывается в реестре требований кредиторов отдельно и подлежит удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов. Также суд прекратил производство по требованию в части 33 220,00 руб. судебных расходов.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ООО «Р.М.Эко» обратилось в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просило определение отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требования. Должник просил также исключить из мотивировочной части определения выводы относительно того, что бывший генеральный директор ФИО10 находился в сговоре с ФИО4 и действовал не в интересах ООО «СГП» (выводил активы, заключал невыгодные сделки и всячески причинял вред обществу). В обоснование доводов жалобы должник ссылался на аффилированность ООО «Р.М.Эко» и ООО «СГП», указав, что ФИО4 являлся фактическим собственником - бенефициарным владельцем ООО «СГП», обладал реальным экономическим интересом в его деятельности.

Возражая против удовлетворения апелляционной жалобы, кредитор представил письменный отзыв.

Рассмотрение апелляционной жалобы неоднократно откладывалось.

Определением от 08.08.2023 ввиду нахождения судьи Будариной Е.В. на больничном, в соответствии с  пунктом 2 части 3 статьи 18 АПК РФ, произведена замена в составе суда судьи Будариной Е.В. на судью Радченко А.В.

Определением от 26.09.2023 ввиду нахождения судьи Герасимовой Е.А. в отпуске, в соответствии с  пунктом 2 части 3 статьи 18 АПК РФ, произведена замена в составе суда судьи Герасимовой Е.А. на судью Морозову Н.А.

В судебном заседании 26.09.2023-03.10.2023 представитель ФИО4 поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме. 

Представители ООО «Корпорация Спецгидропрект» и ИП ФИО6 против удовлетворения апелляционной жалобы возражали.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания (информация о рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 121 АПК РФ, размещена на сайте суда в сети Интернет), не явились, в связи с чем, на основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) жалоба рассмотрена в отсутствие их представителей.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены в апелляционном порядке.

На основании статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенным статьями 71, 100, 142 Закона о банкротстве в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

Рассматривая обособленный спор об установлении требования кредиторов при наличии возражений, мотивированных тем, что лежащая в основе этого требования сделка направлена на создание искусственной задолженности, суд в силу положений статей 71, 100 Закона о банкротстве должен осуществить проверку обоснованности такого требования, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке. Целью такой проверки является недопущение включения в реестр необоснованных требований, что в ситуации недостаточности имущества должника приводило бы к нарушению прав и законных интересов кредиторов, конкурирующих между собой за получение удовлетворения требований, законный интерес которых состоит в наиболее полном и справедливом погашении долгов.

Процессуальный закон обязывает лиц, участвующих в деле, доказать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений, а арбитражный суд - оценивает эти доказательства (в том числе их взаимную связь в совокупности) по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и отражать результаты оценки доказательств в судебном акте (статьи 8, 9, 65, 71 АПК РФ).

Из положений абзаца четвертого статьи 2 Закона о банкротстве следует, что для целей законодательства о банкротстве под денежным обязательством понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации, бюджетным законодательством Российской Федерации основанию.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.201 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр требований кредиторов должника необоснованных требований, поскольку это приведет к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также самого должника.

Как следует из материалов обособленного спора и установлено судом первой инстанции, 21.12.2020 года между ООО «Корпорация «Спецгидропроект» (ООО «СГП») и ООО «Р.М.Эко» возникли правоотношения из перехода права требования от кредитора ООО «Р.М.Эко» к ООО «СГП» путем осуществления выплаты кредитору со стороны ООО «СГП» денежных средств за ООО «Р.М.Эко» и принятия кредитором произведенных выплат по налоговой задолженности ООО «Р.М.Эко» перед РФ. 

Так, ООО «СГП» произвело следующие выплаты:

- по Чеку-ордеру по операции № 68 от 21.12.2020 ООО «СГП» произвело оплату задолженности по страховым взносам на обязательное медицинское страхование с 01.01.2017 года за ООО «Р.М.Эко» в сумме 25 219.51 руб.,

- по Чеку-ордеру по операции № 67 от 21.12.2020 ООО «СГП» произвело оплату задолженности по страховым взносам на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством с 01.01.2017 года за ООО «Р.М.Эко» в сумме 14 400,49 руб.,

- по Чеку-ордеру по операции № 70 от 21.12.2020 ООО «СГП» произвело оплату задолженности по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование с 01.01.2017 года за ООО «Р.М.Эко» в сумме 108 790,60 руб., 

- по Чеку-ордеру по операции № 74 от 21.12.2020 ООО «СГП» произвело оплату задолженности по налогу на имущество за ООО «Р.М.Эко» в сумме 1 16 165 руб.,

- по Чеку-ордеру по операции № 75 от 21.12.2020 ООО «СГП» произвело оплату задолженности по налогу на прибыль, зачисляемый в федеральный бюджет, за ООО «Р.М.Эко» в сумме 45 977,49 руб.,

- по Чеку-ордеру по операции № 76 от 21.12.2020 ООО «СГП» произвело оплату за ООО «Р.М.Эко» задолженности по НДФЛ в сумме 22 053 руб.,

- по Чеку-ордеру по операции № 77 от 21.12.2020 ООО «СГП» произвело оплату за ООО «Р.М.Эко» задолженности по налогу на имущество в сумме 1 652 661 руб. 

Факт вышеуказанных отношении между ООО «СГП» и ООО «Р.М.Эко» подтвержден вступившим в законную силу Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу № А56-96160/2020 от 09.02.2021 года, из которого следует, что ООО «Корпорация «Спецгидропроект» представлен отзыв на заявление, в котором Общество просит суд отказать во введении процедуры наблюдения и прекратить производство по делу о несостоятельности (банкротстве) в связи с тем, что генеральный директор ООО «Корпорация «Спецгидропроект» ФИО11 произвел погашение требований уполномоченного органа к ООО «Р.М. Эко», в том числе 1 652 661.00 руб. основного долга по налогу за имущество, 22 053,00 руб. основного долга по налогу на НДФЛ; 48 092,06 руб. основного долга по налогу на прибыль, зачисляемый в Федеральный бюджет; 161 165,00 руб. основного долга по налогу на имущество; 108 790.60 руб. основного долга по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование с 01.01.2017; 14400,49 руб. основного долга по страховым взносам на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством с 01.01.2017г.; 25 219.51 руб. основного долга по страховым взносам на обязательное медицинское страхование с 01.01.2017г. Общая сумма погашения составила 1 985 267.09 руб. 

Таким образом, исходя из положений ст. 313, ст. 387 ГК РФ, ст. 45 НК РФ, у ООО «СГП» возникло право требовании к ООО «Р.М.Эко» на сумму произведенных выплат в бюджет Российской Федерации за ООО «Р.М.Эко», так как ООО «СГП» фактически исполнило просроченное обязательство ООО «Р.М.Эко» перед третьим лицом, что послужило основанием для обращения в арбитражный суд с соответствующим иском.

Решением Арбитражного суда города СанктПетербурга от 27.01.2022 по делу № А56-82932/2021 с ООО «Р.М.ЭКО» в пользу ООО «Корпорация Спецгидропрект» взыскано 1 985 267,09 руб. денежных средств и 58 633,37 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами с 01.09.2021 по дату фактического исполнения основного обязательства в соответствии со ст. 395 ГК РФ, а также 33 220,00 руб. расходов по оплате госпошлины.

Ссылаясь на то, что решение суда должником не исполнено, задолженность не погашена, ООО «Корпорация «Спецгидропроект» обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Кредитором также произведен расчет процентов в порядке ст. 395 ГК РФ за период с 01.09.2021 по 31.03.2022, сумма которых составила 110 440,68 руб., общая сумма процентов составляет 169 074,05 руб.

Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта, в связи со следующим.

Согласно п. 2 ст. 313 ГК РФ, если должник не возлагал исполнение обязательства на третье лицо, кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника таким третьим лицом, в следующих случаях: 

1) должником допущена просрочка исполнения денежного обязательства; 

2) такое третье лицо подвергается опасности утратить свое право на имущество должника вследствие обращения взыскания на это имущество. 

В силу п. 5 ст. 313 ГК РФ к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 настоящего Кодекса. 

Если права кредитора по обязательству перешли к третьему лицу в части, они не могут быть использованы им в ущерб кредитору, в частности такие нрава не имеют преимуществ при их удовлетворении за счет обеспечивающего обязательства или при недостаточности у должника средств для удовлетворения требования в полном объеме. 

В соответствии со ст. 387 ГК РФ права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона при наступлении указанных в нем обстоятельств: 

1) в результате универсального правопреемства в правах кредитора, 

2) по решению суда о переводе прав кредитора на другое лицо, если возможность такого перевода предусмотрена законом, 

3) вследствие исполнения обязательства поручителем должника или не являющимся должником по этому обязательству залогодателем, 

4) при суброгации страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая; 

5) в других случаях, предусмотренных законом. 

К отношениям, связанным с переходом нрав на основании закона, применяются правила настоящего Кодекса об уступке требования (статьи 388 - 390), если иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или не вытекает из существа отношений. 

Согласно п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» если исполнение обязательства было возложено должником на третье лицо, то последствия такого исполнения в отношениях между третьим лицом и должником регулируются соглашением между ними. 

Согласно пункту 5 статьи 313 ГК РФ при отсутствии такого соглашения к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора в соответствии со статьей 387 ГК РФ. 

В силу Информационною письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 N 120, если иное не предусмотрено законом или договором, при уступке права (требования) или его части к новому кредитор) переходят полностью пли в соответствующей части также и права, связанные с уступаемым правом (требованием).

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. На основании статьи 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Поскольку факт исполнения истцом обязательств ответчика по страховым взносам и уплате налогов подтвержден, у ООО «СГП» возникло право требовании к ООО «Р.М.Эко» о взыскании уплаченных денежных средств.

Настоящее требование основано на вступившем в силу судебном акте. Доказательств исполнения решения суда в материалы не представлено, в связи с чем, суд первой инстанции признал требование ООО «Спецгидропроект» обоснованным и подлежащим включению в реестр требований кредиторов должника. 

При этом, изучив доводы об аффилированности сторон, суд пришел к выводу об их отклонении. Оснований для иной оценки выводов суда первой инстанции в данной части апелляционный суд не усматривает.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о банкротстве через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

- лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником;

- лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве дано понятие группы лиц, под которой признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков:

1) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

2) юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо;

3) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания;

4) юридические лица, в которых более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров (наблюдательного совета, совета фонда) составляют одни и те же физические лица;

5) хозяйственное общество (хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества (хозяйственного партнерства);

6) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица избрано более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа либо совета директоров (наблюдательного совета) этого хозяйственного общества;

7) физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры;

8) лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку;

9) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 8 настоящей части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В соответствии со статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 (ред. от 26.07.2006) "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" аффилированными лицами юридического лица являются лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица.

Кроме того, в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Фактическая аффилированность двух лиц может быть установлена на основании анализа совокупности согласованных друг с другом косвенных доказательств, характеризующих поведение указанных лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 N 302-ЭС14-1472(4,5,7) по делу N А33-1677/2013).

Оценив собранные по делу доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, апелляционная коллегия пришла к выводу, что основания для признания аффилированности между ООО «СГП», АО «Армспецэнерго» и ООО «Р. М. Эко» не имеется исходя из следующего.

Доводы об аффилированности участников спорных правоотношений являлись предметом оценки судов трех инстанций при рассмотрении дела № А56-52291/2020 и были отклонены. Судами установлено, что реальность спорной задолженности подтверждена вступившим в законную силу судебным актом об утверждении мирового соглашения.

Более того, как следует из обстоятельств дел №№ А56-52291/2020, А56- 91685/2019/тр8, А56-99355/2019, А56-51859/2021, ООО «Р.М.Эко» своими действиями всегда подтверждало существование обязательств перед ООО «СГП» на основании договора поручительства от 06.12.2017.

Доказательств обратного материалы обособленного спора не содержат.

Довод должника о том, что руководители «Р.М.Эко» и ООО «СГП» действовали с согласия и по прямому указанию конечного бенефициара ФИО4, являлся предметом детального исследования и оценки суда при рассмотрении обособленного спора № А56-78043/2021/тр.4. Так, судом установлены следующие обстоятельства.

Как отмечал кредитор, ООО «СГП» с 2019 г. имеет многочисленные судебные споры с компаниями, прямо контролируемыми ФИО4 (дела №№ А56-53359/2019, А56-59468/2019, А56-76638/2019, А56-91814/2019, А56-99355/2019, А56-99390/2019, А56-108135/2019, А56-117248/2019, А52- 5178/2019, А56-122490/2019, А56-123088/2019, А56-133821/2019, А56-2761/2020, А56-9555/2020, А56-9564/2020, А56-9566/2020, А56-9568/2020, А56-9571/2020, А56-10326/2020, А56-12657/2020 и др.). В рамках указанных споров ФИО4 (руководитель и единственный участник ООО «Р. М. Эко») участвовал и имел возможность участвовать в качестве руководителя стороны спора, третьего лица или свидетеля. Во всех спорах ФИО4 до начала 2022 г. не заявлял о наличии корпоративного контроля над деятельностью ООО «СГП».

Так, в частности, в ходе рассмотрения дела № А56-2761/2020 ФИО10 и ФИО4 были допрошены в качестве свидетелей, и подтвердили, что ФИО4 никогда не имел контроля над ООО «СГП», в том числе посредством корпоративного участия в компаниях-собственниках ООО «СГП». ФИО4 указывал только на то, что он являлся контрагентом ООО «СГП» и не мог контролировать деятельность общества.

Суд принял во внимание, что процессуальное поведение ФИО4 изменилось с начала 2022 г., когда постановлениями ст. следователя СУ УМВД России по Невскому р-ну г. Санкт-Петербурга от 25.11.2021 в рамках уголовного дела № 11901400009003201 ему и ФИО10 были предъявлены обвинения по ст. 30 ч. 3, ст. 159 ч. 4; ст. 159 ч. 4 Уголовного кодекса РФ. Суть обвинений сводилась к тому, что указанными лицами, имеющими преступный сговор, незаконно и на основании сфальсифицированных документов выводились ликвидные активы ООО «СГП», а также после прекращения полномочий ФИО10 (после июня 2019 г.) обвиняемые намерены были взыскать с ООО «СГП» задолженность в размере 231 068 575,47 руб. на основании подложных документов с целью причинить ущерб.

Как отмечал кредитор, из материалов уголовного дела видно, что ФИО4 на протяжении более двух лет (с возбуждения уголовного дела в августе 2019 г. до ноября 2021 г.) занимал позицию о том, что ООО «СГП» является для ООО «Р. М. Эко» лишь контрагентом и он не имеет контроля над данной организацией, в том числе, через иностранного участника.

Данные обстоятельства свидетельствуют о наличии противоречий в процессуальном поведении ФИО4, в связи с чем, суд счел возможным применить принцип эстоппеля.

По смыслу ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ и исходя из Обзора судебной практики Верховного Суда РФ от 29.01.2020 презумпция аффилированности являются опровержимой. 

Доводы апелляционной жалобы о существовавшей аффилированности не подтверждены допустимыми доказательствами и опровергаются материалами дела.

В ходе рассмотрения спора № А56-78043/2021/тр.4 в суде первой инстанции, кредитор, возражая по доводам временного управляющего об аффилированности, подробно раскрывал возникшие между обществами правоотношения (письменные объяснения от 07.09.2022). 

Так, как неоднократно указывало ООО «СГП», оно не является аффилированным или каким-либо заинтересованным лицом по отношению к ООО «Р. М. Эко» и его контролирующему лицу – ФИО4 Однако ООО «СГП» не оспаривает факта наличия сговора между бывшим руководителем кредитора ФИО10 (полномочия с октября 2016 г. по июнь 2019 г.) и контролирующим ООО «Р.М.Эко» ФИО4 

Факт сговора между ФИО10 и ФИО4 не может приводить к признанию фактической аффилированности между двумя обществами, поскольку ФИО10 действовал не в интересах ООО «СГП», руководителем которого он являлся. 

Понижение очередности удовлетворения требований кредитора или признания факта аффилированности кредитора с должником на основании указанного обстоятельства не позволит независимому кредитору (ООО «СГП») каким-либо образом компенсировать причинный ему ущерб в связи с неправомерными действиями ООО «Р.М.Эко» и своего бывшего руководителя.

18.06.2019 единственным участником ООО «СГП» было принято решение о досрочном прекращении полномочий ФИО10 и назначении генеральным директором общества ФИО11 После прекращения его полномочий, ФИО10 не исполнена обязанность по передаче документации, имущества, печатей, штампов и иных материальных активов ООО «СГП» действующему руководителю общества, в связи с чем, решением Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.11.2019, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2020, по делу № А56-91814/2019 ФИО10 обязали передать ООО «СГП» документацию, имущество, печати, штампы и иные материальные ценности согласно списку. В связи с неисполнением ФИО10 судебного акта, определением Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.07.2020, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2020, по делу № А56- 91814/2019 с ФИО10 в пользу ООО «СГП» взыскана судебная неустойка за каждый день нарушения обязательства. 

Как указывал кредитор, решение суда по делу № А56-91814/2019 до настоящего момента не исполнено. Указанные обстоятельства неоднократно были установлены при рассмотрении с участием ООО «СГП» (постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 03.11.2022 по делу № А52-3224/2020 и др.), с участием ООО «Р.М.Эко» (постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.08.2022 по делу № А56-76638/2019, постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 18.11.2021 по делу № А56-99355/2019 и др.).

В обоснование своей правовой позиции ФИО4 утверждал, что стал бенефициарным владельцем ООО «СГП» с конца лета 2016 г. 

Федеральный закон от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» обязывает юридические лица располагать и раскрывать информацию о бенефициарных владельцах. 

Кредитные организации при обращении к ним за банковскими услугами также обязывают клиентов в анкете раскрывать указанные сведения. К примеру, при использовании банковских продуктов АО «Альфа-Банк» в декабре 2016 г. ООО «СГП» в лице генерального директора ФИО10 в анкете указало следующие данные: 

- отсутствуют конечные бенефициарные владельцы – физические лица, имеющие более 25 % в уставном капитале, в дальнейшей цепочке владения или по иным основанием имеющие возможность контролировать деятельность ООО «СГП»; 

- бенефициарные владельцы не выявлены. Признать таковым лицо, занимающее должность единоличного исполнительного органа в связи с отсутствием сведений о бенефициарном владельце в учредительных документах.

Таким образом, ООО «СГП» не сообщало в кредитные организации сведения о существующем бенефициарном владении ФИО4

В ходе апелляционного производства по обособленному спору № А56-78043/2021/тр.4, по ходатайству лиц, участвующих в рассмотрении обособленного спора, судом направлялись следующие запросы:

- в Управление Федеральной налоговой службы России по Санкт-Петербургу о предоставлении копий уведомлений ФИО4 (ИНН 

<

***>) о контролируемых иностранных компаниях за период с 2016 года по 2020 год в первоначальной редакции и с последующими корректировками, а также с обязательным указанием дат предоставления ФИО4 уведомлений в налоговый орган;

- в Филиал ООО КБ «РостФинанс» в Санкт-Петербурге, Банк ВТБ (ПАО), ПАО «Сбербанк России», «МОСКОВСКИЙ КРЕДИТНЫЙ БАНК» (ПАО) о предоставлении копий карточек с образцами подписей и оттисков печатей, анкет клиента, сведений о бенефициары владельцах клиента в отношении ООО «СГП» (ИНН 

<

***>) за период с 2016 по 2019 гг.

Как следует из ответа налогового органа от 06.09.2023 № 25-13/41926@, поступившего в материалы спора 19.09.2023, уведомления о контролируемых иностранных компаниях за период с 2016 по 2020 гг., ФИО4 не представлялись.

Указанное означает, что он в силу ст. 25.13 и ст. 25.14 Налогового кодекса РФ не являлся контролирующим лицом иностранной компании ООО «МС Менеджмент Сервисис Консулт» (Словакия), которая в период с 2016 по 2019 гг. являлась участником ООО «СГП», обладающей долей в уставном капитале в размере 100 %. 

Согласно ответу ПАО «Сбербанк» от 06.09.2023 № 270-22Е/РКК-114562 и приложенным документам, бенефициарные владельцы у ООО «СГП» отсутствуют по состоянию на 30.06.2017 – дату составления анкет клиента (стр. 6 и 12 документа в pdf). 

Вопреки утверждению ФИО4 о предоставлении сведений в ПАО «Московский кредитный банк» о бенефициарном владении, согласно ответу банка от 28.08.2023 № 15-04-03- 05/9963-о ООО «СГП» не имеет в банке открытых/закрытых расчетных счетов, а соответственно анкеты не составлялись и такие сведения банком не запрашивались. 

Согласно ответу ООО КБ «РостФинанс» от 22.08.2023 № 912/1/2 представлены документы из банковского досье, аналогичные представленным ООО «СГП» в судебном заседании 22.03.2023, которые подтверждают, что ФИО4 не является конечным бенефициаром кредитора. 

Как неоднократно указывалось ранее, в период с 04.10.2016 по 18.06.2019 генеральным директором ООО «СГП» являлся ФИО10 (ИНН 

<

***>).

Кредитор указал, что ООО «СГП» дважды обращалось в ООО «КБ «РостФинанс» с запросом о предоставлении следующей информации и документов: 

1. Заверенные копии анкет ООО «СГП», заполняемых генеральным директором ФИО10 при использовании банковских продуктов; 

2. Заверенные копии карточек с образцами подписей и оттисков печатей ООО «СГП», заполняемых ФИО10 

3. Сообщить сведения об указанных ФИО10 конечных бенефициарах ООО «СГП».

В ответ на запрос ООО «КБ «РостФинас» от 13.02.2023 исх. № 188/1/2 были предоставлены заверенные банком и сшитые копии следующих документов: анкета клиента ООО «СГП» от 02.02.2017, подписанная ФИО10, в которой указан в качестве бенефециарного владельца Андеас Баумгартнер; анкета бенефициарного владельца ООО «СГП» (физическое лицо 2 уровня) от 02.02.2017 г., так же подписанная ФИО10 в которой в качестве бенефициарного владельца указан Андеас Баумгартнер.

Иных анкет, подписанных ФИО10 банком не представлены, следовательно анкеты ООО «СГП» более ФИО10 не актуализировались.

Представителем ФИО4 заявлено о фальсификации анкеты бенефициарного владельца ООО «СГП» от 02.02.2017 г., и заявлено об истребовании в банке ООО «КБ «РостФинананс» оригинала анкеты бенефициарного владельца от 02.02.2017 г. 

ООО «СГП» с целью предоставлением в суд заверенных копий анкет, представленных банком в адрес ООО «СГП» ранее, 23.07.2023 г. повторно запросило заверенные копии тех же документов. 

В ответ на запрос, ООО «КБ «РостФинанс» повторно с ответом от 04.07.2023 № 701/2 предоставило заверенные на каждой странице печатью банка и подписью ответственного сотрудника, подписанные ФИО10 анкета клиента ООО «СГП» от 02.02.2017, в которой указан в качестве бенефециарного владельца Андеас Баумгартнер, и анкета бенефициарного владельца ООО «СГП» (физическое лицо 2 уровня) от 02.02.2017 г., в которой в качестве бенефициарного владельца указан Андеас Баумгартнер. 

С учетом изложенного, доводы представителя ФИО4 о фальсификации анкеты бенефициарного владельца ООО «СГП» (физическое лицо 2 уровня) от 02.02.2017 г. признаны судом не состоятельными. 

Поступившие из ООО «КБ «РостФинанс» по запросу суда документы, а именно: анкета клиента ООО «СГП», подписанная ФИО10 от 02.02.2017 так же содержит сведения об Андеас Баумгартнер. 

Право на самостоятельную проверку сведений о бенефициарных владельцах имеется у банка в соответствии с Федеральным законом от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» и Методическими рекомендациями, утв. Банком России 27.06.2017 № 12-МР (далее – Методические рекомендации).

В соответствии с Методическими рекомендациями, кредитные организации вправе использовать информацию о бенефициарных владельцах клиентов - юридических лиц, получаемую клиентами в результате реализации требований статьи 6.1 Федерального закона от 07.08.2001 N 115- ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" (далее - Федеральный закон N 115-ФЗ), наряду со сведениями, которые организации получают самостоятельно, обращаясь к доступным им на законных основаниях источникам информации. 

Вместе с тем, как следует из тех же Методических рекомендаций, нельзя признавать бенефициарным владельцем единоличного исполнительного органа. Андрей ФИО13 не являлся собственником долей в уставном капитале ООО «СГП» или его участников, а лишь был директором ООО «МС Менеджмент Сервисис Консулт» (Словакия).

Как следует из архивной выписки из торгового реестра Словакии по состоянию на 24.11.2022 года, пайщиками (то есть участниками ООО «МС Менеджмент Сервисис Консулт» (Словакия)) в разные периоды были: 

- ТЕК ЭСТЕЙТ ЛИМИТЕД 

- Клаус Любке Бетайлигунгс 

- ЕМХ Консалтинг унд Холдинг ГмбХ 

- Экспертс Менеджмент ГмбХ 

-Ханстерсон ЛЛП.

Как следует из вышеуказанной выписки ФИО13, в разные периоды был директором ООО «МС Менеджмент Сервисис Консулт», и никогда участником ООО «МС Менеджмент Сервисис Консулт» не являлся. 

Сведений о ФИО4, как о директоре, либо о владельце ООО «МС Менеджмент Сервисис Консулт» выписка не содержит. 

Соответственно сведения о ФИО13 как о бенефециаре ООО «СГП» при обновлении банком в одностороннем порядке анкет в феврале 2018 года были указаны ошибочно, в связи с чем анкеты, представленные ООО «КБ «РостФинанс» банком на запрос суда, и не содержащие подписи ФИО10, надлежащими доказательствами не являются, и не имеют юридической силы. 

Более того, в любом случае ни одна анкета, как подписанная ФИО10, так и не подписанная не содержит сведений о ФИО4 как о бенефециаре ООО СГП».

Ответы на запрос из других банков: ВТБ, Сбербанк, так же не содержат сведений о ФИО4 как о бенефециаре ООО «СГП».

С учетом изложенного, доводы о том, что ФИО4 с 2016 по 2019 являлся бенефициарным владельцем ООО «СГП» не нашел своего подтверждения при рассмотрении спора № А56-78043/2021/тр.4.

В рамках настоящего обособленного спора, каких-либо документов, опровергающих обстоятельства, установленные при рассмотрении дела № А56-78043/2021/тр.4, сторонами представлено не было.

В свою очередь должником представленные документы, имеющие неизвестное происхождение и подлинность которых установить не представляется возможным.

Доводы о том, что ФИО4 являлся единственным конечным бенефициаром Hunsterson LLP (Великобритания) с 2016 по 2019 гг., доказательством которого служит трастовая декларация товарищества, не подтверждены допустимыми доказательствами и правового значения не имеют.

Проверить каким-либо образом подлинность трастовой декларации не представляется возможным, ввиду выполнения данного документа в простой письменной форме. 

Кроме того, не представляется возможным проверить юридическую силу данной трастовой декларации, поскольку отсутствует аналог трастовой декларации в законодательстве Российской Федерации. 

Установить легитимность данного документа и ее юридическую силу на территории иностранной юрисдикции так же не представляется возможным. В нарушение ч. 1 ст. 255 Арбитражного процессуального кодекса РФ представляемый документ не содержит обязательной легализации или проставлении апостиля. 

ФИО4 не являлся участником Hunsterson LLP (Великобритания); в торговом реестре Великобритании отсутствуют сведения о том, что ФИО4 был участником, партнером или товарищем компании Hunsterson LLP (Великобритания). Отсутствие сведений о ФИО4 в реестре иностранных компаний в отношении Hunsterson LLP (Великобритания) в качестве участника товарищества не позволяет с достоверностью утверждать, что он когда-либо являлся бенефициаром иностранной компании. Копии доверенностей на ФИО4, переданные суду и не приобщенные к материалам дела, также не могут служить подтверждением наличия контроля за деятельностью ООО «СГП» в силу ст. 185 Гражданского кодекса РФ.

Поскольку ФИО4 не доказано, что он являлся или является контролирующим ООО «СГП» лицом, апелляционная коллегия не усматривает наличие оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд полагает, что судом первой инстанции при рассмотрении спора правильно определен характер спорного правоотношения, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, правильно определены законы и иные нормативные акты, которые следовало применить по настоящему делу, дана оценка всем имеющимся в деле доказательствам с соблюдением требований арбитражного процессуального законодательства.

Выводы суда являются верными. Материалы дела не содержат документально подтвержденных данных, позволяющих переоценить выводы арбитражного суда первой инстанции.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка ими фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем нет оснований для отмены судебного акта. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 27.10.2022 по делу №  А56-78043/2021/тр.3 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

С.М. Кротов

 

Судьи

 

Н.А. Морозова

 

 А.В. Радченко