Арбитражный суд Волгоградской области

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Волгоград Дело №А12-7893/2024  

«24» декабря 2024 года 

 резолютивная часть решения оглашена 24 декабря 2024 года 

 полный текст решения изготовлен 24 декабря 2024 года

Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Акимова А.Н., при ведении протокола помощником судьи Зверевой А.И., рассмотрев в судебном заседании исковое заявление ООО «Нижневолжская энергетическая холдинговая компания», ООО «Нижневолжская энергетическая сбытовая компания» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО2, третье лицо: ФИО3 

при участии в судебном заседании: 

от ООО «Нижневолжская энергетическая холдинговая компания» - ФИО4, представитель по доверенности от 04.04.2024, 

от ООО «Нижневолжская энергетическая сбытовая компания» - ФИО4, представитель по доверенности от 04.04.2023, 

от ФИО2 – ФИО5 доверенность от 23.07.2024, 

от ФИО1 - ФИО5 доверенность от 23.07.2024, 

УСТАНОВИЛ:

29.03.2024 в Арбитражный суд Волгоградской области (далее – суд) поступило исковое заявление ООО «Нижневолжская энергетическая холдинговая компания» о привлечении к субсидиарной ответственности, просит суд: 

Взыскать с ФИО1 и ФИО2 в пользу ООО «Нижневолжская энергетическая холдинговая компания» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Единая служба сервиса» денежные средства в размере 1 775 200 рублей 00 копеек.  

Взыскать с ФИО1 и ФИО2 в пользу ООО «Нижневолжская энергетическая холдинговая компания» расходы на оплату государственной пошлины в размере 30 752 рублей. 

Также 29.05.2024 в суд от ООО «Нижневолжская энергетическая сбытовая компания» поступило заявление о присоединении в качестве истца к исковому заявлению ООО «Нижневолжская энергетическая холдинговая компания» о привлечении ФИО1, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Единая служба сервиса» (ИНН 

<

***>), просит суд (с учетом уточнений от 07.06.2024, уменьшив сумму требований): 

Взыскать с ФИО1 и ФИО2 в пользу ООО «Нижневолжская энергетическая сбытовая компания» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Единая служба сервиса» денежные средства в размере 320 160 рублей 00 копеек. 

Взыскать с ФИО1 и ФИО2 в пользу ООО «Нижневолжская энергетическая сбытовая компания» расходы на оплату государственной пошлины в размере 26 677 рублей. 

Иные лица в судебное заседание не явились, ответчик отзыв на заявление не представил, о времени и месте рассмотрения требования считаются надлежащим образом извещенными по правилам ст. 123 АПК РФ. Судебное заседание проводится судом без участия указанного лица по правилам ст. 156 АПК РФ. 

Представитель истцов на заявленных требованиях настаивает в полном объёме (с учетом уточнений). Представитель ответчиков возражает против удовлетворения искового заявления. 

Представитель ответчиков заявил ходатайство об отложении судебного заседания, для личного участия ответчика ФИО6, в судебном заседании, дачи пояснений.

В соответствии с частью 5 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Из указанной нормы следует, что суд по своему усмотрению с учетом характера и сложности дела решает вопрос о возможности рассмотрения дела по существу в данном судебном заседании либо об отложении судебного разбирательства. Отложение судебного разбирательства по статье 158 АПК РФ является правом, а не обязанностью суда.

Принимая во внимание, что в силу части 3 статьи 158 АПК РФ отложение судебного разбирательства является правом суда, учитывая, длительность рассмотрения спора, неоднократность ранее отложений судебных заседаний, в том числе по ходатайству ответчиков, участия в судебном заседании уполномоченного представителя ответчиков, ходатайство подлежит отклонению.

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности как по основаниям, предусмотренным статьей 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26.10.2002 (далее - Закон о банкротстве), так и по основаниям, предусмотренным статьей 61.12 Закона о банкротстве (часть 6 статьи 13 АПК РФ), поданное вне рамок дела о банкротстве, считается предъявленным в интересах всех кредиторов, имеющих право на присоединение к иску, независимо от того, какой перечень кредиторов содержится в тексте заявления. 

Такое заявление рассматривается судом по правилам главы 28.2 АПК РФ с учетом особенностей, предусмотренных законодательством о банкротстве (пункт 4 статьи 61.19 Закона о банкротстве). Согласно пунктам 53-55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», заявитель, обратившийся с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве, должен предложить другим кредиторам, обладающим правом на присоединение, присоединиться к его требованию (части 2 и 4 статьи 225.14 АПК РФ). 

Такое предложение должно быть сделано путем включения сообщения в ЕФРСБ в течение трех рабочих дней после принятия судом к производству заявления о привлечении к 2 ответственности (часть 6 статьи 13 АПК РФ, подпункт 3 пункта 4 статьи 61.19, пункт 3 статьи 61.22 Закона о банкротстве).

ООО «Нижневолжская энергетическая холдинговая компания» размещено заявление о присоединении кредиторов к поданному в Арбитражный суд Волгоградской области заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности руководителя и участника ООО «Единая служба сервиса» граждан ФИО2 и в ФИО6 вне рамок дела о банкротстве.(Сообщение №19437103 от 02.04.2024).

Определением суда от 03.06.2024 требования ООО «Нижневолжская энергетическая сбытовая компания» присоединены к заявлению ООО «Нижневолжская энергетическая холдинговая компания» о привлечении ФИО1, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Единая служба сервиса» (ИНН 

<

***>).

Иск мотивирован неисполнением ООО «Единая служба сервиса» решения арбитражного суда Волгоградской области по делу №А12-28319/2021 от 16.12.2021, которыми удовлетворены исковый требования истца – ООО «Нижневолжская энергетическая холдинговая компания», с ООО «Единая служба сервиса» взыскана задолженность в сумме 1 720 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 30 200 руб., судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 25 000 руб. 

ООО «Нижневолжская энергетическая сбытовая компания» настаивает на удовлетворении искового заявления так как ООО «Единая служба сервиса» не исполнило решение арбитражного суда Волгоградской области по делу №А12-28320/2021 от 16.11.2021, согласно которого, с ООО «Единая служба сервиса» в пользу ООО «Нижневолжская энергетическая сбытовая компания» взыскана задолженность по договору займа № 01-07/2015 в размере 170 000 руб., неустойку за период с 01.07.2019 г. по 25.09.2021 г. в размере 139 060 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 100 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 5000 руб.

При этом ответчики как руководитель и участник Общества не принял разумных и добросовестных мер, направленных на исполнения решения, а напротив, способствовал исключению Общества из ЕГРЮЛ в административном порядке, что явилось основанием их привлечения к субсидиарной ответственности по долгам Общества. 

Опредлеленми арбитражног суда от 11.12.2024 в удовлетворении ходатайства ФИО1, ФИО2, о привлечении к участию в деле, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО7 (бывшего руководителя ООО «Единая служба сервиса») отказано.

Изучив материалы дела, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Изучив материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «Единая служба сервиса» прекратило свою деятельность и исключено из ЕГРЮЛ, о чем внесена запись №2233400344439 от 14.11.2023. 

Основанием для этого послужило установление налоговым органом недостоверных сведений в отношении данного юридического лица.

На момент исключения из ЕГРЮЛ ООО «Единая служба сервиса» не выполнило вышеуказанное обязательство перед ООО «Нижневолжская энергетическая холдинговая компания», ООО «Нижневолжская энергетическая сбытовая компания».

Участником (собственником) ООО «Единая служба сервиса» на момент возникновения задолженности (решения суда) и на момент ликвидации общества являлся ФИО6 (100% доли).

Директором ООО «Единая служба сервиса» на момент возникновения задолженности и до 10.08.2022 являлся ФИО6, а с 11.08.2022 до момента ликвидации общества директором являлся ФИО2.

На момент исключения из ЕГРЮЛ у ООО «Единая служба сервиса» имелось обязательство перед ООО «Нижневолжская энергетическая холдинговая компания», ООО «Нижневолжская энергетическая сбытовая компания» которое не исполнялось в течение продолжительного времени. 

Как указывает истец, недобросовестные и неразумные действия руководителей и участника (собственника) ООО «Единая служба сервиса» по организации управления обществом, выведению его из критического финансового положения, не погашения задолженности перед истцом, не принятие мер по прекращению либо отмене процедуры исключения общества из ЕГРЮЛ, фактическому оставлению бизнеса (брошенный бизнес), повлекли нарушение прав и законных интересов ООО «Нижневолжская энергетическая холдинговая компания», ООО «Нижневолжская энергетическая сбытовая компания», в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, что выразилось в неполучении причитающихся денежных средств.

Так решением Арбитражного суда Волгоградской области 16.11.2021г. по делу А12- 28320/2021 подлежит к взысканию с общества с ограниченной ответственностью «Единая служба сервиса» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Нижневолжская энергетическая сбытовая компания» по договору займа № 01-07/2015 задолженность в размере 170000 руб., неустойку за период с 01.07.2019 г. по 25.09.2021 г. в размере 139060 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 6100 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 5000 руб.

Также согласно Договора уступки прав требования от 26.07.2021г. обязательства ООО «Единая служба сервиса» перед гражданином ФИО8 в размере 1 047 500 руб. переданы ООО «Нижневолжская энергетическая сбытовая компания».

Согласно пункту 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

В силу пункта 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты. 

В силу ст. 388 ГК РФ уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Факт материального правопреемства подтверждается договором и дальнейшими действиями сторон договора по его исполнению.

В соответствии с частью 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Согласно статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, пункты 1 и 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон N 14-ФЗ).

Согласно пункту 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" судам, применяя положения статьи 53.1 Гражданского кодекса об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ, исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса), его самостоятельную ответственность (статья 56 Гражданского кодекса), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Не сдача финансовой и бухгалтерской отчетности, не представление в налоговый орган достоверных сведений о юридическим лице, само по себе не образует достаточных оснований для привлечения соответствующих лиц к субсидиарной ответственности, поскольку не означает, что при сохранении статуса юридического лица у должника последний имел возможность осуществить расчеты с кредитором, но уклонилось от исполнения денежного обязательства (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671).

Наличие у юридического лица непогашенной задолженности само по себе не может являться бесспорным доказательством вины его руководителя в неуплате указанного долга, равно как свидетельствовать о его недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату этого долга (определения Верховного Суда Российской Федерации от 10.01.2022 N 307-ЭС21-24748, от 08.11.2021 N 302-ЭС21-17295 и от 26.05.2021 N 307-ЭС21-7181).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 N 304-ЭС21-18637 разъяснено следующее.

Участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их "продолжением" (alter ego), в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 N 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 N 305-ЭС22-14865).

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 N 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671). 

Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически доведение до банкротства. Приведенная правовая позиция неоднократно выражена Верховным Судом Российской Федерации в определениях от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285, 06.07.2020 N 307-ЭС20-180, от 17.07.2020 N 302-ЭС20-8980.

Возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением должником обязательств и недобросовестными и неразумными действиями данных лиц.

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П).

Согласно данных сервисов официального сайта Федеральной налоговой службы РФ ФИО6 обладает соответствующей компетенцией и опытом ликвидации предприятия в установленном законом порядке.

Так, ФИО6 являлся директором и учредителем ООО «ИЛОН» (ИНН 

<

***>), которое было ликвидировано 24.11.2014 в установленном законом порядке: принятие решения оликвидации, составление ликвидационного баланса, подача документов о ликвидации в налоговый орган и иное.

Таким образом, ФИО6, обладая соответствующей компетенцией и опытом, умышлено допустил, что ООО «Единая служба сервиса» не было ликвидировано в установленном законом порядке, а принудительно ликвидировано регистрирующим органом, как недействующие.

Данное действие (бездействие) характеризуется как недобросовестное и направлено на уклонение от исполнения обязательств ООО «Единая служба сервиса» перед кредиторами, в том числе перед истцами.

Представителем Ответчиков в материалы настоящего дела представлены Договор аренды федерального имущества №04/2013 от 03.09.2013г. с дополнительным соглашением №1 от 24.01.2014г. и Договор аренды земельного участка №139/2014 от 06.10.2014, согласно которых в пользование ООО «Единая служба сервиса» было передано федеральное имущество сроком до 02.09.2038г.

Данное арендованное имущество по заявлению ответчика ФИО2 на заседании суда от 08.07.2024 является основным активом ООО «Единая служба сервиса», что находит отражение в бухгалтерской отчетности.

Таким образом, деятельность ООО «Единая служба сервиса» основывается на эксплуатации данного федерального имущества.

В частности, получения дохода от сдачи в аренду, что подтверждается материалами дела. В сведениях от АО «Альфа-банк» о движении денежных средств по расчетному счету ООО «Единая служба сервиса» за период с 28.02.2019 по 29.11.2023 отражены поступления оплаты (выручки) по Договору аренды нежилого помещения от 01.06.2019г.

Как следует из Договора аренды федерального имущества №04/2013 от 03.09.2013г. актив в виде арендованного административного здания был предоставлен в пользование ООО «Единая служба сервиса» до 02.09.2038г., что позволяло обществу вести деятельность и получать доход также до 02.09.2038г.

Однако, данный актив был утерян ООО «Единая служба сервиса» по вине контролирующих общество лиц по причине несоблюдения условий вышеуказанного договора аренды федерального имущества.

Сведения полученные по запросу суда от АО «Альфа-банк» о движении денежных средств по расчетному счету ООО «Единая служба сервиса» за период с 28.02.2019 по 29.11.2023 подтверждают, что в данный период систематически нарушаются условия по оплате аренды (п.4.3 Договора аренды федерального имущества №04/2013 от 03.09.2013г.), что является основанием для расторжения данного договора (пп. а) п.6.3 Договора).

По запросу суда в материалы дела №А12-7893/2024 поступили сведения от АО «Альфабанк» о движении денежных средств по расчетному счету ООО «Единая служба сервиса» за период с 28.02.2019 по 29.11.2023.

За вышеуказанный период на расчетный счет ООО «Единая служба сервиса» поступило 2 240 247,31 руб., из которых:

293 600,00 - прием наличных средств по объявлению на взнос наличными (от кого поступили средства не указано);

500 000,00 - перевод денежных средств по Договору займа с процентами от 10.07.2019г.;

300 000,00 - оплата (выручка) по Договору аренды нежилого помещения от 01.06.2019г.;

70 000,00 - займ от учредителя ФИО6;

76 647,31 - прочие поступления.

Менее половины из поступивших на расчетный счет денежных средств ООО «Единая служба сервиса» были направлены на оплату обязательств перед ТУ Росимущества в Волгоградской области, которые представителем Ответчика на судебном заседании заявлены как расходы по основному виду деятельности.

Таким образом, денежные средства поступившие на расчетный счет в размере 2 240 247,31 руб. были использованы лицами, контролирующими ООО «Единая служба сервиса» в следующим образом:

1 067 478,33 руб. - ТУ Росимущество в Волгоградской области;

645 132,01 руб. - исполнение обязательств перед иными лицами (ФИО9, ИП ФИО10, ООО «НПП «КЕРМЕТ»);

00 руб. - исполнение обязательств перед «Нижневолжская энергетическая сбытовая компания»;

00 руб. - исполнение обязательств перед «Нижневолжская энергетическая сбытовая компания»;

502 562,35 руб.- прочие обязательства (ИФНС, ФССП и пр.);

25 074,62 руб. - банковские услуги.

В отношении ООО «НПП «КЕРМЕТ» ответчиками представлен договор №830-н от 29.10.2019, согласно которого ООО «НПП «Кермет» обязуется выполнить работы по обследованию здания. Стоимость работ 80 000 руб., в т.ч. аванс 40 000 руб.

Аванс оплачен 07.11.2019 в размере 40 000 руб.

Согласно п.3.1 договора №830-н от 29.10.2019 передача работы оформляется двухсторонним актом сдачи-приемки законченной работы.

Акт сдачи-приемки не представлен, факт выполнения работ в полном объёме не подтвержден, направлении претензий о возврате неотработанного аванса, иных не представлено.

В отношении ИП ФИО10 ответчиками представлен договор №3-19 от 23.05.2019, согласно которого ИП ФИО10 обязуется выполнить работы по разработке научнопроектной документации. Стоимость работ 1 100 000 руб., в т.ч. аванс 50%

Аванс оплачен в размере 500 000 руб. (два платежа 26.06.2019 в размере 100 000 руб. и 10.07.2019 в размере 400 000 руб.)

Согласно п.1.6 договора №3-19 от 23.05.2019 работа считается выполненной после подписания акта приема-передачи документации.

Акт приема-передачи не представлен, факт выполнения работ в полном объеме не подтвержден.

Таким образом, ООО «НПП «КЕРМЕТ» и ИП ФИО10 также являются должниками ООО «Единая служба сервиса» на общую сумму 540 000 руб. (40 000 руб. + 500 000 руб.).

В отношение ООО «НПП «КЕРМЕТ» и ИП ФИО10 контролирующие лица не произвели действия по истребованию долга, то есть проявили неразумное бездействие.

Так же в сведениях от АО «Альфа-банк» о движении денежных средств по расчетному счету ООО «Единая служба сервиса» за период с 28.02.2019 по 29.11.2023 отражены поступления от ООО «Возрождения» (ИНН 

<

***>). 

Учредителем и руководителем ООО «Возрождения» (ИНН 

<

***>) фактически аффилированного с ООО «Единая служба сервиса» согласно сведениям из ЕГРЮЛ являлся ФИО6

Из назначения платежа следует, что между ООО «Единая служба сервиса» и ООО «Возрождение» был заключен договор аренды нежилого помещения от 01.06.2019 с ежемесячной оплатой в размере 100 000 руб./мес. Как минимум ООО «Возрождение» арендовало помещения на протяжении 6-ти месяцев (с июня по ноябрь 2019г.) и должно было оплатить 600 000 руб. (100 000 руб. в мес.). Однако, поступило от ООО «Возрождения» только 300 000 руб.

Таким образом, у ООО «Единая служба сервиса» имеется должник как минимум на 300 000 руб. (600 000 руб. - 300 000 руб.).

В отношение ООО «Возрождения» контролирующие лица не произвели действия по истребованию долга, то есть проявили неразумное бездействие.

Из вышеуказанных данных выписки с расчетного счета следует, что лица, контролирующие ООО «Единая служба сервиса», осуществляли намеренные действия по уклонению от исполнения обязательств перед Истцом путем направления денежных средств в пользу иных лиц.

Доводы представителя ответчиков об отсутствии информирования предыдущим руководством ООО «Единая служба сервиса» сведений о наличии задолженности подтверждённых судебными актами по делу А12-28320/2021, А12-28320/2021 отклоняются, как несостоятельные, так как информация о задолженности размешена в общедоступных источниках информации (КАД), как и не представлено сведений об истребовании в принудительном порядке информации, документов от предыдущего руководителя ООО «Единая служба сервиса».

Участник общества хотя и не имеет абсолютных прав на имущество корпорации, тем не менее опосредованно управляет имуществом через управление обществом. Ни один шаг компании перед ее приобретением не обходится без финансовой проверки состояния активов общества. Если сделка способна серьезно повлиять на финансовое состояние общества - руководитель в любом случае должен быть осведомлен о ее условиях и лично принять решение о ее целесообразности.

Согласно позиции Верховного Суда РФ (Определение СК по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 27 июня 2024 г. № 305-ЭС24-809), наличие у исключенной из ЕГРЮЛ организации непогашенных долгов само по себе не является прямым доказательством недобросовестности контролирующих ее лиц.

Вместе с тем Верховный Суд РФ указывает, что применительно к субсидиарной ответственности действует ряд презумпций, одна из которых заключается в том, что контролирующее лицо, не представившее в рамках спора с кредитором разумного обоснования подобной ситуации, признается виновным в причинении ему убытков.

Таким образом, Ответчики не представили объяснения в отношении следующих своих действий (бездействий): уклонение ФИО1 и ФИО2 от ликвидации предприятия в установленном законом порядке, несмотря на то, что у них имеется опыт регистрации, ведения и ликвидации предприятий, уклонение ФИО1 и ФИО2 от исполнения обязательств исключительно по обязательствам перед Истцом, при этом обязательства иных лиц выполнены в полном объеме (ФИО9, ИП ФИО10, ООО «НПП «КЕРМЕТ), причины досрочной утери актива ООО «Единая служба сервиса» несмотря на то, что данный актив (административное здание) был предоставлен в пользование до 02.09.2038г.

Вышеуказанные обстоятельства указываю на то, что недобросовестные и неразумные действия ФИО1 и ФИО2 привели к ситуации, которую Верховный Суд охарактеризовал как «брошенный бизнес».

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» от 08.02.1998 № 14-ФЗ исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства.

В данном случае, если неисполнение обязательств общества обусловлено тем, что лица, указанные в п. п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ (руководители или участники общества), действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В силу пунктов 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско - правовой, в связи с чем, их привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права. Следовательно, для

привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившими последствиями, вину причинителя вреда.

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 Гражданского кодекса законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункты 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - постановление N 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Истцы ссылались на то, что ответчики, выступая в отношении должника в качестве контролирующего лица, действовал недобросовестно, - фактически бросили организацию, не рассчитавшись с долгами и не обеспечив ее ликвидацию в установленном законом порядке (п. 3.1 ст. 3 Закона об ООО).

Презумпция сокрытия следов содеянного применима также в ситуации, когда иск о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности подается кредитором вне дела о банкротстве - в случае исключения юридического лица из реестра как недействующего ("брошенный бизнес"). Иное создавало бы неравенство в правах кредиторов в зависимости от поведения контролирующих лиц и приводило бы к получению необоснованного преимущества такими лицами только в силу того, что они избежали процедуры банкротства контролируемых лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2024 N 305-ЭС23-29091).

Кроме того, закон не только дает право каждому свободно использовать свои способности и имущество для предпринимательской деятельности, в том числе через объединение и участие в хозяйственных обществах (статья 2, часть 1 статьи 30, часть 1 статьи 34 Конституции Российской Федерации, статьи 50.1, 51 ГК РФ, статьи 11, 13 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но и обязывает впоследствии ликвидировать созданное юридическое лицо в установленном порядке, гарантирующем, помимо прочего, соблюдение прав кредиторов этого юридического лица (статьи 61 - 64.1 ГК РФ, статья 57 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). 

Во всяком случае, правопорядок не поощряет «брошенный бизнес», а добросовестный участник хозяйственного общества, решивший прекратить осуществление предпринимательской деятельности через юридическое лицо, должен следовать принципу «закончил бизнес - убери за собой».

При рассмотрении исков о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания должно распределяться судом (часть 3 статьи 9, часть 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее - АПК РФ) с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела, имея в виду, что кредитор, как правило, не имеет доступа к информации о хозяйственной деятельности должника, а контролирующие должника лица, напротив, обладают таким доступом и могут его ограничить по своему усмотрению.

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника документов, от дачи объяснений либо их явной неполноте и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П).

Кредиторам, требующим привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, не предоставляющего документы хозяйственного общества, необходимо и достаточно доказать состав признаков, входящих в соответствующую презумпцию: наличие и размер непогашенных требований к должнику; статус контролирующего должника лица; его обязанность по хранению документов хозяйственного общества; отсутствие или искажение этих документов. Привлекаемое к субсидиарной ответственности лицо может опровергнуть презумпцию и доказать иное, представив свои документы и объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность и чем вызвана несостоятельность должника, каковы причины непредставления документов, насколько они уважительны и т.п. (пункт 10 статьи 61.11, пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве, пункт 56 постановления N 53).

При рассмотрении настоящего дела общество истцы указывали, что общество «Единая служба сервиса», всецело контролируемые ответчиками и исключенное из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо, имело перед заявителем непогашенную и бесспорную (подтвержденную судебным актом) задолженность. Несмотря на это ответчики не только не принял никаких мер для погашения задолженности, но и своим бездействием фактически бросил подконтрольное общество с долгами и способствовал его исключению из ЕГРЮЛ.

Предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, а также то, что вероятной причиной невозможности погашения требований кредиторов являлось поведение контролирующего должника лица.

В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П).

Приведенные положения законодательства, определяющие основания для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, а также правила распределения бремени доказывания по данной категории споров при их разрешении вне рамок дела о банкротстве, на применение которых неоднократно указывалось в практике Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (определения от 15.12.2022 N 305-ЭС22-14865, от 23.01.2023 N 305-ЭС21-18249(2,3), от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671, от 06.03.2023 N 304-ЭС21-18637, от 26.04.2024 N 305-ЭС23-29091, от 27.06.2024 N 305-ЭС24-809 и др.).

Верховный Суд РФ в Определение от 27.06.2024 N 305-ЭС24-809 по делу N А41-76337/2021 согласившись с тем, что наличие у исключенной из ЕГРЮЛ организации непогашенных долгов само по себе не является прямым доказательством недобросовестности контролирующих ее лиц. Вместе с тем Суд напомнил, что применительно к этому вопросу действует ряд презумпций, одна из которых заключается в том, что контролирующее лицо, не представившее в рамках спора с кредитором разумного обоснования подобной ситуации, признается виновным в причинении ему убытков.

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота, а если долг общества возник перед потребителями - и к нарушению их прав, защищаемых специальным законодательством о защите прав потребителей.

Таким образом, бездействие участника, уклонившегося от предоставления достоверных сведений об адресе юридического лица, свидетельствует о его недобросовестности.

 Неосуществление КДЛ ликвидации общества при наличии на момент исключения общества из ЕГРЮЛ подтвержденной в судебном порядке кредиторской задолженности также свидетельствует о намеренном пренебрежении контролирующим лицом своими обязанностями, что в силу указанных выше положений нормативных актов и разъяснений высших судебных инстанций является основанием для привлечения участника (к субсидиарной ответственности по задолженности Общества перед Истцами.               

Судом учтено, что при обращении в суд с основанным на пункте 3.1 статьи 3 Закона об ООО требованием о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве, доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо, объективно затруднено.

Исходя из статей 17 (часть 3), 19 (часть 1), 45 и 46 Конституции Российской Федерации и из специального требования о добросовестности, закрепленного в Гражданском кодексе Российской Федерации и в Законе об ООО, стандарт разумного и добросовестного поведения в сфере корпоративных отношений предполагает, что обязанность действовать в интересах контролируемого юридического лица включает в себя не только формирование имущества корпорации в необходимом размере, совершение действий по ликвидации юридического лица в установленном порядке и т.п., но и аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства. Отказ же или уклонение контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явная неполнота свидетельствуют о недобросовестном процессуальном поведении, о воспрепятствовании осуществлению права кредитора на судебную защиту.

Как разъяснено в пункте 56 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротств» если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

Применительно к настоящему спору, истец доказал неразумность и недобросовестность в действиях (бездействии) ответчиков.

В связи с чем, бремя опровержения сомнений в добросовестности осуществления руководителем общества своих полномочий перешло на ответчиков.

Вместе с тем, ответчики не раскрыл информацию о причинах не погашения задолженности перед истцами, не обосновал свое бездействие по неоплате задолженности.

При таких обстоятельствах, суд усматривает основания для удовлетворения заявленных исковых требований. 

Учитывая изложенное и руководствуясь ст. ст. 110, 167-170 АПК РФ, арбитражный суд 

Р Е Ш И Л:

Привлечь ФИО1, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Единая служба сервиса» (ИНН 

<

***>).   

Взыскать с ФИО1, ФИО2 солидарно в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Единая служба сервиса» в пользу ООО «Нижневолжская энергетическая холдинговая компания» 1 775 200 руб.

Взыскать с ФИО1 в пользу ООО «Нижневолжская энергетическая холдинговая компания» расходы по оплате государственной пошлины 15 376 руб. 

Взыскать с ФИО2 в пользу ООО «Нижневолжская энергетическая холдинговая компания» расходы по оплате государственной пошлины 15 376 рублей. 

Взыскать с ФИО1, ФИО2 солидарно в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Единая служба сервиса» в пользу ООО «Нижневолжская энергетическая сбытовая компания» 320 160 руб. 

Взыскать с ФИО1 в пользу ООО «Нижневолжская энергетическая сбытовая компания» расходы по оплате государственной пошлины 4 701,60 руб. 

Взыскать с ФИО2 в пользу ООО «Нижневолжская энергетическая сбытовая компания» расходы по оплате государственной пошлины 4 701,60 руб. 

Выдать ООО «Нижневолжская энергетическая сбытовая компания» справку на возврат из федерального бюджета излишне оплаченную государственную пошлину в сумме 17 273,80 руб. 

 Решение суда может быть обжаловано в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Волгоградской области в установленный законодательством срок.

 Судья А.Н. Акимов